ISBN :
Возрастное ограничение : 18
Дата обновления : 14.06.2023
– Ну, а я не научился программировать ни в семь, ни в десять, ни даже в двенадцать. Зато меня с рождения тянуло изучать разные языки и культуры. Ярко выраженный гуманитарий на планете, где роботов в десять раз больше, чем людей. Вот так и получилось, что до пятнадцати лет, пока худо-бедно не стал справляться с техническими науками, меня всё время поднимали на смех, – исповедался Натан, пока робот-раздатчик выдавал подносы с завтраками.
Я промолчала, так как не знала, что на это ответить. Вряд ли, даже если я буду сидеть на стероидах и синтетическом протеине, я смогу набрать мышечную массу, хотя бы отдалённо напоминающую того же Киара Леру. Женские и мужские организмы слишком по-разному устроены, не говоря уже о том, что, судя по увиденным мною представителям других рас, люди в принципе далеко не самая сильная и физически развитая раса.
Когда мы с подносами повернулись к столам, Натан мотнул головой куда-то в сторону:
– А давай-ка утрём всем этим засранцам носы и сядем во-о-он с теми девушками? – предложил он.
Я удивилась, но последовала за Танеко.
– В Академии учатся девушки? – Эта информация неожиданно стала для меня жизненно важной.
– Конечно! Почти двадцать семь процентов этого набора – девушки. Нам очень повезло, в предыдущих годах их было не более двадцати процентов. – Тут Танеко обернулся и подмигнул мне. – Или ты спрашиваешь меня о девушках, потому что захотел за кем-нибудь приударить?
– П-ф-ф, вот ещё, – ответила я искренне. – Просто любопытно. И что, они учатся наравне с парнями? Даже в плане физической подготовки?
– Первые три года – да, но дальше уже идёт разделение по специализациям. Большинство девушек традиционно выбирает гуманитарное направление. По окончании учёбы они становятся лингвистами, политиками, специалистами по культурам и расам. Достаточно много девушек аналитического направления среди медиков, вирусологов, археологов, химиков, зоологов и прочих учёных. Крайне редко две-три девушки на весь курс поступают на техническое направление. Как правило, всё-таки инженерами, программистами, математиками и механиками становятся ребята. А вот в боевое направление ещё ни одна девушка экзамены по физической подготовке не потянула. Ты сам-то решил, на какое направление пойдёшь? Может, на гуманитарное, как и я, а?
Я пожала плечами.
– Не знаю, Натан, я ещё даже общегалактический не выучил, а ты о таком спрашиваешь.
– Ну, у тебя ещё две с половиной недели есть, чтобы определиться.
Мы как раз подошли к длинному столу, за которым сидело аж семь девушек. Статные, фигуристые, в обтягивающих синих комбинезонах, они привлекали внимание всей столовой, но никто не рисковал попроситься к ним за один стол. Трое из семёрки относились к расе пикси. У двух других мускулы бугрились на руках даже под одеждой, а вертикальные зрачки выдавали в них ларчанок. Ещё две имели фиолетовую кожу и чёрные волосы, но у них не было рогов и хвостов. Неужели всё-таки цваргини?
– Доброе утро, прекрасные девушки! Давайте знакомиться и позвольте сесть с вами за один стол, – с ходу начал заливаться соловьем Натан.
Ещё на подходе одна из ларчанок смерила моего приятеля настолько уничижительным взглядом, что я сразу поняла: ничего не получится. Готова биться об заклад, что мы точно не первые и даже не пятые, кто подкатывает к этой девичьей компании за сегодняшнее утро. А судя по тому, как цваргиня закатила глаза, даже не десятые.
– Шли бы вы… подальше, – с плохо скрытым раздражением произнесла вторая ларка, явно желая употребить совсем другое слово.
– Что же вы такие необщительные? Мы же хотим только познакомиться. – Натан улыбнулся ещё шире и сделал пару шагов в сторону женского стола.
Одна из цваргинь подняла голову и мрачно улыбнулась.
– Ты что, глухой? Или недоразвитый? Тебе на каком языке надо сказать, чтобы проваливал?
Таноржец, кажется, не понимал ни намёков, ни прямых угроз. Он решил обрушить своё очарование на самых миролюбиво настроенных девушек из всей компании – пикси:
– Красавицы, ну хотя бы вы не откажете в том, чтобы составить вам компанию? Приютите бедных парней за своим столиком, вон, посмотрите, всё уже занято.
Пикси растерянно заозирались, чтобы найти свободные места и вежливо предложить нам сесть именно туда. Столовая оказалась небольшой, и остальные столы уже заняли голодные кадеты. Многие присутствующие кидали любопытные взгляды на нашу компанию, явно делая ставки, чем всё закончится.
– Натан, пошли отсюда. Девушки явно не хотят нас видеть, и они не такие глупые, чтобы повестись на твою уловку, – произнесла я наконец.
Сосед удивлённо посмотрел на меня, затем обиженно пожал плечами, как бы говоря: «Ну как знаешь, вообще-то я для тебя, старина, старался», – и повернулся с подносом в другую сторону. Именно в этот момент одна из цваргинь окликнула Натана:
– Эй, погоди, как там тебя, что сказал твой друг?
Танеко бросил, не оборачиваясь:
– Что вы не такие глупые, чтобы вестись на дешёвые уловки, и не стоит вас обременять своим обществом.
Я почувствовала себя крайне неуютно под перекрестием семи пар внимательных глаз и непроизвольно сделала шаг назад. Ну да, по всей видимости, девушкам в Академии Космического Флота приходится тоже несладко, и до сих пор новобранцы подкатывали к ним исключительно из-за симпатичных личиков, а не из-за предположения о наличии мозгов в их светлых головушках. Ещё бы, в стенах Академии парням предстоит учиться десять лет, все уже взрослые, увольнительная раз в год, а девушек на всех точно не хватит, вот и решили подсуетиться заранее. Я хмыкнула. А эти леди не такие уж и недалёкие, объединились в стайку, чтобы легче было избавляться от парней, которые подкатывают нахрапом.
Мой безотчётный шаг назад был замечен девушками, и, похоже, это их заинтересовало ещё больше.
– А на каком языке говорит твой друг? – обратилась к Натану одна из пиксиянок. Шатенка с выразительными зелёными глазами и родинкой над губой.
– Он человек, говорит на древнем диалекте, – ответил за меня сосед, широко улыбнувшись и таки поставив свой поднос на стол.
Я тяжело вздохнула и села рядом с Натаном. Не понимаю, зачем ему это женское внимание. Разглядывать девушек не стала, просто поскорее приступила к порции овсяной каши с бананом. Никогда не умела общаться с людьми, а тем более дружить с девушками. Был у меня всего один друг, и тот разорвал нашу дружбу безо всяких объяснений. Воспоминания о Рике как тупой кинжал царапнули сердце. Я постаралась поскорее отогнать от себя ненужные воспоминания и прислушалась к разговору за столом.
– А откуда он знает этот древний диалект? – продолжала расспрашивать Натана зеленоглазая пиксиянка. – Я просто на гуманитарное направление поступила, хочу стать специалистам по контактам с гуманоидными расами…
– О, ты знаешь человеческие языки? – оживился Натан.
– Ну да, – девушка перешла на таноржский, чтобы похвастаться своими знаниями. – Я с детства учу их, но такого диалекта, как у твоего друга, ни разу не слышала. Как его зовут, и откуда он родом?
– Это кадет Станислав Радонежский с Захрана, а я – Натан Танеко с Танорга, но тоже поступил на гуманитарное направление.
– Что, правда, таноржец и на гуманитарное?! – всё та же пиксиянка, но уже переходя на общегалактический.
– И мы на гуманитарное! – хором встряли другие две пикси.
– С Захрана? – одновременно с ними заинтересовались цваргини уже моей личностью. – А как же ты выбрался оттуда?
Натан уже углубился в общение с пиксиянками, с которыми у него неожиданно нашлось много общего. Я же осталась один на один с двумя цваргинями и двумя ларчанками.
– Выбрался на корабле, – ответила на общегалактическом, вспоминая спряжения глаголов.
– На пилота будешь учиться? – хмыкнула цваргиня, окинув мою фигуру взглядом. Шварх, даже она была чуть крупнее и шире меня в плечах.
– Возможно. – Я понятия не имела, буду ли вообще здесь учиться и не сбегу ли раньше времени. С другой стороны, в Академии Космического Флота отец меня будет очень долго искать, может, оно и к лучшему, что я здесь оказалась.
– Если выберешь аналитическое направление, то будешь учиться с нами. Я, кстати, Ирэна Аддис, хочу стать хирургом. А это моя сестра-близнец – Арэна Аддис, она пока ещё не выбрала между ботаникой и зоологией, но тоже на аналитическом.
– Станислав Радонежский. – Я коротко кивнула сёстрам.
– Тамара Штэйн, технарь.
– Дорина Штуцер, технарь.
Ларчанки, в отличие от цваргинь, приподнялись со стульев, чтобы пожать мне руку. Отмечу, что на мой женский вкус они были менее симпатичны, чем девушки с аналитического. Они отличались более мужеподобной фигурой, а вблизи я рассмотрела, что их зрачки имеют вытянутую форму, совсем как у животных. Б-р-р-р!
Рукопожатие Тамары оказалось неожиданно крепким, она вдруг резко потянула меня на себя, широкие ноздри затрепетали, а она задумчиво произнесла:
– Хм… Стас, от тебя удивительно пахнет…
– Ты тоже заметила, да? – подхватила Дорина.
– Вчера была тренировка, – краснея, сообщила я. Шварх! Какой же нюх у ларков?!
– Да нет, – Тамара улыбнулась, – от тебя приятно пахнет, вот только не могу сообразить чем…
А вот тут я побледнела. Шварх! Шварх! Шварх! Надо срочно найти мужской шампунь для волос. Я при побеге с Захрана взяла свой, лавандовый, совершенно не задумываясь, что могу встретить кого-то с тонким обонянием…
Девушки засмеялись, увидев мою реакцию. Они подумали, что засмущали меня. Фу-у-ух, кажется, пронесло.
После завтрака мы с Натаном пошли обратно в наш бокс. Танеко пришёл в восторг от знакомства с пиксиянками и всю дорогу что-то восторженно говорил о Талиссе, так звали зеленоглазую красавицу. Я же погрузилась в себя, мысленно вспоминая все ароматизированные предметы гигиены, которые необходимо заменить в первую очередь.
– А ты, старина, вообще не промах. – Натан неожиданно толкнул меня локтём, когда мы уже подходили к двери.
– Ась? – Толчок заставил вынырнуть из размышлений.
– Так ловко привлёк внимание девчонок! Ладно бы только пиксиянок, это в принципе дружелюбная раса, или каких-нибудь миттарок, но цваргинь с ларчанками! Кто бы мог подумать! Цварги известны своей скрытностью и предпочитают строить любые отношения лишь со своими, а ларки вообще одна из самых агрессивных рас!
Я отмахнулась.
– Тоже мне привлёк… Познакомились, да и только.
– Не отмахивайся! Та, которая Тамара, вообще тебе глазки строила! Я всё видел!
Я фыркнула, в душе позабавленная мнением Натана, но мы остались каждый при своём.
Время до обеда я потратила на изучение общегалактического языка, а после посещения столовой меня перехватил робот-уборщик и снова проводил в медицинский отсек, где мне предстояли дополнительные испытания и психологические тесты. Затем мне дали десять дней перерыва, которые я потратила на изучение языка, а потом устроили экзамены, чтобы определить уровень знаний в различных дисциплинах. Большая часть давалась мне легко, так как за плечами было уже четыре года Высшей Школы Бизнеса и Управления Планетой. Математику я любила всегда, с химией, биологией, квантовой физикой и робототехникой тоже проблем не наблюдалось. Плавала во всём, что касалось других миров и рас, кое-как ответила на вопросы касательно политики Объединённых Миров, по истории сдала лишь самый минимум – то, что успела прочесть с флешкарты капитана Валлуни. Оставят меня кадетом в Академии Космического Флота или нет – толком не знала и старалась об этом не думать.
С каждым днём к станции пристыковывались всё новые и новые транспортники Космического Флота, привозя новобранцев с самых дальних уголков вселенной. Я обратила внимание, что всё же подавляющее большинство составляли цварги и ларки, как самые крупные, выносливые и физически развитые расы. Небольшой процент составляли пикси и миттары. Чистокровных людей я почти не видела.
Все дни до начала учёбы я сидела в боксе, зубрила материалы, переданные мне капитаном Валлуни, выходила из бокса лишь с Натаном, чтобы пройтись до столовой, или же с роботом-уборщиком, который сопровождал меня на верхние этажи, куда доступ без специального разрешения кадетам был закрыт. Про меня и Натана, который однажды вздумал вмешаться и заступиться за меня, многие кадеты пускали сальные шуточки и гадкие слухи, но этим всё ограничивалось. Порой казалось, что Танеко больше меня переживает, что говорят другие кадеты.
Я всегда старалась как можно быстрее справиться с приёмом пищи и вернуться в свой бокс, чтобы не привлекать лишнего внимания. По какой-то необъяснимой для меня причине девушки, с которыми мы познакомились, если видели нас с Натаном, сами стали подсаживаться за наш столик.
Отец за всё это время никак не давал о себе знать, и я потихоньку стала успокаиваться, убеждая себя, что среди кадетов Космического Флота он меня не найдёт, если я сама не сглуплю и не выдам себя.
Глава 7. Киар Леру
Командор Киар Леру
Киар Леру потянулся на своей огромной двуспальной кровати и посмотрел на жгучую темноволосую брюнетку, что спала на его груди. Аврелия Кларк, цваргиня, получившая звание майора год назад, как раз тогда же, когда окончила Академию. В Космическом Флоте не приветствовались постельные отношения между офицерами старших чинов и учащимися, но все понимали, что служба в космосе, как и отдельные рейды на необитаемые планеты, порой затягивалась на год, два или даже три, прежде чем офицерам давали увольнительную, чтобы навестить семью. Разумеется, отношения между старшими и младшими чинами были. Но Киар никогда не давал поблажек лейтенанту Кларк. Постель – одно, служба Космическому Флоту – другое. Именно поэтому адмирал Юлиан, которому были известны слабости младшего брата, не заострял внимания на Аврелии. А сейчас, когда девушка закончила Академию, их отношения больше не приходилось специально скрывать.
Отношения между Киаром и Аврелией всегда были несколько странными. Иногда командор Леру пропадал на рейдах месяцами, а девушка оставалась на станции, и они не только не виделись, но и никак не общались всё это время. Не то чтобы Киар как-то специально игнорировал свою любовницу, нет, просто всегда находились дела важнее, которые вытесняли мысли о цваргине из головы. По каким-то причинам ни разу не писала и даже не отправляла ни единого голографического изображения и сама Аврелия. Зато, как только Киар Леру ступал на платформу главного филиала Академии Космического Флота, девушка моментально оказывалась в его боксе или же ждала его в своём. Леру сам не заметил, как короткая интрижка с курсанткой переросла в нечто большее. Пару раз его старший брат Юлиан, посмеиваясь, говорил, чтобы Киар уже сделал предложение и наконец женился на девушке. Но Леру всё никак не мог собраться и сделать это. Он сам не понимал, что именно ему мешает, просто что-то не давало так поступить. Какое-то внутреннее чувство, что всё должно быть не совсем так. А может, это были воспоминания о родителях, чьи глаза светились счастьем, когда они смотрели друг на друга. Порой Леру ловил себя на том, что совершенно не огорчился бы, если бы в один прекрасный день Аврелия сказала, что между ними всё кончено.
Наручный коммуникатор, который Леру не снимал, даже ложась в постель, провибрировал и мигнул новым сообщением. Так-с, пора вставать. Киар пошевелился, стараясь аккуратно переложить Аврелию со своей груди на подушку. Цваргиня всё же проснулась:
– М-м-м… Киар, ты уже уходишь? – спросила она сонно.
Огромные зелёные глаза смотрели на командора с обожанием, однако цварг уловил и печаль, исходящую от девушки. Киар Леру, как и все мужчины его расы, улавливал рогами колебания бета-волн, испускаемых нейронными клетками мозга разумных гуманоидов, когда те испытывают сильные эмоции.
– Да, уже ухожу, мне пора. – Киар кивнул, поднимаясь с кровати и разминая затёкшую шею.
Всё-таки надо было уйти от Аврелии сразу, а не оставаться на ночь. Из-за её привычки спать на его груди защемило трапецию.
Девушка облизала пухлые ярко-алые губы и приподнялась на локтях, провокационно демонстрируя идеальную грудь со съёжившимися коралловыми сосками. Цваргиня всегда спала обнажённой, потому что знала, что это нравится Киару.
– И что, даже не попрощаешься? – её томный, чуть хриплый ото сна голос мог бы возбудить кого угодно, вот только Леру уже прочёл сообщение с коммуникатора.
Надо было поспешить, чтобы успеть на собрание высших чинов.
– Извини, Аврелия, мне уже действительно пора. Как я и говорил, адмирал попросил меня стать куратором.
– Хорошо, что в этот раз хоть в рейд на другой конец космоса не отправил, – буркнула Аврелия, смиряясь с тем, что Киару надо идти.
От неё несколько секунд веяло недовольством, но потом она взяла себя в руки, встала с постели и плавно скользнула к мужчине, уже облачившемуся в форменный комбинезон. Аврелия обладала совершенными пропорциями тела: длинные стройные ноги переходили в крутые бёдра, рельефные мышцы на руках и спине ничуть не портили фигуру, а пышная грудь подчёркивала её женственность. В любой другой раз Киар обрадовался бы, что обнажённая девушка ластится к нему все телом, но сейчас испытал лёгкое раздражение, когда Аврелия потянулась за поцелуем, обвив руками его шею и не отпуская, а коммуникатор настойчиво провибрировал второй раз.
– Аври, мне надо спешить, – сказал Киар, отводя руки девушки от себя. – Завтра уже первый учебный день, а у нас до сих пор не улажены вопросы касательно нескольких новобранцев.
– Хорошо, что ты ведёшь боевое направление, а то я бы уже приревновала тебя к твоим новобранцам, – усмехнулась цваргиня, стукнув кулачком Киара в грудь. Не сильно, но весьма ощутимо. – Когда мы увидимся снова?
– Не ревнуй, сегодня вечером приду. – Киар быстро чмокнул девушку в кончик носа и поспешил на совещание.
***
Командор Киар Леру
– Вы видели эти показатели по физической нагрузке? Это же никуда не годится! Даже девчонки с гуманитарного направления сильнее кадета Радонежского! – искренне возмущался командор Леру, когда дело дошло до протеже капитана Валлуни.
– Зато неплохая скорость реакции и вполне приемлемые показатели выносливости. Кроме того, кадет сдал на высший балл математический анализ, комплексные числа, дифференциальную стереометрию и даже вариационное исчисление, которое проходят лишь на последних курсах некоторых технических специальностей! А также кадет Радонежский показал глубокие знания в теории струн и астрофизике, – возразил док.
– Но при этом, судя по вашим же отчётам, он практически ничего не знает об истории, политике и расах Объединённых Миров. Еле-еле вытянул необходимый минимум, – нахмурил брови адмирал Топченко, читая характеристику на новобранца.
– И психологические тесты показывают кадета Радонежского не с лучшей стороны, – задумчиво пробормотал шаутбенахт Крагор. – Замкнутый, скрытный, некоммуникабельный…
– Но при этом не склонный к агрессии и вдумчивый, – заметил адмирал Юлиан Леру. – Последнее, смею заметить, редкость. Обычно кадеты настолько боятся вылететь из Академии, что забывают применять мозги тогда, когда это действительно требуется.
– Так, ладно. – Генерал хлопнул в ладоши, привлекая всеобщее внимание высших офицеров. – Ещё долго можно обмусоливать личность кадета Радонежского, но одно то, что он самостоятельно покинул Захран и не побоялся выйти один на один против траска, уже о многом говорит. Я доверяю выбору капитана Валлуни, до сих пор его чутьё ни разу не подводило, а потому новобранца Радонежского оставляем среди кадетов первого курса. Куратору его направления придётся немного скорректировать обучение, добавить тренировки по физической подготовке и стратегии ведения боя вместо некоторых точных дисциплин. Кстати, на какое направление подал документы кадет?
Настало несколько секунд тишины, шаутбенахт Крагор склонился над планшетом, ища заявление Станислава Радонежского.
– У кадета высокий коэффициент интеллекта и первоклассное знание точных наук. Я бы советовал отправить его на аналитическое направление, – пробормотал док.
– На техническое! – раздался голос шаутбенахта.
Генерал на несколько мгновений нахмурился, а потом махнул рукой.
Все книги на сайте предоставены для ознакомления и защищены авторским правом