Наталья Медведская
Вольные птицы
Глава 1
Экзамены остались позади. Впереди выпускной и прощание со школой, с одноклассниками. Только вот Светка заливалась слёзами не из-за расставания с юностью. Солёная влага, обжигающая кожу, не переставая, текла по щекам совсем по другой причине. Перед её мысленным взором застыла только что увиденная картинка: единственная подруга целуется с её первой любовью Серёжкой Даниловым. Самое отвратительное было в том, что в парк, в их тайное место, Светку позвала сама Алла, словно хотела продемонстрировать новые отношения с их общим товарищем по детским играм. Увидев друзей, превратившихся в сладкую парочку, Светлана на пару секунд оторопела. Грудь заныла, будто в неё с размаху всадили кол, и он теперь не давал нормально вздохнуть или выдохнуть. Алла ворошила пальцами отросшие русые волосы на затылке Сергея и негромко постанывала. А он, не обращая внимания ни на что вокруг, крепко сжимал пальцами её хрупкие плечи, со страстью отвечал на поцелуи. Сергей не заметил появления Светланы, а вот Алла увидела её сразу. Она распахнула изумлённые глаза, словно никак не ожидала появления подруги, и лишь промелькнувшее в них удовлетворение с долей ехидства выдали её истинные чувства. Света с трудом взяла себя в руки. Развернувшись, помчалась прочь от места, где на множество осколков разлетелась её первая, нежная, трогательная влюблённость, так и не успевшая окрепнуть. Попетляв по тропинкам парка, она очутилась на берегу реки Кубань. Усевшись в траву, нагретую июньским солнцем, Светлана дала волю слезам. Самое досадное и обидное было в том, что она сама виновата в случившемся. Прекрасно зная характер Аллы, имела глупость признаться подруге во внезапно проснувшихся чувствах к Данилову. Любовь молнией поразила её прежде спокойное сердце, заставила по-иному посмотреть на хорошо знакомого товарища. Светлану распирало от нахлынувших чувств, ей хотелось рассказать о них и посоветоваться, что же теперь делать? Как быть? Ведь Серёжка, как и Алла, был её другом и не видел в ней девушку.
Любовный удар случился совсем не ко времени, до окончания школы оставалось совсем немного. Грядущее расставание затуманило голову, и Света совершила непростительную ошибку. Пусть лишь к десятому классу, но она поняла: Алла по какой-то причине жаждала иметь то, что принадлежало ей. С момента их знакомства, случившегося в пятом классе, Алла всегда выпрашивала у неё красивые, необычные ручки, тетрадки, игрушки и книжки. В тринадцать-четырнадцать лет это уже были небольшие, но модные вещички. И делала это она так виртуозно, что даже если Светлане не хотелось отдавать нужную самой вещь, спустя время подруга всё равно её получала. Она с таким жаром и энергией просила-требовала, будто без этого предмета или вещи не могла прожить и дня. Её красивые тёплого орехового оттенка глаза светились отчаянной мольбой и горели жаждой обладания. Алла складывала ладони вместе, прижимала их к груди и с укоризной заявляла:
– Неужели для лучшей подруги жалко такой ерунды, а мне это просто необходимо. Ты можешь обойтись, тебе другое купят. Я бы для тебя ничего не пожалела. Пожалуйста, ну пожалуйста.
Самое удивительное, что Алла никогда и ничего своего не отдавала, но об этом не вспоминала и даже не думала.
Если Светлана не поддавалась, то в дело вступали закамуфлированные угрозы вкупе с упрёками.
– Я всегда считала тебя доброй и хорошей, а ты… Вот другая бы на твоём месте сразу бы пожалела и посочувствовала, а ты… ты оказалась жадиной. И это называется подруга… но я верю, ты не такая… ты замечательная. Правда же? Что тебе стоит со мной поделиться?
Светлана обычно не выдерживала напора и сдавалась. Действительно, можно прекрасно обойтись без этой вещи, раз она так нужна Алле. Среди всех девочек в классе только её она выбрала в подруги, и всегда всем заявляла: Света самый надёжный друг. Так чего же мелочиться?
Отдавать красивые кофточки, юбки или скейт, пусть и на время, оказалось труднее, но и тогда Светлана не настаивала на своём. Алла всегда находила нужные слова и болевые точки для убеждения.
– Для друга ничего нельзя жалеть, иначе это ненастоящая дружба,– горячо заявляла Алла. – Я для тебя на всё готова.
И Светлана верила. Ведь в любых спорах между одноклассниками Алла была на её стороне. Она редко общалась с другими девочками и мальчиками, водилась только с ней. Несмотря на небольшой рост и субтильное телосложение Аллу Емельянову уважали и побаивались одноклассники. Она умела несколькими точными и язвительными словами так унизить ровесников, что они потом долго приходили в себя. Этой красивой, маленькой девочке отдавали должное даже хулиганы, с которыми едва справлялись учителя. Если Алле было необходимо, она вмиг могла обаять любого человека: будь то взрослый или ребёнок. Она умела так виртуозно делать комплименты, так искусно льстить, что собеседник верил в её искренность и проникался к ней тёплыми чувствами.
Алла учила Светлану:
– Мама, сказала: люди обожают слушать о себе и тают от признания их заслуг или внешности. Нужно не бояться хвалить, и тогда они всё для тебя сделают.
– Но это как-то неловко. Особенно с малознакомыми людьми, – смущалась Светлана.
От природы она была несловоохотливым человеком, и просто не умела так разговаривать – предпочитала общаться коротко и по делу.
В юности, даже зная об особенностях характера друга, мы многое спускаем ему с рук. Вот и Света прощала Алле её настырность и нахальство, считала это незначащими мелочами. Главное – дружба. Будучи не раз и не два отруганной за вещи, которые отдавала подруге, Светлана научилась скрывать от родителей, а если не получалось, врала, что потеряла или где-то забыла.
Со временем она попросту перестала показывать подруге то, что было особенно дорого. В случае с Даниловым Света не подумала, что её откровения станут сигналом к действиям Аллы. Она не опасалась, отлично помня её высказывания о Сергее.
– Данилов никакой, совершенно неинтересный. Не понимаю, что девчонки в нём находят. Мне нравятся не мальчики-одуванчики, а более мужественные парни. Только потому, что он наш друг, я его не сильно критикую. – Качая головой, Алла добавляла: – Вечно он разделяет чьё-то мнение, своего у него никогда нет. Слишком он правильный и скучный.
Света подозревала, что нелицеприятное мнение Алла высказывала не только об одноклассниках, но и о ней тоже, и в глубине души радовалась, что не слышала его. Надо отдать должное, характеристики Аллы оказывались пусть и убийственными, но точными. Просто она смотрела на мир через кривое зеркало, которое выпячивало недостатки, скрывая достоинства людей.
Мать Светланы, узнав об очередной уступке или подаренной Алле вещи, сердилась:
– Не могу понять, вроде ты не дура, но ведёшь себя по идиотски. Почему так боишься посмотреть на свою подружку открытыми глазами. Я думаю, тебе проще расстаться с человеком, чем с иллюзиями на его счёт. Одни люди, как мухи выискивают лишь мусор и отходы, другие в самом обычном придорожном цветке видят красоту. Твоя Алла словно навозная муха вечно ищет у всех недостатки. Помяни моё слово, ты поймёшь, какая она на самом деле, но боюсь, от этого открытия тебе будет больно.
Эти слова, давно сказанные матерью, оказались пророческими. Светлане действительно было больно. Сидя на высоком берегу реки, она сквозь слёзы смотрела на бегущую воду. Воспоминания недавнего прошлого теснились в голове, заставляя сердце болезненно сжиматься.
Данилов появился в их школе, когда они перешли в восьмой класс. Его семья переехала в живописный посёлок Пионерский, расположенный на левом берегу Кубани, из Краснодара. Старший Данилов решил, что бизнес лучше начинать в сельской местности, а не в большом городе. Удивительно, но это оказалось правдой. Купив угасающий рыбзавод, он вскоре быстро поставил его на ноги. Спустя время открыл сначала один специализированный магазин, затем ещё несколько в близлежащих посёлках и районных городках.
Высокий, симпатичный, русоволосый Сергей, похожий на принца Патрика из старого фильма «Не покидай…»1, понравился многим девочкам в классе. Его посадили на свободную парту позади Аллы и Светланы. Алла не могла оставить без внимания новенького. На следующий же день она подошла к нему, протянула руку.
– Привет. Думаю, что ты умный и сообразительный, а в нашу тесную компанию именно такой кадр и нужен. Предлагаю братскую дружбу. Меня зовут Алла, а вот та, – она показала на смущённую Светлану, – неуклюжая блондинка – Ласкина Светлана. Ну так как?
Сергей, покраснев, пожал руку.
– Идёт.
Так и началась их дружба. Вскоре они стали неразлучной троицей. Гораздая на выдумки Алла легко руководила несмелым мальчишкой и малоразговорчивой подружкой. Четыре года их дружба была не замутнена никакими любовными переживаниями, пока солнечным ударом не обрушилась на Светлану первая любовь.
– Ты чокнулась? – хмыкнула Алла. – Это же наш Серёга. Что на тебя нашло?
– Не знаю, – оправдывалась Светлана. – Я вдруг увидела, какие у него замечательные сине-зелёные глаза… красивые губы. – Подняв лицо к небу, словно на нём могла увидеть облик Данилова, мечтательно добавила: – И ямочка на подбородке… она ему так идёт.
Алла ехидно засмеялась.
– А ещё он долговязый и неуклюжий. И мышц у него кот наплакал: вместо спорта постоянно занят проектированием машин-роботов.
Света не сдавалась.
– Он добрый… животных любит… всегда помогал мне их лечить.
– Драться совсем не умеет, все конфликты старается разрешить мирно, но у него это редко получается, поэтому вечно ходит с фингалом. Даже нам приходилось его защищать.
– Ну и что? – злилась Светлана. – Не всем быть хулиганами. Лучше посоветуй, как намекнуть ему на мои чувства. Может, тогда он посмотрит на меня по-иному. Скоро мы уедем учиться в Краснодар, в разные институты – видеться будем редко, я могу упустить нужное время. Вдруг у него там появится девушка – не хочу опоздать с признанием.
Находясь в растрёпанных чувствах, Света не заметила пристального заинтересованного взгляда Аллы.
– Как ты собираешься ему признаваться? Не боишься, что он тебя отвергнет? После этого тебе и другом ему не быть. Я и малейшего интереса не замечала к тебе у Сергея. Не глупи, подумай хорошенько.
Алла посмотрела на раскрасневшееся лицо подруги и с неудовольствием подумала, что из её друзей вышла бы неплохая парочка: оба светловолосые, белокожие и голубоглазые. По телосложению и росту Сергей тоже больше подходил не ей, а Светлане. От этой мысли у Аллы неприятно заныло в груди. Ещё чего! Им не быть вместе. Хоть в чём-то проиграть зануде Светке она не собиралась. Эта дурында только учиться и умеет, в отношениях между людьми полная идиотка, ни от кого не ждёт подвоха. Обвести её вокруг пальца также легко, как конфетку у ребёнка отнять, даже не забавно.
***
Как-то так получилось, что последующие две недели Светлана виделась с Аллой и Сергеем только в школе. На переменах друзья почти не общались с ней, будто воздвигли незримую стеклянную стену. Ощущая непонятно откуда возникший холод в отношениях, Светлана пыталась понять, что происходит? Открывая страничку Аллы в ВК, та не забывала радовать своих подписчиков новостями о своей жизни, с удивлением узнавала, что друзья без неё ходили то в кино, то по магазинам, и даже ездили на рыбалку. Глядя на фото Аллы и Сергея с удочками в руках, Светлане досадовала: её они не пригласили и даже не вспомнили, что она вообще-то тоже их друг. Рассматривая снимки с похода в кинотеатр, Светлана заметила, Сергей как-то по-иному смотрит на Аллу, от дурного предчувствия на душе стало тревожно. Не хотелось верить, что подруга предала, рассказав её секрет. Это было бы неприятно: она не имела права так поступать, не спросив её разрешения. Томительное ожидание объяснения затягивалось. Измучившись от неизвестности, Светлана перестала нормально спать, пропал аппетит, настроение упало до нуля, мир обесцветился – в нём остались лишь серые краски. Дальше так продолжаться не могло. Расспрашивать Сергея она не хотела, задала вопрос Алле. Но та весело, будто ничего не случилось, ответила:
– Я хотела тебе позвонить, но телефон разрядился. Представляешь? В магазине с Серёжкой я случайно встретилась, и раз так вышло, мы решили прошвырнуться, поискать тебе подарок на день рождения. Хотим сюрприз сделать.
Светлана могла поклясться, что Алла врёт. Глаза подруги светились довольством и каким-то непонятным торжеством. Чувствуя себя одураченной, она усмехнулась.
– А на рыбалку вы меня не взяли, чтобы я утром хорошо выспалась, – с сарказмом и горечью произнесла Светлана. – Мне кажется, я стала лишней в вашей компании.
– Глупости! Выспалась, как же. Я не настолько добрая, – ухмыльнулась Алла. – Просто отец Сергея ездил с другом и мог взять с собой только сына и кого-то из нас. В машине для тебя места не оказалось. Но ты ведь рыбалку не любишь, а я её обожаю, поэтому мы решили, что возражать не станешь. Неужели из-за такой чепухи ты на нас обиделась? Брось. Не будь мелочной. В конце концов, мы же не сиамские близнецы, чтобы не расставаться ни на минуту.
– А, по-моему, вы меня избегаете, – гнула свою линию Светлана, стараясь добиться правдивого объяснения поведению друзей.
Алла фыркнула.
– С чего ты так решила? Зачем нам тебя избегать? Не будь занудой.
Светлана поняла: нормального ответа от подруги не добиться. Хоть Алла и уверяла, что всё по-прежнему, это было не так. Светлана чувствовала себя одураченной.
Встречаясь с ней глазами, Сергей краснел и сразу отворачивался. Он избегал оставаться с ней наедине. Прежняя лёгкость в общении исчезла¸ отношения стали натянутыми и неловкими. Иногда Светлана замечала: Алла и Сергей переглядываются между собой как заговорщики. Ощущая себя человеком, с которым перестали считаться и даже пренебрегают, она в ответ сократила общения с друзьями до минимума. И хотя Светлане было до жути обидно из-за того, что с ней не пожелали объясниться, она не собиралась унижаться и просить прежней дружбы. Поэтому для неё стало удивлением, когда Алла подошла к ней после уроков и с улыбкой произнесла:
– Жду тебя в парке в шестнадцать часов. Приходи туда, где мы обычно любим секретничать.
Светлана не догадывалась, что увидит, когда приблизится к уединённой скамейке в дальнем углу парка. Она ожидала чего угодно, но только не демонстрации чувств Сергея и Аллы. Кто стал режиссёром этой сценки, сообразила сразу, но от этого легче не стало.
Вот так и вышло: Алла, забиравшая раньше только вещи и внимание окружающих людей, теперь отобрала признание и обесценила её первое трепетное чувство.
Наплакавшись вволю, до хрипов в горле, Света успокоилась. Задумчиво глядя на медленно плывущие в ярко-синем небе ослепительно белые, будто сахарные облака, вдруг чётко осознала: ей предстоит принять трудное решение. Слишком долго она пряталась от действительности. Сегодняшняя реальность сняла с глаз розовую пелену. Светлана наконец поняла: её дружба с Аллой не до конца искренняя и настоящая. Яснее ясного открылась неприглядная правда: подруга пользовалась их дружбой как разменной монетой в своих целях. Светлана с грустью признала: она и сама не была достаточно честной и прямой, поэтому теперь получила то, что заслужила. Ей многое не нравилось в поведении Аллы, но она молчала, боясь обидеть или разозлить подругу. Из-за их отношений Светлана чувствовала себя особенной, не такой как другие ровесники: ведь приятно быть подругой самой красивой девочки в классе. В глубине души она всегда знала, с ней не связываются, её не обижают только благодаря авторитету Аллы. И ведь догадывалась, каким образом умная и язвительная подруга, умеющая подмечать малейшие недостатки в людях, заработала этот авторитет, но закрывала на это глаза. Получается, своей трусостью и молчанием она поощряла поведение Аллы, но пока теряла игрушки и вещи, это было не так больно, а вот лишиться даже крохотного шанса в любви, задело до глубины души. Сейчас Светлана винила не только подругу, но и себя. Поведение Аллы на этот раз выглядело как предательство, но и самой себе Света была противна. Увидев себя со стороны, она ужаснулась. Страусиха, прячущая голову в песок. Она мнила себя умной, доброй и хорошей, но оказалась трусливой и малодушной. Права мама, когда упрекала её: на какую роль ты соглашаешься, такая тебе и цена. Нахальство и бесцеремонность Аллы питалась её молчанием и покорностью, как огонь соломой. Теперь с этим неприятным открытием о собственном характере надо что-то делать. Снова нацепить розовые очки не получится, сделать вид, что всё по-прежнему, не выйдет. Если у неё осталась хоть капля гордости и уважения к себе, придётся выползать из уютной раковины в суровый мир.
Конечно, Сергей имел полное право влюбиться в Аллу, но уж больно всё выглядело подстроенным. Светлана прекрасно знала, как подруга умеет манипулировать людьми. Очевидно, к бывшему другу, ставшему теперь её парнем, она применила все свои уловки. Включила обаяние на полную катушку, и Сергей не устоял. В их возрасте легко влюбиться, она сама тому яркий пример. Её чувства стали катализатором, сигналом к действию. Светлана допускала, что друзья вполне могли понравиться друг другу, но в искренность Аллы она не поверила ни на секунду.
Она обязательно встретится с Аллой. Не станет избегать трудного разговора, ей неинтересно услышать объяснения, просто хотелось посмотреть в глаза. А потом сообщит: дальше пойдут разными дорогами и что больше не считает её своей подругой. Это Светлана решила твёрдо. Зачем ей быть рядом с человеком, способным предать, ударить в спину, с тем, кто постоянно зарится на чужое. Она собиралась оградить своё будущее от такого человека. Её взросление получилось горьким и стремительным, но так даже лучше. Она вступала во взрослую жизнь – пришла пора жить своим умом и делать, что нравится, а не просто слушать и поддакивать Алле. И дело тут даже не в Сергее, он стал лишь поводом. Рано или поздно Светлана всё равно бы перестала общаться с Аллой. Подспудно в ней давно зрело это решение, и теперь она чувствовала: душа наполняется энергией свободы, освобождаясь от негативного влияния подруги. Вот уж точно: чем ярче горят за спиной мосты, тем виднее впереди дорога.
***
– Говори, зачем названивала, что за спешка? – Алла смотрела на Светлану с лёгкой насмешкой, немного кривившей её красивые губы. – Не могла дождаться вечера? Мы бы всё равно скоро увиделись. Или ты не собиралась идти на выпускной? – Она всплеснула руками. – А может и торжественную часть пропустить хотела? Неужели из-за Серёжки на меня обиделась? Светка, это глупо. Я не хотела тебя огорчать, но не знала, как сказать, что давно ему нравлюсь. Только ты этого не замечала. Я так расстроилась, что лучшим выходом посчитала, открыть тебе глаза самым кардинальным способом, что-то вроде шоковой терапии. Лучше обо всём узнать побыстрее, до того как ты по-настоящему влюбишься. Тогда ведь тебе будет больнее. – Алла вздохнула. В её блестящих от волнения глазах промелькнуло странное выражение: беспокойства и удовлетворения. – Я думала, что нас минует идиотское любовное соперничество. – Издав короткий смешок, она продолжила: – Всё случилось прямо как в глупой мелодраме. Оказывается, так и в жизни бывает. Поверь, мне очень жаль, но что поделаешь, если Серёжка выбрал меня. Ты же из-за этого не злишься на нас? Дружба дороже всего на свете. Хоть мы теперь и пара, ты всё равно останешься нашим лучшим другом.
Светлана больше не обманывалась словами Аллы, но уверения в дружбе звучали так искренне, что она ощутила себя злодейкой.
– Я должна поверить, что Серёжка давно в тебя влюблён? А, по-моему, ты за него взялась сразу же, как услышала моё признание. С детства жаждала обладать тем, что у меня есть, поэтому позавидовала даже моим чувствам к Сергею. Весело было делать из меня дурочку? Нарочно ведь не давала увидеться с ним, прилипла к нему как банный лист.
Алла сложила руки на груди. Каким-то образом, будучи ниже Светланы на полголовы, она ухитрялась смотреть на неё свысока. Сейчас она выглядела оскорблённой до глубины души.
– Вот какого ты обо мне мнения. Я даже не подозревала, что тебе для меня жалко каких-то вещей. Если бы раньше сказала, я бы ни за что у тебя ничего не взяла. Получается, ты страдала, когда делилась со мной игрушками. А я-то наивная, считала: ты по доброте душевной так поступаешь, но всё выходит по-иному. Я сейчас просто убита: думала мы настоящие друзья.
Светлана чувствовала себя беспомощной, она была убеждена в правильности своих догадок и подозрений, но Алла говорила так веско, что сомнения закрались в душу. Тряхнув головой, попыталась прогнать наваждение и вернуть себе былую уверенность.
– Да, иногда мне было жалко игрушек и вещей, но я считала, раз тебе нужнее, то делилась. Но почему ты всегда хотела всё у меня забрать? Можешь ответить на этот вопрос? Только не надо снова прикрываться дружбой. Я хочу честного ответа без твоих обычных уловок.
Слушая подругу, Алла смотрела на небо, затянутое тёмно-серыми, клочковатыми облаками. Светлана представлялась ей такой же серой и занудливой, как эти облака, будто присыпанные пылью. Июнь в отличие от мая не осчастливил хорошей погодой. Который день не выглядывало солнце и всё вокруг выглядело безрадостным и тусклым. Ветер гнал по улице выброшенную кем-то пустую пачку из-под чипсов, и этот оранжевый клочок бумаги был самым ярким пятном на пыльном асфальте. Отчего-то победа над подругой не принесла того удовлетворения, на которое Алла рассчитывала. Ей наскучил разговор, но главное, надоело изображать из себя хорошую девочку.
– Честный? А ты и твоя семья всегда были честны со мной? Однажды я случайно услышала, что говорили твои родители обо мне. Мол, я похожа на приблудного котёнка или щенка, вроде тех, что ты притаскивала с улицы домой. Конечно, им не жалко тарелки супа, раз моя никчёмная мамаша забывает меня покормить, но они не желали, чтобы ты привязывалась ко мне, потому что я не такая уж простая, какой кажусь. Мол, на самом деле я продуманная и ненасытная девочка. И это твоя мать сказала обо мне, десятилетнем ребёнке. Я согревалась у вас душой, дома мне было тоскливо и одиноко. Завидовала тому, что о тебе заботятся, с тобой разговаривают и советуются как с взрослым человеком. Я думала: в твоей семье ко мне относятся искренне и тепло, но оказалось, это не так. Знаешь, каким тяжелым бывает разочарование, какие шрамы оно оставляет на сердце.
Светлана с удивлением уставилась на Аллу.
– Если моя мама и сравнила тебя с котёнком, то сочувствуя и жалея. Она ведь у меня прямолинейный человек, её сердило то, что твоя мама занималась только собой и устройством личной жизни, совсем не волновалась за тебя.
Алла покосилась на железную калитку. Разговор происходил возле дома Ласкиных, и ей не хотелось, чтобы мать Светланы услышала его. Та на самом деле была прямодушна и всегда говорила то, что думала. Она оказалась единственным человеком, которого Алла опасалась, подозревала, что Дина Павловна видит её насквозь.
– А тебе не приходило в голову, что такая жалость оскорбительна?
Светлана ахнула.
– И что в ней оскорбительного? Тем более что с восьмого класса тебя уже никто и не жалел. Твоя мама вышла замуж за состоятельного человека, вы стали жить лучше, чем мы, но ты и тогда продолжала забирать у меня то, что тебе приглянулось.
Алла на всякий случай понизила голос.
– Оказывается, ты жмотничала, но хорошо это скрывала. Подумаешь, делилась всякой ерундой, не стоящей упоминания.
Светлана возмутилась.
– Ерундой? Может, для тебя так и было, но не для меня.
Взъерошив волосы, Алла сердито заявила:
– Ты сама виновата! Мне хотелось выяснить: какая ты на самом деле? Когда у тебя иссякнет терпение? Есть ли у него предел? Ты ведь только с виду добрая и спокойная, на самом деле совсем другая… хитрая и двуличная.
Глаза Светланы невольно наполнились слезами. Горько узнать о предательстве, но ещё больнее услышать о себе неприятное мнение от человека, которого считал другом. Алла ухитрилась сделать её виноватой.
– Вот значит, что ты обо мне думаешь. Раз так, то мне проще сообщить: я прекращаю всякое общение с тобой. Больше мы не подруги.
Алла нахмурилась. Ей было досадно терять прежде спокойного и покорного человека, которого всегда можно использовать в своих целях. Но зная характер подруги, догадалась, что та приняла решение и не изменит его. Она долго терпела, но сделав выбор, уже не отступала от него. С чем, чем, а с ослиным упрямством Светланы ей уже приходилось сталкиваться.
– Не ожидала от тебя. Наконец-то ты показала своё истинное лицо, и оно мне не нравится. Не пожалеешь, что вот так глупо разрушила нашу многолетнюю дружбу. Ты меня знаешь, даже если будешь умолять, я больше с тобой не заговорю. Честно сказать, мне жутко надоела твоя унылая физиономия. И ещё. – Алла саркастично улыбнулась. – Ты же понимаешь, что сейчас потеряла не только подругу, но и друга. Осталась одна-одинёшенька. Я ни за что не позволю Сергею видеться с тобой. Он сейчас слушается только меня. – Она окинула собеседницу уничижительным взглядом. – И не вздумай за ним бегать. Данилов теперь мой.
Светлана хотела сказать: «Надолго ли? Как только поймёшь, что больше соперничать не с кем, бросишь его сразу. Так же как ты оставляла игрушки и вещи, ставшие тебе ненужными».
Но поглядев в довольное лицо Аллы, решила промолчать. Все слова вдруг показались ей бессмысленными и лишними, словно они говорили на разных языках. Тихо вздохнув, она произнесла:
– Ну что же… прощай бывшая подружка.
Алла уставилась в бледное лицо Светланы. В эту минуту она до жути её ненавидела. Неприятными показались даже смешные прежде веснушки, ярко проявившиеся на светлой коже.
– Да ладно. Увидимся в институте.
– Не увидимся. – Заметив изумление на лице Аллы, Светлана позволила себе улыбнуться. – Я не собираюсь поступать в один в институт с тобой.
– Ну и дура. Из-за парня рушить своё будущее.
– Кто сказал, что я его разрушаю, просто меняю планы. Теперь буду делать лишь то, что мне по душе.
Помахав рукой, Светлана покинула удивлённую Аллу, которая долго смотрела на захлопнувшуюся калитку с задумчивым выражением на потемневшем от гнева лице.
Глава 2
Спустя два месяца после выпускного бала бывшие друзья стали студентами разных учебных заведений. Алла поступила в Кооперативный институт на бухгалтерский факультет, Сергей в Технологический университет, а Светлана, не добрав пять баллов и провалившись на собеседовании в Медицинскую академию, выбрала профессию фельдшера. Она сознательно отказалась поступать на платное отделение академии: знала, родители не потянут долгое обучение, поэтому собиралась как можно скорее стать самостоятельной. Отец пытался уговорить Светлану не отказываться от высшего образования, но она видела: все доходы семьи вкладываются в строительство дома для старшего брата Игоря, который женился год назад и кроме жены уже успел обзавестись и ребёнком. Светлана любила брата, невестка ей нравилась, а уж в маленьком племяннике и вовсе души не чаяла, поэтому она не собиралась вставать на пути Игоря, мечтающего о собственном жилье. Тем более что в родительском доме стало тесновато. Когда молодой семье отдали изолированную комнату, самой Светлане пришлось поселиться в проходной. Жить на виду у всех оказалось неуютно и неудобно. Её отъезд на учёбу проблему не решал, жизненного пространства всё равно для всех не хватало – лучшим решением было поступить в колледж, в котором платили стипендию и предоставляли общежитие. Но главное, в будущем она хотела заниматься тем, что ей действительно нравилось: лечить людей. Получалось, ссора с Аллой, которая чуть не уговорила её вместе учиться на бухгалтеров, помогла вовремя одуматься и не изменить своей мечте.
До отъезда на учёбу оставалось два летних месяца. Светлана надеялась увидеть Сергея, по его виду она бы сразу поняла: насколько у него всё серьёзно к Алле. Однако он старательно её избегал, на звонки отвечал сдержанно и неохотно. Светлана догадалась: Алла полностью его подчинила, запретив всякое общение с ней. Как ни грустно было сознавать, но раз он так легко перечеркнул годы их дружбы, то для Сергея она значила мало. Ощущая себя непривычно одинокой и опустошённой, Светлана хотела как можно скорее покинуть посёлок, оставить позади прежнюю жизнь и бывших друзей.
Она едва дождалась начала занятий. С легкой грустью попрощавшись с родителями и братом, отправилась покорять шумный Краснодар.
Больше полугода она не видела и не сталкивалась в городе ни с Сергеем, ни с Аллой, а потом начались звонки, а с ними и её мучения.
Светлана отключила телефон. В ушах стоял жалобный тоскующий голос Сергея. Она досадливо поморщилась, ей не хотелось встречаться с другом детства, никакого желания выслушивать обиды на Аллу не было. Когда та бросила его в первый раз, Сергей, будучи в невменяемом состоянии, отыскал Светлану и долго изливал ей своё горе. Жалея, она приняла деятельное участие в возвращении его к нормальной жизни. Вытаскивая из затяжной депрессии, насильно заставляла Сергея гулять по улицам города, в выходные дни ездила с ним на природу, и слушала, слушала его горестные монологи. Видя, как он страдает, Светлана простила ему то, что с момента переезда в Краснодар он ни разу не позвонил, не поинтересовался её делами. Но стоило ему расстаться с Аллой, тут же вспомнил о ней и теперь использовал в роли жилетки.
– Представляешь, она сказала, что со мной скучно, и что как мужчина я ей неинтересен.
Светлана смотрела в зеленовато-голубые омуты глаз друга, на его высокие скулы, на ямочку на подбородке, на манящие губы и совершенно искренне утешала:
– Неправда, ты очень интересный мужчина, видный и красивый. Только вот никого нельзя заставить любить, если чувства угасли. Тебе нужно осознать это и двигаться дальше. Не позволяй Алле разрушить твою самооценку.
Сергей хватал её за руки, пытливо вглядывался в лицо.
– Ты действительно так считаешь? Не потому, что моя подруга? Не из жалости?
Чувствуя тяжесть на душе и с трудом унимая ноющее сердце, она улыбалась ему в ответ.
– Посмотри внимательно в зеркало. Ты же красавчик, а ещё умница. – А про себя думала, что влюблённые самые большие эгоисты, видят только свои переживания и боль. Вот и Сергей не замечал её страданий. Правда, она сама виновата в том, что словно мазохистка, загнав собственные чувства вглубь, старалась его поддерживать. Лучше бы держалась от него подальше, не растравляла раны, покрытые тонкой коркой времени.
Первое расставание с Аллой оказалось для Сергея самым болезненным, второе далось ему легче, третье он перенёс уже спокойнее, и вот опять в который раз она оставила его. Качели их отношений так надоели Светлане, что она с трудом выслушала монолог Сергея. Ему жизненно важно было высказаться и получить очередную дозу утешения. Жизнь у Аллы била ключом, бросала она, бросали её, и тогда на короткое время она привлекала к себе Сергея, служившего для неё временной остановкой или неким убежищем.
Ольга, с которой Светлана познакомилась после поступления в медицинский колледж, справедливо заметила:
– Ещё неизвестно кто из вас двоих глупее: ты, издевающаяся над собой, позволяющая быть душевной подушкой для парня, помешанного на другой, или он, без конца наступающий на одни и те же грабли. Умнее вас обоих ваша общая подружка Алла. И тебе нервы мотает, не отпуская Сергея, и для себя запасной аэродром сохраняет. Не пора ли уже покончить с этим дурдомом? Я наблюдаю со стороны, и то зло берёт.
На этот раз Светлана была полностью согласна с Ольгой. Действительно, с неё хватит. Натерпелась. Пришла пора ответить на вопрос Сергея, почему она поссорилась с Аллой и сказать ему, что больше не может оставаться для него другом
– Я встречусь с Серёжкой в последний раз. Поступлю, как ты советуешь: разделаюсь наконец с этими злосчастными отношениями.
– Давно пора.
Ольга покосилась на Светлану. Она помнила своё первое впечатление о ней. Открыв дверь в комнату в общежитии, предоставленную иногородним студентам колледжем, она увидела спортивного телосложения блондинку, вешающую шторы на высокое узкое окно. Стоя одной ногой на подоконнике, вторую она ухитрилась поставить на спинку стула. Балансируя таким образом, она цепляла металлические зажимы за ткань. Обернувшись на скрип двери, блондинка едва не грохнулась на пол. Едва удержавшись, прикрепив последнюю пару зажимов, она спрыгнула вниз.
– Привет, – протянула руку блондинка. – Ты моя соседка по комнате?
– Да. – Ольга осторожно сжала тонкие длинные пальцы девушки. У блондинки были строгие классические черты лица: прямой небольшой нос, аккуратный рот, коричневые красивой формы брови, пушистые ресницы и ясные сине-голубые глаза. Правильность черт разрушали шесть забавных веснушек на переносице, похожих на прилипшие к коже крохотные зёрна гречихи. По три с каждой стороны спинки носа. Казалось, эти точки специально нанесены карандашом или фломастером, чтобы внести некий диссонанс в облик. – Будем знакомы. Семенова Ольга. А ты?
– Ласкина Светлана.
– Приятно познакомиться. – Ольга кивнула на шторы. – Из дому привезла?
– Ага. Окно выглядело голо и сиротливо. Я вселилась два дня назад, но так как живу в сорока километрах от города, нашла время смотаться домой и привезти кое-что для создания уюта. Ой! Что ты стоишь у порога, располагайся.
Пока Ольга раскладывала вещи в шкафу, застилала кровать постельным бельём, распаковывала ноутбук и книги, Светлана быстро соорудила бутерброды, заварила чай. Опустившись на стул, она исподволь разглядывала новую знакомую. Ольга не могла похвастаться ростом, к тому же была вся какая-то округлая и крепенькая: даже её лицо походило на диск полной луны, украшенный носом картошкой и зеленовато-карими глазами-пуговками. Пухлые розовые щёки немного прикрывали тёмно-русые, подстриженные под каре волосы.
– Ну и как первое впечатление? – поинтересовалась Оля, поставив в пластиковый стаканчик остро подточенные карандаши. – Доверие вызываю?
– Да, – быстро ответила Светлана, удивляясь откровенным вопросам новой знакомой. – Полное.
– Это из-за моей внешности, – хмыкнула Ольга. Погладив себя по отсутствующей талии, добавила: – нет острых углов, поэтому люди меня не опасаются.
– А мне нравится твоя внешность, – заявила Светлана, удивляясь сама себе: обычно она никому не делала комплиментов и была сдержанной в оценках. – Её ещё называют аппетитной.
Ольга заразительно засмеялась. Смахнув с ресниц слезинки, вызванные смехом, села к столу.
– Давай пить чай. Кстати, мне тоже нравится твоя внешность, особенно веснушки. Жаль что ты блондинка, а не рыжая, было бы ещё прикольнее.
За несколько месяцев жизни в одной комнате девушки стали настоящими подругами. Светлана впервые поняла, что значит полностью доверять другому человеку. В случае с Сергеем Ольга права: Светлана обманывала себя, вовсе не дружбу она поддерживала, а надеялась на ответное чувство. В глубине души мечтала, что Серёжа оценит её преданность и разлюбит Аллу. Пришла пора эти глупые мечты забыть.
Получив сообщение от Сергея, что он в аллее, Светлана набросила на плечи вязаный кардиган. В апреле погода менялась ежечасно. Стоило солнцу зайти за тучу, как резко холодало.
Выйдя из общежития, Светлана сразу заметила долговязую чуть сутулую фигуру друга, нетерпеливо вышагивающую меж двух рядов молодых клёнов, подстриженных в виде шаров. Деревья украшали жёлто-зелёные цветы, собранные в большие, крупные кисти. Воздух звенел от обилия пчёл и шмелей, кружащихся над клёнами, что было довольно удивительно для немаленького города. Светлана вдохнула пряный медвяный воздух, собралась с силами и зашагала навстречу Сергею.
– Привет. – Посмотрев на его хмурое лицо с покрасневшими глазами, ощутила досаду.
– Привет. – Сергей потёр висок, кашлянул и негромко произнёс. – Я увидел Аллу с другим. На этот раз она даже не удосужилась расстаться со мной.
Светлана стряхнула со скамьи лепестки цветов, упавшие с клёна, уселась на неё.
– Знаешь, Серёж, я больше не хочу слушать о твоих расставаниях и примирениях с Аллой. Это нечестно по отношению и к тебе, и ко мне. Давай больше не будем видеться.
Сергей опустился рядом.
– Почему? Только благодаря тебе я смог выдержать…
– Тебе давно пора что-то предпринять насчёт Аллы. Продолжишь прибегать по первому её зову? Или окончательно разрубишь этот узел? Но чтобы ты не решил, это уже без меня.
– Почему? Почему именно теперь ты оставляешь меня без поддержки? Мы же друзья.
Светлана грустно улыбнулась.
– Алла тебе не сказала, из-за чего мы перестали быть подругами?
– Она пояснила, что вы просто поссорились. Ты не захотела вместе с ней учиться на бухгалтера, хотя раньше это планировала. Вот она на тебя и обиделась.
– В конце одиннадцатого класса я поняла, что ты мне нравишься и рассказала об этом Алле. А потом узнала, что вы стали парой. Как-то неожиданно это произошло. Но что случилось, то случилось.
– Я тебе нравлюсь? – изумился Сергей. – Но ты ни разу не намекнула на свои чувства. – На его скулах заалел румянец.
– Я пыталась быть тебе другом, но больше не могу. Для меня это просто невыносимо. Знаю: ты любишь Аллу, я же для тебя просто друг. О своих чувствах сказала лишь для того, чтобы сегодня закончить все отношения. Давай на этом поставим точку. – Светлана поднялась со скамьи.
Сергей схватил её за руку.
– Знаешь, как мне тебя не хватало, когда ты отдалилась от нас? Было такое ощущение, словно я утратил что-то важное и очень необходимое мне. Привык каждый день видеть тебя, разговаривать, спорить… Ты не можешь снова так поступить…
Светлана осторожно высвободила руку.
– Другого выхода нет. Знаешь пословицу: с глаз долой – из сердца вон. Это мой случай. Не видя тебя, быстрее покончу со своими чувствами. Встречу другого парня… – Она хмыкнула. – Мне скоро восемнадцать, а я ещё ни с кем не целовалась. Смешно даже. И это в наше время. Ну разве я не чокнутая? У всех случается первая любовь, и ничего, если она невзаимная. Буду считать это тренировкой перед настоящими отношениями. Удачи тебе, Серёжа. Желаю поверить в себя и стать сильнее. Пока.
– Я могу хотя бы иногда тебе звонить? – голос Сергея дрогнул. Он ощущал такую тяжесть на душе, будто прощался не с другом, а с любимой.
– Изредка можешь.
Светлана помахала ему и пошла к общежитию. Она ни разу не оглянулась, поэтому не видела, какими больными глазами школьный друг смотрел ей вслед.
Глава 3
Светлана находилась в полном замешательстве. Она не знала что делать? Сердце и разум находились между собой в непримиримом противоречии. Сердце говорило, что надо надеяться на лучшее и дать шанс любви. Разум твердил: прежняя страсть у Сергея не могла пройти так быстро, ни у кого не получится за короткое время забыть одну девушку и увлечься другой. Но так хотелось верить его словам и признаниям. Спустя неделю после последнего разговора, она столкнулась с ним неподалеку от общежития.
Он выглядел хмурым, расстроенным и плохо выспавшимся. Белки глаз покраснели, на подбородке пробилась светлая щетина. Как и у большинства блондинов, поросль на его лице была не очень густая, едва заметная, походила на пух одуванчика, подстриженного безумным парикмахером.
– Я жду тебя больше двух часов. Почему твой телефон не отвечает?
Светлана достала из кармана ветровки телефон, посмотрела на тёмный экран.
– Сдох. Забыла зарядить. А я ещё удивлялась, почему про меня никто не вспомнил за полдня.
Сергей, словно фокусник, вытащил из-за пазухи букетик синих пролесков.
– Твои любимые цветы. – Покосившись на телефон, заметил: – Не похоже на тебя: обычно ты ничего не забываешь. Недаром ребята в классе называли неправильной блондинкой. Твоя внешность, абсолютно, противоречит характеру: ты неразговорчивая, умная и спокойная – разбиваешь все стереотипы о светловолосых девушках.
Светлана взяла пролески, покрутила букетик в руках. С грустью произнесла:
– Дома сейчас палисадник от них синий-синий. Мне кажется, это самые красивые весенние цветы. Спасибо, Серёж. Но что ты тут делаешь? Зачем ищешь меня? Разве мы не разобрались во всём?
– Не разобрались. Точнее я не сразу в себе разобрался. Когда после школы мы перестали общаться, я ощущал пустоту и потерю, но тогда всё списал на привычку видеть тебя каждый день. И сейчас целую неделю после нашего расставания места себе не находил и наконец понял: хочу быть с тобой.
Светлана ощутила, как сердце подпрыгнуло в груди и забилось сильнее. Щёки обдало жаром, во рту пересохло.
«Возможно, я неправильно понимаю его слова. Просто он и дальше собирается быть мне другом».
Она кашлянула, прочищая горло, сжатое спазмами.
– Я же сказала: дружеские отношения не для меня.
Сергей схватил её за руку и сжал пальцы так, что она охнула.
– А я не о дружбе говорю. Стань моей девушкой. Пусть и поздновато, но до меня дошло: ты мне больше подходишь, чем Алла. Мне с тобой хорошо.
Светлана осторожно высвободила руку из горячих пальцев Сергея.
– Хорошо? Но это не значит, что я тебе нравлюсь. Ты ведь не забыл Аллу, просто собираешься использовать меня для лечения разбитого сердца.
Сергей тряхнул головой. Светлые волосы упали ему на лоб. Он поморщился, как от зубной боли.
– Ерунда! Я уже и думать забыл про Аллу. Она столько раз предавала, что у меня не осталось никаких чувств к ней. А вот к тебе появились. Просто я не понимал, какая ты красивая. Привык к твоей внешности. После того как долго не видел тебя, посмотрел иначе. Светка, ты мне нравишься, нам не надо больше расставаться.
Светлане очень хотелось поверить ему, но маленький червячок сомнения закопошился в душе и ехидно произнёс: «Не будь наивной дурой, ты не можешь ему нравиться».
– Сереж, я не очень-то верю в твои чувства.
Подул лёгкий ветерок, с клёнов полетели крохотные желтые лепестки, словно деревья, желая украсить землю, тряхнули кисточками цветов. Несколько лепестков упали Светлане на голову. Сергей протянул руку и, едва касаясь почти белых прядей, снял их с волос.
– Разве с тобой не произошло чудо? Однажды ты влюбилась, вот и со мной случилось то же самое. Почему не веришь мне?
– Просто боюсь поверить.
Сергей приблизился к Светлане, обнял её, прижал к себе. Наклонившись, поцеловал в висок.
– Не бойся, я тебя никогда не обижу.
– Я хотела бы подумать…
Касаясь тёплыми губами уха Светланы, Сергей прошептал:
– Дам тебе время до субботы. Три дня на раздумье хватит? Я взял билеты на концерт группы «Город 312». Тебе же всегда хотелось послушать их вживую. Возле твоей общаги буду в половине девятого. Если решить пойти со мной на концерт – значит, твой ответ да. Так пойдёт?
От его прикосновения, мурашки побежали по шее и спине Светланы.
– Пойдёт.
Она нехотя отстранилась, заглянула в глаза Сергею. Он смотрел на неё так, как никогда прежде: странным ласкающим взглядом, а на губах играла лёгкая, нежная улыбка. Светлана едва справилась с овладевшим вдруг желанием его поцеловать.
– Тогда до субботы. – Сергей выпустил её из объятий. – Надеюсь на твоё да.
Светлана отправилась в общежитие растерянная, переполненная волнением, охватившим всё её существо.
Увидев соседку по комнате, Ольга оторвалась от медицинского атласа. Запоминание костей человеческого скелета давалось ей с трудом, поэтому она долго зубрила то, что Светлана схватывала налёту.
– Ты чего такая сияющая и в то же время потрясённая. Отчего ты так прибалдела? Кто-то башке стукнул?
Усевшись на подоконник, Светлана поведала подруге о предложении Сергея.
– Ничего себе! А так тоже бывает? Быстро же он перекинулся от одной девушки к другой. Или он дебил? Зачем опять выбирать подругу юности? Нравится на граблях прыгать?
Светлана обидчиво поджала губы.
– Неужели я не могу ему понравиться?
Ольга хмыкнула.
– Не в этом дело. Вполне можешь. Но как-то это всё подозрительно. Я не хочу, чтобы ты пострадала в разборках между твоими злокадычными друзьями.
– Надо же, какое слово подобрала злокадычными, – усмехнулась Светлана. – У меня три дня на раздумье.
