– Конечно. Остановись, – в полголоса говорит он.
Я замираю на месте, как вкопанная. А он смотрит на наручные часы.
– Скажи мне в какой стороне наш домик?
–Я не знаю, – отвечаю, кружась вокруг оси на одном месте. Кругом деревья, деревья. Все одинаково. Голова кругом.
– Ориентироваться по солнцу умеешь?
Отрицательно качаю головой. Я даже головы в небо не подняла, когда мы начали свой путь. Моим ориентиром в лесу всегда был папа.
– Сейчас полдень, встань спиной к солнцу так, чтобы видеть свою тень.
Послушно выполняю команду.
– Твоя тень – это указатель, впереди тебя север, позади – юг, слева – запад, справа – восток. Наш дом находится в северо – восточном направлении. Куда пойдешь?
Делаю пару шагов, как мне кажется в нужную сторону.
– Верно. Представь, что сейчас раннее утро. Как будешь ориентироваться?
– Солнце будет на востоке.
Он одобрительно кивает.
– А вечером?
– На западе.
– Отлично. Закрепим этот материал завтра. Выйдем на прогулку утром.
Мне становится интересна эта тема, и я воодушевленно соглашаюсь.
– А если нет возможности ориентироваться по солнцу? – любознательно интересуюсь я.
– Отличный вопрос. Есть еще несколько способов ориентироваться в лесу. Первый – по деревьям, – он останавливается у нескольких сосенок. –Если присмотреться к деревьям, можно увидеть, что ветки с иголками с южной стороны гуще, чем на северной стороне.
Обсматриваю деревья, но никаких отличий не замечаю.
– С северной стороны древесная кора более темная и грубая, – он берет мою руку и проводит ладонью по стволу дерева, и действительно, тактильно ощущаю, что с одной стороны дерева кора грубее, чем с другой. – Обычно после дождя сосновые стволы темнеют с северной стороны дерева, это происходит потому, что стволы с северной стороны покрыты вторичной коркой, которая быстро нарастает именно с северной стороны.
Откуда он все это знает?
– И главное! Никогда не ориентируйся по одному стволу. Вывод нужно делать минимум по трем рядом стоящим деревьям.
Идем дальше. Минут десять мы петляем по лесу, будто специально он пытается запутать меня.
– Теперь практическое занятие. Определи по деревьям, где север.
Вот черт! Подхожу к одной сосне, ощупываю и оглядываю. Вроде север находится по левую руку от меня. Перехожу на следующее дерево. Там мои выводы подвергаются сомнению – север – по правую руку. Третье дерево вообще запутало меня. Я раздосадовано развожу руками, сдаюсь.
– Ориентироваться можно также по мху. На северной стороне древесных стволов мох растет более обильно, ввиду того, что солнце меньше его сушит.
По мху я с горем пополам правильно определяю, где север и юг. Хотя если честно, мне просто повезло.
Сергей не прекращает урок, ведет меня дальше.
– Определи стороны света по мху на камне.
Да он издевается!
– Он весь покрыт мхом, – раздраженно произношу я.
– Присядь, – твердым голосом командует он. И снова хватает меня за руку. – Почва с южной стороны более сухая, чем с северной.
– А если прошел дождь?
– Тогда камень тебе не ориентир.
– Прекрасно, – встаю, отряхиваю коленки от сухих иголок и земли.
Закончив с чисткой коленок, я замечаю, что Сергей уже отошел от меня на приличное расстояние. Спешу за ним. Неожиданно он останавливается у одного из деревьев. Смотрит вниз. Тоже опускаю глаза. Муравейник.
– Еще один ориентир? – предполагаю я, что сейчас будет продолжение урока.
– Совершенно верно. В этом лесу много муравьев. Муравейники практически под каждым деревом. Для наглядности я выбрал самый большой. Что скажешь? Вспомнишь что-нибудь из школьной программы?
– Вспомню, – как никак я золотая медалистка. – С южной стороны склон муравейника более пологий, чем с северной стороны.
– Ну? – он смотрит на меня, вопросительно выгнув бровь. – Определяй.
Аккуратно ступая, я хожу вокруг этого муравейника. Не выношу, когда мелкие насекомые бегают по телу.
– Подсказка. Муравьи теплолюбивые насекомые. Следовательно, строят муравейник с южной стороны древесных стволов.
– Вот там юг, – показываю рукой направление.
– Правильно. А где наш дом?
– Черт, – не выдерживаю я.
Судорожно вспоминаю, в каком же направлении наш дом. Но все вылетело из головы. Сергей облокачивается плечом на ствол большой сосны, скучающе смотрит по сторонам, а потом добавляет:
– Пора домой, – он поднимает голову и смотрит на небо. – Скоро будет дождь.
– Подскажи, – не выдерживаю я.
– Неа.
– Я не помню, в какой стороне дом.
–Ты погибла.
– Чего?
– Если бы ты сейчас была здесь одна, то не выбралась бы из леса.
– Но я здесь не одна, – у другого дерева становлюсь в ту же позу, что и он.
– Ценное замечание, – мы несколько минут стоим, и смотрим друг на друга. – Наш дом находится на северо-востоке, – сдается он, замечая, что тучи над нами стали сгущаться. – Куда идем?
– Туда.
– Аллилуйя, она угадала. Теперь пойдем быстро. Не отставай.
Когда до дома остается чуть меньше ста метров, мы переходим на бег. Первые холодные дождевые капли падают на голову – это неприятно. Вбегаем в дом. Дождь быстро набирает обороты, стуча по крыше. Смотрим в окно, тяжело дыша от пробежки. Успели.
Глава 5
К утру от дождя не осталось и следа. Сергей разбудил меня рано. Сегодня он повел меня в другом направлении. Я шла за ним след в след.
– Как ты уже заметила, в этом лесу много ягод: земляника, костяника, черника и шиповник. На западной стороне леса много дикой малины, но я тебе не советовал бы идти за ней.
– Медведи?
– Именно.
– Ты так резво сейчас идешь, ничего не опасаясь. А если медведи рядом?
– Они не приходят в эту часть леса. Раньше здесь бывало много охотников, было шумно и опасно. Стояло много капканов. Медведи ушли вглубь леса, подальше отсюда.
– Это слабый аргумент.
–Медведи помечают свою территорию. Помимо запаха, оставляют следы от когтей на стволах деревьев. Как ты видишь, здесь деревья целые. В этом лесу сейчас только одна медведица с тремя медвежатами.
– А медведь где?
– Ушел. Самцы и самки живут отдельно. Когда начинается брачный период, медведь приходит на территорию партнерши.
–А я думала, что только люди живут по принципу сделал дело, гуляй смело.
– Что-то вроде того, – он слегка улыбнулся.– Но и среди животных наблюдаются теплые отношения. Медведь может приходить к одной и той же самке на протяжении нескольких лет.
–А может он лентяй, и ему не хочется искать другую? К этой дорожка уже известна.
– Возможно. Когда встретишь медведя, спросишь у него?
– Очень смешно, – парирую я.
– Не очень, вдоль линии территории медведей я поставил капканы.
– А если я попаду в них?
– То ты останешься без ноги, и тебя, скорее всего, сожрет медведь или умрешь от кровопотери.
– Вот не смешно. – Я останавливаюсь посреди тропинки. Ему тоже приходится остановиться, чтобы не врезаться в меня.
– Я говорю серьезно. Сегодня мы с тобой пометим приграничную территорию этими ленточками, – он вытаскивает из рюкзака алые ленты. – Будем завязывать их на ветви деревьев, чтобы ты ни в коем случае не зашла туда, где тебе грозит смертельная опасность.
– Мы не обойдем за день весь лес.
– Естественно, нет. Но начнем сегодня.
– Хорошо. Давай ленты.
Три часа мы идем вдоль вымышленной линии, которую знает только Сергей. Привязываем ленту за лентой, естественно, не на каждом дереве, реже, деревьев пять оставляем между метками. На солнце, днем, ярко – красные ленточки очень заметны.
На обратном пути проходим мимо полянок с ягодами. Ни сил, ни желания нет их собирать. Мне кажется, если я остановлюсь и присяду, то уже не встану.
А Сергей все же останавливается у деревьев, грибы собирает.
– Что это за гриб, знаешь? – спрашивает он меня, показывая свою находку.
– Знаю. Белый гриб.
– А вот и не угадала. Это ложный белый гриб. Отравиться им нельзя, но вот вкус блюда испортит, очень горький. Знаешь, как проверить ложный гриб?
– Не имею понятия, – устало произношу я.
– Нужно лизнуть низ шляпки или надкусить, по горькому вкусу сразу можно понять, что гриб несъедобный.
Что и проделывает Сергей, лизнув гриб, морщится, сплевывает слюну, но не спешит выбросить гриб. Он протягивает его мне, для пробы, но я отрицательно качаю головой. Не буду я ничего лизать и кусать.
– А есть визуальные отличии?
– Конечно. Подержи, – он всовывает гриб мне в руку. Я держу его на расстоянии от себя. Сергей быстро находит другой гриб и спешит ко мне.
– Это белый гриб. Давай сравнивать наглядно. Приглядись к шляпке, к ее нижней части, – я переворачиваю грибы. – У ложного гриба цвет шляпки желтоватого оттенка. Мякоть белая, плотная, на срезе – розоватая. Ножка, у боровика светлая, а у ложного гриба желтоватая, с четко выраженной сеткой темно-коричневого цвета, – он разламывает шляпки обоих грибов. – Ложный гриб не едят черви, насекомые.
В чем мы убеждаемся, смотря на разломы шляпок.
– Я не люблю грибы, – признаюсь я. – Ни собирать, ни есть, – выбрасываю грибы, ведь белый гриб червивый и не пригодный для еды.
– Что касается ягод. Тут тоже много ядовитых есть.
– Лжеземляника есть?
– Нет.
– Тогда больше ничего не рассказывай. Буду собирать только ее.
– Но…
– Как выглядит волчья ягода я знаю. Мне бабушка показывала.
Хватит с меня сегодня информации. Весь день по лесу бродим, ноги еле волоку.
Возвращаемся к домику вымотанные и голодные.
***
На следующий день Сергей мне дает выспаться, за что я ему безумно благодарна. Выйдя из комнаты я опять не застаю его в доме. Вот непоседа! Все бродит где-то. Оглядываюсь в комнате. С правой стороны от камина замечаю старую тумбочку. Любопытство охватывает меня. Выхожу на улицу, смотрю по сторонам. Сергея поблизости нет.
Быстро возвращаюсь в дом, торопливо открываю тумбу. Книги. Много книг. Я бы не подумала, что он книгоман. Хотя, тут нет ни телевизора, ни интернета, чем еще заниматься, если не читать. Читать люблю я. Достаю самую верхнюю книгу, «Ромео и Джульетта». Перелистываю страницы, перечитываю знакомые строки, случайно натыкаюсь на фотографию, что служила в книге закладкой. На ней изображен Сергей. Он молодой и в форме. Он служил в армии – это похвально. Рядом с ним девушка, точнее девочка, лет тринадцати, четырнадцати. Миленькая, и на него похожая. Улыбки у них одинаковые. Переворачиваю фото и читаю надпись: «Моей сестренке. Веди себя хорошо и не огорчай маму пока меня нет. Помни, я вернусь и всыплю тебе по полной». Дальше другими чернилами внизу приписано: «Я постараюсь, но не обещаю. Я тебя очень жду».
Эти милые строки вызывают на моем лице грустную улыбку. Я будто чувствую, что не все так просто сейчас между ними. Грохот на улице застает меня врасплох. Ощущая себя вором, который забрался в чужой дом, быстро убираю фотографию в книгу, а книгу на место. Отбегаю от тумбочки к кухонному столу, сердце бешено бьется о ребра. Сергей входит в дом, ставя на крыльцо ведра.
– Добрый день, – первая тараторю я.
– Добрый, – отвечает он, не замечая моего нервозного состояния. Это очень хорошо. Прячу свой взгляд от него.
– Завтракала?
– Нет.
– Тогда полчаса на завтрак и сборы. Пора в лес.
– Опять ленточки вешать?
– Нет, ленточками займемся в следующий раз. Мы сегодня прогуляемся в другом направлении, с нагрузкой.
– Это как?
– За водой на реку пойдем.
Теперь я понимаю, для чего он притащил к дому ведра. За водой мы идем другой дорогой, не той, которой мы шли на рыбалку.
Выходим на берег реки, он более обрывистый, чем тот, но вода в этом месте прозрачная.
– Здесь дно каменистое, от чего и вода чище, – поясняет мне Сергей.
Он привязывает веревку к одному из ведер и опускает его в реку. Мышцы на его руках и спине «играют», когда он тянет веревку вверх, я невольно загляделась, стоя позади него. Он будто почувствовав на себе мой взгляд, оглядывается. Всего на пару секунд, но мне хватило, чтобы сгореть со стыда. Сергей берет большие ведра, мне оставляет два поменьше. Я аккуратно иду впереди, стараясь не расплескать воду. Это сложно, вода то и дело выливается. Заношу ногу на очередной шаг и замираю…
– Змея?! – руки слабеют, ведра выскальзывают из пальцев, и падают на траву.
Я в испуге запрыгиваю на Сергея, обхватывая его крепкую шею. Он машинально подхватывает меня за талию, бросив ведра. На все это уходит всего лишь несколько секунд. Мы стоим посреди тропинки, я на его руках, дрожа прижимаюсь к мужскому телу. Глаза в глаза. Его теплые ладони придерживают меня, но не долго.
– Это палка, – спокойно говорит он, смотря на дорожку через мое плечо.
– Нет, змея, – настаиваю я, уверенная в своей правоте. Я не отпускаю его.
Сергей снимает меня с себя, хоть я и сопротивлялась. Подходит к тому месту, где, по моему мнению, притаилась гадюка или еще какая-нибудь безумно ядовитая тварь. Поднимает её. Я чуть не теряю сознание.
– Я же сказал, палка, – об колено ломает ее на две половинки.
Стыдливо покрываюсь румянцем. Мы практически дошли до домика, но по моей вине воды до него так и не донесли. Наши ведра валяются на траве, а воду уже впитала земля. Сергей молча берет свои ведра и разворачивается, идет обратно к реке.
Поднимаю ведра и иду за ним, стараясь не отставать.
***
Три следующих дня мы практически не пересекались: я сидела в выделенной для меня комнате и без лишней надобности не высовывалась. За окном бушевала непогода. Кутаясь в теплое одеяло читаю уже пятую книгу. Сергей сам принес мне книги вчера утром, за что я его, конечно же, поблагодарила. Сегодня весь день идет дождь, пасмурно.
– Кристина, – неожиданно дверь в комнату открывается. – Иди, погрейся у камина. И дверь не закрывай, пусть комната прогреется.
Послушно выползаю из кровати. Сажусь у камина, протягиваю ладони к огню, чтобы погреть пальцы. Зябко тут.
– Держи, – Сергей подает мне стакан с горячим чаем. Делаю несколько глотков, чтобы согреться. Удобства тут на улице и бежать туда совсем не хочется, поэтому отставляю в сторону кружку с чаем.
– Интересная книга? – спрашивает, взглядом показывая на том, который я держу в руке.
–Все книги интересные.
– Я бы поспорил, – говорит он, подбрасывая в огонь еще одно полено.
– Ну, вот какая книга для тебя была неинтересной?
–«Война и мир», – не задумываясь, отвечает он.
– Ты читал ее в школе?
– Ну да.
– Перечитай сейчас. Уверена, твое мнение изменится. Не бывает неинтересных книг, бывает не то время для прочтения. Думаю, что Толстого зря поставили в школьную программу, оно для более зрелых умов. Но это мое мнение. Откуда у тебя так много книг?
– От матери остались. Она у меня учительницей по литературе и русскому языку была. Когда квартиру продал, вещи ее перевез сюда. Ничего выбросить не смог.
– Давно ее не стало?
– Пять лет назад.
– Мне жаль. Извини, что напомнила.
– А я и не забывал об этом, – несколько минут мы молчим и смотрим на пляшущий огонь в камине. – Завтра я поеду в город.
– Завтра? – тихо переспрашиваю я.
– Вода питьевая заканчивается, последние десять литров остались, запасы бензина для генератора надо пополнить. Про Лютого узнать, – последнюю фразу от произносит чуть тише.
– Когда ты планируешь вернуться?
– Ночью.
– Я хочу поехать с тобой, – мне страшно оставаться одной в лесу.
– Исключено. Тебя ищут.
– Я тихонечко буду сидеть в машине, даже не высунусь.
– Нет. ДПС могут остановить. Это опасно и для тебя и для меня.
– А если сюда кто-нибудь приедет? Или ты не вернешься! Что я буду делать?
–Я вернусь.
– Звучит неубедительно.
– Я тебя ни в чем и не убеждаю. Я еду, ты остаешься. На этом разговор окончен.
– Раз окончен, тогда я пойду спать.
Покидаю теплое место у камина, плотно закрываю дверь в комнату.
– Я же просил не закрывать дверь, – кричит он мне в след. – Замерзнешь.
Не реагирую. Запахиваю на себе вязаную кофту, ложусь в остывшую кровать, с головой зарываюсь в одеяло, высовываю лишь нос, чтобы дышать.
Сколько он говорил километров до дороги? Сорок! Мне не пройти столько пешком. Жутко страшно оставаться здесь одной. Ему не понять моих страхов. Он словно робот выполняет свою миссию. И плевать он хотел на мое мнение.
Дождь барабанит по стеклам, убаюкивая меня. Странно, в городе дождь вызывал тревогу и бессонницу, а тут действует словно колыбельная.
Глава 6
Утро будит меня солнышком и пением птиц. Дождь закончился. Потянувшись, замечаю, что дверь в мою комнату открыта и в ней тепло. Заботливый какой. Улыбнувшись, покидаю кровать. С радостью выхожу на улицу, тепло. Сергей готовит машину к поездке. Канистры для горючего кладет в багажник. Пустые бутылки под воду убирает на заднее сидение. Проверяет колеса и уровень масла. Он заметил мое появление, бросив мимолетный взгляд, молча продолжает свои приготовления. Я демонстративно ухожу в баню.
Вернувшись, не застаю Сергея, автомобиля нет. Обидно до слез. На душе становится тоскливо и неспокойно. Закрываюсь в доме на ключ. Окна прикрываю занавесками. Беру все тома «Войны и мира» и забираюсь в кровать. Читать никак не могу. Раз в десятый перечитываю первый абзац и ничего не понимаю. Мне страшно. Шарахаюсь от каждого шороха за окном. Откладываю книгу, закрываю глаза. Не уснуть мне. Я с ума сойду за этот день. Сидеть в комнате, словно мышка, не вариант. За окном потрясающая погода и я решаюсь выйти на улицу. Около домика я тренируюсь ориентироваться в лесу по деревьям, мху и муравейникам. И у меня начинает получаться, я начинаю замечать различии в цвете и структуре коры. Это не может не радовать. Воодушевленная успехом иду за баню, на полянку земляники. Увлеченно собираю ягоды. Набрав почти полное ведерко, иду в дом. Опять же запираюсь, на всякий случай. На камине часы показывают, что потратила на сбор ягод больше трех часов. Это хорошо. Проверив шкафы, нахожу контейнер с сахаром и несколько банок. Отлично, буду варить варенье.
За окном темнеет, немного нервничая, я прибралась на кухне и поставила на стол баночки земляничного варенья. С наступлением ночи на душе становится неспокойно. Страх возвращается до дрожи в теле. Но я пытаюсь справиться с ним, занять себя чем-то. Зажигаю камин, к вечеру дом остывает и становится некомфортно. У зажженного камина, под треск поленьев я снова беру книгу и пробую вникнуть в текст. После каждой прочитанной страницы смотрю на часы, минутная стрелка медленно движется по циферблату. Ночь, уже ночь, а его нет. Руки начинают дрожать от нервного напряжения, книга выскальзывает и падает на пол. Дышу глубоко. Сворачиваюсь калачиком у камина, на его импровизированную кровать, от подушки пахнет им, я вдыхаю этот запах и немного успокаиваюсь, сна нет, просто лежу и смотрю в потолок. Он сказал, что вернется. Я верю ему. Верю. Мне больше некому верить. Я одна в этом мире.
Всю ночь мне не спится. Словно неприкаянная душа брожу по дому из угла в угол, иногда подвывая от нахлынувшего уныния. Светает. Чуть не плача смотрю на первые лучи солнца. Нервы на пределе. Мне страшно даже подумать, что я так и останусь тут одна. Звук подъезжающего автомобиля выводит из накатившего отчаяния. Я выбегаю на улицу. Сергей выходит из машины, и я на эмоциях от радости запрыгиваю на него, как тогда, когда увидела змею. Я плачу. Он растерян.
– Ну, чего ты? – тихо говорит он, поглаживая волосы, чтобы успокоить меня.
– Я думала, что ты не вернешься, – плача произношу я.
– Я же сказал, что приеду.
– Мне было страшно, и я сварила варенье, – пытаясь улыбнуться, говорю я.
– Варенье?
– Земляничное.
– Ну, тогда пошли пить чай с вареньем.
***
После обеда я помогала Сергею выгружать машину. Он занимался бензином и водой, я продуктами. Пришлось подключать генератор. Когда Сергей внес в дом запасной баллон газа, я уже разложила в холодильник продукты.
– Предлагаю устроить сегодня пикник, – говорит Сергей, убирая мешок муки в шкаф.
– Я не против, – вытираю стол от крошек, развешиваю полотенце на спинке стула.
Сумку для пикника Сергей собирал сам. Я примеряла обновки. Он привез для меня удобную для леса обувь: кроссовки и резиновые сапоги. Еще спортивный костюм и теплую куртку. Я не ожидала, что он озаботится моим гардеробом и была тронута поступком. Еще он привез мне расческу, детский крем, шампунь, мыло с цветочным ароматом, маникюрные ножнички и упаковку прокладок. За последнее его бы расцеловать, но я сдержалась. Лишь тихо сказала: «спасибо». Он в ответ буркнул: «не за что».
Мы отходим от дома не так далеко, на полянку. Там два поваленных дерева, которые послужили нам лавочками. Между ними Сергей разводит костер. На тоненькие веточки мы насаживаем шпигачки для гриля. Поджариваем. В фольгу заматываем картошку и кладем на угли. Я нарезаю овощи, разливаю по пластиковым стаканчикам горячий чай из термоса.
– Приятного аппетита, – пожелал мне Сергей, первым откусывая с веточки горячую сосиску.
– Тебе тоже.
Уталив чувство голода, мы в полной тишине сидим напротив друг друга. Сергей палкой переворачивает угли.
– Ты нашел его? – задаю мучащий меня вопрос.
– Нет. На работе правит исполняющий обязанности, для всех Лютов в отпуске. Дома жена отжигает с любовником, знает, что муж не вернется в ближайшее время. Бесстрашная.
– Это плохо.
– Не очень хорошо. Но я его достану. Рано или поздно.
– Успеть бы до зимы, – говорю, смотря на лес, представляя, как он будет выглядеть, покрытый снегом.
– Зимой здесь хорошо.
– Не сомневаюсь, но проверять не хочется.
– Устала от леса? В цивилизацию захотелось?– с издевкой спрашивает он. И мне не понравился его тон.
– У меня там работа, она меня кормит.
– Найдешь другую.
– Такую не найду.
– Ты работаешь переводчиком?
– Да. Откуда ты знаешь?
