– У тебя были серьёзные травмы.
Ксюша кивнула, но про себя подумала, что вернётся к балету, чего бы ей это ни стоило. Это всё, что у неё осталось. Она уже решила, что поговорит с дядей. Он сможет помочь.
– Не могу, Ксюша. Я теперь несу за тебя ответственность и не могу рисковать тобой.
– Я справлюсь.
– Нет. Тебя ждёт комната в нашем доме, братья будут рады твоему приезду.
Ксюша лишилась всего: семьи, дома, мечты и права что-либо решать.
В новом доме было одиноко. Чувствовала себя чужой, хотя и была окружена родными людьми. Родственники были холодны с ней, или ей так казалось. В новой школе было скучно, а избалованные одноклассники раздражали. Лучше бы её отправили в обычную школу, с обычными детьми, а не сюда, куда приезжают детки со своими охранниками.
– Что с папиной компанией? – однажды, осмелев, спросила Ксюша.
– Не переживай, девочка, я не дам бизнесу твоего отца сдуться.
– А наш дом?
– Возможно, ты когда-нибудь туда вернёшься. Если твоя мама снова будет с нами.
– Я могу её навестить?
– Зачем бередить душу, девочка? Беги, Ксюша, не отвлекай меня больше.
Девочка больше не задавала вопросов. Проживала каждый день с надеждой, что завтра очнётся мама и жизнь наладится. Не будет, как раньше, но будет лучше, чем сейчас. Дни проходили, но мама не возвращалась, надежда таяла на глазах. Всё чаще звучали разговоры, что мама не очнётся. Отношение родственников менялось на глазах.
Братья всё чаще позволяли себе грубые шутки, а дядя и тётя поощряли это. Вспомнилась сказка о Золушке. Ксения усмехнулась, если бы в этом доме не было прислуги, то наверняка всю домашнюю работу свалили бы на неё.
– Я хочу уехать к бабушке. Буду жить с ней.
– Нет. Мы назначены твоими опекунами, но, если хочешь, можешь провести летние каникулы у неё в Питере.
– Почему я не могу жить с ней? Вы мне всё равно не рады.
– Не сочиняй, девочка, ты же моя племянница. Я рад тебе, как и моя семья.
Ксения хоть и была ребёнком, но чувствовала ложь. Он не рад ей, и она не просто так здесь, но правду никто не собирается говорить. Утешало одно, до лета оставалось совсем чуть-чуть и хотя бы три месяца она проведёт с человеком, по-настоящему близким и любящим.
В Питере было хорошо и легко. Любящая бабушка, а ещё была подруга. Единственная подруга в её жизни. В училище каждый был сам за себя, в новой школе она была белой вороной, и только с Катей она чувствовала какую-никакую связь.
Какое же было счастье узнать, что родственники задерживаются в отпуске, и часть сентября она проведёт с бабушкой. Её не расстраивало, что она застряла в дождливом Питере, в то время как родственники отдыхали на берегу Индийского океана.
С каждым приближающимся днём отъезда Ксюша соглашалась на новые, более безумные идеи подруги. Съездить в Выборг, познакомиться с парнями, которые гораздо старше. Или отправиться с ними на сомнительную вечеринку перед самым отъездом.
Ксюша пожалела о своём приходе сразу. Ей не нравилось то, что она видела. Собравшаяся компания её пугала. Как сказала бы её тётка: отбросы общества. Все были старше них. Позволяли такое, отчего у Ксюши краснели щёки. Но зато Катя была в восторге. Не переставала пищать на ухо, как им повезло, что пригласили.
В какой-то момент взгляд зацепился за спортивную фигуру высокого парня. Шатен с озлобленным взглядом, от которого у Ксюши мурашки бегали по телу. Она украдкой следила за ним. Как он общается с другими, пьёт пиво. При каждом глотке кадык шевелился, и это завораживало. Гипнотизировало.
Ксения и дальше бы подглядывала, если бы кто-то не предложил сыграть в бутылочку. Всё рухнуло, когда прозвучали колкие слова, берущие на «слабо» и взгляд холодных глаз, пробирающийся глубоко внутрь.
Катя её буквально толкнула к нему навстречу, а ещё, как позже выяснится, навстречу непрошеным приключениям. Всё, что произошло дальше, Ксюша старательно пыталась забыть, но выходило плохо, даже спустя много лет она помнила этот пьяный, но решительный взгляд, свои первые робкие прикосновения к парню и его наглые в ответ.
А ещё она не могла забыть тот страх, что испытала сначала в комнате, а потом по пути до дома. Пустая улица, подозрительное такси и тёмный двор.
– Беги домой. Я в порядке.
Прошептал парень перед тем, как первым нанести удар. Ксюша не пошевелилась. Её как будто парализовало. Стояла и смотрела, как трое бьют одного. Разве так можно? И главное, для чего? Дрожь пробирала всё тело. И если бы не случайный прохожий, сложно представить, чем всё закончилось.
– Ты почему вернулась ночью? – бабушка смотрела с испугом на девочку.
– Поругалась с Катей.
– И шла по улице ночью?
– Глупо? – Ксюша вымученно улыбнулась. – Прости, ба. Просто я поняла, с такой подругой и врагов не надо.
– Не переживай, моя хорошая, будут в твоей жизни ещё друзья.
– Не надо. Лучше я буду одна. Так привычнее и спокойнее.
Глава 8
2006 год. Санкт-Петербург.
– Алло.
Галина только легла спать, как раздался звонок с незнакомого номера.
– Это Артём. Меня задержали, я сейчас в пятьдесят седьмом отделении милиции, – парень говорил торопливо, неуверенно, – вы можете приехать?
– Да, Артём, сейчас.
Галина тут же подскочила с кровати, начала одеваться, взяла сумку, заглянула в кошелёк, но содержимое не порадовало. Она начала суетливо шарить по шкафам в поисках шкатулки с ювелиркой.
– Мам, что происходит?
В комнату заглянула сонная дочь, она зевала и по-детски тёрла глаза. Выглядела растерянно и даже немного напугано.
– Женечка, мне надо отъехать, иди спать, ладно?
– Ма, ты куда?
– За Артёмом.
Галя наконец-то нашла шкатулку с украшениями, всё содержимое переложила во внутренний карман сумки.
– Я с тобой.
Девочка подскочила с кровати и потянулась к джинсам.
– Нет, дочь. Ты будешь меня только отвлекать, ложись спать.
Она поцеловала Женю в лоб и вышла из квартиры, оставляя недовольную дочь одну. Перед тем как ехать в отделение милиции женщина зашла в ломбард, что находился недалеко от дома, и заложила все имеющиеся украшения.
Ехать было недалеко, но Галине казалось, что таксист еле полз по пустым дорогам города.
– Вы можете ехать быстрее?
– Не могу. Скоростной режим.
– Как будто это когда-то вас волновало.
Водитель всё же немного ускорился, но затормозив у отделения полиции, попросил на сто рублей больше. Выругавшись Галина заплатила требуемую сумму, всё что угодно, лишь бы зайти быстрее внутрь и выяснить, что стряслось.
– Соколов Артём Никитич задержан при попытке угона автомобиля.
Воздух из лёгких исчез, когда она ехала сюда, ждала чего угодно, но точно не попытку угона. Хотя бы не убийство и на этом спасибо. Галина не думала, что когда-нибудь ей придётся давать взятку. Она даже не имела представления, как это делать правильно.
– Я хотела бы договориться. Парень впервые оступился. Ошибся. Мы можем оформить административку? Пожалуйста, дайте ему ещё один шанс.
– Не положено.
Отчаянный вздох вырвался из Галины.
– Пожалуйста. Умоляю, дайте парню один-единственный шанс.
Трясущиеся рукой она достала сложенные купюры и вывалила на стол дежурного.
– Умоляю, давайте оформим административку, я проконтролирую, чтобы он больше не оступался.
Сотрудник милиции посмотрел безразличным взглядом на посетительницу, затем медленно перевёл взгляд на разбросанные купюры.
– Вы в курсе, что тоже нарушаете сейчас закон? Сами за решёткой окажетесь.
– Да чёрт со мной, мальчика отпустите, не ломайте ему жизнь.
Голос звучал уверенно, но Галина с ужасом стала думать, что же будет с детьми, если её на самом деле арестует.
– Второй раз ему так не повезёт, – сказал мужчина, сгребая купюры в ящик. – Ждите, сейчас оформим документы.
Спустя час Галина с мальчиком покидали отделение милиции. Она уже успела вызвать такси, которое ожидало на парковке.
– Шлиссельбургский, тридцать девять?
Услышав адрес, парень весь сжался, втянул голову в плечи.
– Можно я переночую у вас?
Галине совершенно не понравился сломленный голос мальчика, её снова охватила неконтролируемая ненависть и раздражение на бывшего мужа.
– Нет, адрес изменился: Савушкина, сто двадцать восемь, пожалуйста.
– Спасибо, – облегчённо выдохнул Артём, откидываясь на сиденье.
Женщина, наоборот, была напряжена, отвернулась к окну, наблюдала за сменяющимися видами города и думала, как быть дальше.
Ожидаемо Женя не спала, сидела на кровати, обиженно скрестив руки на груди, и сверлила маму и брата недовольным взглядом.
– Привет, мелкая.
– Во что ты вляпался? – голос звучал с упрёком и злостью.
– Твой брат никуда не вляпался, почему не спишь? Как завтра пойдёшь в школу?
– Ты уехала непонятно куда посреди ночи, а я должна спать? Нет уж.
– Дай брату чистое полотенце, ему нужно освежиться. Сегодня ночуешь со мной, Артём будет спать в твоей комнате.
Женя послушно сходила к маме в комнату, в шкафу нашла чистое полотенце, которое грубо всучила брату в руки.
– Он теперь будет жить с нами?
– Не знаю, Жень.
– Мы не нужны папе, а тебе нужны.
Женя была взрослая, но по-прежнему наивная, как маленькая девочка. Галя улыбнулась малышке – это всё, на что она была способна сейчас, потому что нужных слов не находилось. Когда Артём вернулся в комнату, сразу попал в крепкие объятия сестры. Он не сразу решился обнять в ответ. Девочка хлюпнула носом.
– Мелкая, ты чего?
– Ты целую неделю мне не писал, гад.
– Женя!
– Мам, ну он гад.
Галя покачала головой.
– Ложитесь спать, завтра поговорим.
Казалось, они только легли спать, как сработал будильник. Вставать было тяжело, Женька, пока собиралась, всё время хныкала, просила маму, разрешить остаться дома и не идти на занятия, но Галина была беспрекословна.
– Но он-то прогуливает сегодня.
Последний раз попыталась возмутиться, но посмотрев на маму, обиженно насупилась и пошла в школу, не забыв громко хлопнуть входной дверью.
– Вот что мне с вами делать?
Галина устало упала на стул, потёрла виски и снова посмотрела на парня.
