Заняв место в дальнем углу полупустого зала (а посетителей здесь всегда было немного, что и требовалось разведчику), Хокс-Кузнецов открыл первую книгу и начал внимательно с ней знакомиться, периодически делая пометки в своём блокноте. Торопиться ему было некуда, пробыть здесь он планировал до самого закрытия этого учреждения, поэтому занимался своим делом обстоятельно, как привык это делать ещё со школьных, а потом и студенческих лет, когда обучался в Краснознамённом институте КГБ или «школе № 101» (она же «Лесная школа»).
Старинные часы с беззвучным ходом, стоявшие в углу зала, на которые изредка поглядывал разведчик, отмеряли час за часом. Но очень скоро изучение материалов настолько увлекло Хокса-Кузнецова, что он уже потерял счёт времени и вернулся к этому только вечером, когда до закрытия библиотеки оставалось чуть больше часа. За это время блокнот разведчика был заполнен почти наполовину, и теперь можно было сделать предварительные выводы на основе изученных материалов. И эти выводы были настолько ошеломительными, что разведчик какое-то время сидел неподвижно, размышляя о прочитанном и глядя в окно на моросящий на улице мелкий дождь. Затем Хокс-Кузнецов снова взял в руки блокнот, чтобы обобщить написанное. Картина нарисовалась следующая.
Поскольку главной целью исследователя было установить степень опасности, нависшей над Брежневым, и откуда эта опасность могла бы исходить, он тщательно изучил последние годы нескольких крупных политиков США и России. И первым в этом списке оказался президент Америки Франклин Делано Рузвельт, который трижды избирался на свой пост в 1933–1945 годах, а из жизни ушёл при весьма странных обстоятельствах. В годы войны именно благодаря ему США удалось установить более тесные отношения с СССР, которые продолжались вплоть до смерти президента, последовавшей 12 апреля 1945 года – то есть меньше чем за месяц до победы над фашистской Германией. И смерть эта была больше похожа не на естественную (от инсульта), а на насильственную (отравление), поскольку буквально сразу после неё политический курс Америки резко изменился – из просоветского он превратился в антисоветский.
Итак, Рузвельт умер буквально накануне падения нацистского Рейха. То есть, если рассматривать эту кончину как преднамеренную, то люди, которые это планировали, всё хорошо рассчитали – смерть Рузвельта не была опасна США, поскольку всё что надо для победы покойный президент уже осуществил. Как говорится, «мавр сделал своё дело, мавр может умереть». Что с Рузвельтом и случилось. После чего новый президент Гарри Трумэн изменил вектор американской внешней политики в обратном направлении – началась холодная война против СССР и всего Восточного блока.
«Значит, первое, за что могли устранить Рузвельта – это его просоветские настроения, его позитивное отношение лично к Сталину, – размышлял Хокс-Кузнецов, глядя в свой блокнот. – Трудно себе представить, чтобы „холодная война“ началась бы при Рузвельте. Здесь как раз обратное – она могла начаться только после его смерти. Которая весьма вовремя и произошла. Но есть ещё и вторая возможная причина его устранения».
Подумав об этом, разведчик перевернул очередную страничку своего блокнота.
Вторая причина устранения Рузвельта крылась в его ближневосточной политике. Сразу после Ялтинской конференции в феврале 1945 года американская делегация во главе со своим президентом вылетела в Египет, где её ожидал крейсер «Куинси». Именно на его борту президент в течение трёх дней (12–14 февраля) принял трёх лидеров ближневосточных государств: египетского короля Фарука, императора Эфиопии Хайле Селассие и короля Саудовской Аравии Ибн-Сауда. Последнего Рузвельт собирался убедить дать согласие на переселение нескольких десятков тысяч изгнанных с насиженных мест европейских евреев на территорию Палестины. Однако последовал категорический отказ. Как заявил Ибн-Сауд: «В Палестине уже есть вооруженная до зубов палестинская армия из евреев, не собирающаяся воевать с немцами, но явно нацеленная на арабов. Мы, арабы, уже две тысячи лет знаем о евреях то, о чем вы стали догадываться только после двух мировых войн».
Рузвельт был поражён сообщёнными ему сведениями. По его же словам, от короля саудитов он за пять минут узнал о Палестине больше, чем за всю свою прежнюю жизнь. Итогом этого стало заявление Рузвельта, которое и могло стоить ему жизни: он пообещал Ибн-Сауду, что как президент Америки не предпримет никаких действий, враждебных арабскому народу. После этого от Рузвельта буквально сбежал его ближайший помощник Гарри Гопкинс – он просто сошёл с крейсера в Алжире и никогда больше не встретился со своим президентом!
А что же Рузвельт? Он как будто забыл о какой-либо опасности, и пошёл навстречу своей гибели. 28 февраля он вернулся в Вашингтон. Спустя ровно месяц Ибн-Сауд направил ему письмо, в котором подтверждал свои предостережения об опасных последствиях, которые станут неотвратимыми, если США поддержат сионистов. В ответном коротком послании от 5 апреля Рузвельт пообещал: «В качестве главы Американского правительства я не предприму никаких действий, которые могли бы оказаться враждебными по отношению к арабскому народу». И спустя неделю Рузвельта… не стало. Официальная причина смерти – инсульт. Однако гроб с телом покойного президента США во время церемонии прощания был почему-то закрыт, а вскрытие тела не производилось. Между тем личный врач президента, доктор Мак-Интайр, свидетельствовал, что регулярные осмотры президента никаких признаков склероза мозговых артерий не показывали. Всё это только усилило слухи о насильственной смерти президента.
Тем временем сразу после смерти Рузвельта его преемник Гарри Трумэн начал действовать. И вот уже отдаётся команда начать разгружать корабли, загруженные товарами, предназначенными к поставке по ленд-лизу в СССР.
«Эта смерть могла бы сойти за естественную, если бы не этот стремительный разворот на 180 градусов по отношению к своему бывшему союзнику – Советскому Союзу», – пришёл к единственному выводу Хокс-Кузнецов.
Следующим в его списке руководителей, смерть которых выглядела более чем странно, был Сталин. Причём и там просматривался тот же след – сионистский. В мае 1948 года, благодаря позиции СССР, занятой в ООН, было создано государство Израиль. Помогая создать его, «вождь народов» рассчитывал на то, что оно станет его союзником против США и Великобритании на Ближнем Востоке. Думать так Сталину позволяло и то, что в СССР проживали миллионы евреев. Однако руководство Израиля наплевало как на Сталина, так и на своих советских соплеменников. Они выбрали куда более богатого союзника – США, которые не только не пострадали в ходе Второй мировой войны, но и усилились и разбогатели. Разгневанный Сталин этого шага израильскому руководству не простил. И в конце 1948 года был разгромлен Еврейский Антифашистский комитет, а его руководители расстреляны за произраильские настроения. Началась «борьба с космополитизмом». В начале 50-х эта кампания продолжилась: в МГБ был раскрыт сионистский заговор, а в 1953 году на свет появилось «дело врачей».
Кроме этого, ещё осенью 1952 года Сталин надумал произвести в Президиуме ЦК КПСС «смену поколений» – отправить в отставку прежних руководителей и ввести туда новых – более молодых. Всё это намечалось произвести в марте-апреле 1953 года. Однако эти рокировки так и остались на бумаге, поскольку в начале марта Сталин внезапно скончался от кровоизлияния в мозг.
«И здесь, как и в случае с Рузвельтом, фигурируют похожие факторы: борьба с сионистами, новый курс на омоложение руководства и в итоге странная смерть от того же инсульта, – вновь размышлял после прочитанного Хокс-Кузнецов. – Причём умер Сталин в священный для всех евреев праздник Пурим, и практически сразу после его смерти было закрыто „дело врачей“ и восстановлены дипломатические отношения с Израилем. Да и „смены поколений“ в высшем руководстве СССР тогда так и не случилось».
И тут Хокс-Кузнецов самым прямым путём выходил на ту ситуацию, которая сложилась в советском руководстве уже при Брежневе. Материалы газеты «Правда» за минувший год ясно указывали на то, что советский генсек развил активную деятельность на азиатско-мусульманском направлении. В марте он посетил Узбекистан, где произнёс речь во славу нормализации советско-китайских отношений, которые были прерваны в 1980 году по вине китайской стороны (из-за событий в Афганистане). А ведь всего лишь год назад, в феврале 1981 года, выступая на 26-м съезде КПСС, Брежнев назвал китайское руководство фашистским. И вот теперь такой поворот – советская сторона первой решила протянуть руку дружбы китайцам. Причём заявлено это было в Узбекистане, что означало лишь одно – это направление должен был отрабатывать тамошний руководитель Шараф Рашидов, которого для этого обязательно должны были ввести в состав Политбюро, чтобы увеличить его политический вес.
Затем в сентябре Брежнев посетил ещё одну мусульманскую республику – Азербайджан. И снова генсек говорил о нормализации отношений с Китаем, а ещё шире – о желании изменить к лучшему ситуацию во всём Азиатском регионе. Это означало лишь одно – перебрасывался мостик к тому, чтобы начать процесс вывода советских войск из Афганистана. То есть, шла подготовка к возможному исправлению той стратегической ошибки, которую совершило советское руководство в декабре 1979 года, войдя в Афганистан и угодив в ловушку. В свете этого не могла не измениться советская позиция и в отношении Ирана, для чего, собственно, Брежнев и посетил Азербайджан, лидер которого Гейдар Алиев, судя по всему, должен был пойти по стопам Рашидова – войти в состав Политбюро и заняться уже иранским направлением. Но всё это явно должно претить противоположной стороне – Западу и сионистам, которые вряд ли сейчас сидят сложа руки и спокойно наблюдают за происходящим. Они прекрасно помнят судьбу Рузвельта и Сталина, которые шли той же дорогой, что и Брежнев, но в итоге оба плохо кончили. Вполне вероятно, такой же конец они готовят и Брежневу – либо своими руками, либо руками противников генсека внутри самой верхушки КПСС. Надо быть слепцом, чтобы не видеть этого.
Придя к такому заключению, Хокс-Кузнецов захлопнул свой блокнот и принял то единственное решение, которое он и должен был принять в свете полученных за последние два дня сведений – срочно лететь в Москву.
ЛЕНТА НОВОСТЕЙ
от 13 апреля 2020 года
В России, по данным сайта СтопКоронавирс. РФ, на 13 апреля выявлено 18 328 случаев заражения корона-вирусом (сутки назад было 15 770), 148 человек умерли (сутки назад было 130), 1470 выздоровели (сутки назад было 1291). В стране всего проведено около 1,3 миллиона тестов. Большинство заболевших – в Москве —11.513 (82 умерли, 837 выздоровели).
В Московской области – 1855 заболевших (19 умерли, 75 выздоровели).
Заместитель мэра Москвы Анастасия Ракова сообщила, что 150 человек были выписаны за прошедшие сутки из московских больниц. Число выздоровевших после коронавируса в Москве увеличилось до 837 человек. Пресс-служба Роспотребнадзора сообщает, что под медицинским наблюдением в России из-за подозрения на заражение новой коронавирусной инфекцией остаются около 141 тыс. граждан. В оперативном штабе по борьбе с распространением коронавирусной инфекцией сообщили, что всего за сутки в России от коронавируса выздоровели 179 человек, за весь период – 1 470 человек. Число заразившихся новой коронавирусной инфекцией в России выросло за последние сутки на 2558 и сейчас составляет 18.328 человек в 82 регионах страны. «За сутки умерло 18 пациентов с коронавирусом. За весь период по России умерло 148 человек», – говорится в сообщении штаба.
Как оформить пропуск
С 30 марта в Москве введен режим полной самоизоляции. Покидать жилье разрешается только в крайнем случае. С 15 апреля для передвижения по городу на общественном или личном транспорте нужно будет иметь специальный пропуск. Такие меры призваны прекратить распространение коронавирусной инфекции.
С 15 апреля начинает действовать система пропусков для поездок по Москве и области. В понедельник, 13 апреля, началась процедура выдачи разрешений. Пропуск необходим только для тех, кто использует в поездке личный или общественный транспорт. Разрешение не нужно тем, кто передвигается пешком по району. Систему ввели для более полной реализации мер по ограничению передвижения по городу, которые ввел Сергей Собянин 29 марта.
В Москве от коронавируса лечатся дома более 6 тысяч человек
В российской столице более шести тысяч человек лечатся от коронавируса на дому сообщает оперативный штаб по контролю и мониторингу ситуации с коронавирусом в Москве.
Отмечается, что состояние большинства пациентов, лечащихся дома, стабильное. Количество случаев, когда заболевшим становится хуже, минимально. «Если такое все же происходит, пациенты обязательно госпитализируются», – подчеркнули в оперштабе.
Для пациентов на дому работает центр телемедицины. Врачи круглосуточно консультируют заболевших, обсуждают их состояние и дают свои рекомендации.
А как у соседей?
Во всем мире зарегистрировано 1.760.207 случаев COVID – 2019, 402.321 выздоровлений и 108.437 смертей. В России заразились 15.770 человек, поправились 1291, скончались – 130. В Польше число инфицированных выросло до 6356. Выздоровели 375 человек, умерли – 208. В Украине выявлено 2511 случаев коронавируса. Из них поправились 79 пациентов, 73 – умерли. В Литве зарегистрировано 1026 заразившихся. Выздоровели 54 человека, погибли – 23. В Латвии выявлено 630 случаев COVID – 2019,16 выздоровлений и 3 смерти.
Лукашенко заявил, что белорусы не умирают от коронавируса
Во всех случаях смерти заразившихся COVID-19 причиной летального исхода стали другие заболевания. Белорусы умирают не от заражения коронавирусом, а от хронических заболеваний, которые развиваются на фоне COVID-19. Об этом в понедельник, 13 апреля, заявил президент Белоруссии Александр Лукашенко на совещании относительно ситуации с коронавирусом, передает БелТА.
«Люди боятся. Поэтому я им хочу сказать следующее: у нас в стране не умер ни один человек от коронавируса. Ни один! Они умерли от букета хронических болезней, которые у них были», – сказал Лукашенко. Он сообщил, что причинами смертей становятся сердечно-сосудистая недостаточность, дыхательная легочная недостаточность, сахарный диабет и диагнозы, которые «даже прочитать невозможно».
По словам Лукашенко, коронавирус – «это та атмосфера, в которой развиваются их хронические болезни». «Никто от коронавируса в нашей стране не умрет. Я публично об этом заявляю. Это мое твердое убеждение, исходя из анализа не только прошлых лет. У нас уже опыт этого года есть. И, исходя из опыта нашего, китайского, американского, европейского (протекания этих болезней), мы видим, как работать. Мы уже нашли комбинации лекарств, чтобы спасать людей. Поэтому мы за каждого человека будем не бороться, а сражаться. И если этот человек не опустил руки, он обязательно выздоровеет», – пообещал Лукашенко.
По информации Минздрава Белоруссии, по состоянию на 13 апреля в стране умерло 29 пациентов с коронавирусной инфекцией, общее число инфицированных достигло 2919 человек. Также в стране 300 инфицированных COVID-19 медиков.
13 апреля 2020 года, понедельник, Москва, режим карантина, Ореховый бульвар, квартира Шориных
И вот сегодня с утра он сделал всё, как ему говорили – с помощью деревянной толкушки раскрошил таблетку, полученный порошок собрал на дне чайной ложки и добавил туда воды. После чего подошёл к Плутону, который лежал на диване и внимательно наблюдал за тем, что делает его новый хозяин. Пес ещё вчера вёл себя самым примерным образом и глотал лекарство без каких-либо отпирательств, как будто понимал, что ему это крайне необходимо. Не стал он сопротивляться и в этот раз – беспрекословно позволил открыть себе пасть и влить туда лекарство.
– Какая же ты у меня умница! – похвалил собаку Шорин, после чего поцеловал её в пушистый лоб и добавил: – Мне сейчас надо отъехать, а ты оставайся дома и веди себя хорошо. Договорились?
Вместо ответа Плутон забил хвостом по дивану, что означало: ни о чем не беспокойся, я буду послушным. На самом деле, едва Шорин покинул квартиру и на лестничной площадке стихли его шаги, Плутон спрыгнул с дивана и отправился на экскурсию по трёхкомнатной квартире. Вчера, ввиду своего не слишком хорошего состояния, он не смог этого сделать и теперь восполнял этот пробел. Собака прошлась по квартире, тщательно обнюхивая её и осматривая. Его чуткий нос сразу уловил, что помимо запаха его хозяина, здесь присутствует ещё один – чужой. Этот запах резко отличался от хозяйского и чем-то напоминал запах врача, который лечил вчера Плутона в клинике. Особенно сильным этот запах был на кухне, где на стульчике висел халат, сильно источавший этот запах. Плутон схватился зубами за полы этой чужой для него одежды и потянул его на себя. Спустя секунду халат оказался на полу вместе со стулом. Обнюхав одежду со всех сторон и запомнив каждый нюанс этого запаха, Плутон оставил халат в покое и покинул кухню, переместившись в соседнюю комнату, где стояла двухспальная кровать. Над ней висела фотография двух улыбающихся людей. В одном собака сразу узнала своего нового хозяина, а вот вторым человеком была женщина весьма привлекательной наружности и копной рыжих волос на голове. Одним прыжком Плутон вскочил на кровать и, дойдя до стены, встал на задние лапы, внимательно вглядываясь в изображение незнакомки, запечатлённой на фотографии. Взгляды собаки и человека сошлись и пёс явственно уловил в этом взгляде угрозу – причём, не только для себя, но и для своего нового хозяина.
13 апреля 2020 года, понедельник, Москва, режим карантина, Медведково, квартира Вилкиса Салюнаса
– Ты слышал, что с завтрашнего дня в Москве вводят жёсткий карантин, а со среды вообще введут электронные пропуска? – спросила у любовника Белла, выпуская дым под потолок.
– Нас с тобой это не касается, – ответил Вилкас, лежа в постели и с вожделением разглядывая стройную фигуру своей любовницы с идеальными ягодицами. – Любой пропуск я тебе устрою, и ты сможешь приезжать сюда беспрепятственно.
– А ты не боишься, что я могу где-то подцепить эту заразу и заражу тебя? – спросила Белла, всё так же стоя спиной к собеседнику. – Или наоборот – ты заразишь меня.
– Я же тебе говорил, что в эту пандемию я не верю, – ответил Вилкас. – Это всё игры больших политиков, от которых пострадают все, в том числе и мы, бизнесмены. Я боюсь не вируса, а того, что мне придётся прикрыть на время сеть моих ресторанов, а это миллионные убытки.
– Я полагаю, что ты не обеднеешь, – резонно предположила Белла.
– Как сказать, дорогая. Если подобного рода пандемии будут устраивать на постоянной основе, тогда мой бизнес серьёзно просядет. Клиенты просто станут бояться тех мест, где есть скопления людей. И вообще после этой пандемии вся окружающая нас жизнь может круто измениться не в лучшую сторону.
– Никогда не подозревала в тебе философа, – в голосе Беллы можно было ясно уловить нотки сарказма. – Я всегда считала, что единственная твоя философия – это деньги. А их у тебя много, поэтому никакие пандемии им не страшны. И вообще, перестань пялиться на мою задницу.
– Откуда ты знаешь, куда я пялюсь, если смотришь в окно? – удивился Вилкас.
– Потому что я хорошо тебя знаю. Деньги и секс – вот две вещи, которые по-настоящему скрашивают твою жизнь.
– Тогда заканчивай курить и иди ко мне – я хочу приложиться к твоей пятой точке, которая не хуже, чем у Ким Кардашьян.
– Ты что, Волчонок, уже успел по ней соскучиться?
Это ласковое прозвище Белла придумала своему любовнику сама, исходя из перевода его имени Вилкас – волк.
– А ты подойди ко мне, рыжая бестия, и узнаешь, – последовал ответ.
Белла сделала последнюю затяжку, после чего вдавила недокуренную сигарету в пепельницу, стоявшую на подоконнике и, виляя бёдрами, а также потрясая рыжей копной волос, направилась к своему любовнику.
Когда спустя несколько минут они устало откинулись на подушки, полностью удовлетворённые бурным сексом, Вилкис внезапно сообщил:
– Твой «красный блогер» снова выпустил гадский ролик.
– На какую тему? – всё ещё тяжело дыша, спросила Белла, которая сразу поняла, о ком именно идёт речь – о её супруге Иване, работавшим блогером в студии «Реванш».
– Какая разница – я же говорю, что гадский, – не стал вдаваться в подробности Вилкис. – Он явно напрашивается.
– Ты хочешь его убить? – не поворачивая головы к собеседнику, спросила Белла безразличным голосом.
Эта реакция удивила Вилкиса, который спросил:
– Судя по твоему голосу, тебя его смерть мало волнует?
– Все мы когда-нибудь умрём – кто-то раньше, кто-то позже.
– Но речь-то о твоём муже.
– Слушай, чего ты от меня хочешь – чтобы я зарезала его во сне? – повернула, наконец, лицо к собеседнику Белла. – Так я этого не сделаю – слишком хлопотно и в тюрьму садиться не охота. К тому же мой муж ничего плохого лично мне не делает.
– Дурёха, кто говорит об убийстве? – улыбнулся Вилкис. – Просто подлей ему в пишу одну жидкость – вот и все дела.
– Что за жидкость? – напряглась женщина.
– Она вызывает реакцию в организме, после чего у человека атрофируются мышцы на некоторое время. Нам надо, чтобы твой «красный блогер» на месяц-другой угодил в больницу – пока эта эпидемия в самом разгаре.
Белла ничего на это не ответила, снова откинувшись на подушку и глядя в потолок. Было видно, что она раздумывает над услышанным, однако её молчание затягивалось. Тогда Вилкис пустил в ход беспроигрышные аргументы.
– За эту услугу я обещаю подкинуть тебе деньжат, которые пригодятся тебе в столь трудное время. Ты же понимаешь, что после эпидемии наверняка случится отток клиентов из твоего салона, а мои деньги помогут тебе перекантоваться.
Белла владела фотосалоном «Роза ветров» на Неглинной улице.
– И сколько ты мне подкинешь? – поинтересовалась женщина.
– Не бойся, не прогадаешь, – ответил Вилкис и положил свою руку на обнажённую грудь любовницы. – К тому же, пока твой «красный блогер» будет куковать в больничных покоях, у нас с тобой будет время шпилить друг друга в любое время.
Поскольку оба аргумента были из разряда убойных, Белла приняла единственное возможное решение – она согласилась.
– В таком случае возьми вот это, – и Вилкис достал из-под подушки небольшой пластиковый флакон, который почти до верха был заполнен прозрачной субстанцией. – Надо влить это в любую жидкость, начиная от чая, сока или, на худой конец, супа. Штуковина это безвкусная, быстро растворяется, поэтому твой благоверный ничего не почувствует.
Белла молча взяла флакон и какое-то время изучала на свет его содержимое. После чего встала и, подойдя к трюмо, на котором лежала её дорогая сумочка «Tribute Patchwork» от Louis Vuitton за 50 тысяч долларов, которую ей подарил всё тот же любовник, спрятала в неё флакон.
Ретроспекция
28 октября 1982 года, четверг, Лондон, Грин-парк
– Что случилось? – первое, что спросила жена у мужа.
По её голосу было видно, что она взволнована, но внешне ничто не выдавало в ней этого волнения. Вместо ответа Хокс-Кузнецов взял её под локоть и повёл в расположенный по соседству Грин-парк, где в это время дня было уже безлюдно. Там, прогуливаясь по тенистой аллее, муж сообщил ей новость, которая буквально ошеломила женщину:
– Крипс знает, кто мы такие.
– Каким образом? – не веря своим ушам, спросила Джудит-Ольга, остановившись как вкопанная посреди аллеи.
– Из наших натальных карт, – ответил муж, не выпуская её локоть и вновь увлекая её вперёд. – Ты же знаешь, что он давно увлекается астрологией и сумел сопоставить наши дни рождения со своими расчётами. И они не совпали.
– И ты не смог его опровергнуть? – продолжала удивлённо вопрошать жена.
– Я пытался, но у меня это не получилось, – честно признался Хокс-Кузнецов.
– Тогда надо срочно вызывать ликвидатора, – голосом полным решимости, заявила жена.
– Ты с ума сошла! – теперь уже настала очередь остановиться мужу.
– Ничего я не сошла – его надо ликвидировать, пока он не донёс на нас в контрразведку, – остановившись напротив мужа, продолжала настаивать женщина. – Мы не для того сюда внедрялись столько лет, чтобы какой-то владелец книжной лавки пустил коту под хвост всю нашу работу. Ты же знаешь, что я месяц назад познакомилась с секретарём военного министерства и у нас появилась реальная возможность его завербовать в рамках операции по РЯН (так советское руководство зашифровало возможную угрозу «ракетно-ядерного нападения» на СССР со стороны США и стран блока НАТО). Мы не можем поставить под угрозу срыва всё наше дело.
– Ещё раз повторяю тебе, дорогая, что мы не можем ликвидировать Крипса, – продолжал стоять на своём разведчик.
– Но почему?
– Потому что – здесь Хокс-Кузнецов сделал небольшую паузу, после которой продолжил – потому что этот человек мне доверился. Оказывается, он уже давно догадывался о нашей тайне, но открылся передо мной только вчера. А подвигло его на этот шаг желание помочь нашей стране.
– Ты его завербовал?
– Можно сказать и так, – согласился с этим предположением разведчик. – Чтобы ты поняла, о чём я говорю, тебе придётся набраться терпения и выслушать мой рассказ. Ты согласна?
Вместо ответа жена молча кивнула головой.
– Только обещай мне, что ты будешь внимательно меня слушать и по возможности не перебивать.
– Обещаю, – ответила Джудит-Ольга.
После этого муж снова взял жену под локоть и они отправились в прежний путь по тенистой аллее. И разведчик начал свой рассказ. Всё время, пока он длился, женщина молчала и лишь изредка с удивлением смотрела на мужа, поскольку не могла понять, всерьёз он верит в излагаемое или всё же сомневается. Однако хорошо зная своего супруга, она видела – он по-настоящему верит в происходящее. И она готова была принять эту позицию, если бы Хокс-Кузнецов в конце своего рассказа, не сообщил ей, что он собирается немедленно лететь в Москву.
– Ты в своём уме? – не веря своим ушам, спросила Джудит-Ольга, вновь остановившись, как вкопанная.
– Конечно, в своём, – сохраняя прежнее спокойствие, ответил разведчик. – Неужели ты не понимаешь, что всё выкладки Крипса это не плод его воспалённой фантазии, замешанной на астрологии, а самая настоящая реальность. Он оказался прекрасным прогнозистом, который не только разоблачил нас с тобой, но и ту угрозу, которая нависла сейчас над Брежневым.
– Хорошо, пускай она нависла, но кто тебе сказал, что смерть этого человека таит в себе угрозу нашей стране? Может быть, как раз наоборот? Может, при Андропове всё пойдёт по лучшему сценарию, а не по худшему.
– Я тоже так поначалу думал, – согласился со своей женой разведчик. – Но сегодня я несколько часов провёл в библиотеке, штудируя разные политические трактаты и газеты. И пришёл к выводу, что смерть Брежнева только усугубит ситуацию для нашей страны. Точно так же, как это случилось после смерти Рузвельта и Сталина, которых тоже, вероятнее всего, убили те же силы, которые собираются устранить и Брежнева. Понимаешь, сегодня в библиотеке я понял, что прогноз Крипса – верный. Он не ошибается – он зрит в корень. И если мы не поможем ему, а он нам доверился, то мы потом не сможем с этим жить. Наша страна в недалёком будущем прекратит своё существование и именно тогда вся наша работа пойдёт коту под хвост. Поэтому мы не можем этого допустить.
Выдохнув этот монолог, разведчик посмотрел жене в глаза, ожидая от неё ответа. А та всё медлила, мучительно размышляя над услышанным. Наконец, она произнесла:
– Чего ты хочешь лично от меня?
– Только одного, дорогая – чтобы ты мне не мешала. Позволь мне уехать в Москву и прикрой меня здесь от ненужных расспросов. Если у меня выгорит в Москве, я вернусь максимум через две недели. Если не вернусь…
Здесь разведчик сделал паузу, устремив свой взгляд куда-то вдаль – туда, где заканчивалась аллея. После чего продолжил:
– Если я не вернусь, значит, тебе придётся работать одной. Я знаю, ты сильная женщина и сможешь с этим справиться.
Вместо ответа жена прижалась к мужу, положив голову ему на грудь. Обняв её, Хокс-Кузнецов понял, что его миссия удалась и теперь его уже ничто не сможет удержать в этом городе. Впереди его ждала Родина, но какой приём она ему приготовила, он знать не мог, хотя предчувствия у него были самые тревожные.
13 апреля 2020 года, понедельник, Москва, режим карантина, район метро «Красные ворота», студия «Реванш»
Иван Шорин припарковал свой тёмно-синий «Ситроен» в одном из переулков рядом с метро «Красные ворота». Здесь находилась блогерская студия «Реванш», в которой он работал. Студия находилась на первом этаже шестиэтажного дома ещё дореволюционной постройки, занимая пять комнат, которые когда-то служили людям жилыми квартирами. На звонок в металлическую дверь её перед Шориным открыл его коллега по имени Андрей, у которого пришедший спросил:
– Казетти пришел?
– Минут пятнадцать уже тебя дожидается, – последовал ответ.
Джанкомо Казетти был известным итальянским журналистом, который часто бывал в России, где у него было множество друзей, в основном среди представителей «левого» движения. Сегодня он приехал в блогерскую студию «Реванш», чтобы дать интервью по поводу событий, которые происходили в мире вокруг эпидемии коронавируса.
Когда Шорин вошёл в гостевую комнату, итальянец сидел в ней один, устроившись на диване за столиком, и потягивал горячий кофе из чашки. Прямо перед ним на столе стояла ваза с печеньем, но к сладостям гость не прикасался.
– Извините меня, Джанкомо, за опоздание, но меня у метро тормознула полиция – проверяли документы, – оправдался за своё опоздание блогер.
– Не извиняйтесь, Иван, меня самого останавливали два раза, – улыбнулся в ответ итальянец. – Интересно, что же будет через два дня, когда ваш мэр введёт в действие электронные пропуска?
– Вот через два дня и узнаем. А пока, если вы готовы, мы можем приступить к съемке, – сообщил Шорин.
– С удовольствием, – живо откликнулся гость и, допив кофе, поднялся с дивана.
Они прошли в студию, которая находилась в соседней комнате – достаточно внушительной по размерам. Видно, когда-то, во времена обитания в этой квартире жильцов, она служила им гостиной. Возле съёмочной аппаратуры хлопотал оператор, с которым итальянец поздоровался за руку, после чего сел в кресло, приставленное к большому полукруглому столу. Шорин занял кресло напротив – он должен был выступить в качестве интервьюера.
Когда всё было готово к записи, и к лацкану гостя был прикреплён миниатюрный микрофон, Шорин начал вступительное слово:
– Добрый день, уважаемые наши интернет-зрители. В условиях, в которых мы все с вами сейчас находимся, отрезанные от всего мира, важно любое мнение, особенно если оно принадлежит людям, которые имеют возможность наблюдать за происходящим не со стороны, как мы, а непосредственно находясь в гуще событий. Например, все мы знаем, какая тревожная ситуация сложилась сегодня в Италии, где, как нам сообщают, бушует эпидемия коронавируса. По телевидению нам показывают ужасные кадры оттуда, но всё это информация отстранённая, мы не слышим мнения самих итальянцев. И вот сегодня у нас появилась такая возможность. У нас в гостях очень известный итальянский журналист Джанкомо Казетти, который любезно согласился придти к нам и высказать своё мнение о том, что происходит сегодня у него на родине, в Италии, да и во всём мире с эпидемией коронавируса. Добрый день, уважаемый Джанкомо! Мой первый вопрос к вам будет таким: что происходит у вас на родине и как вы относитесь к происходящему в мире вообще?
– Бонджорно, Иван, бонджорно, уважаемые наши зрители, – ответил на приветствие итальянец. – В Италии происходит странная и необъяснимая вещь. Эпидемия поражает людей в основном на севере страны: в Милане, Ломбардии, Бергамо. И никто не может объяснить, почему это происходит именно там и только там. Вот я, например, читаю, вроде бы, здравые рассуждения о том, что в Италии больший процент пожилых людей, чем в Германии. Плюс то, что у нас слишком большое количество людей в возрасте от 30 до 49 лет, проживающих с родителями – целых 20 процентов, в то время как в Германии, где смертность от коронавируса в несколько раз ниже итальянской, эта категория составляет 10 процентов. Далее эти люди говорят, что итальянское здравоохранение не было готово встретить атаку эпидемии во всеоружии. У нас не хватало масок, респираторов, аппаратов искусственной вентиляции легких, специализированных коек в реанимациях и инфекционных отделениях. Что в Германии 29,2 койки на каждые сто тысяч населения, а у нас в Италии – 12,5. Причём сложилось такое положение по одной простой причине: Евросоюз, созданный для «взаимопомощи членов альянса», знает только одну форму вывода стран из финансового кризиса – каждая получающая кредит страна обязывается перевести свою жизнь в режим аскетизма. А ведь именно финансовый кризис и переживала Италия всего несколько лет назад. В результате чего она существенно сокращала бюджетные расходы. Под сокращение первыми традиционно попали сферы здравоохранения, образования и социальные программы. Всё это я прекрасно знаю. Но я знаю и вижу своими глазами ещё и другое: на севере Италии гораздо лучше инфраструктура, чем на юге, там медицина развита очень хорошо. И она менее пострадала от бюджетных сокращений. Север Италии всегда считался богатым, а вот юг, наоборот, бедным.
Однако на юге размеры эпидемии значительно ниже, чем на севере и это выглядит парадоксально.
– Извините, что прерываю вас, Джанкомо, – перебил плавную речь гостя Шорин, – но может быть, разгадка кроется в том, что эта эпидемия не природного характера, а рукотворного? Тогда становится понятно, почему ваша родина заражена не столь равномерно, как это могло бы быть, если бы это был природный вирус. Кстати, и в США происходит то же самое – там эпидемия свирепствует в основном на востоке страны, где сосредоточены основные управленческие структуры: тот же Нью-Йорк, например, где расположена знаменитая Уолл-стрит. Вот передо мной наглядный список умерших американцев по городам, – и Шорин взял в руки лист бумаги, который всё это время лежал перед ним на столе. – Так вот, этот список наглядно демонстрирует, что эпидемии подверглись главным образом штаты на востоке США, а не на западе. Судите сами: в Нью-Йорке – 1941 умерший от эпидемии, в Мичигане – 417, в Нью-Джерси – 355, в Луизиане – 273, в Вашингтоне – 247, в Джорджии – 163, в Массачусетсе – 154, в Иллинойс – 141, во Флориде – 101. В штатах западнее счёт идёт лишь на десятки умерших и там выделяется лишь одна Калифорния, где 215 умерших. Почему так может происходить? Я полагаю, что люди, которые придумали этот вирус, специально заразили им определённые места, которые они считают стратегическими. Ведь восток США это вотчина Дональда Трампа – президента Америки. А у него в этом году выборы и есть шансы, что он снова победит. А у противной стороны нет достойного кандидата, который мог бы бросить ему вызов. Но с помощью этого вируса можно резко понизить рейтинг Трампа. Кстати, то же самое можно сказать и про Китай, где возник первый очаг этого вируса – видимо, и он был заражён не случайно.
– Я понимаю, Иван, куда вы клоните, – вновь вступил в разговор Казетти. – Я тоже много думал на эту тему и могу сказать, что в этой эпидемии много тёмных сторон. Уж больно вовремя она к нам пришла – на пике мирового финансового кризиса. Как будто кто-то захотел переделить мир без войны. И моя Италия в этом плане понятная мишень – она экономически сильно привязана к тому же Китаю. Поэтому я не скрываю – напротив, открыто высказываю свою точку зрения, что у меня создалось впечатление о неспонтанности происходящего, что всё это – не само собой произошедшие события. Обратите внимание, что Билл Гейтс сейчас активно продвигает идею, что все граждане мира должны быть вакцинированы, потому что иначе этот вирус будет держаться несколько лет, два-три года, по крайней мере. Эта его идея обязательной вакцинации, настойчивые разговоры об этом – очень тревожное известие, пугающий симптом. Создаётся впечатление, что есть люди, обладающие серьёзной властью, которые преследуют цель коренным образом изменить жизнь людей на планете, само поведение людей. Это похоже на ситуации из утопических, очень страшных фантазий романов Прево, Хаксли, Оруэлла и им подобных. И это – идея полного, тотального контроля над человечеством.
Кто-то строит нам новый мир. Мы видим, что предпринимается попытка установить новую систему – общинную, это новая форма глобализации: все люди будут под контролем, все люди будут закрыты для свободных, самостоятельных действий, под колпаком, так сказать. И те, кто не будут поддаваться этому, попробуют избежать контроля, не захотят попасть в систему общего наблюдения, будут изолированы от всех остальных! Они станут изгоями. Газеты уже пишут, что надо внедрить такую систему, внушить обществу идею, убедить, что если человек не будет вакцинирован против этого коронавируса, то он несёт угрозу остальным. И потому он не сможет работать, передвигаться на транспорте, даже попросту пешком, не сможет покидать своё жилище. Удручает, что кто-то задумал построить мир, где несколько миллиардов людей будут, по существу, заключёнными. Заключёнными! Это волнует многих, вызывает обоснованные опасения и даже психоз: что будет с нами?
– Я представляю, как к вашим словам, уважаемый Джанкомо, отнесутся те, кто выступает против, так называемой, «теории заговора» – они обвинят вас, да и меня в том числе, в конспирологии. Вот я недавно прочитал по этому поводу мнение некоего профессора Пенсильванского университета Джорджа Энтина: «Конспиративизм лишён здравого смысла, не основывается на доказательствах или не оценивает достоверность источников, не имеет критериев предпочтения одного толкования другому, мало знает о действительных заговорах и о том, как часто они проваливаются, власть рассматривается как единственная цель… Конспиративизм напоминает мышление параноика, которому мерещатся заговоры против него самого. Приверженцы теорий заговоров полагают, что всё направлено против групп, к которым они принадлежат или с которыми они себя идентифицируют…». Как вам такое мнение?
– Мне знакомы подобные суждения, – живо откликнулся на прозвучавший пассаж итальянец. – По этому поводу хорошо ответил режиссёр Бен Стюарт. А сказал он, если мне не изменяет память, следующее. Что один из величайших примеров группового мышления – это клеймение того, что называется «теорией заговора». Сам этот термин производит яркое впечатление на обычного человека. Но вспомним хотя бы загадочную историю с убийством Кеннеди. Или не менее таинственную историю секретной американской военной базы «Зона 51», созданной для экспериментальных тестов в области воздухоплавания. В этом же списке американский город Розуэлл, в котором случилось одно из наиболее известных происшествий, рассматриваемых как обнаружение непознанных летающих объектов, или НЛО. Эти, и подобные им истории, возможно, звучат слишком фантастическими для обычных людей, так и малопонятными. Однако так было сделано специально. Со временем из-за неправильных интерпретаций и приукрашивания этих историй, факты в них либо добавлялись, либо изымались. Факты могут быть правдой или ложью, но в одном можно быть уверенным – если глобальную тайну нужно скрыть, но она начинает распространяться среди населения, лучшим прикрытием будет приукрасить или изменить историю, пока она не зазвучит нелепо. Средства массовой информации любыми способами заставляют людей чувствовать себя глупыми, даже если они внимательно прислушиваются к теориям. По этому поводу другой умный человек, ваш известный философ Сергей Кара-Мурза заметил, что «термин „теория заговора“» становится оценочным и во многих аудиториях он используется как безотказный способ заткнуть рот оппоненту.
– То есть, уважаемый Джанкомо, вы не боитесь навлечь на себя гнев критиков «теории заговоров»? – задал очередной вопрос гостю Иван Шорин.
– Я просто не обращаю на этих критиков внимания. Я убеждён, что вирусная атака была организована и направлена против Китая. И атака эта – военного порядка, это часть гибридной войны, о которой мы говорили не раз. А тот мир, те персоны и сообщества, что настроены против Китая, – не успокаиваются, не отступают от своих планов. Китай по-прежнему существует, он силён. Россия существует. Буквально на днях министр юстиции США заявил: Китай – это наш враг. А из этого следует, что мы вступаем в фазу высокой международной напряжённости. Совершенно очевидно, что такое сочетание финансового, экономико-социального, энергетического и нефтяного кризисов с коронавирусной пандемией может привести к внезапному резкому ухудшению ситуации, ухудшению отношений между Соединёнными Штатами Америки и Китаем, между США и Россией, и так далее – между другими странами тоже. Противоречия нарастают.
Поэтому ситуация такова, что я не просто обеспокоен, но вижу все признаки того, что мы идём к военно-эпидемиологической и финансовой войне. Значит, расклад сил будет резко меняться. Более того, прежние противоборствующие стороны довольно быстро поменяются местами, станет иным соотношение сил. И, по всей вероятности, мы увидим иную, новую геометрическую структуру противостояния в мире. Это не значит, что мы идём к многополярному, мультиполярному миру. Это значит, что мир движется к новому витку столкновений между державами.
– А как вы думаете, если бы в своё время Советский Союз не развалили, возможна ли была бы сегодняшняя ситуация? – задал неожиданный вопрос гостю Шорин, исходя из тех событий, участником которых он стал буквально вчера.
– Ни в коем случае! – практически без паузы ответил итальянец. – Более того, Советский Союз для того и разваливали, чтобы сегодняшняя ситуация стала возможна. Он мешал глобальным игрокам в их планах по построению однополярного мира. Но вот они построили этот мир – лучше ли нам стало жить после этого? Нет, мир стал ещё более опасен, непредсказуем. А вспомните, что говорил на весь мир президент США Рональд Рейган в марте 1983 года: «СССР – это империя зла». Но вот уже почти 30 лет нет Советского Союза, однако зло существует и наступает по всем фронтам. А почему? Да потому, что мировое зло было не здесь в Москве, в столице бывшего СССР, а в Вашингтоне. А Рейган поступил так, как и должен был поступить тот, кто громче всех кричит «Держи вора!» – сам вор это и кричит, отвлекая от себя внимание. К сожалению, тогда многие не поняли этого и участвовали в развале Советского Союза.
– Исходя из ваших слов, интересно было бы узнать, каким периодом вы датируете предпосылки к развалу Советского Союза? Многие ведут отчисление от марта 1985 года – с момента прихода к власти Михаила Горбачёва.
– Я считаю, что это началось чуть раньше, – после небольшой паузы ответил итальянец. – Мне кажется, это началось со смертью Брежнева. Именно тогда был сделан неправильный выбор.
– Что вы имеете в виду? – задавая этот вопрос, Шорин весь напрягся и даже слегка подался вперед.
Однако ответить итальянец так и не смог. В это мгновение в студии внезапно погас свет, а из соседних комнат раздалось массовое чертыхание людей, которые там находились, что означало – перебои с электричеством случились и там. Поскольку окон в студии не было, темнота там наступила кромешная. Но первым сориентировался оператор, который извлек свой смартфон и включил в нём фонарик. А следом за этим в студию вошел Андрей, который сообщил:
– Во всей студии вырубилось электричество, но Батыр сейчас всё наладит.
Речь шла о 25-летнем айтишнике-узбеке Батыре Хакимове, который несколько лет назад приехал в Москву из Ташкента. Сотрудники студии поначалу хотели переиначить его имя на русский манер – на Бориса, но Шорин это дело пресёк.
– Батыр – это же по-узбекски «богатырь», – отметил Иван. – А наш Батыр хоть и не могучего телосложения, зато по мозгам настоящий богатырь.
И это было верно, поскольку Батыр был настоящей палочкой-выручалочкой в их коллективе. Он прекрасно разбирался не только в компьютерах, но также легко мог починить неполадку в любом техническом средстве, начиная от кофемолки и заканчивая автомобилем. А уж проблемы с электричеством он решал на раз плюнуть.
– Хорошо, мы подождём, – ответил Шорин и перевел взгляд на итальянца: – Джанкомо, вы не слишком торопитесь?
– Вообще-то у меня в запасе только полчаса, – объявил гость и постучал по своим наручным часам.
Между тем спустя пять минут в студию заглянул Батыр, который обескуражено сообщил:
– Я проверил пробки – там всё нормально.
– Тогда что могло произойти? – не скрывая своего удивления, спросил Шорин.
– Ума не приложу, – развёл руками айтишник.
Сегодня впервые он не смог решить, казалось бы, элементарную техническую проблему, чего с ним здесь ещё ни разу не случалось.
– А у наших соседей наверху свет есть? – задал новый вопрос Шорин.
– Андрей как раз туда ушёл.
В это время хлопнула входная дверь – это вернулся гонец сверху. Вскоре он появился в студии, и вид его был не менее обескураженным, чем у айтишника.
– Наверху всё нормально – там свет есть. Впрочем, как и во всём доме, – сообщил Андрей.
– Ерунда какая-то! – вслух выругался Шорин, после чего принял решение: – Тогда звоните и вызывайте электрика.
После этого приказа стало понятно, что записать окончание беседы с итальянцем сегодня не удастся. Понял это и он сам, поэтому первым поднялся со своего места. Он наскоро собрался и покинул студию на своём автомобиле. А буквально через минуту, как он уехал, в дверь студии позвонили. На пороге стоял средних лет мужчина в зелёной ветровке.
– Электрика вызывали? – спросил он у Андрея, открывшего ему дверь.
– Однако вы быстро, – искренне удивился парень.
– Это плохо или хорошо? – поинтересовался электрик.
– Конечно, хорошо – проходите, – и Андрей пропустил гостя внутрь.
Шорин, который в это время сидел в гостевой комнате и читал в своём смартфоне свежие новости в Интернете, слышал этот разговор, но предпочёл остаться на месте – дескать, и без меня разберутся. А спустя пару минут свет в студии снова зажегся, заработали компьютеры и вся остальная техника.
– Как вам это удалось? – донёсся до Шорина удивлённый вопрос, который принадлежал Батыру. – Я там всё проверил, но неисправности не нашёл.
– Так вы же не электрик, – ответил гость.
– Ну, а всё-таки – что это было? – продолжал настаивать Батыр. – Я почему спрашиваю: вдруг это опять случится, а вас в эпидемию не дозовешься?
– Не волнуйтесь, больше у вас этого не случится, – ответил гость. – Однако на всякий случай, я оставлю вам свои визитки.
Одну из этих визиток электрик принёс и Шорину, который продолжал пялиться в свой смартфон.
– Это вам, – произнёс гость, аккуратно кладя визитку на стол перед Иваном.
– Спасибо, – поблагодарил мужчину Шорин, внутренне удивившись этому поступку.
Гость вышел, а спустя несколько секунд за ним захлопнулась входная дверь. Шорин поднялся со своего места и зашел в компьютерный зал, где сидели его коллеги и уже начинали монтировать сегодняшнее интервью.
– Жаль, конечно, что концовка сорвалась, но и без неё есть, что выложить, – заметил Андрей, глядя в монитор.
В это время в дверь снова позвонили.
«Уж не итальянец ли часом вернулся?» – с надеждой подумал Шорин.
Но это был не Казетти. Открывший дверь Андрей увидел на пороге пожилого мужчину в рабочей спецовке и с маленьким чемоданчиком в руках.
– Электрика вы вызывали? – спросил мужчина.
Удивленный этим вопросом Андрей в течение нескольких секунд стоял без движения.
– Я спрашиваю, электрика вызывали? Это ваш адрес? – и мужчина сунул под нос парню бумажку, на которой были записаны координаты студии «Реванш».
В это время в коридор вышел Шорин и сообщил:
– А у нас уже был электрик – он всё починил.
– Из какой конторы? – поинтересовался мужчина.
– Не знаем, но он нам всё сделал – видите, свет у нас уже есть, – и Шорин указал пальцем на горящую на потолке лампу дневного освещения.
В ответ на это мужчина смачно выругался и ушел восвояси.
Закрыв за ним дверь, Андрей повернулся к Шорину и спросил:
– Что это было? Вернее, кто?
– Ничего не было, просто в «Электросетях» что-то перепутали и прислали не одного, а двух электриков, – объяснил эту странную ситуацию Шорин. – Такое иногда случается. Не веришь, посмотри визитку первого электрика – там наверняка координаты его конторы проставлены.
Андрей так и сделал. Он прошёл в компьютерный зал и открыл ящик стола, куда он бросил две визитки (свою и Батыра), которые им оставил электрик, пришедший первым. Однако визиток в столе не было.
– Батыр, ты визитки не брал? – перерыв весь стол, спросил Андрей у своего коллеги.
– Зачем они мне сдались? – удивился айтишник и напомнил: – Ты же сам их в стол положил.
– Их там нет, – обескуражено сообщил Андрей.
Только в этот момент в сознании Шорина стали возникать смутные подозрения. Он внезапно вспомнил, в какую мутную историю он оказался втянут со вчерашнего дня, и в его голове тут же стала выстраиваться цепь сегодняшних событий. В памяти чётко всплыло, что электричество во время записи вырубилось в тот самый момент, когда итальянец собирался рассказать о событиях, связанных со смертью Брежнева. Затем появился электрик, причём так быстро, как будто он караулил возле двери. «Как он мог так быстро до нас добраться, когда от „Электросети“ до нас полчаса езды? Он что, на ковре-самолёте до нас добирался? И потом, куда подевались его визитки?».
И в этот миг Шорин вспомнил, что одну визитку гость вручил и ему, оставив её на столе в гостиной. Шорин метнулся туда и, к своему удивлению, нашел визитку, лежавшую на том же месте, где её оставили. Он взял её в руки и прочитал координаты владельца: «Василий Петрович Кулешов. Москва, улица Большая Спасская, дом 20, квартира 13».
«Где-то я уже слышал эту фамилию», – мелькнула в голове у Шорина неожиданная мысль. И в следующее мгновение в его памяти возник эпизод его вчерашней встречи на Хованском кладбище. Он снова увидел лицо старушки, которая назвалась сестрой покойного Дмитрия Кузнецова, и буквально дословно вспомнил её слова: «После меня он отправился к своему институтскому товарищу Васе Кулешову – они когда-то вместе учились в Институте иностранных языков. Вам надо с ним встретиться…».
– Вам надо с ним встретиться, – повторил вслух слова старушки Шорин, а его рука машинально спрятала визитку в нагрудный карман рубашки.
13 апреля 2020 года, понедельник, Москва, режим карантина, Подмосковье и больница в Коммунарке
– Авдей Миронович, это Кормухин, – услышал пенсионер голос человека, которого он хорошо знал.
Александр Кормухин служил в Службе внешней разведки, где когда-то многие десятилетия проработал и Карпов. Правда, тогда СВР называлась иначе – Первое Главное управление.
– Извините за беспокойство, Авдей Миронович, но дело срочное, – продолжал вещать на другом конце провода Кормухин.
– Не оправдывайся, Саша, я же понимаю, что просто так ты тревожить старика не станешь, – успокоил своего собеседника пенсионер. – Говори, что случилось?
– Вчера днём в больницу в Коммунарке поступила одна пожилая пациентка с серьёзным осложнением от коронавируса, – продолжил свою речь Кормухин. – Оказалось, что это наша бывшая сотрудница Изольда Леонтьевна Стен. Вам что-нибудь говорит это имя? Я почему об этом спрашиваю. Дело в том, что она, перед тем как потерять сознание, всё время называла ваше имя и просила врачей с вами связаться. Главврач позвонил в нашу «контору» буквально полчаса назад. Так вы знаете эту женщину?
Авдей Карпов прекрасно знал Изольду Стен. Сорок лет назад она считалась одним из лучших агентов 8-го отдела ПГУ (бывшего Отдела «В»), который занимался диверсиями. Изольда входила в секретную группу «Оса», носила агентурное имя «Игла» и специализировалась на разного рода деликатных операциях, в том числе и физических ликвидациях. То есть, она была высокопрофессиональным ликвидатором, которая умела отправлять на тот свет людей при помощи любого подручного средства – огнестрельного и холодного оружия, разного рода отравляющих веществ. Двадцать пять лет назад, вскоре после развала СССР, она вышла на пенсию и с тех пор вела обычную жизнь скромной пенсионерки. Правда, первое время бывшие коллеги иногда привлекали её в качестве консультанта всё для тех же деликатных дел, но затем и эта консультативная практика для неё закончилась и «Иглу» больше никто не беспокоил. Однако все льготы, которые она имела по линии КГБ/ФСБ, продолжали за ней сохраняться, что, видимо, и стало поводом к тому, чтобы она попала не в обычную больницу, а в элитную, в Коммунарке.
