Что придётся прыгать? Или что снова угодила в мои объятья?
Грубо сжав талию, показательно отпихиваю девчонку. Её ладони соскальзывают с моих плеч, а взгляд становится недоумевающим. И, как бы отвечая на этот взгляд, я раздражённо бросаю:
– Держи свои руки при себе, поняла? Тебе нельзя меня трогать. Такое право ещё заслужить нужно!
Одноклассники внизу слышат каждое слово, и внезапно начинают скандировать моё имя. Их голоса эхом поднимаются к потолку, и возмущённый ответ Алисы тонет во всеобщем гуле. Но я слышу, что она говорит.
– Я больше никогда к тебе не притронусь! Обещаю!
Похоже, смог её задеть, ведь говорит она явно с обидой. Хорошо…
– Смотри и учись, – хмыкаю я, отворачиваясь.
Подхожу к самому краю. Напряжённо вытягиваюсь, поднимаю руки над головой. Качнувшись на пружинящей доске, подпрыгиваю, делаю сальто и вхожу в воду. Выныриваю, отряхиваюсь от воды и, задрав голову, смотрю на Алису.
– Ну? Сможешь повторить? – выкрикиваю я, как только стихают восторженные голоса зрителей.
– Конечно, – кивает новенькая. – Смогу! Но только я не поняла немного. Ты вверх прыгал или вперёд? Сильно отталкивался? Слушай… Покажи ещё раз, пожалуйста! Не успела всё рассмотреть и понять.
По толпе одноклассников пробегают смешки. А мне хочется зарычать от негодования. Но я молча выбираюсь из бассейна и иду к вышке.
Новенькая решила, что может вот так запросто меня потроллить?
Ни хрена она не угадала!
Сейчас прыгнет, как миленькая! Без шансов!
Со скучающим лицом поднимаюсь по лестнице. Алиса смотрит на меня с озорным вызовом в глазах. Класс вновь скандирует моё имя. Новенькая смещается немного в сторону, чтобы я мог подойти к краю. А я хватаю её за запястье и тащу за собой. Успеваю лишь бросить:
– Напряги мышцы!
А она успевает только испуганно охнуть, прежде чем мы шагаем в пустоту.
Продолжаю держать её за руку и когда мы летим вниз, и когда ногами входим в воду. И ещё несколько секунд удерживаю её под водой.
Она брыкается. Я вижу её гневный взгляд и упрямо сжатые губы. Наконец отпускаю, и Алиса тут же всплывает, судорожно работая ногами.
До того, как выныриваю сам, позволяю себе улыбнуться. Не знаю, почему меня это всё так веселит… но останавливаться я не хочу.
Вижу, как новенькая выбирается из бассейна и делает это, благодаря Дамиру. Тот подал ей руку, вытащил из воды и теперь очень бережно, даже с волнением поглаживает её по плечу.
Желание улыбаться пропадает бесследно. Гребу к бортику, тоже вылезаю из бассейна. Теперь во мне бушует лишь желание вмазать Дамиру по фейсу.
Свисток тренера заставляет нас всех обернуться на дверь. Там стоит Алла, уперев руки в бока и сжимая свисток губами. Выплюнув его, рявкает на меня:
– Соболев! Это что сейчас было, а?
Похоже, она видела, как мы с Тихомировой спрыгнули.
– Ничего, – отвечаю я расслабленно. – Помог новенькой справиться со страхом высоты.
– Серьёзно? Да ты гений! – Алла Николаевна приближается к нам, точнее, к Алисе. Раздосадованно качает головой. – Он тебя заставил? Силой затолкал на вышку, да? – спрашивает у новенькой.
Та, к моему удивлению, почему-то не сдаёт меня.
– Нет, я поднялась по собственной воле, – спокойно отвечает она.
– А раньше уже прыгала? – продолжает допрос тренер.
– Нет. Никогда.
Алла вновь качает головой и переводит взгляд на меня. Её глаза пылают гневом.
– Иди к отцу, Тимур! А я даже не собираюсь трепать себе нервы, – потом поворачивается к Алисе. – И ты тоже! Оба марш к директору! Вместе расскажете о своей выходке.
– Но… – начинает было новенькая, но тут же осекается и тихо выдавливает: – Хорошо… простите.
Обходит тренера и вылетает за дверь. Я расплываюсь в улыбке и тоже ухожу.
Прежде чем пойти в свою раздевалку, захожу в женскую. Алиса ещё не успела снять купальник. Увидев меня, скрещивает руки на груди и возмущённо выпаливает:
– Ты охренел? Раздевалкой не ошибся?
– Я знаю, где нахожусь, – парирую я.
– Выйди немедленно! – новенькая пятится, хватает из шкафчика полотенце.
– Но ты же не голая. В чём проблема? – невольно пробегаюсь взглядом по её телу.
– Но могла бы быть и раздетой! – рычит она.
Кутается в полотенце. Разматывает мокрый пучок на макушке, и тяжёлые пряди тёмных волос падают на плечи девушки.
– Вот была бы голая – тогда бы и говорила об этом, – отмахиваюсь. – Короче, сейчас мы переоденемся и вместе пойдём к моему отцу. И ты скажешь ему то, что нужно!
– И что же? – стреляет в меня дерзким взглядом.
– Что ты сама захотела прыгнуть. А я лишь составил тебе компанию!
– Неправда! Ты столкнул меня! – отрезает она.
Я моментально закипаю. Схватив за плечи, притягиваю девчонку к себе. Рычу напротив её губ:
– Что же ты тренеру этого не сказала?
– Зачем говорить тренеру, если можно сказать директору? – невинно улыбается Алиса.
Вот, значит, как… Она решила переиграть меня?
– Чего ты хочешь? – спрашиваю в лоб.
– Чтобы ты оставил меня в покое! – выпаливает она.
Дёргается в моих руках, но я крепко держу её за плечи.
– Ты этого не хочешь! Тебе же нравится моё внимание, – усмехаюсь в ответ.
Она вновь дёргается.
– Нет, не нравится! Оставь меня в покое!
Я вздыхаю. Обхватываю ладонями её лицо и наклоняюсь к нему.
– Ты этого не хочешь, – повторяю напротив её губ. – И я могу это доказать!
Алиса буквально цепенеет. Её взгляд становится испуганным.
Да, она точно понимает, что именно я намерен сейчас сделать.
Глава 9
Алиса
Что этот ненормальный собрался делать?
Едва я успеваю подумать об этом, как губы Тимура прижимаются к моим. Они горячие и мягкие…
А я…
Не знаю, что мной движет… Возможно, просто защитный рефлекс… Или отвращение… Но я тут же кусаю парня за верхнюю губу. Да так сильно, что он практически от меня отпрыгивает.
– Твою ж мать! Ты чё творишь? – гневно шипит Тимур.
Прижимает руку к губам, а когда убирает, на ладони остаётся пятнышко крови. Он переводит ошеломлённый взгляд на меня. В его глазах злость и что-то ещё… Не понимаю… Но злости явно больше.
– Больше так не делай! – отрезаю я. И сдуру добавляю: – Поцелуй со мной ещё надо заслужить!
Он, конечно, начинает ржать. Потому что я, как дурочка, повторила его слова.
Господи, зачем я это сказала?
Тимур снова приближается ко мне. Его наигранный смех обрывается.
– Ты за это ответишь, – гневно цедит он. Проводит языком по губе. – Вот именно с этой минуты твоя жизнь превращается в ад. А до этого была разминка.
Я бесстрашно выдерживаю и его гневный взгляд, и угрозы. И бросаю в ответ:
– Посмотрим.
Он язвительно улыбается и выплёвывает:
– Идиотка.
После чего широким шагом покидает раздевалку, напоследок громко шарахнув дверью.
Я наконец-то позволяю себе расслабиться и выдохнуть…
Перед глазами встаёт лицо младшего братишки. Ему шестнадцать, мы с ним погодки. Но он выше меня на целую голову и намного шире в плечах. И я отлично помню, как сильно ему досталось от Соболева. Помню, как он пришёл домой весь в крови, со сломанной рукой. Как будто под каток попал!
Этот козёл в тот день жестоко избил моего младшего братишку. Он много чего потерял из-за Соболева…
Я не могла поверить, что такое вообще возможно! Что какой-то чужак смог взять и избить местного, ведь Соболевы были в нашем городе лишь проездом. А ещё подозревала, что мой брат со своим характером сам нарвался на неприятности.
Но теперь я знаю его обидчика. И вижу, что он способен на любую дичь!
Переодеваюсь, просушиваю волосы, забираю свой рюкзак и выхожу в коридор, вновь собрав всю волю в кулак. Тимур меня уже поджидает.
– Нам необязательно идти к директору вместе, – говорю, проходя мимо него.
– Это не тебе решать, – небрежно бросает Тимур и идёт за мной.
Мы выходим на улицу. После бассейна воздух кажется довольно холодным, и я торможу, чтобы надеть куртку. Тимур останавливается рядом и просто ждёт, когда я буду готова идти дальше. Я же стараюсь даже не смотреть на него.
– Думаешь, мой отец будет к тебе лоялен? – пренебрежительно произносит Тимур, когда мы вновь трогаемся в путь. Ничего не отвечаю, и он продолжает: – Сегодня твой первый день, а ты уже идёшь к нему на ковёр. Это станет твоим первым шагом к отчислению. Ещё два замечания – и прощай!
Я торможу.
– Не поняла… Какое отчисление? – перевожу взгляд на парня.
Чёрт, лучше бы не смотрела! Теперь я отчётливо вижу, что его губа очень сильно опухла.
– Вам, нищебродам, дали шанс учиться здесь, – высокомерно цедит он в ответ. – Но доброта моего отца не безгранична. Конечно, он будет за каждым бюджетником наблюдать. Три косяка – и адьёс! Поняла?
– Ты столкнул меня в воду! – возмущённо восклицаю я.
– Это ещё надо доказать, – пожимает плечами парень. – На одноклассников не надейся, они скажут так, как я им велю.
– Все, кроме Даши!
– Ну да, – он усмехается. – Рязанова, конечно, скажет правду, но её голос утонет среди остальных. К тому же ты вгрызлась в мою губу, – вновь трогает языком распухшее место. – Пожалуй, скажу отцу, что ты решила меня поцеловать, но из-за своей неопытности цапнула. Пусть батя поржёт.
Сволочь! Это же надо – быть такой лживой скотиной!
Ничего больше не говоря, вновь иду вперёд. На самом деле мне плевать на отчисление. Учиться здесь было не моим желанием, так хотел мой дядя. А я бы с радостью вернулась в прежнюю школу, да и вообще домой.
