Билли без умолку ныл о том, как ему страшно, пока не вспомнил, что у брата еще нет прав на вождение машины. Тогда он начал доставать Чарли бесконечным напоминанием об этом факте.
– Думаешь, нас остановит патруль? Ты серьезно? Копам сейчас точно не до подростков за рулем, – невесело усмехнулась я.
– Кончай скулить, трусливый щенок. Заткнись и сиди молча, пока я тебя не выкинул, – оглянувшись, пригрозил Чарли. – Если бы я не дал маме обещание заботиться о младшем брате, то десять раз подумал бы, а надо ли брать с собой такую мелкую гниду, как ты.
– Парни, у нас хвост. Причем очень шустрый, – я вздрогнула, глянув в зеркало заднего вида.
За нами неслась жуткая лысая гончая. В отличие от машины из автопарка семьи Грейсонов, ей не грозило убить подвеску на кочках. Тварь словно летела над полем.
– Достать ее сможешь? – Чарли намекнул, что мне придется стрелять в инопланетную псину.
– Не знаю… Не уверена, – я испуганно растерялась. – Вряд ли я смогу попасть ей точно в глаз. Мы скачем по кочкам на сумасшедшей скорости… Это нереально. И она пока далеко.
– Следи за ней, – Чарли резко крутанул руль, увиливая от большой ямы. – Будет приближаться, открывай окно и стреляй.
Гончая не отставала. Мне показалось, что расстояние между ней и машиной начало сокращаться. Но я понимала, что все равно пока не достану ее из пистолета. Тут бы пригодился дедушкин карабин, а лучше снайперская винтовка с оптическим прицелом.
Мы выехали на свободную трассу. Чарли вдавил педаль газа до упора. Машина взревела и помчалась на предельной скорости. Честно говоря, никто из нас троих не сомневался, что мы смогли оторваться от погони. Ни один гепард не был в состоянии угнаться за люксовым спорткаром. Лысой зверюге удалось нас неприятно удивить.
– У нее реактивная турбина в заднице? – Билли стоял на коленях, держась за спинку сиденья, и наблюдал за жуткой тварью.
– Это вряд ли, – я повернулась вполоборота и тоже посмотрела сквозь затемненное стекло.
Тварь бежала легко и уверенно, даже язык не свесила. Любой обычный зверь на ее месте уже бы испустил дух.
– Может, они все – биороботы? – предположил Чарли. – Поэтому никогда не устают.
– Они живые, – возразила я. – Иначе бы так легко не убивались. Выстрел в глаз или ухо – и прощай, зубастая уродина. А раз эти гончие – не роботы, они должны уставать. Гепард не может вечно бежать за газелью. Просто едем и ждем.
– Надеюсь, все корабли слетелись в большие города, – без оптимизма сказал Чарли. – Нас не накроет синим лучом, и моя крошка не заглохнет посреди полей.
– Я возьму пистолет и приготовлюсь стрелять, – подтянула к себе гитарный чехол и забрала оттуда наше единственное оружие.
Жаль, мы не сообразили раздобыть к нему побольше патронов, пока были в полном оружия бункере. Увлеклись королевскими омарами. Вот недотепы!
– Почему мы не в фильме про нашествие зомби? – заунывно протянул Билли. – Те не могут бегать так быстро, как этот монстр… А-а… Э-ээ, – он заскрипел и скорчил страшную рожу, изображая живого мертвеца.
– Смотрите! – я радостно воскликнула. В следующую секунду поняла, что смотреть уже не на что. Все равно ничего не увидишь, кроме будто убегающего от нас дорожного полотна. – Билли, хоть ты это видел?
– Да, – младший наследник хлопнул обеими ладошками по спинке сиденья. – Монстр поскользнулся, как на банановой кожуре.
– А мне показалось, лапа гончей угодила в глубокую выбоину на асфальте. Таких осталось много после войны. Посмотрите, на середине дороги залили новый асфальт. Но там был крутой поворот. Тварь выскочила на обочину. Она не заметила яму, – сев прямо, я хлопнула любимого парня по плечу. – Чарли, видел бы ты, как она круто навернулась. Прямо через голову полетела, как в цирковом сальто.
– Главное, чтобы она реально от нас отстала, – скептически нахмурился Чарли. – А то как в кино: встанет, стряхнет с себя пыль, и опять рванет за нами. Пойдет с крейсерской скоростью.
– Выходит, монстры устают, – важно сказал Билли. – Когда у тебя кончаются силы, то ноги подкашиваются. Да и глаза уже не так хорошо видят дорогу. По себе знаю.
– А мелкий слизняк может быть прав, – редкий случай, когда Чарли поддержал брата. – Гончая выдохлась.
– Мы – настоящие супергерои, – рассмеялся Билли.
– Да! Мы сделали это! Загнали тварь до изнеможения! – я подпрыгнула на сиденье от переполняющего меня восторга.
Новая маленькая победа. Чем больше их будет на пути навстречу опасной неизвестности, тем реальнее станут наши шансы на выживание. И возможно, на спасение целого мира.
Глава 6. Официальное обращение
Мы уезжали все дальше от города. Нас окружали бескрайние поля, они тянулись до горизонта со всех сторон. Брошенные на обочинах машины перестали попадаться, как будто путь сюда с другой стороны трассы был отрезан.
Совсем стемнело, когда мы подъехали к заправке возле гостиницы для дальнобойщиков. Автоматов самообслуживания мы не увидели, а потому нам пришлось пойти на разведку к двухэтажному строению под тусклой вывеской. В двух окнах горел свет. Он давал надежду на то, что нас встретят люди, а не мерзкие твари.
Чарли первым заглянул в открытый мини-бар. Пистолет он держал наготове, но в этот раз оружие нам не понадобилось.
В тесном зале, пропахшем табаком и застарелым потом, сидели трое водителей. Худощавый работник забегаловки, который тут был и барменом, и заправщиком в одном лице, принес им бургеры.
Аппетитный запах заглушил смрад. Я больше не хотела зажать двумя пальцами нос и задержать дыхание. Едва ли слюнки не потекли.
Из разговора мужчин мы поняли, что все они пока не в курсе насчет инопланетного вторжения. По закону штата водители большегрузного транспорта были обязаны ездить в ночное время. Они жили в другом ритме, чем мы, и отсутствие мобильной связи объясняли простыми житейскими проблемами.
– Должно быть, опять тестируют новую систему. На что-то там переводят, – предположил краснощекий толстяк с густой черной бородой. – Не могу дозвониться ни до жены, ни до босса.
– Да, точно, – подхватил его стройный лысый сосед. – Помнишь, когда переводили с кабельного на спутниковое телевидение? На целый день отключали.
– А сегодня вы сами видели, какое дерьмо гоняют по всем каналам. Одно и то же крутят, – недовольно заворчал рыжий кудрявый мужчина. У него все лицо было в темных пятнах, будто усеянное шоколадным драже. – Дурацкое шоу паршивого адвокатишки с ряжеными уродами в масках. Где обещанные спортивные игры? Я поставил всю прошлую премию на знаменитого пловца. Как его там… Арсений Круглов.
– Так ты, Тед, родную страну решил предать? – подколол его лысый. – С чего тебя дернуло ставить на юнца из Рейнии?
– Дочке он понравился. Парень красивый. И, говорят, ни разу не проигрывал. Поставил мировой рекорд по прыжкам с трамплина, – оправдался пятнистый. – Деньги лишними не будут. И если моя Салли там его на стадионе изловит да приберет к рукам… Честно, я не против. Лучше пусть дочь за иностранца выйдет, чем бомба в наш сад прилетит. Еще деды наши говорили, занимайся любовью, а не войной.
Чарли кашлянул, обращая на нас внимание водителей и бармена. Я чувствовала, что парень готовится рассказать людям обо всем, что случилось в Тормсиле. Понимала, как ему трудно собраться с мыслями.
Я и сама не знала бы на его месте, с чего начать. Как поведать о том, что чемпионы и зрители мертвы. Что, быть может, никто из этих мужчин больше не увидит жен и детей.
– А вы чего здесь забыли, детишки? – усмехнулся бармен. – Каким ветром вас сюда занесло?
– Мы едем в Инскорт, – почти спокойным голосом ответил Чарли. – Хотим перекусить и заправить машину… Если что, мне уже восемнадцать, – соврал он в надежде, что прокатит.
– Налить выпить? – бармен издевательски улыбнулся, обнажая желтые зубы.
– Содовой, если можно, – Чарли полез в карманы куртки, ища наличные. – Эмбер, ты что будешь?
Он подмигнул оцепеневшей мне, давая знак, чтобы вела себя естественно. Так, словно мир не катится в бездну.
– Мне колу, – я улыбнулась через силу.
– И мне! А еще хочу бургер! – заверещал Билли.
– Три ваших фирменных бургера, одну содовую и две колы, – подытожил Чарли, считая наличность. В том, что банки работают и оплата картой пройдет, он справедливо сомневался. – И, пожалуйста, включите телик. Хотим посмотреть, что там за цирк уродов.
В зале включился большой экран, и мы увидели до боли знакомые темные морды. Не ожидала, что захватчики додумаются в прямом эфире обратиться к жителям нашего мира. Это реально выглядело глупо и походило на дешевое шоу. Словно они пытались эффектом малобюджетного ситкома приучить нас к мысли о подчинении и покорности. Мол, посмотрят и купятся. Вот только как бы смешно это ни смотрелось на экране, в жизни это было устрашающей правдой.
Ничего себе интуиция у Чарли! Или смекалка так хорошо сработала. Как он догадался, что уроды, которых без конца показывают по телику, и есть враги человечества?
– Ну вот, – проворчал бородатый толстяк. – Опять погнали повтор с начала. Похоже, они хотели сделать комедию, но вышло ничуть не смешно.
– Уважаемые жители обитаемой планеты под местечковым названием Милитерра, вас приветствует наместник Лиарки, полноправный представитель разумной расы ифери и временный управляющий, ответственный за утверждение на данной территории власти нашей империи.
Не мигая, смотрел в камеру отвратительный монстр, как две капли воды похожий на того, кто убил Говарда Грейсона. Рожа у него была вся в морщинах, наверное, он был старше по возрасту, чем тот военный. В руках он держал большой темно-синий планшет со светящимися полосками по контуру.
С одной стороны от наместника стоял бледный как мел ведущий телешоу, известный адвокат Дин Корнелл. С другой стороны скалила острые клыки лысая гончая. Больше никого в кадре я не увидела. Кресла зрительного зала и диваны для приглашенных участников были пусты.
– Этот человек, ваш сородич, – Лиарки ткнул когтистым пальцем в грудь адвоката, и тот чуть не задохнулся от панического приступа, – признанный вашим обществом знаток местных законов и порядков, любезно согласился мне помочь с правильным составлением обращения к человеческой цивилизации, которое будет переведено на все мировые наречия. Под угрозой смертной казни путем откусывания головы моей старшей уполномоченной помощницей Эллоисой, – наместник переглянулся с гончей и вновь посмотрел в камеру, – он составил документ, который я оглашу во всеуслышание и отдам приказ распространить его по доступным вам средствам связи, включая всемирную виртуальную информационную сеть.
Бармен принес нам бургеры и напитки, но мы так и остались сидеть без движения. Как ненормальные, уставились на экран, разинув рты от шока.
– Извещение номер один, – наместник щелкнул черными клыками и взглянул на экран планшета. – Согласно пункту сто десять трехсотого общегалактического Положения, основанного на незыблемых принципах вселенской морали, я выполняю возложенную на меня обязанность по информированию людей о том, что с этого момента вышеуказанная планета больше им не принадлежит. В соответствии с законом номер три тысячи восемьсот пятьдесят два, относящемуся к разряду постановлений о рациональном управлении мирами и утвержденных порядках проведения принудительной колонизации, я вынужден заявить, что…
Наместник не закончил фразу. Он противно взвизгнул и чуть не уронил планшет, схватившись за щеку.
– Сержант-секретарь Шорнис! – заорал он. – Бегом ко мне! Принеси заживляющую салфетку.
– Сержант-секретарь, – удивленно повторил Билли. – Разве есть такое звание?
– Перевели как смогли, – зло процедил Чарли.
– Ужасный язык! На нем невозможно разговаривать. Второй раз прикусываю щеку, – посетовал наместник, принимая салфетку из рук молодого помощника.
На лице сержанта я не заметила морщин, и, что меня слегка удивило, на голове у него росли волосы – черные и заплетенные в косу.
Наместник сунул салфетку за щеку, словно запасливый хомяк, но тут же замычал от боли и выплюнул ее.
– На чем я остановился, Шорнис? – спросил он помощника.
– На постановлении о колонизации, – напомнил парень.
Он испуганно шевелил ушами – должно быть, боялся прогневать господина.
– Точно, – Лиарки взглянул на планшет и продолжил, – по текущему постановлению… А куда оно течет? И как оно вообще может куда-либо течь? Это ведь не жидкая субстанция, а… Только такие глупые существа, как люди, могли придумать столь непотребный способ речевой коммуникации. Но продолжаем… Тут я пропускаю, они все равно ничего не поймут… Переходим к главным пунктам. Ты со мной согласна, Эллоиса?
Гончая ответила тихим рыком.
– Этот идиот говорит с собакой! – сквозь зубы процедил Чарли.
– И что тут странного? – не понял бармен. – Я каждый день разговариваю со своим котом, а тут и вовсе фантастическая комедия.
– Довожу до вашего сведения, что колонизация планеты будет проведена в полном соответствии с межрасовым вселенским постулатом о полной конфискации заброшенных, недостаточно ухоженных, частично или полностью разрушенных миров. Ваша цивилизация нанесла родной планете неоспоримый, очевидный и не подлежащий отрицанию вред. Наглядная информация представлена на специальных графиках и схемах, с которыми сможете ознакомиться по окончании моего к вам обращения. Своими неразумными и нерациональными действиями по отравлению окружающей среды и нанесению масштабных разрушений вы фактически сами расписались в том, что занимаемая планета больше вам не нужна. Тем самым вы подвели ситуацию под действие двадцать тысяч сто десятого закона об отчуждении всех планетарных благ, живых существ, ископаемых и любого прилагающегося к ним, либо произведенного на их основе имущества с последующим незамедлительным изъятием у недобросовестных пользователей.
– Я не понимаю, что он бормочет, – вздохнул Билли.
– Мы потеряли наш мир, – выпалила я.
– Колонизация будет проводится путем постепенного замещения человеческой расы на новую господствующую расу ифери, – монотонно продолжал наместник. – Ввиду высокой питательной ценности всеядного млекопитающего существа под названием “человек”, содержания в его организме достаточного количества полезных белковых соединений и других ценных микроэлементов все население вашей планеты будет подвергнуто переработке и консервации… Думаю, такое угощение тебе придется по вкусу.
Лиарки снова переглянулся с гончей.
– Нас пустят на собачьи консервы? Что-то вроде “Флаффи – густая шерсть?” – всплеснул руками Билли.
– У их собак нет шерсти, и консервы будут называться “Сверкающая лысина”, – я нервно хихикнула и сразу же смутилась.
Вспомнила про сидящего недалеко от нас лысого водителя. Честно, не хотела никого обижать, но нервы уже были на пределе.
– Я на такое не согласен, – Билли заерзал на стуле.
– Тебя никто не спросит, – Чарли строго взглянул на брата.
– Поправка номер один к закону о переработке людей, – наместник оскалил черные острые зубы, выражая недовольство. – Мы обязаны ее соблюдать в соответствие широкому ряду подпунктов основополагающего постановления, базирующегося на принципах вселенской морали. По результатам проведенных нами исследований период полного взросления у человеческой расы длится двадцать местных лет. По данной причине ифери не вправе убивать детенышей людей до момента достижения ими вышеуказанного возраста. Убедительная просьба – не путать отсрочку с помилованием, Запомните, как только дети вырастают, они подпадают под общее распоряжение о беспощадном устранении, – попытавшись изобразить улыбку, Лиарки посмотрел на едва живого от ужаса адвоката. – Лично вам, Дин, как подтвержденному эксперту в области местной юриспруденции, все понятно?
– О, да, господин наместник, вы все правильно изложили, – заикаясь, пролепетал адвокат.
– Как считаете, мне нужно добавить еще что-то? – Лиарки продолжал сверлить его жутким взглядом, похожим на красный лазерный прицел.
– Возможно, следует подвести итог. Будет достаточно двух-трех фраз.
– Подвожу итог, – Лиарки важно приосанился, сложив руки за спиной, и заглянул в камеру. – Люди! Этот мир вам больше не принадлежит. Отныне вы не господствующая раса на планете, а крайне нежелательные биологические элементы. Ифери в скором времени проведут масштабные мероприятия по обеззараживанию и очистке колонизированной территории. Мы позаботимся об улучшении среды обитания с учетом потребности нашей расы. В вашем содействии не нуждаемся и к жалобам не прислушиваемся. На том позвольте откланяться. Спасибо за внимание.
– Я могу быть свободен? – умоляюще спросил адвокат.
– Думаю, дальше мы обойдемся без ваших советов, – оскалился наместник. – Эллоиса, я разрешаю тебе съесть это неразумное существо.
– Но вы обещали меня пощадить, – адвокат упал на колени. – Поверьте, я могу быть вам полезен. Мне никак нельзя сегодня умирать. У меня на завтра назначено очередное слушание по бракоразводному процессу кинозвезды Мелены Горнич. Хотите, я вас познакомлю с ней? Знаете, по сравнению с ее без недели бывшим мужем вы – настоящий красавчик. А стоит Мелене узнать, что вы правите целой планетой… Поверьте, она сама прыгнет к вам в объятия.
– Р-рр, – нетерпеливо заворчала гончая.
Лиарки ей кивнул, и зверюга с диким ревом прыгнула на шоумена. Сбив его с ног, вытолкнула из кадра. Прозвучал ужасающий вопль.
Экран погас на миг, а потом трансляция началась заново.
Глава 7. Когда гаснет свет
Мы так и не смогли притронуться к бургерам и напиткам, но и продолжать смотреть на экран ни у кого из нас троих не хватило духа. Билли начал грызть ногти вместо аппетитной булочки с салатом и сочной котлетой. Мы с Чарли переглянулись, не зная, как объяснить взрослым людям, что по телику гоняют не глупую комедию. Надо было рассказать убедительно, чтобы нас не сочли полными придурками и неумелыми шутниками и не выставили за дверь.
– Совсем не смешно, – заворчал бородатый толстяк. – Вырубай это дурацкое шоу, – прикрикнул он на бармена. – Сдается мне, они его на всю ночь запустили.
– Послушайте, – я перехватила у Чарли инициативу и первой встала из-за столика. – Я понимаю, это может странно звучать, но…
Перебрала в памяти кучу фильмов про постапокалипсис и разные катастрофы. Примерно собрала в голове, как вели себя главные герои, и попыталась выступить не хуже их.
– Опять котлеты подгорели до состояния резиновой подошвы? – привычно уточнил бармен. – Старую жаровню давно пора сдать на свалку металлолома. Но все упирается в вопрос о деньгах. Где их взять на новое оборудование?
– Нет… На вид с котлетами все в порядке, – я приподняла верхнюю половинку булочки и убедилась, что мясо нормально поджарилось. С темной корочкой, но точно не до состояния “резины”. – Я хочу сказать, что по всем каналам гоняют не развлекательное шоу. Это не комедия. И там не ряженые актеры в масках и костюмах. На нашу планету действительно напали.
– Мы были на стадионе в Тормсиле, – Чарли подошел к стойке и протянул бармену банковскую карту. – Еле ноги оттуда унесли. Пришельцы убивали спортсменов и зрителей. Вот почему по телевизору не шла трансляция церемонии открытия. Игры не начались. Мобильной связи нет… Давайте, попробуйте, – он сунул карту прямо в ладонь мужчины. – Пробейте любую покупку и приложите карту к мини-терминалу. Готов поспорить, оплата не пройдет.
– Что за глупые выдумки малолеток? – гаркнул толстяк. – Гуляли бы вы отсюда, детишки!
– Мой брат говорит правду. Пришельцы убили нашего папу, – Билли зашмыгал носом.
– Поймите, мы не врем, – я вцепилась пальцами в край стойки, встав рядом с Чарли. – У них нет гигантских летающих тарелок, как в кино. Корабли не больше ваших фур, но от их синих лучей сдыхает вся техника.
Бармен покрутил карту между пальцами, скептически разглядывая. Потом он все же подошел к кассе, пробил шоколадный батончик, попытался провести оплату, и ничего не вышло.
– Пишет, сервис недоступен, – он испуганно посмотрел на водителей.
В его взгляде читалось осознание того, что случилось настоящее бедствие и человечество стоит на грани вымирания.
– Говорю же вам! – Чарли сорвался на крик и стукнул кулаком по стойке. – Наместник настоящий. Да, он нес полную чушь. Но этот урод реален. Как и его адская гончая.
– Хочешь сказать, они пришли из ада? – лысый водитель издевательски хмыкнул.
– Я просто их так зову, как в компьютерной игре, – Чарли оглянулся на него. – Откуда эти твари явились, я без понятия. Но факт, что они здесь и хотят пустить человечество на консервы для своих псин.
– Значит, нас можно поздравить. Мы оказались не единственными придурками во вселенной, – лысый разразился хриплым хохотом.
– Ребята, вы сказали, что были на стадионе, – к нам подбежал рыжий водитель и показал фотографию дочери на экране телефона. – Вдруг случайно видели ее. Скажите, моя Салли жива?
Он тяжело дышал, пыхтя мне прямо в лицо. Я отступила на шаг, сморщив носик от неприятного запаха изо рта мужчины.
Нет, мы не видели этой конопатой девушки. А может, просто не запомнили. На трибунах многие люди лежали вниз лицом.
– Извините, мы ее не видели. Там собралось очень много людей. После вторжения началась паника. Кто-то погиб, кому-то удалось спастись. Быть может, ей повезло и она убежала вместе с другими выжившими, – я не могла объяснить, почему, но мне не хотелось лишать отца надежды вновь увидеть дочь живой и невредимой.
Хоть понимала, шансов слишком мало. Если только Салли пришла позже и не попала на стадион. Успела где-нибудь спрятаться.
В груди поднялась жгучая волна отчаяния. Мне захотелось сесть прямо на пол, обхватить руками колени и зарыдать.
Я помнила, что должна быть сильной. Этого хотели мои родители. Не знала, живы они или нет, но понимала – не могу их подвести. Предать их веру в то, что дочь с гордо поднятой головой пройдет все выпавшие на ее долю испытания и победит врагов.
– Техника сдыхает, говорите? – рыжий помахал погасшим телефоном, как будто тот мог ожить от встряски.
– И мой вырубился, – лысому стало не до смеха. – То просто сеть не брал, а тут сами поглядите.
– Кассовый аппарат сдох, – тихо подал голос бармен.
Все начали озираться, и тут вместе со светом в баре угасла наша последняя робкая надежда, что к нам не пожаловали непрошенные гости. Ифери – мы теперь знали, как их называть. Но легче на сердце не становилось от этой вроде бы важной информации.
Раздался знакомый нам тонкий пронзительный свист. Распахнулись прозрачные двери, и под лунном светом растянулись по полу длинные тени от пятерых военных ифери. Сквозь защитные стекла шлемов мерцали красные глаза. Военных сопровождали две гончие.
Мы переглянулись, прикидывая, куда бежать, и поможет ли служебный выход, если враги высадились с корабля и окружили маленькую придорожную забегаловку. Я подумала словами отца, что у ифери численное преимущество и все их внимание нацелено на нас.
Бармен застонал, схватившись за грудь. Оказалось, у него слабое сердце. Водители забыли про остаток своего завтрака-ужина, повставали с пластиковых стульев. У взрослых был шок. Еще бы – несмешная бесконечная комедия по телику происходила в реальности и они вдруг стали ее персонажами.
Толстяк грохнул стул об пол, чтобы отломить металлические ножки, которыми хотел обороняться. Лысый побежал к жаровне за кухонными ножами. Рыжий рванул к подсобке.
Тесный бар осветили яркие синие лучи, и мужчины упали. Мы оказались в стороне, нас не зацепило.
Второй раз ифери не стреляли. Пустив гончих вперед, они стали медленно приближаться к нам. Я слышала постукивание когтей и шарканье сапог по гладкому ламинированному полу.
– Эй! Стойте!.. Мы еще дети!.. Мы не взрослые люди, – наперебой заорали мы с Чарли, высоко подняв руки.
– Не убивайте нас, – заскулил Билли.
– Ваш наместник Ларки сказал, что по закону вы не можете убить детей, – напомнил Чарли, смело глядя на вооруженных пришельцев.
– Он Лиарки, – шепотом поправила я.
– Могу показать вам водительское удостоверение на мотоцикл, – медленно и плавно, как в сцене из киношного боевика, Чарли опустил правую руку и достал права. – Посмотрите, там указана дата рождения. Нам всем еще нет двадцати лет.
Он выставил руку с правами перед собой, будто готов был ткнуть ими в нос подкрадывающейся гончей.
Напружинившись и подобрав когти, та бесшумно ступала на полусогнутых длинных и мускулистых лапах. Льющийся из окон лунный свет мерцал слабыми отблесками на пуленепробиваемой шкуре.
– Хо-ро-о-шая со-ба-ачка, – дрожащим голосом проблеял Билли. Он решил взять со стола бургер и предложить твари. – Держи котлету.
Чарли шикнул на него и дернул за руку.
Хорошо хоть у мальца хватило ума не бросить бургер в морду гончей. Неизвестно, чем это могло бы обернуться. Военные подумали бы, что мы кидаем гранаты?
И тут меня осенило. Да я сама для парней – бомба замедленного действия. На моей одежде кровь гончей, которую я убила на стадионе. Вряд ли твари понравится, что мы прикончили ее сородича.
Гончая неотвратимо приближалась, морща и без того уродливый нос в жутком оскале. Слюна просачивалась между острых клыков и блестела растянутыми каплями между ребристыми губами, чуть розоватыми изнутри. Она уже подошла совсем близко к нам и замерла, пригнувшись и раздувая ноздри.
Я перестала дышать, и сердце испуганно притихло. Подумала, ну вот теперь мне точно крышка. Гончая учует застывшую кровь.
Не могла я, подобно ученым, определить степень разумность иномирных тварей. Но утром сама убедилась – они далеко не глупы. Уж точно соображают не на уровне привычных нам животных.
Еще сильнее сморщив нос, гончая чихнула. Чуть не вписалась мордой в пол. Брезгливо мотая головой, она отступила.
Вероятный командир отряда, который шел впереди прочих ифери, оглядел нас сквозь стекло шлема, склоняя голову то к левому, то к правому плечу. Он не взял водительское удостоверение на мотоцикл из руки Чарли. Видимо, и без того догадался, что перед ним далеко не двадцатилетние парни и девушка. Или же просто не умел читать по-нашему. Вряд ли его консультировал знаменитый адвокат. Впрочем, вояка попросту не мог не знать о приказе наместника. Таких, как он, оповещают в первую очередь.
Командир издал скрипуче-щелкающий свист, и все ифери вместе с гончими разом перестали обращать на нас внимание. Военные выволокли бармена из-за стойки, потом занялись дальнобойщиками. Людей, словно туши скота, потащили за ноги к выходу.
Я услышала хриплое дыхание толстяка, когда его мимо нас проволок по полу один из ифери. Да, мужчина был жив, он лежал на спине, и в лунном свете мы видели, как вздымается при дыхании огромный живот, на котором задралась бордовая клетчатая рубашка.
Значит, пришельцы лишь оглушали, а не убивали людей синими лучами. Но для чего им нужны живые люди? Мертвецов удобнее забрасывать в гигантскую мясорубку и консервировать? Может, они собрались проводить научные эксперименты?
Мои размышления оборвал виноватый скулеж Билли.
– Ребята, кажется, я описался, – младший наследник больше не существующей корпорации развел руками, глядя на растекающееся по брюкам влажное пятно. – И наложил в штаны, – он сделал еще одно неприятное открытие.
Я истерически расхохоталась, сложив две части судьбоносной картины. Не могла перестать радоваться неожиданному и невероятному спасению.
– Эмбер, что с тобой? – Чарли поймал меня за руку и притянул к себе. – Только не говори, что у тебя мозги от стресса куда-то уехали. Пожалуйста, скажи, что ты еще можешь нормально думать, а не витаешь среди бредовых глюков.
– Я в порядке. За меня не волнуйся, – успокоила я любимого парня. – Смотри сюда, – подвела его ближе к окну, чтобы он смог разглядеть маленькие пятна застывшей крови на моей куртке и джинсах. – Маленький трусишка спас нас. Не дал гончей почуять кровь такой же твари. Перебил один запах другим.
– Да, хоть какая-то польза от него. Не напрасно взяли с собой, – Чарли строго взглянул на брата. – Эмбер, ты только представь. Вот ифери поняли бы, что мы можем их убивать. И что тогда? Да они бы ни одного из нас не оставили в живых. Будь мы хоть несмышлеными трехлетками… Не посмотрели бы на возраст и пришили на месте.
– Еще нам повезло, что у них нет сканеров. Чего-то типа рентгена, чем они могли бы нас просветить и засечь оружие, – сказала я.
– Точно, пистолет им вряд ли бы понравился, – согласно кивнул Чарли. – Иди, приведи себя в порядок, – махнул он брату.
Билли пошел искать туалет, а мы с Чарли занялись сбором припасов. Нашли пару рюкзаков, набили их всем, что не скоро портилось: шоколадными батончиками, консервами, маленькими бутылками с водой. Колу я посоветовала не брать, с нее только сильнее пить захочется. Чистая вода – лучший вариант. Еще взяли складной нож, дезинфицирующие и обычные бумажные салфетки, зажигалку, моток веревки. Заказанные напитки и бургеры уничтожили перед новой отправкой в путь. Собравшись втроем вокруг столика, мы поужинали стоя и едва ли не давясь от нервов.
Старый фургон хозяина забегаловки, три огромных грузовика и наша спортивная красотка намертво заглохли. Ни одна из машин не завелась. Нам пришлось продолжить путь в неизвестность пешком.
Мы долго шли навстречу низко висящей луне, сперва по абсолютно пустой трассе, а дальше по рыхлой дороге через кукурузное поле к лесу. Страх когтистыми лапками царапал спину, сжимал сердце в тисках и сдавливал горло, перекрывая дыхание. Мне все казалось, что из тихо шуршащих на ветру зарослей выше нашего роста вот-вот выскочат гончие ифери.
Ближе к рассвету мы так устали бояться, что прекратили вздрагивать от каждого шороха или вскрика ночной птицы. Початки еще не созрели, но мы их зачем-то попробовали. Наверное, инстинктивно хотели запастись витаминами для предстоящего выживания в завоеванном мире, где людям отвели участь сырья для собачьих консервов.
Не представляю, как бы я прошла тот же самый путь одна. Быть может, свалилась бы носом в грязь на полпути и сдохла бы от приступа сильнейшей паники. Для меня много значила поддержка Чарли. Он стал моим путеводительным светом во тьме. Подобно луне, висящей над казавшимся бескрайним кукурузным полем, прогоняющей мрачные тени страха и оживляющей мир вокруг. Рядом с ним я не чувствовала усталость так сильно, чтобы потерять способность двигаться дальше.
Пусть медленно, шажок за шажком, но мы продолжали путь в надежде на лучшее. Как настоящий достойный лидер, Чарли не позволял нам впасть в отчаяние.
Ифери не всемогущи и уязвимы. Нужно просто выжить, приспособиться к новым условиям существования и начать борьбу против захватчиков. Никто не отнимет у нас возможность отпраздновать юбилей. Каждый из нас троих еще закатит бурную вечеринку в честь своего двадцатилетия. Нам есть к чему стремиться, и мы приложим все силы для исполнения заветной мечты.
Глава 8. Новые друзья
Прошел год. Мы с Чарли приобрели новых друзей. Все вместе стали настоящей дружной командой за время постоянных скитаний и частых стычек то с подростковыми бандами, то с гончими ифери и самими их хозяевами.
Чарли был прирожденным лидером, никто из присоединившихся к нам ребят не оспаривал его статус. Недаром отец с детства готовил его к управлению корпорацией. Прежде ненавистные уроки и семейные нотации на поверку оказались очень ценными. Чарли был умным, рассудительным, в меру требовательным, но справедливым. В нашей маленькой подростковой “банде” все звали его Грейс, из-за длинных “девчачьих” волос и по частичке названия канувшей в вечность рок-группы. На короткую стрижку Чарли не соглашался, но и грязными сальными патлами не тряс.
Рядом с нашим основным и самым любимым логовом – хижиной егеря в заповеднике, было широкое озеро. Из него мы брали воду для мытья и стирки, а питьевую носили в пластиковых бутылях из горного родника. Путь туда-обратно занимал больше часа. А идти до ближайшего большого города за консервами и другой полезной добычей приходилось несколько дней.
Мародеры не смогли растащить все подчистую. Опустошить полки в заброшенных торговых центрах им не позволяли ифери. Города неизбежно привлекали выживших людей. Потому ифери регулярно туда наведывались с проверками и редко возвращались без живой добычи.
Мы все стали морально и физически сильнее. Жизнь заставила бороться за нее, цепляться из последних сил руками и зубами. Даже нытик Билли, которого все считали слабаком и справедливо посмеивались над ним, был вынужден приспособиться к новым условиям и научиться стрелять. А еще он усвоил важное правило – лучше держать язык за зубами, чем лопотать без умолку.
Редкий день у нас обходился без приключений. Мы находили новых друзей, потом кого-то теряли, спустя время обретали других… Меняли места обитания, чтобы не выследили ифери. Тех, кто сопротивлялся, захватчики убивали несмотря на юный возраст. Не знаю, составляли ли они черные списки особо опасных врагов. Проверять на своей шкуре не хотелось.
В такой постоянной движухе пролетали недели, месяцы. Мы то убегали от врагов, то сами шли в атаку, совершая опасные вылазки в их логова.
Не знаю, на что рассчитывали ифери, оставляя в живых людей младше двадцати лет. Вряд ли слышали о подростковой жестокости. На завоеванной планете это присущее людям качество расцвело буйным цветом, подобно хищному растению. Одни его направляли в благое русло и образовывали группы сопротивления. Другие предпочитали заниматься мародерством и кошмарить всех остальных выживших. Наверное, эти вторые считали себя бессмертными. Или они рассчитывали на то, что пришельцы про них забудут, однажды не заявятся к ним в гости для проверки возраста.
Первое время скитаний по лесам и заброшенным маленьким городам мы не знали ответа на вопрос: “Что едят ифери?” Консервы из людей они делали для своих собак, но и сами, по логике, тоже нуждались в пище. На вегетарианцев существа с острыми черными зубами как-то не особо тянули. Ответ для нас оказался прост и ожидаем. Ифери, как и их жуткие псы, предпочитали человечину.
Это казалось мне очень странным. Ведь на планете столько разных живых существ. Почему захватчики охотились на людей и не трогали домашний скот? Пришельцы игнорировали любую живность, будь то курица, собака или корова. Сама видела, как перед носом у гончей пробежал жирный енот, и та ухом не повела.
Ответ напрашивался один – там, откуда к нам прибыли злобные твари, тоже обитали люди, которыми ифери привыкли питаться. Но почему они полезли к нам? Сожрали все человеческое население родного мира? Этот вопрос пока оставался без ответа.
Мы научились шпионить за ифери, Нам иногда удавалось пробираться на их базы, чтобы взорвать там хоть что-то ценное для них и опасное для уцелевших людей. Но мы по-прежнему не понимали их языка, не могли пользоваться их оружием.
Взять врага в плен, чтобы допросить под пытками… О, это была мечта наших парней. Вот только убить ифери – само по себе большая удача. Живыми мерзкие монстры сдаваться не хотели, бились до последнего. Стрелять в глаза и уши – совет моего отца был применим не только к гончим. Ифери обменивались ультразвуковыми сигналами. Шлемы у них легче всего пробивались как раз в районе ушей, где находилась тонкая перегородка, пропускающая звук.
Пару раз наша компания на время прирастала взрослыми наставниками, которые тут же брались нас поучать и выносить мозг сотнями советов. Были у нас и постоянные друзья намного старше двадцати лет. Они не вступали в ряды сопротивления, но давали бойцам временный приют и всегда были рады видеть нас в своих уединенных убежищах. Все дело в том, что ифери оставляли в живых не только детей. Монстры брезговали питаться совсем дряхлыми стариками и неизлечимо больными людьми. До дедушкиной фермы я так и не добралась, но утешала себя мыслями о том, что пришельцы не убьют стариков.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
