Страница 11 из 13
Да и насытиться ей просто невозможно.
Логан оставляет на персиковых губах короткий поцелуй и ложится рядом, притягивая к себе девушку. Она укладывает голову на грудь парня, переплетая с ним ноги, и устало прикрывает глаза. Сердцебиение Логана постепенно успокаивается, негромко постукивая под самым ухом. Лиса под этот звук хочется уснуть сладким и долгим сном. Логан лениво водит пальцами по спине девушки, вырисовывая всякие непонятные узоры и вслушиваясь в ровное дыхание, щекочущее кожу.
– Вот мои грязные сны и стали реальностью, – ухмыляется Рид, глядя на девушку. Лиса морщит нос и открывает глаза, поднимая их на парня.
– Потому что я так захотела, – отрезает она, слабо улыбаясь и кладя подбородок на грудь парня.
– Малышка, я взял бы тебя хоть в нашу первую встречу, – хрипло говорит Логан, улыбаясь в ответ и вскидывая бровь.
– И что же помешало?
– Хотел распробовать тебя, – он усмехается.
– Вообще—то, не факт, что я позволила бы тебе, – не уступает Лиса, самодовольно ухмыляясь.
– Что ты стонала на итальянском? – любопытствует Рид, хмурясь и подкладывая согнутую руку под свою голову.
– Что ты ужасно трахаешь, – закусывает губу девушка, хохотнув.
– Серьезно? И поэтому ты так орала? – Логан криво усмехается, толкая язык за щеку.
– Эй! – она закатывает глаза, несильно кусая Логана за сосок.
– Твое тело говорило за тебя, детка, нет смысла отрицать, – хрипло говорит Логан.
– Вранье, – отмахивается она.
– Давай, проверим еще раз, – у Логана в глазах огоньки по новой вспыхивают, а на губах пошлая улыбка.
– Ненасытный, – ворчит Лиса, а сама приподнимается, перекидывая ногу через бедро парня, и садится сверху.
Глава 13.
Яркий огонек на мгновение освещает темный салон бугатти, так же быстро потухая. Едкий дым начинает змеей расползаться, безмолвно уплывая в наполовину спущенное окно. Габриэль задумчиво глядит перед собой, а там – кромешная тьма, скрывающая сотни грузовых контейнеров. Он перебирает в пальцах тлеющую сигарету и слегка хмурится, выглядя в тусклом свете приборной панели особенно сурово из-за сведенных бровей. Он вырывается из потока застеливших разум мыслей и поднимает телефон, проверяя время.
Прошло десять минут.
Слишком долго.
Никто не должен заставлять его ждать.
Он делает короткую затяжку и выпускает дым через приоткрытые губы. Спустя две долгие минуты рядом слышится рычание незнакомого движка и хруст гравия под колесами. Он откидывается на сидение, повесив руку с сигаретой меж пальцев на руле, и поворачивает голову вбок. Дверь с пассажирской стороны открывается, впуская в прокуренный салон свежий ночной воздух. На кожаное сидение опускается человек в кожанке, под которой серая толстовка с капюшоном, натянутым на голову.
– Долго, – бросает Габриэль, разглядывая только что подошедшего. Тот поворачивается к нему лицом, едва видным в тусклом освещении.
– Дел много, только появилась минутка, – отвечает тот негромко и тянется к карману, доставая из пачки сигарету и зажимая меж губ. Габриэль тянется к нему и чиркает своей металлической зажигалкой, галантно предлагая прикурить. Пассажир не отказывается.
– Американок любишь, значит, – продолжает Стаффорд, изогнув бровь, и кидает взгляд на рядом стоящую машину. – На каждом заезде виновницами трагедий становятся именно они.
– Питаю к этим сучкам особую страсть, ничего не могу поделать, – ухмыляется пассажир, затягиваясь, и выпускает дым через спущенное с пассажирской стороны окно.
– Так вот кто устрашает гонщиков, – с пониманием улыбается Габриэль, склоняя голову к плечу и вертя в пальцах сигарету. – Самолично участвуешь в этом?
– Почти всегда. Это доставляет мне особый кайф, – пожимая плечами, высовывая руку через окно, и стряхивает пепел на землю.
– А заезд с младшим Ридом? Там был ты? – спрашивает Габриэль хмуря брови и делая затяжку.
– Да, – кивает пассажир, глядя на Гэба с полуулыбкой на губах. – Он погнался за мной, я думал, что на самом деле сможет достать, но потом он почему-то дал заднюю, и я смог спокойно уехать. Тачка у него мощная, что тут скажешь, – хмыкая и качая головой. – Но что под капотом – секрет. Никто не знает. Даже… – он внезапно замолкает и делает затяжку, задумчиво уставляясь на приборную панель бугатти.
– Даже? – переспрашивает Габриэль, сверля парня упрямым взглядом.
– Хочу взглянуть, что под капотом у тебя. Собираешься с ним гонять? – пассажир уклончиво меняет тему, выбрасывая окурок, и сует руки в карманы куртки.
– Скоро я с ним встречусь. И где же еще, как не на дороге, – усмехается Гэб, закусывая нижнюю губу.
– Что требуется от меня?
– Заключим сделку, – Стаффорд улыбается уголками губ, наблюдая за выражением лица парня. – Все, что ты вытворяешь на дорогах, будет сделано от моего имени. Под моим началом. Я дам тебе людей, которые распространят твою веру разрушения по всем дорогам страны. Я давно приглядываюсь к тебе. То, что ты делаешь – революция, протест изжившему себя. На смену старому приходит новое, улучшенное. Новые тачки, новые лидеры. И мне это нравится. Это то, к чему я сам иду.
Стаффорд говорит твердо и убедительно, в его словах не приходится сомневаться. Цель есть, осталось ее достичь общими усилиями.
Пассажир молчит некоторое время, обдумывая сказанное, вычитывает подтверждение в его глазах и шумно выдыхает, наконец отвечая:
– Пора менять условия игры на дорогах, – парень согласно кивает и хмурится.
– Понадобятся новые американки – я достану. А детали, я думаю, ты сам лучше знаешь, какие нужны. Но если что, подогнать я тебе смогу и свои.
– Ты прав, мне нужно больше ресурсов. Нужно что-то делать с побитыми машинами. Перепродавать, тюннинговать или разбирать на части – выбирай сам, – парень пожимает плечами, складывая руки на груди. – Обычно я от них избавляюсь, продавая за границей. Мне они ни к чему.
– Больше людей – больше машин и возможностей, – улыбается Габриэль, открывая дверцу, и выходит из машины.
Он бросает окурок под ноги и сует руки в карманы брюк, подходя к чужой машине. Легкий ветер треплет идеально уложенные волосы, отчего они прядями спадают на его лоб. Парень с пассажирского сидения выходит из бугатти и встает рядом, поправляя на голове капюшон.
– Я так понимаю, эта машина твоя фаворитка, – задумчиво говорит он, не отрывая от автомобиля взгляда.
– Она для обычных гонок. Ее каждый знает на дорогах, – кивком подтверждает парень, следя за взглядом мужчины.
– Ты отлично играешь, отводя от себя подозрения. И то, чем ты занимаешься… – он поворачивает голову к собеседнику, заглядывая в его темные поблескивающие в далеком тусклом свете глаза. – Ты мне нравишься. Знаешь свое дело.
– От тебя мне нужны большие деньги, Габриэль.
– Не проблема. Значит, сделке быть? – Стаффорд подходит ближе, становясь напротив, и слабо улыбается.
– Быть, – бросает парень, копируя его улыбку.
– Прекрасно. Жду тебя завтра утром в своем офисе. Обсудим все детали, – Габриэль хлопает парня по плечу, вместо рукопожатия, и направляется к бугатти. – Будем создавать лучшее будущее для наших улиц, – бросает он через плечо, слыша в ответ усмешку парня и хлопок двери автомобиля.
***
Новый день встречает Лису неприятным солнечным светом, припекающим лицо. Она сонно морщится и поднимается с постели, чтобы задвинуть шторы, но тело пронзает резкая тупая боль. Поясница ноет, все тело будто бы одеревенело. Истерзанные губы обжигает боль. Она прикрывает рот ладонью, чтобы не издать ни звука, который нарушил бы тишину комнаты. Логан спит в своей обычной позе на животе, а одна рука под подушкой. Лучики солнца лишь немного касаются его голой кожи, не тревожа сон.
Лиса, доковыляв до окна, зашторивает его, облегченно выдыхая и позволяя глазам расслабиться. Пить хочется жутко. А еще бы в душ. Она босыми ногами шлепает по холодному полу, выходя из комнаты, погруженной в приятный полумрак.
Прохладные струи воды освежают тело, частично восполняя запасы энергии. Лиса поднимает голову, встречаясь со своим отражением в большом зеркале, находящемся прямо перед душем. По телу, словно звезды на небе, рассыпаны следы дикости прошлой ночи. Даже на внутренней стороне бедра. И… на правой ягодице. Она улыбается невольно, прикусывая губу и отворачиваясь. Ночь была сумасшедшей и чертовски долгой. И никто не хотел, чтобы она кончалась. Логан трахал долго и со вкусом, практически не давая времени на передышку. Ненасытное животное. Он брал ее сзади, оставляя на аппетитной попке следы от шлепков и укусов, брал сидя, давая возможность себя оседлать.
Брал, брал, брал…
Лиса ему этой ночью отдала не только тело, но и душу. Простыни впитали в себя смешанный дурманящий аромат. Впитали в себя секс, витающий в воздухе по всему дому. Она прижимается лбом к прозрачному запотевшему стеклу и прикрывает глаза, вспоминая каждый момент ночи. По телу приятные мурашки, а внизу живота сладко тянет.
Она утирается мягким полотенцем и нагой проходит на кухню, собираясь перекусить, чтобы успокоить урчащий живот. На кухонном столе лежит ее телефон, совершенно мертвый. Она намеренно отключила его, чтобы никто не беспокоил. Под "никто", она имеет ввиду Габриэля. О нем думать сейчас неприятно, одна лишь мысль об этом мужчине омрачает. Не хочется знать, помнить. Лиса убирает телефон от глаз подальше и приступает к нарезке фруктов, найденных в просторах холодильника. За спиной слышится шум, шаги по паркету и маты, растворяющиеся в ванной комнате. Она усмехается и закидывает в рот половину дольки апельсина. Цитрусовый сок неприятно щиплет губы, и девушка быстро облизывает их. Из ванной доносится шум воды, прекращающийся спустя десять минут. Лиса высыпает все нарезанные фрукты в миску и перемешивает ложкой. Встав у кухонной стойки, она ставит перед собой миску с фруктовым салатом и неторопливо завтракает.
– А ты ранняя пташка, Алисия? – раздается со спины бодрый и веселый голос Логана. Она оборачивается, разглядывая парня с ног до головы. Он влажный после душа, такой же обнаженный.
К чему вообще одежда?
Кристальные капли стекают по шее и груди, скапливаются на подбородке. Его грудь и шея усыпаны алыми засосами, линиями царапин от ногтей. И они, черт возьми, так красиво и гармонично смотрятся на нем.
Она отворачивается, накалывая на вилку кусочек банана и отправляя в рот. Чертов Логан Рид все адекватные мысли из головы выметает. Он совсем близко. Стоит прямо за спиной, дышит в плечо, опаляя горячим свежим дыханием. Лиса, прикрывая веки, с трудом проглатывает фрукт. Руки Логана по-хозяйски бродят по ее телу, а губы касаются затылка. Рид тянет носом сладкий цветочный аромат, довольно мыча, и целует нежную кожу. Лиса спиной ощущает влагу от его груди и не сдерживается от того, чтобы прижаться к ней. Он улыбается, кладет руки на талию и упирается возбуждающимся членом в ее попку. Она выдыхает, медленно прожевывая фрукты и едва стоя на ватных ногах. Он спускает влажные руки на ее бедра, чуть сжимая пальцами и немного покачиваясь из стороны в сторону, как в неторопливом танце. Лиса прикрывает глаза, подхватывая движение, и двигается вместе с ним. Только приятной медленной музыки не хватает. Логан негромко смеется, а у девушки на лице расслабленная улыбка расцветает.
– Логан…
– Я голодный, малышка, – шепчет ей парень, оставляя поцелуй за ухом и ведет носом по шее. – Очень голодный.
Лиса мгновенно покрывается гусиной кожей от томного шепота. Тело реагирует незамедлительно, тянется к парню.
Логан оглаживает ягодицы, а носом ведет по плечу, касаясь губами и втягивая любимый аромат, впитавший в себя его собственный. Лиса тяжело сглатывает, накалывает на вилку несколько фруктов и протягивает ее Логану, поворачиваясь боком в кольце крепких татуированных рук. – Кушай, малыш, – улыбается она, отправляя фрукты парню в рот. Он довольно мычит, пережевывая. Капелька сока стекает с уголка его губ, и она, чуть привстав на носочки, быстро слизывает ее кончиком языка, тут же отворачиваясь, как ни в чем не бывало.
Она слегка вздрагивает, когда чувствует, как пальцы Логана оказываются у нее на промежности, поглаживая. Он и вправду голодный. Соскучился по телу, которое только пару часов назад истязал в постели, испивал до дна. И Лиса действительно кокаин, вызывающий мгновенную зависимость.
Логан уже не сможет быть терпеливым и сдержанным. Попробовав раз, вдохнув поглубже, что аж самой души коснулось. По-прежнему не будет. От такого тяжелого наркотика отказаться трудно. Почти невозможно.
Он наполняет тело девушки одним плавным толчком. Лиса стонет, откидывая голову на его плечо и сжимая в пальцах вилку с наколотым на нее кусочком манго. Ладонь Логана на животе не дает упасть, крепко удерживая. Она прикрывает глаза в удовольствии, двигаясь навстречу и цепляясь пальцами за предплечье парня. Логан же двигается плавно и неторопливо, мучает, играет.
– Чего же ты прекратила, Алисия? – шепчет он на ухо, а она кожей ощущает его издевательскую улыбку. Она поднимает голову и подносит ко рту вилку, стараясь быстрее прожевать фрукт, лишь бы не подавиться при очередном стоне.
– Даже поесть спокойно не даешь, дикарь, – шипит дикой кошкой девушка, выгибаясь навстречу и откладывая вилку. Вцепляется пальцами в края стойки и сбивчиво дышит. Несмотря на обманчивое недовольство, она умирает в руках, как очередная звезда на небе; сгорает, и хочет больше, намного больше. Такая смерть волшебна.
– Ты меня с ума сводишь, итальяночка, – хрипит Логан, кусая ее за мочку уха. Лиса шумно выдыхает, тяжело сглатывая. Рука непроизвольно тянется к промежности. Возбуждение затмевает, перемешивая все мысли в голове. Она касается пальцами бугорка, но Логан, быстро реагируя, хлопает по руке, не давая ей прикасаться к себе. – С этим мы разберемся вместе, детка, – обещает он, получая в ответ разочарованный вздох.
Логан подхватывает девушку и двигается в сторону спальни. Он укладывает ее на прохладную постель и вновь припадает к нежному телу губами. Целует в кончик носа, в скулу. Накрывает легким поцелуем веко, от чего ресницы щекочут губы, и возвращается к уже полюбившимся губам. Лиса изнеженно улыбается, поглаживая его затылок и прижимаясь ближе к горячему телу, что согреет, укроет от всего. Ей хорошо.
По—настоящему.
Логан хочет быть ее.
Только ее.
Глава 14.
Логан с усилием разлепляет сонные глаза, уже несколько минут ощущая под боком назойливую вибрацию телефона, не дающую спокойно спать. Он слепо шарит ладонью по постели и хватает телефон, щурясь и поднося его к лицу, чтобы прочесть имя нарушителя его сладкого сна, но перед глазами все расплывается. Из губ неразборчивым потоком льются маты, а палец только с четвертой попытки попадает по линии внизу экрана, наконец принимая звонок.
– Быстро назови причину, по которой я не должен сейчас раздолбать телефон об стену, – хриплым ото сна голосом медленно проговаривает Логан, валясь обратно на подушку и обессиленно прикрывая глаза.
– Ты нужен мне в офисе – слышится на том конце спокойный голос Майка.
– Не убедил, – сухо усмехается Логан.
– Ваши брачные игры еще не закончились? – хмыкает старший Рид в трубку.
– Что, завидуешь? Твой запрет на секс все еще активен? – Логан хрипло смеется, а Майк шумно вздыхает, наверняка закатив глаза. Младший приоткрывает глаза, повернув голову набок. Левая сторона кровати пуста и холодна. Только измятые простыни напоминают о том, что было прошлой ночью. Он прислушивается, надеясь услышать хоть какой-то шум в доме, но тщетно. – Кажется, закончились, – с тоской говорит Рид негромко, скрывая разочарование в голосе. – Что-то случилось?
– Пока ничего. Заказы на имя Кая продолжаются. Надо бы навестить его еще разок.
– Хочешь, чтобы я поехал ему морду бить? – ухмыляется Логан, потянув на себя одеяло и прикрываясь ниже пояса.
– Никакого мордобоя, просто выясни, что за хрень происходит.
– А ты сам не можешь? – зевая, морщится Логан, потирая лоб пальцами.
– Мне не до этого. А твой отпуск закончился, подъезжай сюда, – Майк непреклонен с едва различимыми нотками злости в голосе.
– Какой ты зануда, братик, – хохотнув, он приподнимается на локтях. – Прям сейчас?
– Прям сейчас, Логан, – настаивает старший, постепенно начиная раздражаться.
– Вот это ты дикий, конечно, – с издевкой усмехается младший. – Где там Мира…
– Логан— мать—твою— Рид…
– Ладно, ладно! – Логан смеется. – Пусть твоя малая тогда за кофе сгоняет.
– Она, не секретарша, – вздыхает на том конце провода брат. – И ее тут нет.
– Хм, секретарша… – задумчиво тянет Логан, улыбаясь уголком губ. – Только не говори, что не представлял такое.
Майк молчит несколько долгих секунд, тяжело дыша в трубку то ли от переполняющей его злости, то ли от невольно всплывших образов Миры в роли этой самой секретарши, а Логан едва сдерживается, чтобы не засмеяться.
– Значит, представлял, грязный ты извращенец, – не выдерживает он, саркастично хохотнув.
– Пошел ты.
– Воздержание – это плохо, брат, – продолжает измываться младший, закусывая губу. Жаль, Майк не может увидеть сейчас его злорадную ухмылку.
– Уж ты знаешь, – не остается в долгу старший, хмыкая. – Я тебя жду.
– Тогда сам кофе купи! – быстро вставляет просьбу младший, но в трубке уже слышатся только короткие гудки. – Черт.
Логан отбрасывает телефон на постель и присаживается. Ссутулившись, он потирает сонное лицо ладонями. Даже они пропитаны запахом Лисы, просочившимся в каждую клеточку его тела. На губах его остались опавшие лепестки нежных цветов, но сами цветы пропали. В квартире звенящая тишина, которая так долго составляла ему компанию. Но с появлением этой девушки она стала чужой и неприятной. Он отвык. За несколько дней, проведенных с девушкой, он отвык от всего, будто выпал из реальности, в которую возвращаться совершенно не хочется. Звонок Майка словно вырвал из бесконечного сладкого сна, которому конец все-таки пришел. Вернулась и любимая тишина – единственная соперница рычащего двигателя агеры. И Логан ей совершенно не рад.
Он стоит под горячими струями, бьющими по плечам, опустив голову и опираясь рукой о стеклянную стенку душа. И тут же всплывают свежие воспоминания. Запотевшее стекло с отпечатками его рук и тела Лисы, стоны, наполнявшие ванную и вплетающиеся под кожу. Напоминания о ней на каждом шагу. Куда ни посмотри. Обнаженными телами они изучили буквально каждую поверхность этой квартиры. Логан был так голоден, так ненасытен и несдержан. Но в глазах девушки читалось «не останавливайся», «мне нравится» и «я хочу больше», и он напрочь забывал одно лишь слово «контроль».
Он тишине пьет горячий кофе, рассматривая кухню и стол, на котором, словно дар божий, лежала Лиса, стонала под ним и хотела больше. Логан сухо усмехается своим мыслям, бесконечным потоком, текущим с одной лишь непрерывной информацией. Внизу город оживает, окутанный утренней суетой. Солнечные лучи прокрадываются через окно, переливаются на татуированных пальцах, осторожно дождаться на кожу. Свежий воздух плавно проникает внутрь, вытесняя цветы, растущие буквально из—за стен. А он и забыл, что дышать можно не только цветочным благоуханием. Логан подходит к окну, держа в одной руке чашку с кофе, а другой закрывая его. Пусть подольше сохранится сладость аромата. Куда—то идти нет никакого желания. Лежать бы, курить, наблюдая за плавным движением едкого облака в полумраке. Логан практически не притрагивался к пачке сигарет в эти несколько дней, заменяя одну зависимость другой, более сильной. Но теперь в пальцах снова тлеет сигарета, наполняет легкие. Он курит неторопливо, наблюдая за городом, а на столе остывает кофе, так и не допитый. Затушенный окурок дымится в пепельнице, а Логан в конце концов начинает собираться. Брат ждет, дела ждут, как и проблемы, которые надо наконец решить. Майк один не справится с вопросами, непрерывно вылезающими отовсюду. Хоть он очень и старается.
Логан натягивает джинсы, застегивает ширинку одной рукой, другой держит телефон, а меж зубов зажата новая сигарета. Он звонит Лисе, делая это почти неосознанно. Палец сам жмет на «Итальяночка», и теперь Рид выслушивает длинные гудки в динамике. Он не может не выяснить, почему она ушла, не оставив после себя ничего, кроме сладкого запаха; ни записки, ни чего-то еще. В какой-то степени Логана это бесит, но еще волнует и интересует. Он должен узнать. И не потому он звонит, что хочет вновь услышать с ума сводящий голос, вовсе нет.
– Уже соскучился? – Голос Лисы в трубке такой как и обычно. С издевкой и улыбкой, которую он может услышать, не обязательно для этого видеть лицо.
– Ты жестоко меня использовала, Алисия Фэйт, – вместо приветствия задумчиво произносит Логан, рассматривая себя в зеркале и делая затяжку, затем отходит к гардеробу и достает первую попавшуюся футболку. – Поматросила и бросила?
– Ну, малыш, прости, – негромко смеется она, вызывая у него улыбку. – Учеба не ждет. На этот раз точно.
– А я все ждал завтрака, – ухмыляется Логан, зажимая телефон между ухом и плечом, и натягивает на себя футболку.
– Я не идеал девушки, Рид. Я, конечно, хороша, но готовка – не мое.
– С детства для тебя готовила прислуга, а? Светская ты львица, – по-доброму подкалывает ее Логан, поправляя пальцами волосы перед зеркалом.
– Я люблю тусовки на улицах, а не на кухне, – ухмыляется в ответ она.
– А что же об этом думает твой муженек? – хмыкает Рид, подхватывая с тумбы ключи от агеры, и идет в коридор.
– Он не знает мою маленькую тайну, – хихикает она. – Я должна заниматься, нужно готовиться к экзаменам, а ты отвлекаешь, милый.
– О, серьезно? Тогда я буду…
– Кстати, – прерывает девушка, меняясь в голосе. – Где агера? На парковке ее не было, когда я уезжала.
– Что? – Логан хмурится, зависая в согнутом состоянии и прекращая шнуровать второй ботинок. – Как это, не было? – он резко выпрямляется, спешно выходя из квартиры.
– Вот так, малыш, – растерянно усмехается Лиса. – Иди и проверь сам, а я пошла заниматься. Удачи с поисками пропажи.
Она бросает трубку, а Логан подрывается к лифту, сунув телефон в задний карман джинсов. Он нервно кусает губу и задумчиво хмурится, барабаня пальцами по металлической балке в лифте. В голове уже появляются кое-какие догадки и мысли по поводу исчезновения кенигсегга. Никто не мог украсть его, потому что защита на высшем уровне. И никто даже посметь не мог, потому что это автомобиль Логана Рида. Его могли разве что…
Логан стоит перед своим пустым парковочным местом, сверля его взглядом, будто от этого машина появится. Он достает из кармана телефон и быстро набирает номер отца, двинувшись к улице. Спустя три гудка старший семьи Рид отвечает.
– Сын? Что-то случилось? – слышится настороженный и слегка удивленный голос мужчины.
– Отец, мне нужен твой майбах.
Спустя десять минут перед Логаном стоит черный блестящий автомобиль представительского класса, на котором передвигается глава семьи. Далекий от уличных гонок, не знающий реальной езды, комфортабельный и осторожный. Логан смотрит критично, щурясь и склонив голову. Вытянутый автомобиль с плавными линиями – полная противоположность дикой агеры. Пыли не пробовал, шины об асфальт не стирал. Он хмыкает и садится в машину, заводя двигатель. Салон окутывает едва слышное рычание, больше похожее на мурчание котенка. Двигатель, созданный для комфорта важной персоны при передвижении. Он по привычке вслушивается себе за спину, где у агеры расположено сердце, но у майбаха там ничего, кроме тишины. Нужно скорее вернуть свою крошку. Рид в этой машине, словно президент, спешащий на собрание. Он гонит по трассе, выжимая ее максимальные двести семьдесят пять, которых чертовски мало. А двигатель все так же нежно мурчит, но не ласкает слух. На такое не встанет, от такого в крови адреналин не закипит. Но лучше так, чем на чертовом такси.
Он эффектно тормозит перед полицейским участком, оставляя короткий след от резины на чистом асфальте, как вызов легавым. Прохожие и сотрудники полиции смотрят на люксовый автомобиль с недоумением и волнением, пытаются разглядеть, кто за рулем, замедлив шаг и отодвинув свои дела на второй план.
Логан, заглушив двигатель, выходит из майбаха, поправляя волосы, взлохмаченные из—за встречного ветра, влетавшего в салон через спущенные стекла. На него таращатся со всех сторон, наверняка ожидали увидеть важного дядю в брендовом костюме и с личным водителем. Рид далек от этого образа, он – полнейшая противоположность, он – тот случай, когда реальность лучше ожидания, потому что у девушек, завидевших его, глаза вспыхивают при виде подкачанного привлекательного мужчины, да еще и с таким автомобилем в придачу. Рид в ботинках вместо дорогущих блестящих оксфордов, в драных джинсах вместо сшитых на заказ брюк, и в футболке вместо белоснежной рубашки под пиджаком. Не так выглядят обладатели подобных автомобилей. А он и не президент.
Логан – король дорог.
Он блокирует автомобиль, сунув ключи в задний карман, и под откровенными взглядами сотрудников идет к зданию полицейского участка.
– Какого хера, вы забрали мою машину? – рычит Логан, влетая в кабинет офицера полиции и сжигая злым взглядом спокойно сидящего за столом парня.
– Тише, Рид, и так привлек к себе весь отдел, – цокает на него офицер, хмурясь и потирая переносицу. Он переводит взгляд на Логана и изгибает бровь. – Только так я мог добиться твоего внимания.
– Тим, это перебор, – хмыкает все еще взбешенный Рид, подходя к столу. Он упирается в его лакированную поверхность руками и недовольно уставляется на друга. – Ты можешь мой дом конфисковать, но машину…
– Ты не уплатил в срок кучу штрафов, которые я лично тебе выслал на почту, – называя причину, Броу закатывает глаза и переводит внимание к стопкам папок. Он выискивает среди них нужную. Логан выжидающе и нетерпеливо следит за офицером, прожигая в нем дыру.
Броу вытаскивает необходимую папку и достает оттуда несколько бумаг, протягивая их Логану.
– Я забрал бы и твой дом, если бы ты игнорировал налоги. Но ты забил на штрафы, а их куча накопилась. Это просто моя работа, дорогой мой друг.
Логан хмурым взглядом пробегается по штрафам и, неудовлетворенный причиной, хмыкает, швыряя их офицеру обратно на стол, и без приглашения разваливается в кресле напротив.
– Я был слишком занят в последние дни, чтобы уделить внимание оплате штрафов, – внезапно довольно ухмыляется он, закинув ногу на ногу и покачивая ею в воздухе. Достав из кармана пачку сигарет, он вытаскивает одну, зажимая меж губ. Но, понимает, что впопыхах зажигалку прихватить забыл. – Огоньком не угостишь? – просит он, чуть подаваясь вперед.
– Здесь нельзя курить, – строгим тоном отчитывает Тимати, выдергивая сигарету из губ Рида, и бросает ее в урну у стола. Он снова недовольно хмыкает, ругаясь, и возмущенно таращится на офицера. – Кажется я понимаю, чем таким ты был занят, – иронично подмигивает офицер, чуть расслабляясь в лице и откидываясь на спинку кресла. – Вся шея в засосах.
Рид моментально расплывается в ухмылке, проводя по шеи рукой и тут же предаваясь воспоминаниям о нескольких дня с итальянской бестией.
– Так что с моей тачкой? Молитесь всем участком, чтобы я на ней ни царапины не нашел, – переключается на тему визита Рид с угрозой в голосе, наблюдая за другом.
– Офигеть! – внезапно выдает Броу, выпучив глаза и переводя взгляд от увиденного из окна на Логана. – Я в шоке, – изумленно бормочет он тише, вспоминая о тонких стенах. Он возвращается обратно к столу и, таращась во все глаза на вопросительно смотрящего в ответ Логана, тычет пальцем в окно. – Это твой майбах там? Знаю, что твой, потому что я был бы в курсе, заявись к нам мэр города, – тараторит Броу. – Ты уже успел прикупить себе самую дорогую тачку в мире, а штрафы заплатить не в состоянии?!
– Да не мой он, – смеется Логан, забавляясь реакцией возмущенного и удивленного друга. – У отца одолжил. Мне моя детка нужна.
– Твою мать, я на такую тачку никогда не накоплю, даже десяти жизней не хватит, – мямлит Броу, все еще находясь под впечатлением, и бессильно опускается в свое кресло. – Видел наши старые полицейские тойоты?
– Ведра, которые безуспешно пытаются нас достать в погонях? – усмехается Рид, вскинув брови.
– Да! И это мой гребаный максимум, – опечаленно хмыкает офицер. – Какой черт меня дернул идти в полицию…
– В школе ты был правильным мальчиком, сторонником закона и справедливости, – Броу закатывает глаза, а Логан ухмыляется, продолжая: – Пытался честно обойтись с теми, кого я просто избивал, потому что заслуживали они именно кулака в нос, а не выяснения мотивов, – вспоминает с улыбкой Логан, смотря на Тимати. Тот слабо кивает, а на губах проступает такая же легкая задумчивая улыбка, похожая на его.
– Я и сейчас такой, но иногда хочется наплевать на все и сотворить что-нибудь дикое, – вздыхает офицер, закусывая нижнюю губу.
– Загляни как-нибудь в пещеру. Только не на тойоте. Я подгоню тебе тачку, если хочешь. Ты ведь и водишь нехило, Тим – на полном серьезе предлагает Логан, поднимаясь с кресла. – Но сейчас мне необходима моя крошка. Любимый тобой майбах таким как я не подходит. А штрафы я сегодня же оплачу, будь уверен.
– Черт с тобой, – махнув рукой, Броу поднимается следом и обходит стол. Он хлопает друга по плечу и шагает с ним к выходу из кабинета. – Сейчас дам разрешение штрафстоянке. Иди за своей дикой агерой.
– Благодарю, офицер Броу, – прощается с улыбкой Логан, крепко пожимая другу руку.
Лиса лежит на кровати среди раскиданных на ней конспектов и книг, взятых из университетской библиотеки. Она задумчиво хмурится, стараясь максимально сосредоточиться на темах, которые нужно выучить к экзамену. Она лижет пересохшие губы и кусает кончик карандаша, периодически выделяя особо важные моменты из тем. Прошло несколько дней с тех пор, как она сбежал от Логана. К счастью, Габриэль все это время, как и до сих пор, находится вне города. Занятый работой. Он периодически пишет ей, говоря, что скучает и ждет не дождется возвращения, на что Лиса отвечает взаимной сладкой ложью, отбрасывая телефон подальше и время от времени поглядывая на него в надежде на сообщение или очередной комментарий в инстаграме совершенно от другого человека. Лиса шумно вздыхает и прикрывает напряженные от долгого чтения глаза, валясь на подушки и разглядывая потолок. Тянет. Так тянет к Логану, что становиться немного страшно от этой тяги. Тело никак не остынет, никак не забудет поцелуи и прикосновения, под которыми она умирала и восставала из пепла, чтобы снова умереть со сладким стоном на зацелованных губах. Душа никак не остынет от воспоминаний об искренней улыбке Рида, его нежных поглаживаниях по щеке и мягких поцелуях в кончик носа. После сумасшедшего секса обязательно нежные прикосновения и тихие разговоры ни о чем, как приятное послевкусие. Лиса так привыкла и привязалась к этому, что теперь чувствует себя жестоко вырванной частью чего—то важного и жизненно необходимого. Она знал, что с Логаном будет хорошо, но в голове даже представить не могла, что настолько. Тело забыть не может, как и губы, до сих пор хранящие на себе на себе укусы. Он – одно сплошное напоминание о прекрасных ярких днях и ночах, которые навсегда останутся в памяти. Какая глупость. Не стоило доходить до такого, не стоило отдавать тело и душу, чтобы потом терзать себя из—за непонятных чувств, которых быть не должно. Истинная цель сближения успешно забыта, потому что такое вспоминать теперь больно и страшно до дрожи. Не оттолкнуть, не притянуть. Лиса несколько минут плавает в мыслях, заполнивших голову, рассматривает бездумно потолок и отворачивается, снова концентрируя все свое внимание на учебе.
"Знаешь, что, Алисия? Ты не вылезаешь из-под своих дурацких книг уже четыре чертовых дня, так и с ума сойти можно. Встречаемся в пять, я заеду к тебе. И это не обсуждается. Пора немного отвлечься, а то твой мозг вскипит»
Она не может скрыть довольную, сияющую улыбку, держа в руке телефон с открытым диалогом с Логаном.
Она уже выбит из сосредоточенности одним лишь этим сообщением, возвращение к скучным книгам теперь кажется, чем—то непосильным. Она пару раз перечитывает сообщение и пишет ответ:
«Ну приезжай, попробуй вырвать меня из кипы учебников, если у тебя получится, герой»
А сама уже забыла о каких—то предстоящих экзаменах и о подготовке к ним.
И это значит «да».
Она успешно забивает на подготовку и спешит в комнату, не замечая вопросительного взгляда застывшего на лестнице дворецкого.
Вся кровать завалена одеждой из гардероба, а Лиса нервно топчется перед зеркалом, примеряя на себя очередной образ, в котором она предстанет перед королем через час. Время бежит неумолимо быстро, идет против, потому что она до сих пор не выбрала подходящее для встречи. Времени все меньше, как и нервов. Никогда прежде выбирать одежду не было так тяжело. Она критично осматривает себя в зеркале, цепляясь за каждую деталь и недовольно качая головой. Из губ вылетают тихие маты, а очередной комплект вещей летит на кровать. Лиса остается в одном лишь нижнем белье, стоя перед зеркалом и разглядывая себя. На ключицах бледные цветы, оставленные Логаном, выше – укусы, тоже едва заметные. Она касается кончиками пальцев каждой метки, плавно ведя от одной к другой, обводя в кружок и закусывая губу. Когда Логан приедет… он будет целовать? Будет снова прикасаться и прижимать к себе? Будет шептать на ухо о том, как Алисия сводит его с ума?
Ей хочется верить, что да.
Спустя двадцать минут она стоит полностью одетая и накрашенная. Нежно—розовый, почти незаметный тинт на пухлых губах и такой же легкий блеск на веках. После долгого и мучительного выбора одежды Алисия остановился на любимом и проверенном бренде. Светлые обтягивающие джинсы, доходящие до щиколоток, белые кеды с фирменным аспидом сбоку, свободная розово-лиловая футболка, открывающая ключицы и небрежно заправленная в джинсы, из-под которой виден ремень.
Она направляется вниз, кидая взгляд на циферблат. Без десяти пять. Наверное, стоило Логана заставить ждать, но у самого нет никакого терпения. По телу приятные мурашки от мысли, что скоро приедет он, одарит своей соблазнительной улыбкой, благодаря которой наверняка одну девушку свел с ума. Она спускается по лестнице, поправляя ремешок на запястье, и внезапно останавливается, улавливая аромат парня. Но не того, кого так ждет весь день.
Внизу стоит Габриэль, как всегда в неизменном строгом костюме. Идеальный, без изъяна, и съедающий девушку одним взглядом. У нее сердце вмиг оказывается в пятках, а все тело холодеет, покрывается колючими мурашками. Во дворе стоит бугатти, в гостиной – Габриэль, а через десять минут сюда приедет Рид.
Нет. Нет. Нет.
Лиса мысленно кричит, кроет парня отборным матом, за то, что любит являться без предупреждения, за то, что пришел так не вовремя, и стоит, лучезарно улыбается, а у нее все внутри леденеет и крошится. Он цепляет на лицо улыбку и продолжает спускаться вниз.
– Привет, детка, – здоровается Гэб, подхватывая ее на последней ступеньке и прижимая к себе. Обвивает талию руками и без церемоний впечатывается поцелуем в сладкие губы.
Лиса отвечает, прикладывая для этого тонну усилий, цепляется пальцами в его плечи, а в груди сердце с ума сходит, грозится выломать ребра и выскочить, убежав далеко и надолго. Стаффорд издает смешок в поцелуй, чувствуя сердцебиение девушки, уверенный, что это он так влияет на нее. Целует глубже, спуская руку на подтянутую задницу, сжимая пальцами несдержанно. Лиса едва удерживается, чтобы не оттолкнуть, отвечает на поцелуй и с тревогой поглядывает в окно за спиной парня, молясь, чтобы не увидеть там агеру.
– Я не думал, что ты приедешь так скоро, – мямлит она, когда альфа наконец выпускает его губы из плена своих.
– Я поручил оставшиеся нерешенные дела своему человеку, с основным я разобрался, – улыбается он, неохотно выпуская девушку и скользя взглядом по тонкой шее, по открытым ключицам, на которых читаются ярко выраженные чужие следы. Он вмиг меняется, взгляд его холоднее Антарктиды, а зубы до скрежета стиснуты. – Малыш, как подготовка к экзаменам? – спрашивает он негромко и хрипло, безжалостно топя ее в черном омуте своих глаз.
Лиса застывает, замерзая из-за внезапно понизившейся температуры в гостиной. Он все понимает и прекрасно знает, что только слепой не заметит отметин, рассыпанных по его золотистой коже.
– Все… неплохо, – отвечает Лиса чуть тише, скрывая дрожь в голосе. За окном яркое солнце, а в доме ледяная пустыня. Она готовится к чему-то неприятному, точно зная, что оно произойдет. Габриэль – бомба. И она взрывается, ни секунды не заставляя себя ждать. Он одним резким движением сдавливает пальцами шею Лисы, не сводя с нее испепеляющего взгляда. Злость так кроет, что все меркнет вокруг, ядом растекается по венам, обжигает и рвется наружу. Габриэль представляет, как ломается под пальцами хрупкая шея, а слезы застилают большие красивые глаза. Он ослеплен, он оглушен. Лиса что-то хрипит, скребясь ногтями по крепко сжатой руке, но он не может остановиться, чувствуя нотки знакомого и до безумия ненавистного запаха, вплетенного ядовитым плющом в нежные цветы, которые ему так нравятся. – Так ты занимаешься, Алисия? – цедит сквозь зубы он, резко выпуская шею девушки и отпихивая ее от себя. Он садится в кресло, закидывая ногу на ногу, и кивает застывшему в дверях дворецкому: – Коньяк принеси.
Лиса жадно вбирает в себя необходимый кислород, закашливается и хватается пальцами за перила, дабы не рухнуть от внезапного головокружения. В ушах звон, а перед глазами все помутневшее. – Ты не ждала меня, – изрекает Гэб обманчиво спокойным голосом, в котором прослеживаются злые и нервные нотки. – Собралась куда-то? И я даже знаю, с кем.
Она тянется к заднему карману, доставая телефон и быстро открывая диалог с Логаном. Если он приедет сейчас, если увидит Габриэля в ее доме… Лисе хочется плакать от этого. Не от того, что он ее чуть не удушил, не от того, что поливает ее грязью. Рид не должен узнать об этой тошнотворной лжи, которая Лису медленно отравляет изнутри.
Габриэль наливает в стакан, принесенный дворецким коньяк, она быстро печатает:
«Не приезжай, сегодня не получится»
Ответ от Рида, к большому счастью, приходит мгновенно:
«Почему? Что случилось?»
«Прошу, не приезжай, Логан, я потом объясню»
Лиса тихо всхлипывает, быстро утирая глаза от подступающих слез и сверля экран мобильного взглядом.
«Твою мать, Алисия, я почти доехал. Может, я все—таки зайду?»
«Нет, не надо. Прошу»
«Хорошо, но я буду ждать объяснений»
Лиса облегченно выдыхает и быстро прячет телефон в карман. Пусть Габриэль теперь делает и говорит, что хочет. Ее смерть настанет не сегодня.
Он держит в пальцах стакан и наблюдает за девушкой, недобро скалясь и покачивая носком черных классических оксфордов в воздухе.
– Он увидит меня, когда я сам решу, Лиса, – говорит Стаффорд, отпивая коньяка. – Или ты другого боишься? – ухмыляется он, изогнув бровь.
– Габриэль… – шепчет девушка, на негнущихся ногах подходя к нему и садясь рядом на краю дивана. – Почему я? Почему ты заставляешь это делать меня?
– Теперь я понимаю, что мое решение было правильным, – отвечает он нечитаемым голосом, не глядя на девушку. – Он на тебя клюнул. Ты его зацепила, да? – он кидает на нее короткий взгляд, поджимая губы. Лиса встречается с ним взглядом, который стерпеть на себе тяжко, сглатывает горький ком и быстро опускает глаза. Гэб сухо усмехается. – Зацепила.
– Я не хочу в этом участвовать, Габриэль, – заламывая пальцы, пытается убедить его Лиса, собрав всю возможную твердость в своем голосе. Она, затаив дыхание, отчаянно смотрит на парня в мучительном ожидании ответа, которого, вероятнее всего, не получит.
– Повтори, – хмурится парень, переспрашивая, будто ослышался, и, отхлебнув коньяка, отставляет стакан на столик.
