– Похоже, Рихэддарт всё-таки прав – люди понимают только страх, – пробормотал Домиан себе под нос.
– Что вы там бормочите? – мэр тяжело дышал. – Так да или нет?! Или ещё один кошелек, сейчас же, или камни! Не слышу!
Домиан поднялся с кресла и шагнул к мэру. В следующий миг почтенного градоначальника так приложили головой о стол, что у того искры полетели из глаз.
Домиан, держа его вывернутую руку, промолвил тем же спокойным голосом:
– Это вы послушайте меня, милостивый государь! Если с головы Дисли Талеса упадёт хоть один волос, я шкуру с вас спущу, лично!
– Стража!.. Стража!.. – чуть слышно хрипел мэр.
– Заткнись! – рявкнул Домиан и, повысив голос, крикнул: – Эд, друг мой!
В тот же миг в дверях показался седобородый стражник. Домиан отпустил руку градоначальника.
Мэр, потирая плечо, вскочил и отступил на пару шагов. Указав на Домиана трясущимся пальцем, он приказал стражнику:
– Немедленно арестуйте его, Чосир! Это разбойник, бандит! Он угрожал убить меня! В темницу… Казнить!.. Кто пустил?! – градоначальник захлебывался от негодования.
– Непременно, ваша милость! – ответил охранник, который зачем-то запер дверь на массивный железный засов…
– Он твой, друг мой, – устало бросил Домиан. – Я сделал всё, что мог!
Народ на площади недовольно гудел – обещанная экзекуция откладывалась уже почти на час.
Внезапно на сколоченный наспех деревянный настил, при помощи двух стражников, забрался не кто иной, как мэр Сид Шурли, собственной персоной. Толпа поутихла.
– Граждане славного города Товира! – обратился к ним запыхавшийся градоначальник. – Экзекуция почтенного Дисли Талеса отменяется!
Толпа ещё сильнее загудела.
– Но, раз вы все здесь собрались, не расходитесь! – продолжил мэр. Он был бледен, и даже издалека было видно, что он дрожит всем телом. – Так вышло, что в наш город прибыл знаменитый артист, жонглер, фокусник и шпагоглотатель, и он с радостью продемонстрирует вам своё непревзойденное искусство!
В толпе послышались отдельные одобрительные возгласы, но недовольных выкриков было гораздо больше.
К мэру поднялся высокий человек, одетый в яркий костюм уличного артиста, и что-то шепнул ему на ухо.
– Ага… – кивнул мэр. И продолжил, обращаясь к толпе и в то же время как-то странно косясь на артиста: – Он говорит, что если представление вам не понравится, то вы сможете закидать его овощами, что припасли для экзекуции…
Одобрительных возгласов в толпе стало значительно больше.
Высокий мужчина кивнул мэру, и тот, будто вспомнив что-то, снова обратился к толпе:
– Ах да! Дисли Талес… – голос мэра сорвался. – Дисли Талес теперь под защитой муниципалитета! Никому не разрешается и пальцем его трогать!
Толпа снова недовольно загудела, но на этот раз мэр решительно поднял руку:
– Ещё раз повторяю – даже пальцем не трогать! Кто ослушается – окажется привязанным к этому столбу!
Люди немного попритихли.
– С чего это? – обратился один из стоящих поодаль стражников к своему напарнику. – Как думаешь?
В ответ тот лишь пожал плечами.
Но уже очень скоро весь город гудел о том, что у Дисли Талеса нашлись такие влиятельные друзья, что мэр Шурли лично отпирал его темницу и отряхивал узника от соломы. Так что теперь с Талесом лучше не связываться…
До того, как с неохотой принять просьбу Домиана о представлении для разгоряченной толпы, Эд, улучив момент, перенес всю компанию к тому самому неказистому дому, где обитал незадачливый Дисли Талес.
И теперь Домиан, Лина и Вики, а с ними худощавый мужчина, с растрепанными светлыми волосами и окладистой бородой, стояли у крыльца, уставившись на массивный замок на двери.
На лице Дисли Талеса читалось замешательство.
– Да нет, мастер Фрай, не я закрыл… – бормотал он. – Какое там! Ворвались и утащили – я даже оглянуться не успел… Замок-то мой, а вот ключ…
Поразмыслив немного, он торопливыми шагами направился к одному из соседских домов, через два дома от его собственного. Но вскоре вышел оттуда и побежал дальше. Домиан, Лина и Вики остались ждать.
Не было Дисли Талеса довольно долго, и они уже начали было волноваться. Но вот, спустя ещё минут десять, в конце улицы показалась его угловатая фигура.
Шёл он очень быстро, почти бежал. Когда он приблизился, в его руке оказался старый погнутый ключ.
– Марта, сердобольная старушка… – произнёс он запыхавшимся голосом. – Решила позаботиться, чтобы тут всё не растащили. Не всем уж я так насолил – многие относятся ко мне весьма недурно…
Домиан хмыкнул:
– Их отношение, друг мой, мы лицезрели на площади… – произнёс он с сожалением. – Что на этот раз?
– Чума… – ответил Дисли Талес.
– Ну, ясно… – заключил Домиан.
Тем временем хозяин дома распахнул дверь.
– Проходите, прошу, – обратился он к гостям, сопроводив приглашение учтивым жестом.
Комнатка, в которой они оказались, была небольшой, и первое, что бросалось в глаза – огромный письменный стол, заваленный свитками, листками и книгами. Стол, а также пол под ним были залиты чернилами, которые вытекли из опрокинутой массивной чернильницы.
Хозяин покачал головой. Затем поднял стул, валявшийся на боку посреди комнаты.
– Спасибо ещё раз, мастер Фрай, – в чистых глазах Дисли Талеса читалась глубокая благодарность. – Если бы не вы, они бы меня точно прибили…
– Так и есть, друг мой! Сколько раз я вас предостерегал! – ответил Домиан. – И сколько раз предлагал найти для вас такое место, где вы были бы в безопасности! Разве вам не понравились миры, что мы вам показывали?
– Что вы, мастер Фрай! Очень понравились – просто волшебные… – всплеснул руками Дисли.
– Так, может, пора? На какое-то время они успокоятся, но или градоначальник опять смениться, или ещё что… И в следующий раз мы можем не успеть… А что было бы, реши мы навестить вас не сегодня, а, скажем, через пару дней? Мне даже подумать страшно!
– Ну, не впервой…
– Так-то да, но ведь каждый раз может стать последним! А вдруг где-то в другом месте вам бы поверили?
– А, бросьте! – отмахнулся Дисли. – Никто мне не поверит, я-то знаю… Только вы, да ещё та леди, с огненными волосами… И старик – ваш друг, да то забавное… существо, забыл, как его…
– Йотт, – подсказал Домиан. – И он – не существо…
– Да-да, Йотт, – кивнул Дисли. – Вот и всё! А больше мне никто не верит, даже мои родные! Кто-то жалеет, вроде Марты…
– Но сколько пользы вы могли бы принести, друг мой! Какой-нибудь огромной планете, целому миру! И там всё гораздо проще – раз написал, и все увидели. Не нужно каждый раз выставлять себя на посмешище, бегая по деревне…
Дисли Талес тяжело вздохнул.
– Боюсь, что в этом и смысл… К тому же, здесь моя родина. Да и преувеличиваете вы, мастер! Я и тут-то не справляюсь – стоит уехать из города… Вон, сестренка моя… – голос Талеса дрогнул. – А сколько их у меня ещё, братьёв да сестренок…
Домиан похлопал его по плечу.
– Ладно, не будем снова начинать, друг мой. Вы – славный малый, и мне будет очень жаль, если с вами что-то случиться.
– Спасибо ещё раз, мастер…
Тут Талес бросил взгляд на Лину и Вики, которые так и стояли в дверях, с интересом слушая разговор.
– Пойдёмте-ка туда, – он показал на другую комнату. – А тот тут сесть негде…
Компания перебралась в соседнее помещение, где, помимо небольшой кровати, обнаружился внушительный шкаф и пара стульев. Ещё один стул хозяин захватил из своего кабинета.
Когда все расселись, Дисли вопросительно взглянул на Домиана:
– Девчонок посмотреть?
– Ага, – ответил тот.
– С кого начнём? – спросил Дисли, обращаясь к подругам.
Те вопросительно взглянули на Домиана.
– Ничего страшного и сложного, – пояснил он. – Дисли просто дотронется руками до головы. Даже пальцы колоть не придётся…
Девушки, которые до этого момента вообще не представляли, зачем они здесь, насторожились. Особенно, когда припомнили странное поведение профессора Моргимерта.
– Это необходимо! – произнёс Домиан. – Поверьте мне, и ничего не бойтесь!
– А давайте с Вас начнём, мастер? – обратился Дисли к Домиану.
Тот пожал плечами и подсел поближе к Дисли Талесу, который устроился на своей кровати.
Дисли просто положил руку на голову Домиана, и через несколько секунд убрал.
– Вас… – начал было он, но Домиан жестом остановил его.
– Давай потом, всё сразу, ладно?
– Как скажете…
Затем пришла очередь Лины и Вики. В отличие от профессора Моргимерта, Дисли Талес не хмурился и не причитал, и девушки сочли это хорошим знаком.
Закончив, он бросил взгляд на Домиана, и тот кивнул.
– Ну что ж, – начал Дисли. – Вы, мастер, умрёте от того, что вас пырнет ножом пьяный матрос. В кабаке, что называется «Королевская охота», через три месяца от сего дня. Так что вовремя вы…
Домиан кивнул.
Лина и Вики уставились на Дисли Талеса. Они все похолодели…
– А вы, – продолжил предсказатель, глядя на девушек, – умрёте в другом, чуднóм месте… Вот вас, – указал он на Лину, – чёрный всадник пронзит своим копьём… А вас – он повернул голову в сторону Вики, – принесут в жертву на алтаре… Но где и когда это будет, я не вижу – и правда странное место, словно… чужое…
Округлившимися от ужаса глазами девушки уставились на Дисли Талеса, а затем перевели ошеломленные взгляды на Домиана…
– Всё в точности так, как говорил профессор Моргимерт, – спокойно сказал тот.
Лина судорожно сглотнула.
– И вы… – начала было она.
Но тут в центре комнаты появился Эд.
– Да уж, друг мой! – с ходу начал он, обращаясь к Домиану. – Чтобы я ещё раз согласился на такое!.. Уверен, что о представлении, что я устроил, они будут рассказывать своим внукам. И те, кто не видел собственными глазами – ни за что не поверят! И всё равно нашлись такие, кто запустил в меня тухлыми початками! Они не попали, и от этого завелись, а уже через минуту все как с цепи сорвались…
Домиан встревоженно взглянул на друга.
– Надеюсь, ты не…
– Успокойся! Всё закончилось хорошо, как ты и просил… Никто из них всё равно не попал, и это, пожалуй, произвело не меньшее впечатление, чем само представление. Провожали меня громкими овациями! В конце я ещё раз напомнил, чтобы они не трогали твоего друга…
– Спасибо и вам, господин! – произнёс Дисли Талес. – Спасибо огромное! Не знаю вашего имени…
– Рихэддарт, можно Эд…
– И от меня спасибо, друг мой, – улыбнулся Эду Домиан. – Знали бы они, кто перед ними ломал комедию! Просто я не хотел, чтобы эта неудовлетворенная толпа затаила ещё большую злобу на Дисли – ведь у них отняли такое развлечение! К тому же, если теперь градоначальник начнёт болтать, никто не обратит внимания – сегодняшний день был полон чудес…
Лина громко хмыкнула. Эд и Домиан обернулись в её сторону.
– Ну и лица у них… – произнёс Эд, разглядывая Лину и Вики.
– Мы уже закончили… – ответил Домиан.
– И как? Совпало?
– В точности то, что говорил профессор. Только я не успел объяснить им – ты помешал своим появлением…
Лина и Вики, пораженные равнодушием Эда и Домиана, переводили непонимающие взгляды с одного на другого.
– Успокойтесь! – обратился к ним Домиан. – Теперь вам всё это точно не грозит! У моего друга Дисли Талеса редкий талант – ни одно его предсказание никогда не сбывается, хотя все они абсолютно правдивы…
Девушки растерянно переглянулись. Затем Вики озадаченно сдвинула брови, а Лина недоверчиво скривила губы.
Наконец, картина для них начала складываться…
– То есть, вы хотите сказать… – начала Вики. – Что теперь то, о чём сказал мистер Талес, не сбудется?
– Совершенно верно! – ответил Домиан. – Теперь я точно могу не опасаться пьяного матроса в кабаке «Королевская охота».
– И что? – озадаченно спросила Лина. – Вы теперь не умрёте?
– Умру, конечно, но только не так… – ответил Домиан.
– И, наверное, теперь это случиться позже… – произнёс Дисли Талес. – Обычно так бывает…
Девушки вновь одарили его изумленными взглядами.
– Просто судьба очень любит сюрпризы, по крайней мере, в моем случае… – улыбнулся предсказатель. – Стоит мне только растрезвонить о какой-нибудь беде, и она уже не случиться… Сам я, правда, выгляжу при этом совершенным дураком, но что поделать…
Домиан похлопал Дисли по плечу.
– А если ещё раз посмотреть, потом? – подумав, поинтересовалась Лина.
– Должно пройти время, чтобы нити судьбы переплелись вновь, – ответил Дисли. – Поэтому какое-то время я просто ничего не увижу… Кстати! – добавил он, обращаясь к Эду. – Позвольте, я и вас посмотрю?
– Нет-нет, спасибо! – с улыбкой ответил тот. – Я не хочу менять свою судьбу – пусть будет что будет. Ведь может стать ещё хуже…
– Кто знает… – ответил Дисли.
При этих его словах Лина снова напряглась, а Вики кивнула.
– А я очень рада, – сказала она. – Вряд ли будет что-то хуже, чем умереть на алтаре, – всё ещё бледная, она силилась улыбнуться.
– Ну и отлично! – произнёс Домиан. – У всех нас сегодня выдался непростой денек, так что, пожалуй, пора. Ещё увидимся, друг мой, – он протянул Дисли Талесу руку.
– Буду очень рад, мастер! Передавайте от меня привет старику и вашей подруге. И тому… Йотту, если увидите.
– Непременно! – улыбнулся Домиан. – Береги себя!
На том они и расстались.
Эд отправил девушек в Корпус, а сам вернулся к Домиану. Несмотря на поздний час, Синты ещё не было. Налив по бокалу вина, друзья устроились на диванах за журнальным столиком.
– Ну, что скажешь? – спросил Эд.
– Пока ничего особенного – ты же знаешь, что иногда мои озарения заставляют себя ждать… Но я уверен, что за этой историей скрывается нечто очень важное, можно даже сказать, глобальное…
Эд замялся.
– Есть что-то ещё? – спросил Домиан.
– Да как сказать… – потянул Эд. – Ты пока здесь, на Тиве?
– Пока здесь – обожаю этот этап в развитии цивилизаций. В ближайшую сотню лет они на всё будут смотреть широко открытыми глазами…
– Пожалуй…– рассеянно согласился Эд.
Выглядел он так, словно размышляет о чём-то. Поймав вопрошающий взгляд друга, Эд произнёс:
– Я не хотел говорить, пока сам с этим не разберусь, но иначе у тебя не будет полной картины…
Домиан согласно кивнул.
– Дело в том, – продолжил Эд, – что мне приказали доставить Лину в этот Корпус… И теперь, особенно после всех этих предсказаний, я уверен, что её встреча с Вики неслучайна…
– Приказали? – удивился Домиан. – Кто может тебе приказывать?
– Странный тип, которому я странным же образом оказался должен – я тебе как-то рассказывал. А потом, вслед за ним, заявились ещё «старые знакомые», которые требовали рассказать, что к чему. Причём требовали в довольно категоричной форме…
Домиан выглядел встревоженным.
– Успокойся! – продолжил Эд. – Мне удалось решить этот вопрос. Правда, из-за этого я не успел помочь девчонке…
– И как ты его решил?
– О, давай не будем об этом. Не обошлось без крови, а ты же знаешь, что я не сильно это люблю…– Эд тяжело вздохнул. – Но теперь я не знаю, как поступить дальше…
– В каком смысле?
– В смысле: оставить их друг с другом, или лучше разлучить? Как будет правильно?
Домиан надолго задумался. Наконец, осушив бокал, он ответил:
– Скажу тебе так, друг мой: что-то подсказывает мне, что нужно просто оставить их в покое, на какое-то время. И пусть судьба всё решит сама…
Глава 13. Центир
Филис Брант, Первый комиссар Имперского кадетского Корпуса, развалился в глубоком кресле в загородном доме своего старого друга, ныне высокопоставленного чиновника, того самого, который изрядно выручил его в истории с беспорядками. Звали этого друга Тирт Ларрдо, и сейчас он занимал пост министра по связям с общественностью. Впрочем, поговаривали, что это – лишь промежуточная ступень в его карьерной лестнице, по которой он поднимался с завидной скоростью.
Сейчас Тирт Ларрдо нервно расхаживал перед креслом Бранта, стараясь размашистыми жестами придать убедительности своим словам. Их полемика продолжалась уже около часа.
– Ну как ты не понимаешь? – горячился Ларрдо. – Что им с того, что они развалили нашу империю? Если они оставят нас в покое, то очень скоро экономика возьмёт верх, и все, кто откололся, вернуться. И мы, избавившись от этой прогнившей насквозь идеологии, от этого хлипкого фундамента, станем ещё сильнее, чем были. Они никогда этого не допустят! Такой шанс упускать нельзя! Это мы вышли из игры, а они сейчас удвоят усилия. Говорю тебе: нас ждёт война. А до этого страну доведут до крайности…
– Мне кажется, ты всё-таки сгущаешь краски, – не отступал Брант.
– Сгущаю краски? И это говоришь мне ты?! Ты, один из самых проницательных людей, что я знаю?! Если боец на ринге упал, каков шанс, что принципиальный соперник не пойдёт его добивать? Да ещё подаст руку и предложит перенести поединок, чтобы тот мог прийти в себя? Это же бред! Если и протянет руку, то только для того, чтобы потом посильнее уронить головой об пол!
– Ну, в их дружбу я тоже не верю…
– «Дружбу»?! «Дружба» эта продлится до тех пор, пока мы будем плясать под их дудку, себе во вред! Вот только ноги быстро устанут. А как только решим прекратить, то увидим их истинное лицо. Да что там – только дурак не видит его сейчас! Веками они нас ненавидели, и что? Сейчас что-то изменилось? Опомнитесь, идиоты! – Тирт Ларрдо беспомощно потряс руками. – Потом будет поздно! Сначала из нас сделают зверя, злобного, но слабого зверя, а потом затравят – неужели история ничему нас не учит?! И потом уже будет всё равно, оскалился этот зверь, или танцует на задних лапах. Если нужна его шкура, то на это как бы плевать! А оскал его уже будет не страшен – все зубы прогнили. Не мне тебе рассказывать, что сейчас твориться и к чему всё это идёт…
На это Бранту нечего было возразить. Ситуация в армии становилась всё хуже и хуже, что отражалось и на Имперском Корпусе. Сокращали финансирование, упрощали программу, житья не было от советников Канцелярии, которые ровным счётом ничего не смыслили в том, во что постоянно вмешивались.
– Ладно, допустим ты прав, – наконец, сдался Брант. – И что дальше? Что толку сотрясать воздух?
Несмотря на то, что Тирт Ларрдо заверил Бранта, что прослушивать их не могут, он всё же подошёл вплотную к креслу друга и, наклонившись и понизив голос, произнёс:
– Нужно действовать! Эту страну спасет только ещё один переворот…
Брант отстранился. Он долго молчал, вглядываясь в пылающий взор своего старого товарища, и не веря собственным ушам.
– Ты хочешь сказать… – начал было он, но слова так и застряли в пересохшем горле.
– Именно! И мне нужны такие люди, как ты. Я уже со многими поговорил, у нас подбирается неплохая команда… У тебя огромное влияние – почти вся верхушка прошла через твой Корпус, они тебя знают и доверяют тебе. А это очень важно! В таких вопросах чужаков не терпят…
Брант подпер рукой подбородок. Он был согласен со старым товарищем, а спорил скорее из чувства противоречия. Скорее, чтобы окончательно убедить себя самого в том, что он и так знал… Тот вроде говорил всё правильно, но что-то смущало Бранта. Как ни силился он понять, что именно, но так и не сумел. Такое частенько с ним бывало. Бранта порой злило это странное чувство, этот внутренний голос, который словно останавливался на полуслове…
– Ладно, можешь на меня рассчитывать, – только и произнёс Брант.
– Я ни на минуту в тебе не сомневался, старый ворчун! Такие, как ты, не меняются! Ты просто любишь спорить, как и раньше…
Брант улыбнулся. Ларрдо вновь наполнил рюмки.
– Что ты хочешь от меня? – спросил Брант.
– О, много чего, – оскалившись, ответил Ларрдо. – Это надолго, так что располагайся поудобнее…
***
С того дня, как Лина и Вики побывали у Домиана Фрая, прошло почти полгода. Эд за это время ни разу не объявлялся, и у Лины не было повода его тревожить – снов она пока не видела. Впрочем, девушки не теряли времени даром.
Вики почти свыклась со своей особенностью, и теперь во время спаррингов выглядела вполне гармонично. Многие вещи она научилась делать осознанно, даже когда её жизни ничто не угрожало, и при случае демонстрировала просто нечеловеческую реакцию.
Лина усиленно тренировалась и, в свою очередь, пыталась развить ту самую способность по замедлению времени, о которой говорила «бабушка», и которую она впервые ощутила во время драки. Вот только пока ничего не выходило. Сначала девушка полагала, что именно благодаря этому разглядела туманные щупальца за спиной Вики. Но, с другой стороны, тогда бы это можно было рассмотреть и на замедленной съемке – к этому способу уж точно прибегали, но безрезультатно. Так что, видимо, дело было в чём-то другом.
Дни обучения текли своим чередом. До сегодняшнего утра…
По какой-то страной суете, и по выражению лиц дежурных офицеров сразу становилось ясно, что в стенах Имперского кадетского Корпуса произошло что-то из ряда вон выходящее…
Прозвучал сигнал к общему построению.
Выстроившись в шеренги в огромном зале, курсанты с тревогой ждали, что же такого скажет им Первый комиссар Филис Брант…
Но, к удивлению курсантов, вместо комиссара перед ними предстал не кто иной как Парвин Метто, Старший советник Канцелярии.
Заложив руки за спину, он медленно прохаживался вдоль замерших рядов. В гробовой тишине раздавался лишь стук его каблуков о деревянный паркет…
Наконец, Парвин Метто остановился и, окинув взглядом собравшихся, произнёс монотонным металлическим голосом: «Курсанты Имперского кадетского корпуса! Вынужден сообщить, что Первый комиссар Филис Тардел Брант уличен в государственной измене! Он запятнал свою честь и честь этого учебного заведения! В занятиях объявляется перерыв до особого распоряжения. Дальнейшая судьба Корпуса будет определяться Министерством обороны. На этом всё, все свободны».
Старший советник повернулся на каблуках и быстрыми шагами направился к выходу. Чувствовалось, что он не в своей тарелке. Все знали, что, несмотря на массу противоречий, он и Первый комиссар всё же относились друг к другу с некоторой долей уважения.
Сказать, что его слова подвергли собравшихся в шок – ничего не сказать. Большинство курсантов просто таращились друг на друга, открыв рты.
Далее события развивались стремительно. Занятия в Корпусе полностью прекратились, а проверяющие не успевали сменять друг друга. Несколько приближенных Филиса Бранта, которые находились с ним в наиболее тесных контактах, исчезли в неизвестном направлении. Но поговаривали, что настоящая чистка ещё впереди…
Как-то раз, проходя по коридору, Лина вдруг увидела знакомую физиономию, и сначала не поверила своим глазам. У окна, с наглым и самодовольным видом, стоял не кто иной, как Корт Витин, тот самый, кто раз за разом устраивал беспорядки в Корпусе и организовал нападение на Вики, во время которого Лине здорово досталось трубой по голове.
Ухмыльнувшись, он поманил её пальцем. Нахмурив брови, Лина медленно подошла.
– Что ты здесь забыл? – резко спросила она.
Его ухмылка стала ещё шире.
– Да вот, зашёл поздороваться с тобой и с твоей подружкой… Как её, Вики, кажется?
От вида этой наглой физиономии кровь в жилах Лины начала закипать. В глазах Витина сквозила ненависть, но он всеми силами старался сохранить надменный и самодовольный вид, растягивая рот в притворной улыбке.
– Скоро вы, как и весь этот сброд, окажетесь на улице, – продолжал он. – И тогда мы ещё раз проверим, на что вы способны…
– И зачем ты говоришь мне это? Боишься испортить сюрприз? – презрительно улыбнулась Лина.
Видя её спокойствие, Витин понемногу начал терять самообладание.
– Хочу, чтобы ты знала… Чтобы каждую ночь, что вам осталось здесь провести, вы, две долбанные куклы, мочили слезами свои подушки…
– Ну-ну! – ответила Лина, скрестив руки на груди. – Смотри свои штаны не обмочи, как в прошлый раз. Или снова будешь прятаться за спинами дружков, трус вонючий?!
Витин оскалился. Чувствовалось, что он задет за живое.
– А тебе, смотрю, мало досталось по черепушке? На этот раз… – он облизнул губы и понизил голос. – На этот раз не думай, что вы так легко отделаетесь. Или твоя подружка умеет ловить пули зубами?
В миг Лина оказалась рядом, и, схватив его кисть, вывернула Корду Витину палец так, что колени его подогнулись, а глаза вылезли из орбит. Он издал какой-то нечленораздельный звук, пытаясь сдержать крик.
– Умеет, поверь… – прошептала она ему в ухо. – Ты даже не представляешь, что она умеет…
Лина отбросила его руку, и Витин, с округлившимися глазами, отступил на пару шагов.
