– Они решили перенести Обряд на ближайшее время.
Вот и всё.
Дима отложил в сторону бутерброд и прикрыл глаза на долю секунды.
Больно? Даже не передать словами как. А ведь где-то внутри жила глупая надежда на то, что всё может измениться.
– Я рад.
– Не рад.
Сил не было даже на то, чтобы рассердиться по-настоящему, Соколов просто вяло рыкнул:
– Я бы попросил тебя…оставить свои комментарии при себе. Мои отношения с Таней тебя вообще не касаются.
– Знаю. Прости.
Есть не хотелось, разговаривать тем более. По большому счёту, то и здесь ему делать тоже нечего. «Мавр сделал своё дело, мавр может уходить». Почему он вспомнил именно эту фразу? Не потому ли, что мысленно уже раз семь придушил младшую Разину.
Вроде и легко на душе, что племяш блестяще справился с консервацией, а всё равно как-то горько, будто полынью душу отхлестали. Мужчина тяжело поднялся со стула и взглянул на блондинку.
– Я домой. Передай Сергею, что я улетаю в длительную… командировку. Буду через пару месяцев.
– Месяцев? – недоверчиво распахнула глаза блондинка.
– Да. Жёсткий… договор, требующий моего личного присутствия, – он попытался беззаботно улыбнуться, чтобы улыбка не перешла в оскал. – Так что не скучайте без меня.
Отец прав, с его-то темпераментом он заделает ребёнка Ведьме очень и очень быстро, а после этого можно будет вернуться и окончить начатое. Свой долг он добросовестно выполнит и гори всё синим пламенем.
Но воспользоваться сферой он так и не успел. В кухню, запыхавшись, вбежала Таня.
– Лиз, Игорёк пришёл в себя, неси еду. Ой, Дим, а ты куда?
Исчезнуть по-английски не получилось.
– Мне пора на работу… дел очень много.
– Тань, он уезжает куда-то, – сдала его мелкая уже практически выйдя из кухни с огромным подносом в руках.
– Уезжаешь? Из Москвы? Куда?
– В командировку… в Ирландию… весьма длительную. Меня не будет несколько месяцев.
– Ирландию? Ты? Дитя мегаполиса?
Соколов расхохотался. Громко, от чистого сердца. Это же надо до такой степени знать его привычки, что даже фразу высказала точно такую же, какую он недавно выпалил отцу.
– У тебя точно всё нормально? – серые глаза казалось видят насквозь.
– Колючка, посмотри на меня, – он беззаботно развёл руки в стороны и улыбнулся ещё шире. – Разве у меня может быть что-то ненормально. Я же Соколов.
– Я в курсе. Дима, ты же знаешь, если тебе что-то нужно, то мы всегда готовы помочь.
Мы…
– Разина, успокойся, всё у меня отлично. Даже лучше всех.
– Тогда выполни одну мою просьбу.
– Да без проблем.
– Позволь я поставлю тебе Щит.
Феникс усмехнулся:
– Колючка, тебе запретили ставить эксперименты на Колдунах.
А та в ответ лишь пожала плечами:
– Так пожалуйся на меня Стражам. Один как раз находится недалеко.
– Этот Страж у тебя с ладони ест.
– Хочешь пожаловаться на меня другим?
– Свои проблемы я предпочитаю решать сам.
Улыбнулась. Так как умеет только она одна и знакомый лукавый блеск в глубине глаз. Всё как раньше… и не так.
–Так что? Ты позволишь?
– Экспериментируй, я весь твой. Что мне надо сделать?
– Садись на стол.
Колдун молча подчинился и даже закрыл глаза. Смотреть всё равно не на что, девушка почти сразу встала у него за спиной, а эту кухню он и так знает, как свои пять пальцев. Зато теперь с закрытыми глазами обострены другие органы чувств…
Осторожное неуловимое касание её груди к его спине, когда она слегка наклоняется вперёд… ничего пошлого и откровенного и даже его отклик иной. В нём нет страсти и отклика на секс, только ленивая нега и ощущение всеобъемлющего спокойствия от присутствия родного и близкого человека.
… мягкий и неуловимый запах солнца и тепла, что обволакивает со всех сторон, заключая его в своего рода прозрачный кокон. Его нельзя почувствовать и ощутить, с ним можно просто жить, храня образ в сердце.
…тёплое дыхание, что периодически ставит дыбом волоски на затылке… оргазм кожи.
Но самое главное не это. Самое главное в другом. Каким-то невероятным и непостижимым образом, только находясь рядом с этой девушкой, все его проблемы и печали стали такими незначительными, пустяковыми и такими легко разрешимыми. Есть другие, более важные горизонты, которые он как будто воочию увидел… но внезапно всё закончилось.
Тяжело дыша, Таня отшатнулась от него, опираясь о барную стойку и шумно выдохнула:
– Всё, готово.
– Ты что там такое соорудила, если на ногах едва стоишь? – нахмурился он, вглядываясь в её бледное уставшее лицо.
– Ничего особенного. Просто теперь мне спокойнее будет.
– Колючка, я не ребёнок и не твой младший братик, за которым надо следить и оберегать от всего мира.
– Но ты часть моей семьи, – просто ответила она и Дима так и не смог найти подходящего ответа.
Семья… для него семья – это отец и Клан, потом в семью вошли Серёга с Игорьком, что уже само по себе было странным. А теперь? Каково это иметь нормальную семью? И разве для него, Колдуна с тёмной сущностью – это возможно?
Соколов наскоро попрощался, почти сбежал, вернувшись в офис, схватил папку, помахал ручкой секретарше – пусть теперь папика его соблазняет, тот точно не откажется, и вызвал Владимира.
Документы он так и не стал читать. Лишь только открыл и взглянул на фото матери своего будущего ребёнка. Больше не требовалось. Ведь самое главное это не перепутать девицу, а то конфуз может случиться.
Вкус у отца всегда был отменный, он и Ведьму на роль матери своего сына выбрал очень симпатичную. Дима как-то видел свою родную мать издалека, ближе подойти не решился, мало ли что. Вдруг она так же, как и дочка захочет опробовать его в постели.
Вот и выбранная Ведьма из Ирландского Клана была хороша, даже на его взыскательный вкус. Всё как под заказ – сексуальная, эффектная и очень яркая. Чёрные волосы, ярко-голубые глаза, ровный загар и идеальная фигура – не девушка, а мечта. Вот только счастливым он себя не чувствовал. Так и хотелось пойти и разбавить эту приторность чем-нибудь кислым или освежающим, а на идеальность образа плеснуть болотно-серую жижу.
Жаль, что на «свеженькое» в его рационе, в ближайшие месяцы, будет наложено абсолютное табу.
Визит к Целителям Дима тоже откладывать не стал, там он подписал кучу документов и с него сняли блокировку. Теперь он официально готов к размножению.
Неприятности начались утром следующего дня, когда он прилетел в Дублин.
Во-первых, оказалось, что до того богом забытого городка, где располагался Клан принимающей стороны, самолёты не летают. И из столицы Ирландии ему предстояло тащиться на автомобиле целых два часа! И это с левосторонним движением!
Во-вторых, его багаж потеряли. Весь!!! Запинающаяся сотрудница авиакомпании чего-то там бормотала о досадной случайности, недоразумении и что ей очень жаль, но багаж улетел в Сингапур. Зашибись, его вещи отправили к азиатам. А там была любимая футболка и те самые откопанные боксёры, что ещё Таня покупала.
В-третьих, у него сдох артефакт-переводчик. Вспыхнул и разрядился, а зарядить было нечем, потому как резерв Феникса за ночь так и не восстановился после Консервации Игорька. Итог был ошеломляющим – великий Дима Соколов остался в чужой стране без одежды, с небольшой сумкой в руках и совершенно не понимая ни слова на ирландском гэльском. Местное население с неохотой общалось на английском, Да только, и английским он владел на уровне – «со словарём». Его иностранные языки никогда особо и не интересовали. Зачем напрягаться и учить их, если есть артефакты-переводчики? Неубедительное оправдание, конечно, но ничего уже не исправишь.
Единственное, что радовало, отец для него машину уже заказал, а на переднее кресло кто-то заботливо положил карту. Осталось только доехать.
Весело начинается исполнение Контракта.
Даже страшно предположить, что же будет дальше?
Глава 4
Счастье не может длиться вечно. Это не аксиома, это факт. И не потому, что одно сплошное счастье сердце просто не выдержит, а просто… просто надо и капельку горя отведать, чтобы губы не слиплись от этого самого счастья. Вот только почему у меня совсем не капелька, а целый океан?
Всё утро следующего дня мне названивал Оливер. Звук я не выключала из принципа и из-за подруги, потому как её улыбочка с каждой минутой становилась всё более и более ехиднее. Так что завтрак мы провели под классическую музыку, льющуюся из моего мобильного.
– Может всё – таки ответишь? – не выдержала Мэри, когда мелодия заиграла по пятнадцатому кругу. Мы как раз сидели за столиком в своей небольшой квартире и пили чай. – Или хотя бы звук выключи. Эта музыка уже начинает раздражать. И если я покроюсь аллергическими пятнами на эту мелодию, я покусаю не только твой телефон, но и тебя саму.
– Отвечать не буду и звук не выключу, а вдруг пропущу важный звонок?
– Уже интересно… Я чего-то не знаю? Что может важного у нас случиться. Ответь парню, а?
– Я сказала, что сама ему перезвоню, – и вздрогнула от нескончаемого повтора аккордов музыки.
Он что, решил брать меня настойчивостью? А с виду такой вежливый мальчик, романтичный художник, а на деле…
– Если ты не ответишь, то это сделаю я, – через пару минут произнесла подруга и вдохнула ароматный чай.
А ведь действительно ответит.
И чего я веду себя как маленький ребёнок?
Но только взяла в руки телефон, как он перестал звонить.
– И что – это всё?
– Судьба, – я улыбнулась Мэри и вернулась к завтраку.
– Смотри как бы судьба не встречала тебя у школы.
А если вдруг в школу явится? Вот только разборок с любовником на глазах юных Магов мне и не хватало. Нет, он, конечно, хороший, вкусный…
Но в школе меня ждало испытание покруче.
– Доброе утро, Матиас.
Малышка Энджи.
В узенькой чёрной юбочке до колен и белоснежной блузке с огромным бантом, она больше походила на учительницу, чем я. Чёрные волосы красивым каскадом спадали на плечи, на лице безупречный макияж, а в руках папочка. Так и хочется вручить ей указку и отправить на урок.
– Анжелина, – я попыталась изобразить на лице хоть какое-то подобие приветливой улыбки и откинула назад волосы, собранные в низкий хвост. С трудом удержалась, чтобы не поправить свой лёгкий белый пул с коротким рукавом, что сегодня надела вместе с цветастой юбкой. – Какими судьбами?
– Я к тебе.
Какое счастье.
– Правда? Что-то случилось?
Вчера на собрании про меня не вспомнили, и я уж точно не ожидала, что она сюда явится. Да и вообще сбор практически полностью был посвящён Анжелине и её Контракту. Хорошо, что мы с Мэри, как опоздавшие сидели в самом углу актового зала, потому как в конце пламенной речи я уже весьма откровенно и весьма невежливо зевала.
– Давай отойдём в сторонку.
Мы подошли к окну.
– Скажи мне, Стейси, ты в курсе, представители каких Кланов у тебя в классе учатся?
– Нет.
Никогда не задумывалась над этим вопросом. Меня всегда интересовали сами дети, а не их Кланы и должности, которые занимают их родители.
