Макс Вальтер
Жажда
Пролог
Я стоял у кровати и рассматривал спящего. Визуально они никак не отличаются от нас, разве что отсутствием загара, да и то не всегда. Ведь попадаются и смуглые особи.
Много людей погибло, прежде чем мы научились их убивать, а самое главное – отличать от нас.
Но вначале пришлось учиться переступать через себя, через принципы, вбитые нам с детства, ведь это далеко не так просто – отрезать голову человеку и тем более близкому: жене, матери, лучшему другу, ребёнку.
Мачете свистнула, рассекая воздух, и с чавкающим звуком вонзилась в шею спящего ублюдка. Но вот незадача: я немного не рассчитал силу, и лезвие застряло в костях позвоночника.
Он мгновенно открыл глаза, подскочил и молча бросился на меня. Мы повалились на пол, и лишь клинок, который прочно засел в его глотке, спас меня.
Я вцепился в рукоятку так, что побелели пальцы, а второй рукой упёрся в тыльную сторону лезвия мачете и, что было сил, попытался отстранить от лица клыкастую пасть.
Будь на его месте тупой зомби из фильмов, я бы давно одержал победу. Но мозг этих тварей не утратил разума, а потому я едва не потерял контроль над ситуацией, когда получил чувствительный удар по рёбрам.
Гад и не думал сдаваться и ещё дважды попытался приложить меня в челюсть, прежде чем мне удалось раскачать его и резким рывком перевернуть на спину. Вот теперь инициатива на моей стороне.
Я всей массой навалился на клинок и принялся раскачивать его, поочередно придавливая то правой, то левой. Всё это время я продолжал получать ощутимые тычки по рёбрам, благо противнику не хватало достаточного размаха. Да и потеря крови немалая, отчего силы не те, что у здоровой особи, иначе я уже давно был бы мёртв.
– Да сдохни ты наконец! – взревел я и несколько раз с силой толкнул лезвие мачете вперёд.
Вдруг что-то щёлкнуло, и лезвие резко провалилось, с противным хрустом рассекая хрящ между позвонков. Тварь затрясло, сопротивление ослабло, но я не остановился.
Вытянув ставшее свободным мачете, я ещё дважды приложил по шее, чтобы окончательно отделить голову от тела. И только после того, как смог оттолкнуть её в сторону, устало отвалился сам.
Воздух с хрипом врывался в лёгкие, сердце стучало как сумасшедшее, но на лице блуждала довольная улыбка – мне удалось! Первая, серьёзная добыча!
Слегка отдышавшись, я приподнялся с пола и потянул из лямки на поясе небольшой топор, совсем кроху, такие в своё время использовали на кухне. С его помощью аккуратно разрубил ребра на груди и попытался отжать их в сторону.
Ничего не вышло, ведь тела этих тварей претерпели некие изменения, но я не унывал. В несколько ударов я вырубил небольшой колодец и наконец добрался до него. Чёрное сердце – самый ценный ресурс после серебра в этом проклятом мире.
Аккуратно отделил его от артерий и прикинул вес. Граммов на триста потянет и это довольно серьёзный улов.
Конечно, не ювелирная лавка, витрины которой ломятся от серебра, но тоже неплохо. Ведь с деньгами у меня, как впрочем, и всегда, дела обстоят туго. Благо сейчас их ценность не столь велика, но и совсем без них – хреново.
Отложив сердце в сторону, я скинул рюкзак и выудил из него пакет, в который бережно упаковал свою добычу. Затем ещё раз обернул его в запасную толстовку и только после этого убрал в сумку.
Затем ещё раз внимательно осмотрел логово, и быстро пробежался по шкафам и тумбочкам, не забыл и про карманы. Всё, что более или менее казалось ценным, полетело в поклажу. После буду разбираться, скорее всего, половину вообще придётся выбросить.
Так, всё, нужно поскорее сваливать, до города ещё минимум час пилить, а солнце уже клонит к закату. Лучше не оставаться на улице в тёмное время суток, тем более одному.
Я выбрался из подвала пятиэтажки, осмотрелся и поспешил к мотоциклу. Нет, у меня не крутой байк, самый обыкновенный «Юпитер». Зато я знаю его, как свои пять пальцев и легко могу починить даже в поле, при помощи куска проволоки, пассатижей и такой-то матери.
Кикстартер запустил двигатель, и я пару раз повернул ручку газа, чтобы тот как следует схватился. Выждал несколько секунд, нацепил шлем и, выжав сцепление, ударил по ножке, врубив первую передачу. Вскоре железный конь уже мчал меня в направлении к городу.
* * *
Ненавижу эти отстойники. Тесное помещение, обвешанное ультрафиолетом, который помогает определить сущность.
В целом, конечно, ничего особенного, однако мало приятного – стоять под стволами. Да хрен его знает, что сегодня происходит в голове стража, может, не выспался или с похмелья палец дрогнет.
Бывали случаи, когда охране просто что-то показалось, но человека-то уже не вернуть. Вот только иначе нельзя.
Нет больше той жизни, что ещё пару лет назад казалась чудовищной несправедливостью. Да, цены росли, как на дрожжах, постоянные долги и безработица. Вечные обещания политиков о грядущем светлом будущем, которые так и оставались пустыми словами.
Сейчас это кажется благом. Всё бы отдал, чтобы вернуться к той жизни.
– Проходим, – безразлично выплюнул динамик под потолком, а над дверью напротив вспыхнула зелёная лампочка.
Я потянул тяжёлую створку, чтобы снова попасть на очередную проверку в узком, бетонном пространстве.
Серебряный кругляш лёг в ладонь, после чего я мысленно досчитал до десяти, вернул его обратно на блюдечко и продемонстрировал чистую кожу в камеру.
– Проходим, – снова этот скучный голос и зелёная лампа над дверью.
Однако теперь я наконец вошёл в город.
– Смотри, куда прёшь, раззява! – гаркнул проезжающий мимо мужик на велосипеде.
– Извините, – буркнул я себе под нос и двинулся к ближайшему обменному пункту, уже предвкушая, что куплю на вырученные деньги, как вдруг затылок взорвался страшной болью, а свет перед глазами померк…
Глава 1. Кровавый четверг
27 июня 2024 г.
Как же душно в этих маршрутках, ещё и бабища эта… Сама вся мокрая от пота сидит, но из принципа орёт на каждого, кто пытается открыть окно.
– На «Охотниках» тормозни, – бросил я водителю, и тот послушно включил правый поворот.
В жопу, лучше бы пешком прошёлся, тем более что здесь топать не так уж и много. Однако никогда нельзя недооценивать силу человеческой лени. Нет, я не боюсь работать, но, как и любой, нормальный, предпочту полежать на диване, вместо того, чтобы месить бетон.
Да, денёк обещает быть жарким, а нам «кровь из носа» необходимо закончить заливку столбов. Серёга наверняка уже там, он любит приходить на объект минут за сорок, чтобы спокойно попить чай и прикинуть план действий.
Ещё пара поворотов и я на месте, вот только напарника что-то не видно. Может, в сарае прячется?
– Странно, – почесал я макушку, глядя на замок и потянул телефон из кармана.
Обыкновенный, кнопочный, на крутые сейчас денег нет. Да и не живут они долго, в смысле крутые гаджеты, при моих постоянных калымах. Кто в теме, тот без лишних объяснений поймёт.
Над головой и так висит карающий меч коллекторов, которые непрерывно требуют вернуть деньги за кредит. А где мне их взять? На работе снова задерживают, а калым ещё не закончили. Я и так не помню уже, когда последний раз выходной полноценный видел. Все нормальные люди сейчас на речке, а мы с Серёгой, как эти…
– Да чтоб тебя! – выругался я, когда трубка выдала противную мелодию, а женский голос объявил об отсутствии абонента в сети.
Ну, делать нечего, деньги нужны, как воздух, придётся выкручиваться самому.
– Ну, Серёжа, мудак, хрен ты у меня теперь половину увидишь! – периодически бормотал я, возясь с очередным столбом, который никак не желал вставать в уровень.
В тот день я ещё не знал, что мог спокойно слать в пешее эротическое всю свою жизнь. Хозяина, чьи столбы я ворочал в одно лицо, коллекторов, с их требованиями и пустыми угрозами, а заодно и Серёгу, который бросил меня с незавершённым объектом.
Однако в моменте всё это казалось вопиющей несправедливостью, словно сама судьба ополчилась против меня. Инструменты периодически валились из рук, и это лишь добавляло злости. И чем больше я психовал, тем хуже получалось.
В конце концов, за работой нервное напряжение как-то само развеялось, и я не заметил, как установил последний столб. Отойдя на небольшое расстояние, посмотрел на плоды своих трудов и удовлетворённо крякнул. Всё, теперь можно просить деньги и валить домой.
– Хозяева! – замолотил я в окно, занавешенное плотными шторами.
Но в ответ тишина, будто их дома нет. А ведь и в самом деле странно, Николай Иванович ни разу не выглянул во двор, чтобы полюбоваться процессом, что для него нехарактерно.
– Уехали, что ли, куда? – буркнул я и устало опустился на перевёрнутое ведро.
Взгляд упёрся в машину хозяина дома. Старенькая, трёхдверная нива спокойно стояла за околицей, а значит, мои выводы неверны. Может, до магазина отошли, но почему я их не видел?
Что Николай Иванович, что его супруга, Зинаида Павловна, обязательно бы ко мне подошли. Попросту люди такие. А ведь даже обедать не позвали, нет, определённо на них не похоже.
Я снова поднялся и обошёл дом по кругу. В очередной раз в глаза бросились занавешенные окна. Странно это, ведь на улице ранние сумерки, наверняка в доме темнота, хоть глаз коли.
Я не поленился и снова постучал в окно, затем во второе, третье и так пока не прошёлся по всем. Мне очень не хотелось оставаться без денег, потому как дома даже пожрать нечего. Последнюю мелочь отдал за проезд в маршрутке.
– Да вашу мать! – внезапно даже для себя закричал я во весь голос, и тут мне показалось, что одна из штор шевельнулась.
– Ты чего бузишь? – над соседским забором появилась голова. – Не видишь, дома их нет.
– А где они, не подскажете?
– Мне почём знать, я что, за ними слежу?
– Да я работу закончил, хотел деньги получить.
– Да мне насрать, – вернул сосед. – Сиди жди, только не ори, как придурок, у меня дети спят.
– Извините, – буркнул я, осознав, как на самом деле выглядел со стороны.
Я снова вернулся на ведро и с тоской посмотрел на последнюю сигарету в пачке. Вздохнул, вытянул её, вставил в зубы и прикурил.
И в этот момент позади скрипнула дверь, я аж подпрыгнул от неожиданности.
На крыльце стоял Николай Иванович и как-то странно на меня смотрел. Нет, вроде ничего такого, но уж очень пристально, будто впервые в жизни увидел. Да и сам он, честно говоря, выглядел не очень, будто не спал пару суток.
– Господи, Николай Иваныч, вы меня напугали, – обрадовался я и сбил уголёк с едва прикуренной сигареты, которую тут же вставил за ухо. – А я вам стучу, а вы не алё. Я, короче, всё доделал, посмотрите?
– Да ты зайди, – до неприличия хриплым голосом ответил тот и как-то странно покосился на небо.
Я же не стал заострять на этом внимание – он человек пожилой, мало ли какой недуг мог случиться. К тому же желание – подержать в руках честно заработанные, сильно притупили подозрительность, и я шагнул к дому.
Дальнейшие события закрутились с невероятной скоростью.
Едва я переступил порог, как старик тут же бросился мне на спину. Шею обдало горячим дыханием, показалось, будто меня собираются укусить.
Тело отреагировало быстрее мозга. Я рванулся вперёд и вниз, перекидывая через себя сухого старикашку. Тот со всего размаху пролетел вперёд и врезался спиной в этажерку с обувью.
«Убил», – первое, что пришло мне в голову.
Вот только дед подскочил и тут же бросился на меня, да так шустро, что я едва успел отреагировать на очередную атаку. Прямой удар ногой в грудь, отбросил старика в кухню, где снова что-то загрохотало.
Продолжать избиение не было ни сил, ни желания, к тому же совесть сильно бунтовала против подобного поведения. Я развернулся к выходу, с полной уверенностью покинуть дом психа и уже с улицы позвонить в полицию. Вот только вместо этого замер от шока.
Из кухни, вместе с Николаем Ивановичем, вышел Серёга, тот самый, что днём должен был помогать мне с установкой столбов. Какого хрена он вообще здесь делает? Он что, ночевал тут, или… Да что вообще происходит?!
Мысли мелькнули в голове, будто скорый поезд, но ответов я так и не получил. Вместо этого Серёга и дед, одновременно ломанулись вперёд, что, собственно, и спасло мою жизнь.
Узкий проход кухонной двери попросту не позволил им проскочить в прихожую. А дальнейшего развития я попросту не дождался, выскочил из дома, и едва не полетел кубарем с крутых ступеней крыльца. Я бросился бежать, подгоняемый страхом, непониманием происходящего и самое страшное – топотом двух пар ног за спиной.
В том, что происходит нечто странное, я уже не сомневался. Зомби-апокалипсис? Какое-то бешенство? Вирус?
Вопросы и всевозможные гипотезы сыпались в голову без остановки, но даже они не могли сбить с темпа. Ноги несли меня на главную улицу нашего городка, туда, где многолюдно, где эти двое не посмеют безнаказанно наброситься на человека.
Как же я ошибался…
Выскочив к остановке, на которой сошёл сегодня утром, я едва успел резко взять в сторону, чтобы не полететь кубарем через человека, стоявшего на корточках. Инстинктивно обернулся, после чего припустил ещё быстрее. Сердце колотило в груди с такой скоростью, будто вот-вот собирается покинуть тело. Воздуха катастрофически не хватало, что вовсе не удивительно при моём стаже курильщика. Но основной виной тому было нечто другое.
То, что я увидел на тротуаре, никак не вязалось с реальностью в моей голове. Происходящее всё больше напоминало страшный сон, бред наркомана, глюки, да всё что угодно, только не реальность.
Тот мужик не просто стоял на четвереньках, он жрал! Жрал другого человека!
– Сука! – выдохнул я, когда увидел, как из поворота выскочили Николай Иванович с Серёгой.
Они мгновенно забыли обо мне и, рухнув на четвереньки, присоединились к пиру. И тут мой организм не выдержал.
Меня согнуло пополам, а изо рта под ноги полетел желудочный сок. Ведь за весь день там не побывало даже маковой росинки и, возможно, это тоже сыграло свою роль в моём выживании.
Приступ рвоты быстро прекратился, как раз к тому самому моменту, когда из проулка через дорогу прозвучал выстрел. И это точно была не петарда, а самый настоящий, ружейный. После чего раздался пронзительный крик.
Страшный, полный боли, ужаса и отчаяния. Так могут кричать лишь на грани смерти. Мне резко расхотелось оставаться на месте и я, обогнув пирующую компанию по большому кругу, понёсся домой.
Возможно, это не самая лучшая идея, особенно в такой момент, но мне, как обычному человеку, квартира казалась наиболее безопасным местом.
А тем временем хаос распространялся, словно цунами. Всё чаще звучали крики из проносящихся мимо домов и подворотен, ещё пару раз раздались выстрелы. И самое странное, что никакой полиции, завывания сирен и уж тем более военных. Мир просто слетел с катушек за один день, и никто не собирался этому мешать.
Городок у нас небольшой – всего тысяч тридцать населения, и на то, чтобы преодолеть расстояние до дома, мне потребовалось минут десять. С главной дороги я свернул, дабы не искушать этих тварей своим присутствием, но сейчас предстояло появиться посреди большого, спального района.
Страх сковал по рукам и ногам, когда пронзительный женский крик долетел до меня, несколько раз отразившись от кирпичных многоэтажек. А ведь у меня элементарно даже палки в руках нет, не то, что серьёзного оружия.
Несмотря на адреналин в крови, мозг продолжал работать и судорожно решал задачу: что, мать его происходит?! Что это за твари и как их убить?
На зомби они не похожи: те тупые, мёртвые, да и говорить не умеют. Дед ведь пригласил меня в дом, хоть и с трудом, но всё же.
С другой стороны, боли он, судя по всему, вообще не чувствовал. После моего первого броска взрослый, здоровый мужик не сразу бы смог подняться, а это будто ужаленный подскочил, несмотря на преклонный возраст.
Может, действительно вирус, какой, бешенство или ещё какая хрень? Но почему никаких новостей, предупреждений? Ведь полная тишина, словно ничего не происходит и вдруг такое!
Я украдкой двинулся вдоль забора «Сада Юннатов», по крайней мере, так он назывался при Союзе, хотя вроде и сейчас оно осталось прежним. Сразу за углом открывался вид на спальный район. Справа длинная пятиэтажка, которую все называют «Китайская стена» из-за её протяжённости. Слева, так называемый «Квадрат», потому как четыре дома образуют именно эту фигуру. Вот в один из этих домов мне и нужно попасть, только он располагается на противоположной стороне того самого квадрата.
Прямо проходит дорога, которая ведёт к перпендикулярной улице «Татарская», и там явно что-то происходит. Шум, очень похожий на драку, отчётливо доносится с той стороны.
– Ладно, может, удастся проскочить? – прошептал я.
Услышав собственный голос, даже немного полегчало. А может быть, временное состояние покоя помогло.
Я выскользнул из кустарника американского клёна, который, словно сорняк, разросся вдоль забора и шмыгнул в направлении помойки. Расстояние небольшое, всего метров двадцать, но мне показалось, будто я преодолеваю его целую вечность.
Снова замер за контейнерами, от которых невыносимо несло, и попытался успокоиться. Осторожно выглянул наружу – никого. Набрав полную грудь воздуха, я досчитал про себя до трёх и рванул в тёмный проулок, что был образован одним из домов «Квадрата» и забором «Сада Юннатов».
– Вон он! – внезапно прозвучал крик за спиной.
Сердце едва не выпрыгнуло из груди, и я заработал ногами с такой скоростью, что любой спринтер позавидует.
Об осторожности больше не могло быть и речи, потому я во всю прыть выскочил на перекрёсток, к которому собственно и вёл проулок. Дальше направо, подъезд моего дома так близко, что можно рукой подать, но одновременно со мной из-за дома выскочила группа подростков.
– Стоять, пидор! – закричал один из них окровавленным ртом, и вся толпа моментально пришла в движение.
Теперь, вместо того, чтобы бежать к дому, пришлось снова свернуть к главной улице, влево. Топот ног за спиной неслабо бодрил, однако стоило приблизиться к Советской, как подростки резко отстали.
«Что же делать? Домой сейчас, похоже, не попасть, но и лезть в центр – идея не из лучших. Точно!»
Идея податься к старому другу Лёхе посетила голову внезапно, как раз в тот момент, когда я пробегал мимо поворота на Колхозную. Странная улица – здесь даже в самое засушливое лето всегда грязно. Местные жители, чего только не делали, дабы побороть этот недуг. Однажды даже скинулись на щебёнку, от которой по весне даже намёка не осталось. В итоге просто забили и выстелили некое подобие тротуара из досок.
Сейчас они гулко оглашали мой бег на всю округу, но я не мог заставить себя перейти на шаг. Страх и близость спасительного дома товарища гнали меня вперёд.
Слева мелькнул проулок, что ведёт к Советской, и там я наконец заметил работу красно-синих проблесковых маячков. Неужели наконец-то полиция проснулась?!
Однако проверять я это не решился и поспешил к Лёхе, в надежде, что он поможет мне укрыться, пересидеть какое-то время. А вот, собственно, и он.
Я подбежал к дому и хотел было постучать в окно, но передумал. Не самая лучшая идея, привлекать к себе внимание лишним шумом.
Эти ворота мы делали с ним вместе, я помогал, по-дружески, а потому прекрасно знал их устройство и слабые места. Рука свободно прошла внизу, между резинок, и нащупала задвижку. Осталось слегка приподнять и потянуть на себя.
Я проник во внутренний двор, зафиксировал створку, затем замер и прислушался. Дома у Лёхи царила мёртвая тишина. До меня не сразу дошло, что машины во дворе нет и только осознав это, хлопнул себя ладонью по лбу. Он ведь говорил, что собирается с Настей в Казань на пару дней.
Ладно, может, оно и к лучшему, по крайней мере, я знаю, где хранится запасной ключ. Надеюсь, на время отпуска они его не убрали.
Как только дверь за спиной захлопнулась, силы будто покинули тело. Стоило замкнуть замок, тут же навалилась слабость, ноги вмиг сделались ватными, и я устало сполз по двери на пол.
В доме царила темнота, просматривались лишь слабые очертания предметов, да и то не всех.
Я уже было собирался подняться, как вдруг в кармане резко зазвонил телефон. Его мелодия прогрохотала в тишине, подобно раскату грома. Внутри меня всё похолодело, а сердце вновь застучало как сумасшедшее.
Я попытался выключить звук, но пальцы не слушались, в итоге трубка выскользнула из рук, продолжая при этом орать на весь дом. Наконец я подхватил её, но к тому моменту звонок оборвался.
Светлый экран с непривычки резал глаза, однако я прекрасно смог рассмотреть, кто же так настойчиво желал меня слышать. И от этого стало совсем уже не по себе, потому я отбросил телефон в сторону.
Несколько секунд пытался унять дрожь в руках, а затем на четвереньках добрался до трубки и вдавил кнопку вызова.
– Саня, дружище, ты где? – буквально тут же ответил Серёга. – Тут дядя Коля тебе денег передал, ты дома? Я сейчас занесу.
Голос такой сладкий, притом неестественно. Да где это видано, чтобы этот упырь, меня дружищем называл. Мудила, придурок, хорёк, это сколько угодно, но вот дружище?..
Я моментально отключил звонок и уставился в горящий экран отсутствующим взглядом. Как вдруг трубка мигнула и снова заиграла мелодия вызова.
Звонок я сбрасывал раза три, пока не догадался вообще отключить телефон.
* * *
Как я уснул, даже не помню. Просто вдруг осознал себя лежащим в прихожей на полу, а в глаза било яркое солнце.
Память не сразу подкинула то, что творилось вчерашней ночью, но как только это случилось, я в один миг подорвался с пола и бросился к окну.
Никого, полная тишина. Такое ощущение, словно вчера и не было ничего, приснилось и только. Но ведь я не дома, одет в рабочее, даже засохший цемент в волосах. Нет, всё это определённо не могло быть галлюцинацией.
Впервые за долгое время я решил включить телевизор, чтобы хоть что-нибудь понять.
Глава 2. Кто такой?
Сентябрь 2027 г.
Очнулся я от того, что кто-то бил меня по щекам. Уши горели, словно их долго и упорно трепали, хотя, скорее всего, так и было. Я где-то слышал, что подобный метод помогает привести человека в чувства.
Наконец разлепив глаза, увидел перед собой человека в форме дружины, но это и неудивительно, так как я едва успел отойти от стены на пару шагов. Что за ублюдок меня так крепко приложил, а главное – за что?
И тут мозг быстро сориентировался, я вспомнил, какую ценность нёс на плечах. Тут же резко подхватился, отчего перед глазами поплыло, но даже это не помешало мне заняться поиском рюкзака. Само собой, его нигде не было видно, что впрочем, тоже неудивительно.
– Эй, парень, ты как? – до ушей донёсся отдалённый голос, словно сквозь вату.
– Где? – бессвязно спросил я. – Где он?
– Кто? – удивлённо уставился на меня дружинник. – Тебе в больничку нужно, можем подбросить.
– Рюкзак где? – снова завёл я свою пластинку.
– Без понятия, – пожал плечами тот. – А он точно был?
– Где, бля, мой рюкзак! – разозлился я и схватил дружинника за грудки, за что тут же получил в челюсть.
– Эй, чё там за дела? – сквозь помехи в мозгах долетел отдалённый голос.
– Да придурок какой-то, хватать меня начал, – видимо, отозвался тот, что приводил меня в чувства.
– Может, в отдел его? – последовал вполне закономерный вопрос.
– Да нахер он сдался? – голос отдалился, а вскоре прозвучал хлопок двери и рёв мотора.
Я приподнялся и снова осмотрелся в поисках ценной поклажи, однако, увы, даже намёка нет. Я попался как лох, да ещё и с дружиной успел закуситься. Вот же идиот!
– Сука! – крикнул я в сердцах.
Было очень обидно, просто невероятно. Вся моя жизнь могла сегодня измениться, ведь за чёрное сердце дают равнозначный вес серебром, а это не шутка. Да на такие деньги я бы легко себе квартиру на полгода снял, и ещё бы осталось, притом не мало.
Но как, откуда грабители знали, что у меня там лежит? Я ведь даже похвастаться не успел. Почему из всех, кто вошёл в город, выбрали именно меня? Неужели за мной следили?
Стоп, это какой-то бред! Кому я на хер нужен со своими долгами… Хотя, если мне удалось кого-то обойти, добраться до одиночки первым…
Я похлопал себя по карманам и выудил из нагрудного пачку сигарет, чиркнул зажигалкой, прикурил и привалился к плечом к зданию, продолжая размышлять. Голова гудела, а в районе затылка образовалась здоровенная шишка. Может, и впрямь стоит к медикам обратиться, вот только чем им платить?
За душой ни гроша, даже на кружку пива медяка не завалялось, последние деньги отдал в боксе за бензин к мотоциклу. Ну так правильно, я же надеялся выручить серебра за чёрное сердце, а теперь вот даже пожрать не на что купить. Что за жизнь, мать её так!
Я отлепился от стены и двинулся вглубь города. Может, повезёт встретить кого из знакомых и занять пару монет. Да что я вообще несу? Нужно в отдел поспешить, заяву накатать, пока не поздно, можно ещё до обменника сгонять, возможно, успею найти ублюдка, который стянул мой рюкзак.
Недолго думая, свернул влево и уже через пару минут оказался рядом с обменным пунктом. Здесь в принципе скупали всё, что имело хоть какую ценность, даже сигареты принимали, но кратно блокам. Заведение всё ещё работало, и возле небольшого окошка, забранного решёткой, толпилась очередь из десяти человек.
– Э, ты не слишком борзый, алё?! – меня тут же одёрнули, так как я попытался пролезть вне очереди.
– Да мне только спросить, – попытался отмазаться я дежурной фразой.
– Ты выпросишь сейчас! – мне навстречу шагнул крепкий мужик, с недвусмысленным выражением лица.
– Да ладно, всё, понял я, – выставил я вперёд раскрытые ладони.
Совершенно не хотелось устраивать потасовку, к тому же сегодня я свою порцию «люле́й» уже получил. До сих пор голова гудит. Сейчас бы пивка холодного, а ещё лучше грамм сто, а никак не кулаком в челюсть.
Я спокойно прошёл в конец очереди и внимательно осмотрел каждого. Нет, моего рюкзака не видно, а грабитель вряд ли успел совершить обмен. Ну сколько времени прошло? Минут пять, максимум десять. Примерно столько будут обслуживать каждого, а то и больше, если там мелочи какие.
Так, какие у меня ещё варианты? Если не обменник, тогда где можно сбыть сердце? Правильно, высушить его смогут всего трое, и лишь один из них работает напрямую, то есть может себе позволить выкупить такую ценность.
Я ещё немного постоял неподалёку, в надежде, что грабитель всё же идиот и вскоре явится к обменнику. За это время очередь продвинулась лишь на одного человека, а из окна прозвучала фраза: «Этот последний на сегодня!»
Народ загомонил, кто-то обложил матом всю контору и администрацию города, но смысла в том никакого, лишь злость выплеснуть. А потому люди быстро разбрелись, а вместе с ними и я покинул точку наблюдения.
Следующим пунктом был отдел безопасности, ну или, как в простонародье их продолжали называть, «Мусарня». Отделение находилось всего в двух шагах и сделано это специально. Лихих людей сейчас стало в разы больше, попадались даже совсем отбитые, которые пытались грабануть обменник прямо под носом у дружины. Пусть земля им будет пухом.
– Добрый вечер, – я склонился к узкой щели к дежурному.
– Угу, – не отрывая глаз от журнала, буркнул тот.
– Меня ограбили, – продолжил я.
– Мы здесь при чём? – бросил на меня раздражённый взгляд тот.
– Заявление подать хочу.
– Господи, откуда вы такие берётесь вообще? Иди нахуй отсюда, пока я тебе рёбра не пересчитал!
– Но…
– Сдристнул, сука! – дежурный подорвался со стула, и я тут же поспешил убраться подальше.
– Пидор, – буркнул я, хлопнув дверью отделения. – За каким хером вас только держат.
На самом деле дружине плевать на мелкие правонарушения. Максимум, что они могут рассмотреть, так это убийство, да и то не всегда. Чаще они просто приезжают на место преступления, чтобы зафиксировать смерть или забрать уже схваченного виновника. Но искать, разбираться с ограблениями? В их задачу входит охрана периметра, ну или зарубить конфликт на корню, если таковой происходит на их глазах.
Ладно, надежда всё же была, попробовать стоило.
Я снова вставил в рот сигарету. Жрать хотелось невыносимо, а никотин слегка притупляет чувство голода, хотя это, может быть, самообман. Сделав глубокую затяжку, я направился к выходу из административной части города и поспешил в ремесленный сектор. Лавки там, скорее всего, уже закрыты, но мне они и ни к чему, разве что одна-единственная.
И вот, наконец первая удача за весь этот проклятый вечер: скорняк задержался на работе, и его лавка всё ещё была открыта. Я потянул дверь на себя, и сверху раздался мелодичный перезвон колокольчика.
– Мы закрыты! – прилетел крик из подсобки.
– Да я на минутку, – бросил я в ответ, и хозяин вынужден был выглянуть в торговый зал.
Пахло здесь, конечно, не очень. Причиной тому были бочки, в которых выдерживалась кожа. Никаких готовых изделий здесь не найти, скорняк торговал исключительно материалом. Рулоны аккуратно лежали на полках и дожидались своих покупателей.
Мало кто желал заниматься выделкой, дело не очень благодарное, но крайне вонючее. Мастеру проще зайти вот в такую лавку и приобрести отрез, чтобы впоследствии включить его в стоимость готового изделия. Но был у скорняков и плюс: только они могли правильно засушить чёрное сердце. Нет, наверняка на такое способны и другие люди, просто у этих для подобной работы есть всё необходимое. Реактивы, инструменты, а так же знания и технология.
– Чё надо, – строго спросил мастер, вытирая руки о ветошь.
– Вам сегодня, случайно, чёрное сердце не приносили? – спросил я прямо в лоб. – Буквально в последние полчаса?
– А тебе какое до этого дело? – сразу напрягся тот и опустил руки под прилавок. – Вали давай, пока я в тебе дырок не наделал.
– Да тихо ты, – продемонстрировал я скорняку пустые ладони. – Меня только что ограбили.
– Мне до этого какое дело? Иди к дружине.
– Был уже, меня и там послали.
– Темнишь ты что-то, парень, да и не похож ты на добытчика. Нет у меня ничего, вали давай!
– Да я не стану права предъявлять, просто скажи, как выглядел тот, кто сердце принёс.
– Ты тупой, что ли?! Я сказал, нет у меня ничего! – скорняк, уже не скрываясь, вытянул из-под прилавка обрез и взвёл курки, явно намекая, что разговор окончен. – Вали, пока цел, больше повторять не стану.
– Да понял я, ухожу, – буркнул я в ответ и попятился к двери.
На улице снова вытянул из пачки сигарету, которая оказалась последней. В сердцах выругался, попытался вернуть её на место и сломал.
– Сука, да что же за день то такой! Бля-а-а! – прокричал я на всю улицу.
Несколько раз глубоко вздохнул и попытался успокоить нервы. Настроение такое, что впору кого-нибудь убить, желательно того ублюдка, что украл мой рюкзак.
