– Я тебе этого не оставлю, – тихо прошипел Хью, глядя на хоккеиста.
– И что ты мне сделаешь? – Усмехнулся мой герой. – Попытаешься разорвать барабанные перепонки, визжа, как девчонка?
Половина класса снова рассмеялась, на этот раз громче. Их явно забавляло, что кто-то посмел приструнить эту компашку.
– Увидишь? – Буркнул Хью и отвернулся.
– Всегда к вашим услугам, – плюхнулся на стул хоккеист, как обычно воткнул наушники и сложил руки на груди, не обращая ни на кого внимания. В том числе и на меня. Ни до урока, ни после. Он даже не взглянул на меня ни разу. Внутри все разрывалось от какой-то смеси эмоций – отчаяния, обиды, разочарования. Я ведь решила, что я действительно ему нравлюсь. Но как оказалось, он просто был хорошим человеком, не более.
Перед третьим уроком меня штормило настолько сильно, что я была просто не в состоянии справиться с эмоциями. Так что зашла в туалет, давая волю чувствам, и слезы градом полились из моих глаз. Кажется, я влюбилась в того, кому была совершенно безразлична. Это было так больно. Проревев пару минут, я умылась и вышла из туалета. В конце концов, я не могла сидеть там вечность.
Я плелась в своих мыслях, рассуждая, как мне теперь быть и вести себя. Может быть стоило взять неделю домашнего обучения, чтобы разобраться с собой и своими приключениями. Не успела я войти в класс, как меня догнал хоккеист.
– Что случилось? – Схватил он меня за руку и отвел от двери.
– Что? – Уставилась я на него с недоумением.
– Это дегенерат опять тебя достает? Что он сделал? – Крепло держал меня хоккеист за локоть. В эту секунду я пожалела, что Хью меня больше не доводит, раз это был единственный способ, обратить на меня внимание хоккеиста.
– Ничего, – всхлипнула я, обида накатила с ново силой.
– Но ты плакала, – не унимался он. – Неужели он стоит того, чтобы ты из-за него так убивалась.
– Это не из-за него, – стала злиться я.
– А из-за кого? – Отступил на шаг мой герой.
Его ноздри раздулись, а глаза сощурилась, как будто бы он хотел увидеть меня насквозь. Я смотрела, как тяжело вздымается его грудь, и мысли снова вернулись к его обнаженному торсу. «Интересно, он также тяжело дышит, после того, как занимается любовью со своей девушкой?» – Подумала я, но тут же отвела взгляд, мне было так неудобно, что я думал о том, как он занимается сексом. Господи, о чем я вообще думаю?!
– Кто он? – Не унимался хоккеист. – Из-за кого ты плачешь?
Я посмотрела в его глаза, а он смотрел на меня. Что я могла ему сказать? Что я плачу из-за него? Что я ему безразлична, и мне больно от этого. Взгляд хоккеиста скользнул ниже по моему лицу на губы, как бы требуя ответа. Я уже даже собиралась ответить ему, но меня прервал голос секретаря директора.
– О’Нейли, – грозно крикнула она, – сейчас же к директору.
Лицо хоккеиста стало напряженным, он отпустил меня и двинулся за секретарем.
– Ну вот тебе и конец, – появился в дверях Хью со своей компанией. – На этот раз его точно исключат, – глянул он на своих подельников.
– За что? – Перепугалась я.
– За дело, – усмехнулся Хью. – Это мужские дела, девочка, – стрельнул он глазками. – Мой отец постарался, чтобы этот безотцовщина вылетел из школы со свистом, – грубо гоготнул он.
– Ах мужские! – Разозлилась я. – Что ж, тогда мужчины и будут решать, – пошла я максимально быстро в сторону кабинета директора, по пути доставая телефон. – Папа, привет, – набрала я отца. – Прости, что отвлекаю, но ты мог бы приехать раньше, желательно прямо сейчас, – строго выдала я.
– Что случилось? – Тут же напрягся он. – Тебя снова кто-то обижает?
– Нет, не меня, – злилась я. – На этот раз дебил, который меня толкнул, хочет подставить одноклассника, который за меня вечно заступается и в больницу отвез. Папа, его могут исключить из школа из-за Хью, мне нужна твоя помощь, – тараторила я, запыхавшись, так как шла на предельной скорости для себя.
– Понял, сейчас буду, – выпалил папа и положил трубку.
– А я безматеринщина, – яростно бубнила я себе под нос, – и что теперь, меня можно унижать и использовать?
– Мисс Бейли, – улыбнувшись подскочила мне навстречу секретарь. – Чем могу помочь?
– Это переходит все границы, О’Нейли, ты хоть понимаешь, кто его отец? – Распинался директор.
– Да мне плевать, кто его отец, он сам – подонок, – выпалил хоккеист.
– А мне не плевать, – повысил голос директор. – Сейчас приедет твоя мать, и ты вылетаешь из школы, никакие ее уверения больше тебе не помогут.
– Мне туда, – махнула я рукой на приоткрытую дверь кабинета.
– Но директор сейчас занят, – попыталась она остановить меня.
– Сделает исключение, – достаточно грубо ответила я и вошла в кабинет.
– Мисс Бейли? – Уставился на меня раскрасневшийся директор. Мой герой сидел, сложив руки на груди с совершенно безразличным выражением лица.
– Простите мистер Олрад, что беспардонно прерываю Ваш разговор, но вопрос касается мистера О’Нейли, – максимально спокойно и официально выдала я, как всегда учил меня папа решать конфликты. Нельзя показывать противнику свои эмоции и тем более позволять себе орать, этим ты проигрываешь битву, даже не начав ее.
– Что он сделал Вам? – Поджал губы директор, злобно глянув на моего героя.
– Дайте подумать? – Сощурилась я. – Во-первых, просто по-человечески отвозил меня домой, когда меня не забирала мама, – загнула я палец, а О’Нейли уставился на меня. – Во-вторых, спас меня от позора, когда Хью пытался заснять, как он раздевает меня и продемонстрировать на видео всей школе онлайн, – загнула я второй палец. – В-третьих, только благодаря ему я сейчас стою здесь, а не лежу в реанимации, без возможности пошевелиться, просто потому, что Хью решил отомстить мне за отказ переспать с ним и поставил мне подножку, чтобы я упала. Видимо, он решил, что это будет забавно. Только вот в моем случае, подобное падение могло стоить мне возможности двигаться. В то время как мистер О’Нейли ценой своего здоровья поймал меня и отвез в больницу, – загнула я третий палец и выразительно уставилась на моего героя, который открыл рот, выпучив глаза. – И по-вашему, мистер Олард, это справедливо исключать из школы единственного человека, который помогал, на минуточку, олимпийской чемпионке, – козырнула я своим положением.
Директор покраснел, как рак, при этом, буквально выкатил глаза. Я поняла, что одержала мимолетную победу, теперь нужно было, закрепить результат.
– Я хочу предложить Вам более конструктивное решение, мистер Олрад, если позволите, конечно, – говорила я максимально сдержанно, хотя внутри все клокотало от злости. – Что, кстати, поможет Вам сохранить лицо, как справедливого директора и человека чести, – пафосно выдала я.
– Что? – Выдавил из себя директор.
«Ничего, придурок!» – Оргызнулась я про себя, но вслух предпочла сказать другое.
– Сегодня к Вам хотел подъехать мой отец по поводу случившегося инцидента с Хью, как Вы понимаете, его немного не обрадовало произошедшее, – декларировала я. – Но раз уж ситуация приняла такой оборот, – выразительно посмотрела я на хоккеиста, не сводившего с меня глаз, – то я попросила его приехать раньше, чтобы решить вопрос.
Директор побагровел и крякнул. Еще бы, моего отца, как адвоката знал чуть ли не весь Бостон, надо полагать, что если он приедет заступаться за меня, добром это не кончится.
– Мы, наверное, подождем отца в коридоре, да? – Предложила я решение, которое директор охотно подержал, кивая головой, как болванчик.
Я с максимальным достоинством последовала на выход, слыша, как мой герой встал со стула и поспешил за мной. Как только мы устроилась на стульях в приемной, секретарь опрометью бросилась к директору и захлопнула за собой дверь.
– Что это было? – Обернулся на меня мой герой.
– Что? – Сделала я невинный взгляд.
Губы одноклассника расплылись в хитрой улыбке.
– Олимпийская чемпионка, значит, – язвил он.
Я скорчила виноватое лицо, а мой герой усмехнулся.
– Вот это выступление, я чуть не зааплодировал, – еле сдерживал он смех. – Откуда такие навыки ведения переговоров? Точно ведь не со снарядов.
– У меня папа – адвокат, – стрельнула я глазками.
– Сильно, – о чем-то задумался хоккеист. – Но ты так и не сказала, кто довел тебя до слез сегодня? – Серьезно глянул он на меня. – А то может, раз у меня такая заступница, я еще кому-то рожу разобью за тебя, – сощурился он, глядя на мой рот, ожидая ответа.
Меня бросило в краску от его взгляда. Он поднял взгляд и уставился в мои глаза, от чего мое сердце стало биться сильнее. Я уже открыла было рот, чтобы честно признаться, что плакала из-за него, видимо, адреналин сделал меня смелой, но не успела и звука произнести.
– Дилан! – Воскликнула женщина безумно красивым бархатистым голосом, я резко обернулась на нее.
– Мам, – подскочил мой одноклассник с места.
Глава 10.
Я с нескрываемым любопытством уставилась на Дилана и его маму. Рядом с ним она казалась подростком, хрупкая, не большого роста, хотя до безумия красивая. Ее кожа казалось белоснежной, лицо обрамляли длинные темные волосы, которые волнами спадали на плечи, а в глазах, казалось, застыла печаль. Наверное, она безумно переживала за своего сына.
– Дилан, ну как же так, сыночек? – Обхватила она ладонями лицо сына, а в глазах смешались тревога и нежность.
– Мам, только не переживай, пожалуйста, мамочка, – прижал он ее к себе и миссис О’Нейли потерялась в объятиях сына.
– Дилан, – шептала она, всхлипывая.
– Мама, меня может быть еще не исключат, не переживай так, – чуть отстранился от матери Дилан, а в ее глазах было столько любви, что мое сердце сжалось.
– Но директор… – начала было миссис О’Нейли, но Дилан перебил ее.
– Да у меня тут свой адвокат появился, – усмехнулся тот.
– Зачем? Кто? – Миссис О’Нейли уставилась на сына с ужасом, было странно, что она так серьезно реагирует на банальную шутку.
– Да вот, – кивнул Дилан в мою сторону, его мама тут же впилась в меня своими достаточно светлыми глазами. – Знакомься, это Келли, – представил он меня своей маме, а я поспешила встать.
– А, Келли, – растерянно улыбнулась мама, но по ее глазам было видно, что она знает, кто я такая, от чего я замерла. – Как Вы себя чувствуете? – Улыбнулась она мне.
– Благодаря Вашему сыну хорошо, – выдохнула я. – Я позвонила папе, он не даст его исключить из школы, это не справедливо, – попыталась я успокоить эту чудесную, милую женщину.
– Мисс О’Нейли? – Вышел директор из кабинета, а мама Дилана вся напряглась.
– Мистер Олрад, – напряженно выдала она приветствие.
– Мы сейчас ожидаем приезда родителей еще двоих участников инцидента, чтобы досконально во всем разобраться, – нарочито вежливо говорил директор. – До меня дошла информация, что не все так однозначно, как нам было представлено утром, так что пока мы отложим решение об исключении Вашего сына до прояснения ситуации.
– Но Дилан очень воспитанный мальчик, он бы никогда не ударил человека просто так, – переполошилась, как выяснилось, мисс О’Нейли.
– Мы все решим, подождите, пожалуйста, здесь, – тут же «смело» ретировался в кабинет директор.
– Присаживайтесь, – достаточно надменно глянула на маму Дилана секретарь, от чего я начала злиться. То есть, как выстиласться перед богатыми родителями, так она – сама вежливость, а как простой человек, так надменность и холодность. Я прикрыла глаза и сделала глубокий вдох, чтобы не начать орать.
– Извините, – процедила я сквозь зубы, обращаясь к секретарше.
– Да, мисс Бейли, – радостно перевела она на меня взгляд.
– А Вы не хотите предложить мисс О’Нейли чай или кофе, – сверлила я секретаря взглядом, та открыла рот и, опешив, уставилась на маму Дилана.
– Чай, кофе, мисс О’Нейли? – Напряженно выдала она.
– Нет, спасибо, – присела мама Дилана на краешек кресла рядом с нами.
Секретарь, видимо, от греха подальше, решила ретироваться из кабинета.
– Вот это ты всех тут строишь, – восхищенно глянул на меня одноклассник.
– Ну, я же – олимпийская чемпионка, мне можно, – психанула я и посмотрела, куда сесть.
Одноклассник подал мне руку и помог сесть, потом устроился между нами с его мамой и, тяжело вздохнув, закрыл лицо руками. Несколько минут мы сидели в гробовой тишине, погруженные каждый в свои мысли.
– Так значит Дилан? – Посмотрела я на хоккеиста.
Тот усмехнулся и глянул на меня:
– Я ж говорил – прозаичное имя.
При этих словах его мама уставилась на сына.
– И это, – подчеркнула я слово, – ты говоришь человеку с именем Келли, – острила я.
Дилан прыснул со смеху, а мама открыла рот от изумления. Ее сын, заметив это, тут же стал серьезным.
– А мне нравится имя Дилан и Келли, – вдруг встряла она в наш разговор.
– Мне тоже, – поддержала я ее.
– Угу, спелись значит вот так с ходу, да? – Посмотрел на нас Дилан.
Я лишь дернула бровью. А Дилан снова рассмеялся, качая головой.
– Э… – начала было что-то говорить мама Дилана, протягивая мне руку, но мы с ней подскочили от голоса моего отца:
– Келли, – влетел он вихрем в приемную. – Родная моя, что случилось? – С тревогой смотрел он на меня.
– Папа, Дилана хотят отчислить из-за меня, – тут же выпалила я.
– Мистер Бейли, – протянул руку отцу Дилан, моментально став серьезным.
Никак не могла понять, как ему удается настолько владеть своими эмоциями, что он в секунду прятал их от окружающих.
– Можно просто Питер, – пожал папа руку моему герою, но тут его взгляд остановился на маме Дилана, которая растерянно выглядывала из-за широкой спины сына.
Папа замер, буквально не дыша, и не отводил взгляда от нее. Мисс О’Нейли смутилась и слегка улыбнулась уголками губ. Честно говоря, в эту секунду я жутко гордилась тем, что мой папа в свои пятьдесят выглядел просто потрясающе. Спортивный, подтянутый, со стильной прической и идеально выбрит. Костюм сидел на нем, как влитой. Единственное, что я видела первый раз в своем отце – растерянность и такой взгляд. Но, надо сказать, я его понимала, мама Дилана была умопомрачительно красива, и такая юная в своем простом приталенном плате в синий цветочек, которые, казалось, отражались в ее глазах.
– Питер Бейли, – наконец, оторвался папа от Дилана и протянул руку его маме. – Отец Келли.
– Эшли, – пропела она грудным голосом, тоже не сводя глаз с папы, – мама Дилана.
– Безмерно польщен, Эшли, – буквально выдохнул папа ее имя.
А мы с Диланом переглянулись.
– Мистер Бейли, – выскочил тут же из кабинета мистер Олрад. – Рад, очень рад, – тараторил он, тряся руку папы.
– Не могу ответить взаимностью, мистер Олрад, – сощурился папа. – Мне кажется, Вас ввели в заблуждение, из-за чего возникло недоразумение насчет мистера О’Нейли, – чеканил он слова.
– Да, да, мистер Бейли, – покраснев, тараторил директор, – видимо, меня ввели в заблуждение. Я рад, что Вы здесь, и я уверен, мы сможем разобраться во всем, – выпучил он глаза. – Просто тут такая ситуация, – уставился директор на Дилана, – он трижды избил ученика.
– Во-первых, я его не избивал, – возмутился Дилан. – Во-вторых, сколько?
– Мистер О’Нейли, первый раз Вы ударили ученика в кладовке, – цедил директор сквозь зубы.
– По-вашему, я должен был позволить ему продолжать приставать к Келли, когда она явно дала понять и словами, и действиями, что ей это не приятно, – стал злиться Дилан. – Да еще и транслировать все это в интернет.
– Господи, какой кошмар, – вскрикнула Эшли, закрыв лицо руками.
– Мама, мам, – начал трясти ее Дилан, – мама, посмотри на меня пожалуйста, – отрывал он ее руки от лица.
– Давайте без сцен, – недовольно выдал директор.
– А давайте будем повежливее, перед Вами все же женщина, – навис папа над директором.
– То, что велась трансляция – не доказано, – зло тараторил директор.
– У меня есть запись, – глянул на него Дилан. – Некоторые наши одноклассники тоже не любят несправедливость и записали то, что устроил этот… – запнулся Дилан.
– Даже так, – перевел на него взгляд папа. – Мистер О’Нейли, а не могли бы Вы быть так любезны, переслать мне запись.
– Конечно, – отошел от трясущейся матери Дилан, достал телефон, и они с отцом стали обмениваться номерами, чтобы переслать видео.
Эшли колотило так, что мне стало страшно за нее. Надо же, как трепетно она реагировала на проблемы сына. Я взяла ее за руку, чтобы поддержать, но именно в этот момент в приемную ввалился грузный краснеющий мужчина.
– Мистер Олрад, что здесь происходит? – Взвыл он высокомерным басом, но не успел директор ответить, как на мужчину развернулся мой отец.
– Гарри? – Перебил он всех.
– Питер? – Выдохнул мужчина, с которого тут же сошла спесь.
– А Хью, я так понимаю, твой сын? – Чуть сощурился папа и на его лице появилась едва заметная улыбка.
– Да, – окончательно растерялся мужчина.
– Вот как, – протянул папа. – А Келли, – указал он на меня, – моя дочь, и у меня есть много вопросов относительно того, что твой сын пытался угробить мою дочь – раз, приставал к ней, когда она этого не хотела – два, и транслировал все это в интернет – три. Как ты считаешь, стоит ли мне начать с херасмента или с того, что Дилана – единственного достойного молодого человека, заступившегося и буквально спасшего мою дочь, хотят отчислить по ложным обвинениям твоего сына? – Чуть повысил голос папа. – Посчитаем количество статей или сразу перейдем к совокупности лет? – Навис он над побледневшим мужчиной.
– Питер, – стал судорожно оправдываться тот. – Я… я все решу с ним, я…
– А вот и герой сегодняшней встречи, – перебил Дилан Гарри. – Хью присоединяйся к нам.
– Угу, Хью, значит, – зло глянул папа на ошарашенного придурка, который в секунду стал тихим и смирным. Надо же!
– Давайте продолжим в моем кабинете, я думаю, сначала нужно решить вопрос с исключением Дилана О’Нейли, – повернулся директор, заходя в кабинет.
– Ну уж нет, – вкрадчиво перебил его отец, но этот тон не сулил ничего хорошего, уж я-то знала, после такого тона папа развелся с мамой. – Сначала мы решим вопрос относительно того, что приличная школа позволяет подобное обращение с юными девушками, совершенно ничего не предпринимая для безопасности, после мы обсудим, почему директор допускает обвинение учащихся, основываясь лишь на сплетнях. А далее, мы посмотрим, как уголовные дела скажутся на репутации школы, – пропустил он вперед Гарри и Хью, которые уже пошли пятнами.
– Леди, – повернулся папа к нам, – я прошу прощения, но, пожалуй, мы решим вопрос без Вас, не сочтите сексизмом.
– Но… – наконец, подала голос Эшли.
– Миссис О’Нейли… – начал было папа.
– Мисс, – перебила она его, но папа скорее обрадовался тому, что узнал, чем расстроился тому, что его прервали.
– Простите, мисс О’Нейли, клянусь Вам честью адвоката, что Вашего сына никто не посмеет исключить из этой школы, по крайней мере, пока моя дочь учится здесь. Но у меня есть к Вам одна просьба, – улыбнулся он.
– Да, – хлопала глазами Эшли.
– Присмотрите, пожалуйста, за моей дочерью, позавчера она попала в больницу из-за действий одного молодого человека, – грозно глянул он на Хью, который на полусогнутых забился в угол в кабинете. – Боюсь оставлять Келли одну.
– Конечно, я присмотрю за ней, – тут же согласилась Эшли. – Питер, – выдохнула она, – спасибо Вам.
– Все будет хорошо, обещаю, – поцеловал папа ее руку, но я его таким видела первый раз в жизни. Казалось, он сейчас как шарик взлетит в воздух – так он был воодушевлен.
Мужчины скрылись за дверью, а секретарь стала судорожно делать кофе и относить в кабинет. Мы с Эшли сели рядом, чуть не прижавшись друг к дружке, и уставились на дверь за которой папа толкал какую-то суровую речь, судя по тону.
– Все будет хорошо, – взяла я Эшли за тонкую руку, – если папа пообещал, то он обязательно сделает, правда.
– Спасибо, – улыбнулась она мне скорее из вежливости, чем из радости. Напряжена она была так, что сжала мою руку до боли. – Ваша мама счастливица, что у нее есть такой муж, – потупила она глаза в пол.
– Мы с папой живем одни, – выпалила я, а Эшли подняла на меня ошарашенный взгляд. – Мама ушла от нас, у нее другая семья, – разоткровенничалась я ни с того ни с сего.
– Мне так жаль, Келли, – погладила она меня по волосам. – Бедная моя девочка, – вдруг поцеловала она меня в лоб, от чего у меня слезы навернулись на глаза. Я бы мечтала иметь такую мать, которая ради своего ребенка готова на все.
Эшли прижала меня к себе и мне стало так тепло и спокойно. С такой бы мамой я бы точно обсуждала все свои сомнения и проблемы, она бы, наверняка, нашла бы правильные слова, чтобы подсказать, как быть в ситуации с Диланом. Правда, это был ее сын. Так что я просто прижалась к ней, ловя это мимолетное состояние материнской любви. Так мы и сидели, она обнимала меня одной рукой и гладила второй, а я роняла слезы ей на платье.
– Все будет хорошо, – утешала она меня. – Зато посмотри, какая ты красавица, – оторвала она меня от себя, откровенно любуясь. – Такая сильная девочка, так юна, а уже чемпионка, – восхищала она.
– Откуда Вы знаете? – Нахмурилась я.
– Дилан очень много рассказывал про тебя, – улыбнулась она мне.
Я открыла рот, правда, сказать ничего не смогла, соображая, что бы это могло означать. Но тут же догадалась, что, наверняка, это не относилось ко мне лично.
– Ну да, мы же оба спортсмены, – выдохнула я, но тут же напугалась, что сказала что-то не то. Эшли часто заморгала, прогоняя навернувшиеся слезы, и отвела взгляд.
– Да, он был очень успешным хоккеистом, надежда нации, – убрала она от меня руки.
– А что случилось? – Не сводила я с ее напряженного лица взгляда.
– Он из-за моей ошибки потерял все, и карьеру, и успех, и… – запнулась она.
– Какой ошибки? – Не унималась я.
Эшли выглядела такой потерянной и напуганной, что ни оставалось ни секунды сомнения, что стряслось что-то серьезное. Но она не ответила, лишь отрицательно покачала головой.
– Вам нужна помощь? – Старалась я поймать ее взгляд.
– Нет, нам уже никто не сможет помочь, – сделала она судорожный вздох.
Я хотела ее успокоить, выяснить все, сказать, что у моего папы большие связи, он сможет все решить, тем более, что я обязана Дилану своим здоровьем.
– Гарри, я предупредил, – открыл дверь папа и вышел вместе с отцом Хью из кабинета директора. – Еще одна выходка в сторону Келли или Дилана, и я его посажу, доказательств у меня достаточно, ясно?
– Питер, конечно, спасибо тебе, – тряс Гарри руку отцу, чуть ли не кланяясь. Выглядело достаточно комично, как быстро этот грузный и грозный мужчина стал пресмыкаться.
– Прошу, – нарочито вежливо пропустил Дилан Хью из кабинета директора.
Тот шмыгнул мимо, злобно глянув на моего героя. Хью был весь бледный и напуганный, вся его спесь спала, как и не было.
– Вперед, – скомандовал сыну Гарри и подтолкнул его для скорости. – Я тебе устрою дома, бизнесмен доморощенный, – ворчал он уже в коридоре.
– Ты представляешь, этот придурок еще и билеты продал на шоу с твоим участием, – возмутился папа.
– Боже, – побледнела Эшли.
– Мама, – обнял ее подоспевший Дилан. – Мам, все хорошо, он ничего не сделала.
– Благодаря Дилану! – Хлопнул его по плечу папа. – Мисс О’Нейли, Дилан, я – Ваш должник.
– Да что Вы, – подняла на него глаза Эшли. – Мистер Бейли, это я Вам обязана тем, что Вы во всем разобрались.
– Можно просто Питер, – улыбнулся папа. – Как я и обещал, к Дилану никаких претензий, мисс О’Нейли.
– Просто Эшли, – улыбнулась мама Дилана.
Боже, в эту секунду я поняла в кого у Дилана такая очаровательная улыбка, от которой невозможно оторваться – это у него от мамы.
– Спасибо Вам еще раз, я, наверное, пойду, – устало выдохнула Эшли.
– Мам, возьми мою машину, – стал Дилан искать ключи.
– Не надо, – тут же перебил его папа. – Я подвезу, мне совсем не сложно, – тараторил он. – Вы не против?
– Да что Вы, мы и так доставили Вам столько хлопот, неудобно, – стала отнекиваться Эшли.
– Никаких неудобств, для меня это сущий пустяк, тем более, постоял за правду, – взял ее руку в свои ладони папа. – К тому же, для меня удовольствие подвести Вас, правда, я не переживу отказа, – повел он ее к выходу. – Келли, я тебя после трех заберу, – обернулся он на меня.
– Я довезу, меньшее, что могу, Питер, – улыбнулся Дилан.
– Спасибо, – улыбнулся папа, весь светясь и увлекая Эшли за собой, а мы смотрели им вслед.
– Интересно, – прервал молчание Дилан, – а мы тоже как идиоты выглядим в такой ситуации или это только прерогатива взрослых.
Я перевела взгляд на Дилана и мы оба прыснули со смеху.
– Так, идите на обед, – стал подгонять нас из приемной появившийся директор. – Не хватало еще остаться голодными.
Не дожидаясь второго приглашения, мы поспешили в столовую, чтобы успеть взять еду до окончания урока, чтобы не попасть в толпу.
– А у тебя классный отец, – чуть задумчиво выдал Дилан, когда усадил меня за отдаленный столик у окна, за которым обычно обедал только он.
– А у тебя – мама, – глянула я на него.
– Попробуй, тут отличный гуакомоле, – зачерпнул Дилан смесь на начос и протянул мне, я откусила кусочек. – Бери весь, – запихнул он мне начос в рот.
– Боже, – простонала я, – он же острый, – выпучила я глаза.
– Не особо, – нахмурился Дилан. – Не любишь острое?
– Не очень, – стала запивать я еду соком.
– Ясно, тогда никакой китайской кухни, – усмехнулся он.
– Что ты имеешь ввиду? – Уставилась я на него.
– Да так, мысли вслух, – отмахнулся он, принимаясь за еду.
Остаток обеда мы болтали ни о чем и на физ-ре снова сбежали в розовый парк. А всю дорогу домой хохотали, когда Дилан рассказывал о том, как папа под орех разделал Хью с Гарри, угрожая им уголовным делом. Хотя я-то знала, что он бы этого не сделал. Папа, конечно, был адвокатом, но всегда старался ради репутации и денег никого в тюрьму просто так не сажать, тем более молодых. Он всегда боялся поломать жизнь человеку.
Глава 11.
В пятницу утром я неслась в школу буквально на крыльях. Во-первых, я мечтала скорее увидеть Дилана, во-вторых, мне показалось, что ему нравится со мной общаться. По крайней мере, мы минут тридцать просидели в его машине, пока у него не прозвонил сигнал на телефоне, что ему нужно ехать по делам. Конечно, он не сказал мне куда и зачем, но я уже поняла, что у него есть определенное расписание, которому он строго следует.
В общем, я появилась в школе ровно в тот момент, когда Дилан припарковался. Он поздоровался с мой отцом, который был рад его видеть, и не без удовольствия вручил Дилану мой рюкзак, отправив нас в школу. Сам он куда-то торопился с утра пораньше. К моему удивлению Дилан был весел, шутил и пару раз довел меня до коликов от смеха. И это мы еще не зашли в класс. Оказалось, у него потрясающее чувство юмора.
– О, наш герой явился, – воскликнул Хью, как только мы зашли с Диланом в класс. – Классно, О’Нейли, когда есть телка, которая готова взять тебя под защиту и спасать твою задницу, да? – Веселился он под дружный смех компании.
Дилан тут же стал серьезным и напрягся.
