Читать «Хроники Рейгаса. В поисках Шабабу» — Дари Джарт онлайн
Страница 2 из 3
– Интересный рассказ. Ты или великий маг, или невероятный везунчик, раз тебе удалось «совершенно случайно» найти дверь ведущую сюда, а не в период, например, первой мировой войны на поле сражения, – драматично вскинув брови, заключила Антарес.
– Думаю больше второе. Я в Академии только третий год, так что…
– Так ты еще к тому же молод! Если ты третий год в Рейгасе, значит тебе должно быть шестнадцать лет! – не без удивления в голосе сказала Антарес.
– Да, всё верно. А сколько тебе лет?
– Тебя точно надо поучить манерам. Такой вопрос девушкам не задают. Могу лишь сказать, что я уже почти забыла тот день, когда меня приняли в Академию, и кто был моим куратором. Для меня обучение в Рейгасе – нечто забытое.
Что-то ее зациклило на манерах. Неожиданно я вспомнил про цель моего путешествия. Как-никак времени осталось мало. Неизвестно сколько еще протянут бедные феи. Надо уже самому задавать вопросы по существу и выбираться из этой космической дыры.
– Когда я шел к зданию библиотеки, я не мог не заметить воинственные деревянные статуи. Откуда они здесь? – я решил начать выяснять обстановку.
– Это защитники библиотеки и маленького мирка вокруг нее.
– То есть они должны защищать библиотеку от вторжения и уничтожения? – уточнил я.
– Да, ты понял все верно.
– Тогда почему они смотрят в сторону библиотеки, а не наоборот. Ведь враг даже если придет, то явится снаружи. Внутри ведь есть ты – защитница, – продолжил я.
– Ты задаешь слишком много вопросов для незваного гостя. Это всего лишь статуи. Кто их знает какая там была задумка у скульптора? Людей искусства порой не поймешь, – улыбнулась Антарес, но в этот раз я явно уловил нотку угрозы.
– А почему я никогда не слышал об этой библиотеке? Такое яркое название – «К’Тап», столько много древних книг, а наши верховные маги никогда о ней не говорили.
– Всё потому, что ваши верховные маги давно устарели. Их пора выбросить на помойку, где им самое место, – уже без капли добродушия съязвила Антарес.
«Чтобы обезоружить соперника, достаточно вывести его из себя,» – говорил мне Кенджи. Некоторым казалось, что он глупый. Но я точно знал, он вовсе не такой. Скорее ему подходит слово не «умный», а «мудрый». Я часто применял его мудрые советы на практике. Так же я предпочел поступить и сейчас.
Так захотелось домой. С удивлением осознал, что «дом» для меня теперь слово, обозначающее Рейгас.
– Антарес, раз ты обладаешь множеством привилегий, как маг-хранитель, могла бы ты меня отправить обратно в Рейгас? Пускай я начну путешествие сначала, но хотя бы не перестану двигаться к цели, – осторожно спросил я.
– Знаешь, а ведь мне здесь так одиноко. Ты мог бы задержаться ненадолго. Я бы еще послушала истории об удивительно удачливом мальчишке, который, не пользуясь никакими вспомогательными предметами и запрещенной магией, попал в сумрачный мир.
– Сумрачный мир? Что это? Как я мог попасть в другой мир, если их просто не существует?!
– Конечно же существует, маленький ограниченный дурачок. Просто ваши правители зомбируют вас радужными историями о прекрасном мире, где нет места злу и где все маги друг другу друзья, и магию невозможно использовать со злым умыслом. Ты думаешь, что есть только плохо и только хорошо, верно? А кто тебя этому научил? Из занятия в занятия меня пичкали подобной ерундой. Однажды на уроке «Продвинутого прорицания» меня так взбесило, что профессор Карнелиус уже раз пять за десять минут нудел нравственными поучениями, что я просто взорвала класс. Ох и шуму было, – Антарес явно испытывала радость, от этого у меня мурашки побежали по спине. – Но потом, конечно, меня наказали, отбив мне ладони до крови прутиком, и отстранили от занятий. Всё из-за того, что во время взрыва в классе была еще одна девчонка. У нее после этого во все лицо красовался шрам, даже лекари не смогли ничего сделать. Взрыв то был вызван волшебством. А этот старый дурак Карнелиус защитил себя заклинанием щита. Только себя, о нас и не подумал. И что ты думаешь кто-то что-то с ним сделал? Нет.
– Подожди-ка минуту. Ты говоришь случайно не о советнике Сабрине? – меня что-то стало мутить, при воспоминании о доброй маленькой улыбчивой старушке, кожа которой сплошь покрыта морщинками, а лицо делил по вертикали безобразный шрам.
– Советнике? Ого, так вот как в Рейгасе награждают лизоблюдов. Зато теперь ее двуличие у всех на виду, – сказала Антарес и ее глаза блеснули за стеклом очков.
– Получается ты с ней одного возраста?! Но советник Сабрина почтенная старушка. Ей вроде лет сто, а то и больше, но ведь ты выглядишь как моя ровесница!
– Ну что сказать. У отступников свои секреты.
Всё верно. Антарес – не хранитель. Скорее всего это именно она напала на библиотеку, а те воины попытались ее остановить. Но зачем? Чтобы прозябать здесь веками? Что ей нужно? Как видно секрет вечной молодости ей известен.
– Только посмотри на себя! У тебя сейчас голова задымится, – рассмеялась она. – Зачем уже что-то скрывать. Я так понимаю ты пришел один и случайно. Помощь за тобой не явится. Получается ты полностью в моей власти, а также никто до сих пор не догадался о ситуации в библиотечном сумрачном мире.
– Так кто же ты?
– Знания о том, кто я, тебя не спасет. Но хорошо, я побалую тебя ответами еще немного. Меня действительно зовут Антарес. И да, я далеко не молода, – при этих словах она сморщила свой прекрасный нос.
– Но ты не маг-хранитель?
– То тело, на которое ты смотришь, действительно маг-хранитель. А я выгляжу иначе. Мне нужны были только сведения, и я пообещала ей, что не причиню вреда. Она до сих пор существует, иногда пытается вырваться, но я, разумеется, сильней. Ее защитников, к сожалению, уже не вернуть. Заклятие «Агашинум» никак не отменить. Сопутствующий ущерб, так сказать.
– Ты так говоришь, будто жизнь людей ничего не значит! Ты убила их! Магию нельзя использовать ради зла, – закричал я.
– Но ведь это не ради зла. Ради добра. Только моего личного, – усмехнулась Антарес.
Тут терпению пришел конец. Меня сорвало с места. Я со всей силы сосредоточился, хотя был очень зол, а затем произнес заклинание «Куширо», после чего кулак увеличился в десять раз, и я, что есть силы, направил его прямо в лицо Антарес. Но она увернулась с такой легкостью, будто предвидела каждое мое движение. Я угодил кулаком в пол. Под туманом оказался самый настоящий пол вымощенный камнем, который затрещал и раскололся под ударом.
– Калеб, а как же твои разговоры про то, что магией нельзя пользоваться во зло? Ты ведь чуть не ударил меня, а это зло по отношению ко мне, – драматично вскинув брови, пропела Антарес.
Она уверенно стояла на ногах. Безмятежное выражение ее лица распаляло меня еще больше.
Я встал на ноги, кулак уменьшился до обычного размера. Но ведь она права. Профессора говорили, да и все маги Рейгаса, что если ты захочешь применить магию в целях зла, а это безусловно было злом, тогда она просто не сработает. Я тряхнул головой, попытавшись отбросить закрадывающиеся темные мысли, взошедшие от ростка сомнения, заброшенного в мою голову Антарес.
– Верни хранителя! Или тебе не поздоровится. Кем бы ты ни была, я остановлю тебя.
– Глупый маленький мальчик. Ты даже пальцем до меня не сможешь дотронуться. Ведь я – Антарес, член клана Хоки, или синий маг из Семерки отречения. Я еще ни разу не провалила миссию. И уж точно не проиграю такому сопляку, как ты, Калеб. Только без обид.
С этими словами ноги Антарес оторвались от земли. Она вся начала источать холодное свечение.
– Продержись хотя бы пять минут, малыш. Иначе все твои слова – пустой трёп, – сказала Антарес томным голосом, а затем зловеще рассмеялась. Стало понятно, что от прежнего притворного ангелочка не осталось и следа.
Она наклонилась вперед, и полетела прямо на меня, разведя согнутые в локтях руки в стороны. Я принял боевую стойку, хотя на самом деле не понимал, как она мне поможет. В голове полнейшая каша. Всё смешалось. Внезапно меня ослепило яркой вспышкой света, и в этот самый момент ощутил зверскую боль по всему телу, будто атаковали не извне, а внутри меня взорвалась половина моих собственных клеток.
Я скрючился от боли. Изо рта потекла теплая влажная струйка крови. «Надо что-то сделать», – пронеслось в голове, пока я вытирал краем рубашки кровь. Но сделать ничего не успел, так как меня снова атаковали тем же приёмом. Но на этот раз я не устоял на ногах, а упал ничком на землю.
– Тас свидетель, с какими дилетантами приходится иметь дело иной раз. Калеб, ты хоть бы притворился, словно что-то из себя представляешь. Я даже не пользуюсь силой в полной мере. Сосуд, так сказать, не позволяет…
Сосуд? Что за сосуд? Она опять себя подставляет, и что-то случайно подсказала мне. Тяжеловато думать под непрерывным обстрелом. Подставив ладони под грудь, я попытался подняться. Всё тело ныло от боли, но я отметил, что могу спокойно шевелить и ногами, и руками, а значит пока ничего не сломано. Необходимо было что-нибудь предпринять, но мое нападение она предвидела, ведь Антарес – прорицательница, да еще и пользуется запрещенной магией, а мой рюкзак со свитками и артефактами остался у того верзилы. Попытаюсь припомнить сам.
– Ты хочешь, чтобы я уснула? Давай вставай, я еще не наигралась, – притворно зевнув, сказала Антарес.
Я встал, но выпрямиться до конца не получилось. В голове что-то щелкнуло, и я вспомнил, как Кенджи меня подбил год назад стрелять по лягушкам с помощью магии.
– Ну а что тут такого? Это всего лишь глупые лягушки, а нам надо тренироваться, – взъерошив свои черные вьющиеся волосы, сказал он.
– Но ведь это вред, а значит зло! – воспротивился я.
– Да ладно, я уже практиковался, а если у меня получилось использовать магию, следовательно никакого зла тут нет. А если бы было, то не сработало бы, верно?
Ну тут уж не поспоришь. Я пожал плечами и поплелся за Кенджи к озеру. Он всегда получал то, что хочет. И мы действительно тогда стреляли по лягушкам, а заклинание было…
– Отул! – крикнул я, отставив руку назад. Ощутив тепло на ладони, хорошенько прицелившись, я метнул красный шипящий огненный шар в сторону Антарес.
Шар несся в ее сторону с бешеной скоростью, по дороге становясь всё больше. Когда он уже оказался вблизи Антарес, шар стал размером с баскетбольный мяч. Последовал взрыв, а там, где моя огненная магия встретилась с Антарес, всё заволокло пылевым облаком.
– А ты не так прост, как я думала. Значит тоже нарушаешь правила Академии, а, Калеб? – ухмыльнулся голос из пелены облака, а затем показалась и сама Антарес. Она спокойно выплыла из тумана, будто ничего не произошло. Создалось впечатление, что моя атака вообще никак не задела ее.
Я точно знал, что она меня вряд ли отпустит, ведь я свидетель ее злодеяний. Надеяться на помилование я даже не думал. Снова зажег огненный шар, но теперь у меня не хватило сил бросить его с достаточной скоростью, чтобы Антарес не смогла так же медленно среагировать. Вместо этого она уклонилась вправо, и только теперь я заметил, что в руках у нее появился скипетр Диагора.
Я чуть не ахнул от изумления, ведь мне о нем рассказывала Сэми, точнее, о легенде, в которой присутствовал этот артефакт. Там говорилось о том, что этот скипетр был изготовлен не в нашем мире, а в мире, откуда пришли боги.
Скипетр Диагора был собственностью бога фиолетового клана – Защитника, или Хого. Но по легенде, Хого не был изначально его хозяином, а, собственно и это понятно по названию скипетра, принадлежал Великому мастеру Диагору.
Артефакт имеет страшную историю создания. Диагор убивал людей, а осколки их душ вкладывал в этот скипетр, что якобы создало душу и самого артефакта. Скипетр Диагора сам выбирал себе хозяина, того кто победит нынешнего его обладателя в смертельной схватке.
Сэми рассказывала, что однажды Диагор позавидовал Хого, ведь он имел самое дорогое сокровище на свете. Это была неземной красоты жена Защитника – Дева. Он собрал людей и решил хитростью выкрасть прекрасную женщину.
Диагор опоил Хого в собственном доме, вместе со своими людьми убил стражников, и унес Деву в свои владения. Как только Хого пришел в себя, он понял, что произошло. Ярость овладела им, он поклялся во что бы то ни стало вернуть любимую.
Он собрал войско и пошел войной на имение Диагора. Много людей погибло в той схватке. В самом конце остались только Диагор и Хого. Они сражались так же яростно, как златогривые львы.
Но вдруг отважный Хого споткнулся о камень и упал навзничь, а меч отлетел слишком далеко. Диагор ухмыляясь, схватил его меч и приставил два острых смертоносных клинка к его горлу.
– Твои последние слова, самеш (ругательство, которое употребляется в стенах Рейгаса. Примерное значение слова «падшая гниль»), – громоподобно прорычал Диагор.
Внезапно раздался душераздирающий женский крик. Дева увидела, что ее возлюбленного ждет неминуемая смерть. Она не сомневалась ни секунды, ее стройное тело в белом шелковом наряде неслось прямо на врага, длинные волосы разметались на ветру. Дева схватила Диагора за плечи, а он от неожиданности повернулся, и случайно оба клинка вошли в ее нежное тело. Хого закричал от боли и произнес неизвестное заклинание, которое никто не услышал и не узнал бы, оттого что это заклинание уничтожает всё живое на километр вокруг от произнесшего его. Диагор скончался, но вместе с ним и прекрасная Дева.
Горько плакал Защитник над телом любимой. Вдруг чей-то голос разрезал скорбную тишину поля боя.
– Твоя утрата невосполнима. Я чувствую твою боль, но также твою безграничную силу. Позволь мне стать частью тебя, вместе мы совершим великие дела!
Это говорил сам скипетр, который покоился за ремнем у Диагора. Обладатель скипетра переплетает с ним свою душу, так как платит за обладание им кровью.
Такая вот мрачная легенда. А как я узнал скипетр Диагора? Очень просто – он точь-в-точь такой, как рассказывала Сэми: темная деревянная рукоятка увенчана огромным сияющим фиолетовым камнем с крупными гранями, выточенный на подобии ножа древних людей.
Антарес заметила ядерную смесь ужаса и удивления на моем лице.
– Ну что замер? Из-за этой маленькой вещички? Ха, Калеб, не могу больше называть тебя глупышом, ведь только мудрый маг наложит в свои штанишки, если встретит противника, в руках которого этот артефакт, – при этих словах она ловко перекинула скипетр из одной руки в другую и обратно.
– Кто был хозяином скипетра?
– Вероятно, ты хотел спросить, кто был хозяином скипетра Диагора передо мной? – хитро прищурив глаза, спросила Антарес. – Я думаю ты слышал о пропаже последнего августейшего правителя Рейгаса – Кассандра? По-моему, это случилось больше пятидесяти лет назад. Такой величественный и славный правитель, проповедующий только справедливость и добро. На деле – зомбирующий людей засранец, не желающий менять устаревшие законы. Именно он стал ярым последователем движения Всеобщей Добродетельной Магии. Он сделал из нее культ, а также влиятельный клуб ВДМ, куда входят семь старейшин, по одному от каждого клана. Я слышала, что в городе до сих пор следуют этой парадигме, что вгоняет меня в невыносимую тоску.
– Ты говоришь об очевидных вещах. При чем тут скипетр Диагора и политика нашего города?
– При том, дорогой Калеб, что этот старый слизняк, который превратил нашу историю в несуществующие сказочки, припрятал у себя одну вещицу, о которой я совершенно случайно узнала, пробравшись тайком в его апартаменты. Мне очень захотелось завладеть ей, но дотронувшись до скипетра, я чуть не умерла. Сейчас меня украшают линии-шрамы, тянущиеся от тыльной стороны ладони к другой, по пути опоясывая шею. И одна глубокая линия от горла до сердца. Эти шрамы оголили мою хару, она у меня, кстати, синяя, по цвету клана. Глаза изменили цвет на синий, в них не видно ничего, кроме яркого сапфирового сияния. Получив всё это, я услышала голос, падая с окна. Он сказал мне, что заполучить артефакт я смогу только в поединке, подарив ему кровь обладателя скипетра. А вор, как ты догадался, получает воровскую метку вместо артефакта. Я всё равно решила уходить оттуда, и заодно прихватила с собой одну чудную вещичку и один «мёртвый груз», если ты понимаешь, о чем я, – подмигнув, закончила свой рассказ Антарес.
Меня передернуло. Не верилось, что кто-то может поставить всего лишь вещь выше жизни живого существа. Даже если эта вещь – мощнейший артефакт древности.
Я понял, что могу прямо здесь умереть, поэтому нужно срочно действовать. Я закрыл глаза, сосредоточился на колебании хару в моем теле, а дальше произнес заклинание «Отул», отведя при этом обе руки назад. Почувствовав тепло в обеих ладонях, я бросил один огненный шар прямо в Антарес, а другой секундой позже в правую сторону, так как увидел, что она немного повернула корпус вправо.
Удача! Она молниеносно ускользнула в сторону от первого шара, но повернула туда куда я предположил, и огненное пламя угодило ей прямо в живот. Антарес откинуло в темноту зала, при падении озарив помещение ярким светом. Но ничего нового вдалеке не оказалось, кроме бесконечного количества парящих книг и планет.
Мне было тяжело дышать. Я израсходовал слишком много хару. После рассказа Антарес о том, как выглядит ее хару, теперь у меня получилось представить свою. Красная струйка энергии течет внутри меня, позволяя творить такие удивительные вещи. Благодаря этому я почувствовал прилив сил, усталость и страх немного отступили.
– Ах ты, мерзкий самеш! – послышалось из глубины зала, а затем мощная волна синего света откинула меня метров на пять назад.
И снова это ужасное чувство, будто меня изнутри разрывают собственные клетки. Уже из правой ноздри текла кровь, а голова жутко гудела.
«Мне не уцелеть в этой схватке, – пронеслось в голове. – Но раз терять нечего, попытаюсь подороже продать свою жизнь!»
– Скажи мне, Антарес, неужели все в твоей шайке на столько трусливы, что сражаются, надев на себя кожаный доспех из другого человека? Боишься перышки запачкать? Или на самом деле силы тебе придает тело хранительницы, а сама ты и трех секунд не продержишься даже против мага-третьегодки?
– Что ты сказал? – послышался уязвленный голос моей противницы, и я понял, что моя «стрела» попала точно в цель.
– Да ты еще и плохо слышишь в своей кожуре! – не переставал наступать я.
Это оказалось последней каплей. Антарес издала истошный крик. Через мгновение она выплыла из мрака. Улыбка на губах и ненависть в глазах придали колдунье сумасшедший вид.
– Сейчас я заставлю тебя пожалеть о своих словах, Калеб.
Я крепко стоял на ногах и ждал её действий. Антарес закрыла глаза, тело хранительницы библиотеки начало дрожать, создавая иллюзию телевизионных помех. Воздух стал тяжелым, мне понадобилось дышать и ртом, и носом, раздувая свои легкие до предела. Глаза хранительницы дрожали, а руки начали медленно подниматься вверх. Когда они сомкнулись над головой, грудная клетка хранительницы выгнулась, ее голова запрокинулась назад. Она закричала, как от боли. В следующий миг я увидел сзади нее силуэт в синем свечении, и застыл в ужасе. Медленно вытягивая голову вперед, из-за плеча хранительницы на меня смотрела, безумно улыбаясь, Антарес. Ее руки были согнуты в локтях и расставлены по сторонам от плеч хранительницы, а из них тянулись синие нити, входящие в ее тело. Нити покинули тело хранительницы и «вползли» в руки Антарес. Между тем хранительница рухнула на пол.
Антарес перешагнула через ее тело, будто через ненужное неодушевленное препятствие на пути. Она выглядела в точности, как рассказала: синие нити хару были видны в «ущельях» на руках и от горла вниз, я невольно схватился рукой за свое горло. За спиной развивались длинные черные волосы, которые были объяты синим свечением.
Дальше события происходили, словно в психоделическом сне. Всё остальное не имело значение и, даже больше, не существовало никогда. Не было тяжелого детства в роли нелюбимого ребенка и странного необщительного одноклассника. Не существовало ни Рейгаса, ни Сэми и Кенджи с командой К, ни моей миссии по спасению фей. Были только я и Антарес, наша битва на пороге смерти. Мне никогда не приходило в голову, что в такой момент опасности ты не думаешь ни о чем, кроме этого. Ты будто существуешь только сейчас, а страх куда-то испаряется.
Молниеносно и в то же время грациозно Антарес приближалась ко мне. В обеих руках она скопила плотный сгусток хару. Несколько странно было видеть, как это происходит на твоих глазах. Оголенные потоки хару давали ей возможность управлять ими, не тратя времени и сил на воображение действий в голове. Плотный поток энергии из ее правой руки полетел в мою сторону, я попытался увернуться и отпрыгнул влево. Мне удалось избежать смертельной встречи с хару Антарес. Однако сразу после прыжка я ощутил на себе ледяные руки колдуньи, которые крепко держали мое горло. Я даже не успел заметить, как быстро она подскочила ко мне.
– Игра окончена, дружок!
Она занесла левую руку со сгустком хару надо мной. Неожиданно меня осенило, что ее потоки хару оголены не просто так. Это не помощь, а наказание, которым наградил ее скипетр. «Метка вора» – кажется так она ее назвала.
Эти мысли пронзили мое сознание меньше, чем за секунду. И вот я уже ощутил знакомое приятное тепло в своих ладонях. Из последних сил я схватил Антарес за правую руку, направив мысленно свой поток хару в ее поток. Взрыв был такой силы, что меня далеко откинуло от места нашей борьбы. На несколько секунд меня оглушило, а фиолетовая вспышка ослепила.
Я помотал головой и потер глаза, понемногу снова начиная различать окружающее. В ушах еще слышался свист. Антарес лежала в противоположной стороне. Поднявшись на ноги, я медленно начал двигаться в ее сторону. В это время колдунья тоже начала приходить в себя. Я заметил, что синяя струйка на ее правой руке погасла, а рука почти не двигалась.
– Что ты наделал? – закричала она, растирая руку. Видно было, как Антарес пытается заставить руку двигаться, но она оставалась практически неподвижной.
Я ничего не ответил, потому что сам не понял, что и как сделал. Но одно мне стало понятно – то, что я сейчас сделал однозначно работает.
Не дожидаясь, когда Антарес встанет, я произнес заклинание «Куширо», направив поток хару в свою правую руку. Я размахнулся и с разбегу занес увеличенный в размерах кулак над ней. Однако удар снова пришелся в пол. Антарес уже была на ногах и успела отскочить от моего нападения. Она закрыла глаза, хару увеличило свой поток во всем теле кроме правой руки, которая по-прежнему была неподвижно вытянута вдоль тела. Это завораживало, я не мог отвести глаз от нее. Впервые за мое недолгое пребывание в роли мага, я увидел, как двигается хару внутри волшебника воочию. Я поймал себя на мысли, что вполне может быть, что мало кто из старших магов видел такое хоть раз в жизни.
Поток хару, сформированный Антарес, начал вырываться наружу из левой руки. Она что-то шептала, в то время как поток приобретал форму. Пока я пытался понять, что это, на меня уже смотрела гигантская голова синей призрачной змеи. Она высовывала свой раздвоенный язык и смотрела прямо на меня, отчего внутри моего живота всё съежилось. Страх вернулся, но он не парализовал меня, а наоборот, я почувствовал острое желание действовать.
– Отул! – мои ладони снова теплые, и я запустил оба огненных шара друг за другом в голову змеи. Они прошли сквозь нее, не нанеся никакого урона. Змея даже не пошевелилась.
Теперь настала очередь змеи нападать. Она бросалась на меня, широко разинув пасть со смертоносными призрачными клыками. Конечно, змея была похожа на призрак, но думаю, если она все-таки попадет, то мне непременно не поздоровится. Я носился по всему залу, а змея все время следовала за мной. Предположение о том, что мне несдобровать в пасти змеи подтвердилось. Когда я попытался спрятаться от очередного удара за планетой, змея ее разрушила, кровожадно щелкнув пастью. Я чувствовал, как силы начинают меня покидать, долго мне не продержаться. Надо что-то предпринять. Всё это время Антарес не двигалась, если не считать быстрые взмахи левого запястья. Она больше не тратила силы и время на разговоры. Видно было, что разум ее сосредоточен на исполнении магии.
У меня не получится справиться с самой змеей. Надо как-то задеть Антарес. Я снова зажег огненные шары в руках, отправил один из них в сторону головы змея, и одновременно второй – в сторону Антарес. Она заметила это, и сейчас же отпрыгнула в сторону, но голова змеи развеялась. Однако, как только Антарес увернулась от атаки, она снова зашептала и направила хару на эту магию. И вновь на меня смотрели два змеиных глаза, голова была готова атаковать. В очередной раз я попытался увернуться, но почувствовал острую жгучую боль, пронзившую мою правую голень. Я вскрикнул и упал, прижимая к себе ногу. На ней не было порезов и травм, кровь не текла, но я чувствовал её. По моей щеке потекла слеза, но не от эмоций. Болело так, что хотелось отрезать ногу. Казалось, боль приняла облик змеи и начала расползаться по всему телу.
– Я же сказала тебе, Калеб, что ты пожалеешь. Мой змей не нанесет тебе физической раны. Он создан из хару и атакует хару. От его укусов твой собственный поток хару будет поврежден. Я разорву тебя изнутри, уничтожу твою хару, так что ты перестанешь быть магом, а затем просто убью тебя.
Змей снова пришел в движение. Голова плавно двигалась и бросалась вперед, жадно глядя не на меня, а на мою хару внутри тела. Я был готов к смерти, но потерять хару я не мог. Это было моим чудом, моим освобождением от ненавистных оков обыденной жизни, где я никому не нужен, где я был годен только для насмешек и унижения. Если смерть пришла за мной, то я отдамся ей как маг, но не как человек. С этими мыслями я продолжил свой смертельный танец со змеиной головой. Теперь каждый раз как змея атаковала, наступала короткая заминка, в ходе которой я атаковал Антарес двумя огненными шарами.
Но мне не удалось попасть ни разу. Чем дольше длился наш змеиный танец, тем больше я уставал, но Антарес оставалась спокойной и почти не подвижной. Поток ее хару не ослабевал ни на секунду. Она явно ждала, когда я выбьюсь из сил, чтобы добить меня. Скорость змеи стала выше. Не исключено, что это я замедлился.
Следующий удар пришелся по моей второй ноге. И снова эта нестерпимая боль, но теперь Антарес не дала мне «насладиться» ею, а тут же отправила змеиную голову в бой. Я успел перекатиться в сторону, превозмогая жжение в ноге. Невидимые травмы нестерпимо саднили, я снова выпустил огонь в Антарес, а она снова увернулась.
И вот я стою посреди темного зала среди книг и планет, на меня смотрят два жадных призрачных змеиных глаза. Я решил лишить Антарес удовольствия позабавиться со мной напоследок. Приму смерть как старого доброго друга. Не буду просить пощады, и выдержу всё, что она приготовила для меня. Но в последний момент я все же зажмурил глаза, ведь по факту я не воин, а просто мальчик, маг-новобранец, которого не готовили к битвам. Мне вспомнилось доброе и смущенное лицо Сэми, она улыбалась мне, и я невольно улыбнулся в ответ.
Глава 5
Ожидание растянулось. В темноте закрытых век я видел вспышки света, но ничего не чувствовал. «Может Антарес всё же сжалилась надо мной и решила убить быстро, а не мучить, как хотела?» – во мне вспыхнула надежда.
– КАЛЕБ, ПОМОГИ МНЕ! – я услышал, как чей-то женский голос зовёт меня.
Я собрал остатки мужества в кулак и открыл глаза. Змея исчезла. Антарес стояла на коленях, вокруг ее горла обвилась красная веревка, начало которой было в руках у хранительницы библиотеки. Я шумно вдохнул воздух.
– Приди в себя, Калеб! Не время сдаваться. Атакуй! – крикнула хранительница.
Я кивнул и побежал в их сторону, по пути создавая огонь в ладонях. Приблизившись, я запустил одновременно оба шара огненной магии в Антарес. Произошел громкий взрыв, от которого образовалось много дыма. Когда дым рассеялся, я увидел Антарес, лежащую на полу без сознания. Огромная гора свалилась с плеч, стало невероятно легко дышать.
– Ты молодец, Калеб. Держал ее так долго, что мне хватило времени прийти в себя, и незаметно схватить захватчицу.
– Но у меня просто не было выхода. Я не думал, что ты еще жива, – пробормотал я.
– Я и сама не рассчитывала, что останусь жива, когда Антарес отделила от меня свое хару. Спасибо тебе и за это. Я потеряла всякую надежду, ведь про этот сумрачный мир никто не должен был знать из ныне живущих. Я пыталась бороться с ней внутри себя, но она была намного сильней. Меня зовут Сура – хранительница великой библиотеки. Я первая хранительница. Была рождена в этом сумрачном мире так давно, что уже забыла сколько мне лет. Время не властно над тем, кто находится здесь.
– Не представляешь, как я рад с тобой познакомиться, Сура. Честно говоря, я думал, что мне крышка. Что будем делать с ней? – я кивнул в сторону Антарес, которая всё еще была без сознания.
– Убивать, разумеется, никто никого не будет. У меня есть один свиток, который может пленить ее. Он создает сумрачный мир. Нам придется запечатать Антарес в мире, из которого она не сможет выбраться и навредить еще кому-то.
–Запечатать ее? На сколько? Когда ты ее освободишь? – мне показалось, что это уже слишком.
– К сожалению, Калеб, оттуда не будет выхода. Чужаки могут покинуть мир библиотеки К’тап, но у меня не получится, потому что он был создан специально для меня. А из этого, – она показала свиток, – не сможет выбраться Антарес. В этом сумрачном мире она будет вынуждена быть пленницей вечность, как и я в своем.
Раздался тихий смех, который заставил меня резко повернуться.
– Попробуй, жалкое подобие колдуньи. Но я всё-таки рискну поставить на твой проигрыш, – с угрозой в голосе прохрипела Антарес.
Из ее левой руки выглядывала голова змеи, уже не таких внушительных размеров, а в пасти она держала скипетр Диагора. Правая рука еще не совсем наполнена хару, поэтому была немного опущена, но в кулаке зажимала свиток. По печати на нем я догадался, что это портал. Пока мы обменивались любезностями с Сурой, Антарес пришла в себя, и, не двигаясь, смогла призрачной змеей достать свой дорогой артефакт. Теперь она стояла прямо, в глазах сверкал вызов.
– Хотелось бы мне еще немного поиграть. Но оставлю этот раунд за вами. Ты сильно ранил меня, Калеб. Надеюсь, в следующую нашу встречу ты окрепнешь, подучишься, и мы сразимся как равные. Обещаю, больше не буду тебя недооценивать, красный маг, – с этими словами она одним пальцем сломала печать и исчезла.
Сура сделала попытку поймать отступницу своими красными веревками, но не успела. Антарес оказалась проворней, даже после полученных ран. Я невольно восхитился ей, хотя она и собиралась меня убить. Мне даже стало немного приятно от ее слов. Но это было неправильно, и я отмахнулся от внезапно нахлынувших чувств и мыслей.
– Ну что ж. Надеюсь она не рискнет больше появиться здесь. Может решит, что я обращусь за помощью к колдунам из Рейгаса, – задумчиво пробормотала Сура.
– Но ведь никто про тебя не знает в Рейгасе. Зачем нашим магам помогать? Клан Хого слишком немногочислен. Они нужны городу. Даже на такую опасную миссию, как моя, их не отправили. Отправили меня, а я ведь из скучного клана, маги которого только и могут, что хранить знания. И даже среди форскеров я не отличаюсь особыми талантами. Почему они не отправили кого-то более способного и опытного? – раны ужасно саднили, я сел прямо на пол и подобрал ноги к груди, обхватив их руками.
Не могли же старейшины думать, что мне не встретится нечто опасное. Они должны были такое предположить, иначе зачем хранить все эти знания? Они ведь знают, что я учусь всего два года и ровно ничего не знаю про защиту и, уж тем более, нападение. Огненной магии, как и частичного увеличения частей тела, меня научил Кенджи, но об этом никто не мог знать кроме нашей команды К и Сэми. Такие вещи под запретом в Рейгасе.
– Под запретом, – вслух произнес я.
– Что? – спросила Сура.
– А? Ничего… Просто мысли вслух. Скажи, можно ли расколдовать тех защитников, что превращены в деревянные статуи снаружи?
– К сожалению, Калеб, это необратимое колдовство. Они погибли, отдавая свой долг, – опустив голову, ответила Сура.
– Как так получилось, что Антарес удалось тебя схватить? Почему вы все не смогли защититься? Ведь здесь столько книг, и должно быть ты очень много знаешь и умеешь. Не зря же ты – хранительница!
– Она пришла не одна. Я слышала, что Антарес рассказала тебе, про ее клан Хоки. В него входят семь колдунов и волшебниц, и Антарес отнюдь не самая могущественная из них. Их было четверо. Они одолели моих защитников и меня, оставив Антарес изучать книги и мои умения. Я так и не поняла, что они искали и что задумали. Но предчувствую, их план направлен на Рейгас.
– Ты действительно хотела оставить Антарес совсем одну в мире, где будет только она и никакой надежды на спасение?
– Калеб, ты должен понять, что мир – это не розовая сладкая вата. Необходимое зло иногда совершается лучшими из нас. Пока Антарес была моим кукловодом, она делилась своими мыслями на счет политики Рейгаса. И я согласна с тем, что пудрить мозги ученикам о том, что магия якобы используется только во имя добра – это неправильно. В конце концов что есть добро? И кто определяет границы, за которые нельзя выходить?
Я задумался. Впервые в жизни я сражался. Я сражался, а мой оппонент хотел непременно причинить мне боль и в конце концов убить. Однако даже плененная Сура говорит, что слова и убеждения Антарес не лишены смысла, а значит и я мог быть злом в глазах Антарес. Голова закружилась, и я зажмурился.
– Сура, ты сказала, что не можешь покинуть этот мир. А сможешь ли ты помочь мне вернуться домой? Или куда-либо еще, но только в мое время и в мой мир, а там я попробую сам добраться в Рейгас или продолжить путешествие, – надежда вновь разгоралась в моем сердце.
– Я могу отправить тебя прямо в Рейгас. Мир, в котором мы с тобой сейчас существуем, был создан именно там. Грубо говоря, мы и сейчас в Рейгасе.
При этих словах я чуть не кинулся обнимать хранительницу.
– Я слышала, что ты ищешь. Твой поступок благороден. Конечно, ты не знал с чем столкнешься. Не знал ты и того, что это путешествие тебе было явно не по зубам. Но сейчас, Калеб, ты доказал обратное. Я помогу тебе в твоих поисках, – Сура взмахнула рукой, и к ней из темноты комнаты выплыл громадный фолиант в тёмно-синем переплете.
Она взяла его в руки. Затем встала за стеклянную кафедру, закрыла одной рукой черную книгу, лежавшую на ней, и позволила парить в воздухе, рядом с остальными. Положив синюю книгу на кафедру, Сура принялась листать ее, разыскивая нужную страницу. Она остановилась почти на середине, пробежалась пальцем и глазами по странице. Одобрительно кивнув, она положила правую руку на страницу.
– Калеб, подойди ко мне и вытяни вперед свои ладони.
Она протянула свою левую руку над моими ладонями и заговорила на каком-то неведомом языке. Я пригляделся, и увидел, что по мере того, как она произносила неизвестные мне слова, каждая буква на странице под ее рукой сгорала будто от огня. Было чудно наблюдать за этим. Я всё никак не мог прекратить удивляться волшебству, происходившему вокруг меня. И думаю, никогда не перестану.
Когда Сура закончила, в моих руках появилась карта.
– Спасибо за карту, но мне бы лучше телефон с GPS-навигатором или что-то в этом роде, – я попытался вежливо отказаться от ненужного подарка.
– Не глупи, Калеб. Неужели ты подумал, что я подарю тебе обычную карту? Ты ведь ищешь шабабу? Но ни в Рассале, ни уж точно в деревне Сами его нет. И никогда не было. Старик обманул тебя. Видимо он хотел, чтобы ты попался в ловушку. В эту карту вложена древняя магия и моя хару. Когда захочешь что-то или кого-то найти, ты просто громко и четко проговори карте название предмета своих поисков и направь поток хару через ладони к карте. Она укажет нужное место. А остальное уже на твоих плечах.
Я широко открыл глаза от удивления. Вод ведь дурак, чуть не отказался от такого крутого артефакта.
– Спасибо огромное! Я буду беречь карту, как зеницу ока, – с чувством поблагодарил я Суру.
– Ты подарил мне свободу, какой бы ограниченной она не была, и жизнь, а это куда дороже. Теперь давай отправим тебя домой, и мы в расчете. Но попрошу никому не рассказывать про этот сумрачный мир. Иначе Антарес будет не последней охотницей за моими книгами, – она поймала маленькую планету, коснулась ей моего лба и кинула в темноту зала.
В месте падения планеты образовалась белая зеркальная гладь, которая подрагивала, как вода в озере, тронутая легким ветерком.
Я начал было уходить, но Сура поймала меня за руку.
– Еще одно хочу сказать тебе, Калеб. Сейчас ты попадешь в Рейгас. Твои потоки хару перебиты, на восстановление уйдут сутки. Если у тебя есть верные друзья, возьми их на поиски цветка. Нет на свете лучше силы, чем надежные соратники. Одному не справиться с этой миссией. Всегда нужен тот, на кого ты можешь положиться; тот, кому ты доверяешь; тот, кто сможет сделать то, на что ты не способен сам. Все маги как пазлы. Что-то лучше умеет один, а в чем-то лучшим оказывается другой. А вместе мы образуем прекрасные картины, сложенные из могущественных сил. В этом сила Рейгаса, в единстве. Но также помни: каждый из нас должен быть силен по-своему, должен учиться своему искусству, чтобы вместе с товарищами образовывать грозную силу, способную одним видом отпугивать врагов! Главное в жизни не то, кем ты родился, а кем ты стал.
Я обнял Суру. Не знаю уместно ли это, но мне очень захотелось. Стало так тепло от ее слов на душе. Сколько раз я вспоминал Кенджи и Сэми в своих злоключениях, да и остальных членов нашей шайки. И хоть я рад, что они невредимы, возможно если бы они были со мной, я бы не влип так сильно в неприятности.
– Я всегда буду помнить о тебе и твоих словах, Сура.
Она улыбнулась мне теплой лучезарной улыбкой, а потом подтолкнула к порталу. Я глубоко вздохнул, и вошел в белую гладь зеркального озера.
Глава 6
От яркого света мне пришлось прикрыть глаза. Надо было задать больше вопросов Суре. Как так получилось, что она родилась в сумрачном мире? Какой она маг? В смысле из какого клана? Были ли те нити, которыми она связала Антарес её хару или просто какая-то магия? Чего ожидать от портала? Может стоило показать медальон Сэми, и спросить, что это за артефакт?
Но всё чего я действительно сейчас хотел – это побыстрей оказаться дома, в безопасности. Поэтому и сглупил, но времени тоже почти не оставалось. Бедные феи мучаются, пока я блуждаю в темноте. Но теперь у меня есть карта! Надеюсь, сейчас найти цветок будет гораздо легче.
Очень надеюсь…
Я с силой сжал веки, а затем открыл их. Судя по тому, что на улице не было ни души, а солнце робко показало первые лучи над восточными горными вершинами, я сообразил, что еще раннее утро.
Портал действительно перенес меня в Рейгас, а точнее на улицу Тенгри. Эта улица была самой древней, она располагалась на окраине города и заканчивалась огромной статуей исполинского волка. Здесь вплотную стояли дома волшебников-учеников: с правой стороны – дома волшебников, а с левой – волшебниц. В доме живут семь человек, по одному с каждого клана. Пока мы учимся, нас не разделяют, даже есть смежные уроки, куда все ученики из разных кланов ходят вместе. Но после семи лет обучения маги и волшебницы разделяются по своим кланам, и уходят жить в районы, предназначенные только для представителей одного конкретного клана.
Впервые услышав об этом, мне представилось гетто или резервации. Помню, как стало не по себе. Но даже если кто-то был против таких порядков, никто об этом не говорил. Счастье переполняло меня в те дни, когда обнаружилось, что я волшебник. Всё казалось таким чудесным, красочным. Все колдуны были такими добродушными и приветливыми, кроме хмурых защитников. Они всегда держались в стороне от остальных. Постоянно угрюмые, немногословные. Мой лучший друг Кенджи принадлежит клану защитников Хого. Конечно, наше знакомство прошло не очень гладко. Изначально меня определили в один с ним дом-волшебников.
В тот дождливый день я был вне себя от восторга, но и чрезвычайно переживал. Так хотелось подружиться с другими такими же волшебниками-новичками. Да и вообще хоть с кем-то, ведь в «другой жизни» мне с этим не везло.
Я попал в Рейгас благодаря магистру моего клана Форскер Касини, когда я чуть не уничтожил брата и его дружков за очередную порцию издевательства. Он привел меня в чувства и объяснил, что произошло и кто я на самом деле. Мы медленно прогуливались по улицам Рейгаса. Все приветливо глядели в нашу сторону и здоровались с ним, и, самое странное, со мной тоже. Мы посидели в кофейне «Тяни-Толкай» возле улицы Тенгри, которая в последствии стала моей любимой. Странно было видеть людей одетых на манер Средневековья, сидящих в кофейне и потягивающих латте с круассанами за беседой. Разговор оказался долгим. Магистр рассказывал мне про Академию, про кланы волшебников Рейгаса, как они нашли меня. Голова пухла от такого количества информации.
– Ну ничего, ничего. Через пару дней освоишься, если решишь остаться.
– То есть я могу выбрать оставаться или вернуться назад?
– Разумеется, Калеб, у нас у всех есть выбор. Ты можешь остаться и обучаться в Академии, а затем стать частью нашего волшебного общества, а можешь вернуться обратно в свою жизнь и семью, но с волшебством придется попрощаться.
– Расстаться с волшебством? Но ведь я родился таким, никто не наделял меня способностями.
– Видишь ли, у нас есть правило касательно тех, кто покидает город. Много лет назад августейший правитель Рейгаса Кассандр изобрел артефакт, который может вобрать в себя магию владельца, как симптом – потеря памяти обо всех событиях связанных с Рейгасом, свидетелем которых являлся маг или колдунья. Бывает так, что люди встречают здесь свою любовь и хотят завести семью, но в этом случае они обязаны покинуть город, ведь волшебные дети не рождаются от колдунов, они могут родиться у кого угодно и где угодно, а волшебство подарит пыль, которая сама выбирает себе владельца. Поэтому дети волшебников стали бы обузой и опасностью раскрытия нашего существования людям. Мы не боимся того, что они нас уничтожат, просто уж так повелось, таковы правила нашего города. И, принимая решение остаться, ты будешь обязан подчиняться законам Рейгаса. Так что, Калеб? – магистр медленно поставил свою чашку на блюдце и посмотрел на меня долгим пронизывающим взглядом.
– Я знаю, Вы думаете, что у меня есть выбор. Но это не так. Я остался бы здесь, даже если бы Вы сказали, что надо будет отрастить себе рога или поправиться на тысячу килограмм!
– Вот и отлично! Поздравляю, молодой маг, и приветствую в нашем любимом городе! – магистр улыбнулся самой теплой улыбкой на свете и крепко пожал мне руку.
Затем мы отправились к моему новому дому.
– Здесь я тебя оставляю. Запомни, Калеб, что ты, как и я, красный маг клана Форскер. Маг мудрости и знания. Внутри ты встретишь шестерых ребят, которые являются представителями других шести кланов. Мне не удалось тебя найти вовремя, поэтому они уже начали учебу и расскажут всё, о чем тебе следует знать. Желаю успехов, мой мальчик. Да будет Тас благосклонен к тебе!
Я взялся за резную деревянную ручку и надо мной засверкал свет. Мой новый дома был выполнен из красного кирпича, треугольная зеленая крыша украшена красивыми подсолнухами и балконом с витражными разноцветными стеклами. Сделав шаг внутрь, я замер в изумлении. Снаружи представлялось, что домик маленький, но теперь мне почудилось, будто изнутри он много больше. Сразу у входа располагался вместительный зал, над ним темно-синий потолок, по которому рассыпаны мириады золотых звезд. В центре потолка стекло, сквозь которое видно небо, а вниз спускается купольная люстра в цвет потолка и с бахромой из синих кристаллов. Витражные окна от потолка до пола впускали много света, от чего комната еще немного увеличивалась в размерах. Прямо под люстрой на полу изображен сине-золотой огромный веер с семью разделениями на экране, в каждом из разделений какие-то непонятные символы. Как я потом узнал, каждый значок – символ-тамга принадлежит одному из кланов Рейгаса.
В комнате находилось несколько стульев из дерева с мягкими подушками и диванчик, на котором сидел угрюмый парень с черными кудрявыми волосами. Он внимательно читал толстенную книгу, и даже не обратил на меня никакого внимания.
– Привет! – сказал я, пытаясь сделать самый дружелюбный тон на свете, подкрепив его улыбкой. На самом деле после этого мне показалось, что я выгляжу как полный придурок.
Он даже бровью не повел, а только перевернул страницу.
– Меня зовут Калеб. Я новенький, и буду жить с тобой в этом доме.
Парень протяжно вздохнул и глянул на меня исподлобья, а затем снова принялся читать, нахмурив брови еще сильнее.
Я искренне не понял, почему я так не понравился этому парню, хотя он на меня практически не взглянул и не поговорил со мной. Мерзкая мысль начала закрадываться в голову о том, что я вообще в принципе никому не нравлюсь. Но тут же вспомнил приветливых людей на улицах Рейгаса, которые улыбались МНЕ и здоровались со МНОЙ. Я сразу разозлился. Слишком долго мне приходилось терпеть такое в прошлой жизни, в этой – не дам себя в обиду!
– Послушай, я не знаю кто ты и как тебя зовут. Ты сюда попал гораздо раньше меня, но это не дает тебе права обращаться со мной так, будто я какой-нибудь проходимец не достойный внимания!
Он оторвался наконец от книги, оглядел мою пылающую от гнева и обиды личность сверху вниз, отчего я почувствовал себя неуверенно, а затем усмехнулся.
– Чувствую черных магов прибавится в истории, которую никто не изучает. Ты – прекрасный кандидат. Сосредоточие сплошной злобы и обиды.
Здесь уже я за себя не отвечал. Перепрыгнув через стеклянный стол, я набросился на него с кулаками. Он не отставал, и тоже давал мне сдачи, один удар пришелся в солнечное сплетение, и я начал задыхаться. Отпустив его плечо, я рухнул на пол, держась за живот обеими руками.
– Что тут происходит?! Кенджи, кого ты опять побил? Кенджи, неужели ты ТОЖЕ получил?!
Я открыл глаза. Оказывается, незнакомец лежал рядом со мной и держался за глаз. Видимо один мой удар пришелся по глазу противника. Это была моя первая драка в жизни, поэтому я не понимал, что делать дальше, продолжать или ретироваться. Затем услышал смех. Это смеялся он, и меня тоже внезапно прорвало на смех.
– Кенджи, – протянул мне руку противник, всё так же лёжа на полу и смеясь.
– Калеб, – пожал я руку своего будущего лучшего друга.
– Ну вы дураки совсем. Я думал это нападение. Видимо нам наконец прислали красного мага. Привет, меня зовут Кай, – сказал парень с короткими белыми волосами и почти прозрачными голубыми глазами, протягивая мне руку.
– А я – Конан, – представился парень с пирсингом на брови, подавая руку Кенджи.
– Всем привет! Я – Калеб, у меня столько…
Я невольно отпрянул. Если у Кая глаза были бледно-серые, но сильно размытые, то у Конана не было ни радужки, ни зрачка. Все удивленно уставились на меня, а потом на Конана и засмеялись.
– А мы уже и забыли какого это – быть новичком. Прости, наверное, тебе не всё рассказали про наши кланы. Я из клана заклинателей существ, черный маг Карасу. Видишь ли, мы жертвуем волшебному существу часть своего тела, чтобы заключить контракт. Существо само выбирает себе ренджина, после этого ты даришь ему часть себя, чтобы вы стали одним целым. Существо ренджина называют тому. Мой тому – трехглазый ворон по имени Гурабу. Он сейчас спит наверху. Мы вчера до поздней ночи тренировались. Контакт тяжело идет.
– Да хватит уже про своего любимого Гурабу трезвонить на каждом углу. Видишь человек в шоке, столько информации вывалил на него, а еще и Кенджи его не слабо встретил, – Кай бросил грозный взгляд на Кенджи.
– Ага не слабо… А ничего что теперь я на уроках буду с фонарем? Парень-то не из робкого десятка, нечего с ним сюсюкаться. Где этого Кира носит? Может он уже умеет синяки убирать? Ты голоден? – Кенджи кивнул мне.
– Немного, – и мы пошли на кухню, которая прилегала к залу.
Затем по дню и ближе к вечеру собралась наша полная компания К: Карл – желтый маг-ремесленник из клана Артис, Каташи – зеленый природный маг из клана Тобиа и Кир – белый маг-лекарь из клана Хира.
Как было классно в то время. У меня наконец появились друзья, интересные события, собственная комната, магия. А теперь все стало очень сложно. Это приключение меня уже порядком подкосило, еще и начинать придется с самого начала во второй раз.
Мне стоит пойти прямиком к нашему домику. На улице безлюдно в такой час, поэтому удастся пройти незамеченным. Сначала надо будет всё рассказать Кенджи и разработать план. Он всегда знает, что нужно делать.
Как удобно, что я оказался рядом с домом. Интересно, пойдет ли Кенджи со мной? Да чего это я?! Конечно пойдет! Он ведь всегда нас подбивает на всякие глупости, ведь Кенджи – истинный любитель приключений. Мне даже кажется, что здесь он как орел в зоопарковской клетке: такие птицы непременно должны быть на свободе, парить где-то высоко над остальными. А в стенах города, даже такого чудесного как наш, только правила, за нарушение которых он постоянно отбывает всякие наказания от преподавателей.
А вот и наш дом. Ничего не изменилось с момента моего ухода. Я вошел в дверь, огонек надо мной, как и всегда, загорелся красным теплым светом. Я взглянул на пол: на веере появилась тамга моего клана. Кроме моей там были еще пять других, но одной все же не хватало – тамги Хого, а значит Кенджи не дома.