Девочка с розовой планеты

Договорив с Антоном и посмотрев на часы, Сергей снова открыл загадочный дневник. Вдвоем с сестрой они постепенно продирались сквозь дебри германского диалекта.

7/VII. Солнце взошло из-за облаков. Снежные горы в тумане. Облака спустились к полудню, а еще больше к вечеру. Но это были маленькие белые хрупкие облачка. Прохладней, чем вчера.

– Какой-то дневник наблюдений за погодой, – удивленно заметила Полина.

– Ну да. Похоже, – согласился ее брат и, перелистнув часть страниц, стал читать:

Свой барометр, термометр и флюгер я оставил у шотландских колонистов.

– Ты все правильно прочитал? «Шотладских колонистов»?

– Не знаю. Написано «schottischen Kolonisten».

– Ладно, читай дальше.

Один из них, господин Петерсон, весьма достойный и почтенный человек, любезно согласился проводить метеорологические наблюдения в полном соответствии с моими указаниями.

Такой же барометр я установил в Георгиевске в комнате г-на Вильгельмса, провизора королевской аптеки, который милостиво согласился сообщать мне о своих наблюдениях.

– Стоп, – засмеялась Полина. – Провизора королевской аптеки!? Ну-ка дай я еще посмотрю. И правда: «koniglichen Apotheke».

Еще один барометр я установил в июне в Новочеркасске, в доме господина аптекаря Михельсона.

– Что за бред? – огорчилась Поля. – Шотландские колонисты. Королевская аптека в Георгиевске. Фигня какая-то у нас с тобой получается. Не перевод, а фантастика.

– Ага. Про альтернативную реальность, – усмехнулся Сергей. – Без бабушки не разберемся.

Инга с интересом смотрела на своих друзей. Полина перелистнула страницу и стала переводить дальше сама:

В другой раз я приехал к этому источнику

– Источнику?

– Ну да, «Quell». Ключ, родник.

с Великолепием господином бароном…

– с Великолепием!?

– mit Magnifizenz.

– Наверно, «с превосходительством»?

– Хорошо.

с Высокопровосходительством господином бароном фон Витингоффом и его сыном.

– Дальше опять непонятно. «…duerch de Feeler vun de Guiden » – durch die Fehler? По ошибке?

– Да, по вине гидов, проводников.

– Ок.

По вине проводников мы возвращались на заходе солнца.

Поскольку казаки, сопровождавшие нас,

– Казаки?!

– Ну да. «Kosaken begleeden eis» – Kosaken begleiten uns.

Поскольку казаки, сопровождавшие нас, боялись так поздно идти через лес, мы очень обрадовались, встретив циркача, прогуливавшегося верхом, и попросили его сопровождать нас.

– Кого? – засмеялся Сергей.

– «Circassianer begéinen, déi op engem Päerd reiden». Тут «циркассиан», – циркач?

– Нет. Циркассиан – это черкес, – сказал Сергей и взял у нее книжку.

Поскольку сопровождавшие нас казаки боялись так поздно идти через лес, мы очень обрадовались, встретив черкеса, ехавшего на коне, и попросили его сопровождать нас. Он отказался, ссылаясь на то, что уже поздно и ему пора возвращаться домой.

Его звали Магомет, и я вспомнил, что проводник, сопровождавший меня в поездке с князем Исмаил-Беем, – его брат.

– С князем? – изумилась Поля.

– Fürst, князь.

Узнав о нашем знакомстве, черкес согласился нас проводить. Но сказал, что сперва должен вернуться в свой аул и сменить коня.

Казаки считали, что нам не следует его отпускать, но я подумал и согласился подождать черкеса, тем более, что мы не имели никакого права удерживать его силой.

– Немцы не имели права кого-то удерживать силой?! – снова поразилась Полина. Во время войны?

– «Wir hate kee Recht hie mit Gewalt zréckzehalen» – Wir hatten kein Recht, ihn mit Gewalt zurückzuhalten, – У нас не было права удерживать его силой.

Мы ждали целый час. Солнце уже село, и мои спутники стали поглядывать в мою сторону с явным осуждением за то, что я доверился черкесу. Вдруг, среди глубокой тишины, царившей вокруг, послышался конский топот. Мы увидели двух черкесов и испугались, ибо ждали одного. Но это были Магомет с братом, оба в полном вооружении.

– Вооруженные черкесы вышли к немцам и казакам! – обреченно кивнула Полина.

К Шотландскому поселению черкесы вывели нас лесом, в который мы бы ни за что не вошли сами. Эти добрые люди, которых мы больше не видели, оказали нам столь значительную услугу и, наотрез отказавшись от какого-либо вознаграждения, отправились назад.

Была уже полночь, и шотландцы тревожились за нас, зная, что мы в пути.

– Добрые вооруженные черкесы вывели перепуганных немцев и казаков через лес. Шикарно! Вывели прямо к добрым встревоженным шотладцам. В полночь! – засмеялась Поля.

– Кстати о времени. Сколько сейчас? – забеспокоился Сергей и отложил рукопись.

– Без двадцати десять, – посмотрела на часы Полина.

– Ого! Надо ехать. Антон ждет. В санаторий до одиннадцати пускают? – спросил Сергей у Инги.

– Не знаю. А разве могут не пустить? – удивилась она.

– Если хочешь, можешь ночевать у нас, – предложила Поля. – Лишь бы у тебя проблем в санатории не было.

– Я лучше поеду, – сказала Инга. – Как тут такси вызвать?

– Зачем такси? Поехали, я тебя довезу, – предложил Сергей. Он взял коробку с документами, которые хотел показать Антону, и они вместе с Ингой вышли в теплый июльский вечер.

***

Машина стояла вдоль дороги в квартале от дома. Рядом с домом не припаркуешься: проезжая часть узкая. Сергей и Инга шли по тротуару, освещенному редкими фонарями, между одноэтажными домами и густыми кустами вдоль дороги.

Недалеко от машины их остановили. От темных кустов отделился силуэт человека. Что он тут делает в такое время? Вокруг – частный сектор, магазинов нет. Вышел покурить?

– Закурить есть? – спросил парень.

Это так совпало с мыслями Сергея, что он не заподозрил подвоха.

– Не курю.

Неожиданно что-то мелькнуло, Сергей инстинктивно дернул голову в сторону.

Удар, по идее, должен был сломать нос. Сейчас кулак прошел вскользь, но ощущение было, будто лицо зацепили кувалдой. Выронив коробку, юноша отскочил в сторону. И сразу оказался перед двумя парнями, выскочившими из переулка. Один из них ухватил Сергея за майку и отлетел назад, получив ногой в живот. Его товарищ – широкоплечий лысый бугай стал обходить сбоку. Пока Сергей отбивался от ударов первого нападавшего, лысый подскочил слева и ударом с подножкой сбил Сергея с ног. В глазах, как импульсы электросварки, засверкали вспышки яркого света. Потом наступила темнота с потерей координации и чувством стремительного падения.

***

Сергею никогда не доводилось оказываться в нокауте. Теоретически, должны быть головокружение, тошнота, возможно, частичная потеря памяти.

Амнезия налицо: он не помнил, как встал. Ничего не видно, он стоит, прислонившись к дереву, слушает вой сигнализации своей машины. Сигнализация замолчала. Дважды пикнула, отключаемая брелком на ключах. Снова пикнула, закрывая замки. Кто-то взял Сергея за руку. Он тронул худенькое плечо – Инга. Постепенно начал осознавать, что происходит вокруг. И даже смотреть. Темно, но уже ясно видна в свете фонаря вечерняя улица. Удивительно: голова ясная, не болит, не кружится.

– Где гопники?

– Я ударила по машине. Сработала сигнализация, – объяснила Инга.

– Спасибо! Выручила.

– Как себя чувствуешь?

– Вроде обошлось, голова у меня крепкая, оказывается. Пойдем обратно в дом, умыться надо.

– Пойдем. Держи коробку.

– Спасибо еще раз. Полине только не говори, что я сознание терял.

– Почему?

– Поля скорую вызовет, или заставит в больницу ехать. Пол ночи в приемном отделении, а еще полиция приедет протокол оформлять.

– Ладно, договорились.

***

Закрывая кран, стал, глядя в зеркало, осторожно промакивать лицо. Фу! Глаз почти не открывается, вокруг все припухло. Майка разодрана пополам, лоскут свисает. Рука поцарапана. Вышел из ванной, пошел к девочкам на кухню.

– Да что же это такое! – голос Полины дрожал. – То чуть на машине не убился, теперь это! Что тебе так не везет!?

– Наоборот, фантастически везет. – Сергей постарался придать голосу спокойствие, хотя от запоздалого адреналина сердце колотилось, как отбойный молоток. Улетел в кювет – ни одной царапины. Напали хулиганы – отделался парой синяков.

– Тебе в травмпункт надо ехать, – сказала Поля, прикладывая пакет со льдом к его скуле.

– Это на пол ночи растянется.

– Ничего. А как ты хотел?

Хотел он, конечно, иначе. Сам виноват. Не надо было бросать рукопашку. Вместо рукопашного боя вот уже второй год занимается фехтованием в клубе исторической реконструкции. Только вот не ходят у нас с мечами по улицам.

– Не поеду. Давай выпьем что-нибудь. Алкоголь – универсальное средство для снятия стресса. Есть коньяк у тети?

– Этого еще не хватало! – возмутилась Полина. – Афобазол выпей.

– Ладно. Чай попьем. С анальгином. Все болеть начинает.

– Давайте я чайник поставлю, – предложила Инга, – а Сергей пока переоденется. В санаторий уже поздновато ехать, я у вас переночую, ладно?

– Какой уж теперь санаторий! Ночь на дворе, – ответила Полина.

– Я, чур, первый купаться, – сказал Сергей. – Полина, посмотри пока, может, какую-нибудь одежду Инге дашь переодеться?

– Не переживай, разберемся, – ответила сестра.

Чуть позже, когда Поля в майке, а Инга в шортах и рубашке, сидели за столом, юноша спросил у Инги:

– Ты звонила родителям, предупредила, что не в санатории ночуешь?

– А ты своим родителям звонил, рассказал про сегодняшние приключения?

– Нет. Чего их зря волновать? Потом расскажем, когда вернемся.

– Вот и я также, – зевнула Инга. – Потом расскажу. Когда вернусь.

– Очень поздно уже, – сказала Полина. – Пойдем спать. Я тебе, Сереж, в спальне постелила. А мы с Ингой на диване в зале переночуем. Знаешь, сколько время уже? Поздновато родителям звонить. Хоть нашим, хоть Ингиным. Хотя… У вас там уже утро, наверно? – спросила она у девочки.

– Там время совпадает с московским.

– Ага, – заглянул в смартфон Сергей. – Вот мы тебя и вычислили! Космодром Плесецк, Архангельская область. Время московское!

– Ну, пусть будет Плесецк, – согласилась Инга. – Только я вам ничего такого не говорила.

***

Утром следующего дня девочка с розовыми волосами шла от парка к санаторию «Крепость» и разговаривала по телефону:

– Раньяр, выяснил, кто нападавшие?

– Да. Все определены, – голос бортового искина был, как обычно, приятным и спокойным.

– Каким образом?

– Провел анализ видео с твоего коммуникатора, обработал изображения нападавших и воспользовался местной нейросетью FaceN. Она идентифицировала личности всех троих. Благодаря фотографиям из соц сетей. Один – местный горожанин, работает каменщиком в строительной фирме. Двое других – жители Пятигорска, студенты. Между собой он-лайн контактов не имели. Связь между ними не выявлена.

– Собери досье на каждого. Изучи информацию их с телефонов и компьютеров. Веди мониторинг этих устройств. У них должно быть что-то общее. Поищи общих друзей, знакомых. Родственников. Изучи их запросы в сети. Отследи их реакцию на события вчерашнего вечера.

– Принято, – ответил искин. – Насколько сильному воздействию они подверглись?

– Средней степени. Подсознание подскажет им понятный сценарий событий. Вспышки света отнесут к миганию автомобильной сигнализации. Приступ паники они, возможно, интерпретируют как страх появления патруля.

– Как себя чувствует твой приятель?

– Нормально. Его накрыло первой волной от универсального блока. Было кратковременное отключение сознания. Он воспринял это как сотрясение мозга из-за нокаута.

Девочка взбежала по ступенькам в санаторий и взглянула в свой процедурный лист: ванны, массажи, душ Шарко, физиотерапия. Прописанное для поднятия иммунитета УФО категорически не подходит. Надо было сразу объяснить, что «бледной незагорелой девочке» избыток ультрафиолета противопоказан. Зато подводный душ-массаж– это здорово.

А в фитобаре – отличные фрэши и кислородный коктейль!

***

– Такой танк на Западе стоит миллион! Долларов! Эти олени везли его на грузовике. Даже брезентом не прикрыли! – Антон хихикал, это плохо сочеталось с внешностью высокого двадцатипятилетнего блондина. Однако Полина не сводила с него глаз.

«И что девушки в нем находят?» – раздраженно думал Сергей, глядя на молодого искусствоведа, своего приятеля по клубу реконструкторов.

Не имея никакого отношения к университету, он непременно оказывался на студенческих вечеринках, и всегда находил там себе очередную подружку.

Антон, Сергей и Полина сидели на открытой террасе кафе и ели пирожные.

Легкий ветерок покачивал край тента над столиком.

– Ты, как шпион. В темных очках, – усмехнуся Антон. – Ну-ка покажи синяк.

Сергей снял очки, скрывающие отек вокруг глаза, и зажмурился от яркого летнего солнца.

– Хорошо отхватил! – хохотнул приятель. – А я ведь предлагал за тобой заехать!

– Ничего, до свадьбы заживет. – Сергей одел очки обратно. – И что танк? Далеко увезли?

– До первого поста. Гаишникам сказали, что это трактор! – снова захихикал Антон. – А там из башни ствол пушки и пулеметы торчат! Дебилы! Теперь, чтоб теперь у ростовских ментов танк забрать, серьезным людям придется напрячься.

– Так им и отдали, – усомнился Сергей.

– Куда они денутся? Это ж Ростов! Кому надо, роют курганы экскаваторами. Юг России – Древний котел цивилизаций. Эльдорадо для копарей! Они свои находки открыто выкладывают в интернете.

– Да ну? – деланно удивился Сергей.

– Ну да. Зайди на сайт «Мешочек». Поинтересуйся, кто торгует аланскими и скифскими украшениями.

– Золотыми? – прошептала Полина. До сих пор она не решалась встрять в разговор. «Фальшимыми» – подумал Сергей, но промолчал.

– Бронзовыми, – ответил Антон. – Золота много находят, но оно в основном за кордон идет. Там ценится золото скифское, греческое. А здесь, если нет выхода на коллекционеров, ничего не заработаешь.

– Почему? – не поняла Поля.

– Человек перелопачивает массу земли, трудится, рискует. Наконец, найдет маленькую бляшку и получит за нее пять тысяч рублей, не больше.

– Лучше индийским новоделом торговать, – иронично вставил Сергей.

В прошлом году Антон, вернувшийся из поездки по Индии, предложил ему купить что-нибудь из «средневековой индийской бронзы», купленной там якобы в антикварной лавке. Сергей грамотно изложил молодому искусствоведу нестыковки его истории. После этого Антон предложил вместе «впаривать лохам побрякушки».

– Ага. Зря ты тогда отказался. Сувениры индийские ушли «на ура». Не буду же я с лопатой могилы рыть? – скривился собеседник. – Мне нормальные деньги хочется зарабатывать. И тебе, Сергей, о будущем надо думать.

– Что тебя смущает в моем будущем?

– Это ты поймешь потом, – важно заявил Антон. – Когда вас выпустят из универа. Как щенков из вольера. – Антон хихикнул от собственной шутки. – В реальную жизнь. А миски с кашей вам там не будет. Потому, что историк – не профессия!

Сергей мысленно очередной раз пожалел, что решил встретиться с этим высокомерным индюком. Показывать ему немецкие бумаги абсолютно расхотелось.

– Можно преподавать, – сказал Сергей. – Можно работать в музее, в архиве.

– Без связей дальше учителя не пробьешься. У-чи-тель. Все! Перспектив нет! У меня знакомый работает учителем. Не берут больше никуда.

– Что-то в последнее время все обеспокоены моим трудоустройством, – усмехнулся Сергей.

– Конечно. Талантливый парень, а будешь прозябать.

– Ну и ладно. «Нет дороги – иди в педагоги». Учитель – тоже профессия, – пожал плечами Сергей.

– Иди. Только почему-то в наше время историки работают хоть кем, только не историками: таксистами, продавцами, каменщиками на стройке.

– А ты сам, где работаешь? – спросила Полина.

– Где деньги есть, там и работаю. А где их нет, там и меня нет. – Антон сделал эффектную паузу. – Занимаюсь антиквариатом.

– Ты же говорил, что на выкопанных бляшках много не заработаешь? – спросила Полина.

– Это, если мелочевка. Чтобы продать что-то ценное, нужны выходы на коллекционеров. Нужны специалисты, чтобы оценить вещь. Открыть ее реальную ценность. Вот ты – будущая художница. Знаешь, что иконы раньше покрывали новыми слоями краски поверх старой? Можно раскрыть наслоения до изначального слоя. Недавно мужик продавал икону 19 века. Знакомые реставраторы рискнули смывать слои и дошли до 14 века! Продали перекупщикам за двести тысяч рублей. Говорят, потом те перепродали за миллион. Потом дошло до пятнадцати миллионов рублей! А если б мужик сразу выставил доску хотя бы за миллион, его б сейчас и в живых не было.

Тут нужны грамотные люди, чтобы оценить, вовремя подсказать, вывести на клиентов.

– Так ты картинами занимаешься? – у Поли заблестели глаза.

– Я всем занимаюсь. Картинами тоже. И любыми предметами искусства, вещами старинными. Но сейчас тренд – вторая мировая. У вас что там имеется? Показывайте.

Антон уныло посмотрел на протянутые Сергеем листы с машинописным текстом на немецком языке. – Я не понимаю, что тут написано. Это и все?

– А что тебе еще нужно? Наградные кортики люфтваффе с редкими клеймами?

– Да. У тебя есть? Оружие, награды, перстни, дневники?

– Есть! – Сергей вынул несколько листков копировальной бумаги фирмы «Элефант».

– Эта мелочевка, – скривился Антон, посмотрев листки, – на много не потянет. Предметы там были?

– Что? – не понял Сергей.

– Вещи какие-нибудь. Личные дневники, значки, украшения. Кулоны, альбомы, например.

– Я же говорил, – удивился Сергей. – Документы времен войны. Думал, ты, может, что-то знаешь по этой теме. Время немецкой оккупации Кавказа.

– Нет, я искусствовед. История – смежная область. А меня вещи интересуют. В первую очередь интересуют произведения искусства.

– А я тоже больше искусством интересуюсь. Хочу поступать в художку, – вставила Полина.

– Художник – тоже тупиковый выбор, – отрезал Антон. – В наше время – бесперспективно. У нас каждый год из училищ и академий выпускается целая толпа молодых художников. Некоторые даже неплохо рисуют. Только спроса на современные картины нет. Работать негде и некем.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.