– Я даже говорить ничего не буду. Вот просто промолчу, – выдала она. – Моё молчание будет очень красноречивым, потому что все и так понимают, что я хочу сказать.
***
Я договорился с Фрингильдой, что она выделит нам Панкрата и его фургон, дабы мы смогли доехать до Ордамаска. Он всё равно должен отправиться в большой город за новыми тканями и фурнитурой. Мужчина согласился отвезти нас только при условии, что вампир больше не будет гонять его экипаж. Но сейчас всё равно день, так что Полночь пристроилась сонной летучей мышкой у меня за пазухой, и торговцу нечего бояться.
Хозяйка дома расщедрилась и даже собрала нам большую корзину еды в дорогу. Я решил передать этот важный стратегический запас Ольге и нашёл её пристально рассматривающей телегу наших благодетелей.
– Господин, я, наверное, сошла с ума… – начала говорить служанка.
– Да нет, я и сам очень сильно подозреваю, – киваю в ответ. – Эй, Панкрат! А где ты достал этот фургон?!
– Я? Купил у одного скряги из Лэндиса, – подал голос запрягающий лошадей мужичонка. – Пришлось его подлатать и подкрасить, но фургончик хороший. А чё?
– Да ничё… Отличный фургончик…
– Как тесен мир… – вздохнула Ольга.
– Скучаешь по тем временам? – спрашиваю её.
– Нет. У меня теперь новая жизнь. Просто у нас в Зелёном городе было поверье. Если к тебе внезапно вернулась какая-то вещь из прошлого, потерянная или проданная, то это к беде…
– Ну спасибо, Оль… Я вообще доберусь до Ордамаска с таким везением?!
– Ой, простите, господин! Сболтнула лишнего. С вами ведь госпожа Мирильда, и Кьяра, и Шиель, и леди-вампир – вас ничто не остановит на пути к цели!
Ага, только пока что именно из-за своих красоток я и торможу… Чем страшно расстраиваю Риту, которая хочет как можно скорее оказаться в городе магов.
Наш отряд начал грузиться в телегу. Среди прочих к транспорту подошла Вилора. Бледная, как смерть, и передвигается так, будто находится при смерти. Ночь отдыха не особо восстановила физические силы волшебницы, а о магических и говорить нечего. Из-за внезапного свалившегося на меня квеста я совсем забыл про нашу страдалицу.
– Ой, ты как? – спрашиваю, вставая к ней под плечо.
– Всё так же без магии и с огромным желанием прибить тебя… Но после отдыха хотя бы могу ходить. Точнее, ползать, – процедила колдунья сквозь зубы. – Ох, как же унизительно мне, одной из лучших выпускниц академии, тащиться в Ордамаск в этом корыте на колёсах… Клянусь, я заставлю тебя заплатить, мечник. За каждую секунду моего унижения…
– Он за все наши дорогие наряды заплатил, и за это заплатит, – бросила прошедшая мимо нас принцесса.
Гвин опять дуется на меня? Могла бы и поблагодарить за новую одежду.
Хотя, я понимаю её беспокойство. Она дала мне месяц на решение вопроса с моими «любовницами», но не прошло и дня, как в моём окружении появились Вилора и Фрингильда. Ни с той, ни с другой ничего такого и близко не было, но репутация законченного бабника идёт впереди меня и ещё на дудке играет, чтобы все её заметили.
А портниха дополнительно подлила масла в огонь. Когда мы уже расселись и собрались трогаться, подошла ко мне, сидящему рядом с Панкратом на козлах, и преподнесла некий подарок. Будто и так мало для нас сделала…
– Что это? – спрашиваю, получив в руки какой-то комок белых верёвочек.
– Сеть… – тихо сказала мастерица. – Что ещё может подарить паучиха? Не смотри на тонкость, она очень прочная, способна удержать даже крупную зверюгу. Встретишь какого-нибудь монстра – используй её. Она удержит чудище, а ты сможешь заколоть его. Ну или сбежать – смотря как применить.
– Сегодня утром она пригодилась бы…
– Это не ткань, это моя личная паутина, – прошептала Фрингильда. – Такое абы кому не дарят. Но ты возьми. В наших краях немало чудищ водится – пригодится. Особенно если опять один геройствовать пойдёшь…
– Спасибо. Буду беречь её на особый случай.
– Себя береги, мечник. Надеюсь, увидимся когда-нибудь в Ордамаске… Когда я открою там своё ателье. Приходи за костюмчиком на свадьбу.
Повозка тронулась, а хозяйка дома стоит и трогательно машет нам вслед платочком. И дочери её выстроились провожать гостей. Стоп, а ведь они тоже, получается, потомственные пауколюди? Или в них только половинка, а то и четвертинка проклятия? Даже хочется расспросить Панкрата, как у него там происходила интимная близость с женой… Не из-за этого ли он такой зашуганный по жизни?
Мимо проплывает унылый пейзаж из редких перелесков, пожухлой травы и каменюк всех форм и размеров. Телега едет бойко. Наш извозчик, похоже, опасается, что, если будет плестись, как черепаха, то я снова выпущу вампира. Надо бы успокоить его непринуждённой беседой…
– Панкрат, – говорю. – А где мы вообще? В смысле, что это за королевство, чья земля? Твоя жена упоминала, что Малехард далеко…
– Это владения князя Делийского, а он подданный Алиамской империи… – ответил дядечка.
Мне это ни о чём не говорит. Ясно только, что это другая страна. И пейзаж вокруг совсем другой… В Малехарде больше полей и лесов, кругом сочная зелень. А тут глинистая земля, на которой мало что растёт, кривые деревья и камни, камни, камни… От огромных валунов и обломков скал до обычных придорожных булыжников. Будто рядом когда-то была горная гряда, но пришли огромные великаны и разломали её ногами, раскидав ошмётки по всей округе…
– А Ордамаск тоже входит в эту империю? – спрашиваю.
Но ответил мне не Панкрат.
– Нет, конечно! – прошипела из повозки Вилора. – У нас свободный и независимый город. Маги не станут подчиняться какому-то правителю, даже если он император! Алиам прибрал себе эти земли просто потому, что они никому не нужны. Тут, в основном, пустоши да болота. Имперцы обустроили две торговые дороги и на этом успокоились. Культуру и безопасность они с собой не принесли.
– Какая глупость! – раздался голос принцессы. – Алиам – передовое государство! Вы же видели Лабугу, вполне себе уютный, современный город, хотя расположен очень далеко от столицы.
– Да всё потому, что он на торговой дороге стоит! – оспорила магичка. – А вокруг тут одни голодные звери, чудища и банды мародёров. Без Ордамаска это была бы совсем дикая земля! Имперцы только свою столицу облагораживают и ключевые порты, а остальные территории просто грабят, высасывая все ресурсы. Общалась я с их чиновниками – хапуги и извращенцы. Передовым государством там даже не пахнет…
– Много ты понимаешь в политике! Управлять такими обширными землями – непосильная задача! – завелась Гвиневра. – Между прочим, у Алиама сложная, но очень эффективная система руководства, не привязанная к дворянским титулам. Здесь даже крестьянин может стать большим человеком, если проявит выдающиеся качества!
– А чего ты их защищаешь, принцесса Малехарда?! У тебя что – родственники в императорской семье?
– Все правящие династии в какой-то степени родственники…
– А, ну понятно. Чего вообще с тобой спорить?
– Вы ещё подеритесь… – вставила Биби.
– О, я бы на это посмотрела! – поддакнула Кьяра.
– Так! – кричу в повозку. – Никаких драк! Неба ради, давайте спокойно доедем до Ордамаска, а там нам уже не придётся терпеть компанию друг друга.
– Барон ван Хутен! – выступил Валерий, чтоб его. – Прекратите строить из себя главного! Принцесса должна командовать в этом походе!
– Виконт, не надо, – осадила своего охранника Гвин. – Эдрик прав. Доберёмся до города магов и распрощаемся с этой компанией. У меня нет никакого желания участвовать в таком «походе»…
И дальше повозка замолчала. Каждая девушка наверняка восприняла слова принцессы на свой счёт, хотя она, скорее всего, имела в виду только хамоватую чародейку. Но пусть лучше так, чем слушать их остервенелые споры. Я уже понял, что Гвиневра и Вилора поцапаются, даже если решат поговорить о погоде.
– Когда вокруг много женщин, о порядке и спокойствии можно забыть… – тихо вздохнул Панкрат.
– Ты меня понимаешь, бро… – кивнул я.
У него ведь тоже дома авторитарная жена и две дочери-подростка. И все потомственные монстры… Не знаю, в курсе он или нет.
***
Ехали целый день с небольшими остановками на туалет. На закате сделали большой привал и стали готовиться к ночлегу в поле у дороги. Валерик вдруг решил поспорить с Кьярой, кто из них лучше в разведении костра, Полночь и Шиель внезапно увлеклись беседой о приготовлении ядов, а я, помогая Панкрату распрягать кобыл, спросил у него, как долго нам ехать до Ордамаска.
– Завтра днём доберёмся. Чем раньше выедем, тем лучше, – ответил он. – Но ночью ехать не стоит. Лошадям нужно отдохнуть, да и на бродячих монстров можно наткнуться…
– Я думала, что, став магом, навсегда забуду эти сложности простолюдинов, – простонала сидящая на траве Вилора, хотя её никто не трогал. – Чёрт меня дёрнул связаться с этим грёбаным мечником и его дурными бабами…
Я решил промолчать, чтобы не дать себя втянуть в очередную перепалку. Зато слова чародейки снова задели нашу принцессу.
– Слушай, колдунья. Я, конечно, понимаю, что мы сделали тебе плохо, но, может, хватит ныть? – презрительно сказала Гвин. – Своими бесконечными жалобами ты только раздражаешь всех вокруг.
– «Сделали плохо»? Я потеряла способность колдовать… Представь, если бы ты потеряла свой трон, и подданные от тебя отвернулись. Как бы ты тогда запела, принцесса? – парировала Вилора.
– Я, кстати, только недавно отбила своё королевство у наглого узурпатора. На несколько дней осталась без власти, скрывалась в своей же стране, словно преступница. И ничего – не скулила, как побитая дворняга.
– Ещё скажи, что сама вернула себе власть. Без единого рыцаря и вообще без союзников, голыми руками. А я сейчас, как без рук и без ног, даже дышу через силу… Дай хоть поныть, если отвалить не можешь…
– Да что ты за… – начала было повышать голос Гвин.
Но тут я встал между ними.
– Дамы, ну просил же вас не ругаться, – говорю. – Одна ночь осталась, потом каждый пойдёт своей дорогой. Ну потерпите вы!
– Эдрик, почему ты постоянно её защищаешь?! – возмутилась принцесса. – Она тебя с помоями смешивает, кроет последними словами, а ты даже не даёшь поставить эту хамку на место! Чем она тебе так дорога?!
– Да просто моя миссия её никак не касается. Она пришла указать мне услугу, но из-за нас попала в неприятности… – попытался объяснить я.
– И что?! Мы же её не бросили! Ты её на руках из болота вынес, а она даже доброго слова не сказала. Наоборот, только сыплет проклятиями и дерзит…
– Госпожа, – вступил в разговор Эдриан, коснувшись плеча Гвиневры. – Оставьте эту колдунью на попечение барона ван Хутена, пусть сам с ней разбирается. Вам совершенно необязательно защищать его честь, он вполне способен за себя постоять…
– Да что ж мне все указывают, что говорить, а что нет?! – вспылила принцесса. – И главное, никто не слушает! Может, мне надо приказать как принцессе, а не играть с вами в друзей?! Достали!
Её Высочество топнула ногой в новом сапожке и отошла от нашего походного лагеря. Эдриан как телохранитель безропотно поспешил за ней. Ольга и Мирильда печально опустили глаза, а Биби впервые не стала вставлять едкого комментария. Зато вместо неё прекрасно справилась Вилора.
– Когда у девки «эти дни», все вокруг виноваты… – пробурчала колдунья.
– Не строй из себя взрослую тётку, – говорю ей. – Я знаю, что вы с ней ровесницы.
– Просто заткнись. Если такой проницательный, иди и успокой свою фифу. Мне ваши разборки до одного места…
И я действительно пошёл вслед за принцессой. Не потому, что Вилора сказала, – мне просто крайне неприятно видеть Гвин такой озлобленной. Особенно понимая, что это я виноват в её плохом настроении, прямо или косвенно. Надо хоть немного объясниться с ней.
– Эдриан, могу я поговорить с Её Высочеством недолго наедине? – спрашиваю у рыцаря.
– Ты знаешь, что не можешь, – сурово ответил тот. – Принцесса и так становится слишком эмоциональной, когда ты рядом…
– Нет, я хочу узнать, что он скажет, – сказала Гвин, стоящая к нам спиной со скрещенными руками. – Эдриан, отойди буквально на пять шагов, мы немного пошепчемся.
Рыцарь вздохнул и посмотрел на меня тяжёлым взглядом. Он же не дурак – понимает, куда ветер дует. Как бы он этому не противостоял, но между мной и Гвиневрой возникли какие-то чувства. Теперь у нас уже есть разговорчики, которые ему нельзя слышать. Два плюс два равно четыре. К гадалке не ходи, я уже морочу голову драгоценной госпоже Эдриана. И если бы не мой статус героя королевства, он бы меня давно проучил.
Но телохранитель всё-таки отошёл, а я приблизился к принцессе.
– Гвин… – тихо говорю. – Я всё понимаю. И если тебе станет легче, выскажи мне всё, но не надо срываться на других.
– Ох, что ты там понимаешь? – нервно вздохнула девушка. – Вокруг меня целыми днями кружат Валерий и Эдриан. Один уже достал своими льстивыми комплиментами, а второй висит на мне, как пояс целомудрия… Приехав к тебе, я надеялась, что мы окончательно договоримся о помолвке, и им обоим придётся от меня отстать. Я думала, что наконец стану взрослой и свободной… А что теперь? Мне кажется, что мы с тобой стали ещё дальше друг от друга, чем в те дни, когда я была Графиней… Знаю, я дала тебе месяц. Но какой толк от этого месяца, если женщин вокруг тебя становится всё больше?
– Если ты про Вилору, то у меня с ней ничего нет. Совсем. А если про Фрингильду, то я просто выполнил для неё один деликатный заказ как мечник, никакого интима.
– Приятно слышать… Но остаются ещё Мири, Шиель, Полночь и остальные…
Гвин помолчала несколько секунд, а потом повернулась ко мне и продолжила, жестикулируя руками.
– Пойми, я хочу быть не просто чьей-то женой, я хочу быть как единое целое. Чтобы мы с тобой стояли друг за друга горой, как преданные соратники! Если какая-то стерва льёт на тебя грязь, я инстинктивно хочу её заткнуть. Я бросаюсь тебя защищать, потому что ты мой возлюбленный. Но тебе, видимо, этого не надо. Ты обхаживаешь бедненькую Вилору – то ли потому, что она пострадала из-за нас, то ли потому, что колдуньи в твоём прекрасном «гареме» ещё нет!
– Гвин, ты перегибаешь, – говорю. – Я даже не пытался подкатить к Вилоре, мне её характер самому не нравится…
– Зато Мири и Ольга по характеру – просто заиньки, а Полночь сделает всё, что угодно, ради твоей крови. Чем больше я нахожусь рядом с ними, тем больше понимаю, что ты не будешь только моим. Даже несмотря на все твои слова… Если так пойдёт и дальше, то к концу месяца не ты, а я буду той, кто передумает продолжать эти отношения. Просто чтобы не ввязываться в заранее проигрышную игру…
Мне всё ещё нечего сказать принцессе. Я ни то, что месяц, – даже дня не успел подумать о нашей ситуации. Но сейчас нужно как-то её успокоить, подобрать правильные слова. Давай же, башка, сообрази что-нибудь доброе и примиряющее! Мы же с тобой уже стольких девушек обворожили…
Но вдруг воздух вокруг нас наполнился гулким рычанием. Да таким, что его источником является явно не собака и не волк. В сумерках в соседних кустах заревел кто-то огромный и безумно опасный. Я тут же выхватил меч и закрыл собой принцессу, а через секунду рядом с ней встал готовый к бою Эдриан.
Из зарослей какой-то вьющейся хреновины на нас выпрыгнула крупная тень, пахнуло псиной. Я рванул на неё с опережающим выпадом и отчетливо ощутил, как мой клинок полоснул эту тварь по боку. Но зверюгу это не остановило, она бросилась дальше и снесла Эдриана своей когтистой лапой. Тот отлетел на три метра, он ведь не в доспехах, а всего лишь в парадном мундире, в котором был на пиру.
Принцесса осталась один на один с монстром и вскрикнула в ужасе. Мы с Ритой буквально на лету вошли в боевую синхронизацию и ускорились. Но чудо-юдо всё равно не достанем так быстро. Ах, лишь бы оно не успело ударить Гвин!
Но оборотень, а сомнений нет, что это он, потратил драгоценные секунды на то, чтобы присмотреться к девушке и даже принюхаться. Чем-то она его заинтересовала…
И тут в плечо монстра со стороны нашего фургона прилетела стрела Шиель. Зверь отшатнулся, я наконец оказался рядом с ним, чтобы ещё раз рубануть чудище, но уже в другой бок. Сутулая тварь заскулила и сделала два шага назад, а потом быстро собралась и приготовилась к новому прыжку. Закрываю собой Гвиневру, волчара с рыком сиганул на нас, но прямо в полёте получил неожиданный таран от Кьяры. Воительница налетела на него со своими топорами, и у них завязался ожесточённый бой.
Я с трудом проглотил комок нервов. Не верю своим глазам: два моих попадания мечом, стрела эльфийки, и сейчас полуорчиха остервенело рубит этого зверя, а он даже в скорости не потерял. Машет лапами, как бешеный! Ох, ляд, да ему удалось сбить Кьяру с ног!
Снова бросаюсь на оборотня, и снова мне удаётся задеть его мохнатое тело. А он крутанулся и попытался грызануть меня клыкастой пастью! Но за мгновение до укуса над ним материализовалась Полночь. Она схватила зверюгу за гриву и, используя вампирскую силу, отшвырнула чудище, точно тряпичную куклу. Вервольф пролетел метров десять, рухнул на землю, перекатился и снова подскочил на четыре лапы, готовый сражаться! Вот же неубиваемая сука!
Против него в боевой готовности стоим я, Кьяра, вампирша, Валерий ещё подбежал с обнажённым мечом. И только сейчас оборотень осознал, что как-то многовато у него противников. Он адресовал последний голодный взгляд нашей принцессе и бросился наутёк, на бегу «поймав» спиной ещё одну эльфийскую стрелу. Свалил так быстро, что догнать его сможет только летающая вампирша, но пусть она лучше останется с нами.
Всё случилось так быстро, что я едва успел понять, что это было. Меня бросило в холодный пот, задрожали колени… Только что ведь стояли и разговаривали – и на тебе! Выскочила тварь, сильная, ловкая да ещё и неубиваемая! Совсем как-то не смешно…
«А я тебя предупреждала – здесь, на юге, опасности пострашнее, чем в Малехарде, – сказала Рита в моём сознании. – Но можешь выдохнуть, он уже далеко».
– О, Небо! – раздался голос Мирильды. – Кто-нибудь ранен?!
– Взгляни на Эдриана! – кричу. – Ему точно досталось…
– Я в порядке, – заявил рыцарь, поднимаясь на ноги. – Пара царапин…
– Главное, чтобы не укус, – прокомментировала Полночь. – Проклятье ликантропов было скопировано с вампирской магии. Они тоже могут укусом превращать людей в себе подобных.
