Дари Джарт
Хроники Рейгаса. В поисках Шабабу
Глава 1
Я открыл глаза, ощутив на себе чье-то горячее зловонное дыхание. На меня смотрели два зеленых бешеных глаза. Владелец их был столь же ужасающ: исполин с рыжим ирокезом на голове. Одет он был в болотного цвета брюки-карго с накладными карманами по бокам и грязную майку непонятного цвета, однако я предположил, что она была когда-то белая; руки сплошь покрыты татуировками.
– Как ты сюда пробрался, грязный ублюдок? – прорычал незнакомец.
– Я не понимаю, где я и как попал сюда. Последнее, что помню, как я иду по лесной дороге Ачва́ри в сторону деревни Сами́. А дальше темнота, – попытался объяснить я.
– Какого черта ты пошел этим путем в Сами́, если есть общая вдоль реки? Дорогой, которой ты шел, никто не пользуется. Точнее никто и не знает про существование ЭТОЙ дороги! – терял терпения допрашивающий.
– Мне рассказал о ней один незнакомец в деревне Расса́л. Я приехал сюда с материка в поисках шабабу. Понимаете… – я хотел было найти общий язык с исполином, но резкий удар в солнечное сплетение перехватил дыхание, и я закашлялся.
– Сиди тогда в камере и думай, стоит ли дальше молчать, или всё-таки дать ответ на мой вопрос. Когда я приду в следующий раз, тебе точно не поздоровится! – потрясая кулаком в воздухе, прорычал исполин, и тут же испарился за дверью.
Немного отдышавшись, мне пришло в голову осмотреться. Я сидел на полу маленькой камеры, которая представляла собой только серые стены и серый пол, сверху источала тусклый свет маленькая лампочка, дверь на вид тяжелая из плотного металла. Мое внимание привлекли рыжеватые пятна на полу и стене с противоположной стороны. В ужасе я осознал, что это кровь. Ничто так не отрезвляет мой разум, как стрессовая ситуация.
Со мной был рюкзак. Его, конечно же, забрали, но, с облегчением я заметил, что обыскивать вещи не их конек. Там были все важные артефакты, в том числе порталы. Но мы, члены красного клана колдунов, всегда имеем важные вещи при себе, которые прячем пуще всего. Засунув руку в секретный карман штанов, который я пришил с изнанки, зная, что направляюсь в опасные места, я с облегчением обнаружил остатки пыли фей и маховик времени и пространства.
Долго не думая, я вложил немного пыли в золотой маховик, зажал кнопку сверху, сказал заветное слово «Кадам», и камера пропала в ярком свете.
Маховик в тот же момент перенёс меня в уже знакомый белый коридор с бесконечным количеством дверей. На стенах были письмена на неизвестном языке. Думаю, что старшие маги Форскер вряд ли узнали бы его. А ведь наш клан считается самым просветленным.
Эти письмена не были начерчены рукой, а как бы подсвечивались изнутри голубым неоновым светом.
Маховиков времени и пространства всего семь: на каждый клан по одному. Это наследие из глубины веков было даровано каждому клану колдунов богами, но теперь уже никто не сможет сказать наверняка. Однако сомневаться в подлинности преданий у меня лично не было оснований. Даже в некоторых манускриптах упоминается это слово – «боги».
В общем, маховики работают на пыли фей-целителей. Фея-целитель – это такое маленькое крылатое существо, внешне очень напоминает маленьких синих, с черными полосками на спинках, человечков с большими головами и заостренными ушами.
Именно наш клан живет в соседстве с этими феями. Мы защищаем их от чужаков и алчных колдунов, которые хотят завладеть этими мирными созданиями и пылью. Свойства пыли и самих фей разнообразны. Говорят, что если съесть одну такую фею, то можно обрести бессмертие. На деле еще никто из ныне живущих этого не делал, поэтому наверняка сказать не могу. Если бы вы увидели это милое создание, размером с ягоду вишни, думаю, у вас бы вряд ли возникло желание убить его, а тем более съесть.
В конце июля каждые три года, представители семи кланов колдунов собираются на поляне Созвездия, где проходит обряд дарования пыли. Каждый из семи колдунов и волшебниц получают по небольшому мешочку пыли. Расходовать ее необходимо с умом, так как такого количества хватает только на три путешествия туда и обратно. Каждый раз глава нашего клана выбирает троих колдунов или волшебниц и дарует им пыль. Всем по очереди. Мы, колдуны красного клана, расходуем ее обычно на путешествие в прошлое. У нас единственных из всех кланов есть своя библиотека, которую мы дополняем каждые три года, посредством пыли и маховика.
В этот раз пыльца досталась мне, Каире и Тому. Мы получили свои задания, я должен был отправиться в Древний Египет.
Забыл самое важное! Чтобы отправиться именно туда и когда ты хочешь, необходимо непременно подумать об открытой двери, а за ней представить изо всех сил то место, куда ты направляешься, тогда в этом коридоре увидишь дверь с красной меткой – она и есть та самая, о которой ты подумал.
Но в этот раз я не успел подумать ни о чем конкретном, и теперь стою в центре бесконечной вереницы дверей, без магии, без артефактов и без всякой надежды на спасение.
Вдруг меня осенило. Когда я собирался в путешествие, мы встретились с Сэми. Она прорицательница из синего клана Азраил. Как и я, она вступила в клан сравнительно недавно, два года назад, поэтому до сих пор проходила обучение, ведь искусство прорицания – очень тяжелая и специфичная наука.
Просто так слова заклинаний не заучишь, артефактами прорицателя тоже нельзя вот так запросто пользоваться. Наука предвидения и взгляд в прошлое открывается не по запросу, а только при полном расслаблении и умиротворении.
Самые могущественные прорицатели могли управлять временем и пространством, поэтому и название у клана «Азраил» – приближенный к Богу, так как по приданию маховики времени и пространства мы получили от богов.
Но уже много лет не появлялись действительно могущественные азраилы, поэтому мы пользовались только маховиками.
Так вот, возвращаясь к Сэми. Ей впервые за годы обучения пришло яркое видение. Посреди занятия теоретического прорицания Сэми вдруг воспарила в воздух сантиметров на двадцать, глаза стали ярко синими, ее белоснежные волосы поднялись будто в невесомости. В этот момент она видела меня в белом свете, всего побитого. Я стоял на одном колене с опущенной головой («прям как сейчас!», – вдруг осознал я), а затем побежал за синей птицей.
– Не уезжай, Калеб! Прошу тебя… Я, несомненно, рада, что начала получать сообщения от богов, но не хочу потерять друга! Это видение меня напугало – я чувствовала твою боль и одиночество. Тебе предстоит опасное путешествие, ведь те, кто отравил фей, обязательно захотят помешать найти лекарство, – попросила Сэми.
– Я понимаю, что меня ждет опасность, но я не могу иначе. Мы должны спасти фей. Я не думаю сейчас о тех дарах, что они дают нам. Меня гнетет картина, где безобидные маленькие существа изнывают в агонии боли. Потерянные, грустные лица на улицах нашего города уничтожили во мне страх. Я только хочу найти поскорей лекарство, и вернуть всё как было, – ответил тогда я, пытаясь выглядеть отважно.
– Тогда возьми этот амулет. Он принадлежал моей маме. На сколько я знаю – волшебства в нём никакого нет. Но я верю, он будет оберегать тебя. Не снимай никогда, – с этими словами Сэми накинула мне сине-серебряный амулет на шею.
Собрав волю в кулак, я встал и медленно двинулся по коридору. Пол был мягкий будто из ваты, но нога в нем не тонула.
Тут и там хранили свои секреты похожие друг на друга белые двери. Они выделялись от стен только слабым синим свечением по периметру. У всех были ручки, но я уже знал, что, если откроешь какую дверь, необходимо будет в нее зайти, иначе другая дверь в коридоре уже не откроется, и я навечно застряну в этом месте. Пыли хватит только туда и обратно, поэтому права на ошибку у меня нет.
Я сжал в руках амулет Сэми. «Вот бы ты была рядом», – подумал я, но в то же время был рад, что она в безопасности, и никто кроме меня не пострадал.
«Это пока…» – пронеслось у меня в голове.
Не знаю, как много времени прошло с начала моего пребывания в дверном коридоре, по ощущениям час или даже два. Я сел на пол, и начал разглядывать амулет. Это очень изящная работа, похоже, постарались гномы, но, возможно, и искусный маг клана Артис, хотя я не особый знаток таких вещей. Он будто был не из металла, а из переплетенных ветвей, которые опутывали синий кристалл. Внимательно присмотревшись, я увидел, что в зависимости от угла обзора и света кристалл становится то прозрачным, то синим.
Я взглянул сквозь него, и шумно втянул воздух от неожиданности. Теперь, когда я глядел через амулет на двери, все они преобразились.
Совершенно разные и по размеру, и по материалу. Одна из светлого дерева закругленная сверху, другая полностью черная, тяжелая металлическая дверь, третья – темная деревянная дверь с красивыми узорами и скрипичным ключом в центре, и так далее.
Теперь необходимо действовать. Мало ли как здесь искажается время и сколько я уже потерял. Ноги сами ускорили темп, и вот я уже бегу среди разнообразных дверей, сам не зная, чего ищу.
Резко остановившись, я взглянул на дверь справа. Она была белая с резьбой, сверху в центре силуэт птицы в полете, как бы подсвеченной синим.
Мне не нужно было долго сомневаться в выборе, это та самая птица из видения Сэми. Я нажал на ручку и вошел.
Глава 2
Ночь, в ослепительном блеске мириад звезд, укутала темным одеялом бескрайнюю поляну. А прямо передо мной предстал деревянный резной проход.
Подойдя ближе, я увидел в проходе побитого, с царапинами по всему лицу, себя.
– Так значит это зеркало, – произнёс я вслух.
Приблизившись к зеркалу, я принялся его разглядывать. Вероятно, оно было сделано отлично знающим свое дело мастером.
Зеркало вырезано из какого-то прочного дерева, возможно дуба, обрамление так же напоминает переплетенные ветви с листьями и неизвестными мне знаками. Выглядело оно как новое – ни пылинки, ни трещинки.
Я обошел зеркало вокруг. Сзади по нему тянул свои зеленые путы плющ. Но само зеркало ни на что не опиралось, и было не видно, как оно крепилось к земле. Казалось, будто оно просто выросло посреди поляны.
Тогда я взглянул в зеркало в упор. Ничего особенного, только я и мой жалкий измученный вид. На любимой в синюю клетку рубашке образовалась небольшая дырка в области плеча. «Ну, хоть футболка в порядке. Хотя, чего взять с черной простой футболки», – с грустью подумал я. Джинсы были тоже вроде целые, немного испачканы и протерты на правом колене.
У нашего клана есть обязательная одежда, но она мне не особо нравится. Обычно это старомодные прямые штаны черного цвета, черные рубашки с рукавами-фонариками с гофрированной оборкой, а также темно-бардовые мантии с капюшонами. Эту одежду шьют для нас колдуны из желтого клана Артис.
Клан Артис занимается ремеслами, а одежду шьют посредством волшебства и обычной ткани. Такую ткань мы называем маджитекс. В ней не бывает жарко и холодно, также она обладает эффектом мимикрии.
Я никогда не любил выделяться из толпы, поэтому в Рейгасе одеваюсь как маг, а в обычном мире – как человек.
Отражение в зеркале начало колебаться снизу вверх, словно волны, которых коснулся утренний бриз.
Через мгновение всё остановилось. На первый взгляд ничего не изменилось, но все же я заметил дорогу, появившуюся позади меня в отражении. Я оглянулся. И в самом деле она здесь. Дорогой это вряд ли назовешь, скорее лесной тропинкой, но это уже что-то.
За столько лет в Рейгасе мог бы уже привыкнуть к волшебству, но на самом деле сделать это не так просто.
На всякий случай я оставил метку следа на земле возле зеркала и отправился в путь.
Ноги и голова так гудят, что, кажется, вот-вот и я свалюсь.
С того момента, как я покинул Рейгас, прошло около двух недель. Почему около? Да потому что я понятия не имею, сколько пробыл в плену у того верзилы.
И, кстати, кто это вообще был? У меня так и не нашлось времени об этом подумать. Хотя, чем это мне поможет в нынешней ситуации? Одни вопросы и ни одного ответа. По поведению головореза можно подумать, что их место скрыто, как и Рейгас. Значит это не обычные люди. Но и не волшебники, иначе он меня в миг бы расколол при помощи самого простенького заклинания правды или зелья.
Могут ли они охранять тот самый цветок юности шабабу? Или это просто захватчики, а цветком пользуются в корыстных целях.
Я читал в книге «Зелья и растения. Том 1» об этом цветке. Это для фей мы должны приготовить зелье исцеление из него, так как для волшебных существ обычный лист центеллы не подойдет. Но из этого растения также получаются мощные зелья вечной жизни и силы. Весь спектр эффектов еще не до конца изучен, в связи с тем, что шабабу довольно редкий цветок.
Но мне остаётся только гадать и сосредоточиться над своим возращением домой, раз уж миссия провалена окончательно.
Живот сводит от голода, хоть сорви листья с деревьев и жуй. Тропинка с поляны увела меня в непроглядный лес. Деревья и трава образовали туннель. Сквозь густые заросли ветвей не видно неба. Но удивительно то, что как только я зашел внутрь, стало казаться, будто наступил солнечный день. Зеленый туннель был ярко освещен невидимым дневным солнцем.
Я всё шёл и шёл, в голову начинали закрадываться мысли, что он никогда не кончится; что это ловушка; что я, возможно, здесь и умру от голода и вселенской усталости. Да, отсутствие еды и сна, плохо сказываются на настроении. Последствия такого состояния будут весьма плачевны и смертельны, как для меня, так и для бедных малышей-эльфов.
Оказалось, что я являюсь единственным магом в Рейгасе, который понимает язык эльфов без зубрежки бесконечно скучных уроков «Волшебного языкознания». Два года назад, когда верховный маг нашего клана Касини забрал меня из семьи, я даже понятия не имел, что я волшебник и не принадлежу к людскому роду.
В давние времена, когда боги прибыли на нашу Землю, им понадобились доверенные лица, и, как следствие, защитники нашего мира. Поэтому они доставили звездную пыль и доверили ветрам разнести её по всей Земле. Когда пыль попадала на маленьких детей, они получали волшебные силы. Каким образом пыль определяла волшебный ребенок или нет, нигде не указано.
Разыскивать таких детей было поручено семи богам: Форскер, Азраил, Артис, Тобиа, Хого, Хира и Карасу.
Эти боги создали нашу Академию в Рейгасе. Здесь начали обучаться волшебники и колдуньи, разделенные по кланам: красные – колдуны знания (форскеры), синие – прорицатели (азраилы), желтые – ремесленники (артисы), зеленые – природные маги (тобиа), фиолетовые – защитники (хого), белые – лекари (хира), черные – заклинатели существ (карасу).
В главном здание Рейгаса напротив входа на стене висела обрамленная в золотую рамку карта. На ней иногда загорались разноцветные огоньки, по цвету совпадающие с одним из кланов. Это означало, что на свете появился волшебник или колдунья. Клан, которому принадлежит огонёк, брал его на вооружение и пристально следил за новобранцем до тринадцатилетия. Столько приходилось ждать для того, чтобы полностью защитить волшебного ребенка, а также именно в этом возрасте юный маг получает все свои силы, даже если до этого они ни в чём не проявлялись.
Внезапно по всему зелёному коридору прокатился жуткий шум. Этот шум звучал настолько громко, что на секунду мне показалось, будто голова разорвется на тысячи маленьких кусочков. Я от боли присел на колено и с силой зажал уши ладонями. Однако это не особо помогало. Постепенно громкость начала снижаться, и я смог убрать руки.
Уловить, что это за звук было сложно, он был низкий и в то же время высокий, без намёка на мелодичность. Теперь остался лишь тихий отголосок, который вёл меня вперед.
Я смог спокойно подняться и не ёжиться от боли и неприятных ощущений. Так как мне ничего больше не оставалось, я побрёл вперед на этот странный и загадочный звук.
Сердце так и рвалось из груди от волнения. Чем дальше я шел, тем ближе слышался звук. Сейчас можно было частично разобрать, на что он похож. Напоминало громкий хлопок и отголосок от него, только длящийся бесконечно долго.
Повернув за угол, я наткнулся на каменные ступени ведущие вверх. Они не были вытоптаны, значит либо здесь мало кто ходит, либо лестница выстроена недавно, а возможно здесь не обошлось без волшебства.
Я принялся взбираться по ступеням вверх. Ноги адски болели еще и от того, что ступени вырезаны из настоящего камня и поверхность их не ровная, а кроссовки мои уже серьезно вытоптаны за время путешествия. Так что я каждым шагом ощущал твердость бугристой поверхности лестницы.
Пройдя еще немного, я уселся на лестницу, абсолютно без сил. Звук не пропадал, но я больше не мог двигаться дальше. Мотивация уступила место голоду и отчаянию.
Невольно мысли мои пустились в тот день, когда впервые во мне проснулись магические силы. Магистр Касини сказал, что часто пробудить волшебные силы у детей, у которых долгое время они не проявлялись, помогало какое-нибудь событие, которые вызывало сильный гнев или страх. Так случилось и со мной.
Стоял пасмурный летний день в середине июля. Я всегда был асоциальным ребенком, поэтому предпочитал проводить летние каникулы за книгой или гулять в одиночестве. В тот день я решил пройтись в парке около дома.
Волшебникам можно выбирать, продолжать ли общаться со своей семьей или наложить на них заклятие забвения.
Я и мечтать не мог о таком счастье. Жилось мне в этой семье не сладко. У меня был брат, мать и отец. Брат не отличался острым умом, но, несмотря на это, был любимцем семьи. Вытащи он козявку из носа и тут же смой в раковине, мама немедленно присвоила бы ему медаль за отвагу и мужество в борьбе с поеданием козявок.
Отцу в большинстве своем было плевать на общение, что со мной, что с братом, но во всём становился на сторону матери.
Так что же я ною? Вроде обычная среднестатистическая семья коих много на земле.
Брат младше меня на год, однако, работу по дому выполнял именно я. Когда все развлекались, а мне не нравился этот способ отдыхать, меня в отместку заставляли убираться, либо топили в море вины за свое мнение. Я всё время тратил на уроки, что вздохнуть было тяжело, за любую ошибку получал нагоняй от родителей. Мне объявляли бойкот в семье. Мне ясно давали понять, что я не заслуживаю внимания и уважения. В общем, делали всё, чтобы я явственно чувствовал себя чужим в этой семье.
А в это время брат нежился на диване в объятиях сладкой томной лени. С ним у меня не было ничего общего. Он не мог похвастаться ораторским искусством, в связи с этим каждая наша перепалка заканчивалась дракой, где, конечно, в глазах родителей всегда был виноват я.
Так что же произошло летом накануне моего тринадцатилетия?
Как я и сказал, в тот день мне захотелось прогуляться в парке. Младший брат увязался за мной. Всё начиналось безобидно. Я всё-таки еще лелеял надежду подружиться с ним. Как-никак братья. Ох, как я ошибался.
Парк довольно большой для маленького городка. Там густо растут высокие сосны и могучие дубы, везде стоят скамейки. Устилает землю плотный зеленый газон, на котором люди устраивают пикники, гуляют с собаками, играют во фрисби. Я любил это место. Там я себя ощущал частью чего-то большего. В парке вроде всегда много людей, но в то же время, будто остаешься один на один с самим собой.
Это была засада. Ловушка. Как не назови – грязное предательство.
Мы перешли дорогу и сразу же оказались в парке.
– Отличная погода! – заметил я.
– Ага, замечательная, блин, – усмехнувшись, ответил он.
Мы уже зашли довольно глубоко в парк, как вдруг из-за дерева показались силуэты. Подойдя ближе, я узнал их. Четверо дружков моего братца. Они мерзко улыбались, а один даже еле сдерживал смех.
-Так-так-так. Кто это у нас здесь? Неужто бледный слизняк отрастил себе ножки и вышел прогуляться, людям показаться? – ехидно пропел верзила.
Дружки моего брата были все спортсмены, и, разумеется, превосходили меня в габаритах раза в два, что не скажешь про мозги.
-Как жизнь, качки? Давно не виделись, – сказал я, изо всех сил пытаясь сохранять спокойное выражение лица. Хотя, признаться, руки начали предательски трястись.
– А ты дерзко разговариваешь несмотря на то, что я могу поломать тебя пополам одной рукой, червь, – сердито проговорил другой амбал.
Тут один из приятелей ткнул его в грудь, чтобы он заткнулся.
– Знаешь, мы тут решили провести эксперимент. Твой брат сказал, только ты сможешь нам помочь, – деловито заявил первый говоривший.
Я непонимающе взглянул на брата, тут же заметив то самое выражение лица, которое появлялось на его лице всякий раз, когда он собирался насолить мне.
– О каком эксперименте идет речь? Я впервые слышу об этом. В любом случае мне нужно подготовиться к нему. Почему бы не провести его в другой раз, когда у меня будет достаточно материала? – попытался спастись я.
– Твоих знаний, думается мне, более чем достаточно. Пошли за нами. Здесь идти недалеко, – с этими словами он махнул в хорошо известную мне сторону. Там находилось заброшенное одноэтажное здание, вблизи которого подростки творили запрещенные вещи.
– Спасибо, но мне что-то нездоровится. Может вернемся домой? – в надежде я посмотрел на брата.
-Нет, там ничего такого. Сам все увидишь, – твердо без единой эмоции произнес он.
Делать нечего, пришлось идти, иначе они бы избили меня прямо там.
Как только мы дошли до места, самый тупой из них вытащил из рюкзака пакет.
-Ну что, парни. Развлечемся? – сказал он, а остальные, включая моего брата, разразились громким мерзким гоготом.
– Видишь ли, мы решили отправить человека на Марс. Закупили достаточно петард, ну и кто больше подходит на роль астронавта-испытателя, как не наш «любимый» ботан-братан Калеб? – невинно обратив глаза к небу, пропел верзила, явно довольный своим остроумием.
Остальные снова заржали.
Моё сердце отбивало бешенный ритм в грудной клетке. Я уже не мог скрывать дрожащие руки, холодные капли пота проступили на лице.
– Ребята, прошу вас, не делайте этого. Я сделаю всё, что захотите. Могу делать домашку за вас весь год, – бормотал я, пятившись назад.
– Ну, так мы хотим именно этого, – ответил мой брат.
В следующую секунду они накинулись на меня все разом. Пару раз меня даже ударили. Скорее всего последний удар угодил в какой-то важный орган, потому что я перестал сопротивляться и беспомощно обмяк на земле. Они связали мне руки за спиной и посадили на пень, некогда огромного дерева.
Брат с дружком принялись привязывать с помощью бечёвки к моим ногам петарды, их было больше десяти на каждую ногу, но точно сказать не могу, так как я был в полусознании от страха. Единственное, что я воспринимал в эти минуты, был только мерзкий дикий смех.
-Вот и все приготовления. В добрый путь, Калеб! – пропел один из них.
Я услышал шуршание огня подожжённых петард.
– Пожалуйста, прошу… Брат! – прошептал я в последних попытках спасти свою жизнь.
Я закрыл глаза. Меня обнимала успокаивающая вечная темнота закрытых век. Минуту погодя, я понял, что не слышу ни звука. Должно быть оглох от взрывов, но боли почему-то не чувствовал. На самом деле я даже не чувствовал, что руки связаны.
– Должно быть, они просто подожгли веревки вместо петард ради смеха, – подумал я и решил открыть глаза.
Вокруг никого не было. Я будто находился в космосе, окруженный мириадами сверкающих звезд. Подо мной не было земли, я как бы парил в воздухе.
– Неужели им удалось отправить меня сюда? Или я просто умер?.. – допустил я глупые мысли.
В этот момент одна из звезд, что сверкала ярче всех, начала приближаться ко мне. Я не мог никуда уйти, поэтому терпеливо ждал.
На что она была похожа? Даже когда звезда приблизилась ко мне я точно не смог бы описать, что видел. Только точно запомнил яркий белый свет с небольшим разноцветным отливом, размером с теннисный мяч. Исходившие от звезды лучи тянулись ко мне, словно чьи-то руки пытались схватить мое тело.
Когда звезда поравнялась с моим лицом, мне показалось, что она поцеловала меня в лоб. В том месте слегка покалывало кожу. Мне стало так спокойно, по телу растекалось нечто теплое. Я будто освобождался от оков.
Я хотел сказать хоть что-нибудь, но у меня не получилось. В следующее мгновение от звезды стали исходить мощные круги света. Глазам стало невыносимо больно, и я закрыл их.
Снова объятый темнотой, я смертельно испугался. Неужели действительно умер? От таких мыслей я должен был бы испугаться, но с удивлением подметил, что был абсолютно спокоен.
– Теперь уже бояться нет смысла. Раз уже умер, приму то, что продолжает жизнь после смерти, – храбро подумал я, открывая глаза.
С изумлением я увидел, что всё так же связанный сижу на пне, а к моим ногам привязаны зажженные петарды. Хулиганы катались на земле от смеха в ожидании представления.
Я вспомнил звезду. Она будто стала частью меня. Я вспомнил, как звездное сияние расходилось кругами во все стороны. Веревки на моих руках исчезли. Я встал на ноги, увидел в этот момент непонимание и ужас в глазах обидчиков. Внезапно от меня самого начали исходить круги света в их сторону. Они закричали. Сейчас мне понятно, что кричали они от боли. Допускаю мысль, и тогда догадывался, что делаю им больно, и старался усилить их страдания.
Не знаю сколько это продолжалось, как вдруг почувствовал на своем плече руку. Я оглянулся. Передо мной стоял седовласый старик с бородой и усами. Одет он был очень странно. Поверх старомодного черного костюма накинута бардовая мантия, а на голове капюшон.
-Калеб, всё хорошо. Отпусти их, они больше не причинят тебе боли, – молвил спокойным голосом старик.
Но я не мог. Не мог отпустить их! Они слишком долго издевались надо мной. Они заслужили это, что бы это не было!
Тут старик достал красный камень с гранями, прошептал какие-то слова, и я потерял сознание. То был магистр Касини. Глава моего клана Форскер.
Воспоминания прервал всё тот же звук, точнее его пропажа. Стало вдруг так холодно, но не снаружи, а внутри меня. Кожа покрылась мелкими пупырышками. Я почувствовал необъяснимую тревогу. Необходимо собрать остатки сил в кулак и брести дальше.
Мне показалось, что в любой момент звук может пропасть, и больше я его не услышу. В то же время стало понятно, если он пропадёт, то я навсегда останусь в этом зелёном коридоре без шанса на спасение.
Чем дальше я шел, тем извилистей становился «коридор». Я уже сбился со счета, сколько раз поворачивал направо и сколько – налево. Услышав таинственный звук еще раз, я, что есть сил, побежал вперед. Повернув направо, я уперся в зеленую дверь, поросшую плющом. На лбу проступила испарина.
Глава 3
Я толкнул дверь, она поддалась. Вздохнув с облегчением, я увидел, что стою на открытом пространстве под сумеречным небом. Вокруг плотные заросли деревьев, а прямо напротив двери – гигантские развалины здания.
Ничего не оставалось, как исследовать мою находку.
– Кто знает, может здесь есть фруктовые деревья, раз место заколдованное, или внутри здания остатки еды? – вслух предположил я. Разговор с собой стал обычным делом в ходе одинокого странствия.
По пути к развалинам стояли странные статуи. Они выполнены из дерева. От земли до пояса фигуры закручены деревянными прутьями, так что ни ног, ни, тем более, ботинок не удалось разглядеть. А от пояса до головы прутья рисовали людей. Все статуи изображены в боевой стойке: кто-то с луком и взведенной стрелой наготове, кто-то с мечом. Я не смог отличить женщин от мужчин, потому что лица особо не просматривались. Скажу только, что там возвышалось одиннадцать статуй, которые смотрели в сторону развалин.
Здание когда-то было внушающих размеров, этажей пять в высоту, с высокими потолками. Я вошел внутрь и почувствовал запах магии. Хоть стены разрушены, здесь присутствовал некий невидимый купол. А там, где должны были быть стены, дыры заполнены водой или чем-то схожим. Ощущение будто находишься в аквариуме.
– Что ж, думаю, если здесь действует волшебство, то, скорее всего, есть и тот, кто им пользуется. Никто из старших магов не заикался о том, что бывают волшебники, использующие магию во зло, поэтому нечего бояться, – произнёс я.
Чувство голода и усталость покинули меня. Думаю, так бывает со сном, когда очень сильно ночью хочется спать, но тебе необходимо заучить к завтрашнему экзамену большое количество заклинаний и рецептов зелий, поэтому ты изо всех сил пытаешься не заснуть прямо за столом. Как вдруг, часа в три ночи, осознаешь, что больше не клюёшь носом, и даже не зеваешь.
Я прошелся по залам, на всех этажах по порядку. Они все были оборудованы высокими резными колоннами и красивыми элементами архитектуры в стиле барокко. Здесь величественность и торжественность здания прочно переплелось с природой. Раньше залы были обильно украшены различными узорами и статуями, которые сейчас тоже безнадежно уничтожены. Единение с природой ощущалось и от того, что всё вокруг захватили зеленые побеги плюща и других растений. От этого казалось, что камень строения ожил и соединился в симбиозе с природой. Это не могло не впечатлить.
Ничего не найдя, кроме великолепия строения, я спустился на первый этаж, и стал внимательней его рассматривать. Медленно прошелся вокруг того, что когда-то было комнатой. Как вдруг мой взгляд привлек валун размером с меня самого возле дальней стены. Он как-то выделялся из мраморно-зеленой атмосферы здания. Подойдя ближе, я начал рассматривать валун со всех сторон, но ничего не увидел. Тогда мне пришло в голову, что он, возможно, закрывает проход в стене. Отодвинуть его мне не удалось. Я оперся двумя руками на него и, встав на цыпочки, заглянул за валун. При этом талисман вынырнул из-под рубашки.
Как только кулон коснулся камня, он засветился. В смысле не сам камень, а надпись, появившаяся на нем. Но я не смог прочесть, так как она была на неизвестном мне языке. Тогда я решил взглянуть на непонятные руны сквозь талисман. О чудо! Теперь я смог различить каждую буковку, оставленного послания.
«Приветствую тебя, странник, у входа в великую библиотеку К`тап. Чтобы войти внутрь, ты должен преподнести мне дар. Его легко найти, ведь он является и частью тебя, а без него ты не сможешь прожить и пяти минут. Ты являешь собой вместилище, в отличие от безжизненного камня. Скажи вслух «Салемаш» и подари мне его. Выбирай с умом! У тебя есть только одна попытка», – гласила надпись.
– Эх, а я-то понадеялся, что загадок на сегодня больше не будет, – с досадой произнес я.
Затем я уселся на пол рядом с валуном. И принялся думать, повторяя про себя загадку.
– Значит я какое-то там вместилище. Взглянем на камень. Что же может быть частью меня, но не камня? Эх, жалко я анатомию плохо знаю, да и в камнях ничего не смыслю. Была бы здесь Сэми, вмиг бы поняла, о чём идет речь.
Но на самом деле я бы никогда не признался ей, что она в чём-то лучше меня. Даже не знаю почему. Просто не хотел казаться слабаком в её глазах, наверное.
Когда-то давно я смотрел мультсериал про мальчика, который был аватаром для сильного духа, управляющего четырьмя стихиями: огнём, воздухом, водой и камнем. Там говорилось, что антагонистом воды является огонь, но это очевидно. А вот камень – противоположен воздуху. Именно поэтому мальчику приходилось тяжело познавать магию камня.
– А что, если здесь идет речь про воздух? Ни разу не замерял, но думаю, что не прожил бы пяти минут в отсутствие воздуха. Тогда будет логично считать меня вместилищем воздуха, но внутрь камня-то он никак не проберется. Как мне преподнести воздух камню? – задумался я.
Тут сквозь окна на меня подул легкий теплый ветерок. Я шлёпнул себя ладонью по лбу.
– Вот умник! Всё ведь так просто! – воскликнул я победоносно.
Поднявшись на ноги, я подошел к камню. Снова изучил его и своими глазами, и через амулет. Не найдя ничего нового, я просто громко произнес: «Салемаш!». Затем вдохнул полной грудью воздух и начал дуть на камень.
Внезапно я снова услышал тот же звук, что и в зелёном коридоре. Только теперь он будто заполнил собой всё пространство, каждую щель. Мне даже почудилось, будто он звучит у меня внутри.
Стало так невыносимо громко, что мне пришлось зажмурить глаза и прикрыть уши ладонями. Но, как я и догадывался, звук был уже внутри меня, а закрывать уши стало бесполезным занятием.
Глава 4
Все прекратилось также внезапно, как и началось. Я медленно открыл глаза, и заметил, что камня нет. Вместо него образовался красивый, обрамленный орнаментом, дверной проём без двери, а за ним зияющая неизвестностью темнота.
Долго не думая, я прошел внутрь. Мои глаза только начали привыкать к пронзительной тьме, но я уже понимал, что стою в каком-то зале. Под ногами расстилался густой туман, а я ощущал его холодное прикосновение даже через плотную ткань своих джинс. Теперь, когда я достаточно освоился в сумрачной обстановке загадочного зала, мне представилось, что я нахожусь в открытом космосе. Иссиня-черное космическое пространство перебивалось слабым синим свечением, исходившим от чего-то в глубине.
– Здесь кто-нибудь есть? – позвал я. – Меня зовут Калеб. Я оказался здесь совершенно случайно и не хочу причинить кому-то вред.
Но ответом мне была только пронзительная тишина. В такую тишину мне пришлось погрузиться впервые. В прошлой жизни я был жителем шумного, вечно бодрствующего мегаполиса, а Рейгас круглосуточно заливается сотней голосов магических существ, поэтому отсутствие звуков в этом загадочном месте растревожило мой уставший мозг. Но в то же время ощущение чего-то космического стало еще ярче.
Продолжая брести в сторону света, я стал замечать, что зал вовсе не пустой, а наполнен еле различимыми предметами.
– Это же планеты!
Вокруг меня в воздухе парили уменьшенные планеты, размером с баскетбольный мяч. Среди них выделялись в основном небесные тела шарообразной формы, а были и похожие на Сатурн с кольцами из спутников вокруг. Из-за них я и предположил, что это все-таки планеты. Приблизившись еще ближе, я разглядел бесчисленное множество книг, и они тоже парили в воздухе.
– Да где это я? Если это библиотека, то понятно наличие книг, хоть они и летают. Но что здесь делают планеты?
Я вышел в самый центр освещенного места. Здесь на подставках покоились три планеты, а на стеклянной трибуне лежал увесистый фолиант в черном переплете, с золотыми рунами на обложке.
В этот момент я, наверное, в тысячный раз пожалел, что не взял с собой Сэми. Она и увлекается всякими рунами и древними языками, даже до прихода в Рейгас изучила много мёртвых языков.
Я протянул руку, чтобы дотронуться до одной из трёх планет.
– Не стоит этого делать, ты ведь не хочешь уничтожить всё сущее во всех мирах? – заговорил откуда-то из глубины мягкий женский голос.
– Кто здесь?
– Какой невоспитанный субъект. Разве тебя не учили манерам в Академии? – протянул голос без всякой злобы.
– Простите, но я ужасно устал и голоден, мне не до церемоний! – в сердцах воскликнул я. – Не могли бы Вы показаться.
Из пелены тумана и россыпи звёзд космической комнаты медленно выплывал женский силуэт. Она двигалась так изящно, будто не перебирала ногами при ходьбе, а парила также, как и все в этом странном зале. Пол устлан густым туманом, поэтому это было не исключено.
У обладательницы холодного голоса на носу покоились аккуратные очки круглой формы, обрамленные в золотую оправу. Одета она в красивое платье в пол цвета темного сапфира с длинными рукавами. Шея почти вся прикрыта тканью платья. На голове незнакомки надет того же цвета, что и весь наряд головной убор, похожий на тот, что носили девушки в нашей академии – баски: схожее с пилоткой стюардессы, но сверху и по самые плечи дополненная тканью, что и общий наряд. Отделка всего одеяния была в золоте. Три золотые нити спускались спереди от пояса и снова взлетали в том же месте за спиной, такие же две нити украшали наряд сверху от шеи и ткань головного убора, а на каждой такой нити нанизаны золотые сферы. Так же я заметил изображения созвездий на шее и на головном уборе.
Цвета волос я, разумеется, не рассмотрел из-за баски. Но глаза были как будто прозрачные. Это меня насторожило.
– Приветствую тебя, Калеб, маг Рейгаса! – улыбнулась незнакомка. – Меня зовут Антарес. Я – хранительница великой библиотеки К`тап. Что привело тебя сюда?
– Если честно это долгая история, но одно могу сказать точно: я потерялся и набрел сюда случайно. Раз уж Вы тут живете, не будет ли у Вас какой-нибудь еды и воды. Я очень голоден и валюсь с ног от усталости, – прохрипел я.
– Конечно, конечно! Ты изможден путешествием. Присядь на стул, – Антарес взмахнула рукой и тут же откуда ни возьмись появился простой деревянный стул со спинкой и стол, на котором уже стояли кувшин, два бокала и тарелки со всевозможными блюдами от простой яичницы до аппетитной тарелки с морепродуктами.
– Надеюсь ты не вегетарианец? Не хотела бы задеть чувства гостя, – с улыбкой спросила Антарес.
– Нет, что Вы! Я очень даже не вегетарианец. Сейчас Вам докажу это, – не успел я договорить, как начал набивать рот, позабыв о манерах.
– Хорошо, хорошо, я верю тебе, Калеб! Только не стоит так быстро заполнять голодный желудок. Это может сыграть с тобой злую шутку в дальнейшем, – спокойно сказала Антарес, разливая по бокалам воду из кувшина.
Я с аппетитом поглощал всё, что было на столе. Но откусив очередной кусок запечённой индейки с карамельной корочкой, мне бросилось в глаза, что Антарес совсем не ест, а только смотрит на меня и загадочно улыбается.
Внезапно меня осенило.
– А как Вы узнали моё имя? Я вроде не говорил.
– О, я вижу ты более-менее пришел в себя. Не стоит обращаться ко мне на «Вы», а то я чувствую себя старой ведьмой, – произнесла Антарес.
– Хорошо. Но все-таки скажите… Ой, скажи, откуда ты узнала кто я и откуда?
– Я – ведьма-хранитель. Меня выбрали для защиты этого места. Когда-то я была магом синего клана, а как ты уже, вероятно, знаешь, все маги синего клана – прорицатели. Думаю, я ответила на твой вопрос, Калеб.
Хоть Антарес постоянно улыбалась и говорила спокойно, меня не покидало чувство тревоги. Что-то я не видел прорицателей, которые сразу знали, как меня звать. Если только…
– Мой наставник в Академии рассказывал, что прорицателям не дано видеть всё, что происходит, происходило или произойдет полностью. Они могут видеть только части мозаики. Но есть запрещенные предметы, которые мешают балансу на земле, они вне контроля наших магов. Ремесленники их не делают, а существование этих артефактов уже приравнивается к легенде. Про один такой я читал. Называется он глаз Сатотта, – неуверенно проговорил я.
В этот момент мне показалось, что слышу слова Кенджи: «Тебе по башке съездить, чтобы умничал поменьше? Как мне так не свезло: друг – первый нудила в Академии? Хотя, чего уже там, скорее всего, в мире!» Конечно, он так говорил, скорее всего, от снисхождения. Ничего особенного я не знал. А в моем клане меня считали самым тупым форскером в истории Рейгаса. Но я не обижался. На правду ведь не обижаются…
Но все-таки мои губы растянулись от улыбки. Кенджи вытаскивал нас из любой заварушки и всегда был, тем, на кого точно можно положиться в тяжелое время.
– Так-так, значит передо мной красный маг-всезнайка, – рассмеялась Антарес. Смех ее был настолько мелодичным, что на миг я решил будто слышу не смех, а нежный звук вод ручейка, ниспадающего с возвышенности маленьким водопадом вниз.
Значит не всё…
– Я, разумеется, не могу прочитать твои мысли и тебя. А также я очень люблю всякие там правила и законы. Просто хранитель библиотеки обладает некими привилегиями. А на другой чаше весов – одиночество многие годы, – продолжила она.
Здесь бы мне успокоится, но эта ее улыбка была какая-то ненастоящая, фальшивая. Сэми, например, иногда так улыбнется, что у меня внутри начинает происходить нечто невообразимое, будто всего сжимает изнутри, но тем не менее чувство хорошее.
С другой стороны, улыбка Антарес говорила о чем-то нехорошем. Или мне так просто показалось, потому что я вымотался. А от усталости, как известно, частенько человека могут посещать беспричинное беспокойство и паранойя.
Я попытался отбросить сомнения и поесть еще. Что бы дальше ни было, мне необходимо подзарядиться. Непонятно еще когда в следующий раз я вот так смогу насытиться пищей.
– Вижу ты вполне окреп, Калеб, чтобы ответить на пару тройку моих вопросов, – пропела своим ручейковым голосом Антарес.
– Да, конечно. Спасибо тебе огромное! Даже не ожидал, что найду здесь помощь, – с благодарностью произнес я.
– Пожалуйста! А теперь награди меня рассказом о цели твоего путешествия. И почему ты оказался там, где не должна была ступать ни одна нога существа из любого мира?
И я рассказал всё как на духу. Про болезнь фей и про мои поиски шабабу, как я угодил в плен к неизвестным бандитам, а потом сбежал и чудом нашел эту дверь. Тем не менее я решил умолчать об амулете, который дала мне Сэми. Некоторая осторожность не помешает.
