Страница 3 из 5
– Не знаю, не такая, как на лекциях, – Роман мельком осмотрел Эвелину, – просто молодая, красивая девушка.
Они стояли рядом, Эвелина в кроссовках смотрела на него снизу вверх, Роман оказался более высоким, чем ей представлялось. Футболка обтягивала его молодое сильное тело, подчёркивая широкие плечи, мускулистые руки. Их глаза встретились. И опять душа дала знать о себе, затрепетала, обрадовалась! Если бы у Эвелины раньше спросили, верит ли она в существование души, ей пришлось бы подумать, но сейчас ум молчал, а может она о нём просто забыла? Появилась уверенность, исходящая откуда-то из глубины её существа, да, да, да, это её душа! Эвелина чувствовала волнение, радость и наполнялась этими чувствами. Вдруг появилось ощущение, она давно ждала эту встречу, и, наконец, она случилась! Как странно, что же знает её душа, чего ей неведомо? Потребовалось усилие, чтобы оторвать взгляд и сказать.
– Удачной вам тренировки, Роман.
– И вам удачной тренировки, Эвелина Олеговна, – ответил Роман, но не пошёл к ребятам, а стоял и провожал её взглядом.
У двери Эвелину ждала Дина, которая наблюдала за их небольшим разговором. Глядя на подругу, она спросила.
– И что это было?
– В смысле?
– Да ладно, Лина, всё так очевидно, что слов не надо.
– Может тебе и очевидно, а мне пока всё очень не понятно.
Чувство ещё не покинуло Эвелину, и так не хотелось возвращаться из мира грёз. И эта мысль о том, что встреча наконец-то случилась… Очень странно. Дина между тем не успокаивалась.
– А что здесь понимать? У парня всё на лице написано, да и у тебя тоже. Может, не хочешь себе в этом признаваться?
– Признаваться в чём, Дина? Да, мне, как и любой женщине приятно внимание молодого человека, ну, а что ещё? Он ведь не на много старше моей Лии.
– Причём здесь возраст? Это твой ум говорит, а сердце просто кричит и тянет тебя к нему. Я не права?
– Может быть, может быть, – задумчиво сказала Эвелина. – только, как ты себе это представляешь? У нас просто не может быть никаких отношений.
– Поживём, увидим, – улыбнулась Дина. – Некоторые даже замуж за студентов выходят.
– Это не про меня, лучше о себе подумай – отмахнулась Эвелина.
Они уже вошли в зал и рассматривали тренажёры. Появились преподаватели кафедры физкультуры во главе с заведующим, который произнёс небольшую вступительную речь.
– Уважаемые преподаватели и девушки, мы рады приветствовать вас в нашем новом тренажёрном зале, и решили не оставить вас без поддержки. Наша кафедра разработала специальную программу тренировок. Сейчас я проведу короткий инструктаж, и мы приступим. Помогать мне будут мои коллеги, с которыми, я думаю, вы хорошо знакомы, но, всё же, я их представлю.
Началось представление, затем тренировка.
После тренировки, когда девушки шли домой, Эвелина сказала.
– Дина, а что у тебя в субботу, планы есть?
– Пока ничего конкретного, а что?
– Лия тебя в гости приглашает, будет готовить картофель по-французски.
– О, я с удовольствием, мы давно не виделись.
– Хорошо, тогда ждём тебя в субботу.
Оказавшись дома в одиночестве, Эвелина задумалась о встрече с Романом, но главное о чувстве, возникшем у неё. В последнее время ей частенько попадалась информация о реинкарнации, но неужели это возможно? Если да, то душа не может обмануться, значит, они уже встречались в прошлых жизнях? И вдруг новая фраза, словно наяву, прозвучала в её голове: «Соприкоснулись две души». Стало как-то неспокойно, что-то неведомое входило в её жизнь, и объяснения этому пока не было…
В субботу Дина задерживалась.
– Мамуль, позвони Дине, а то картофель уже почти готов, не хочу, чтобы остыл, – попросила Лия.
Эвелина набрала номер, Дина долго не отвечала, но в последний момент взяла трубку. – Через десять минут буду, – быстро сказала и отключила телефон.
– Порядок, уже на подходе, можешь накрывать на стол, – успокоила Эвелина дочь.
Лия достала тарелки, в семье их называли «торжественные», так как пользовались ими в праздники и дни рождения.
– Даже так? – удивилась Эвелина.
– Мой первый званый обед, – гордо объявила Лия.
Наконец, раздался звонок, Лия побежала открывать дверь. Произошла бурная и радостная встреча, впрочем, как обычно. Девушки обнялись, расцеловались. Дина принесла торт, который на некоторое время поставили в холодильник, а затем все вместе отправились к стол.
Картофель у Лии удался. Дина с Эвелиной её расхваливали. Когда разрезали торт и разлили ароматный кофе, Дина спросила у Лии.
– Что в личной жизни?
– Обычно, – ответила та, не желая вдаваться в подробности, но от Дины не так легко было отделаться.
– Обычно это как?
– Школа, дом, репетиторы.
– Да ладно, это больше социальная составляющая, а мне хотелось бы знать, что на душе, у молодой, красивой девушки?
– О душе думать некогда, сейчас больше ум задействован, все мысли о достойном окончании школы и поступлении в ВУЗ.
– Какой ужас, – констатировала Дина, – Лина, это ты на ребёнка так влияешь?
– Повлияешь на неё, – ласково отозвалась Эвелина, – просто дочь умница и красавица.
– И вы хотите меня убедить, что в нашем мире красоту уже не замечают?
– Замечать замечают, а вот ценят ли, это уже другой вопрос, – заметила Лия.
– Так, – почти хором сказали Эвелина с Диной,– и кто же это не ценит?
– Да просто наблюдения, ничего личного, – постаралась уклониться от ответа Лия.
– Хорошо, я с удовольствием послушаю о наблюдениях, а то сама всё в работе, наблюдать некогда, – сказала Дина удобно усаживаясь в кресле, и всем своим видом показывая, что настроена на долгую беседу.
– Дина, ну перестань, если бы что-то конкретное, я бы рассказала.
– Да, девочки, – немного нараспев, проговорила Дина, – у вас постоянные отговорки, а подруги на то и даны, чтобы говорить о неконкретном. Когда конкретное, об этом уже все знают.
Дина смотрела то на Эвелину, то на Лию. Проследив за её взглядом, Лия удивлённо спросила.
– Теперь я не понимаю, мам, у тебя, от меня секреты?
– Не только от тебя, – многозначительно добавила Дина.
Теперь обе смотрели на Лину, словно призывая её к ответу. От такого неожиданного поворота, та немного растерялась.
– Стоп, не надо переводить стрелки, мы сейчас говорим о личной жизни Лии, а не о моей, – парировала Эвелина.
– Почему же, – удивилась Дина, – эта тема нам тоже очень интересна.
Она сделала ударение на букве «о» в слове «очень», чтобы Лина оценила степень их заинтересованности.
– Согласна, – подключилась Лия, и не дождавшись ответа от Эвелины, обратилась к Дине. – Чего я не знаю?
Дина улыбалась, глядя вопросительно на Эвелину.
– Было бы, о чём говорить, – махнула та рукой.
Этот жест Дина оценила, как разрешение.
– Да вот, – сказала она, – некоторые студенты просто глаз от твоей мамы отвести не могут, а она смущается, как девушка на первом свидании.
– Дина, не преувеличивай, – попыталась урезонить подругу Эвелина.
– Ты меня не удивила. Дина, – вдруг заявила Лия, – И это не самый молодой мамин поклонник.
– Так, так, так, начинают открываться факты из тайной жизни моей подруги. Лиичка, с этого места подробней, пожалуйста, – и Дина изобразила высшую степень заинтересованности, подозрительно поглядывая на Эвелину.
– Помнишь, мою первую любовь?
– Конечно, помню, Денис. Уж не хочешь ли ты сказать, что Лина его увела? – в голосе Дины звучало шуточное изумление и возмущение.
– Дина, это уже перебор, лучше слушай. Так вот, у него был друг, ему тогда только шестнадцать исполнилось. Так этот Стас, просто влюбился в маму. Денис ещё подшучивал, говорил мне: «Как женится Стас на твоей маме, что делать будешь?».
– А ты что?
– Что я? Вместе, говорю, в школу ходить будем.
Подруги рассмеялись.
– Ну, и где сейчас этот поклонник? – спросила Дина.
– Поступил в университет в другом городе, надо же образование получить, мама ведь умных мужчин любит, – поддела Лия Эвелину, что доставило большое удовольствие Дине.
– Теперь я понимаю, – подключилась она, – у парня действительно нет шансов. Нет диплома, нет любви.
Дина с Лией смеялись, а Эвелина улыбалась, глядя на них, всем было весело.
– Вообще, ваши «наезды» совершенно не обоснованы, – попробовала защититься она. – Возраст для меня значения не имеет. К студентам я отношусь серьёзно, даже обращаюсь на «вы», потом, если долго веду у них занятия, ближе знакомимся на «ты» перехожу, а сразу не получается. Они, правда, реагируют не всегда однозначно, некоторые спокойно, а другие не могут понять, к кому я обращаюсь. Как-то приходит ко мне студент, задолженность у него была, спрашиваю: «Какую тему вы будете сдавать?». Он начинает оглядываться, я не поняла, но в памяти как-то отпечаталось. Потом опять подобный случай, тогда я догадалась, второго ищет, не понял, что я к нему на «вы» обращаюсь.
Все опять смеялись, настроение было хорошее, и Дина решила продолжить.
– Надеюсь, предмет твоей грусти возрастом тебе подходит больше, чем мне?
Вопрос встревожил Эвелину, она серьёзно посмотрела на дочку.
– Мамуль, успокойся. Это Егор, помнишь, я с ним в сетях познакомилась? Он в Москве учится, я с ним летом встречалась, когда у папы гостила. Очень интересный молодой человек.
– Конечно, помню, только ты о нём в последнее время почти не вспоминаешь.
– Потому что вспоминать особо не чего. Ему всё некогда, а вчера фотку выложил с девушкой.
– И статус поменял? – деловито спросила Дина.
– Пока нет.
– Так чего переживать, может случайная знакомая?
– Вряд ли. Я хотела на зимних каникулах к папе поехать, и с ним встретиться, теперь понимаю – не стоит.
– Лия, ну чего ты паникуешь, всё течёт, всё изменяется, до лета ещё полгода, – попыталась утешить её Дина.
– В том то и дело, что полгода, таких парней мало, а девушек, желающих с ним встречаться много.
– Значит, поезжай зимой.
– Так, девушки, успокойтесь, – сказала Эвелина, – ещё почти месяц впереди. Давайте не будем принимать скоропалительных решений.
– Да, ладно, мамуль, переживу, и вообще мне пора.
– Это как? – возмутилась Дина, – сама пригласила, а теперь убегаешь?
– Вам и без меня будет, о чем поговорить.
Расцеловав Эвелину с Диной, Лия отправилась собираться. Оставшись вдвоём, подруги продолжили беседу.
– Как ты, Дина? Опоздала сегодня, что-то случилось? – спросила Эвелина.
Веселость Дины сразу будто улетучилась, глаза стали грустными.
– Помнишь, наш разговор в парке? После него я в серьёз задумалась о своей жизни, ведь тридцать уже, время так быстро идёт, и не заметишь, как детородный возраст закончится.
– Дина, не преувеличивай, ты ещё молодая, время есть, встретишь своего мужчину.
– А если нет? Зачем тянуть? Пока молодая, пока есть силы и желание надо рожать. Да и мужчину своего я встретила.
– Сергея?
– Сергея, – обречённо вздохнула подруга. – Всё думала говорить ему о своем решении, или просто для себя родить, и его в известность не ставить, а он сегодня позвонил и говорит, что уезжает куда-то надолго по работе. Вот я и думаю, по работе, или он решил со мной отношения закончить?
Эвелина на какое-то время задумалась. Дина тоже молчала, ждала ответ.
– Не думаю. Сергей производит впечатление сильного мужчины, способного на поступок. Смотри, сколько вы уже вместе. Он решил, что ты ему нужна, и его не пугают сложности, которые возникли в его жизни в связи с вашими отношениями.
– Вадим, тоже казался сильным мужчиной, а что на деле вышло?
– Ты не сравнивай, все люди разные. Лучше вспомни, когда ты заболела, Сергей приехал и неделю за тобой ухаживал.
– Не неделю, а пять дней, – поправила Дина, но лицо её изменилось, напряжение ушло, а глаза засветились от приятных воспоминаний.
– Какая разница. Думаешь, ему легко было всё бросить семью, бизнес? Причём за один день убедить всех в необходимости этой поездки. Уж не знаю, что он там придумал. Если бы Вадим, хотя бы раз, совершил нечто подобное, подставил плечо, возможно, мы и сейчас были бы вместе.
– Ты права, Лина, Сергей мужик. Мы когда вместе, мне всегда так спокойно, чувствую себя слабой женщиной, у которой надёжная защита.
– Замечательно. Мы же не выбираем нашу судьбу, поэтому есть только два варианта, или страдать из-за того, что у нас чего-то нет, или радоваться тому, что есть. Это жёны в счастливом неведении, а мы в курсе, что не единственные. И знаешь, в последнее время никакой трагедии в этом не вижу. Просто жизнь, если людям хорошо вместе, почему нет? Выбор ведь всё равно существует быть одной или делить любимого с кем-то.
– А мне бы так хотелось, чтобы Сергей всегда был со мной и только со мной, – грустно сказала Дина.
– Вот тебя жизнь и учит, что делиться надо, – улыбнулась Эвелина.
– Да ладно, мне пока делиться нечем или вернее некем, ворованное у меня счастье.
– Главное, что счастье, можно лет пятьдесят прожить в браке, а что такое счастье, так и не узнать. Так что, Дина, есть у тебя любовь, значит, есть и счастье. Возможно, тебе в этой жизни надо получить именно такой опыт.
– Как у тебя всё просто, Лина, всё принимать, ни от чего не отказываться, ни на что не обижаться, за всё быть благодарной.
– И всё анализировать, так интересней, – подытожила Эвелина.
Подруги ненадолго замолчали, затем Дина спросила.
– Так ты думаешь, у Сергея действительно командировка?
– Конечно, дай ему время, не звони, не выясняй отношения, пусть решит все свои проблемы и успокоится, потом он сам будет благодарен тебе за понимание.
– Хорошо, если так, – вздохнула Дина.
– А как иначе? Мужчины ведь такие собственники, они никогда не могут смириться с мыслью, что их любили, любили, и вдруг не любят. Как такое может быть? Вот тогда у них беспокойство начинается. А будешь звонить, нервничать, значит, нужен, зачем переживать, всё нормально.
– Не звонить говоришь? Не знаю смогу ли, тяжело. Эмоции одолевают!
– Сделай паузу и сама отвлекись. Скоро новый год, сейчас даже время быстрее бежит и настроение у всех предпраздничное.
– Ты права, уже всё украшают, заходишь в магазин, а там праздник, даже радостней становится. Платье мне надо к новому году, – вдруг озадачено сказала Дина.
– Ой, я тоже об этом забыла. Давай на следующей неделе пройдёмся по магазинам?
– Хорошо, пройдёмся.
А время действительно летело стремительно. Предпраздничная суета, снег, нарядные витрины дарили ожидание праздника и надежды, если не на новогодние чудеса, то на сюрпризы, которые обязательно должны случиться в эти волшебные дни.
В университете тоже готовились к встрече нового года, но к предпраздничной суете добавилась ещё и учебная. Зачётная неделя пришлась, как обычно, на последнюю неделю уходящего года, и студенты стремились сдать зачёты в срок, чтобы не оставлять «долги» на следующий год. Преподаватели оказались востребованы в эту неделю больше, чем за весь семестр.
Эвелина принимала зачёт и в группе Романа. После их короткого разговора в спортзале, в их отношениях почти ничего не изменилось. Он по-прежнему смотрел на неё, а она, иногда немного дольше обычного задерживала свой взгляд. Большая часть студентов, в этой группе зачёт получила, среди них был и Роман. К столу Эвелины он подошёл последний, и протянул ей зачётку. Пока она её заполняла, Роман спросил.
– Эвелина Олеговна, а в следующем семестре вы будете у нас что-нибудь вести?
– Нет, Роман, не буду, только в магистратуре.
– Тогда придётся в магистратуру обязательно поступать.
Эвелина посмотрела на Романа, ему явно хотелось продолжить разговор, но в аудитории оставались студенты, у которых накопились «долги». Разговор продолжить не удалось, на этом и расстались. Хотя не совсем. Придя домой, Эвелина обнаружила в сумке маленький, празднично оформленный сверток. Развернув его, она увидела духи и маленькую, больше похожую на визитку открытку, с надписью: «Пусть новый год удивит вас и принесёт много радости. Удачных тренировок». Подписи не было, но содержание не оставляло сомнений, подарок от Романа. «И когда успел», – удивилась Эвелина. Духи были именно те, которые она любила и часто пользовалась. «Смотри-ка знаток», – улыбнулась Эвелина. Несмотря на усталость, чувствао радости и благодарности наполнили сердце. Держа духи в руках, она уселась в кресло. Роман поступил по-мужски, хотя так молод. Эвелина собралась серьёзно подумать об этой ситуации, но тут пришла Лия. Быстро спрятав коробочку с духами и открытку, Эвелина опять уселась в кресло и укрылась пледом. Заглянула Лия.
– Привет, мамуль, всё в порядке?
– Да, просто устала.
– Ну, отдыхай, а я сейчас ужин приготовлю. Дать что-нибудь, почитаешь?
– Хорошо бы.
Лия принесла книгу, а Эвелина в очередной раз подумала, как ей повезло с дочерью, и открыла книгу.
Роман оказался научно-фантастический, название говорило само за себя «Империя ангелов»! Купила книгу Лия, после прочтения, настоятельно рекомендовала её Эвелине. Сюжет действительно оказался увлекательным, первая фраза, с которой начинается роман, звучала так: «Я умираю». Естественно это не могло не заинтриговать. Главный герой после смерти попадает в рай, где ему предлагают выбор, вернуться на Землю проповедником, или стать ангелом хранителем, избежав, таким образом, очередной реинкарнации. Он выбирает второе. Вопросы реинкарнации в последнее время всё больше интересовали Эвелину. Странное чувство дважды испытанное в присутствии Романа, неожиданные фразы, так отчётливо звучавшие в голове… Что это? Может послание души её неразумному сердечку? Эвелина прислушалась к себе. Неужели, неужели это возможно? Их знакомство с Романом случилось не год назад в роли преподавателя и студента, а когда-то очень давно, в прошлых жизнях? Хотя вряд ли это обычное знакомство, раз такая реакция. «Соприкоснулись две души»… И что, узнали друг друга? Может незаконченные отношения в прошлом? Тогда почему такая разница в возрасте? В такой ситуации возможен лишь не большой роман… Вот, Лина, ты уже допускаешь ваши отношения, с какой-то доселе неведомой грустью, подумала она. Да ну её эту грусть, так всё было хорошо, и Эвелина предпочла увлечься книгой с таким необычным сюжетом. Однако, немного прочитав, поняла, текст не воспринимается, постоянно мешают мысли: кем бы она могла быть в прошлых жизнях, какова цель её нынешней инкарнации? Ничего интересного в голову не приходило. Перед глазами мелькали храмы, потом пустыня, пирамиды. Читать вдруг перехотелось, удобно устроившись в кресле, Эвелина задремала.
У подножья холма, на вершине которого приютилось озеро с красивым названием Мареотида, плескалось море. На пологих склонах возвышались различные здания, которых с каждым годом становилось всё больше. Это разрасталась Александрия, первый город, основанный Александром Македонским после присоединения Египта к его империи, и, естественно, названным в его честь. Часто Александрию называли Египетской, поскольку город располагался в дельте Нила, однако, по своей архитектуре он не имел ничего общего с городами Египта. С самого начала Александрия задумывалась, как традиционный эллинский полис, таково было пожелание Великого полководца.
Когда корабли Александра в первый раз проходили в этом месте, молодой полководец обратил внимание на небольшой остров, образующий удобную бухту, естественную гавань для стоянки судов, да и берег чрезвычайно подходил под строительство города. Александра охватило горячее желание заложить здесь город.
Расположение города оказалось действительно удачным, озеро снабжало горожан пресной водой, а выход к морю, позволял отправляться кораблям к другим, отдалённым берегам. По очертанию территория города напоминала хламиду – военный плащ македонцев. Длина его составляла 30 стадий, а ширина равнялась 7-8 стадиям. Александр сам разметил знаками, где устроить агору, площадь для проведения собраний полноправных граждан, какие здания расположить вокруг площади, а так же, какие храмы и статуи богов должны украсить это место. Храмы, которые хотел видеть Александр в основанном им городе, посвящались, конечно, греческим богам, но был среди них и храм Исиды Египетской.
Строительство нового города поручили архитектору Денократу, и он постарался, чтобы для планировки Александрии использовали все достижения античной градостроительной науки и архитектуры. Главные длинные магистрали города располагались параллельно морскому побережью, а короткие поперечные, пересекали их под прямым углом. Благодаря искусному расположению улиц, город открывался ветрам, дующим с моря и приносящим прохладу, что делало здешний климат умеренным и здоровым.
Исключительно греки, жившие в Александрии, считались полноправными гражданами города, и только они одни имели право получать материальную поддержку от государства. Греки имели не только свои сооружения, здания, дома, но и свои законы, жреческие коллегии, органы власти и самоуправления. Египтяне же в Александрии рассматривались в качестве метеков, чужестранцев. Благодаря торговле, которой чрезвычайно благоприятствовало выгодное месторасположение города, Александрия быстро росла и возвышалась.
Главная улица города удивляла своей величиной. Начиналась, она на востоке Вратами Солнца и оканчиваясь на западе Вратами Луны. Вдоль улицы располагались роскошные здания и храмы, строительство многих из них уже закончилось, а на остальных работы подходили к концу.
Именно на этой улице, в одном из домов, выделяющимся необыкновенно восхитительной архитектурой и богатым убранством, готовились к проведению симпосия. Обыкновенно симпосий являлся серьезным мероприятием, его посещали наиболее уважаемые мужи города. Однако сегодня, для гостей должны играть флейтисты и кифареды, к тому же позвали танцовщиц, музыкантов, акробатов, фокусников. Поэтому среди гостей, кроме мужчин, находилось много нарядных женщин. Присутствующие принадлежали богатому сословию, наделённому властью. В этом городе, от них зависело управление финансами, имуществом, а так же исполнение судебных обязанностей. Кроме них сегодня пригласили торговцев, гостей города и, конечно, военных в основном высших чинов. Одеты все были в хитоны, заколотые на плечах фибулами, и гиматии, но цвета, и длина одежды отличалась. Некоторые мужчины имели длинные шёлковые гиматии пурпурного цвета. Это указывало на их высокое социальное положение, или принадлежность к клану жрецов, ибо шёлк являлся предметом роскоши, его завозили с Востока, а для окраски ткани использовали пурпур, стоивший очень дорого. Хитоны молодых людей были значительно короче, они доходили до колен, а у военных до бёдер. Цвета их так же различались, украшением служила лишь вышитая яркая узорная кайма. Носили хитоны в основном с поясом, а кое-кто надел даже два. Некоторые юноши и воины, несмотря на тёплый день, накинули на плечи хламис, небольшой плащ овальной формы, сколотый на груди пряжкой. Воины застёгивали хламис лишь на одном плече, оставляя правую руку свободной, чтобы в любой момент воспользоваться оружием.
Качество и цвет ткани имели, конечно, важное значение, но для греков изящность драпировки, подчёркивающая гармоничные пропорции человеческой фигуры и стройность осанки, ценились гораздо выше стоимости ткани и красоты орнамента.
Одеяния греческих женщин соответствовали тем же эстетическим требованиям, что и мужские. Однако, по этическим соображениям, туники были более длинные, и более закрытые. Женские одежды отличались стройностью линий, создаваемых струящимися тканями, которые подчеркивали красоту женского тела. Сквозь мягко падающие ткани, слегка намечались, а при движении ясно проступали плавные линии и округлые формы, привлекающие неравнодушные взгляды противоположного пола.
Если говорить о цвете, то преобладал белый, поскольку он считался наиболее красивым и нарядным. Многие женщины обмахивались листовидными опахалами на деревянных или костяных ручках, а у некоторых имелись опахала из павлиньих перьев, что вызывало зависть у прочих приглашённых дам. Особое внимание стоит уделить причёскам, которые не только отличались замысловатостью и изысканностью, их формы и линии гармонировали с одеждой, создавая ощущение законченности и цельности внешнего облика. Но это ещё не всё, женские украшения часто привлекали больше внимания, чем их обладательницы. Разнообразные ожерелья из золотых бусин или выточенных самоцветных камней, ожерелья из чеканных пластинок, декорированные цветной эмалевой инкрустацией, переплетённые цепочками, небольшими подвесками в виде бутонов, фигурок и розеток, украшали дам. Серьги, как правило, состояли из двух элементов – диска и подвески. Поверхность диска покрывалась тонким филигранным узором, а припаянные подвески украшены инкрустацией невероятных цветов. Часто подвеске придавали полулунную форму и прикрепляли к ней многочисленные переплетённые цепочки, которые, в свою очередь, заканчивались мелкими подвесками в виде цветов или вазочек. Обладательницы всей этой красоты чувствовали себя вполне комфортно, но иногда ревниво поглядывали на украшения других дам.
Приём начался не так давно, новые гости продолжали прибывать. Поприветствовав хозяев, они входили в зал, растворяясь в толпе старых и новых знакомых, вели светские беседы. На большой террасе, обращённой в сторону моря, стояли два молодых человека в военных доспехах. Один из них по имени Кирас, выглядел старше своего собеседника, видимо, поэтому в его тоне звучало лёгкое назидание, он будто делился жизненным опытом со своим младшим другом Андреасом, которому недавно исполнилось двадцать три года.
– Перед походом приёмы становятся чаще, все стараются насладиться жизнью. Воины весельем отгоняют мысли о смерти, а жёны, любимые, матери стараются избавиться от страха, не увидеть их больше.
Андреас молчал, взгляд его был задумчив, на губах появилась лёгкая улыбка.
– Ты со мной не согласен? – спросил его Кирас.
– Я думаю, о твоих словах, и вспоминаю моменты сражения, когда мчишься в атаку, и тебя словно подхватывает волна! Думать некогда, вокруг враги, если ты не успеешь нанести удар, ощутишь холод чужого меча в своём теле. Что за сила ведёт тогда? Будто по наитию ты наносишь удары, уклоняешься от врагов. В этот момент я так остро ощущаю жизнь! Она захватывает меня всего! Нет ничего кроме меча, врагов и жажды победы!
– Да, Андреас, я как-то наблюдал за тобой во время сражения. Это было великолепно! Ты действительно отчаянно смел, но не все такие. Для многих война это долг, а их сердца остаются в мирной жизни с родными и близкими. Александру для побед нужны такие воины как ты! Ведь сколько отваги потребовалось для завоевания Тира! Гигантские стены, очень узкая полоска земли с наружной стороны от них, укрепленная гавань делали город неприступным в течение многих веков. Его жители так уверовали в свою защищённость, находясь на острове, да ещё их флот. Только, они не учли, с кем имеют дело! Иначе приняли бы предложение Александра заключить мирный договор, и не стали бы убивать его послов, а их тела сбрасывать в море.
– Они не оставили ему выхода, если бы Александр не смог взять город, то весь остальной мир решил, что он утратил звание непобедимого.
– Разве они могли представить, что Тир перестанет быть островом! Представляю их ужас, когда Александр принял решение построить мост длинной в полмили, чтобы соединить его с материком!
– А его идея с осадными башнями! Единственное оружие, способное завершить битву!
Воспоминание об этом сражении подняло настроение у друзей, глаза их блестели, в голосе слышалась радость и гордость за своего великого полководца.
– Конечно, не стоит забывать и Филиппа, его отца, ведь это он фактически создал Грецию и прекрасную военную машину, которая стала фундаментом для военных побед, – напомнил Кирас, ибо не в обычаях греков было забывать своих великих предводителей.
– Филипп вырастил достойного сына, – добавил Андреас. – Ведь когда они с отцом разбили афинян и фиванцев, Александру было всего восемнадцать. Только затем он совершил нечто странное, разрешив всем афинянам, вернутся домой. Я, наверное, не поступил бы так.
– Ты ещё молод, Андреас. Решение оказалось мудрым, ведь македонцы имели репутацию варваров, а Филипп продемонстрировал, как умно и справедливо они могут управлять завоёванными землями.
– Должно быть ты прав, Кирос. И всё же мирная жизнь не по мне, что может быть лучше сражения!
– У тебя ведь есть невеста, Андреас, неужели в походе ты не скучаешь по ней, не мечтаешь вернуться и заключить её в объятья?
По лицу Андреаса пробежала тень. В его глазах полных радости и восторга появилась скука.
– Да, невеста есть, – совсем буднично, сказал он.
– Судя по тону, тебя это не слишком радует?
– Сказать честно, не радует вовсе. Мне было семь, когда у друзей моих родителей родилась дочь, вот они нас и обручили. – Андреас улыбнулся. – Представь семилетнего мальчишку и что-то кричащее в пелёнках, я даже не воспринял в серьёз столь странный обряд. Зато когда Никс исполнилось тринадцать, она стала предъявлять права на меня, как будто уже всё предрешено. Вначале это забавляло – самоуверенная девчонка, но тут и родители подключились. Тогда ситуация начала злить. Теперь ей почти шестнадцать, начались разговоры о свадьбе. Я уклоняюсь, только постоянно ощущаю, что давление становится сильнее.
– Почему тогда ты не разорвёшь помолвку?
– Ты же знаешь её отца!
– Да, довольно неприятный старик.
– Если не сказать больше. Зловредный, мстительный, зато его влияние в обществе довольно велико. Не хотелось бы иметь такого врага.
– И это говоришь ты, бесстрашный Андреас? – удивился Кирас.
– Я же не могу вызвать его на поединок, он слишком стар, а все эти интриги, сплетни, – Андреас поморщился. – Всегда старался держаться от них подальше. Да и вспомни, как умер Филипп, ведь не сам же его охранник додумался пронзить господина кинжалом, да ещё на глазах у всех. Его явно кто-то нанял.
– Понятно, остаётся надеяться, что Никс предпочтёт тебе кого-либо другого.
Андреас вздохнул.
– Надежда у меня такая есть, хотя не похоже, вцепилась в меня как кошка! – Андреас понизил голос. – Я нанял человека, он будет наблюдать за ней в моё отсутствие. Если Никс поведёт себя недостойно, а это возможно, поскольку она молода и амбициозна, тогда, сам понимаешь, от меня постараются это скрыть. Вот его задача, знать о ней всё, и когда я вернусь доложить в деталях. Возможно, у меня появится шанс избавиться от назойливой суженой…
– Вот, кстати, и она, – перебил его друг.
Андреас оглянулся. Действительно, к ним направлялась девушка. Не сказать, чтобы она отличалась особой красотой, но выделялась из толпы своим убранством. Причёска более затейливая, чем у присутствующих дам, однако, не так гармонично сочетается с нарядом, макияж ярче, чем положено на таких приёмах. К тому же алое, а не белое платье, очень массивные украшения. Черты лица правильные, но крупные, массивный нос, хотя для греков это естественно, жесткая линия губ, совершенно не характерная для столь юной особы, глаза большие, близко посаженные, добавляли лицу суровости, да к тому же, в них светилась огромная самоуверенность и чувство превосходства. Посмотрев на девушку, Кирас сказал.
– Да, достойная дочь своего отца.
Лицо Андреаса исказилось, как от зубной боли, но девушка этого будто не заметила, или не хотела замечать, она уверенно подошла к ним. Пришлось её поприветствовать, на что она лишь слегка склонила голову и, обращаясь исключительно Андреасу, сказала.
– У нас в среду приём, надеюсь, ты будешь.
– Возможно.
– Отговорки не принимаются, ты ставишь меня и родителей в двусмысленное положение, трудно понять ты есть или нет. Так что, будь добр, не забудь.
– Никс, ты знаешь, я на службе. Буду, если позволят обстоятельства.
Девушка хотела продолжить, но Андреас остановил её.
– А сейчас оставь нас, удели внимание другим гостям. Возможно, ты не заметила, у нас серьёзный разговор, который ты так бесцеремонно прервала.
Смерив Кираса высокомерным взглядом, зло посмотрев на Андреаса, Никс молча удалилась.
– Вот такая любовь, – уныло произнёс Андреас.
– Да, ситуация не простая… То, что вы не пара видно сразу, да и трудно представить желающего иметь такую жену, – задумчиво произнёс Кирас. – Только Никс, как мне кажется, наметила цель, и хочет заполучить тебя, чего бы ей это не стоило, а хватка у неё… Я не верю в то, что со временем такие разные люди могут привыкнуть друг к другу, а уж полюбить! Может у кого-то так и случается, но это явно не ваш случай.
Андреас окончательно поник. Кирас решил отвлечь его от грустных мыслей и стал рассказывать историю о том, как у него в перерыве между походами случился роман с богатой вдовушкой. Вначале она была мягче воды, но когда поняла, что он не собирается на ней жениться превратилась в настоящую фурию. Пришлось в прямом смысле спасаться бегством, ибо она заперла дверь и не собиралась отдавать ключ, пока Кирас не напишет письменного обязательства жениться на ней. Хорошо, что окна второго этажа оказались не слишком высоко, пришлось прыгать, свобода того стоила. Ему повезло, приземлился удачно на мягкую почву. Как же кричала вдова в открытое окно, как проклинала его!
– К счастью, её проклятья не достигли цели, я жив и здоров, только теперь очень осторожен с женщинами, ведь жениться мне совсем не хочется, – закончил свой рассказ Кирас, и лишь тогда заметил, что друг не очень внимательно слушает его.
Проследив за его взглядом, Кирас увидел девушку, которая видимо только вышла на террасу. Она стояла у входа и искала глазами место, где бы ей расположиться, а может компанию, к которой можно присоединиться.
– Ну вот, я стараюсь отвлечь тебя от невесёлых мыслей, и всё зря, но стоило появиться Элене, ты забыл обо всём.
– Так ты её знаешь?
– Не много.
– Как она хороша!
– Ты удивишься, мой друг, но ты не первый, и я уверен, далеко не последний, кто это заметил, – улыбнулся Кирас, любуясь при этом Эленой.
Девушка была действительна прекрасна. Среднего роста, платье молочного цвета, расшитое золотом, струилось по безупречной фигуре, а лёгкий ветерок, временами заставлявший ткань буквально лететь и охватывать ноги и талию Элены, подчёркивая их стройность и изящность. Кожа имела лёгкий смугловатый оттенок, прекрасно сочетающийся с цветом платья. Золотистые волосы, ниспадающие лёгкими волнами почти до пояса, лишь впереди подобранные и затейливо уложены, открывали прекрасное лицо. Прямой узкий нос, немного пухлые губы, алые, зовущие, но главное глаза, большие серьёзные, обрамленные тёмными пушистыми ресницами, иногда они казались серыми, иногда тёмно синими, в зависимости от освещения, но цвет не влиял на взгляд, глубокий и проницательный, глаза манили и немного пугали, своей холодностью. Девушке недавно исполнилось девятнадцать, и не столько красота, сколько сочетание юного лица и спокойных, невозмутимых глаз, резко выделяло её среди присутствующих.
– Так кто она? Что ты знаешь о ней? – нетерпеливо спросил Андреас.
