Нет слов всю выразить печаль.
Глазами разговаривали снова,
Ища надежды в них причал.
Глаза «люблю» лишь только молвят,
Хотелось насмотреться вдоволь
На годы, на всю жизнь —
Возможно ль?!
А мир тревогою звучал,
Автомобиль гудок уж пóдал снова
И в мрак любимую умчал.
Уехала прекрасная венгерка,
А юноша курение начáл,
Открыв впервые табакерку,
Достал болгарскую цигарку
И дымом думы умащал.
11
Внимания совсем не обращал
На ход событий ежедневных,
Немного даже отощал
От чувств проникновенных.
Огромный их водоворот
В судьбе романтика мгновенно
Великий совершили поворот.
Полгода как в тумане жил,
Едва других воспринимая.
По малу набирался сил,
Об Адриен любимой вспоминая.
И наконец он разложил
Программу действий, понимая:
Напрячь побольше нужно сил,
Чтобы отправиться из мая,
Чтоб Любомиру подарил
Он свой цветок из рая.
Любивший мир на том решил,
Хоть толком сам ещё не зная,
Лишь на удачу полагаясь,
Все средства изыскать спешил
На вечную поездку в зарубежье.
В иные дни у побережья
Он память мягко ворошил
О том, как с милою смуглянкой
Дубравы скромность всполошил.
12
По плану строго Любомир
Пришёл в загадочный ОВИР,
Который ведал заграницей.
Спросил упитанну девицу
Уже не самых юных лет,
К примеру, как поехать в Ниццу
Иль в Венгрию купить билет?
Она подняла вверх ресницы,
Цинично выдавив ответ:
– «Малыш, тебе наверно снится,
Паши, сынок, родну землицу.
Ты что уже успел влюбиться?
Поди домой, утри соплицы.
Ещё на губках не обсохло молочишко
Уже за иностранкой волочишься?»
Тут можно не на шутку разозлиться,
А Любомир испытывал удар
От этой барственной девицы,
Пропал от шока речи дар.
Была потребность сразу же умыться
Целебною водою из-под крана.
Кровоточилась больно рана.
Кровь из неё сочится и сочится.
Хотелось временно забыться,
Ведь он сказал всё без обмана.
Бюрократи́я царственного сана
Считала русского Ивана
Рабом для своего кармана.
Идей такого плана
Наметил много Любомир
И понял: он изменит мир!
13
Вот он уж лекций тонны слушал,
Науки институтские учил.
Информативностью душил
Поток научных стружек,
С трудом ум тщательный их кушал,
Уж слишком в горле было сухо.
Процесс учебный так спешил,
Что с осмысленьем было глухо.
Но Любомир залез по уши
В болото Гегелевской пущи.
Хоть и сгущались тёмны тучи
Над мудрою студента головой,
Ему неведом был покой,
Он мог трудиться и покруче,
Урезав сон себе ночной.
Однажды сон был необычный,
Он в нём тревогу ощутил.
Ещё не ведал горемычный:
Гонец несчастий посетил
Души восторженной обитель.
И днём встревоженный воитель
Письмо от Милы получил.
Конверт как будто непривычный,
Её он почерк изучил,
А тут какой-то нетипичный,
Слегка размашист, хаотичный.
Дыханья трепет затаил
Пока вскрывал конверт хрустистый.
И зубы крепко стиснул,
Как строки первые прочёл.
Стучала кровь в висках ключом,
И кулаком от боли хрустнул.
Резь появилась под плечом,
А в голове ужасно пусто.
Девчоночка какая-то писала,
Что Адриен в больнице умирала.
В аварию несчастная попала,
Её ничто уж не спасало.
Дней тридцать без сознания лежала,
Придя в себя всё Любомира вспоминала,
Других слов более не знала:
Лишь только «Любомир».
И с именем любимым на устах
Смерть душу светлую забрала,
Чтоб бедная тут боле не страдала.
Кругом всё стало пусто.
Как странно, даже и не грустно,
А просто пусто, пусто, пусто…
И слёзы капали так густо,
Что дождь заплакал от беды,
Добавив и своей воды.
Пустая стала тишина,
О чём теперь молчит она?
Не раз казалось – это снится.
Кошмар развеять бы, проснуться,
Лицом счастливым улыбнуться,
Так нет – ему теперь не спится.
И не понятно, где же сон
Из всех дремотных состояний?
Что делает в них он?
Играет странных изваяний?
Зачем теперь учиться?
И ум тяжёлым стал тупицей.
В семнадцать лет – совсем парнишке
Виски покрыла седина.
Не жить – дремать он стал повсюду
Подобно полусонному верблюду.
Подспудно думал: «Всё забуду»,
И сердце глубже укрывал
За тканью чёрствых покрывал.
С любимой Милой вместе
Часть Любомира умерла.
Бывало, что в футбол играл,
Но лишь от зноя скуки.
Иной раз пьяненьким бывал,
Оставил все науки,
Не думая: к чему, когда
Мог приложить бы свои руки.
14
В знакомый домик иногда
Ходил он к давешнему другу,
Где находил тепло всегда,
Лечил душевные недуги.
Вальдив со временем жил в ногу,
Про всё на свете знал немного.
Умён и многое умел,
Таланты разные имел.
Вальдив на этот раз был весел,
Достал он запись новых песен.
