– Ему нездоровится, – солгал Оливьер. – Он переместился на юг королевства, чтобы отдохнуть от повседневной суеты.
– Вот как, – не поверила ведьма.
– Пойдёмте, – демон открыл яшмовую дверь. – Вижу, путь вас утомил. Добро пожаловать в мой родовой замок Самаль-мор-Тэль.
Путники прошли в просторный холл. К высоким потолкам тянулись столбы застывшей лавы. Стены из драгоценных камней украшали картины в форме черепов. Изображения на них менялись по велению магии. Ковры с вышитыми гиенами перемещались по полу и складывались как фрагменты мозаики. Красный туман лился из окон, внушая страх.
Агатовая лестница вела на верхние этажи. По обе стороны от неё находились мраморные столики с вазами, вместо цветов в них торчали перья феникса. Они горели ярче любого пламени. Над ними вился дым в форме пентаграммы пятиконечной звезды.
На втором этаже висели перевёрнутые изображения русалок, гномов, саламандр и сильфов в знак протеста против официальной религии, угнетающей демонов. Чёрным пламенем горели люстры. На стенах серебрились осколки зеркал. По углам стояли чучела козлов и свиней. Пол светился красными узорами в виде обнажённых демонов и людей, искушённых ими. Багровые флаги с изображением скалящейся гиены развевались в руках марширующих стражей-скелетов.
– Богато, – огляделась леди Мейрак. – Мой замок похож на ваш. Только мы, Мейраки, предпочитаем золото для оформления комнат и не злоупотребляем колдовскими атрибутами. Хотя, должна признать, вкус у вас хороший.
– Польщён, – оскалился наподобие улыбки Оливьер Эдасмор. – Полагаю, вам пора отдохнуть… Я читал на досуге, что жителям Верхнего мира нужен сон. Подданные проводят вас в опочивальни.
– Благодарю, – поклонилась ведьма.
Из жёлтых вспышек появились пузатые вислоухие тролли и проводили путников в гостевые покои. Астрид и Беатриса расположились в красных апартаментах, стражники – в чёрных. Отдохнув, они спустились на первый этаж.
По альтаирским часам настало утро, однако за окном царила темнота, освещаемая вспышками вулканов. Ветер перегонял песок с места на место, и он поблёскивал, оседая у берегов лавовых рек.
В комнате для трапез были накрыты столы. Блюда из насекомых парили, освещаемые подсвечниками. Цвет стен менялся с ярко-красного на оранжевый. Белая дымка в виде портрета братьев Эдасморов витала над камином.
Оливьер ел фиолетовую икру кита, обитающего в реках лавы. Его красные волосы расчёсывал волшебный гребень. Белый камзол поправляли бесы с мордами ежей и телами осьминогов. Заметив в холле гостей, демон сцепил пальцы в замок и неторопливо произнёс:
– Добро утро. Кажется, так приветствуют друг друга в Верхнем мире?
– Вы правы, – подошла к стулу Беатриса. – Позволите?
– Располагайтесь, – съел тонкий жареный картофель Оливьер. – Вы отдохнули?
– От гиен? – саркастично вопрошала леди Мейрак. – Без них лучше. Спасибо.
– Астрид, – с укором посмотрела на неё ведьма. – Мы в гостях… Лорд Эдасмор, вы очень любезны. Уверена, король позволит вам подняться в Верхний мир и погостить в замке моей матери. Я бы хотела отблагодарить вас за гостеприимство.
– Нас чуть не съели гиены, – шикнула Астрид. – Какое гостеприимство? Он обязан был пустить нас. Я ведь невеста Вальтэриана!
– Приношу извинения, леди, – хмыкнул демон. – Понимаю, вас сильно смутил инцидент у стен Самаль-мор-Тэля. Торжество, устроенное в вашу честь, исправит плохое впечатление о моём дворе?
Оливьер говорил вежливо, хотя ему не хотелось распинаться перед правительницей людей. Он старался понравиться ей только из страха перед Вальтэрианом.
– Исправит, – самолюбие Астрид было польщено, и она расплылась в улыбке. – На празднике представьте меня подданным как будущую королеву.
– Разумеется, – скрипнул зубами демон.
– Не обязательно устраивать торжество, – вмешалась Беатриса, понимая, что встреча с родовитыми демонами может закончиться плохо. – У нас на него нет времени. Мы должны принести королю сердце тьмы. Верно, Астрид?
Леди Мейрак не успела ответить. К Оливьеру подлетел стражник в оранжевых доспехах и шепнул: «Лорд Люцэр Соргас желает аудиенции». Демон попросил гостей продолжать трапезу и удалился в кабинет.
В раскидистом чёрном кресле его ожидал отец Аваддона. Он нервно курил трубку, похожую на лампу джинна, и пускал через нос синий дым. От него застёжка в форме скорпиона на золотом плаще темнела и сливалась с мрачным взором лорда Соргаса.
– Сосед, у тебя что-то случилось? – достал из шкафа виски Оливьер.
– Его Величество приказал помешать леди Мейрак выполнить четвёртое задание, – поведал Люцэр. – Я в долгу у него. Отделаться не получится.
– Значит, он действительно боится свадьбы, – разлил коньяк по стопкам лорд Эдасмор.
– Очевидно, – выпил предложенный напиток лорд Соргас. – Вальтэриан предпочитает забавляться, убивая невест, не справившихся с заданиями. Ему нравится видеть отчаяние в их глазах. Они ведь мнили себя достойными трона. Верили, что всё им по плечу. Король рад наказать их за самонадеянность и унять кровожадность. Он сильнейший чародей. Многое может себе позволить. Но Беатриса тоже не слабая. Она вступилась за Астрид и испортила ему игру. Ты поможешь обезвредить её и стражников?
– С чего вдруг? – Оливьер иронично изогнул бровь.
– Я старше тебя и вдвое сильнее, – прошипел Люцэр. – Демоны меня чтят и боятся. А ты лишь тень брата. У тебя нет настоящей власти. Если не хочешь потерять жизнь, выполни мою волю.
– Ты не способен навредить мне, – ухмыльнулся лорд Эдасмор.
– Я могу донести Вальтэриану, что ты со Сталием замышляешь свергнуть его, – пригрозил лорд Соргас.
– Твой сынок тоже не безгрешен, – усмехнулся Оливьер. – Он пытался свергнуть Вальтэриана.
– Аваддон предан королю и раскаивается в содеянном.
– Смутно верится.
– Он пообещал лично убить Астрид Мейрак. Мы должны проследить, чтобы ведьма и стражники ему не помешали.
– Ладно. Помогу тебе. Иначе наш «любимый» король сочтёт, что мы ни на что не способны и явится сюда, чтобы вредить невесте. А мне спокойнее без него.
– Нам всем… До завтра, Оливьер. Готовься.
– Выпить энергию магов я всегда готов.
Люцэр исчез. Его собеседник схватил бутылку коньяка и залпом выпил. Демоническая сила помешала ему опьянеть. Оливьер выругался и завалился в кресло. Стопки коньяка скатились со стола на пол. Демон взъерошил красные волосы. Хотелось напиться и забыть о переживаниях.
Глава 6
Истинный мессия
По дороге к обители Кастор, Ликея, Коготь и Клык не напоминали Шератану о надписи на лбу. Говорили редко и только на отвлечённые темы. Но всякий раз, когда дул ветер и чёлка собрата поднималась, оголяя постыдную надпись, они невольно смотрели на неё. Проповедник сгорал от стыда и злости.
Навьяны дошли до обители быстрее, чем до Тайлоса. Им хотелось отдохнуть друг от друг и нагнетающей обстановки. Навьяны разошлись, как только врата за ними закрылись.
Шератан побрёл по двору, бесцельно глядя на клумбы. Навьяны, которых он встречал, оборачивались и шептали «предатель». Проповеднику казалось, будто они узнали его секрет и теперь презирают. Он пробегал мимо, опустив взгляд в траву. Колокольный звон осуждающе гремел ему вслед.
К началу послеобеденной молитвы Шератан зашёл в обитель. Собратья не выдержали и стали наперебой расспрашивать, как появилась надпись у него на лбу и почему он отдал жезл Четырёх Стихий Кастору.
Проповедник покраснел. От напряжения вены выступили на его лице. Голова загудела. Кровь застучала в висках, разгоняя ярость. Шератан одёрнул мантию, мокрую от пота, и глубоко вдохнул. Он старался сдерживать эмоции, напоминая себе, что навьяну не подобает ругаться. Молчал, подобно быку, яростно вдыхая воздух, полный благовоний.
– Братья и сёстры, разойдитесь, – прозвучала спокойная просьба Кастора.
– Что с Шератаном? – не унимались младшие жрецы.
– Духи Тайлоса навредили ему, – попытался объяснить Высший жрец, вспоминая сбивчивые слова проповедника. – Более мне не известно. Я и брат Шератан устали после испытания. Позвольте нам отдохнуть и не утруждайте себя вопросами, ответы на которые не приблизят вас к Создателю и не откроют тайны бытия.
Младшие жрецы отошли и принялись молиться. Шератан с удивлением взглянул на Кастора. Он убедился: служители культа Нави видят в Высшем жреце не просто собрата, а чудотворца, Создателя в обличье человека.
– Спасибо, – выдавил из себя проповедник, стремясь поскорее уйти.
– Что бы ни произошло в Тайлосе, ты не должен винить себя, – прошептал Высший жрец, вспомнив, как в пьяном угаре изнасиловал девушку. – Я тоже грешил… Вина не помогает исправить ошибку. Она подруга гордыни. Помни, всё по воле Создателя. Не думай, что от тебя многое зависит. Любую ошибку можно исправить. Я сломал одну жизнь и подарил жизни тысячам. Раскайся, и Создатель поможет. Тебе ли не знать?
– Мне, – пробасил Шератан и побрёл в библиотеку.
Кастор огорчённо посмотрел на его сгорбленную спину. Он недолюбливал проповедника, но чувствовал ответственность за каждого навьяна.
Жалость неприятеля распаляла Шератана. Перелистывая страницы древних трактатов, он мечтал разорвать их. Глаза слезились, не давая сосредоточиться. Младшие жрецы выглядывали из-за книжных шкафов. На лицах их читалось любопытство. Проповедник хмурился, демонстрируя заинтересованность книгой. Боялся, что собратья вновь пристанут с расспросами.
За соседним столом болтали два новообращённых навьяна. Молодые, белокожие, с пшенично-жёлтыми волосами – обычные представители расы людей. Вначале они обсуждали религию и Создателя. Под конец заговорили о Касторе Хэдусхэдле.
– Высший жрец – величайший чародей, – произнёс с уважением один из них. – Непонятно, почему он не спас жителей полузаброшенной деревеньки?
– Как её название? – поинтересовался собеседник. – В «Тихих сопках» он каждому помог. Ещё где-то девушку вылечил.
– Название деревеньки я не помню. Жили в ней старики да старухи. Кастор похвалялся, что уничтожил монстра, который их пожирал. Однако убийства не прекратились. Мужики из соседних деревень собрались, опасаясь, что монстр до них доберётся, и изловили его. Хочешь знать, кем монстр оказался? Не демоном, как заверял Высший жрец, а обычным нахцерером!
– Нахцерером? Вот не подумал бы, что это жалкое подобие вампира способно магов разрывать! Постой… Они, вроде, себя поедают в могиле и болезнями на расстоянии заражают. Зачем им на людей нападать?
– В могилах прятаться небезопасно стало. По кладбищам отряды стражей ходят. Если слышат чавкающие звуки, нахцереров выкапывают, головы им отрубают, а потом в котле варят, чтобы они болезни по свету не распространяли.
– Почему нахцерер постоянно наведывался в одну и ту же деревушку?
– Возможно, он когда-то жил в ней. Покойники превращаются в нахцереров, когда их хоронят без савана. Некоторые вылазят из могил и мстят близким за оплошность, мешающую уйти к предкам. Видно, нахцерер, убивавший стариков и старух, обижался на них.
– Сглупил Кастор. С каким-то демоном боролся. А нужно было лишь по кладбищу пройтись и недовампиру голову отрубить.
– Зато он другим помог. От кориалы исцелил, напоив водой заговорённой.
Разговор навьянов закончился. Лицо Шератана просветлело. Он сделал вывод, что слава Кастора построена на лжи, в которой тот убедил себя и других. Вера проповедника, что мессия лишь надменный мальчишка, окрепла. Он пожелал стать Высшим жрецом вместо него.
Шератан захлопнул книгу и пошёл в покои Кастора, намереваясь убедиться в правильности подозрений. Высший жрец сидел на полу и молился. Проповедник не стал ждать, пока Кастор закончит. Он нетерпеливо кашлянул, привлекая внимание.
– Я услышал занятную историю, – издалека начал Шератан. – В ней говорилось про святого, избавившего стариков и старух от ужасного монстра. Что там монстра? Настоящего демона! Не подскажешь имя чудотворца?
– Это я, – ответил Высший жрец. Горделивая улыбка засияла на его губах.
– После твоего ухода жителей деревеньки перебили, – следил за реакцией собеседника проповедник. – Угадай, кто? Нет. Не всесильный демон, а нахцерер, низший из порождений тьмы.
– Невозможно, – на вдохе проговорил Кастор.
– Полагаю, в «Тихих сопках» ты тоже не сотворил чуда? – продолжал Шератан. – Наверняка вода, которую пили больные, обладала целебными свойствами.
– Я читал над ней молитву! – возмутился Высший жрец.
– Из какой реки брал воду? – допрашивал проповедник, надеясь удостовериться в его ничтожестве.
– Из притока Духра, – буркнул Кастор.
– Духр – священная река, – ухмыльнулся Шератан. – Не мудрено, что больные выздоровели. Ты, юродивый наш, к этому не имеешь отношения.
– Создатель показал мне, где взять воду волшебную, – спокойно возразил Высший жрец. – Мне, не другому жителю Сноуколда. Стало быть, я причастен к исцелению.
– Твоё самомнение погубило жителей старой деревушки, – наступал проповедник.
– Жаль, что старики и старухи умерли, – вздохнул Кастор. – Мне казалось, будто я одолел их врага, злую демоницу. Может, я с ней сражался во сне? Демоны способны по-разному воздействовать на наше сознание.
– То есть, пока все гибли, ты в голове с демонами сражался? – ухмыльнулся Шератан.
– Возможно, – уклончиво ответил Высший жрец. – Я сделал всё, чтобы помочь жителям. Я не виноват, что сила нечистая морок навела.
– Какой ты мессия после этого? – закричал проповедник.
– Расспросы твои пугают меня, брат, – подошёл ближе Кастор. – Что тревожит тебя? Неужели завидуешь мне?
– Как смеешь обвинять меня в ужасном грехе? – вспылил Шератан.
– Прости, – сказал Высший жрец.
– Признайся, что не избранный! – рявкнул проповедник. – Ты – самонадеянный юнец! Я достоин править обителью. У меня больше знаний и опыта. Я защищал веру, когда ты в колыбели спал.
– Гааврил передал мне право управлять обителью, – напомнил Кастор. – Зачем перечить его воле?
– Он верил, что пророчество о мессии по имени Кастор связано с тобой! – театрально сокрушался Шератан. – Гааврил ошибался, поэтому назначил тебя преемником. Настоящий мессия спасает от зла, а не во сне сражается с ним! Он не уходит от собратьев в поиске лучшей доли! Не сомневается в религии!
– Время пройдёт, Создатель покажет, достоин я зваться мессией или нет, – произнёс Высший жрец. – Я не искал лучшей доли, не предавал вас с Даниэлем! Я искал знание, способное спасти мир от зла, которое распространяется быстрее, чем чуму разносит ветер.
– Красиво брешешь, – отметил проповедник, скрываясь за дверью.
Кастор вернулся к молитве. Он не сердился на собрата, помня, как Даниэль и Гааврил снисходительно смотрели на грешников.
Шератан захотел доказать, что Высший жрец не мессия. Он пересмотрел все книги в библиотеке. Но не нашёл опровержение пророчеству о мессии. Проповедник огорчился и решил схитрить. Он отправился в ближайшую к обители деревню. Нашёл девятилетнего мальчика-сироту, накормил и забрал в обитель. На утренней молитве объявил, что ребёнок – мессия.
– Не говори ерунды, – ощетинился Кастор, захлопнув молитвенник.
– Вартан, – обратился к мальчику Шератан. – Покажись собратьям!
Мальчик покружился, не понимая, как реагировать. Кудрявые волосы цвета пшеницы растрепались на его голове. Рубаха, скрывающая белое тело, оголила тощие ноги. Вартан стыдливо опустил фиолетовые глаза. Он не мнил себя избранным, хотел лишь получить кров и еду.
