– Ты уверен, что другая действительно есть? Лидия Семеновна очень восприимчива, любит многое надумать, что, если это всего лишь обычная женская ревность на пустом месте?
– Лик, не знаю. Меньше всего мне хочется вникать в эти дрязги. Люди они взрослые, ввязываться в личную жизнь отца и матери – считаю неэтичным. Переживаю, конечно, но принимать сторону одного из них не желаю.
Я вижу, как Тимуру неприятно обсуждать эту тему, и не развиваю ее.
Отец у него достаточно спокойный, а вот мать любит раздувать из мухи слона, по этой причине я всегда делю на двое рассказы Лидии Семеновны. В одно время она ревновала Аркадия даже к моей маме, что считаю полной глупостью, но ей виделось их общение очень близким. Такая вот ревнивая она дама.
– Как там Татьяна? Поведала историю появления на свет моего тезки? – переводит тему будущий муж.
– Нет, как-то не пришлось об этом говорить. Мама попросила не давить на Танечку и дать ей оклематься после перелета. – Кстати, сестра желает оторваться в каком-нибудь клубе и отметить приезд, просит, чтобы ты прихватил приятеля с собой, и мы отдохнули.
– Работы сейчас много, да и не горю веселиться в подобном составе. Правда, избегать сестру все равно не выйдет, еще подумает, что мы ее опасаемся, или ты включила ревность, – беспечно отвечает.
– А есть к чему ревновать? – напрягаюсь.
– В том и дело что нет, поэтому разок можем и вытянуть Танюху в свет, ну, а потом пусть сама себя развлекает. У нас своих забот невпроворот. Свадьба на носу, моя мать, планирование медового месяца, – перечисляет.
– Ладно, посмотрим, я бы лучше сосредоточилась на торжестве, все же такое событие случается раз в жизни, не хочется задвигать его на задний план, – честно отвечаю.
До конца ужина мы больше не затрагиваем семейные дела, полностью погружаясь в наши с Тимуром вопросы, обсуждаем списки гостей, торт и прочие мелочи, такие милые сердцу невесты в преддверии бракосочетания.
В постель добираемся лишь к часу ночи. Несмотря на усталость, занимаемся любовью и я отпускаю ситуацию и все проблемы.
– Люблю тебя, Ликусь, ты мое все, – шепчет, засыпая, Тимур.
Утро вечера мудренее, надеюсь, я просто устала и напряжена, и Таня не доставит никаких проблем ни мне, ни родителям. Попытаюсь быть дружелюбной и мыслить в позитивном ключе. Рядом крепкое плечо, мой тыл, мужчина и любимый человек, который никогда не подведет и поддержит.
***
– Идиотка! – слышу голос Лидии Семеновны, когда открываю дверь ее квартиры ключом, который выдал Тимур. – У тебя руки откуда растут? Из жопы? Оно и видно! – продолжает отчитывать кого-то.
– Добрый день, – прохожу в спальню, сняв обувь.
На кровати лежит мать Тима, а рядом стоит раскрасневшаяся молоденькая девушка, так понимаю, новая сиделка будущей свекрови. На пододеяльнике виднеется коричневое пятно от кофе, и , видимо, Лидия отчитывает нерадивую помощницу за оплошность.
– Здравствуй, Лика. Как я рада, что ты приехала. Надоело общество непроходимых дур, ты посмотри, что она натворила. А еда? Готовит так, что и в голодный год не станешь есть подобную баланду. Сил моих нет терпеть подобный сервис. Чувствую, с таким уходом скоро нервный срыв себе заработаю, – продолжает жаловаться.
– Я не хотела, – опускает глаза испуганная помощница.
– Ничего страшного, я сейчас все уберу, – успокаиваю ее.
– Выметайся из моей квартиры, – грубо произносит Лидия Семеновна в сторону сиделки. И чтобы больше не приходила. Еще и рекомендацию тебе такую дам, что никто больше не воспользуется услугами.
– Все хорошо, спасибо, мы разберемся, – пытаюсь смягчить хамство матери Тима.
Сиделка вылетает в слезах из спальни, после чего я слышу громкий хлопок входной двери.
– Видишь? Ты видишь, каких девок присылают? Я в шоке. Нет, лучше умру в одиночестве и без ухода, чем стану травмировать нервную систему, – продолжает возмущаться.
– Лидия Семеновна, – присаживаюсь рядом. – Успокойтесь, подберем для вас другую девушку, если нужно – сменим несколько. Не стоят такие мелочи вашего здоровья. Хотите супчик сварю?
– Хочу, – капризно отвечает, словно ей пять лет. Во время болезни женщина превратилась в разбалованного ребенка и, похоже, ее нерастраченная энергия дает выход именно таким способом – путем скандалов и разборок с теми, кто попадется под горячую руку.
Включаю Лидии ее любимый сериал, меняю постельное белье, и направляюсь на кухню, где готовлю куриный суп, запекаю картофель и делаю котлеты.
После обеда, Лидия Семеновна довольно сияет и выдает:
– Знаешь, что я подумала? А почему бы тебе не ухаживать за мной? Готовишь ты вкусно, заботишься с любовью, детьми и работой не обременена, – рассуждает вслух. – Ты ведь теперь наша семья, считай дочь. А хорошая дочка разве бросит свою мать?
Не успеваю ничего ответить, как она решает:
– Я согласна! Будешь ко мне приезжать на пару часов в день, Тимуру станет очень приятно, что не отказала его любимой матери и взяла заботу на свои плечи. Сиделок мне больше не ищите, в любом случае выгоню каждую…
Глава 7.1. Тимур
– Трахни меня! – шепчет Таня, допивая третий бокал шампанского. – Я пьяна и хочу ласки.
– Ты свихнулась? – отталкиваю от себя.
Татьяна ведет себя вызывающе, и наш поход в клуб вчетвером – начинает напрягать. Как и предполагал, не зря сестрица Лики так яростно рвалась отдохнуть в нашей с невестой компании. Видимо, у нее свои планы, которые и пытается стремительно реализовать.
– У меня все в порядке с головой, – обиженно дует губы, – или считаешь желание тебе отдаться помутнением? – пьяно хихикает.
– Сейчас вернется Лика, рискни перед ней так себя вести, – грубо отвечаю.
– Кто знает, где она, твой дружок, как видим, тоже не торопится. Может быть, уже титьки мнет Ликусе, – несет бред.
– Ты омерзительна, надеюсь, это говорит алкоголь, а не твое нутро. Мне надоело слышать, как принижаешь будущую жену. Еще раз озвучишь гниль в ее сторону, не сомневайся, пошлю нахер и прекратим общение навсегда, – реагирую на грязный выпад.
– Договорились, – хлопает меня по плечу, – не стану злословить о любимой и родной сестричке. Она ведь такая великолепная, умная, добрая, – делает глоток шампанского, – самая лучшая и безумно красивая, – продолжает глупо ржать, делая акцент на последнем слове.
– У тебя мания величия? Рожа твоя, конечно, симпатичная, только вот Лика не менее прекрасна, а вдалбливание в мою голову информации, как страшна – пустая трата времени.
– Если бы не знала тебя, Тимурчик, – снова пытается прикоснуться, – поверила бы, что влюбился в мою неудачницу сестренку.
– Отвали, – сбрасываю с себя руки. – У тебя нездоровая злость в сторону Лики, зачем вообще с ней общаешься? Прилетела для чего? Торчала бы в своих Штатах, визит на свадьбу к той, кого презираешь, весьма непонятен.
– Прекрати, – хватается за бутылку и наливает новую порцию игристого. – Я о-о-о-очень люблю Ликусика. Как и мать ее обожает, – корчится, словно идиотка.
– Зачем приплетать Любовь Игоревну к этой грязи? Совсем слетела с катушек, дурында.
– Потому что старшенькая напрягает всех! Бесит! Не было бы ее – все наследство досталось бы исключительно мне, а так – неизвестно, что дурачок Арсюша решит, мало ли, все любимице оставит. Она ведь его родная. Души в недалекой не чает.
– Ты опять? – озираюсь по сторонам, пытаясь понять, где Глеб.
Общество с Таней раздражает, ее поведение переходит все границы и больше всего хочется покинуть клуб и оказаться дома. Даже в самых смелых фантазиях я не предполагал, что младшенькая будет так себя вести. Вроде бы уже и мать, а выдает, как сапожница.
– Как вы тут? – возвращается друг. – Я еще взял выпивку, – ставит на стол бутылку шампанского и виски.
– Прекрасно! Заждались тебя, родной, – отвечает Таня. – Чего стоишь? Садись, наливай, девочка хочет пузырьков и удовольствия, – облизывает губы.
Таня изменилась. Из тихой и покорной – превратилась в какую-то прожжённую девицу. Внешне она стала выглядеть значительно лучше, но нутро прогнило под фундамент.
Теперь еще больше сомневаюсь, что ее сын от меня. Если вот так куражила и в Штатах, то кандидатов на отцовство может быть бесчисленное количество.
К столику возвращается Лика, лицо ее расстроенное.
– Кис, что случилось? – спрашиваю любимую.
– Ничего. Все нормально, – нервно поправляет волосы.
– Говори, – настаиваю, понимая, что произошло что-то серьезное.
– Аленку муж бросил, она в ужасно-подавленном состоянии. Так жаль, до слез. У нее ведь девятый месяц, не представляю, как справится. Переживаю о малыше. Ты не против, если сегодня у нее останусь? Подруге действительно нужна поддержка.
– Нет, конечно, – растерянно отвечаю.
Алена и ее супруг Иван – наши общие друзья, пара, с которой близки годами, и я понимаю желание Лики быть рядом с девушкой и успокоить.
– Давай отвезу, знаю, что ты теперь не сможешь отдыхать, – предлагаю.
– Нет, оставайся с ребятами, возьму такси. Для чего тебе меня провожать? Все равно без машины, выпил. Я позвоню от Алены.
– Лик, я тоже хочу домой, вечеринка уходит не в ту степь.
– Нужно и Татьяну отвезти, смотрю, она совершенно никакая, – хмурится Лика. – Доставишь ее до квартиры? Тимурка у мамы, пусть отсыпается у себя, не стоит в таком состоянии показываться перед ребенком.
– Ладно, – нехотя отвечаю.
Желания ехать в такси с хабалкой нет, но отказать будущей супруге не могу. Таня действительно набралась, и оставлять ее в клубе не имеет смысла. Можно было бы попросить Глеба ее проводить, но Танюха его явно не впечатлила, о чем сразу же заявил при встрече.
– Красивая девка, но наглая, не мой размер. Мне бы подобную твоей, поскромнее и без понтов, – поделился, когда выходили курить.
Обременять товарища было бы некрасиво, поэтому решаю взять удар на себя, и доставить бухое тело домой самостоятельно.
– Я тогда побегу, напиши, когда доберешься, – целует Лика, вызывая такси в приложении. – Всем пока, мне пора уходить, – произносит Глебу и Тане.
Татьяна никак не реагирует на слова невесты, а друг вежливо прощается.
Еще примерно час, после ухода Лики, я пытаюсь вытянуть младшенькую из клуба и отвезти высыпаться. По ходу этого времени пью виски, чтобы снять стресс и не нервничать из-за кульбитов придурковатой.
Кое-как уговорив ее закончить с алкоголем, вызываю такси.
Машина приезжает через десять минут, и мы садимся на заднее сидение.
– Куда едем? – спрашивает мужчина.
– Два адреса, – отвечаю. – Тань, какая улица? – спрашиваю девушку.
Та морщит нос и произносит:
– Не знаю.
– Ты прикалываешься? Где тебе квартиру сняли? – пытаюсь добиться вменяемого ответа.
– А я что, помню? На днях только заехала. И вообще, – выдает не по теме, – почему Лике купили жилье, а мне сняли? Я что, хуже? Козел этот папашка Арсений.
– Таня, блядь! Вспоминай адрес! – прошу девушку.
Она мычит что-то невнятное и толком не может ничего сказать. Набираю невесту, чтобы уточнить координаты, но та не снимает.
– Так что? Мы едем? – раздраженно спрашивает водитель.
– Едем, – бурчу недовольно. – На Коломенскую, 26, – диктую наш с Ликой адрес.
Делать нечего, не бросать же пьянчужку на улице.
Добираемся за полчаса, и на месте Таня никак не реагирует. Девушка спит беспробудным сном, посапывая, словно видит седьмые сны.
– Жесть! – хватаю пьяное тело на руки, и несу в квартиру.
И вот нахрена мне это нужно? Тягаться с хамкой, которая только и может, что обливать меня, Лику и семью помоями…
Глава 7.2. Тимур
В квартире вкусно пахнет выпечкой, которую приготовила Лика, а пространство сияет чистотой. Заношу Татьяну в комнату, и кладу обездвиженное тело на диван.
Реакций у девушки ноль. Еще бы! Сестренка невесты набралась в дупель, совершенно не ограничивая себя в спиртном.
Оставляю ее в гостиной, прикрывая пледом, и иду в спальню. У меня и самого кружит голову от виски, но, слава Богу, я не настолько пьян, как Таня. Свои границы и нормы знаю, и стараюсь их соблюдать.
На минуту задумываюсь, не написать ли Лике, о том, что ее младшенькая почивает у нас на диване, но тут же отторгаю идею. Не хочется ее расстраивать, наверняка сейчас не до лишних переживаний. Хватит и Алены с ее слезливыми историями.
Раздеваюсь и иду в душ, после – укладываюсь в постель и практически сразу вырубаюсь.
Просыпаюсь, как мне кажется, через часа два, от того, что мой член усиленно сосут. Сначала я расплываюсь в улыбке, потому что это действительно приятно и пытаюсь сообразить, откуда у Лики новые фишки. Обычно она не так напориста и более скромна в минете. Раньше любимая не вытворяла ничего подобного, да еще и посреди ночи.
Решила нагрянуть и удивить? Это не может не радовать.
Как мартовский кот, издаю звуки удовольствия и тянусь рукой, чтобы погладить ее по волосам и помочь разобраться с темпом.
– Умница, моя хорошая, – кладу в кромешной тьме ладонь на голову и стараюсь протолкнуть член еще глубже в глотку. Слышу что-то наподобие стона и завожусь еще сильнее.
Лика продолжает молчать, чем действительно удивляет, обычно она более говорлива при подобном занятии и уточняет, все ли хорошо и устраивает.
Тут меня резко осеняет. Как ошпаренный я врубаю ночник и вижу перед собой… Таню.
Это просто аут. Она совсем сбрендила?
– Больная? – дергаюсь от девушки, прикрывая стояк одеялом. – Ты что творишь?
На что она, ничуть не смущаясь, развратно вытирает уголки губ и спокойно отвечает:
– То, что тебе нравится. Проснулся даже от моих умелых телодвижений. Приятно? – улыбается, разглядывая меня.
– Господи, ты шизанутая, – подскакиваю с постели и натягиваю боксеры. – О сестре подумала? Она не простит нам подобной выходки.
– А кто тебя отправляет каяться? Получай удовольствие и наслаждайся, – смотрит без тени сожаления, не собираясь прикрывать обнаженное тело.
– Твою мать! Лика сойдет с ума! – нервно провожу пятерней по волосам. – У меня свадьба, дура! Мужиков мало? Найди себе подходящего и успокойся.
– Неа, хочу только тебя, Тимур. И получу. Я знаю, что желание взаимно, а твои попытки меня оттолкнуть продиктованы лишь совестью и моралью. Признайся, скучная мышка Лика давно не заводит. Пусть ошивается неподалеку, для удобства, драит квартиру, ухаживает за твоей мамой, вытирает сопли подругам, а я – буду рядом для разрядки и качественных оргазмов. Чем плохо? Ты же любишь сексуальное разнообразие, дам тебе его, – не реагирует на мое возмущение.
– Снова здорова? Тань, проходили это в прошлом. Сначала просто секс и кайф, а потом истерика. Покинь квартиру, я не хочу проблем. Лика не из тех, кто простит измену и станет закрывать глаза на неверность. Я сделал свой выбор и верен ему.
– Вижу, – иронично хмыкает и поднимается с постели, натягивая черные кружевные трусики. – Не припомню, чтобы ты был таким честным. У моей сестры, между прочим, полно мужиков в прошлом, не стоит считать ее святой. Я бы усомнилась, где и сейчас твоя дорогая. Почему так легко веришь Лике? Она и на звонки твои не отвечает, задумайся о причине.
– Ерунду не сочиняй, – отнекиваюсь. – Прекрасно знаю, где она и с кем.
Неприятно понимать, но невеста действительно ни разу не сняла трубку после отъезда и это слегка напрягает. Я не думаю, что она обманывает меня, но сама ситуация раздражает.
– Оставь ее Глебу, он то в Лику влюблен по самые помидоры. Два задрота очень подойдут друг другу, будут вместе натирать полы и выращивать герань.
– Трезвей, фантазерка. Собираешь хрень и выдаешь ее за истину. Твои попытки облить Лику, честно говоря, утомили. Вызывай такси и поезжай домой, мамаша недоделанная, – зло отвечаю.
– Глеб твой друг, но ты как слепой. Мне хватило и пары часов, чтобы понять, почему он приперся в клуб, и кто его интерес. По этой причине и в мою сторону не смотрел. У него мандраж от твоей Ликуси. Здраво оценивает себя, кстати, соображает, что подобные мне девушки не посмотрят и не увлекутся таким скучными мужиками, – продолжает хамить.
– Уходи, Таня. Надеюсь, хватит мозгов оставить втайне, произошедшее между нами. Учитывая, что я и не пытался быть причастным ко всему, что тут случилось.
– Не переживай, пупсик, умею хранить секреты, мне хватит и прошлых видеозаписей нашего секса, если пожелаю открыть сестричке истинное лицо ее будущего мужа, – улыбается.
– Ненормальная!
– Самая обыкновенная. Просто люблю тебя и хочу быть рядом. Успокойся и хорошенько все обдумай. Мужчина ты, Тимур, очень горячий и охочий, Лика не сможет удовлетворить твои сексуальные аппетиты, а я готова ко всему, что пожелаешь. Со старшенькой скоро соскучишься, правильные девочки не для тебя, – пытается приблизиться.
– Покинь квартиру, иначе я за себя не ручаюсь, – шиплю.
– И что ты сделаешь?
Наблюдать выступления Татьяны я уже не в силах, со злостью хватаю ее за руку и тащу в прихожую, на что она и не пытается отбиваться, а только хохочет.
– Больше страсти, обожаю, когда ты такой заведенный, – подначивает.
Открываю входную дверь и вышвыриваю ее на лестничную площадку.
– Шуруй домой! Разошлась.
– И тебе доброй ночи, скоро они у нас будут жаркие и совместные, – разворачивается, и походкой от бедра дефилирует к лифту.
Глава 8. Татьяна
Домой приезжаю в отличном расположении духа. Вечер, как и кусок ночи, вышли по-настоящему чудесными. Жаль, что не довела планируемое до конца, но все впереди. Первый шаг сделан.
Открываю дверь, снимаю обувь, и вижу, как из спальни ко мне выходит мать.
– Ты где так долго была? Хоть бы набрала, я уже переживать начала, – смотрит сонными глазами.
– Мамуль, я же с Ликой и Тимуром тусила в клубе, не стоило беспокоиться, – отвечаю с улыбкой.
– А светишься-то как! – подмечает.
– Ага, – подхожу и обнимаю ее. – Ма-а-а-а-ма, я такая счастливая.
– И что же произошло? Делись, неужели друг Тимура произвел такое неизгладимое впечатление?
– Не у порога же будем беседы вести, пойдем чайку выпьем.
– Посреди ночи? – удивляется.
– Именно! Тимка спит, никто не станет отвлекать, – настаиваю на своем.
– Хорошо, только дверь прикрою. Он, между прочим, плакал перед сном, беспокойный сегодня, – начинает о сыне.
– Ой, прекрати, это же дети, их задача – есть и спать, поревет и успокоится.
На кухне мать ставит чайник и предлагает перекусить.
– Спасибо, не голодна. К тому же берегу фигуру, я дама на выданье, нужно беречь формы, – хлопаю по ягодицам, на которых даже после родов не появилось ни единой растяжки и злосчастного целлюлита.
– Рассказывай, – ставит передо мной чашку зеленого чая. – Кто автор и причина этой улыбки на лице.
– Тимур, – кокетливо отвечаю.
– Кто? – удивленно поднимает бровь. – Наш? То есть жених Лики?
– Мам, ну, а какой? – произношу раздраженно. – Честно говоря, большой вопрос – чей.
– В каком смысле? – продолжает недоумевать.
– Сегодня он был откровенен со мной и признался, что чувства не прошли, я ему нравлюсь. Мы провели вместе ночь.
– Что? – подскакивает, как ошпаренная. – Таня, как это?
– Ты садись, мамочка, и выслушай до конца. В клубе мы отдыхали вчетвером, присутствовал еще друг Тимура – Глеб. Парень симпатичный, но не для меня. Слишком разнузданный и безголовый. Лика весь вечер с кем-то общалась по телефону, а потом и вовсе уехала, оставив нас без внимания. Не знаю, почему она так поступила и всех бросила, но на звонки от своего жениха, якобы любимого, не отвечала до конца посиделок.
– На нее это совсем не похоже, – комментирует мама, возвращаясь за стол. – Может, что-то случилось?
– Потом Тимур пригласил к себе, выпить по бокалу шампанского и поговорить. Я долго отпиралась, но решила в итоге составить компанию и поддержать, слишком он расстроен был выходкой Лики, – преподношу историю, как необходимо именно мне.
– И? – торопит мать.
– Поехали к ним с Ликой в квартиру. Скажу тебе, папочка постарался, такую жилплощадь приобрел дочурке – закачаешься. Теперь еще обиднее, что для меня не нашлось и двушки в центре, а только съемная халупа, – продолжаю с обидой. – Но этот вопрос решим! Так вот, мы немного поговорили, пригубили алкоголь, а потом… Мам, люди взрослые, сама все понимаешь, – заканчиваю загадочно.
– Татьяна, у него свадьба с твоей сестрой, о чем ты думала? – приходит та в ужас.
– И ты туда же? Тоже будешь защищать старшенькую?
– Я просто не понимаю, зачем тебе этот треугольник, Тимур определился, вовсю идет подготовка, осталось буквально ничего до торжества. Чем он намазан, что никак не можете поделить? – недовольно ворчит.
– Между прочим, он сам стал признаваться в чувствах и желании. Сказал, что все годы не мог меня забыть, хотел связаться, но побоялся тревожить. На Лике женится, чтобы войти в семью и быть ближе ко мне, понимаешь?
– Мы должны открыть твоей сестре глаза, при таком раскладе не может быть и речи о браке, – выносит вердикт.
– Что ты такое говоришь? – нервно отвечаю. – Ни ты, ни я – не станем ничего делать. Пусть женятся, Тимур получит большой куш при разводе с Ликой, который мне точно не повредит, когда с ним сойдусь. Прекрасно знаешь, что Арсений и половины не даст того, что с готовностью отпишет старшей. Она его дочь, любимица, а я изгой.
– Но у вас же взаимные чувства с Тимуром, тебе нормально смотреть на то, как совершит ошибку и вступить в брак с нелюбимой? А о сестре ты подумала? Она любит Тима и его предательство ее убьет, – пытается переубедить.
– А Лика? Долго размышляла обо мне и моих переживаниях? – смотрю на нее упрямо. – Между прочим, сын от ее жениха! – добиваю аргументами.
– Я сейчас сойду с ума, – бледнеет мать.
История о ребенке, как и рассказ о пылкой любви ко мне со стороны Тимура – ложь. Но это и не особо важно. Я получу его, чего бы мне это не стоило. Еще и богатства в придачу.
Лика должна остаться без мужа, поддержки семьи и гроша в кармане. Слишком долго я мечтала о том дне, когда смогу подать остывшую месть, и теперь не остановлюсь ни перед чем.
– Не смей никому рассказывать о моей тайне, мне нужна твоя помощь. У Лики есть Арсений, он всегда за нее горой. Неужели ты откажешься помочь? Я тоже твоя дочка, любимая, между прочим, и ты, как и вся семья, должны мне, за все те годы, когда я одна барахталась в Штатах и справлялась со всем самостоятельно.
– Таня, я не знаю. Зачем эта ложь, не проще ли всем сесть и поговорить? – сомневается мама.
– И остаться без денег и поддержки? Отец уволит Тимура, как только узнает, что тот отказался от старшей любимицы, лишит всего и меня, и его. Готова снова предать и отвернуться? – пускаю слезу, в надежде, что мама примет правильное решение…
Глава 9. Лика
Утро наступает с головной боли.
Легла я в часов пять, оказывая поддержку Алене не только морально, но и физически. Но обо всем по порядку.
Покинув клуб, оказалась у подруги в тот момент, когда она решила, что жить дальше не собирается.
– Сошла с ума! – выдергивая пачку с таблетками, кинулась к ней. – Что ты творишь? Ребенок! – в ужасе указываю на живот. – Никакой мужчина не стоит подобного, я в шоке, – дергаю ее за плечи.
– Я не хочу жить, Ваня ушел от меня, ему не нужна наша дочка, – всхлипывая, начинает рассказывать. – Существование не имеет смысла.
– Сколько ты выпила? – не слушаю ее причитаний, – быстро говори! – сейчас мне не до слез и откровений, я думаю лишь о малыше и тех лекарствах, которые она закинула в свой организм. Злюсь ужасно, но осознаю, что если буду показывать эмоции – ничего не добьюсь.
– Три блистера, – лицо ее настолько бледное, что мне становится страшно.
– Алена, Господи! – все что могу вымолвить, радуясь, что не осталась в клубе. Понимаю, что если бы сейчас не была тут, все могло закончится плачевно.
– Я не буду жить, – переходит на крик. – Он предал меня! Предал! Ушел к начальнице!
Набираю скорую, не слушая подругу.
Едем в отделение, где ей прочищают желудок. Меня трясет от происходящего. Люблю Алену, но какая же она дура!
Жертвовать собой и ребенком ради мужчины?
На ее месте я бы никогда так не поступила. Пусть я без ума от Тимура, но есть что-то важнее, чем убиваться ради предателя. Никогда не простила бы измены. НИ-КО-ГДА!
Потому что любовь не предает, а та что ранит и изводит – не стоит жизни.
Вижу звонок Тима и не поднимаю. Не хочу рассказывать, как его друг поступил с Аленой. Не сейчас. Делиться, как Ваня бросил жену на сносях и ушел к той, кто платит ему за секс.
Ужасно, но по дороге в скорой, Аленка рассказывает, что муж ушел к Беатриссе Петровне не просто так:
– У нас кредит, большой, я и не знала проблем, но Иван сказал, что должны семь миллионов, а Биа готова оплатить все, если разведется и женится на ней, – завывая, кричит.
– Все, Ален, хватит, думай о ребенке, – пытаюсь ее успокоить.
После всех процедур подругу оставляют в больнице, а я еду к ней домой, ибо там кот, которого не покормила и новая слезливая история.
В такси перезваниваю Тимуру. Не поднимает.
Устало кормлю пушистика и падаю в постель. Не думая ни о чем, засыпаю.
***
Проведя кошмарную ночь, домой возвращаюсь в ужасном настроении. Открываю дверь и слышу тишину.
Скорее всего, Тимур еще спит, возможно, гуляли до самого утра с Глебом и Таней.
Воспоминания о сестре вызывает во мне неприятные эмоции. Ее вчерашнее поведение, не отлипающей красотки от бутылки, было слишком вызывающим. Слава Богу, младшую выгуляли, теперь контактировать можно только по минимуму и по существу.
Мать ведь просила развеять сестрицу – дело сделано, а дальше сама.
Продвигаюсь в спальню и вижу распластавшегося Тима.
– Вставай, соня, одиннадцатый час, – произношу громко.
– Кис, ты вернулась? – улыбается, открывая глаза и потягиваясь.
– Как вечер вчера провели? Долго еще торчали в клубе? – снимаю с себя платье и достаю домашний костюм.
– Не очень, я практически сразу умчал, а Глеб с Танюхой еще веселились, – встает и направляется в душ. – Кис, сделаешь кофе?
– Давай ты, я устала, – отвечаю, плюхась в кровать. – Голова болит.
Открываю глаза от запаха бодрящего напитка:
