Кайла с грохотом отодвинула стул.
– Позвольте мне, – с сарказмом произнесла сестра, – явить свой лик на суд позора и вдохнуть свежий хейзенвилльский воздух, коль я так редко это делаю.
– Полагаю, Кайла, ты будешь в порядке, – хмыкнул Герберт. – Способность язвить к тебе вернулась.
Я поймала его взгляд и постаралась вложить в него все беспокойство, охватившее меня после звонка. Герберт успокаивающе улыбнулся, но легче не стало. Мы каждую секунду ждали нового удара.
– Кхм… – Кайла вернулась и посторонилась, пропуская в гостиную визитера.
Я подняла глаза и обомлела. Позади сестры стоял Джейк, парадно одетый, благоухающий, держащий в руках четыре небольших букета из алых роз. По голове словно ударили дубиной, а в ушах раздался неприятный звон. Я стала комком нервов, и тронь кто сейчас – непременно бы взорвалась.
– Добрый вечер, дамы и господа. – Джейк ослепительно улыбнулся. – Вы Кайла, верно?
Кайла усмехнулась, приняв от него букет.
– Вы, – он подошел к Диналии, – Ким?
– Нет, Ким вот, – указала она на сестру и зарделась, получив свои цветы и тысячу извинений.
Ким растерянно поблагодарила Джейка и взглянула на меня, как всегда, ища объяснений. Я ведь все знала. Я ведь была старшей.
– Кортни. – Мне под нос сунули последний букет.
Но я не шелохнулась.
– Кортни, – тише произнес Джейк, – ну не выставляй же меня посмешищем! Возьми цветы!
– Молодой человек, может, представитесь? – подал голос Герберт.
– Ох, простите. – Джейк рассмеялся. – Джейк Сантьяго. Смею надеяться, возлюбленный Кортни. Возможно, жених, впрочем, ответа я от нее пока что не добился. Кортни переживала, как вы меня примете. Благополучие семьи для нее превыше всего.
Жаль, что я не умела делать мгновенные портреты. Лицо Герберта стоило запечатления. К собственному стыду, я испытала мстительное удовлетворение.
– Джейк, сейчас не лучшее время для знакомства. – Наконец я совладала с голосом и поднялась. – Спасибо за цветы, но тебе пора.
– Не пригласишь жениха на ужин, Кортни? – раздался насмешливый голос Герберта. – Ты ведешь себя негостеприимно.
– Да, Кортни, – поддакнула Кайла, – пусть Джейк останется. Я хочу с ним поговорить, ты так скрывала его от нас.
– Боялась, уведешь, – плюнула я в Кайлу ядом напоследок и пошла за приборами.
Вернувшись, увидела, как Герберт и Джейк по-светски беседуют. Они уже достали откуда-то бутылку виски, а Ким сбегала и принесла из хранилища лед. Джейк держался непринужденно, что-то увлеченно рассказывая. Герберт тоже не показывал истинных чувств, но почему-то у меня от их разговора складывалось впечатление, будто взрослая и хищная особь жрет маленького любопытного зверька. Ну, или не жрет, а выжидает, чтобы сожрать.
– И чем вы занимаетесь, господин Сантьяго? – спросил Герберт.
Я едва заметно покачала головой, когда Джейк на меня посмотрел, призывая закончить этот разговор. Герберт просто не мог не загонять Джейка в угол. Тот явно понимал, что в борьбе интеллектов и достижений не выиграет, но уже не мог остановиться. Замечательно.
– Значит, вы студент? Что ж, достойный путь. Желаю успехов в обучении. Мне требуется помощник. Если Кортни даст вам рекомендацию, я, возможно, смогу взять вас на стажировку.
Джейк усмехнулся.
– О, не стоит. Провинциальные конторки не мой конек. Я думаю вести частную практику, присматриваю офис в Даркфелле. Не могу определиться с названием. К слову, вот моя визитка. Если вам понадобится работа, приходите на собеседование.
– Я пошла спать! – объявила Ким.
– И я! – быстро сориентировалась изрядно повеселевшая Кайла.
Но я не сомневалась, что сестра найдет способ досмотреть шоу.
Диналии ничего не осталось, как последовать за Ким, а я начала убирать со стола пустые тарелки. От злости дрожали руки. Я готова была убить… обоих! Только бы не дошло до драки, не хватало мне еще разнимать их.
– Кортни ничего о вас не рассказывала, – будто невзначай бросил Герберт.
– А о вас рассказывала много, – со странной усмешкой отозвался Джейк.
Герберт не удержался и бросил на меня удивленный взгляд. Нет, я не говорила Джейку о наших отношениях, но он, скорее всего, и сам догадался. Пожалуй, я упоминала поверенного нашей семьи чаще, чем следовало.
– Частная практика разочарует вас, поверьте. Для нее нужно обладать особым складом характера.
– Возможно, вы правы. Но я стараюсь не упускать ни единой возможности и не боюсь пробовать новое. Не стану скрывать, я думал о том, что когда мы с Кортни поженимся, ей понадобится поверенный и мне придется помогать с семейными делами…
– Джейк, не пора ли тебе домой? Уже довольно поздно. – Наконец я собралась с духом и решилась пресечь дальнейший цирк.
Но у Герберта были свои планы. Он решил как следует поиздеваться, добить меня окончательно.
– Кортни, ты же не выгонишь жениха в такое время. В доме полно свободных комнат.
Джейк криво усмехнулся.
– Конечно, – широко улыбнулась я. – Но зачем нам спать в разных комнатах? Джейк, поднимайся в мою. На втором этаже, вторая дверь справа. Я закончу здесь и приду.
И все же с лица Герберта улыбку я стерла. Посмотрим, у кого теперь будет бессонная ночь.
* * *
В тишине шаги прозвучали неестественно громко. Я вздрогнула, но узнала Ким и выдохнула.
– Что ты здесь делаешь? – спросила она.
– Прячусь, – вздохнула я.
– На чердаке? – Ким посмотрела на кресло, в котором я сидела. – С вином?
– Ну… вот так вот, – пожала плечами я, сделала большой глоток и поморщилась.
– То есть красавчик Джейк ждет там один, в холодной постели, а ты пьешь здесь, среди мышей, пауков и пыли? Слушай, мне семнадцать, но я явно что-то упустила в вопросах отношений.
Сестра уселась рядом, бросив на пол какую-то старую подушку, скрестила ноги и вопросительно на меня посмотрела.
– Что у вас с Джейком не так? Он показался мне забавным парнем. И зубастым: неплохо отбрил Герберта. Почему ты ничего о нем не рассказывала и почему не взяла с собой?
– Я не просила его приезжать. Все и так сложно, а теперь еще и добавился Джейк. Да и вообще, надо было поговорить сначала с Гербертом.
– Кортни, ваши отношения кончились пять лет назад. Ты не можешь всю жизнь спрашивать разрешения у Герберта, у него нет власти над тобой. Или ты его любишь? Я бы добавила «все еще», но даже не уверена, что ты когда-то любила.
Вместо ответа я хмыкнула и снова глотнула вина.
– Все не так просто. Мы с Гербертом… немного перешли черту недавно. Я позволила себе лишнее. И это нечестно по отношению к Джейку. Никогда не было честно. Я ухватилась за отношения с ним как за соломинку, пыталась выбить клин клином.
– Ты переспала с Гербертом?! – ахнула Ким. – Как? Когда?
– Мы не… Впрочем, какая разница? Измену делает изменой не факт проникновения.
Я осеклась.
– Прости, иногда я не слежу за языком. В стакан Кайлы кто-то подлил зелье кордера. И мне немного снесло крышу. Герберт в последний момент понял, что случилось. А если бы не понял или сделал вид… Джейк еще не в курсе, но ты же знаешь Герберта – он бережет главный козырь до конца игры.
– Тебе надо рассказать Джейку. Иначе Герберт действительно все разрушит.
– Знаю, – кивнула я. – Придумываю, как все объяснить. Пока выходит слабо. Кордер – не наркотик, он не изменяет сознание. Он расслабляет и дарит спокойствие. Это самое мерзкое – что, расслабляясь, я иду в чужие объятия.
– А этот Джейк… – Ким замялась. – Ты действительно его любишь? И ты пойдешь замуж?
– Он очень простой, веселый. С ним легко и интересно, – после небольшой заминки ответила я. – Пожалуй, я бы вышла замуж.
– А в голосе тоска-а-а, – рассмеялась Ким, но быстро умолкла и прислушалась.
– Что это? – нахмурилась я.
Хлопнула входная дверь, послышались голоса.
– Может, Джейк решил уйти?
– Или Герберт остановил меня на пути к безбрежному счастью и убил его во сне, – усмехнулась я. – Идем посмотрим.
Уже на лестнице я поняла, что в доме посторонние. Алкоголь и паршивое настроение не могли заглушить ощущения. Чужую магию, сильную и властную, я почувствовала сразу. Похоже, Ким тоже, потому что сестра явно напряглась.
В гостиной обнаружились Кайла, Герберт и детектив Портер, тот самый, что расследовал убийство Хейвен. Он так и не выдал хоть сколько-нибудь значимых результатов, хотя крови у нас попил немало.
– Доброй ночи, господин Портер, – поздоровалась я. – Что привело вас в Кордеро-холл в такое время?
– Доброй ночи, леди Кордеро. Как ни странно, меня вновь привело к вам расследование. Сегодня в одиннадцать часов было найдено тело Эмили Фаннинг. Характер травм указывает на то, что она была убита. Тело отнесло течением в достаточно отдаленный район.
– И при чем здесь мы?
Мой голос звучал совершенно ровно и спокойно, но сердце так и порывалось пуститься в пляс. Детектив это явно чувствовал, но интуицию не принимают к рассмотрению в суде. Доказать он ничего не мог. Пока что не мог.
– В последний вечер Эмили Фаннинг была у вас в доме, верно?
– Да, мы поужинали, и она ушла. Эмили Фаннинг – родная мать Кимберли.
– Однако Кимберли, похоже, не слишком удивлена моим рассказом, – усмехнулся Портер.
Он посмотрел мне прямо в глаза. Вызов… еще не все карты раскрыты.
– Что вы хотите сказать?
– Может, Кимберли знала о смерти Эмили Фаннинг?
Ким рядом вздрогнула и невольно придвинулась ко мне чуть ближе.
– Уверяю, господин Портер, если бы у моей сестры обнаружился дар прорицания, мы бы зарегистрировали его. Она не видела мать с самого рождения, странно требовать от нее испытывать к этой женщине какие-то теплые чувства. Недавно ваши горожане едва не повесили мою сестру за подобное. Неужели стрелочка не поворачивается, если дело касается моей семьи? Вы демонстрируете предвзятость…
– Кортни, – тихо оборвал меня Герберт и покачал головой.
Я действительно сболтнула лишнего.
– У вас все, детектив? Вы пришли среди ночи лишь затем, чтобы высказать ничем не обоснованные подозрения?
Следующий его вопрос меня обескуражил:
– Вы пьяны, леди Кордеро?
Прежде чем я ответила, вперед выступил Герберт. Он мрачно обвел всех присутствующих взглядом и медленно, словно совершенно никуда не торопился и вел светскую беседу в кругу друзей, сказал:
– Вы не можете задавать моей клиентке подобные вопросы. Она находится в своем доме, в окружении семьи и имеет право пить то, что пожелает. Ваша, и только ваша вина в том, что вы не смогли дождаться дня и явились посреди ночи. Что касается Кимберли, то вам придется найти более убедительные аргументы для разговора с ней, поскольку она несовершеннолетняя.
– Что ж, тогда, – Портер криво усмехнулся и порылся в папке, которую держал, – жду Кимберли Кордеро завтра в десять на официальный допрос. Вот вызов.
Оцепенели все. Ким, кажется, перестала дышать, Кайла побледнела. Герберт, хоть и ничем не выдал удивления, бросил на меня быстрый взгляд и забрал вызов.
– Кимберли будет на допросе исключительно с законным представителем.
– Да, там указано, – ничуть не смутился Портер, – Кайла Кордеро.
– Я боюсь…
– Это не обсуждается. Расследование имеет все основания полагать, что со стороны Кортни Кордеро может быть оказано давление на дознавателя.
– Каково основание вызова? – Наконец я справилась с удивлением и шоком.
Детектив ответил очень холодно, при этом неодобрительно на меня взглянув.
– При Эмили Фаннинг нашли записку, написанную от имени Кимберли Кордеро. Это все, что я могу сообщить. На этом прошу извинить. Спокойной ночи, леди, господин Уолдер.
Когда за Портером захлопнулась дверь, несколько минут мы просто стояли и молчали. Каждый думал о своем, а я пыталась унять нарастающую головную боль. Я знала, знала, что еще ничего не кончилось!
