Страница 3 из 4
Семён хотел было возразить, но вдруг дверь сарая приоткрылась и из неё выглянул мальчуган с тёмными волосами, на вид лет двенадцати, в спортивном костюме.
Потапов, открыв рот, шлёпнулся на землю.
Эй, мне вода нужна. Я возьму ведро? – спросил гость.
Бери. Только ты потом мне его верни. Я тебе опять воды наберу.
Пойдёт, договорились, ответил подросток в спортивном костюме и потянулся к ведёрку.
Клиц, подожди! спохватился Сенька. Познакомься. Это мой друг, Мишка. Ты же хочешь понять, что такое забота и привязанность? Так вот дружба – это такое понятие, очень близкое к привязанности. Расскажи нам о себе поподробнее, и тогда мы постараемся помочь тебе.
Я думаю, что это разумно. Хорошо, согласился пришелец и присел рядышком с Потаповым на корточки.
А как именно, ты перемещаешься? – поинтересовался растерянный Мишка, поднимаясь с земли.
Через дверь. Только пространство за ней должно соответствовать некоторым критериям. Этот сарай – самое то! Здесь энергетический баланс и пространственная гармония.
А ты можешь использовать эту коробочку? – Сказал Михаил и достал спичечный коробок из кармана. Он решил подшутить над гостем.
У меня может не хватить энергии, и я останусь в коробке навсегда.
Тогда лучше не надо. Забудь! Затараторил Мишка и резко отдёрнул руку.
Потапов, но в твоём коробке нет дверей, для чего ты его вообще достал? пристыдил своего обидчика Сеня.
Да так, ответил Миша, Я просто растерялся. Вопрос возник у меня, вот и спросил.
Ершова тоже многое интересовало, и он подошёл к гостю ближе.
Скажи, а какая продолжительность жизни у икерцев? поинтересовался он.
По земным меркам мы живём очень долго, ведь у нас есть устойчивость к болезням. Но естественной смертью из нас ещё никто не умирал. Это решает Совет и в нужный срок нас подвергают одлизу, спокойно ответил Клиц, но увидев растерянный взгляд ребят, поспешил разъяснить им. Это означает, что просто разложат на атомы.
Одноклассники переглянулись.
Ничего удивительного в этом нет, неторопливо продолжил икерец. Всё не нужное у нас раскладывают на атомы, а затем, из них собераю что-нибудь полезное, как из конструктора. На нашей планете нет ничего лишнего, мы храним то, что приносит пользу.
Как жёстко, выпалил Мишка и мальчишки снова переглянулись.
А кто вами правит? поинтересовался он.
Кситы роботы. Они выполняют определённую программу. Главного Правителя мы называем Церван. Он находится в особом помещении Арвузе. Никто на планете не знает, как он выглядит, и это обеспечивает ему безопасность.
Но, ведь в программе может произойти непредвиденный сбой и тогда он будет приносить вред, а не пользу.
На это есть особые Протоколы, ответил Клиц. Впрочем, у нас нет эмоций. Нет зависти, обид, амбиций. Каждый выполняет свою определенную функцию. Никто не ищет себе выгоды. Всех устраивает существующий порядок. Поэтому главному Правителю ничто не угрожает.
Ты говоришь – главному. А что? Вашей планетой ещё кто-то управляет?
Я уже говорил. Существует Совет, в него входят Кситы – роботы.
А-а-а… протянул Мишка. Тогда, какую функцию выполняют живые существа на вашей планете?
Икерцы нужны для сохранения вида. Мы коренные жители Арарбуса. Но нас не так много, и нами не особо дорожат. В случае чего, просто разлагают на атомы.
Ну и дела! Правда Сенька? Ты только представь! Не сделал урок – бац! Разложат на атомы. Плохое поведение – бац! И полетят в стороны разноцветные шарики.
Ага, ужас какой-то, подтвердил Ершов.
А, как же наши животные? – вспомнил о пропажах Мишка.
Они мои образцы. Поэтому вы должны мне помочь о них позаботиться, пока их не подвергли одлизу.
А? Ну, да, мы согласны. А может ты нам их вернёшь? И мы сами позаботимся о них как-нибудь.
Не могу! Они занесены в Протокол. Если я не добьюсь нужных результатов, то меня разложат на атомы.
Вот мы попали! – воскликнул Мишка, поднявшись на ноги. – Хорошо! Но с этого момента мы все в одной упряжке и должны помогать друг другу! То есть будем взаимо-полезны. Ты меня понимаешь, пришелец?
Да. Договорились. А теперь, пришло время поить животных. – произнёс инопланетный мальчик и взяв ведро в руки, скрылся за дверью небольшого сарая.
Мишка побежал за ним следом, чтобы опять всё проверить. Но внутри снова оказалось пусто.
Ну и дела! А ты и вправду не врал. Давай теперь с тобой дружить. Раз уж, как говориться, мы всё равно в одной лодке.
Давай! Я согласен, произнёс Сенька и протянул ему руку.
Так, а почём сейчас время? поинтересовался Миша.
Время? Ах, да! Пора прощаться. Ты только про Клица пока никому не говори ни слова.
Разумеется, я умею хранить тайны!
Потапов деловито стал в позу, а потом резво побежал домой. Сенька думал, что остался один, но за ним внимательно наблюдали. В тени старого дерева, которое росло рядом с домом Ершовых, кто-то притаился.
Вот и настали долгожданные выходные.
Семён нежился в тёплой постельке, а солнышко сквозь лёгкую занавеску щекотало его реснички.
Сначала он вытянул одну ногу, а за ней и другую.
«Как же хорошо! думал про себя мальчик, Можно вдоволь насладиться утренней тишиной и никаких занятий в школе!».
Вот где-то прокричали ранние петухи, над головою прожужжала муха, а сейчас его ухо уловило лёгкое поскрипывание вёдер.
«Кто-то уже за водой к колодцу сходил. М… Что это за запах? М…Вкуснятина какая! Да, это же баба Аня вишнёвого компота наварила! Пора вставать», рассуждал Сенька.
Затем он быстро слез с постели, еле протиснул тоненькие ножки в непослушные тапочки, протёр глаза, и поспешил на кухню к бабушке.
С добрым утром, лежебока! – с теплой улыбкой на лице произнесла она. – Умывайся и милости просим позавтракать.
У… бабушка, вода такая холодная, можно я потом умоюсь.
Анна Тимофеевна упёрла руки в боки и строго посмотрела на него.
Да, бегу, бегу уже я, пробурчал он с досады и поплёлся к умывальнику.
Завтрак удался на славу! Тонкие бабушкины блинчики и вишнёвый компот он безумно обожал. А ещё ему нравилось беседовать с ней по душам.
Ба, а в детстве ты о чём мечтала?
Ой, махнула на него рукой старушка. Да, о чём я только не мечтала, Сенечка.
А что ты больше всего любила делать?
Я то? Не поверишь. Больше всего на свете я любила на рыбалку ходить с твои прадедом.
Правда?
Конечно, а зачем мне тебя обманывать.
Ба, а можно я тогда с Мишкой на пруд схожу, рыбы наловлю?
А Мишка-то знает, как это делается?
Мишка много чего знает!
Ну, тогда ладно, отпущу. Только поосторожнее там – на пруду-то.
Хорошо, ба!
Плотно позавтракав, Семён вышел во двор.
Воздух с утра обдавал свежестью и его хотелось вдыхать снова и снова.
Красота! подумал мальчишка и развёл руки в стороны, чтобы немного поразмяться перед работой.
На самом деле он тоже когда-то ловил рыбу вместе с папой. Но потом отец уехал на заработки в другой город, и Семён обо всём позабыл. Но он точно знал, что для этого мероприятия надобно дождевых червей заготовить для хорошего клёва. Ведь рыба не так уж и глупа, чтобы пустой крючок глотать!
Семён нашёл пустую консервную банку и принялся ковырять рыхлую почву. Вилы послушно переворачивали землю и оголяли земляных червяков. Их оказалось так много! И жестяная баночка быстро наполнилась желанной добычей.
Затем он ухватил пустое ведёрко и направился к калитке, выходящей на деревенскую дорогу.
Подбежав к забору, подросток вспомнил, что не взял с собой удочку. Тогда он повернул обратно к сараю, потому что снасти хранились где-то там.
Он не успел ухватиться за дверную ручку, как с боку что-то зашевелилось и пошло прямо на него.
Ты почему с пустым ведром бродишь по двору? Набери воды лучше. Я тут подожду.
Семён узнал голос Клица.
Да, тут такое дело… Давай я тебе попозже воды наберу. Я на рыбалку хотел пойти, вот за удочкой вернулся.
Зачем тебе рыбу ловить? Ты её приручить хочешь?
Нет, рыбу ловят для удовольствия или для того, чтобы поесть.
Ах, да. У вас на Земле такая странная еда.
А ты чем питаешься?
У икерцув особая подпитка. Один раз в день мы проглатываем энергетическую таблетку и запиваем водой, которой у нас, сам знаешь, мало.
Хм… А хочешь со мной сходить в одно место? Там воды очень много. На пруд!
О таких местах я знаю, но там нет дверей и в случае опасности я не смогу уйти вовремя. Не хочу подвергать себя опасности.
Не бойся! Хотя интересно. Почему ты боишься? Ведь у тебя нет эмоций.
Это чувство самосохранения и у нас не все чувства и эмоции отсутствуют. Просто они не так сильно развиты и всегда находятся под контролем.
Как с тобой сложно! Семён всплеснул руками, а затем произнёс, знаешь, пока ты со мной, я буду контролировать твои эмоции. Договорились?
Хорошо. Но помни, ты несёшь ответственность за меня и за земных питомцев тоже. Если я не вернусь домой, то они погибнут. Их просто разложат на атомы.
Да понял я, шантажист ты этакий. Сейчас только удочки заберу и за Мишкой по дороге зайдём.
Потаповы жили недалеко от дома Анны Тимофеевны. Мишка уже не спал. Он вертелся у клетки с кроликами, а рядом в загончике блеял баран Тулупчик.
Мишка! Ми-и…шка! – окликнул его Ершов.
Потапов услышал знакомый голос и неспеша подошёл к калитке.
О, привет! Так ты не один? Проходите скорее!
Он отодвинул засов и впустил ребят во двор.
Давайте отойдем в сторонку, подальше от окон.
Мальчишки подошли к кроликам. Клиц с любопытством стал рассматривать пушистых зверьков. Через решётку он следил за пёстрым комочком с подвижным носиком. Кролик сидел неподвижно на подстилке из соломы и грыз морковку.
Эй! Смотри не заглядывайся на моих подопечных! пригрозил пришельцу Мишка.
Не бойся я их не заберу, у меня уже есть земные образцы.
А чего это вы с удочками? На рыбалку собрались что ли?
Да. Пойдём с нами! Я и червей накопал, как бы, между прочим, ответил Сенька.
А ну, покажи! скомандовал Михаил и ухватился за жестяную банку. – Ух, ты! Жирные какие! Ладно. Только я сейчас, у своих отпрошусь.
Потапов поспешно забежал в дом и через несколько минут возвратился обратно.
Всё в порядке! Меня отпустили. Подождите ещё немного! торопливо произнёс он и опять куда-то исчез. Вернулся Мишка с удочкой и с широкополой мужскую панамой в руке.
Вот, Клиц, держи, надевай.
Зачем? – спросил инопланетный мальчик и отступил назад.
Для конспирации, чтобы никто не задавал лишних вопросов.
Тогда ладно, ответил пришелец и натянул на себя головной убор.
Вещь! оценил Мишка.
На крыльцо вышел Федор. Он услышал перешёптывание ребят и решил приободрить их.
По местам стоять, узкость проходить! громко скомандовал он.
Мальчишки вздрогнули и пригнулись от испуга. Михаил прошептал Клицу:
Натяни панаму пониже, прямо на глаза, чтобы никто не заглядывался. А ты, Сенька, если что, будешь говорить, что это твой друг из соседней деревни. Понял?
Да понял я. Пойдёмте уже скорей!
Сейчас нельзя, пусть сначала папа с крыльца уйдёт. Нам лишнее внимание ни к чему.
Но Фёдор Михайлович уходить не собирался. Он постоял немного у порога. Затем сделал несколько гимнастических махов руками и только потом уже вышел на широкую деревенскую улицу. Он любил сочетать прогулку с чтением стихов и пением устаревших песен.
Надо сказать, что память он имел отличную, а голос громкий, как широкая труба. В деревне Фёдор слыл известной личностью.
И с полей уносится печаль… звучал зычный голос Мишкиного папы.
Нам как-то надо законспирироваться, предложил Сенька.
Что ты имеешь в виду? спросил его Мишка. Панамку мы ему уже дали.
А как мы к нему будем обращаться? Клиц это какое-то не наше имя.
Хм. Дай – ка подумать.
Потапов застыл в позе мыслителя и через некоторое время произнёс:
А звать мы тебя будем Колькой! Понятно, пришелец?
У нас двух имён не бывает.
Ты будешь первым! С тебя и начнём.
Хорошо, я понял. Здесь я Коля, а у себя Клиц.
Друзья поправили панаму на голове пришельца и бодро зашагали к пруду.
К счастью, по пути они никого не встретили, кроме бабы Гали. Но любопытством она не страдала, как прочие деревенские жители, поэтому в расчёт её не брали.
Скажи, Клиц. Нет, не так. Коля, а как тебя одного отпускают в такие далёкие путешествия? поинтересовался Мишка.
Дети путешествуют, чтобы запастись опытом и знаниями. Мы должны приносить пользу планете.
А разве о тебе никто не беспокоится?
Нет. У нас это не принято. Разве вы забыли? У нас все эмоции минимизированы. Все делают то, что обязаны.
Хм…А у тебя есть мама? продолжал расспрашивать Потапов.
Да. Её зовут Кера.
Красивое имя. И даже она за тебя не переживает? Разве она не задаёт таких вопросов: «Как дела, сынок? Страшно ли тебе было в иных мирах и на чужих планетах?»
Нет. Все жители нашей планеты – это её дети.
Как так? Она что? Всех вас родила?
Кера отвечает за процесс рождение икерцев. А Совет решает кому сколько жить и чем заниматься. Честно говоря, я даже и не знаю робот она или живое существо.
Ну, раз уж ты её ребёнок, то она точно не робот! ответил Мишка и добавил, но вы, я понял, друг с другом не общаетесь. Похоже ты и правда одинок, ведь тебе даже и поговорить-то не с кем.
Икерцы самостоятельные существа, а для общения и заполнения Протокола мне выдали домашнего робота.
Вот дела! Если честно, то ты и сам немного похож на машину. Положись на нас! Мы из тебя человека сделаем! Правда, Сеныч?
Но Ершова интересовало другое, и пропустив Мишкины слова мимо ушей, обратился к пришельцу:
Скажи, а взрослые икерцы могут путешествовать в космосе?
Да. Они передвигаются на кораблях. Но для этого нужны им веские причины. А для чего ты спрашиваешь об этом?
Хм, понятно, только и успел ответить Сенька.
На горизонте появился Николай Евстафьевич, и Ершов поспешил предупредить об этом.
Смотрите! Там наш трудовик стоит!
Ребята резко притормозили.
Вдали, опираясь на черенок штыковой лопаты, стоял щуплый старичок в поношенном брезентовом плаще. Он переминался с ноги на ногу, устроив перерыв во время работы.
Ничего страшного, произнёс Мишка. Главное, вести себя естественно и раскрепощённо, тогда и вопросов к нам лишних не будет, произнёс Потапов со знанием дела.
А то ты нашего трудовика не знаешь. Любого выведет на чистую воду. Хоть он уже и в почтенном возрасте, но голова у него хорошо соображает.
Клиц, ты всё же панамку пониже натяни, посоветовал настороженный Мишка.
Николай Евстафьевич жил неподалёку от пруда. В школе он вёл уроки труда и там же подрабатывал сторожем.
Его считали пенсионером со стажем, но с преподавательской деятельностью он справлялся отлично. В деревне его прозвали ходячим справочным бюро. Он знал всех детей в деревне и их родителей. И даже в соседних населенных пунктах знал всех. Дядя Коля частенько подшучивал над местными ребятишками и когда юные рыбаки подошли к нему поближе, не стал отступать от своих правил.
Доброго вам здоровьечка, молодые люди! начал он.
Здравствуйте, Николай Евстафьевич!
На рыбалку собрались что ли?
Да, хотим рыбки наловить.
А это что за паренёк с вами такой? Он вроде не наш, не местный?
Это Колька, Сенькин друг из соседней деревни, выпалил Мишка.
Коля? Из соседней деревни? А, это ты поросю хвост крутил?
Нет, не я! – торопливо ответил Клиц.
Школьный сторож ухмыльнулся и покачал седовласой головой.
Да это он так шутит. Это присказка у него такая, объяснил Потапов инопланетному гостю.
Ну, мы пойдём, Николай Евстафьевич! – выпалил Сенька и подтолкнул ребят поближе к водоёму.
Приятели послушно зашагали по песчаной тропинке, а старый сторож долго смотрел им в след, да приговаривал.
Колька говоришь… Из соседней деревни…Ну-ну…
Чем ближе друзья подходили к пруду, тем гуще становилась трава, из которой то и дело вылетали надоедливые комары и мошки.
– Вечно он со своей лопаткой не расстаётся, – отбиваясь от насекомых ворчал раздражённый Мишка.
Ершов искоса посмотрел на него и спросил осторожно, как бы невзначай:
– Мих, а ты знал, что наш Николай Евстафьевич с девяти лет из рук лопату не выпускает!
– Как это? Объясни!
– Мне об этом моя бабушка рассказывала.
Семён сосредоточился и начал рассказ из далека.
– Понимаешь, когда ему было семь лет, началась Великая Отечественная Война. Тогда все мужчины отправились на фронт, защищать свою землю и Родину. И пришлось всю работу выполнять женщинам и детям.
– Про это я слышал, нам в школе рассказывали. И что он картошку сажал?
– Представь себе, не только картошку. Ещё он работал в шахте. Ему тогда исполнилось девять. Наполнял углём огромную вагонетку и перевозил её в положенное место.
– С ума сойти! Это тяжёлый труд даже для взрослого, а он тогда был младше нас на целых три года! Ого!
– А знаешь ли ты сколько весила та вагонетка?
– Честно не знаю. Думаю, много.
– Триста двадцать килограммов!
Михаил округлил глаза, и они стали похожи на две большие монетки.
Семён продолжал.
– И пришлось ему придумывать, как такую тяжесть с места сдвинуть.
– Мне папа рассказывал, что рояль весит столько же, – неожиданно выпалил Мишка. – Однажды, он помогал с переездом своему приятелю. Так вот! После этого случая мой отец вообще ни про какие рояли слышать не хочет!
Мама говорит, что он тогда спину себе сорвал. Папа дома лежал, несколько дней на работу не ходил.
– Вот! А теперь поставь себя на место нашего Николая Евстафьевича. Что бы ты сделал?
– Даже не знаю, – растерянно произнёс Мишка. – Теперь я понимаю, отчего его в деревне уважают.
– Может и поэтому, а может потому, что человек он хороший, хоть и строгий.
Ершов поднял с земли палку. Покрутил её в руке и продолжил.
– Так вот. Наш дядя Коля использовал большой железный прут вместо рычага, и этим не хитрым приспособлением он и толкал огромную вагонетку!
– Вот голова! В девять лет уже законы физики применял!
– Наш Николай Евстафьевич очень умный!
– А ты заметил, что он никогда никого ни в чём не упрекает? Только шутками обходится.
– Это да! Он такой.
– У нас тоже никого не упрекают, – произнёс после долгого молчания пришелец. – Сразу назначают одлиз.
Одноклассники растеряно переглянулись и, ухватив Клица за руки, потащили к пруду.
