Ага, как же, подобные ей не выполняют приказов и не слушают голос разума. Лайма заверещала и попыталась укусить меня. Отдёрнув руку и влепив ей звонкую затрещину, я прорычала:
– Это не сон! Если ты бросишь вызов пирату, то умрёшь!
– Точно сорвиголова, смотри, как она жаждет откусить тебе палец, – произнёс Фил, выбираясь из моей сумки. – Просто невероятное упрямство.
Лайма застыла, внимательно рассматривая Фила, словно проверяя – не показалось ли ей? Судя по круглым глазам, девушка всерьёз подумывала, что её сон переходит все границы дозволенного.
Мой кот уловил её замешательство и добавил:
– Я взаправду говорящий кот и меня зовут Философ, но для удобства можно сократить до Фила. А мою подопечную нарекли Вилалия и откликается она на Вил. А ещё она полукровка и владеет магией, – его глаза задорно сверкнули: – Продолжать?
– Нет, – жалобно простонала Лайма, замотав головой. – Вы мне снитесь.
– Ну, разумеется, снимся. Чудеса же не существуют, – согласился он. В этот момент мне захотелось хорошенько оттаскать его за загривок. Но Фил продолжил: – А вы, юная леди, никогда не думали, что явь это тоже своего рода сон?
– Не путай её, – простонала я. – И так придётся объяснять слишком много!
Глаза Лаймы нескромно уставились на меня, и она прошептала:
– В таком случае я жду объяснений.
Ну-уу звёзды! Почему именно я? Отчего мне не сиделось на облаках?!
Глава 4. Радужный дождь.
«Порой и самый странный сон,
Может оказаться реальностью».
Я с детства знала, что рассказчик из меня никудышный. Мой потолок – это витать в облаках и придумывать истории, о которых никто и никогда не пронюхает. Но на редкость суровый взгляд Лаймы не оставлял мне и малейшего шанса увильнуть от объяснений. Как сказал бы отец: звёзды меня к такому манёвру не готовили.
С чего обычно начинается история? Разумеется, с начала – это известно всем, вот только, где исток этих начал? Не рассказывать же о моём рождении, родителях, школе, зловредных сверстниках и немыслимо чудесном быту полукровки Собирателя и Звёздницы? Нет, ну правда. Как тут разобраться, что нужно, а что будет лишним? И так сейчас голова пойдёт кругом.
У меня так точно.
Я вздохнула и ненароком встретилась с требовательным взглядом Лаймы, а затем с глазами Фила. Он на зависть мне был чертовски спокоен, как если бы сейчас находился на втором этаже шоколадной лавки и уплетал за обе щеки хрустящий корм. Подавив в себе клокочущую ярость, я умудрилась улыбнуться и начать рассказ:
– Меня зовут Вилалия и я полукровка…
– Кот уже говорил, – педантично заметила Лайма. – У меня хорошая память.
Я сглотнула и нескромно воззрилась на неё. Мне столько усилий потребовалось, чтобы собраться, а она без зазрения совести перебивает. Ни малейшего такта и воспитания! По спине прошёл холодок, извещая меня о том, что волосы опять поменяли цвет. Даже стало интересно: пурпурный или всё-таки изумрудный? Если судить по удивлённому выражению лица мечтательницы, то, вероятнее всего, второй вариант. По моим губам сама собой скользнула дьявольская улыбка, обеспечив вдохновением.
– Я Собирательница и по ночам занимаюсь сущей ерундой – собираю человеческие сновидения, чтобы извлечь из них…, – прошептала я зловеще и с мгновение помолчав, добавила: – Мечты. А ещё я Звёздница и умею оживлять самые сокровенные желания.
Лайма недоверчиво смотрела на меня, словно обдумывая: чокнутая я или всё же она? А может, вообще у обеих поехала крыша? Всякое бывает.
– Допустим, – наконец-то пробурчала она, не дождавшись от меня продолжения. Ибо вдохновение иссякло. – Но…, —мечтательница замялась, подбирая подходящие слова. – Зачем…, почему…, для чего… Вот же чёрт! Не могу сформулировать!
Она даже не представляла, как я её понимала и искренне сочувствовала. Не каждый день сталкиваешься, с чёрт знает чем. Мне-то не впервой, а вот ей явно не очень комфортно сидеть в лесу в компании полоумной девчонки с волосами, непрестанно меняющими цвет и говорящим котом. И не стоило забывать про пиратский корабль, продолжающий бомбить белокаменный город. Даже до нас доносился грохот пушечных залпов. Хорошо, хоть не истошных криков. И без них нервишки на пределе.
– Ты, наверное, хочешь спросить: что мы делаем в твоём сне? – учтиво пришёл к ней на помощь Фил.
Лайма облегчённо выдохнула и кивнула. А я обрадовалась, что Фил взял на себя это нелёгкое дело, но через пару мгновений осознала, что я редкая дура. Он и не думал брать мою ношу. Сама прыгнула в бурю, сама и выпутывайся.
Я ему это припомню.
– Ну-уу, во-первых, это не сон. А во-вторых, мы пришли тебя спасать, – её глаза округлись сильнее, чем у испуганного Фила, и мне пришлось продолжить: – Помнишь седовласую женщину в шоколадной лавке? – Лайма неуверенно кивнула. – Это моя бабушка и именно она оживила твой сон.
– Зачем?
Я закатила глаза, совершенно не представляя, как объяснить смертной про магию сновидений и исполненных желаний, а также про тесную связь со звёздами и Звёздниками, и, конечно, демонами. Искоса взглянув на Фила, я в очередной раз поняла: этот мерзавец мне не помощник.
И поэтому, набрав полную грудь кислорода, выпалила всё как на духу:
– Собиратели издавна собирают человеческие сновидения, а Звёздники выбирают из них заветные мечты, которые мы в силах исполнить или, во всяком случае, помочь в их осуществлении, – я пожала плечами, мол не суть и продолжила: – Магия исполненной мечты питает мироздание и звёзды, волшебство Звёздников и Собирателей увеличивается в разы, мы процветаем, и мир становится светлее. Но если мечты сновидцев не исполняются, то звёзды меркнут, и тьма постепенно поглощает нашу магию. Демоны обретают мощь, незаметно захватывая власть. Именно поэтому моя дрожащая бабуля решилась пойти на преступление и исполнить твою заведомо безумную мечту – истребить пиратов, по счастливой случайности – демонов-пиратов. Теперь понятно? – я выдохнула и с чувством выполненного долга посмотрела на неё.
Видимо, я перестаралась. Лайма глядела на меня с нескрываемым изумлением и шоком, молчаливо вопрошая: ты точно не сбежала из психушки? А Фил, мерзавец пушистый, искренне потешался над моей растерянностью. В общем, я психанула и добавила на этот очумелый торт ещё одну пьяную вишню:
– И теперь ты обязана пройти свой сон до конца и истребить всех пиратов-демонов, поскольку оживлённая мечта не оставит тебя в покое.
Вот теперь суть сказанного огромной волной накрыло мечтательницу. Надеюсь, не пришибло. Потому что повторять всё ещё раз, я категорически отказываюсь. Лайма обернулась на белокаменный город, поверженный в огненные руины и взглядом проследила за пиратским фрегатом, напоминающим чудное облако с красным флагом. От уютного порта остались лишь обломки парусных кораблей, неприкаянно блуждающих по тёмно-синему морю. На горизонте проступили неясные очертания рассвета и чёрный фрегат вальяжно проплыв по небу, исчез в первом луче солнца.
Всё как и говорилось в легенде.
В моём сердце внезапно появилось пламя, и на языке ощущалась горечь поражения. Я никогда не отличалась храбростью, хоть и трусихой назвать меня никто не посмеет. И всё же что-то внутри всколыхнулось в ответ на бесчинство пиратов. Да, это всего лишь оживлённый мир сновидения неопытной мечтательницы. И да, это всего лишь иллюзия, отражающая наш мир. Но она такая же настоящая, как и огонь, полыхающий во мне. И если выиграть войну с демонами нельзя на их территории, то почему бы не попробовать отбить хотя бы один сон? Маленькая, но всё же победа.
– Демоны предпочитают ночь для своих дел и с первыми лучами зари растворяются в тумане, – прошептала я, ни к кому не обращаясь. – Чёрные корабли, красные флаги, ни совести, ни чести – одни разрушения, пламя, смерть и мрак. Уже сотню лет мы прозябаем в их власти и не можем взять реванш, – я сглотнула и добавила: – Не думайте, что это только сон и тьма никогда не придёт на ваш порог. Она уже на нём, а может, обнаглела настолько, что сидит у очага и пьёт чай.
Мои руки сжались в кулаки, гнев обнажил свои зубы и впился в сердце. Холод вновь прошёл по позвонкам, и в этот раз я точно знала, что мои волосы стали радужными, полностью оправдав прозвище сверстников – Радужный дождь.
Правда, этот дождь однажды станет ураганом.
Глава 5. Это точно мой кот?
«У каждого мечтателя своя причуда».
– Никогда бы не подумала, что мои мечты способны осуществиться, – тихо сказала Лайма, продолжая наблюдать за урчанием моря. – Я и мечтала об этом лишь от дикой рутины. Работа, учёба и дом – проклятый круг, от которого хочется отречься хотя бы во снах. Забавно теперь угодить в капкан из-за этого, – она горько усмехнулась и бросила взгляд на меня: – Вил, а ты точно мне не снишься?
– В какой-то степени снюсь наяву.
– Ладно, – мечтательница пожала плечами. – Чем больше ты объясняешь, тем сильнее я ощущаю себя полнейшей идиоткой.
Она немного помолчала, рассматривая одинокие обрывки парусов и обломки матч, покачивающиеся на волнах. Я же старалась сосредоточиться на главной проблеме: как уберечь Лайму от магии бабушки? Мне не сложно отправить её домой, но с наступлением ночи сон вернётся и будет подстерегать вместе с пиратами-демонами. Возможно, сегодня она будет начеку и вряд ли заснёт. Однако долго это не продлится.
– О чём ты думаешь?
Её вопрос поставил меня в тупик. Казалось, что может быть проще? Просто расскажи о демонах, терзающих мысли. Просто переложи груз ответственности на кого-то другого, отправь домой и иди по своим делам. Забудь о мечтательнице Лайме, и пусть всё идёт своим чередом. Собирай сновидения, не перечь бабушке, да и снизойди до смирения и покорности. Продолжай развиваться, учиться, да и собственно жить. Ведь нет ничего на свете проще, чем отречься от проблемы не касающейся тебя лично.
И почему я такая бездарь и не способна уяснить элементарную истину? Мне больше всех надо, что ли? Никак не пойму…
– Вил? – позвала осторожно Лайма. – С тобой всё хорошо? Или у вас…это в порядке вещей?
– У неё это в порядке вещей, – любезно поправил Фил. – Она часто витает в радужных облаках.
Я фыркнула и обиженно поджала губы, свято веря, что смогу пристыдить этого негодника, считающегося моим другом. Но, видать, не судьба. Котам не свойственно испытывать что-то помимо голода, жажды и необходимости почесать языком.
– Тебе лучше не знать мои мысли, – с запозданием ответила я.
Невежливо, но честно. Незачем ей лезть в эти дебри.
– Расскажи, – попросила она. – Именно я согласилась осуществить свою мечту, значит, и расхлёбывать нужно мне, – мечтательница украдкой оглядела разрушенный город и добавила: – Я должна знать всё, даже если моя голова взорвётся от переизбытка информации.
Мне понадобилось несколько мгновений, чтобы переварить её слова. Разумеется, она права. Это у меня, откуда ни возьмись, появилась тяга всех героически спасать, ей-звёзды.
– Учти, ты сама попросила, – предостерегла я, втайне надеясь, что она передумает. Но мечтательница лишь плотнее сжала губы и решительно посмотрела на горизонт, где солнце уже поднялось над морем. В её глазах пробудилось пламя, сверкая и переливаясь, как мои радужные волосы. В этот миг я ощутила силу, льющуюся по венам смертной девушки. И поняла, что судьба намного умнее нас, и знает, кого можно отправить в ад.
***
За час до полудня я переступила порог шоколадной лавки, мысленно готовясь к очередной схватке с бабулей. Она, как и прежде сидела за прилавком и вязала. Седые волосы немного выбились из аккуратного пучка на макушке, персиковый костюм неплотно прилегал к элегантной фигуре. Само очарование, невинное и такое ангельское, что и не признаешь в ней дьявола. Уж я-то знала, что делала она спицами, искусно связывая чужие судьбы и сны. Шёпотом приговаривая древние заклятия, будто мурлыча песню. Петелька за петелькой и чья-то жизнь в её власти. Не перестаю восхищаться и ужасаться её могуществу.
– И снова опаздываешь, – произнесла она со вздохом. – Надеюсь, оно того стоило? – холодный взгляд синих глаз уставился на меня голодным блеском.
Я покачала головой, осмелившись пройти вглубь лавки.
– Неужели совсем ничего? – её правая бровь вопросительно изогнулась.
– Совсем, – печально подтвердила я, обнажая нутро своей сумки. Фил предусмотрительно выпрыгнул ещё на пороге и стоял позади.
– Хм, – задумалась она, скривив губы. – А ты мне не врёшь? – бездонные глаза впились в мои, и ледяное прикосновение обожгло сердце. Я едва подавила стон, проглотив всю боль, разносящуюся по сосудам. Ещё мгновение бабушка изучала меня, надеясь сломить, а потом неожиданно отпустила, потеряв ко мне всякий интерес. Ноги подкосились, однако силы воли хватило, чтобы не рухнуть ничком перед ней. – Ступай и постарайся завтра не разочаровать. Мне нужны сновидения.
На этой чудесной ноте она вернулась к вязанию, а я, с трудом преодолев бесчисленное количество ступеней, наконец-то заползла в свою комнату. Плотно прикрыв дверь и рухнув на кровать, выдохнула, едва прошептав:
– Когда-нибудь она убьёт меня.
– А я тебе говорил: собери хоть дюжину сновидений. Но ты же упрямее кометы! – проворчал Фил, запрыгнув на покрывало и начав умываться. – И кстати, может, тебе и невдомёк, но я хочу есть.
Я застонала не в силах даже повернуть голову в его сторону. Но разве этому негодяю знакомо милосердие? Небось, и ухом не повёл.
– Ты там жива? – спросил Фил чисто из любезности. – Сама когда в последний раз ела?
Надо же какая забота… А действительно, когда? Я задумалась, перевернулась на спину и посмотрела в потолок. Желудок жалобно заурчал, словно получил возможность пожаловаться на нерадивую хозяйку. Забавно. Пока Фил не спросил, я и не вспоминала о еде. Обычно бабушка не готовит и мне приходится орудовать на кухне самой. Что найду, то и съем. В последние дни и вовсе не было времени подумать о такой ерунде. Привычка питаться абы как – нерушима.
– И долго ты будешь лежать? – поинтересовался Фил. – Еда сама в рот не прыгнет, как и не вылезет из этого треклятого ящика.
– Не ворчи, я тоже голодная.
– Так подними свою тушку и вперёд! – не сдержал он праведный гнев. – На пустой желудок нельзя планировать бунт.
Что правда, то правда. Для свершения великих дел нужны сытые мозги. Поэтому без лишнего ворчания я поднялась на ноги и поплелась кормить моего командира, редкостного зануду и верного друга. А потом поищу, чем можно поживиться на кухне. И только тогда буду планировать великие дела.
Прекрасный план, как ни крути.
***
После завтрака-обеда-ужина или чёрт знает чего, мы улеглись на мягкий подоконник и смотрели на звёзды. Благо на нашем небе неизменно царит ночь, даруя всем Звёздникам и Собирателям уют в душе, спокойствие на сердце и свободу. Вот только нужных мыслей взаймы никто не предусмотрел. Так и лежали мы с Филом поглощённые нерадостными мыслями и совершенно не знали, как выбраться из передряги. С одной стороны, мы не могли отменить оживление сна Лаймы, а с другой – хотели попробовать победить пиратов-демонов. Ну ладно, об этом думала только я. Фил ни за что на это не подпишется, если, конечно, будет знать заранее. Именно поэтому мои мысли оставались при мне.
И для удобства я постаралась разложить всё по полочкам:
Лайма необычный сновидец и вместо рутины ей снились настоящие сражения. Бабушка воспользовалась её тягой к приключениям и заманила в лавку, вручила волшебный шоколад и оживила сон с пиратами. И пока Лайма не пройдёт его до конца, он не оставит её в покое. А финал будет простым – поражение и смерть или победа и свобода. Третьего варианта нет. Если мечтатель умрёт, то по-настоящему. Даже если сражение будет всего лишь сном.
Я задумалась, мысленно умоляя яркие звёзды даровать мне идею. Но они, как и всегда, мерцали во тьме вселенной и не считали нужным приходить на помощь. Очень жаль. Впрочем, я и не надеялась на лёгкую разгадку.
– И о чём ты думаешь? – промурлыкал Фил, расслабленно прижимаясь ко мне.
– Тебе это не будет интересно.
Он с минуту помолчал, внимательно разглядывая моё лицо. А потом сказал:
– Неужели ты думаешь, будто я настолько глуп и не понимаю твоих мыслей? – его глаза, напоминающие янтарные звёзды, сверкнули, и он хитро добавил: – Если тебе так хочется пойти наперекор судьбе, то я в деле.
Я недоверчиво посмотрела на него. Это точно мой кот?
– Твой, – усмехнулся Фил. – От кисточек на ушах до кончика хвоста. Просто мне надоело твоё неразумное поведение.
– Что?
– Разве можно держать в лапах могущество и не использовать его по назначению? Терпеть без конца унижения и бояться за жизнь друга, когда тебе под силу изменить всё.
– О чём ты? – я совершенно ничего не понимала.
– Ты полукровка, – таинственно прошептал он, чуть сузив глаза.
– Тоже мне открытие десятой планеты. Я это знаю с рождения.
– Но ты определённо не понимаешь: какие перед тобой открываются горизонты! – зло фыркнул Фил, резко махнув хвостом. – Ты Собиратель и сама можешь выбрать сновидцев. Ты Звёздница и вполне способна оживить сны и… даже улучшить, – он посмотрел за окно и тихо сказал: – Ты не только спасёшь Лайму, но и себя. А может, и звёзды.
Я, конечно, слышала, что от шока и удивления возможно потерять дар речи. Правда, я и помыслить не могла насколько это реально. Странное ощущение завладело телом, и мысли куда-то подевались. Голова была совершенно пустой, словно всё смёл шторм.
Могущество? У меня? Я же полукровка, ошибка природы, странная девчонка с разноцветными волосами. Никто среди волшебных существ. И в одно мгновение в моих руках обнаружилось могущество.
Мыслимо ли это?
– Решайся, Вил. Другого шанса не будет, – бесшумно произнёс Фил, наблюдая за падающей звездой, чей хвост сиял пурпурным огнём.
Мой любимый цвет. Редкое явление, точно благословение.
Глава 6. Невыполнимая задача.
«Любая магия – это ткань мироздания,
Частичка вселенной и душа звёзд».
Когда-то давно моя мама напевала колыбельную, и история первых Звёздников представала перед глазами. Образы мерцали подобно звездопаду, сгорали в пламени заката, а потом возрождались из пепла, как феникс.
Я всегда любила её голос, никогда не повышающийся до крика. Поразительно, насколько мама отличалась от бабушки. Не только мягкостью характера и чистотой души, но и внешностью. И сейчас всматриваясь в собственное отражение, я с упоением замечаю, что унаследовала её глаза, улыбку и даже волосы. Разумеется, не радужные, а пурпурные. Впрочем, она не считала их чем-то отвратительным и неправильным.
Моя зеркальная копия перестала улыбаться, в глазах поселилась грусть, а волосы теперь напоминали голубую волну, мерцающую на солнце. И кстати, я нисколько не преувеличиваю. Пряди взаправду стали светиться, как звёзды. Красиво, но опасно. Если круг Сириус прознает о моём происхождении, то сомневаюсь, что доживу хотя бы до семнадцатилетия. Одно дело, когда магия волшебного шоколада меняет цвет волос и совсем иное, когда они ещё и мерцают.
Этот любопытный изъян может навести их на не нужные мысли. И чтобы не рисковать, я натягиваю капюшон до глаз и немного горблюсь. Надеюсь, что никто не заметит и не заставит снять его.
Ещё раз взглянув на себя и убедившись, что волосы надёжно скрыты и не видно, как светится лицо от них, я поворачиваюсь к Филу. Он уже умостился в моей сумке и терпеливо ждал. Даже глаза были совершенно невозмутимы.
– Обязательно так сутулиться?
– Иначе ветер может сорвать капюшон, а волосы всё ещё мерцают. Если кто-нибудь доложит кругу Сириус, что внучка Ашпинг опять чудит, – я резко тряхнула головой и добавила: – И думать не хочется!
– Но так ты привлекаешь излишнее внимание, – не сдавался он. – Расправь плечи и крепче завяжи шнурки. И вообще, веди себя естественнее, – Фил одарил меня хитрым взглядом и произнёс: – Ты чувствовала себя увереннее в неизвестном мире в опасной близости от пиратов-демонов, а сейчас с чего так переживаешь?
– А ты не переживаешь? Мы как-никак собрались нарушить закон.
– Я скажу тебе больше: ты нарушила закон, когда только родилась, – мои глаза недобро сверкнули на него, и он вполне серьёзно добавил: – Так что хватит трястись и начни уже получать удовольствие, бунтарка.
Я взмолилась всем известным мне звёздам, чисто по наитию, а не из смелых побуждений выпросить у них благословение на наше тёмное дело. Ибо подобный грех будет на моей совести. Но если верить Филу, то одним больше, другим меньше – не беда, переживу.
Схватив сумку и закинув её хорошо отточенным движением на плечо вместе с Филом, я подошла к окну. Осторожно открыла его и ощутила порыв прохладного ветра, намеревающегося сдуть капюшон, но тот держался крепко. Бросила взгляд вниз и медленно осмотрелась. Благо никого поблизости не было, а «любимая бабуля» сидела за прилавком и продолжала кому-то портить жизнь. С неё станет. И, как ни странно, сегодня я была этому несказанно рада. Чем меньше свидетелей, тем удачнее всё пройдёт. Говорю как какой-то заправский вор. Меня аж передёрнуло от сравнения. Однако мысли редкие гады. Вечно лезут со своими глупостями не вовремя.
Я выдохнула, собралась и шагнула вперёд. Второй шаг был сделан уже на тротуаре соседней улицы. Можно было прыгнуть и к ступеням библиотеки, но так привлеку излишнее внимание. А мне это ни к чему. Ни сейчас и вообще никогда. Я привыкла держаться тени, однако, с волосами, меняющими цвет – это на редкость трудная задача. И всё же вполне осуществимая, если приноровиться.
На улице было безлюдно. Кто-то сидел дома и ждал мечтателей, другие бродили по мирам и зазывали к себе сновидцев, а кто-то отсыпался, как полагалось и мне. Впрочем, никто не догадывался о моей «странности». Для них я была чистокровной наследницей могущественной Звёздницы. Ненормальной от макушки и до кончиков волос и всецело принадлежавшей общему делу. На том и стоим, верим и надеемся, что так и останется. В данной ситуации лучше не выделяться.
Пройдя по бесконечно длинной улице Млечного пути, я свернула на набережную, обрамлённую миллиардами звёзд, также известными как звёздные облака. Прошагав добрую милю и наслаждаясь удивительной игрой света, мы вышли на гигантскую площадь. Слева возвышалась школа для юных Звёздниц, справа для Собирателей и в центре стояло грандиозное здание, увенчанное скоплением розовых звёзд. Это и была библиотека круга Сириус. Великолепная и опасная, как чёрный фрегат, наполненный демонами.
Недолго простояв перед ступенями, я решительно начала подниматься, украдкой следя за метеоритными стражами. Ростом они были с меня и больше смахивали на голодных драконов, облачённых в шерсть. Дивные создания, если их не злить.
Внутри библиотеки ощущалась прохлада и дурной вкус. Чересчур помпезный дизайн стен, лепнина на высоченных потолках и украшенная драгоценностями мебель – мне совершенно не нравились. Миновав фойе и поднявшись на второй этаж, я попала в помещение колоссальных размеров.
Несколько массивных колонн упиралось в звёздное небо, и всё пространство ускользало в далёкие галактики. В отличие от земных библиотек, о которых я узнала из сновидений, здесь не было книжных стеллажей. Ничего кроме звёзд и волшебства.
Мерцающее небо вздрогнуло, и созвездие льва проснулось. И мгновения не прошло, как гигантский, сверкающий кот сошёл ко мне, постепенно преображаясь в своего земного собрата. Он внимательно осмотрел меня, и от него не укрылось, что я не одна. Лев сквозь ткань сумки видел Фила, и некоторое время с любопытством рассматривал его. Я почувствовала, как мой друг сжался в комок под гнётом тяжёлого взгляда. Когда бриллиантовые глаза стража вернулись ко мне, он выдохнул и немного расслабился.
– Добро пожаловать, Вилалия и Философ, – прорычал лев. – Чем могу помочь вам? – любезно спросил он.
Я сглотнула от переполняющего волнения и пролепетала:
– Я хотела бы ознакомиться с книгами о магии сновидений и волшебства Звёздников. Очень интересно узнать о практической стороне, – страж кивнул, и я поспешно добавила. – А также книги об истории Собирателей и демонов.
– Это всё? – величественно спросил он.
– Пока да.
– Следуйте за мной.
Страж повернулся в сторону Плеяды и вальяжно зашагал к Альционе, самой яркой звезде скопления. По слухам, именно она хранит историю всех живых существ. С каждым нашим шагом пространство преображалось, созвездия расступались, звёзды мерцали, постепенно создавая новую реальность, заполненную старыми книгами и волшебством. И вот мои ботинки коснулись каменных плит, и свет миллиардов звёзд погас, сменившись на тёплый полумрак зала. От пола до потолка он был заполнен книгами. Страж повернулся к нам и прорычал:
– Здесь вы найдёте всё, что вам требуется и даже больше.
А затем он начал меркнуть, пока и вовсе не растаял, оставив меня и Фила, наедине с несколькими тысячами книг. Я обречённо застонала, поражаясь своей глупости. Обвела взглядом бесконечное скопление книг и рухнула на пол, подняв приличный столб пыли вверх.
– И как мы успеем до ночи найти нужные книги?
– Не ной, – проворчал Фил, выпрыгнув из сумки. – Когда-нибудь управимся.
– Оптимистично, – фыркнула я. – А ты хоть знаешь, что нужно искать?
– Понятия не имею, – совершенно честно ответил он. – Но как ты любишь говорить: это ничего не меняет.
– Не передразнивай меня.
– А ты заканчивай сидеть без дела, – огрызнулся Фил, рассматривая потёртые корешки старых как вечность книг.
Я глубоко вздохнула и также медленно выдохнула. По логике вещей мне должно было стать легче. Ага, как же. Покой нам ни за что не приснится. Мне так точно, особенно в первую тысячу лет.
Смирившись с горькой участью и на редкость дурной манерой лезть не в своё дело, я подползла к ближайшей книжной стопке, возвышающейся надо мной, как звёзды вселенной. И принялась изучать, исследовать, выковыривать книги, с понравившимися названиями и, конечно, стенать о том, какая это будет нудная и бесконечная работа.
Примерно через два часа я была готова улечься на грязный пол и биться в истерике. Фил оказался стойким и ни разу на меня не сорвался. Хотя я могу поклясться, что ему этого ой как хотелось. Чего уж греха таить, я сама была на грани. От очередной роковой ошибки останавливала лишь дикая усталость. И та продержится отнюдь не вечность.
За моей спиной с оглушительным стуком что-то рухнуло, чудом не пришибив меня. Даже немного обидно.
– Ты в порядке? – спросил Фил откуда-то сверху.
И как он туда вообще залез?
– Увы, да.
Он что-то пробурчал себе под нос, но я не вдавалась в подробности. Меня тем временем усыплял громоздкий кирпич, в несколько раз превышающий мою талию. Глаза устало бегали по страницам, а заветной строчки так и не попадалось.
«Магия Звёздников уникальна и при должной практике способна вершить невообразимые дела».
Да-да, это очень интересно. Только читаю я это уже в тридцатой книге подряд. Ей-звёзды мне элементарно наскучило.
«Некоторые Звёздники в зависимости от выбранной специальности могут использовать волшебные зелья оживляющие сновидения…».
Что?! Я не верю своим глазам! Неужели нашла?
Мои ладони вспотели от волнения, и книга-кирпич благополучно шмякнулась на пыльный пол. Могу поклясться, что он уже должен быть кристально чистым. Я на совесть протёрла его своей курткой и штанами.
– Ты чего? – раздалось сверху.
– Кажется, нашла.
– Уверена? – с подозрением поинтересовался Фил.
Осторожно взяв книгу, я пролистала её до нужной страницы, и всё ещё не веря в собственную удачу, крикнула:
– Да!
Правда, моя радость продлилась долю мгновения, пока покрасневшие глаза не выудили следующую строку:
«Рецепт оживляющего зелья».
У меня отвисла челюсть и на языке забродили длинные, предлинные ругательства, полные возмущения и разочарования. Ингредиентов оказалось невероятное количество. И самое неприятное, где их, упади звезда, искать? Что-то не припомню, чтобы на каждом шагу продавались: пыльца огненного цветка, сны русалки, чешуя китайского дракона и кожура апельсина. Ладно, апельсины достать легко, а вот поджарить их в пламени дракона до золотистого цвета, знаете ли, гиблое дело.
И когда моё отчаяние достигло края галактики, в поле зрения появился Фил. Чёрная шерсть обрела пепельно-серый оттенок, уши торчком, взгляд безумный. Теперь я отчётливо вижу какую цену платят существа, умеющие держать себя в лапах. Уж лучше я буду истеричкой.
– Оно? – осторожно поинтересовался он, заглядывая в книгу.
– Оно, – буркнула я.
Несколько секунд Фил читал рецепт, и с каждой новой строчкой его морда удивлённо вытягивалась. А потом мой друг резко отскочил от меня и спрятался в сумраке зала. Послышались ругательства, но слов невозможно было различить. Через минуту он вернулся странным образом спокойный и сосредоточенный.
– Ничего и эту проблему решим.
Я с сомнением уставилась на него, поражаясь и восхищаясь, злясь и борясь с желанием швырнуть книгу в самодовольное лицо.
– Ты смеёшься? – он покачал головой. – Да где мы найдём всё это?!
– Там, где никто не будет искать, – загадочно ответил Фил, и янтарные глаза сверкнули азартом.
Давненько я не видела его таким воодушевлённым. Надо почаще ставить невыполнимые задачи.
Глава 7. Невероятная удача.
«Придумать сон ничего не стоит,
А вот оживить его – другое дело».
Шагая вдоль набережной и следя за цветными звёздами, плотно свернувшимися в клубок, я искренне недоумевала. Фил шёл рядом и мурлыкал, словно зелье было у нас в кармане. Этот мерзавец в конечном счёте разъяснил мне свою мысль. Однако легче на душе не стало. Вот прям от слова совсем.
– Ты уверен, что это сработает?
– А почему бы и нет? – он прищурился и добавил: – Или ты хочешь спросить совета у бабушки? Или ещё лучше необходимые ингредиенты?
– Конечно, нет! – фыркнула я на всю набережную. – Лучше умереть в бою с демоном.
– Правильное решение. А значит, нечего упрямиться и закатывать глаза, – Фил посмотрел на горизонт и прошептал: – Нам нужно поторопиться. Через полчаса в человеческом мире настанет ночь. Лайме потребуется помощь.
Я застонала, прикрыв глаза рукой. В очередной раз спрашивая себя: ну почему я вообразила себя героем и полезла выручать сновидца?
– Прекрати, – рыкнул он на меня. – Никто не заставлял, сама полезла.
Я смерила его долгим взглядом и обречённо вздохнула. Опять мне не оставалось ничего, кроме неизбежного. А именно схватить Фила, сделать один шаг вперёд и скакнуть в свою комнату над шоколадной лавкой. Перевести дух и спуститься в логово домашнего демона. Что я незамедлительно, но с содроганием сердца сделала.
Чему быть того ничем не избежать.
***
Оказавшись в родной стихии, я позволила себе на мгновение расслабиться – вытянувшись во весь рост на мягком облаке. Всё тело нестерпимо ныло от длительного пребывания в скрюченном состоянии на промозглом полу библиотеки. Глаза жгло, веки закрывались. Я почти позволила усталости взять верх над собой, но вовремя спохватилась. Стряхнув остатки сна и потянувшись, взглянула на Фила, мирно дрыхнущего рядом.
У любого другого дрогнула бы рука будить это милейшее создание, однако мне никогда не хотелось походить на ангела. Небрежно растолкав его и получив в ответ недовольный взгляд, села на край облака и принялась ждать первых сновидений.
По сути, я делала так каждую ночь, правда, на этот раз моя цель значительно отличалась. По задумке Фила мы могли найти необходимые ингредиенты во снах мечтателей. Ведь люди обожают всякие интересные растения, драконов и волшебство в целом. Так почему бы и не воспользоваться этим?
Легче сказать, чем сделать.
Рецепт зелья немыслимо сложный, не говоря уже про странные ингредиенты.
Я достала из кармана свёрнутый вдвое листок и начала читать:
Рецепт оживляющего зелья.
