– Перестала… ты чего такая? Трудный день?
– Нормальный день, – бросает через плечо, двигаясь в сторону кухни, – давление опять подскочило.
– И часто оно у тебя подскакивает?
– Не часто. Будешь конфеты?
Вынимает из шкафа коробку приличных шоколадных конфет.
– Мне сегодня пациентка презент сделала… Два года от бесплодия лечились и вот… пять недель…
Представив, какие они, должно быть, вкусные, едва не давлюсь слюной. Я патологическая сладкоежка.
– Нет, спасибо… я только после фитнеса.
– Помешалась на своем фитнесе, – ворчит мама, убирая коробку обратно, – скоро кожа да кости останутся. И куда только муж твой смотрит.
– Он привет тебе передавал, – вру я, зная, что ей будет приятно.
У них не близкие отношения, но она любит Костю за то, что с ним я счастлива и ни в чем не нуждаюсь.
– Ему тоже от меня привет.
Я провожу у мамы примерно час, а потом собираюсь домой. Чтобы не встать в пятничной пробке, ехать решаю не через город, а по объездной. Так хотя бы будет шанс добраться до дома раньше полуночи.
Выезжаю за город, включаю свет, потому что уже смеркается и прибавляю музыку. Барабаня пальцами по рулю и тихо подпевая, постепенно увеличиваю скорость, но внезапно замечаю на дороге прямо передо мной маленький комочек со сверкающими глазами.
О, Господи…
Бью по тормозам и резко ухожу на обочину. В голове бьется одна мысль – задавила я его или нет.
Глушу двигатель и выскакиваю из машины.
Асфальт чист, но маленького комочка нигде не видно.
– Кис-кис-кис…
Прохожу вдоль дороги, заглядывая в кювет, но, так ничего и найдя, возвращаюсь к машине и вдруг замечаю его прямо за передним колесом Мерседеса.
Медленно, чтобы не спугнуть, присаживаюсь на корточки и тяну к котенку руку. Обнажив крошечные клыки, он шипит.
– Испугался, да? Маленький… иди сюда…
Даю ему принюхаться к своей руке, а затем осторожно обхватываю пальцами и поднимаю.
Совсем крохотный. Скорее всего, только – только сам кушать научился. Рыженький с голубыми глазками.
– Откуда ты взялся здесь, малыш? Тебя выбросили?
Прижав котенка к груди, обхожу машину и, перепрыгнув канаву, ступаю в траву. Возможно, где-то здесь еще есть котята.
Других котят нет, но картонная, развалившаяся коробка лежит неподалеку. Значит, все-таки выбросили на произвол судьбы.
Нелюди! Разве можно так… с живыми существами?..
– Что мне делать теперь с тобой? – спрашиваю кроху, подняв его на уровень глаз.
Котенок жалобно пищит, но хотя бы не шипит больше и не царапается. Голодный, наверное.
– Поехали.
Решаю, что отвезу его сегодня домой, а завтра придумаю, куда пристроить. Предложу знакомым или позвоню в приют для животных.
Сажусь в машину, усаживаю малыша на пассажирское сидение и вставляю ключ в замок зажигания.
– Пожалуйста, только не это! – шепчу я, когда Мерс снова не заводится, – давай… ну, давай, заводись… я тебя умоляю…
Бесполезно. Ни спустя пять минут, ни спустя десять двигатель так и не завелся.
Уронив голову на сложенные на руле руки, судорожно ищу выход из положения. Что делают в таких случаях? Звонить?.. Куда? Кого вызывать? Эвакуатор или какую-то другую службу?
Кручу в руке телефон, думая, с кем можно проконсультироваться. Ответ лежит на поверхности, но я сознательно отодвигаю эту мысль на задний план.
Что делать? Выйти на дорогу и попытаться остановить кого-нибудь? Это очень опасно. Я за городом вечером одна на трассе.
О’кей. Ладно. Наверное, позвонить Егору сейчас будет самым правильным. Он работает с автомобилями, должен разбираться в этой теме, как никто из моих знакомых.
Ищу в мессенджере нашу переписку и нажимаю на вызов.
– Киса Вика? – слышу низкий насмешливый голос, от которого на коже начинается теплое покалывание, – сама позвонила? Соскучилась?
– Не обольщайся! – язвлю в ответ, – я… я просто спросить хотела…
– Спрашивай.
– Куда лучше звонить, если я заглохла на трассе?
– Ты заглохла на трассе? – быстро переспрашивает он.
– Да, машина не заводится. Так, куда лучше звонить?
– Вообще-то, в таких случаях звонят мужу.
– Я в курсе, – проговариваю вкрадчиво, – если бы он был в городе, я бы так и сделала.
– Ага… – слышится тихий смешок, – значит, пока мужа в городе нет, я за него, так?
Неожиданно перехватывает дыхание и в груди екает сердце.
– Спасибо за помощь, Егор, я, пожалуй, кому-нибудь другому позвоню.
– Ладно, пошутил я… Ты где?
– Ленинская объездная, девятнадцатый километр.
– Сиди в машине и ни с кем не разговаривай, – говорит он серьезным тоном, – я буду через полчаса.
– Ты сам приедешь? – вырывается у меня.
– Сам, Киса, потерпи чуток.
У меня даже поблагодарить не выходит. Отключившись, прижимаю телефон к груди и пытаюсь успокоиться. Я ведь в глубине души рассчитывала на это, правда? На то, что он приедет сам. Чего теперь трястись?
К тому же, поводов для паники нет. Пообщавшись с ним поближе, я сделала вывод, что он не из тех, кто станет преследовать женщину. Зверь, может, не миллионер, как мой муж, и образования у него нет, но он точно не страдает от недостатка женского внимания.
Закрывшись, как велел Егор, в машине, я беру притихшего котенка в руки и прижимаю к груди.
– Ты кто? Мальчик или девочка? М?..
Малыш, пригревшись, начинает тихонько урчать.
– Наверное, девочка, да? Такая нежная… доверчивая…
Вскоре крохотуля засыпает. Я тоже, прикрыв глаза, жду, когда приедет наш спаситель.
Он приезжает даже раньше, чем обещал. Через двадцать минут. Увидев, как он паркует джип капот к капоту с моей, выхожу из машины.
– Здравствуй. Спасибо, что приехал.
– Привет, – роняет он и начинает поднимать крышки капотов.
Пока он подсоединяет провода, я незаметно его разглядываю. Сегодня на нем белая, с драным воротом, футболка и черные потертые джинсы. На ногах белые кроссы. Короткие волосы взъерошены, будто он недавно из душа и пахнет от него как-то… по-мужски.
Если бы я не знала, что он работает в автосервисе, решила бы, что он тренер из фитнес-клуба. Единственное, что отличает его от них – это отсутствие лоска и самолюбования своей внешностью.
Ему словно все равно, во что он одет и как выглядит. Я не заметила на его шее цепей, на пальцах нет вульгарных перстней. Из украшений на нем только спортивные часы, сильно не похожие на дешевый ширпотреб с китайского рынка, да татуировки, выглядывающие из-под рукавов футболки.
– Нравлюсь тебе? – цепляя повода к моему аккумулятору, вдруг спрашивает Егор.
– Что?..
– С мужем своим сравниваешь?
– Тебе до него, как до Луны пешком.
– Серьезно? – смотрит на меня, заломив бровь, – такой идеальный, что поменять жене аккумулятор в машине выше его императорского достоинства?
Глава 13.
– Иди в машину, – кивает Зверь в сторону джипа, – холодно уже.
Я могла бы сесть в свою, но почему-то послушно иду в его. Жду, когда он откроет мне дверь, и сажусь на переднее пассажирское сидение. Егор обходит машину сзади и садится рядом.
Мне враз становится труднее дышать. У него густая мужская аура. Слишком мужская. Пропитанная тестостероном и адреналином. А еще от него веет опасностью. За извечной снисходительной усмешкой кроется бешеный темперамент.
– Ты зачем на трассе остановилась? Сикать захотела?
Ну, и манеры!
– Вот! – достаю из-за пазухи котенка.
– Что, вот? Кот сикать захотел?
– Она мне под колеса бросилась! Кто-то выбросил здесь котят.
Егор хмурится. Смотрит на котенка в моих руках, а потом в мои глаза.
– И куда его теперь? Себе оставишь?
– Нет! – мотаю головой, – мне нельзя, мне Костя не разрешит.
– Костя это муж?
– Да.
– Почему не разрешит? Не любит животных?
Вообще-то, да, не любит. Вернее, совсем к ним равнодушен.
– У него аллергия, – отвечаю прямым взглядом.
– Ясно. Зачем подобрала тогда?
– Не бросать же ее здесь. Кто-нибудь задавит или собаки бездомные задерут.
Усмехнувшись, Егор забирает котенка из моих рук, ненароком касаясь при этом меня пальцами. Вздрагиваю как от ожога. Зверь замечает, вскинув взгляд, сощуривает глаза. Смотрит на меня алчно, как на добычу.
Это длится всего секунду, но я за мгновение успеваю испытать целый спектр разных эмоций. Страх, неуверенность… азарт. Последнее повергает в ужас. Резко отведя взгляд, делаю большой вдох.
Срабатывает инстинкт самосохранения.
Бежать.
– Это кот, – проникает в охваченное смятением сознание голос Егора.
