Со стороны тех, кто сидел дальше от меня послышались недовольные шепотки. Не наклоняя головы, я опустила глаза и пробежалась по документу взглядом. Слишком большое количество мелкого текста не позволило сходу разобраться, что в нем написано, поэтому подняв взгляд на Аластэра фон Берга, спокойным тоном поинтересовалась:
– О чем же этот закон?
Граф Бернский удивленно моргнул и искоса посмотрел на брата, от которого я почти физически ощутила исходившее напряжение.
Остальные мужчины выглядели не менее растерянными. Вальтер Кернского раума, молодой граф с короткой рыжей бородкой и непослушными кудряшками, бросил на меня странный взгляд, и довольно громко произнес:
– Нам всем интересно, граф. Поделитесь, какой в этот раз закон вы предлагаете?
Старший фон Берг холодно улыбнулся, и обращаясь непосредственно ко мне, пояснил:
– Как вам известно, Ваше Величество, любой подданный королевства, наделенный магической силой, будь то маг, чернокнижник или ведьма, чтобы осуществлять магические услуги, обязан получить соответствующее разрешение.
Я медленно кивнула, так как знала это еще со слов Роджера.
– Однако, в наших землях проживает очень много незарегистрированных одаренных, – продолжил граф, – которые по какой-то причине или скрывают свои способности, или же попросту о них не подозревают. Данный законопроект подразумевает принудительную проверку подданных Гримвальда на территории всех раумов и городов, а также ведение официальных списков всех, обладающих магическим даром.
Снова взглянув на документ, уточнила:
– С какой целью вы предлагаете вести подобные списки?
«От меня ведь не ждут, что я помогу создать местный аналог инквизиции?»
– Во всем нужен порядок, – сухо заметил фон Берг.
«Мх-м. Хорошая попытка».
– Ещё для чего? – я не унималась, сама не знаю почему, но мне казалось важным всё прояснить, прежде чем подписать документ.
– Маги становятся великолепными воинами, если начинать обучение с ранних лет…
– Ясное дело, собираетесь выкупать их, чтобы одарённые служили на землях фон Бергов, – вдруг перебил его рыжеволосый граф Кернский. – Разве вашей семье и без того недостаточно влияния?
– Если начнется война, – подал голос третий брат, он был самым юным, но держался уверенно, а голос его был не по годам жестким, – риттеры всех раумов встанут на защиту королевства, неважно, какому сеньору они служат.
«Ага, но в случае междоусобных разборок у фон Бергов будет значительное преимущество» – кисло подумала я, оглядывая напряженных вальтеров.
Не только рыжий граф, но уже по меньшей мере половина собравшихся смотрели на меня с какой-то надеждой. Однако в этот день их чаяньям не суждено было сбыться. Взгляд графа Роннского, который я при всем желании не могла игнорировать, так и вопил: заткнись и подписывай, дура, если не хочешь завтра «случайно» упасть с лестницы или подавиться тостом.
Обмакнув перо в чернила, поднесла его к пергаменту и оставила внизу документа размашистую подпись, которую за прошедшие дни научилась неплохо копировать.
– Граф Нарский привел хороший довод.
Не столько для остальных вальтеров, сколько для себя самой нашла я оправдание и с силой вдавила в лист королевскую печать. Закон фон Бергов был принят.
Вскоре по приглашению лакея в зал вошли двое мужчин, оба уже в летах, поклонились почти в пол и заняли свободные места. Меня заранее известили, что на слушанье прибудут главный представитель всех королевских коммун и глава торговых гильдий. Их одежда разительно отличалась от роскошных нарядов вальтеров, в ней скорее отражалась простота и практичность. Мужчинам пришлось повышать голос, чтобы быть услышанными, так как расстояние до противоположной стороны стола оказалось весьма приличным.
– Ваше Величество, – прочистив горло, начал тот, что представлял гильдии, – так как в большинстве раумов нам отказывают в торговле, мы многие товары закупаем в других королевствах. И нам приходится половину от стоимости ввозимого отдавать в счет оплаты пограничным служащим. Это очень затрудняет торговлю, особенно зерном и маслом. Ваше Величество, просим вас рассмотреть возможность уменьшить размер этих платежей.
Он сидел напряженный, сжимая в руках кожаный кошелек и покусывая губы.
– К-хм, Ваше Величество, позвольте? – вдруг подал голос казначей, который все это время находился за небольшим столиком у стены.
Я кивнула ему, чтобы продолжал.
– Торговые пошлины составляют почти половину от всех налогов и составляют существенный доход казны. Их уменьшение может принести короне значительные убытки.
«Да, но половина стоимости – это же настоящий грабеж!» – мысленно возмутилась я, раздумывая о ситуации.
Несмотря на то, что обучение на экономическом факультете я бросила после второго курса, некоторые понятия в памяти успели отложиться. Например, хорошо запомнились принципы свободной торговли и какой положительный эффект она дает.
– Напомните, какую долю берут на границах других королевств, когда вы ввозите в них свои товары? – обратилась к представителю торговых гильдий.
– Дюжинную долю от сельскохозяйственных продуктов и сырья и одну двадцатую долю от ручных изделий.
– Полагаю, что для укрепления хороших отношений с соседями стоит отменить торговые пошлины на любые изделия, и оставить, скажем… десятую долю от стоимости сырьевых и сельскохозяйственных продуктов? Что скажете?
– О-отменить? Н-на любые изделия? – заикаясь, уточнил старик.
Чуть было энергично не закивала, но вовремя вспомнила о короне и коротко подтвердила словами свое решение.
– Я против подобного решения, на землях Роннского раума будет взиматься прежний налог, – сухо произнес Фредерик фон Берг, прожигая меня недовольным взглядом.
– Как и на землях Бернского раума, – отозвался его брат.
– И на моих.
Все вальтеры так или иначе изъявили нежелание принимать подобные меры на своих территориях.
– Что ж, в таком случае закон будет действовать только для городов. Торговец будет обязан предъявлять пограничным служащим документ о том, что он принадлежит коммуне, чтобы получить освобождение от уплаты пошлины.
Я повернулась к казначею.
– Подготовьте соответствующий документ.
Представитель вышеупомянутых коммун и глава гильдий сидели ошеломленные, с вытаращенными глазами глядя на то, как я утверждаю очередной документ. После того, как поставила новую печать, совесть немного успокоилась. Можно сказать, совершила благое дело – хорошая торговля повышает качество жизни людей.
Последним на повестке стоял вопрос о реформе местных денег.
«Уменьшить вес и содержание серебра в сильберах, а также для облегчения мелкой торговли в городах и раумах выпускать новые монеты меньшего номинала, – пробежалась глазами по тексту предлагаемого документа. – Так… капферы номиналом в половину, четверть и дюжинную долю сильбера. Чеканить из сплава меди и олова…»
К концу слушанья голова начала гудеть, а корона словно с каждой минутой становилась все тяжелее, однако я упорно вчитывалась в текст, пытаясь во всем разобраться.
«Королевским указом устанавливается, что новые медные деньги являются законным средством платежа наравне с гельденами и сильберами».
– Городские уже заблаговременно оповещены о планируемом нововведении, так что бунта, подобно тому, что был после прошлой денежной реформы, ожидать не стоит, – подал голос представитель коммун.
«Ну спасибо, обнадежил» – невесело подумала я, глянув на него исподлобья.
Ничего подозрительного или предосудительного в подобных действиях я не увидела, поэтому была готова подписать все нужные бумаги и скорее покинуть зал, в котором мне уже становилось душно. Виной тому, возможно, было близкое присутствие трех явно недружественно настроенных ко мне господ.
– Ни у кого нет возражений? – уточнила я, осматривая собравшихся, все мужчины покачали головой, демонстрируя удивительное единодушие. – В таком случае…
Закончив со всеми формальностями и завершив слушанье, я с облегчением поднялась из-за стола. От неудобного сиденья и позы затекли почти все части тела, и зал я покидала на ватных ногах. Уже у самого выхода, я услышала отдаленные голоса:
– Вы это видели?
– Королева впервые поставила под вопрос решения фон Бергов. Возможно, господа, у нас еще есть шанс…
«Чудесно. Ну вот зачем я это сделала? Надо было молча подписать, что дают, как и говорил граф. А теперь, выходит, пошатнула авторитет этой могущественной семейки на глазах у целого собрания? Молодец, Ира!»
Направляясь к лестнице, я сдерживала себя от желания обернуться и терпела чей-то очень тяжелый взгляд, прожигавший мне спину. Вернувшись в свои покои, решила незамедлительно заняться устройством судьбы Белоснежки. До назначенного праздника оставалось три недели.
«Надо скорее делать ноги из этого мирка».
***
Оставшееся до прибытия гостей время пролетело слишком быстро, но легким оно для меня не было.
Белоснежка, узнав, что на ее именины прибудут молодые принцы, да еще и со свитой из таких же молодых друзей, впала в полнейшее детство. Усадить ее за уроки не представлялось возможным, мыслями она витала в таких высоких облаках, что все учителя оказались бессильны вернуть ее к более земным предметам. Я несколько раз попыталась привести девицу в чувство, но проще было гремлина снова превратить в жабу, чем Белоснежку в прилежную ученицу.
Каждый мой день начинался и заканчивался тем, чтобы свериться со списком оставшихся дел и либо облегченно вычеркнуть из него очередной пункт, либо добавить новый. Все требовало моего внимания – комнаты для гостей, цветы для праздничных композиций, меню для торжественных ужинов и музыканты для главного бала.
Неделя празднеств начиналась с дня приезда гостей. С самого утра прибывали кареты высокопоставленных особ, сопровождающие их отряды стражников, молодые дворяне верхом. Дворецкий и управляющий ловко справлялись с размещением гостей в замке, оповещая делегации о том, что их ждут на приветственном обеде.
Как раз к его началу я спустилась в просторную галерею, где выставили сразу несколько столов. Поприветствовав собравшихся, пригласила всех садиться и дала знак слугам. Мой стол был поставлен так, чтобы я могла видеть каждого принца и Белоснежку.
Принцы и их приближенные громко и весело переговаривались, шутили, смеялись, бодро напиваясь вином и медовухой из королевских запасов. Между венценосными особами почти не чувствовалось какого-либо напряжения, словно все они были старыми друзьями. Белоснежка, окруженная вниманием, сияла от счастья. К моему удивлению и радости, когда прибыли принцы, она показала невиданную за прошедший месяц элегантность и в течение всего утра вела себя как принцесса. Даже ни одной вазы не разбила. Правда, ближе к обеду настоящий характер пробился, радуя присутствующих звонким заливистым смехом.
В замок прибыли и несколько принцесс из других королевств, которых я пригласила скорее для отвода глаз. Они сидели за столом с высокомерным видом, с укором глядя на мою падчерицу. Но та, совершенно не придавая этому значения, к концу обеда лихо отплясывала с Богденом под веселые и одобрительные крики гостей.
Я внимательно наблюдала за принцами, отмечая слабые и сильные стороны каждого. Почти сразу пришлось отсеять троих, они совершенно не подходили Белоснежке. Манеры поведения и разговоры выдавали в них весьма образованных и немного замкнутых молодых людей. Вскоре и четвертый перестал быть потенциальным женихом, так как выяснилось, что король Нордхольма уже успел договориться о выгодном союзе с принцессой Южного королевства.
Вечером гости собрались в большой гостиной на чай с пирожными, разместившись небольшими компаниями на мягких диванчиках.
– Однажды на охоте вблизи замка короля Вэстфилда, выслеживая золотую лань, мы с друзьями разбили небольшой лагерь, – молодой принц Кристиан рассказывал обступившим его со всех сторон принцессам очередную историю. – А ночью на лагерь напал волк!
Одна из девушек громко пискнула и прижала к губам ладошку. Очаровательно ей улыбнувшись, принц продолжил:
– Он был словно одержим, бросился на нас с яростным рычанием, серьезно ранил моих товарищей, мне самому прокусил руку.
Принц продемонстрировал следы от укуса на своем запястье замершим в ожидании девушкам. К ним присоединилась и Белоснежка, зачарованно глядя на красивого светловолосого юношу.
– Нам с трудом удалось его отогнать, но оставлять такое дикое животное в лесах короля было опасно. Друзья мои слишком пострадали и не могли продолжить охоту, поэтому я отправился выслеживать волка в одиночку.
– И вы его убили? – с затаенным дыханием спросила Белоснежка.
Подмигнув ей, принц еще шире улыбнулся и произнес:
– Два дня я шел по его кровавому следу, а когда мы снова встретились, и я уже собирался нанести смертельный удар, обнаружил, что волк был безумен, потому что испытывал боль. У самого основания шеи хищника застрял острый шип от ядовитого растения. Я усыпил бедолагу магическим раствором, который всегда ношу с собой на охоту, и привез волка домой. Отец очень любит животных, он поставил его на ноги, и с тех пор Чарли живет у нас. Придворные в нем души не чают.
На глаза Белоснежки навернулись слезы.
– Как смело и… благородно, – заметила я.
Принц вздрогнул. Обернувшись, он немного выпятил грудь и с гордостью в голосе произнес:
– Ваше Величество, польщен, что вы нашли мою скромную персону достойной столь лестных характеристик.
Хмыкнув, я пожелала компании девушек и окруженному ими принцу приятного вечера, после чего покинула гостиную. То, как Белоснежка смотрела на Кристиана почти решило его дальнейшую судьбу.
***
В течение следующих двух дней я окончательно убедилась, что принц Кристиан станет отличной партией Белоснежке. Он был приятен в общении, в меру энергичен, смел и не столь притязателен к учености и этику, как другие принцы. Да и Белоснежка, очевидно, была от Кристиана без ума, почти глаз с него не сводила и заслушивалась каждым словом. Оставалось поговорить об этом с самим принцем и настроить его на нужное решение.
Утром четвертого дня я пригласила молодого человека в кабинет. Пройдя внутрь, принц быстро огляделся и запер за собой дверь. Он выглядел взволнованным. Стремительно преодолев расстояние, Его Высочество встал очень близко и взял мою руку в свою.
– Эм, Кристиан, – немного сбитая с толку таким напором, неуверенно начала я, – хотела с тобой…
– И я… я тоже хотел с вами поговорить, Ваше Величество! – запальчиво произнес молодой принц.
Он неожиданно склонился и прямо-таки облобызал мою руку.
– Вы покорили меня! – страстно прошептал Кристиан, распрямляясь. – Как только вас увидел, понял, что пропал… никогда я не встречал столько красивой и мудрой женщины.
«Что?! Это ещё что за шутки?»
Я с ужасом заглянула в полные страсти глаза юного принца, и поняла, что влипла.
«Только этого мне не хватало!»
Глава 10. Насильно мил не будешь. Или…?
Кристиан подался вперед, его лицо оказалось совсем близко к моему.
– Ваше Величество, я вас так…
Резко подняла руку и приложила ее к губам принца, останавливая его от необдуманных слов. В голове стремительно проносились мысли.
«Сразу отвергать нельзя. Разобью юное сердце, и принц натворит глупостей. Да и после отказа он скорее всего сразу покинет замок, а этого никак нельзя допустить. Лучшего кандидата для Белоснежки я сейчас вряд ли найду».
– Не стоит… спешить. Давайте все обсудим после того, как закончатся праздники, – придав голосу ласковые интонации, как можно мягче произнесла я.
Принц снова взял мою руку и медленно поцеловал каждый палец.
– Хорошо, – прошептал Кристиан. – Хорошо, я подожду.
От нежных прикосновений я испытала лишь неловкость. Никогда еще мужское внимание не вызывало у меня столько досады. Наконец, отпустив мою злосчастную конечность, он тихо спросил:
– Вы хотели со мной о чем-то поговорить?
– Это… тоже подождет.
Поклонившись и бросив на прощание томный взгляд, Кристиан все так же стремительно покинул кабинет. Как только за ним захлопнулась дверь, я с тихим стоном рухнула в кресло.
«Какой-то нелепый вышел разговор» – подумала, мысленно скривившись.
Спустя несколько секунд тишины раздался громкий перезвон колокола. Зеркало дрожало, стуча кованой рамой о каменные плиты.
– Смотри со стены от смеха не упади, – процедила я, глядя на ржущую маску.
– Ой не могу, до чего же смешно!
– Это не смешно, Роджер. Это проблема.
Я откинула голову на спинку кресла и устало прикрыла глаза.
«Ведь всё так удачно складывалось…»
– Подумать только, нашу милейшую Белоснежку обставила Ирина Королёва, артистка провинциального театра, – насмешливо протянул Роджер. – Кому расскажешь, не поверят.
– А знаешь, кто бы с удовольствием об этом послушал? – сердито прошипела я.
– Кто? – все еще посмеиваясь, уточнил Роджер.
– Крысы в подвале. Им явно не хватает веселой компании.
Роджер подавился смехом. Угроза всегда действовала безотказно – магический советник по-настоящему боялся оказаться выброшенным и забытым. Откашлявшись, он уже спокойнее добавил:
– Ладно, красивая и мудрая женщина, как будешь решать эту проблему?
Несколько минут я молча сидела в кресле, задумчиво барабаня пальцами по подлокотнику.
– Постой-ка! – воскликнув, я резко подскочила на ноги.
И быстрыми шагами направилась к выходу, приговаривая:
– В одной из книг Гримхильды точно есть целый раздел с приворотными зельями!
Проверив в секретной лаборатории гримуары, нашла тот, в котором отыскались несколько подходящих рецептов.
– А ты коварная женщина, Ира. Мне нравится, – протянул Роджер, когда я, вернувшись с книгой в кабинет, поделилась с ним задуманным.
Фыркнув, закатила глаза, однако уголки губ невольно поползли вверх. План казался довольно простым: сварить зелье, опоить им слишком влюбчивого принца, и тем самым решить сразу две проблемы. Я внимательно просмотрела составы зелий и нахмурилась.
– Роджер, есть одна загвоздка – в запасах королевы отсутствуют несколько нужных ингредиентов.
Когда я училась варить простые снадобья, вроде эликсира памяти или настойки бодрости, наизусть запомнила все надписи на баночках, что хранились в лаборатории. А сейчас в списке необходимых трав для всех вариаций приворотных зелий видела незнакомые названия.
В зеркале послышалось задумчивое мычание.
– Значит, нужно пополнить запасы.
– А… как?
– В ведьмовской лавке, конечно. В городе.
На мгновение растерялась. За прошедший месяц я ни разу не покидала замок, лишь со слов Роджера знала, что из себя представляют местные города. Судя по его рассказам, они не сильно отличались от моих познаний о средневековых поселениях, разве что воняли меньше благодаря системе канализаций. Посетить один из местных городков было бы даже интересно, однако возникала новая проблема. Пойти вот так средь бела дня в ведьмовскую лавку было нельзя, это бы вызвало подозрения. Все считают Гримхильду чернокнижницей, и я пока не собиралась менять это заблуждение. Послать кого-то из слуг не могла по той же причине, поползли бы слухи.
– А как королева попадала в эту лавку?
– О–о–о, она разработала целую схему. Тебе понадобится…
***
Белоснежка медленно жевала булочку с джемом, мечтательно глядя на принца, тот, уже с утра попивая вино, бросал в мою сторону влюбленные взгляды, а я, возведя глаза к потолку, недоумевала, за что мне всё это. Позволив себе еще несколько минут посетовать на несправедливость судьбы вообще и ко мне в частности, отставила чашку и, встав из-за стола, обратилась к гостям, собравшимся на завтрак в галерее:
– Сегодня мне придётся вас ненадолго покинуть. К сожалению, не смогу присутствовать на играх, но всем желаю удачи и приятно провести время.
На пятый день празднеств приглашенных венценосных особ ждало нечто вроде шуточного рыцарского, или как тут было принято говорить, «риттерского» турнира. Принцы, конечно, не собирались сражаться друг с другом всерьез, но помериться силой и ловкостью в испытаниях были не прочь.
Молодые люди нестройным хором голосов выразили сожаление и надежды на мое скорейшее возращение. Старательно игнорируя разочарованный взгляд Кристиана, я поспешно покинула галерею.
Спустившись в крыло, где располагались кухни, я оказалась в центре царившего здесь хаоса. В лицо ударила волна горячего воздуха от разожженного в камине огня, где на вертеле зажаривали поросенка. От огромной печи доносился умопомрачительный аромат свежеприготовленного хлеба, перемежаясь с витавшими в воздухе запахами сырого мяса и пряных специй. Над столами от громоздких котелков исходил густой пар, в котором были едва различимы фигуры стоящих рядом кухарок. Женщины в фартуках и чепцах, перекрикивая друг друга, раздавали команды бегающим по кухне с приборами и посудой юным помощникам в поварских колпаках. Здесь было так шумно и людно, что появление королевы заметили не сразу.
Наконец один из мальчишек меня увидел, и, выронив из рук посуду, согнулся пополам, что-то лепеча себе под нос. Звон разлетевшихся по полу жестяных мисок привлек внимание и остальных. Все замерли, и на кухне стало удивительно тихо.
– Марта, выйди в коридор, я хочу с тобой поговорить, – обратилась к главной кухарке.
Полноватая женщина с приятным лицом слегка побледнела, но, торопливо вытерев руки о полотенце, вышла за мной следом.
– Ваше Величество, чем могу служить? – она стянула чепец и зажала его в руках, явно испытывая волнение.
На ее голове растрепались пышные седые кудряшки, отчего Марта походила на престарелый одуванчик.
– Для начала, хочу тебя поблагодарить за отлично проделанную работу, – произнесла я, улыбаясь. – Все гости в восторге от приготовленных блюд.
На пухлых щеках кухарки появился довольный румянец.
– Принц Бернфилда даже изъявил желание увезти тебя в свой замок. Но мне и самой нужна такая умелая повариха, – я слегка похлопала женщину по плечу, незаметно собрав с грубого темного платья несколько седых волосков. Марта побледнела еще сильнее и, округлив глаза, пробормотала:
– Я счастлива служить вам, госпожа, никакой другой лорд мне не нужен.
Чтобы мое появление на кухне не выглядело совсем уж подозрительным, поинтересовалась, как продвигается подготовка к главному банкету, после чего поспешила в лабораторию.
Спустя полчаса, помешивая заготовленное с вечера зелье, я добавила в него волоски кухарки. Варево в котелке забурлило, приобретая противный болотный оттенок. Брезгливо скривившись, посмотрела на стоящее в углу стола зеркало.
– Только не говори, что мне придется это пить.
Роджер ничего не ответил.
– И что молчишь?
– Ты просила не говорить, – усмехнулся он.
Раздраженно выдохнула и с силой ударила кулаком по столу, в очередной раз гадая, когда я успела так прогневать мироздание. Раздался тихий шелест, и под ноги мне упал сложенный в несколько раз лист. Подняв его и внимательно осмотрев, заметила на одной стороне следы чего-то липкого. Кажется, он был прикреплен ко дну стола.
– Настойка красоты, – развернув листок, прочитала вслух заголовок, выведенный тусклыми чернилами.
– Тот самый рецепт, – подал голос Роджер. – А я-то думал, куда он запропастился.
– Листья подорожника, семена страстоцвета, корень стапелии разноцветной, сок медвежьих ягод, – я пробежалась глазами по списку ингредиентов и не нашла в нём ничего подозрительного.
Пожав плечами, отложила находку в сторону и принялась переливать болотный отвар в пустую склянку. Вторую наполнила нейтрализующим его действие зельем. В потайном отделении комода нашлась потертая дорожная накидка, в которой Гримхильда не раз совершала свои вылазки. Разложив вещи на туалетном столике, задумчиво спросила:
– И как я незаметно возьму все это с собой?
Роджер, которого я снова перетащила в спальню, чтобы не бегать из комнаты в комнату, хмыкнул и весело произнес:
– Здесь где-то должен лежать кошелек с вышивкой.
Он показал изображение тряпичного мешочка с вышитым на нем золотыми нитями цветочным орнаментом. Порывшись в вещах королевы, отыскала точную копию и вернулась к зеркалу.
– Магическая вещица, – довольно заметил Роджер, когда я продемонстрировала ему кошелек. – Складывай в него вещи.
Скептически выгнув бровь, опустила в мешочек две объемные склянки, а когда они словно свалились в бездонный колодец, с удивлением заглянула внутрь. Кошелек был пуст. Просунув в него руку, ничего не обнаружила.
– И как их оттуда теперь достать? – возмущенно посмотрела на Роджера.
– Да все просто. Подумай о том, что хочешь вынуть из мешка, и оно само попадет тебе в руку.
Проверила. Действительно, стоило подумать о склянке с оборотным зельем, тут же почувствовала в пальцах холодное стекло. Сложив в кошель все необходимое, собралась покинуть спальню, но тут меня окликнул Роджер.
– Ира, а меня с собой взять?
Насмешливо посмотрела на возмущенную маску, но удержала себя от желания покрутить пальцем у виска.
– Роджер, и как ты себе это представляешь? Я же не буду посреди улицы вытаскивать зеркало с меня ростом, чтобы посоветоваться.
Тяжело вздохнув, он словно нехотя произнес:
– Вон там на тумбочке лежит ручное зеркальце. Поднеси его к моей раме.
Подозрительно прищурившись, подхватила зеркальце и поднесла его к Роджеру. Кованое обрамление задрожало, и вскоре я почувствовала легкую вибрацию в руке. В маленькой серебряной рамке на тонкой ножке появилась миниатюрная, но хорошо мне знакомая маска. Я уставилась на зеркальце и с негодованием прошипела:
– И все то время, что я таскала тебя по комнатам, ты мог это сделать?
– Это было бы уже не так весело, не правда ли? К тому же, здесь тесновато, – пробурчал Роджер. – Ладно, клади меня в кошель, тебе пригодится моя помощь. А то еще потеряешься там без меня.
Покачав головой, кинула нахальное зеркало в мешочек, и, выглянув в коридор, приказала лакею приготовить для меня карету, после чего позвала к себе Берту, чтобы та помогла избавиться от неудобного платья.
– Ваше Величество, вы покидаете замок? – спросила служанка, расстегивая многочисленные крючки.
– Собираюсь посетить в городе магическую лавку. Хочу присмотреть Белоснежке подарок.
– Но ведь вы для юной госпожи уже выбрали подарок к именинам. Восхитительная диадема с сапфирами, – Берта удивленно приподняла брови.
– Совсем скоро появится новый повод, – протянула в ответ с улыбкой.
Последние дни я ходила в привычных для всех королевских платьях, чтобы не смущать гостей, и сейчас была рада переодеться в удобный дорожный костюм. Но спускаясь к главному входу, я не ожидала, что столкнусь на лестнице с Кристианом. Увидев меня, он замер, медленно прошёлся взглядом по фигуре, задержав его на обтянутых брюками ногах, затем двинулся выше, к подчеркивающему талию и грудь жакету. Покраснев, юный принц поправил воротник рубашки, словно ему стало труднее дышать, и прошептал:
– Ваше Величество… вы прекрасны.
«Скорее раздобыть ингредиенты и варить зелье! Любовная горячка явно прогрессирует с каждым днем».
Натянуто улыбнувшись, я вежливо поинтересовалась:
– Кристиан, отчего же вы не с друзьями? Игры пришлись вам не по нраву?
– Я хотел предложить сегодня сопровождать вас, куда бы вы не направлялись.
Пришлось убеждать принца, что предпочитаю заниматься делами в одиночку, и что его компания, хоть и весьма приятная, будет меня отвлекать. Расстроенный Кристиан пожелал мне удачной поездки и явно нехотя направился к остальным гостям.
Во дворе меня уже ждали огромная карета, запряженная четверкой вороных коней, и небольшой отряд стражников, верхом и в полном снаряжении. Разместившись поудобнее на мягких сиденьях, я подала сигнал кучеру, и наша небольшая процессия выехала из замка.
Дорога до города длилась по ощущениям не меньше часа. Я размышляла о предстоящей авантюре, рассеянно глядя на проносившиеся мимо высокие деревья и ровные поля. Но когда карета въехала в главные городские ворота, мое внимание переключилось на вид из окна. Довольно быстро мы оказались на широкой вымощенной камнем улице, вдоль которой располагались богато украшенные дома, лавки и мастерские с поднятыми наверх деревянными навесами, укрывавшими товар от солнца и дождя. В центре улицы был разбит небольшой сквер, над которым возвышалась золотая статуя. Проезжая мимо, пригляделась и с изумлением поняла, что на постаменте стояла моя копия. Никогда не думала, что увижу нечто подобное.
Наконец карета остановилась возле светлого трехэтажного дома, над дверью которого висела красиво нарисованная вывеска с изображением камня, окутанного разноцветными искрами.
– Ждите здесь, – выйдя из кареты, приказала спешившимся стражникам.
Двое самых рослых молча встали по обе стороны от входа, остальные разошлись на несколько метров вдоль улицы.
Поднявшись по небольшим ступенькам, я очутилась в просторном помещении. Высокие стеллажи были плотно заставлены разными предметами – от обычной на вид утвари до необыкновенных инструментов и механизмов. Заметив меня, пожилой мужчина в ладно сидящем на нем костюме быстро вышел из-за прилавка, поклонился и принялся выпроваживать немногочисленных посетителей. Те не сопротивлялись и, раскланиваясь, сами спешили покинуть лавку.
– Ваше Величество, рад снова вас приветствовать. Что изволите искать в этот раз?
– Подарок для падчерицы, – вспомнив наставления Роджера, добавила: – Я хотела бы спокойно все осмотреть, чтобы мне никто не мешал. Если это возможно.
– Конечно, конечно. Смотрите, сколько угодно. Я, как всегда, буду наверху.
Закрыв входную дверь на ключ, мужчина снова поклонился, и скрылся на лестнице, оставляя меня одну. Еще раз осмотрев комнату и убедившись, что никого нет, достала из кошелька накидку и зелье. Откупорила крышку, и носа тут же коснулся противный едкий запах. Зажмурившись, отпила из пузырька. Содрогнувшись всем телом от пронесшихся по нему ощущений, достала зеркальце и взглянула на свое отражение. Длинные темные волосы стремительно седели, становясь почти белыми, нос увеличивался, принимая форму картошки, а щеки становились все круглее. В таком виде меня и мать родная бы не признала.
– Н-да, вот до чего женщину доводят заботы. А такая красивая была, – раздалось ехидное, и вместо моего измененного облика в зеркале появилась веселая маска.
– Роджер, сейчас не до твоих шуточек. Лучше говори, куда дальше?
