Когда товарищи перешли мост, солнце уже коснулось своим краешком горизонта. Погодная обстановка внушала большие опасения. С востока приближался широкий грозовой фронт, ветер усиливался, однако поверхность воды при этом оставалась ровной и гладкой, как зеркало, без малейшей ряби. Эти и некоторые другие факторы ясно давали понять, что в Кольском заливе наступает затишье перед бурей. Воспользовавшись своей компьютерной составляющей и подключившись к Сети, дроид узнал прогноз погоды и подтвердил: ночью ожидается настоящий ураган, с сильнейшим ливнем и грозой. Надеясь успеть укрыться в отеле до ненастья, товарищи немедленно двинулись к центру города. По пути Михаил выяснил, что до ближайшего отеля с круглосуточной регистрацией идти больше часа, а до так необходимого Фейрису ресторана – всего пять минут, к тому же, ресторанов в округе было достаточно много. Неудивительно, что голод взял верх и над усталостью, и над страхом промокнуть.
Гастрономическое турне затянулось до позднего вечера и, по мнению обоих его участников, выдалось на славу. Пункт «ознакомиться с земной кухней» решено было считать выполненным с отличием. Теперь следовало подыскать гостиницу, чтобы отоспаться и восстановить силы перед завтрашним поиском приключений. В крайнем случае, можно было переночевать и в «Соколе», залёгшем на дно залива. Там было безопаснее – огромный плюс! Но преодолевать ради этого новый мини-марафон, тем более под надвигавшимся дождём, никому из товарищей не хотелось.
С виду всё в вечернем Мурманске было, как всегда. Вечер плавно перетекал в «развлекательную ночь» – ночь с пятницы на субботу. Кинотеатры запускали в прокат ужастики, приложения такси повышали тарифы в два раза, ночные клубы и бары готовились к самой прибыльной за неделю смене. Вывески горели, машины возвращали своих владельцев домой или доставляли их в места проведения досуга, пешеходы скапливались у светофоров и, дожидаясь «зелёного», пересекали проезжую часть, окна большинства домов пока ещё светились ярким, приветливым, уютным светом. Принц и дроид наблюдали за всё время куда-то спешащими, даже вечером чем-то занятыми людьми и с энтузиазмом обсуждали обстоятельства их жизни: сам город, мимолётом подслушанные обрывки разговоров, запахи, музыку, иногда доносившуюся из приоткрытых дверей или окон. Это были идеальные условия, чтобы составить своё независимое мнение о землянах и их быте.
Но была у Мурманска сегодня и обратная, недоступная для взора товарищей сторона. На всех улицах, особенно центральных, ещё с обеда дежурили по несколько десятков агентов международных спецслужб. Каждый из участников облавы на инопланетян был тщательно замаскирован и предупреждён, что «объекты» вооружены и обязательно попытаются оказать сопротивление. Эта операция была экстренно спланирована главарями восстания, проследившими путь Фейриса, и ставила своей целью захватить дроида и набор класса «S», чтобы потом передать их земным учёным. В лучшем случае, как предусматривал приказ, финальный налёт и захват обеих целей надо было провести где-нибудь вдали от центра города, в каком-нибудь тёмном безлюдном местечке – операция должна была пройти в полной секретности от мирных жителей. Убить или ранить самого принца при этом было строго запрещено.
* * *
Товарищам повезло, как снайперам, обнаружившим врага до его выстрела. Михаил сработал, как истинный дроид-охранник – используя фронтальное и «затылковое» зрение, он выделил несколько лиц, сопровождавших их практически от первого ресторана и на протяжении всего пути лишь заходивших в здания и менявших свою одежду.
– Не подавай виду. За нами ведётся слежка. Причём по очень изощрённой схеме. Участвуют по меньшей мере семнадцать человек, – предупредил дроид Фейриса шёпотом. – Теперь я в этом уверен. И не оборачивайся. Это профессионалы. Я просканировал лица по базе Земледельцев. Здесь агенты всех крупнейших спецслужб.
Получше присмотревшись к до странности многочисленным прохожим, принц и сам заметил характерные признаки слежки. На одной только улице он встретил восьмерых участников операции! Чтобы найти ещё девятерых, замеченных Михаилом, вероятно, следовало обернуться, чего делать в условиях слежки, разумеется, не стоило.
– Как они узнали, что мы в Мурманске?.. – тихо спросил Фейрис. – Кто их предупредил?..
– Говорил я тебе, надо было обыскать её дом! – зашипел Михаил на ухо другу. – Эта землянка! Сто процентов у неё какое-то видео было с нашей высадкой! И она его кому-то предъявила!
– Да нет, она же думает, что она под подпиской, что её еле отмазали от госизмены… Не Лиза это! Она бы забоялась!
Тут из-за угла навстречу товарищам вынырнули двое подозрительных людей в одинаковых чёрных шинелях. Субъекты прошли мимо принца и дроида, метнув на них каждый по одному сердитому косому взгляду.
– Ладно, Миша, всё, хватит нам препираться, – сказал Фейрис, для которого эти взгляды был подобны холодному душу. – Не время.
– Да-мс, всё-таки ошибся я… Не профессионалы они. Дилетанты. Так лицом к лицу выйти и так нагло посмотреть могли только те, у кого не то что спецподготовки, а даже обычных мозгов нету! – Михаил усмехнулся. – Это у них так, наверное, принято – давать жертве шанс обнаружить слежку.
– Погоди… мне всё это странно… – протянул принц, задумчиво глядя куда-то в сторону. – Если бы они действительно хотели следить за нашими передвижениями, им бы хватило простенького квадрокоптера. Убить нас – простейший снайпер. А тут целая схема, почти двадцать людей… Не кажется ли тебе, что они нарочно пытаются привлечь к себе наше внимание?
– Специально обнаруживают слежку?! Ничего не понимаю. В чём тогда смысл этой заведомо провальной операции?
– Возможно, им необходимо… напугать нас… заставить нас ошибиться… Давай поразмышляем. Что бы сделал Земледелец, если бы заметил слежку?
– Скрылся бы, – ответил дроид, которому, по правде, хотелось поступить точно также.
– Верно. Стал бы петлять по городу, выстраивать кривые маршруты, скрываться во дворах, и сам не заметил бы, как попал…
– В засаду!.. – ахнул Михаил. – Конечно, как я не предусмотрел такого очевидного варианта! Зачем им лезть на наши бластеры, зачем подвергать своих людей такому риску, если можно просто поймать нас в ловушку! Заполучить нас живыми!
– Верно мыслишь. К тому же, им совершенно не нужна перестрелка с Земледельцами в центре города. Они ведь не разглашают тайну неоатлантов! А наши плазменные сгустки на глазах у толпы… сам понимаешь!
Дроид кивнул и помрачнел.
– Фейрис… – протянул он взволнованно. – Скажи, что у тебя есть план.
– Я? А я должен иметь какой-то план?
– Ну ты же у нас Земледелец или кто? Кого к этому всю жизнь готовили?
– Есть у меня план… – сказал принц, поразмышляв с полминуты. – Сможешь найти в памяти карту слепых зон?
Михаил кивнул и принялся вращать глазами, будто перелистывая ими невидимые страницы.
– Готово, – объявил он наконец.
– Ищи Мурманск.
– Нашёл.
– Теперь смотри, как нам отсюда добраться до порта так, чтобы всю дорогу светиться на уличных камерах.
– До порта? Может, до моста?
– Нет. До порта.
– Стоп, так ты предлагаешь проникнуть в пассажирский порт, пройти на пристань, а потом угнать судно и уходить по воде? Это… точно осуществимо?
– Не знаю. У меня другой план. Ты сыграешь роль лодки.
– Ха! Вот как! Что ж, на испытаниях я показывал неплохие результаты в плавании… обгонял все известные модели дроидов…
– Так ты нашёл дорогу в порт?
– Да.
– Веди!
* * *
От точки нынешнего расположения товарищей до пассажирского Мурманского порта вела только одна большая и широкая улица, полная важных объектов, защищённых внешним видеонаблюдением. На Земледельческих картах она была помечена как «131172», но в реальности носила, конечно же, совсем иное название. Это затруднило её поиски, но не оставило их безрезультатными. Найдя «131172», товарищи свернули на неё и пошли по ней вниз буквально бегом. Комитетчики следовали за ними по пятам, уже не особо-то скрывая своего присутствия, видимо, догадавшись, что их раскрыли, и соблюдая дистанцию лишь затем, чтобы не развязать перестрелку в неподходящем месте.
– Миша, стой! Там шлагбаум! Закрыто! – крикнул вдруг Фейрис, указывая на железную дорогу – границу между городом и пассажирским и торговым портами.
– Это для машин! А мы пройдём! – самоуверенно воскликнул Михаил, но за шлагбаумом тут же промчался поезд, и товарищи были вынуждены на несколько секунд остановиться среди также ожидавших поднятия шлагбаума автомобилей. За это время преследователи успели серьёзно сократить отрыв.
Лишь только увидев, что состав «закончился», принц и дроид перепрыгнули шлагбаум. Им и вскоре выбежавшим за ними вдогонку «охотникам» громко просигналили, но обеим сторонам погони на это было решительно всё равно.
Вот и грузовой порт. Контрольно-пропускной пункт для автомобилей, со шлагбаумом и с будкой охраны. Предъявлять дежурным «ключ от всех дверей» – «настоящие» удостоверения ФСБ, уже не было времени, и товарищи просто перескочили очередной шлагбаум, как и предыдущий. Вдогонку им раздалась отборная ругань и выстрел, но относительная темнота бегущим покровительствовала. Подбежавшие к КПП «охотники» большей частью устремились за «объектами», а меньшей частью, предъявив документы, разъяснили ситуацию в свою пользу и потребовали от дежурных поднять по тревоге весь вооружённый персонал. В порту завыли сирены, отовсюду раздался лай разгневанных собак, но товарищей это всё уже мало волновало – они достигли ближайшего пирса и, собравшись с духом, спрыгнули в воду…
* * *
Принц, прижавший дипломат к груди, стоял на дроиде, как на сёрфинговой доске. Михаил грёб всеми конечностями, грёб так быстро, что, казалось, превратился в одну большую турбину от гидроплана. Совершая сейчас эту опасную переправу, он понимал, что рискует гораздо больше, чем когда-либо в своей жизни. Случайного попадания жидкости через нос на внутренние механизмы дыхания хватило бы, чтобы вызвать серьёзный сбой. Случись такое посреди залива, Михаил бы безвозвратно утонул, но делать нечего – сзади уже доносился гул катеров, и любое промедление могло обернуться провалом побега.
Изначально товарищи планировали пересечь залив наискосок, чтобы добраться до звездолёта, минуя берег, но огромная скорость, с которой они плыли, внесла свои коррективы. Михаил, как истинное живое существо, борясь с течением, постепенно начал уставать. Железные мускулы дроида с каждой секундой всё больше слабели, и он, чувствуя это, вытащил голову на поверхность и что есть мочи прокричал:
– Фейрис!!! Я больше не могу!!! Поплывём напрямик!!! Так в два раза ближе будет!!!
Ответа не последовало. Михаил счёл это за знак согласия и сменил курс. На самом же деле принц, отвлечённый шумом воды, ветром, начинавшейся грозой, только что полившим дождём и рёвом лодочных моторов, его попросту не расслышал, и был очень удивлён, когда увидел, что дроид собирается причаливать.
Выбравшись на берег, товарищи спрятались в ближайшем кустарнике, достали бинокль и стали наблюдать за своими преследователями. Сверху их прикрывало большое, раскидистое, совсем не свойственное для северных широт, но всё же стоявшее здесь дерево, так что капли дождя обзору не мешали. Катера, прочёсывавшие залив, судя по символике оказались военными. На корме у каждого из них был закреплён танковый пулемёт. На палубах стояли отряды по меньшей мере по десять человек. Командиры, как заметил Фейрис, были вооружены настоящими бластерными автоматами, что исключало для товарищей превосходство в технологиях.
Вдруг кусты зашелестели. Михаил возился, пытаясь что-то достать из внутреннего кармана.
– Фейрис! – шёпотом позвал он. – Держи!
Принц отложил бинокль и посмотрел на друга. Дроид протягивал ему один из своих бластеров.
– Зачем, Миша?
– Возьми-возьми! Пригодится! Пришьёшь кого-нибудь! Не всё же нам бегать! – подстрекал Михаил.
Фейрис нерешительно потянул руку за оружием. Внутри него отчаянно боролись две его сущности: миротворец и солдат, жалость и безжалостность. Первый советовал тихо ретироваться, избегать человеческих жертв, второй буквально требовал взять бластер, не колеблясь расстрелять всех противников и только потом героически покинуть поле боя. Как ни странно, эти противоположности очень быстро пришли к компромиссу – договорились атаковать людей только в случае нападения с их стороны. Уже ничуть не страшась, принц забрал оружие и, на всякий случай, заранее снял его с предохранителя. Бластер, даже утеплённая резиной ручка, был как будто только что из морозилки и, помытый солёной водой, блестел в искусственных лучах, долетавших на этот берег с противоположного. Фейрис рассмотрел на его корпусе пять перечёркнутых длинной линией палочек и тяжело вздохнул, предчувствуя, что скоро тут должны будут появиться шестая, седьмая, десятая… Принц отчётливо и с большим отвращением представил, как сгустки плазмы, вылетавшие из этого малюсенького дульца ещё при прежнем хозяине, прожигали пятерым людям кожу, мышцы, кости, лишали их жизней… При мысли о костях его внезапно осенило. Эту битву можно было запросто выиграть хитростью!
– Миша, друг, нам не придётся сражаться! – объявил Фейрис, словно сбросив камень с души. – Мы можем замести следы и преспокойно скрыться, как это делают настоящие Земледельцы!
Дроид был явно недоволен таким предложением, но поделать ничего не мог – принц настаивал.
– Инсценировка смерти, да? Ты точно хочешь её использовать? – спросил Михаил, когда Фейрис уже полез в дипломат. – Лично я бы не против… Постреляться с людьми! Потом, если что, сбежим…
– Если мы не используем инсценировку, они продолжат наши поиски. Они примерно догадываются, куда мы высадились, и их больше сотни. А на подмогу придёт ещё тысяча! Сам подумай, долго ли мы сможем скрываться?
– Ладно, ты прав… Ты нашёл комплект?
– Да! Вот он!
Принц достал из набора класса «S» специальный теплонепроницаемый плащ и мешочек с имитацией различной человеческой ткани. Затем он вышел из укрытия и прошёлся по берегу, оставляя материал из мешочка на видных местах. Вернувшись к Михаилу, Фейрис отыскал в дипломате особую сверхмощную гранату, со всей силы бросил её в центр намеченного круга и сразу же накрыл себя и товарища плащом.
Взрыв, казалось, был слышен во всём Мурманске вместе с пригородами. После огненной вспышки и грохота поднялся даже небольшой «взрывной гриб». Ещё не успел он рассеяться, а все катера, как по команде, уже устремились в его сторону. На единственном пригодном для причала участке берега хватило места только одному из них, а остальным, чтобы не мешались, было приказано залечь в дрейф неподалёку. Сошедший с катера отряд первым делом осмотрел гигантскую воронку, оставленную гранатой. Найти заранее разбросанные вокруг неё синтетические «останки» было легко, а вот отличить их от настоящих – невозможно. Дополнительно проверив все окрестности при помощи лучших Нибируанских тепловизоров и не найдя абсолютно ничего с размерами и температурой человека, солдаты посовещались и решили прекратить поиски. Земледельцы, скорее всего, самоуничтожились или же ловко скрылись, драгоценный чемоданчик с уникальными шпионскими устройствами не достанется теперь ни одной из спецслужб – с такими выводами земляне вернулись на катер.
Принц и дроид наконец-то вздохнули свободно. Угроза миновала. Можно было спокойно продвигаться к «Соколу», не опасаясь удара со спины. Весело смеясь над агентами Комитета, товарищи поднялись с земли, отряхнулись от налипших на одежду листьев и торжественно пожали друг другу руки в знак обоюдного уважения и благодарности. Своими слаженными совместными действиями они не только красиво ушли от преследователей, но и сохранили при этом их жизни, драгоценные, как и у всякого мыслящего существа. На радостях Фейрис даже пообещал наградить Михаила высшим Нибируанским орденом – орденом «Амадеуса восьмого», выдававшимся за исключительные заслуги перед расой. Спасение представителя королевской династии как раз входило в список этих «исключительных заслуг», так что свидетельства принца должно было быть достаточно. Однако дроид от награды категорически отказался, напомнив другу:
– Если ты расскажешь, что я тебя спас, то тебе придётся объяснять, где и когда это произошло. А ведь ты сам говорил: никто не должен знать, что мы побывали на поверхности!
Ещё немного поколебавшись, Фейрис согласился оставить свою затею с орденом, но всё равно заверил, что при первой же возможности щедро отблагодарит Михаила. Дроид возражать не стал, и они двинулись в путь, подшучивая над выпавшими на их долю нелёгкими испытаниями. И интуиция, и теория вероятности, и даже сам здравый смысл подсказывали им, что запас приключений на сегодня исчерпан.
Как же они ошибались!..
Глава 10
Приятная встреча
Гроза всё никак не унималась. Дождь лил уже не как из ведра, а как из пожарного брандспойта. Молнии ежесекундно полосовали небо, громы сотрясали воздух, а ураганные порывы ветра сбивали товарищей с ног, заставляя их идти всё медленнее и медленнее. Деревья, особенно молодые, гнулись к земле всей своей кроной и тут же резко выпрямлялись обратно, точно катапульты, метающие снаряд. По низу стелились вихорки из оторванных листьев и упавших веток. Грунт, уже успевший разбухнуть на несколько сантиметров вглубь, по ощущениям казался непролазной болотной топью. Подобного ненастья принц не видел даже в обучающих фильмах для Земледельцев. На Нибиру, где погода была управляемой и регулировалась из ГлавМетЦентра, стать свидетелем такой бури было невозможно, поэтому Фейрис очень гордился, что наблюдает этот разгул стихии из самого его эпицентра. Целый миллиард неоатлантов никогда не увидят ничего похожего, а он, как настоящий первопроходец, идёт без страха и сомнения, не различая дороги, ориентируясь только на внутренний компас своего спутника. Что могло быть прекраснее для истинного романтика! Принцу не хватало только того, кто мог бы разделить его восторг. Михаил, несмотря на наличие души, оказался совершенно не в состоянии разглядеть в этом природном хаосе особое очарование.
– Красиво только то, что упорядочено! – перекрикивал ветер дроид. – А покажи мне здесь хоть что-нибудь, подчиняющееся математическим канонам!
Фейрис не мог спорить, когда каждое открытие рта оборачивалось залетевшим листиком или сотней капель дождя. В спокойную погоду он бы непременно заявил, что Михаил ошибается, что гармония – это не только порядок, и привёл бы неопровержимый пример: море. Оно вечно меняется, в нём чередуются приливы и отливы, шторма и штили, тёплые течения встречают холодные, невозможно сделать две абсолютно одинаковых фотографии его постоянно движущейся воды, и при этом никто не возьмётся отрицать, что море прекрасно. Так же и с космосом: звёзды не выстроены в ровные ряды, галактики не летят параллельно друг другу, ни одна туманность никогда не достигнет полной симметрии, а даже если и достигнет, то пробудет таковою лишь мгновение, поскольку вселенная не может остановиться в своих преображениях, избрав себе конечный, «идеальный» облик. «Так что вот так, друг мой! Красивым может называться и абсолютный порядок – творение человека, и абсолютный хаос – творение природы!» – так бы Фейрис закончил своё не случившееся выступление.
Минут через десять товарищи почувствовали под ногами асфальт, и дальнейший поход уже не представлял для них особых трудностей. После грязной слякоти бездорожья пройтись по ровному, умытому дождём шоссе было невиданным наслаждением.
– Почти дошли! – воскликнул дроид, подбежав к знаку у обочины. – Полкилометра!
– Обнадёживает, – сказал принц, разглядывая потертую, старую надпись с названием посёлка и числом «0,5». Вдалеке уже мерцали отблески крыш знакомых зданий.
– Слушай, а зачем нам вообще… тащиться так далеко? – спросил вдруг Михаил. – Давай вызовем «Сокол» сюда! Пусть сам прилетит к нам!
– Ты не думаешь, что будут свидетели? – засомневался Фейрис, но, оглядевшись вокруг и увидев лишь кромешную тьму и бушующий ливень, решил всё же рискнуть.
– У кого пульт? – засуетился принц, внезапно осознав, что совсем не помнит, куда убирал предмет.
Дроид обыскал себя и с ужасом обнаружил пульт управления «Соколом» в кармане своей куртки…
– Фейрис… У нас проблемы! – сказал Михаил, протягивая устройство Фейрису.
Принц сразу понял, что в «Сокол» они сегодня не попадут. Пульт был сломан, его экранчик «заплыл» жидкостью и не загорался от нажатия кнопок. Несколько минут пребывания под водой и «добивающее» действие дождя предсказуемо вывели механизм из строя.
– Как это… случилось?.. Как он вообще оказался у тебя?! – повысил голос Фейрис.
– Вроде, тебе некуда было его сложить… Дипломат забит, а в твои карманы он не помещался… Ты отдал его мне!
– И ты забыл о нём, когда переплывал Кольский залив?!
Дроид только развёл руками.
– Уж извини, что я так торопился тебя спасать…
– Прости. Я не хотел, – спохватился Фейрис. – Сможешь починить?
– Точно не сейчас. Скорее всего, завтра. Ему нужно просохнуть. Под дождём я его разбирать точно не буду!
Принц нахмурился и поднял взгляд на небо.
– Но погоди… Где же нам тогда ночевать?!
Михаил пожал плечами. В посёлке, где произошла высадка, не было ни одной, даже самой простой гостиницы – это товарищи выяснили ещё днём. А идти обратно в Мурманск, пока там оставались сотни «охотников»… было смерти подобно. Приходилось смириться с мыслью, что на всю ночь они останутся под открытым небом.
– Ладно, не раскисай! Кажется, по дороге в Мурманск я видел у обочины какую-то беседку, – попытался подбодрить друга дроид, и они оба двинулись дальше.
Пройдя магазин «Продукты», казавшийся во тьме ночи какой-то древней заброшенной избой, товарищи зашли в посёлок. Тот не подавал в столь поздний час никаких признаков жизни и, если бы не свет редких дорожных фонарей, в молчании своём был бы весьма зловещим. Чем ближе товарищи подходили к улице, на которой стоял небезызвестный дом с красной крышей – Лизин дом, тем сильнее Фейрисом овладевали странные чувства. Это было не то волнение, не то страх, не то стеснение, в необычных пропорциях перемешанное с радостью и ликованием. Сердце принца забилось учащённо. Все его мысли сейчас вертелись вокруг одной определённой точки, но у него никак не получалось понять, какой именно. Его пугало собственное состояние.
– Миша! – не своим от тревоги голосом позвал Фейрис. – Стой!
Дроид оглянулся и спросил:
– Что такое?
Вместо ответа принц поставил дипломат на землю и снял с руки часы со считывателем эмоций.
– Надень, – попросил он друга. – Пожалуйста. Очень надо.
Михаил не стал углубляться в подробности и послушно нацепил прибор на запястье.
– Теперь закрой глаза.
– Они могут показать нечто, что тебя скомпрометирует? – поинтересовался дроид.
– Не знаю. Но на всякий случай закрой.
– А говорят, от друзей секретов нету… – сказал Михаил и зажмурился.
Фейрис постарался сосредоточиться на одолевавшем его чувстве. Это ему удалось. Тогда он поднял набор класса «S» и вытащил оттуда свёрнутый в свиток листок бумаги, подаренный ему сэром Октавианом в дополнение к часам. Бумага была залакирована, поэтому принц не боялся держать её под дождём. Расправив свиток, он собрался с духом и посмотрел на циферблат.
Циферблат светился пурпурным…
Фейрис всё никак не решался отвести взгляд к списку, чтобы узнать значение этого оттенка. Лишь только оправданный вопрос Михаила: «Долго ещё?» заставил его опустить глаза на бумагу. Напротив пурпурного кружка в списке жирным шрифтом было написано:
«». Влюблённость
– Бред!!! – взревел принц и в сердцах перекинул свиток через ограду в чей-то огород. – Эта штука сломалась! Снимай их, Миша, утилизируем!
Он сорвал часы с руки дроида так сильно и резко, что Михаил от неожиданности ойкнул и открыл глаза. Фейрис занёс прибор над головой и с размаху бросил его на асфальт. Считыватель эмоций отскочил, будто резиновый, и подкатился к ногам своего хозяина. Тот, хоть и понял, что часы сверхпрочны, не удержался и со всей силы наступил на них. Ничего, кроме боли в ступне, это не принесло. Тогда принц отошёл назад, достал свой бластер и навёл его на прибор.
– Подлежит утилизации, – произнёс он в тоне приговора.
– Не горячись, друг! – спокойно посоветовал дроид, даже не шелохнувшись. – Я, конечно, не знаю, что конкретно они тебе показали, но ведь это очень высокоточный считыватель! Товарищ министр не подарил бы тебе хлам. Почему бы не допустить, что они сказали правду?
– Это не может быть правдой. Мы… общались… меньше десяти минут…
Михаил в доли мгновения догадался, каких «мы» имел в виду его товарищ.
– А! Ха-ха! – воскликнул дроид, потирая руки. – Если не ошибаюсь, пурпурный! Да, точно, мы же дом сейчас пройдём! Ну-ну, Фейрис четвёртый, попадёт тебе от Земледельцев! её
Дуло бластера неожиданно развернулось в сторону Михаила.
– Ты молчишь, – проговорил принц. – Или замолчишь навсегда. Ты прекрасно знаешь, для Земледельца любовь к землянке – расстрельная статья! Если обо мне пойдёт такой слух… Это крест на всех моих мечтах!
– Я – могила! – поклялся дроид, не отпуская с лица ехидную улыбку. – Если ты не станешь переходить установленную грань, всё будет замечательно! Мне, если честно, даже в радость, что тебя посещают столь благородные чувства! В твоём возрасте положено думать… совсем о другом, ха-ха!
Тут Фейрис не удержался и выстрелил. Раскалённая плазма, разогнанная до сверхскоростей, пролетела у Михаила над левым ухом и опалила волосы на виске.
– Да я ж пошутил!.. – пролепетал тот, осознав, что друг сейчас специально промахнулся с пяти шагов.
– За такие шутки… в зубах бывают промежутки! – процитировал принц любимую дядину фразу.
– Оправдываешь титул… – с уважением произнёс дроид. – А часики ты всё-таки не тронь. Они не виноваты, что ты настолько влюбчивый.
Не зная, как расценивать подобную себе характеристику – как комплимент или как порицание, Фейрис промолчал и, нагнувшись, надел считыватель эмоций обратно на руку.
– Зря ты, конечно, всё это затеял… – сказал Михаил, когда принц наконец-то спрятал бластер обратно в куртку. – Она – землянка, ты – неоатлант, вам априори нельзя быть вместе…
– Я не специально, оно само собой! – перебил его Фейрис. – Это просто подсознание!
– Неважно. Вы ведь уже изучили Основной Мирный Договор?
– Да, целиком, – ответил принц, вспоминая школу, организованную для него Земледельцами. – Все шесть частей.
– Помнишь пятый пункт четвертой части?
– «Земледельцам под страхом смерти запрещается вступать в родственные отношения с людьми». Один из основных законов, регулирующих наши действия в колонии.
– Вот, прекрасная память! И после этого ты ещё можешь о чём-то задумываться?
– Но я ведь ещё… Не Земледелец… Я обычный неоатлант… На меня пятый пункт не действует…
– Обычный неоатлант ни под каким предлогом не сможет попасть на поверхность Земли! «Туристов» не существует! Так что суд для тебя будет такой же, как для Земледельца, уж поверь.
– Да уж… Как же жалко, что это всеобщий, международный закон! Не наш, не Нибируанский, не внутренний!
– То есть, хочешь сказать, против «внутреннего закона» ты бы пошёл? – Михаил насмешливо прищурился.
– Нет, но… ладно, да. Не буду врать, если бы у меня появился шанс стать первым в истории неоатлантом, женившимся на землянке, я бы преступил любой закон! Включая ОМД!
Дроид цокнул, закатил глаза, вздохнул, как бы объявляя: «Ты – безнадёжен», и, не став даже напоминать принцу о Межгалактическом суде, отвернулся и прекратил беседу. Именно в те секунды у него родилась идея любым способом убедить Фейриса и завтра же покинуть Мурманск, перебравшись с ним в более «приятные» районы планеты, подальше от прекрасной северной девушки.
Товарищи прошли мимо того самого дома с красной крышей, будто бы и вовсе его не заметив. На самом деле, оба они опознали здание ещё издалека и сильно удивились, так как в нём в столь поздний час ещё вовсю горел свет. Сначала принц даже захотел проверить, всё ли в порядке у Лизы, но потом подумал, что причин не выключать свет ночью существует очень много, и не стал делиться своими опасениями с Михаилом. Ход мыслей дроида был почти аналогичен и привёл его к тому же выводу. На том, собственно, этот эпизод мог бы и закончиться, если бы с ними не приключилось одно очень радостное для Фейриса и досадное для Михаила событие. Когда они удалились от Лизиного дома метров на тридцать, позади них послышался резкий скрип и, спустя секунду, дребезжащий стук металла о металл. Спустя ещё пару мгновений, грозовую ночь прорезал пронзительный крик:
– Товарищ майор!!! Товарищ сержант!!! Стойте!
Принц и дроид вздрогнули. От испуга Михаил чуть не выронил дипломат. К ним, сквозь ливень, слякоть и непроглядную темноту, бежала, собственной персоной, Лиза, защищённая от дождя резиновыми сапогами, прозрачным комбинезоном-дождевиком и гигантским зонтиком, под которым спокойно могла бы разместиться и она сама, и оба товарища. Сократив расстояние до нескольких метров, землянка остановилась и дала себе отдышаться. Фейрис смотрел на неё хоть и с недоумением, но с большой и истинной радостью, а дроид – наоборот, раздражённо, с негодованием и даже отчасти озлобленно. Её внезапное появление могло серьёзно пошатнуть все планы Михаила «образумить» принца и в срочном порядке улететь с ним из Мурманска.
– Что вам угодно, Елизавета? – как можно обходительнее спросил Фейрис, не скрывая своего ликования и широко улыбаясь.
– Я не старше вас и не выше по званию, ко мне можно обращаться и на «ты»! – вежливо заметила она.
– Ну, тогда, что угодно, Лиза? – поправился принц. – Зачем ты догнала нас на улице в полпервого ночи, да ещё и в такую погоду? тебе
– Я… я сама не знаю, что на меня нашло… – смутилась землянка. – Я не спала, мы с мамой только что досмотрели фильм… Я подошла к окну, увидела вас и… подумала… что у вас что-то не так… Вы шли так медленно… и хмуро… с опущенными головами, без зонтов, без капюшонов… вы показались мне такими грустными и… как бы это сказать… изнеможёнными, что мне стало… не то что бы интересно… но просто непонятно, что вас до такого довело! Я подумала, может, вам нужна какая-то помощь… Может, вы заблудились, или что-то вроде того… Ну поймите, я не могла поступить иначе!
– Конечно, мы ведь таинственные «бойцы невидимого фронта»! – произнёс дроид раздражённо. – Мы притягиваем, как магнит, разумеется! В наши дела нужно вмешиваться как можно чаще, да! Мы ведь не можем и дня прожить без подсказок «квалифицированных экспертов»!
– Я, вообще-то, ничего вам не подсказываю…
– Неважно! В любом случае, нам не нужна ничья помощь. Вы ошиблись, подумав, что можете быть нам полезны! Всё. Теперь можете возвращаться туда, откуда пришли. И вот вам мой… дружеский совет… – Михаил поставил дипломат, подошёл к ней почти вплотную и, напустив на себя вид свирепый и пугающий, закончил фразу. – Больше никогда не попадайтесь мне на глаза. Я до сих пор в ярости от того, как товарищ сержант отмазал вас от обыска! Детектор лжи, тоже мне! Это было грубейшее нарушение устава, и я…
– Да помолчи ты, Миша! – оборвал его Фейрис, встав между ними и в буквальном смысле оттолкнув дроида от девушки. Лиза, впервые в жизни увидевшая такой разговор подчинённого с начальником, изумлённо подняла брови. – Гражданка, может, из добрых побуждений, а ты!
– Я же каждый раз прошу! – грозно прошипел Михаил, пытаясь сохранить свой сценический образ властного офицера. – При посторонних – только «господин майор»!
– Хорошо. Тогда отойдите-ка, «господин майор»! Гражданка вас и так вон уже боится! Давайте я сам объясню, что ей не о чем беспокоиться, и сделаю это без вашего «психологического давления»!
Дроид был шокирован такой наглостью. Идея следующим утром покинуть Мурманск уже буквально «витала в воздухе», оставалось ждать всего несколько часов… А принцу вдруг приспичило пообщаться с землянкой! Да ещё и так, чтобы он, дроид, не слышал их разговора! На кону стояли все их дальнейшие земные похождения, и Михаил не мог допустить, чтобы Фейрис с Лизой разговорились, даже если бы эта беседа продлилась у них не более минуты. Возникновению любви или привязанности между землянкой и отпрыском королевского рода неоатлантов, даже чисто гипотетическому, надо было препятствовать всеми доступными способами.
– Ну всё, надоели мне твои выходки! – крикнул дроид, максимально вжившись в роль и в порыве «вдохновения» схватив товарища за грудки. – Долго я тебя терпел… Ну погоди, приедем в центр – вылетишь со службы! Мигом! – не увидев никакой реакции, кроме спокойного лица, он переспросил. – Ты что, глухой, сержант?!
– Я приказываю! – ухмыльнувшись, шепнул принц на ухо дроиду. – Ты, надеюсь, не забыл, кто из нас… подарок на день рождения? Прости, не хотелось напоминать, но ты меня вынудил.
Михаил со злостью отшвырнул Фейриса, махнул на него рукой, поднял дипломат и отошёл к ближнему краю дороги. Землянка с принцем переглянулись и сделали несколько шагов в другую сторону.
– Ты, наверно, генеральский сын… – первой заговорила Лиза.
– «Нет, племянник», – чуть было не проболтался Фейрис. – С чего ты это взяла?
– Ну а какой ещё сержант может вот так запросто спорить с майором? И называть его «Миша»?
– Железная логика! – усмехнулся принц. – Хотел бы я, чтоб так оно и было.
Землянка, на всякий случай, ещё раз взглянула на дроида. Тот стоял достаточно далеко, а шум дождя вокруг был достаточно сильным, и она решила продолжить разговор.
– Слушай, а всё-таки… Зачем ты с ним сейчас разругался? Разве это того стоило?
– В каком смысле? – Фейрис удивился. – Ты хотела, чтобы он и дальше на тебя напирал?
– Нет, конечно, просто… Он ведь всё правильно сказал… Я ведь действительно зря за вами погналась… И почему я вдруг возомнила, что смогу вам чем-нибудь помочь? И с чего я взяла, что вам вообще нужна чья-то помощь? Я как будто вам навязываюсь… А ты из-за такого пустяка с начальством ссоришься!
– Не думай так. Ты же хотела оказать содействие! Разве можно за такое осудить? И он не осуждает, у него просто… настроение плохое!
– Значит, вы на меня не сердитесь? – спросила Лиза с замиранием. – Ни один из вас?
– Да за что нам на тебя сердиться, чего ты себе внушаешь! Я, честно скажу, был даже рад вновь увидеться с тобой! Правда! После такого тяжёлого дня… ты не представляешь, насколько он был тяжёлый… встретить хоть одно знакомое лицо – большое наслаждение! И это единственное, в чём нам сегодня повезло.
– Я рада… – смущённо сказала землянка. – Нет, не тому, что у вас не задался день, а тому, что…
– Я понял.
Оба помолчали.
– И да, если не секрет… – вспомнила Лиза. – Куда вы всё-таки идёте? Успокойте уж! Я ведь именно за этим и вышла, чтоб узнать!
– Мы? Вообще-то… Да никуда мы не идём! – сознался принц. – Так, блуждаем, держимся подальше от города. Нам сейчас, по-хорошему, вообще бы никому на глаза не попадаться.
– А… почему?
– Даже не спрашивай. Гостайна. Майор меня прям тут пристрелит, если поймёт.
– Вот как… То есть, вы и в гостиницу пойти не можете? – спросила землянка сочувственно.
– Говорю же, в город нам сейчас нельзя. А в вашем посёлке гостиниц нет!
Лиза задумалась.
– И что же вам сейчас делать? Куда идти? Вам есть, где переждать эту бурю?
– Ха, ну ты и спросила! Если б у нас было хоть какое-то убежище, стали б мы в час ночи здесь бродить? Сама подумай?
– Не стали бы…
– Ну вот! Так что мы пока… бездомные, хе!
– Что ж… – протянула Лиза, ещё больше заливаясь румянцем. В темноте этого было, конечно же, не видно. – Тогда я считаю своим долгом проявить гостеприимство и… приютить вас! Отоспитесь в тепле, отогреетесь, может, поедите чего… Пойдёмте!
Фейриса как током ударило.
– Не может быть! – воскликнул принц, не веря своему счастью и своим ушам. – Лиза, ты не просто ангел, ты… этот самый… серафим! Я не представляю, как мы сможем тебя отблагодарить! Погоди, ты сейчас серьёзно?
– Абсолютно! Я вас совсем не боюсь. Я действительно очень хочу вам помочь! Наверное, вас это удивляет… Это так… наивно с моей стороны… Но всё же, я настаиваю!
– Не может быть, Лиза!.. – для Фейриса было истинным наслаждением повторять её имя снова и снова. – Лиза, я не верил, что в нашем неидеальном мире существуют такие идеальные люди! Поверь, мы с майором в долгу не останемся!
– Вы слишком скромны, сержант. Это ведь я ваша должница! Считайте, что это я от вас так откупаюсь!
– Что ж, это… замечательно! Я принимаю твоё предложение! – тут принц вспомнил, что он вовсе не один в своём походе по поверхности, и принимать такое решение в одиночку не может. – Сейчас, секунду, я попытаюсь как-нибудь помягче донести до майора, что нам следует заночевать у вас.
Землянка кивнула. Фейрис оглянулся на другую сторону дороги и нашёл Михаила в той же точке, что и минуту назад. Дроид стоял, балансируя между асфальтом и обочиной, спиной к землянке и принцу, поставив набор класса «S» позади себя и скрестив руки на груди. Фейрис подбежал к нему и обошёл его сбоку, заглянув ему в лицо. Михаил был камнеподобен.
– Слушай, Миша, тут такая ситуация… – начал принц. – Короче, она…
– Не трудись, я всё слышал, – перебил его дроид. – Нас приглашают на ночлег.
– Как… так?.. – опешил Фейрис.
– Ты думаешь, я настолько устаревшая модель? – слабо, с горечью ухмыльнулся Михаил. – У меня же идеальный слух, ты что, забыл? Я ведь давал тебе почитать мою инструкцию!
Конец ознакомительного фрагмента.
