– Каждый раз, когда рассматриваешь их воочию, даже сердце замирает, – сказал Мауриче и дотронулся до самого близлежащего сапфира изумрудного цвета.
– Это великий труд наших каменоломов, наше наследие, которое мы принесём во благо нашему народу, – вымолвил Флориан, и сияние его фигуры усилилось.
Мауриче продолжил зажигать факел за факелом, продвигаясь всё глубже и глубже, как вдруг заметил ещё один тёмный проход внутри скалы.
– Сколько их здесь? Явно больше, чем в нашем блоке? – заинтересованно спросил он.
– Сто семьдесят пять. И начнём мы именно с них, чтобы освободить место для новых партий.
– Я догадывался, что в Северном блоке камней больше, и слышал эти истории с детства, но никак не представлял такой масштаб.
Вдруг до ушей Флориана и Мауриче донеслись глухие звуки многочисленных шагов, которые с каждой минутой усиливались, приближаясь к ним всё ближе и ближе. Вскоре вместо гулкого топота стали различимы некоторые голоса, а уже через несколько минут в воротах появились первые любопытные лица. В их лиловых глазах отражался блеск миллиарда камней, а на физиономиях читались нескрываемые восхищение и восторг. Придерживая руками огромные тележки, предназначенные для загрузки сапфиров, они перешёптывались между собой, но завидев Флориана, резко замолчали и преклонили свои белокурые головы.
– Сегодня начнём с этих складов, – сообщил Флориан. – Нужно освободить их предельно быстро, как бы это нам всем не казалось сложно. Но всё выполнимо, – и он повернулся к сверкающей груде камней, взяв в свою ладонь один небольшой лиловый камушек. – По маленькой крупице собирается гора.
– Можете приступать! Через несколько часов вас сменит Восточный блок, – скомандовал Мауриче, а сам вместе с Флорианом двинулся в следующий свод.
Озарив это помещение светом огней, они последовали к следующему проходу. Каждый раз перед их лицами из чернильной тьмы возникала очередная превысокая гора самоцветов неописуемой красоты. Когда была освещена половина из имеющихся складов, они снова вернулись к главным воротам.
Наблюдая за тем, как люди из Южного блока грузят в тележки драгоценные камни, Флориан оценивал скорость и качество их работы. Отдав Мауриче указание поддерживать слаженный трудовой ритм рабочих, он выдвинулся по ходам назад в сторону Тихой обители. Уже совсем скоро ожидалось собрание всех предводителей блоков во главе с чародеем, и ему нужно было торопиться. Ступая по тоннелю, он наблюдал, как мимо него сновали фигуры, везущие пустые телеги вперёд, а мелкие блёстки, окружавшие их, словно вибрировали от движения.
Флориан достиг Даруны и осмотрелся. От вчерашнего буйного пира здесь ничего не осталось: столы, стулья и скамьи были убраны, а освобождённое место в центре ожидало прибытия камней. Он двинулся дальше в тоннели Южного блока. То и дело ему навстречу попадались спешащие жители, которые при виде него непременно кланялись и убегали дальше. Сапфировый Улей снова закипел и зажужжал, как в период роения медоносных пчел. Достигнув Тихой обители, Флориан наконец остановился.
– Ты уже здесь? – услышал он за своей спиной.
Предводитель повернул голову и, увидев приближающегося к нему чародея, преклонился перед ним.
– Следуй за мной, – обронил Брохо и ступил в Тихую обитель.
Флориан
Флориан вошёл следом и остановился. Обиталище мага было всё таким же аскетичным, как и в былые времена. Было очевидно, что чародей не любил излишеств и старался воздерживаться от изысканных украшений и убранства. Быстрым взглядом Флориан оглядел всё вокруг.
Надо сказать, что здесь ничего не поменялось со времён заселения в подземный город. На правой стене, чередуясь с факелами от потолка до пола, всё также висели деревянные полки, на которых уместились разные сосуды и тарелки. Левее от них был размещён каменный стол и стулья, ещё левее виду открывалась карта подземной Саконеры. А ещё дальше располагался проход в другое помещение, там где чародей имел обыкновение отдыхать.
Вдруг глаза Флориана остановились на самой крайней стене обители. Прежде это была обычная, ничем не примечательная каменная стена, сегодня же она была прикрыта чем-то похожим на струящуюся светлую ткань. Казалось, будто лёгкий ветерок теребит её воздушные края. Отметив едва уловимое движение под ней, Флориан сделал шаг вперёд, но Брохо остановил его своей рукой.
– Не торопись. Всему свое время, – многозначительно изрёк чародей и покосился на главный вход своего жилища, в который разом вошли три остальных предводителя.
– Теперь можем начинать, – сказал он и пригласил всех к столу.
Прежде чем усесться на своё место, Брохо достал с полки большой свёрнутый свиток и только затем начал свою речь.
– Все мы знаем, что за эти столетия мы сделали невозможное! Мы смогли создать процветающий город и укрепить его, мы добыли большую часть сапфиров для изгнания Владыки Тьмы в свои угрюмые владения, мы освоили много ремёсел и обеспечили наш народ всем необходимым. Но всему приходит конец. И наш Сапфировый Улей, как и долина, сейчас под угрозой, которую мы всеми силами должны устранить. Я знаю, что многие люди страшатся перемен, – Брохо взял паузу, но вскоре продолжил, – страшатся дневного света и скорее всего предпочтут остаться в Саконере. Но мы должны постараться придать людям уверенность, потому что снаружи у нас будет больше возможностей. Наша цель направить людей и снова научиться жить под благословенным Ярлом, снова научиться развивать земледелие, рыболовство, без которых мы все будем голодать. Мы должны вернуть старый уклад, который сложился в эпоху Сапфирового народа. Но к этому всему мы вернёмся позже, когда сможем расширить кольцо Тьмы, – закончил Брохо и начал разворачивать свой свиток.
Раскрыв его посередине, он закрепил его четырьмя крупными драгоценными камнями по краям. На пустом свитке стал прорисовываться ландшафт Сапфировой долины. Предводители устремили свои взгляды на живописную и вмиг ожившую карту. В самом верху они увидели бурлящую чёрно-оранжевую магму вулкана Эрдифиаль, далее белоснежные пики кольца Сапфировых гор, с которых в левую часть долины бурно стекали струйки голубых водопадов. Под водопадами из густых хвойных лесов на них смотрели глаза диких животных. На правом нижнем склоне горы им открылись обширные равнины с прозрачными озерами, из которых то и дело выпрыгивали мелкие золотистые рыбки. То тут, то там стаями кружили пёстрые птички, поднявшись над картой ввысь, разноцветные насекомые парили над цветами. И, казалось, можно было ощутить их лёгкое медовое благоухание. Ожившая долина завораживала и не давала оторваться от всех этих мелких деталей.
Брохо ткнул пальцем в то место, где протекала горная Фриа, тем самым отвлекая всех от созерцания карты.
– Вот здесь находится вход в Саконеру, – сказал он. – Дорога вверх только начата, беркуты проложат её вот до этого места, – и чародей снова указал на карту, туда, где возвышался один из самых остроносых пиков горы.
– У нас в запасе есть только восемь дней, не так-то и много, – вымолвил Йонас.
– Всё верно, Йонас, – подтвердил чародей. – Но если беркуты не успеют проложить нам и барсам путь, то часть из них возьмётся переносить сетки с камнями на своих крыльях. А вот когда дорога будет готова, подъём днём предоставим барсам и беркутам, а ночью будем делать это сами. Это единственный способ им помочь в ближайшие недели и месяцы, до тех пор пока наш народ не станет более мужественным.
– Эта стратегия вполне себе ясна. Но что будет после, когда мы вывезем все камни из хранилищ? Не отрицаешь ли ты такой возможности, что добыча может уменьшиться? – спросил Рохан.
– Может случится всякое… Нам лишь остается продолжать добычу в надежных направлениях и стараться избегать непредвиденных ситуаций. Это всё, что в наших силах сейчас.
Флориан и Рохан переглянулись.
– Я был сегодня в хранилище у Северного блока. Ворота снаружи все влажные, а в складах больше нет той прохлады, что стояла там раньше, – начал Флориан.
– Так и есть, – продолжил Рохан, – на нашем пути вулкан. Но мы уже сейчас начали избирать более надежные пути и двинулись в другом направлении. Хоть каменоломы соглашаются на это с трудом, но другого выхода у нас больше нет.
– Я давно предупреждал вас об этом, и неоднократно, – покачал головой Брохо, и его серые глаза погрустнели. – Пусть каменоломы чётко следуют твоим указаниям, иначе мы все окажемся в большой опасности.
Рохан кивнул, а Брохо в свою очередь перешёл к Флориану:
– Как продвигается вывоз камней в Даруну? Уже начали?
– Мы приступили к работе совсем недавно, но ребята полны сил и энергии. Надеюсь, их запал не пропадёт, – ответил Флориан.
– Будьте наготове, скоро близится ваш черёд, – обратился чародей к Фрее.
– Мои люди уже готовы и ждут своего часа, – ответила она ему.
Брохо поднялся со своего места и, оперевшись на посох, направился к закрытой стене, которая несколькими минутами ранее привлекла внимание Флориана. Сбросив с неё воздушный балдахин, глазам предводителей предстало необычное творение мага, раскинувшееся на несколько метров вверх и вниз. Все с интересом устремили свои взоры на движущиеся рисунки, которых они в былые времена нигде не видывали, как вдруг услышали сильный грохот, эхом проносящийся по всем тоннелям Саконеры. Этот громоподобный звук был похож на скрежет и рокот одновременно, заставляя всех закрыть свои уши руками. А после почувствовался резкий толчок, отчего все схватились за край каменного стола. Брохо же вцепился в стоящую рядом входную дверь, чтобы не потерять своё равновесие. В этот же миг с полок посыпались деревянные тарелки, гулким звуком рассыпаясь по каменному полу.
– Не может быть, не может быть, – вторил чародей.
Оцепеневший Рохан схватил за руку сидящую рядом Фрею, помогая справиться с волной неописуемого паники. Её глаза были полны страха, а изящные пальцы вмиг заледенели.
– Спокойно, – промолвил он и сжал её руку ещё сильнее.
– Это Йорд, мы разбудили Йорда, – шептала она.
Через какое-то время всё разом утихло, и все резко поднялись со своих мест. Брохо бросился наружу, за ним поспешили его предводители. Но, оказавшись в тоннеле, они вдруг поняли, что настенные факелы везде потухли, из-за чего не было видно ни зги. Тогда Брохо стукнул своим посохом об пол, отчего он осветился алым сиянием, позволив разглядеть путь на несколько метров вперёд. Флориан сразу же протиснулся между Йонасом и Роханом и поспешил следом за чародеем, помогая ему освещать дорогу своим собственным свечением. Рохан, Фрея и Йонас замыкали эту линию.
– Что произошло? – слышали они вокруг себя испуганные голоса из разных ходов.
– Зажигайте факелы! – громко приказал Брохо. – Сейчас будем разбираться.
И он уверенным шагом двинулся дальше по тоннелю, прекрасно понимая, что же могло случиться на самом деле.
Глава 5. Роковая расщелина
Хоть эта часть Саконеры и носила название Северного блока, но в этом месте с недавних пор было жарче, чем в других направлениях Улея. Здесь стояло настоящее пекло, тут кипела работа и днём и ночью, тут же добывали самые лучшие камни, и здесь же трудились самые сильные каменоломы. И, пожалуй, разобраться в этих новых ходах, откуда несли самые крупные сапфиры и алмазы, могли только те, кто эти проходы вырыл.
– Копай, копай! – слышались со всех сторон грубые голоса, похожие на отбивание чечетки.
– Толкай, толкай! – отпрыгивали эхом от стен другие громкие басы.
– Поберегись! – вдруг послышался возглас Торкина Камнелома, когда очередной кусок скалы с грохотом отвалился от стены и, упав на пол, покатился в сторону других каменоломов.
Гругги и Гисли едва успели отпрыгнуть в сторону, прежде чем огромный острый камень вонзился в скалу прямо в нескольких сантиметрах от них самих.
– Чтоб тебя! – разозлился Железный Гругги, откинув кувалду в сторону.
– Не смей орать на Торкина! Или ты забыл, что он здесь главный? – одёрнул его Гисли.
Гисли Землерой уже не первый год занимался добычей камней, а ещё дольше прорывал ходы в скалах. Он отчётливо понимал, что в подобных тоннелях может случиться всякое, скальная порода была всегда непредсказуема. С какой бы осторожностью не подходили к ломке породы и методике дробления камней, даже самые опытные каменоломы часто ошибались, и тогда без жертв было не обойтись.
Гругги оттолкнул от себя Гисли и подошёл к вызывающе торчащему куску скалы, который мешал ему продолжать работы.
– И что мне с этим делать? – заверещал он и попытался сдвинуть его с места.
Камень крепко осел в породе и никак не поддавался. Работающие неподалёку другие каменоломы отложили свои орудия и ринулись к месту событий, шушукаясь между собой. Откуда-то сзади протиснулся один из помощников Торкина – широкоплечий Ягнар[35 - Jagnar – вымышленное имя, от Ragnar (др. сканд.) – войско власти, также от немецкого Jaggen – охота] Костолом, а за ним сквозь толпу протолкнулся и сам Торкин. Идея с вытаскиванием камня ему пришлась совсем не по вкусу.
– Оставь его здесь и возьми правое направление. В этом копать уже нельзя! – приказал он Гругги.
– Как бы не так! Он чуть не угодил мне в ногу! Пока не уберу, никуда не уйду! – упёрся тот.
Торкин побелел от гнева, но Ягнар успокоил его взглядом. Он подошёл к Гругги и сказал:
– Если будешь тратить время на этот кусок камня, задержишь остальных. Рохан просил ускориться, вместо этого ты тормозишь всю нашу работу.
Гругги оставил камень и навис над Ягнаром, который в сравнении с ним был ниже на целую голову.
– Не я этот камень сюда скинул, вот кто виноват! – возмущённо прикрикнул он и показал на Торкина.
Торкин был больше не в состоянии терпеть выходку Железного Гругги. Схватив его за грудки, он прижал его тело к стене.
– Или ты продолжаешь свою работу, или уходишь со своего места! Кем тебя заменить я знаю! – яростно проревел он, показывая над ним свою власть.
Гругги ничего не ответил и лишь отдёрнул от себя руки командующего. Окатив Камнелома укоряющим взглядом, он наклонился к своим инструментам и стал собирать всё в одну кучу. В очередной раз нагнувшись за своей кувалдой, он вдруг замер на месте. Дотронувшись ладонью до стыка камня и скальной стены, Гругги настойчиво потёр её круговыми движениями, затем вверх-вниз, а потом снова по кругу.
– Что там у тебя? – спросил Торкин, заметив, что Железный слишком долго ковыряется на одном месте.
– Вижу крупный алмаз, я таких отродясь не встречал! – зачарованно ответил Гругги и, казалось, что он уже будто успел забыть о произошедшем.
Торкин и остальные каменоломы столпились над ним и вперили все свои взгляды на возникший перед ними диковинный камень.
– И правда громадный! – воскликнул Гисли Землерой. – Может всё-таки уберём эту махину? – и он вопросительно посмотрел на Торкина.
Камнелом стоял в задумчивости, на ходу рассуждая о последствиях для своей команды.
Гисли Землерой
«Двигаться в сторону вулкана строго запрещено. Но этот камень отвалился, как знак с небес, преграждая дорогу работе Гругги. Что, если и вправду попробовать его убрать?», – думал он.
– Мы вышибем его вбок, – предложил Ягнар, тем самым выводя Торкина из его размышлений.
– Чую, это плохо кончится, – пробурчал он, но всё же вконец дал своё согласие.
Гругги, Гисли и Ягнар сразу же принялись за работу, остальные облокотились на каменные стены, тем самым делая себе передышку.
– Если в ближайшие полчаса не удастся разобраться с ним, оставим как есть, – настороженно произнёс Торкин, опасаясь того, что в тоннелях появится Рохан.
Минут десять он наблюдал за тем, как его команда пытается сдвинуть скальный валун, но это действо его жутко раздражало. Вытерев капли пота со лба, он двинулся к выходу. Жара выматывала его, ещё как назло этот камень преткновения никак не поддавался, будто его прилепили к стене смолой. Он сделал несколько шагов вперёд, как услышал позади себя оглушающий грохот. Торкин поспешно повернулся назад и увидел, как камень отошел от стены, но вместе с ним отломился ещё один огромнейший булыжник. После чего скала издала ещё один яростно скрипящий звук и дала гигантскую трещину.
Торкин в панике бросился обратно в проход, выкрикивая на ходу имена каменоломов:
– Гругги, Ягнар, Гисли! Уходите оттуда!
Остальные каменоломы в страхе забежали в тоннель, через который можно было легко попасть в укрытие. Только вот Ягнар и Гисли продолжали стоять в оцепенении, наблюдая за тем, как трещина расширяется на их глазах, оголяя огненное жерло вулкана.
– Бегом! – выкрикнул ещё раз Торкин, выводя их из состояния шока.
Ягнар и Гисли медленно, но всё же пришли в себя и бросились в спасительный тоннель, но вдруг Землерой резко остановился.
– Гругги! Его нигде нет! – крикнул он Торкину.
Торкин ошеломлённо замер на месте. Он начал искать глазами Железного Гругги, но в этой жаровне его глаза ослепило так сильно, что их было сложно разомкнуть. Прикрыв лицо локтем, он снова крикнул:
– Уходите немедленно!
Костолом и Землерой бросились в тоннель, а Торкин с едва приоткрытыми глазами всё ещё пытался вглядеться вперёд. Вдруг он заметил лёгкое движение и вонзился взглядом в оторванный кусок скалы, где увидел туловище каменолома. Стараясь совладать с жаром, исходящим от пыхтящей и бурлящей внизу магмы, Торкин попытался продвинуться к нему, но в какой-то момент ноги перестали его слушаться. Трещина стала расходиться ещё больше, потряхивая пол и наровив разорвать скалу на две части. Камнелому ничего не оставалось делать, как упасть на колени и поползти в сторону лежащего соратника. Достигнув его ноги, он сильно потянул его тело на себя, но Железный даже не шелохнулся.
– Вторая нога… её зажало, – проскрипел Гругги, пытаясь выдернуть её.
