Страница 2 из 3
– Целовались? – Вика с таким подозрением щурит глаза, что я даже улыбаюсь сквозь слезы.
– Нет, к сожалению.
– Ну и забудь его, как страшный сон. Чего убиваться-то?
– Я только, что видела у Вари его фотографию с концерта какого-то, представляешь? Он известный певец, а я даже не знала. И он там в обнимку с девушкой.
– Ну, может фанатка, попросила сфотографироваться. Что в этом такого?
– Рита сказала, что на другом концерте, он был уже с блондинкой. И у них любовь.
– Ясно, – выносит свой вердикт Вика и громко хлопает ладонью по столу, как судью молотком во время вынесения приговора. Я аж подпрыгиваю, – знаем мы таких, плавали. Кобель он. Парнокопытный. Вид обыкновенный.
Я смотрю на нее в недоумении несколько долгих секунд, потом кладу ладонь ей на лоб.
– Ты что биологию переучила? Так у нас же экзамен по русскому в среду.
– Нормально все со мной, – отмахивается от меня, – ты главное сама не раскисай.
– Ты не понимаешь… Он взял номер и не позвонил.
– Опять двадцать пять, ну может занят?
– Две недели? Не найти времени, чтобы позвонить? Ну, знаешь…
– Ну, раз так, забудь про него. У тебя день рождение скоро, вот и оторвемся.
– Ты же знаешь, что у нас принято всегда отмечать дома.
– Пора это изменить. Ты выросла, значит, меняем привычки. Я все устрою, не парься. Будет у нас вечеринка-сюрприз.
– Для жизни не опасно, надеюсь? – спрашиваю подругу на полном серьезе.
– Не нуди, все будет по высшему разряду. Хорошенько оторвемся и парня тебе нового найдем.
Вот это меня как раз и пугает больше всего..
Сегодня мой день рождения и я по традиции отмечаю его в кругу своей семьи. Будут родители, приедет бабушка, все, как обычно. Скучно. Примитивно. Предсказуемо. Только вот в этом году меня такой праздник совсем не устраивает. Тихий семейный ужин это совсем не то, что я хочу. А хочу я сходить в клуб и вытрясти из головы все тяжелые и ненужные мысли.
В ответ на мамин вопрос, что бы я хотела получить в подарок на день рождение, следует категорический ответ, который приводит мою родительницу в состояние шока.
– Я хочу модную стрижку, – заявляю твердым голосом.
– Даша, – с ужасом произносит мама, – такие волосы, всю жизнь отращивали. Ты что?
– Сегодня я могу попросить любой подарок? – привожу неоспоримый довод.
– Ну, да, – растерянно подтверждает.
– Ну, так вот, я выбрала. Новую прическу.
– Пожалеешь ведь, – причитает мама.
– Нет, мама. Я уже достаточно взрослая, чтобы ходить с косой.
– Если хочешь, стриги, Даша, но я не одобряю.
Я тут же набрала Вику и попросила у нее контакты ее любимого парикмахера. Мне очень повезло, что у нее нашлось место для меня прямо сегодня. Прихватив с собой подругу, как модного эксперта, я поехала в салон. До праздничного ужина у меня оставалось еще три часа, я должна успеть. А потом, когда родители лягут спать, наступит мое время. Осталось только всех подруг собрать и незаметно слинять из дома.
В салоне мастер долго пребывала в шоке от моего желания подстричься и тоже принялась меня отговаривать. В итоге сошлись на компромиссе. Длину оставляем до талии, но оформляем каскадом. И модно и красиво и длина не сильно пострадает. Потом Вика неожиданно предложила покрасить одну прядь волос, а я с восторгом прицепилась к этой идее. Мать будет в шоке, я уж не говорю про бабушку, но меня уже не остановить.
Волосы у меня были темно русого цвета, поэтому я выбрала розовый, чтобы было заметно. Сначала мы сделали тонирование, потом добавили немного розовых прядей. Получилось очень красиво. Для меня это было необычно, дерзко, вызывающе, но результатом я осталась более, чем довольна.
Мастер предложила мне сделать вечерний макияж, и я с радостью согласилась. Вика меня хоть и накрасила в прошлый раз сама, но она ведь не профессионал. Из салона мы вышли три часа спустя. Довольные и счастливые, вот только на семейный ужин я уже сильно опаздывала. Посмотрела на экран телефона, пять пропущенных от мамы, надо бы поторопиться.
– Вика, – обращаюсь к подруге перед тем, как сесть в такси, – собирай всех наших, я приеду, как только смогу незаметно выбраться из дома. Я хочу лучший день рождения, который запомнится мне на всю жизнь. В общем, я на тебя рассчитываю.
– Ты же меня знаешь, все будет в лучшем виде, – машет мне на прощание рукой, когда я усаживаюсь в машину.
Захожу в столовую, все уже в сборе. Первой внимание на меня обращает мама, как я и думала, мой вид изрядно ее шокирует. Она застывает посреди столовой и ваза с фруктами, которую она пыталась донести до стола, падает с грохотом на пол. Яблоки и апельсины катятся в разные стороны, а ваза разбивается и разлетается на осколки. Вот это я понимаю, реакция.
Гости оборачиваются вслед за мамой и тоже застывают молчаливыми статуями. Я, конечно, изменилась немного, но не до такой степени, чтобы во так меня встречать. Они все будто языки проглотили и совсем забыли, что у меня праздник и неплохо было бы меня поздравить, а еще лучше вручить подарки.
Неожиданно с места вскакивает моя бабушка и подходит ко мне.
– Дашенька, милая, – отдаю должное старушке, она с шоком справилась на ура. Голос звучит спокойно, – с днем рождения.
Она целует меня в обе щеки, тепло обнимает и, повернувшись к гостям, щелкает пальцами в воздухе.
– Я не понимаю, что с лицами, – говорит гостям, – девочка выросла, захотела сменить образ. Мне очень нравится. Кстати милая, скинь мне номер твоего мастера, заскочу к ней на днях, пожалуй, добавлю немного розового оттенка к своему пепельному.
Бабушка подмигивает мне и слегка подталкивает к моему стулу. Но напоследок успевает прошептать.
– Я надеюсь, ты не собираешься сидеть с нами весь вечер, такой образ стоит того, чтобы его как следует выгулять.
Под покровом загадочной ночи
Ты все еще меня хочешь
Моя бабушка, очень современная леди, она всегда следит за модой и легко может выдать что-то новенькое из молодежного жаргона. Мы с ней очень хорошо ладим, и она всегда в любой непонятной ситуации на моей стороне. Собственно, и эту пытку с ужином я выдержала только благодаря ее поддержке и шуткам.
Через три часа я со спокойной совестью поднимаюсь в свою комнату и читаю наконец-то все сообщения от Вики. Она написала мне, что все уже в сборе, ждут только меня. Я быстро переодеваюсь в то, что мне в прошлый раз оставила Вика. Сегодня решила не скромничать, выбрала откровенное платье. Ярко-красное, с отделкой из кружева, туфли к нему у меня были только черные, у них хоть каблук был не такой убойный, как у Викиных.
Устав ждать, когда все разойдутся, я снимаю туфли и лезу через окно, хорошо, что у меня комната на первом этаже. Перед этим дверь в комнату запираю, на тот случай если мама решит зайти ко мне еще раз перед сном, потом просто скажу, что крепко спала.
Я на такси доезжаю до клуба за двадцать минут, спокойно миную охрану на входе, потому что теперь мне бояться нечего, мне уже есть восемнадцать, нахожу наш столик и иду к своим подругам.
Стол уже ломиться закусками и коктейлями, все ждали только меня, поэтому мы начинаем праздновать. Я хочу расслабиться и оторваться, выкинуть из головы все грустные мысли, хотя бы сегодня, забыть уже про Рому и перестать страдать из-за того, что он меня проигнорировал.
Выпиваю коктейль за коктейлем, чтобы настроиться на нужную волну, выхожу несколько раз с Викой танцевать, чувствую, как мое тело постепенно расслабляется и требует более дерзких танцев. Сегодня в клубе даже программа какая-то есть и живая музыка. Это улучшает мое настроение еще на несколько пунктов.
Мы с девчонками как раз отрывались на танцполе, когда ведущий с придыханием и бешеным восторгом объявил следующий номер. На сцену вышел молодой парень с гитарой и в кепке. Он сел на стул, поправил микрофон и развернул свою кепку козырьком назад. Именно в этот момент мое сердце остановилось, потому что я его узнала. Это был Рома. Именно тот, о ком были все мои бессонные ночи и многострадальные дни.
Я что сейчас услышу, как он поет? С бешеным сердцебиением и судорожным дыханием я на непослушных ногах полностью разворачиваюсь к сцене и с трудом сглатываю. Как мне устоять на этих чертовых шпильках и не рухнуть без чувств.
Застываю прямо напротив сцены, не в силах сдвинуться с места. Парень, который играет на гитаре и поет, разве что-нибудь может быть круче? Он и раньше мне очень нравился, а сейчас я была от него просто без ума. Мне уже страшно, какие таланты еще он скрывает в себе, я уже и так близка к тому, чтобы втрескаться в него по уши, а он все продолжает удивлять меня дальше.
Он делает короткий проигрыш и начинает петь. Меня пронзают сотни мурашек от его голоса, чуть хриплого и тягучего. Когда начинается припев, Рома поднимает голову, и мы встречаемся взглядами. Он продолжает петь, но глаз от меня не отводит, замечаю, что на его губах начинает играть легкая улыбка, и я абсолютно точно уверена, что она только для меня.
Не надо, не бойся, от меня не беги
Я буду всегда на шаг впереди
Под покровом загадочной ночи
Ты все еще меня хочешь
Меня будто током бьет и следом жаркой волной окатывает от последних слов песни. Он так дерзко смотрел на меня, когда пел эти строки, меня даже потряхивать начинает от неожиданности, такое чувство, что он мне на ухо прошептал все эти слова.
Я на какое-то время выпадаю из реальности, ничего не вижу и не чувствую вокруг, для меня сейчас есть только он и его голос. Он меня будто в транс вводит, обволакивает волшебным звучанием своего голоса и заставляет парить в эйфории.
Когда песня кончается, наш зрительный контакт тоже разрывается. Рома встает со своего места и уходит, а я с сожалением возвращаюсь за свой столик. Праздник уже не кажется мне таким веселым, коктейли не помогают расслабиться и все мои грустные мысли и сомнения возвращаются ко мне снова. Даже подруги со своими поздравлениями раздражают.
На сцену снова выходит ведущий и начинает что-то говорить, я не слушаю. Все, что мне было интересно, я уже видела. Зависаю в своем телефоне до тех пор, пока Вика не дергает меня за локоть.
– Там именинников на сцену приглашают, топай, давай.
– Я не пойду, – морщусь ей в ответ.
Тогда девочки просто переглядываются и, схватив меня за руки с двух сторон, выталкивают к сцене. Это сразу бросается в глаза так явно, что отвертеться у меня уже не получается.
– Девушка, представьтесь, пожалуйста,– орет в микрофон ведущий.
Блин, стоять рядом с ним точно грозит мне преждевременной глухотой.
– Даша, – спокойно отвечаю.
Не люблю всякие дурацкие конкурсы, надеюсь, мне не нужно будет ничего делать.
– Итак, у тебя сегодня день рождения?
– Да, – соглашаюсь, потому что кто-то из подруг меня явно уже сдал и, несомненно, огребет за это чуть позже.
– Поздравляю! – продолжает голосить, – готова получить свой подарок?
– Не уверена, – отвечаю ему с большим сомнением, на что он начинает смеяться.
– Итак, по нашей давней традиции, для поздравления я приглашаю на сцену нашего особого гостя, – кричит ведущий не жалея своего голоса и его вопли подхватывают громкие аплодисменты.
Я поворачиваюсь посмотреть на свой чудо-подарок, и застываю на месте, как громом пораженная. На сцену выходит Рома.
Черт, только не это. Я не готова его сейчас видеть, потому что еще не решила, как реагировать на то, что он про меня почти не вспоминал и так мне и не позвонил. Сам же он подходит ко мне с абсолютно беззаботным лицом и расплывается в довольной улыбке. Я тут же вспоминаю, как мучилась в ожидании его звонка и решаю на улыбку не отвечать. Перетопчется.
Под бурные аплодисменты Рома вручает мне букет цветов и бутылку шампанского, затем к огромному восторгу толпы наклоняется и целует в щеку. Вот наглец. Его руки ненадолго касаются моей талии, и, кажется, оставляют там горячий след, щека к которой он прикоснулся, тоже горит. Я, несмотря на яркую ответную реакцию своего организма, дарю ему только хмурый взгляд и больше ничего. Сразу разворачиваюсь к нему спиной и иду к своему столику до тех пор, пока меня не останавливает ведущий.
– Даша, подожди, у нас так не принято. Ты должна этому молодому человеку танец.
Вот это наглость. Никому я ничего не должна, особенно в свой день рождения, поэтому пусть катится лесом. Тем более, у него от раздутого самомнения лицо сейчас треснет.
– Я не танцую, – говорю прямо в микрофон ведущего и снова пытаюсь уйти со сцены.
У меня ничего не получается, потому что Рома хватает меня за руку и прижимает к себе.
– Мы договоримся, – отвечает явно обалдевшему ведущему.
– Поверь мне, еще как танцуешь, – а это уже мне тихонько, чтоб никто не слышал.
Этот смельчак ведет меня на средину танцпола, обнимает за талию и начинает двигаться под какой-то медленный зарубежный трек, который для нас включает диджей.
– Я не хочу с тобой танцевать, что не понятного? – изо всех сил пытаюсь говорить с ним злым голосом, только вот меня от его близости так кроет, что голос дрожит.
Замечаю, как сверкнули у него глаза на эту фразу, кажется, кто-то здесь считает себя неотразимым и сейчас бесится, что я этого не оценила. Благодетель, блин. Одарил меня своим вниманием и думает, что я растаю. Не дождется.
– Ничего страшного, потерпишь. Нельзя разочаровывать толпу, они ждут от нас романтики.
– Не смеши меня, – выдаю неправдоподобный смешок, – тебе что, двенадцать, что ты веришь во весь этот бред?
– А ты у нас смотрю, слишком взрослая? Сколько тебе лет, кстати, сегодня исполнилось?
Вот блин. Нельзя было допускать такого вопроса. Если он узнает, что мне едва исполнилось восемнадцать, точно сбежит от меня, сверкая пятками, а я кажется, этого не хочу.
– Двадцать, – опять вру и очень надеюсь, что профессиональный макияж прибавляет мне пару лет, а не выдает окончательно.
– А выглядишь младше, – с улыбкой отвечает, но вроде как сильного сомнения я в его голосе неслышно.
– Ну, это ведь хорошо, – спокойно пожимаю плечами. Интересно, когда я научилась столько врать, раньше за мной такого замечено не было.
– Может, тогда раз ты такая взрослая, поцелуемся взасос на радость всей толпе, они с нас теперь глаз не сводят.
Меня после этих слов обдает горячей волной, которая поднимается откуда-то изнутри и опаляет шею и лицо. Хорошо, что в зале темно и не видно, что я краснею.
– Ты для меня чужой человек, почему я должна с тобой целоваться? – пытаюсь возмутиться, а у самой внутри все огнем горит.
Надеюсь, он не поверит во весь тот бред, что я несу, и все-таки поцелует меня. Пожалуйста-пожалуйста, пусть это желание сбудется в мой день рождения.
– Мне кажется, в нашу первую встречу, ты была совсем не против. Признавайся, тебя просто задело, что я так и не позвонил? – прищурившись, разгадывает все мои мотивы.
Почему с ним всегда так получается, я веду себя, как идиотка, хочу его обломать, а в итоге он без труда видит меня насквозь.
– Тебе никто никогда не говорил, что ты слишком высокого мнения о себе. Может пора уже смириться, что не все девушки от тебя без ума? – пытаюсь высказать ему все с изрядной долей сарказма.
– Ну, одна здесь точно от меня без ума.
– И кто же это? – задаю дурацкий вопрос.
– Сейчас покажу, – отвечает хриплым голосом, от которого у меня по всему телу бегут мурашки.
Пока я ошарашено пялюсь в его глаза, он наклоняется ниже и поддевает пальцем мой подбородок. Ой, мамочки. Кажется, у меня закончились аргументы.
Рома сначала согревает мои губы своим горячим дыханием, а следом сразу целует. Жадно, напористо, страстно. Так будто хочет доказать мне, насколько я была не права, сопротивляясь ему.
Так вот. Я абсолютно точно была не права. Меня еще никто никогда так не целовал. Такое, чувство, что тебя лавиной сносит, закручивает в водоворот пьянящего удовольствия и не отпускает. Я не чувствую ног, да что там говорить, я своего тела не чувствую, будто начинаю парить в невесомости. Я не слышу ничего вокруг и не вижу, кстати, тоже. Только грохот моего сердца где-то отдается в ушах сумасшедшим пульсом.
Меня уже начинает ощутимо потряхивать, когда сквозь пелену дурмана я улавливаю громкие аплодисменты и крики толпы. Рома с трудом отрывается от моих губ и как-то слишком удивленно смотрит мне в глаза. Дышит часто и тяжело, в общем-то так же, как и я. Потом до меня доходит, что мы привлекли слишком много внимания и я неловко отстраняюсь от него. Да и танец, если честно, давно уже закончился.
– Мне пора к своим, – тихо говорю ему и срываюсь с места. Никогда не любила быть в центре внимания.
Когда я подхожу к толпе своих подруг, они все смотрят на меня так, будто я завалила самый важный экзамен, что в принципе невозможно, потому что я всю жизнь была круглой отличницей.
– Что это было? – первой отмирает Вика, у нее сейчас глаза очень напоминают блюдца.
– Ты о чем вообще? – включаю дурочку, что для меня тоже нехарактерно.
– Даша, блин, – злиться на меня, – ты с ним целовалась, – выкрикивает мне то, что я и так знаю.
– Нет, – отмахиваюсь с невозмутимым лицом, – он просто поздравлял меня с днем рождения.
– Ну да, ну да, – с подозрением качает головой.
А что она хотела от меня услышать. Да я блин до сих пор еще в себя прийти не могу, у меня коленки трясутся так, что я с трудом дошла до своего стула.
Мы продолжаем праздновать дальше, хотя я не могу ни на чем сосредоточиться, все мои мысли постоянно возвращаются к тому поцелую, который подарил мне Рома. Если честно мне уже давно хочется уехать домой, забраться в свою кровать и еще несколько раз прокрутить в голове все кадры этого вечера. Поэтому, когда кто-то из толпы предлагает закругляться, я, как утопающий хватаюсь за эту идею и поддерживаю ее.
Мы быстро оплачиваем счет, кажется, сегодня у меня закончились все карманные деньги и подаренные, кстати, тоже. Но я ни о чем не жалею. Это определенно был мой лучший день рождения. Совсем мало надоедливых и дотошных родственников, но много подруг, Рома и, как вишенка на торте, наш с ним поцелуй. Разве может быть лучше?
Но едва мы всей толпой выходим на улицу, я понимаю, что может. Прямо напротив входа прислонившись к машине, стоит Рома. Я ненадолго замираю, глядя прямо на него, но потом осознаю, что ждать он может, кого угодно, отмираю и иду дальше.
– Даш, – слышу такой желанный сейчас голос и не могу сдержать улыбку. Даю себе несколько секунд, чтобы спрятать эмоции и поворачиваюсь к нему.
– Я тебя вообще-то жду, – выдает вместе со своей шикарной улыбкой, – поехали, довезу.
Разве я могу сейчас отказаться? Определенно нет, кажется, мой восемнадцатый день рождения запомнится мне надолго.
Я, естественно, сразу прощаюсь с подругами и иду к машине парня, который так быстро запал мне в душу. Он, как настоящий джентльмен, открывает мне дверцу, чтобы я уселась на переднее сидение.
Когда он садится рядом и заводит двигатель, смотрит исключительно на дорогу, а не на меня. Мы выезжаем со стоянки, и я первая не выдерживаю.
– Так, что ты хотел?
– Подвезти, – равнодушно пожимает плечами, а я чувствую, что начинаю закипать и злиться. Он, что специально издевается надо мной, то целует так, что башню сносит, то спокойно везет домой даже не глядя в мою сторону.
Может он специально меня изводит. Или у него всегда такой способ общения. В любом случае, решаю раньше времени не сходить с ума. Включаю функцию игнор и молчу всю дорогу.
Мы доезжаем до моего дома сравнительно быстро, ночью дороги свободные и шанс застрять с ним в пробках практически равен нулю. Когда машина останавливается я уже сыта по горло его неоднозначным поведением, поэтому быстро отстегиваю ремень и выхожу из машины. Рома, видимо, наконец-то очнулся, потому что выходит следом, быстро меня догоняет, хватает за руку и с размаху припечатывает к своему телу. Я такого поведения от него не ожидала, поэтому судорожно выдыхаю и с жадностью пялюсь на его губы, которые находятся как раз напротив моих глаз.
У меня такое чувство сейчас, что Рома сорвался с цепи. Других объяснений его поведению у меня просто нет. Он впивается в мои губы и истязает их, так жадно и напористо, будто это лакомство у него в любой момент могут отнять. Меня тут же настигает знакомый эффект от всех его действий. Ноги подгибаются, дыхание срывается, тело трясется, а руки… руки живут своей собственной жизнью и начинают неосознанно шарить по его широким плечам и сильным рукам.
В этот момент Рома улавливает мое нестабильное состояние и вероятность стечь на землю, поэтому подхватывает за бедра и усаживает на капот своей машины. Мягким, но уверенным движением разводит колени в сторону и встает между моих ног.
Я все еще плаваю в забытье, погруженная в глубокие слои эйфории, поэтому запретить что-то сейчас выше моих сил. А между тем этот наглец начинает шарить по моим ногам, задирая все выше мое слишком короткое платье. Когда его руки пробираются к самому сокровенному и начинают выводить там узоры то надавливая, то отступая, я начинаю без всякого стеснения выгибаться в его руках и стонать. Не знаю, чего сейчас хочу больше, отстранится подальше, чтобы растянуть удовольствие или придвинуться ближе и окончательно свихнуться от его действий.
Хорошо, что Рома сам решает этот вопрос. Он одной рукой перехватывают мою талию, и крепко фиксирует меня, чтобы не отползала по гладкой поверхности капота, а второй рукой продолжает свою пытку, гладит и ласкает без перерыва. А дальше он и вовсе перестает себя сдерживать. Рвет капроновые колготки, сдвигает белье и своими горячими пальцами за несколько движений доводит меня до цветных кругов перед глазами. Я выгибаю спину ему навстречу последний раз и срываюсь на громкий крик, который он очень вовремя перекрывает, затыкая мне рот поцелуем. Я совсем забыла, что мы находимся возле моего дома, и нас легко могут услышать.
– С днем рождения, Рапунцель, – выдыхает хриплым шепотом в мои губы.
С трудом начинаю приходить в себя и сразу понимаю, что через несколько секунд умру со стыда. Черт. Как же меня так угораздило.
– У меня от тебя башню сносит, – добавляет следом, а я в этот момент чувствую стремительный откат и начинаю краснеть.
Усиленно пытаюсь прикрыться, и хоть немного отодвинуться от него. Господи, что я творю, мы же видимся с ним второй раз в жизни. И я никак не готова потерять девственность на капоте машины, к тому же, не исключено, что он здесь таких наивных дурочек, как я, «прокатил» хренову кучу.
Когда мое пульсирующее тело окончательно успокаивается, я отталкиваю его от себя и слезаю на землю.
– Мне нужно идти, извини, – желание сбежать от него сейчас лидирует среди остальных, а еще мне немножечко страшно. Он до сих пор возбужден и, следовательно, опасен для меня, потому что сопротивляться ему я просто не умею.
– Почему ты отстригла волосы? – задает странный вопрос, и я в недоумении вскидываю на него взгляд.
Он что сейчас серьезно? Возбужденный мужик спрашивает меня, почему я подстриглась? Или это отвлекающий маневр такой.
– Да не трону я тебя, расслабься, – смеется Рома и успокаивающе гладит меня по голове, – просто хотел поздравить тебя по-особенному. Или тебя уже так поздравляли? – с подозрением косится на меня.
Я не в силах на это ответить, просто молча мотаю головой и на всякий случай опускаю глаза вниз.
Рома подходит ближе, цепляет мой подбородок и заставляет посмотреть ему в глаза.
– Даша, ты девственница? – очень серьезно спрашивает, заставляя меня в очередной раз покрыться краской смущения.
Я не знаю, что я за идиотка такая. Ну или в меня вселился дух противоречия и страх быть ему неинтересной. Или, возможно, мне просто стало обидно, что он весь такой из себя опытный, а я на его фоне, как малолетка, поэтому в ответ на этот вопрос я опять мотаю головой из стороны в сторону.
Не вижу, скорее, чувствую, как Рома напрягается рядом, но ничего не говорит. А я только сейчас начинаю думать о том, что может, он в этом вопросе старомоден, видит свою девушку исключительно невинной и непорочной и я только что безвозвратно все испортила. Хотя, я же не его девушка.
В любом случае, отмотать назад и полностью переиграть ситуацию уже невозможно, поэтому я просто продолжаю молча стоять и гипнотизировать землю под своими туфлями.
– Ну да, что это я, – тихо добавляет, – тебе же уже двадцать.
От этой его фразы мои глаза моментально затягивает пелена слез и я, чтобы не разреветься прямо перед ним, быстро прощаюсь и убегаю к себе домой.
Рома
Эта девочка окончательно свернула мои мозги. Других объяснений у меня просто нет. Когда я увидел ее в первый раз, случайно столкнулся с ней на танцполе, она зацепила меня своей необычной внешностью. Своей свежестью, неиспорченностью и природной красотой. Не такой, которая сейчас в изобилии украшает современных девушек. В ней не было абсолютно ничего искусственного, только большие, будто распахнутые в удивлении глаза, красивые длинные волосы и пухлые вишневые губы без следов помады.
Эти губы мне так хотелось поцеловать, когда я провожал ее домой, что я еле сдержался. Тормознул вовремя, с трудом, правда, но тормознул. Но это только в первый раз. Телефон даже записал, чтобы не расстраивать девочку. Она с такой надеждой на меня смотрела, разве я мог ее разочаровать.
Второй раз, все оказалось намного сложнее. Начнем с того, что выглядела она по-другому, более смело и дерзко. Изменилась прическа, волосы стали немного короче и лежали более объемно и появились розовые прядки. Протест, подумал сразу с улыбкой. На лице явно была косметика, но без перебора.
Но больше всего меня поразило то, что она умеет огрызаться. Поэтому в этот раз тормоза сразу включить не получилось. Еле сдержался, черт возьми. Сначала, когда танцевали, не смог не поцеловать. Знал ведь, что размажет и все равно пошел на поводу своих желаний. А возле ее дома вообще чуть не трахнул. Не самое удачное место, учитывая, что мы были рядом с ее родителями.
Надо было завязывать с романтикой. Я творческий человек и совсем не создан для отношений. Выцепил кого-нибудь в клубе на одну ночь и на этом все. А девочки с большими доверчивыми глазами не для меня. Надо признаться самому себе, что она меня зацепила, но такого удовольствия я себе пока позволить не могу, я разобью ей сердце. Жалко девочку.
Возвращаюсь обратно в клуб, потому что после всех телодвижений с Дашкой завелся не на шутку, надо кого-то подцепить и спустить пар. Ко мне сразу подходит администратор клуба и смотрит таким умоляющим взглядом, что я понимаю, придется снова идти на сцену.
– Рома, выручи. У нас номер сорвался, выйди еще разик. Ну, пожалуйста.
– Ладно, дай мне минут десять, – возможно так спустить пар тоже будет не лишним. При хорошей отдаче в зале получаешь эстетическое наслаждение от выступлений.
Выхожу на сцену под оглушительный визг девчонок. Народу стало значительно больше, чем было до моего ухода. Ну, классно. Сейчас зажжем. Начинаю петь, полностью погружаюсь в атмосферу драйва, ловлю мощный поток энергии из зала и расслабляюсь. Прямо возле сцены танцует шикарная брюнетка, откровенно крутит задницей и время от времени бросает призывные взгляды. Ну, вот я и выбрал себе жертву на ночь, сегодня эта девочка огребет по полной.
Девчонка, поймав мое молчаливое приглашение, прямо на глазах становится смелее и запрыгивает ко мне на сцену. Как они эту делают на таких высоченных шпильках, для меня всегда остается загадкой.
Она прижимается ко мне, я в ответ обнимаю ее за талию, а когда заканчивается песня, смачно шлепаю по заднице и получаю от нее восторженный визг. Ночь будет горячей.
Ухожу со сцены, оставив брюнетку в одиночестве, уверен, она теперь сама будет бегать за мной по пятам.
Так и есть. Едва выхожу на улицу, она сразу меня догоняет.
– Привет, – вливается мне в уши с придыханием. Переигрывает девочка.
– Привет.
– Подвезешь? – облизывает губы и закусывает нижнюю. Так не естественно, что я отворачиваюсь от нее. Так разговаривать проще, – не смогла вызвать такси. Нет свободных машин.
– Да, ладно. Правда? – даже не скрываю иронию в своем голосе, но она не ведется.
– Угу, – с такой тоской выдыхает, что меня пробивает на хохот.
– Поехали, – соглашаюсь. Сама напросилась.
– Меня Снежанна зовут.
– Мирон.
– Почему Мирон? Ты же Рома вроде.
– Фамилия Миронов, поэтому все называют меня Мирон, так привычнее.
– Ясно, – глупо хлопает глазами с длинными явно нарощенными ресницами. Да что же вы все одинаковые-то такие. А потом еще удивляются, почему они годятся только на одну ночь.
А я в это время невольно вспоминаю другие глаза. Синие, большие, с поволокой, периодами со злыми искорками и иногда немного грустные. И совсем неглупые. Завораживающие.
Так, Рома. Что это за херня началась. Тебе такое не подходит. То, что тебе подходит, как раз идет рядом с тобой походкой от бедра. Брюнетка случайно спотыкается и я инстинктивно ловлю ее за руку, случайно вдыхаю ее запах и морщусь. Парфюм слишком навязчивый и тяжелый. Теперь меня еще и запах ее бесит. Отлично, что дальше.
А Даша пахнет спелыми ягодами, так аппетитно, что рядом с ней рот невольно наполняется слюной. Ну, вот докатился. Еще чуть-чуть и я передумаю трахаться с этой брюнеткой, а вместо этого буду, как сопливый пацан всю ночь вспоминать другую.
Когда мы наконец-то добираемся до моего дома, я настолько задолбался слушать пустую болтовню этой однодневной пустышки, что первым делом вызываю ей такси и отправляю домой. Твою мать, Рома. Это, что еще за подстава.
Даша
Все экзамены позади, документы в университет поданы, осталось только отгулять выпускной и дождаться результатов зачисления. Рома не звонил мне уже две недели, поэтому любая даже самая захудалая надежда на продолжение отношений разбилась о жестокую реальность.
Я устала изводить себя тяжелыми мыслями, да и с подругой очень давно не виделась, потому что не до этого нам было. Но сейчас, когда все позади и свободного времени появилось больше, пригласила ее к себе в гости.
– Ты что сделала? – Вика таращится на меня круглыми глазами.
– Ты слышала, не заставляй меня снова это повторять, – злюсь на ее реакцию, хотя на себя я тоже злюсь.
– Даша, мне вот интересно, а как ты будешь выкручиваться, когда у вас на самом деле дойдет до секса?
– Мне тоже это интересно. Есть идеи? – заискивающе смотрю на подругу.
Потом грустно выдыхаю и сажусь на кровать.
– Не дойдет у нас с ним никогда до секса. Он опять пропал.
– Ну, мало ли проблемы возникли у человека. Как пропал, так и появится, – отвечает мой вечный источник позитива.
– Нужно просто признать очевидные вещи. Я ему не интересна.
– Глупости не говори. Но врать не нужно было. Про возраст наплела ему, про девственность тоже, вернее, про ее отсутствие. Ты же вроде по жизни умная, так куда, скажи мне, деваются твои мозги рядом с Ромой.
– Ну, вот как раз рядом с Ромой у меня полное отсутствие мозгов, – трагично вздыхаю.
– Влюбилась? – с сочувствием на меня смотрит.
– Ага, – тихо стону и закусываю нижнюю губу, чтобы не дать волю слезам.
– Нельзя начинать что-то серьезное с вранья, может тебе признаться ему во всем?
– Тогда он точно не захочет со мной связываться. Мне только-только восемнадцать исполнилось, понимаешь? Зачем ему я, если вокруг много девчонок старше и опытнее.
