– …это всё негативная энергия выходит, заявляю, как биоэнергетик! Останкино весь день чертовщину крутит, черноту нагоняет, а мысль-то матерьяльна! Вот и матерьялизовалась! Поэтому давайте помолимся Всепрощающей Космической Справедливости о любви и мире, ведь кто сейчас будет продолжать бояться или злиться, неотвратимо умрёт в страшных мучениях, остальным в назидание, ибо страх – это зло!!!
– Дядь, ты сам-то себя слышишь? – кто-то из толпы озвучил мои мысли. Биоэнергетик тут же обрадовался возможности подискутировать, и начал перечислять забавной синеволосой девчонке разную жуть, в которую я совсем не желал вслушиваться. Терпеть не могу энерговампиров и манипуляторов! Толпа, как оказалось, тоже их не выносила, поэтому дебаты «Биоэнергетика» и «Девушки из толпы» быстро завершились тем, что старикашку, под ликование зрителей, засадили в «бобик» за попытку спровоцировать волнения. Космическая Справедливость не дремлет! Шутки шутками, а я понял, что зерно истины в этом вбросе присутствовало. Главная инфобашня города готовилась не успокаивать, а наводить панику, и какая-нибудь ведьма материализовала эти новостные выпуски в виде псевдонетопырей, потому что вместо «Поля Чудес» должны были крутить жуткую проповедь таких вот «биоэнергетиков»! От этой мысли мне стало немножко смешно, но от моего несколько нервного «хи-хи» ничего не случилось – мыши не исчезли в алом тумане от чистого детского смеха, и мне не посвятили часовую передачу в прямом эфире, а значит я просто пошёл дальше. И где была моя голова, когда я решил, что посещение места под названием «Останкино» может пробудить какой-нибудь хороший дар? Мрачные мысли снова нахлынули, когда я представил, что мог бы здесь обрести.
Посещать метро снова я не захотел, мне прошлой поездки хватило! Я лучше с Маришкой в машине прокачусь: Стас рядом с ней, а я – в багажнике, это будет приятнее. Пока я думал о предстоящей поездке в метро (и ещё хуже – командировке в другой город за двумя талантами), я успел дойти до дома, проголодаться и устать.
– Стас, ты не поверишь, что творилось над Останкино… а, ну да, курсы. – Я поскучнел, потому что Стас снова засел за свои видеоуроки, в которых преподаватель обещал что-то «разобрать на примере из жизни». Интересная фраза, но я не в том настроении сейчас, чтобы к ней прислушиваться.
Пообедать йогуртом с апельсином – максимум, на что хватило моих сил. Неужели Стас тоже так же выматывается, поэтому и питается макаронами?! Мне стало неудобно, поэтому я заказал нам двоим на обед бургеров; всё лучше, чем мучные завитушки. Приложение доставки грустно мерцало рыжим окошком, что «ввиду сами-знаете-чего заказ может задержаться на сами-не-знаем-сколько», но идти до торгового центра я не хотел.
Ставить крест на путешествиях по городу было рано: даже если не найду ничего волшебного, то хотя бы впечатлений наберусь, в Москве я впервые! В крайнем случае, найду какие-нибудь места вдохновения; вдруг окажется, что писать истории в парке лучше, чем дома на кровати?
С этими мыслями я зашёл к брату, приступившему к упражнениям в тетрадке, и заявил:
– Я знаю, чем буду заниматься эти дни до отъезда.
– Ага? – отреагировал Стас, не отрываясь от тетрадки.
– Буду гулять по Москве в поисках мест силы! Идти в Останкино было глупой идеей. Есть много других, светлых мест, вроде монастырей, или музеев.
– Угу… – разнообразие ответов братишки меня напрягло.
– В смысле «угу», ты меня слушаешь?
– Угу.
– Тогда поехали, один незнакомец подарил мне билеты в кругосветное путешествие! – глупая шутка, но я специально провоцировал брата на что-то кроме «угу»!
– Неубедительно.
– По крайней мере, не «угу».
Пока я думал, как реагировать на это, Стас отложил жутко нужную тетрадку, и теперь смотрел на меня. По глазам видел, что он тоже не в самом солнечном настроении, но мне было обидно! В мире происходит что-то невероятное, а мы вместо этого стараемся не вопить от страха.
– Лу, может, эти пару дней дома посидишь? Видишь же, пока ничего полезного не появилось. Убедимся, что мир не стал опаснее, и тогда вместе куда-нибудь прогуляемся. Обещаю после командировки составить тебе компанию, и побыть личным гидом.
Как-то быстро у Стаса прошло желание разрешать мне гулять, где захочу! Во мне тоже проснулся дух противоречия.
– А ты сам-то Москву видел?
– Лекцию подготовлю, это просто. – Стас задумался. – Писательством займись, ты хотел! Завтра ажиотаж вокруг супергероев пройдёт, а книга у тебя останется.
– Угу. – теперь моя очередь выражать бурный восторг в диалоге. – Сегодня было настоящее чудо! Необычное, но необъяснимое…
– Только в своей книге такие обороты не пиши.
– Ты не понимаешь!
– Лу, не зацикливайся на этом. Ну не пришёл тебе в грозу дар, и что, ждать всю жизнь, будет ли ещё подобная раздача?
Понимаю, что меня пытались так неуклюже успокоить, но это резануло по нервам хуже пьяного дантиста! Сказать себе «ну да, чудеса творятся, но не с тобой, а ты просто обычный человек», и обрадоваться этому?! Так что я психанул, впервые за всё своё время в Москве, и зло процедил:
– Ну да, ты же у нас лучше всех знаешь, что произошло!
Полный скептицизма шкаф посмотрел на меня глазами сонного бульдога:
– Ты ребёнок…
– Зато ты слишком взрослый, чтобы с тобой вообще случалось что-то интересное! – на этих словах я понял, что вслед за первой ссорой будет и первая драка, а значит, нужно как можно скорее уйти прочь, чтобы этого не случилось! Фингал под глазом в дресс-код «охотника за мозгами» не вписывается.
– Я ухожу! И если меня сожрёт голодный вампир, то так тебе и надо! – с этими словами я хлопнул дверью. Признаю, потом я пожалел, что закатил истерику, но сейчас был уверен в своей правоте…
Накрапывающий дождик гармонировал с моим настроением. Что если Стас прав, и «раздача чудес» длилась всего одну ночь? Как дальше жить, зная, что меня, витающего в облаках, приговорили жить просто очевидцем чудес, а не участником?! Андрюха свой волшебный дар получил, неизвестный «летучемышиный король» – тоже, даже какой-то мамин коллега-археолог, и тот получил невероятно ценный в наш век дар заряжать гаджеты. А я?!
Проходя мимо торгового центра, куда я поленился дойти за бургерами, я представил, кто там мог бы работать. Перед глазами нарисовалась картина с весёлой и румяной поварихой, под взглядом которой картошка сама жарится в масле, а котлетки и булочки собираются в бургеры. Мимо проехал здоровенный бородатый байкер на чёрном мотоцикле; помню, как я целых два дня мечтал попросить на восемнадцать лет байк, а потом передумал. А вдруг сейчас этот бородач готовится пересечь океан верхом на летающем «железном коне»? Или эта девушка, похожая на вампиршу, бледная и в чёрном. Может, и вампиры где-нибудь есть? Если да, то надеюсь, что меня не загрызут. Девушка посмотрела на меня, будто мысли прочитала; тоже хороший дар, к слову. Но скорее всего, она просто глянула, не едет ли её автобус.
В планах было успокоиться: здесь очень хороший парк, его можно обойти по кругу за полчаса. Если после тридцатого круга не полегчает, буду искать другие способы, а пока сойдёт и этот. А если вы считаете, что я преувеличиваю, то ваши девятнадцать лет были слишком давно!
Где-то к концу первого круга я понял, что снова вижу ту девушку в чёрном, с остановки. Ничего странного в этом не было, возможно, она дождалась своего автобуса, чтобы приехать сюда. А дальше, как пишут в любовных романах: «их глаза встретились, между ними промелькнула искра, буря, вспышка и» … что-то там ещё. Глаза у девушки были большие и серые, в количестве двух штук, ничего внезапного. Личико симпатичное, пусть и грустное. В ноздре колечко, маленькое, но ярко-розовое, и у дождевика розовые карманы. Может, она не гот, или готам можно носить цветное? Но я понял, что мир внезапно стал намного светлее и добрее, а ещё внутри меня снова разгорелся костёр любопытства, в который кто-то только что щедрой рукой плеснул ракетного топлива!
– Привет, ты ведь правда что-то сделала?! – я по-прежнему соблюдал осторожность, и не орал на весь парк, но по привычке, а не потому, что боялся. «Вампирша» снова посмотрела на меня, и улыбнулась: слегка, криво, неумело, но я точно знаю, что это была искренняя улыбка стесняшки!
– Правда, но ты был такой грустный, что не удержалась. – голос у девушки был ещё тише, чем у Евгении.
– Не удержалась помочь?! Вот это настоящее Чудо! – Я был в восторге, потому что и правда, одно дело, когда кто-то обладает сверхсилами, и совсем другое – когда просто по доброте душевной готов помочь незнакомому девятнадцатилетнему хмырю, каким я тогда был! Уже от одного этого можно воспрять духом!
– Лиля, будем знакомы. – «Вампирша» протянула мне руку, которую я тут же пожал.
– А я Лу! Ты во время грозы свой дар получила, я же прав?!
Моя новая подруга кивнула в сторону беседки, где мы расположились, и она начала свой небольшой рассказ:
– Всё случилось внезапно, я просто сидела в чате с подружками, за окном была гроза. Интернет отрубило, ну, это часто бывает, так что я просто послала эсэмэску, что созвонимся позже, а на утро будто иначе чувствовать себя стала. Родители проснулись, и я поняла, в чём дело. Я начала чувствовать их эмоции.
– Ого! И как это выглядит?! – мне стало жутко интересно, а я так смогу?! Лиля поняла, что я задумал, и легонько улыбнулась:
– Если до сих пор не увидел, значит у тебя не мой случай, но это к лучшему. Представь, вокруг каждого такое небольшое сияние, разноцветное? Родителям я не доверяю, скажут, свихнулась за компьютером, а сестрёнке рассказала, и вижу: вокруг неё летает такое большое пушистое… одеяло! Тёмно-бордовое, махровое, тяжёлое, вот-вот накроет и задушит! А дальше как-то само собой получилось, я его к себе мысленно потянула, и будто бы глазами съела.
– А сестрёнка что?
– Говорит, «сначала сильно испугалась, а потом поняла, что это нестрашно». Это одеяло было её страхом! А ещё я его вкус почувствовала, как копчёная рыба, представляешь?
Я рассмеялся: взяла и съела страх, да ещё и вкусно было!
– А другие эмоции ты пробовала? Какие они?
– Ну… – Лиля замялась, не зная, стоит ли мне такое говорить, но посмотрела в мои глаза (или увидела, за мной одеяло любопытства, на половину Вселенной), и решила сдаться без боя: – Любопытство тоже попробовала, как сестрёнка попросила, странный вкус, как у жвачки, сначала яркий, но слишком быстро стихает. А когда я попробовала радость, мне стало страшно.
– Неужели настолько невкусно?
– Клубничной помадкой отдаёт, но не в этом дело. Сестрёнка после этого в жуткую хандру скатилась, я чуть с ума не сошла! Маме всё равно, но ей всегда всё равно, «помой посуду, и скучно не будет»!
– Я уверен, она пришла в себя, такие истории плохо не заканчиваются! – я сразу смекнул, что такая реакция у меня возникла потому, что у меня сейчас совсем не было страха, зато оптимизм сорвало с катушек, и тот заработал на полную.
– Да, так и было, на следующее утро с ней всё было в порядке, но я себе пообещала, что хорошие эмоции трогать не буду! А тут еду от друга, смотрю, а над тобой такое же бордовое одеяло болтается, и подумала: какой смысл бояться, вдруг я могу помочь кому-нибудь?
– Стоп, так это же полчаса назад было?
– Ну да, я решила договориться немного со своей судьбой: если мы ещё пересечёмся, то помогу! И тебе, и другим помогать буду, даже не за «спасибо», просто так! А если нет, значит сидеть мне с этим жутким даром, и не показываться никому. А потом опять с тобой сталкиваюсь!
Мне пришла в голову самая невероятная идея в мире!
– Лиля, я знаю, где тебе точно помогут с этим даром! Не боись, но судьба снова всё разрулила!
На меня посмотрели, как на начинающего охотника за привидениями, так что я добавил, не прекращая набирать нужный номер: – Не боись, говорю, слышала про Московскую Коллегию Художников? – трубка в этот момент «алёкнула», и я переключился. – Боброго дня, Евгения, у меня архисрочный вопрос!
– Лу, давай потом, я не в настроении. – судя по голосу начальницы, она не лукавила.
– Именно поэтому и архисрочный! Можем помочь одной юной и талантливой девушке, которая умеет поедать эмоции, а может и создавать новые, хорошие?!
– Она не целительница случайно? – сквозь одеяло грусти промелькнул платочек любопытства.
– Не знаю, но кто вообще знает, всё только начинается! Говори, куда ехать к тебе!
– Я с папой в госпитале, адрес сброшу текстом, советую взять такси от метро.
– Держись, я уверен на все сто, твой папа обязательно поправится! – на этом я повернулся к Лиле, – Ты же не против проехаться сейчас до… почти другого конца Москвы?
Лиля подумала, взвесила все «за» и «против», и кивнула:
– Поехали! Вдруг ещё чего-нибудь умею?
Безгранично уважаю людей, которые смело смотрят в лицо неизвестности, но говорят себе: «всё будет хорошо», и это «хорошо» с ними обязательно случается!
В метро Лиля держалась робко: не нужно быть волшебником, чтобы определить настроение людей, а моё воображение рисовало над каждым огромные полотна угрюмых расцветок, с которыми я пусть и воображаемо, но боролся. Наверное, моя новая подруга делала то же, но всерьёз, потому что пассажиры то и дело оглядывались внезапно прояснившимися глазами, кто-то даже улыбался от неожиданности, и это производило такую шикарную цепную реакцию, что мы тихо ликовали!
Мы осторожничали: мало ли что будет с Лилей, если она съест напряжение сразу сотни людей, но налицо был эффект домино – новые пассажиры заходили, и удивлялись. Какой-то подросток сам уступил место женщине с сумками, а концентрация хмурости в вагоне стремительно падала. Гроб на колёсиках превратился в паровозик из Ромашково!
– Знаешь, а мы, кажется, только что спасли мир. – шепнул я Лиле, и пояснил: – Люди заходят и светлеют, а представь, что дальше будет! Выйдут на своих остановках, придут на работу, в магазины или куда ещё они едут, другие на них посмотрят, и скажут: «может, мы все зря волнуемся?»
Где-то в поезде я почувствовал попытки телефончика сообщить о новом звонке, но решил не сбиваться с нужного настроя. Снова пришло Время Творить Добрый День!
– Собачки тоже не волнуются, – заметила подруга, когда мы вышли на своей остановке. Патрули с собаками всё ещё стояли, но мы их решили не трогать: вместо страха во мне заговорил здравый смысл, что переедать – плохо. Даже эмоции!
Уже через полчаса мы приедем к Евгении: как минимум для того, чтобы на какое-то время дать ей передышку от тяжёлых мыслей, и обговорить, можно ли как-нибудь расширить Коллегию на помощь не только творческим талантам, но и волшебным.
Глава 4. Обман
Стас
Дети очень легко срываются на разные споры, а Лу только по паспорту девятнадцать – временами он ведёт себя на все десять! Когда он дошёл до белого каления и убежал, я вспомнил, как это всегда происходит: у моего оригинального брата лучшим способом успокоиться была прогулка вокруг посёлка, а высказанная мысль о необходимости посетить монастырь означала, что он может остановиться в парке неподалёку, где стоит довольно старая часовня.
Приняв доставку с двойным набором бургеров, я мысленно поблагодарил Лу, что даже в своей истерике он не забыл о голодном старшем брате, и решил тоже прогуляться – можем встретиться в парке.
Как я и предполагал, люди не понимали, что происходит, но разумно ждали разных колдовских каверз. Часовня была переполнена: многие вспомнили о том, куда надо ходить за поддержкой в необъяснимых ситуациях вроде этой. Подозреваю, в других храмах тоже было много посетителей, но Лу здесь не обнаружилось.
Кто не доверял представителям официальных религий, вспоминали наследие предков, а кто-то на этом даже зарабатывал: недалеко от летнего кафе я заметил старика в косоворотке, торгующего сувенирными домовиками. Работник парка усиленно делал вид, что торговец в его поле зрения не попадает, а количество людей у стола говорило, что маленькие бородачи с веничками найдут себе новый дом за пару часов.
В квартире без брата было слишком пусто, я даже решил скоротать время за его любимым развлечением – просмотром новостей. Прочитал про нападение на телебашню, и другие статьи от наших телевизионщиков: надо отдать им должное, всё было прилично, и без конспирологии: да, что-то случилось. Нет, мы не знаем, что, и почему. Да, будьте бдительны и не выходите на улицу без нужды. Нет, пока ничего плохого не произошло, а теперь давайте перейдём к чему-то более важному, например, к строительству новой станции метро в Омске…
Сам Лу вернулся, как я и думал, через пару часов, и выдал с улыбкой до ушей:
– Братиш, у меня сразу несколько хороших новостей! Я нашёл первого таланта для Коллегии! Евгения уже посмотрела и одобрила!
– И когда успел только! – я порадовался такой прыти брата, который оказался настолько везучим. – Художника нашёл в парке? Или того деда с оберегами?
– Какого деда? А, не! Я встретил девчонку, ровесницу, которая умеет лишать страхов, любопытства, и других эмоций, так что Евгения больше не ходит вся убитая! – взгляд в мою сторону подразумевал, что я должен прыгать от восторга.
– То есть ты решил под шумок устроить из Коллегии цирк с фокусниками? – я нахмурился; идея собирать в главной творческой компании страны «супергероев» мне не казалась хорошей.
– Не цирк, лучше! Творческие люди чем хороши, они найдут ключик к волшебным делам куда быстрее, чем какие-нибудь программисты, поэтому завтра Лиля, «вампирша» та, поедет со мной к писателям, будем придумывать, как её даром вертеть!
– Писатели-то согласятся, думаешь?
– Конечно! Дядя Миша уже дал добро, сказал, ему интересно, какой на вкус и цвет его творческий кризис, и можно ли это дело тоже съесть! – брат невозмутимо закивал кудрявой головой. – Но это всё завтра, а послезавтра мы отправляемся в поездку, не поверишь, в КИТЕЖ!
– Что Китеж здесь реален, я уже не удивлён, у меня другой вопрос, почему мы должны туда поехать? – заметил я. После этого на меня посмотрели, как на идиота.
– Ты что, контакты не читал, которые нам выдали?!
– Ну, я пролистал их по диагонали… – я почувствовал, как краснею со стыда. Это так я готовился к своей работе?! Что нам придётся ехать на поезде «Москва – Казань», я знал, но не придал значения, куда! Зато курсы штудировал, ничего не замечая, молодец, что сказать!
– Не переживай, если вдруг что-то забудешь, я обязательно тебе напомню! Ты мне лучше вот что скажи, у тебя был какой-то там школьный разряд по шахматам?
