– Ты меня утомил, Юдин. Разве мужчинам не запрещено находиться в женской раздевалке?
– Точно так же, как и женщинам в мужском туалете, – уверен, что она даже не понимает, о чем я говорю, но уколоть стерву считаю необходимым.
– Что? – щурится Коваль и завязывает волосы на затылке.
– Ничего. Чтобы в следующий раз думала своей бестолковой головой и не лезла без меня в бассейн. Ты меня поняла?
Алиса закидывает рюкзак на одно плечо, хватает мотоциклетный шлем и пинает ногой дверцу шкафчика.
Дрянная девчонка.
Подходит ко мне и задирает голову:
– Следующего раза не будет. Я больше не приду, – пихает меня в сторону и выдергивает из моих рук свой шлепанец. – Отдай. Не твой размер, Юдин.
Точно. Коваль в целом не мой размер. И я это понимаю, но из меня не вышел бы успешный спортсмен и тренер, если бы я не умел бороться. Я с детства привык не сдаваться, а значит попробую.
Но дьяволица оказывается упрямее, чем я ожидаю: она не приходит ни на следующее занятие, ни через неделю.
Я писал ей сообщения, а вчера проглотил свою гордость и позвонил Алисе. Мои сообщения и звонок остались не отвеченными. Стоит признать, что во время ожидания, находясь в бассейне, я дергался от каждого шороха. Я ждал Алису. Как чертов сталкер я выжидал субботний влог и пас ее в соцсетях, где она тоже всю неделю не появлялась. И только сегодня, в пятничный вечер, история в профиле Мото-лисы подсказала, где мне искать пропажу. Я отключил мозги, иначе, если бы я думал, хрен бы я оказался у какого-то сомнительного гаража на первом этаже и с жилыми окнами на втором.
Из распахнутых железных ворот доносится музыка и, если бы я точно не знал, что здесь тусуются байкеры, решил, что попал на попсовую вечеринку. Знакомая популярная музыка не вяжется с этими серьезными ребятами.
Я не прячусь и уверенно появляюсь в открытых дверях. В нос ударяет специфический запах: жженой резины и мастерской. Волнение лёгкими волнами окатывает мое тело, но я не думаю, что оно связано с тем, что эти ребята кажутся опасными. Оно связано с понимаем, что, возможно, мне посчастливиться встретиться с Коваль.
Когда я вхожу, улавливаю и другие запахи: сигарет, пота и сладкого дыма. Здесь не менее двадцати человек разного возраста. Они галдят и смеются. Но ее смех я вычленяю из десятка других. Он необычный. Такой, который ты с легкостью подхватываешь. Да и вообще, я никогда не считал Алису обычной. Может, поэтому я смотрю на нее, сидящей рядом с белобрысым бритоголовым парнем в обнимку и понимаю, что ревную. Ревную девушку, не принадлежащую мне.
Они поочередно курят кальян и выдыхают дым друг другу в лицо. Я его помню: часто мелькает в ее субботних влогах и, кажется, она называет его Саня. То, что они близки подтверждает расслабленность их поз и взаимные переглядывания, которыми они делятся между собой. На меня Алиса так не смотрит. На меня она смотрит как на говно, случайно прилипшее к её подошве фирменных кроссовок.
Белобрысый парень что-то шепчет ей на ухо, отчего Коваль задирает голову и начинает звонко смеяться. Бритый улыбается и смотрит на ясное лицо, а я ревную еще больше. Тоню я тоже ревновал, хотя она никогда не давала мне повода. Сейчас я ревную чужую девушку, которая среди двадцати человек является одной единственной особью женского пола.
На что я рассчитывал, когда сюда притащился?
Она замечает меня, и улыбка сползает с ее губ.
Замечает меня и этот чертов Саня.
Коваль наклоняется к нему, что-то говорит и передает курительную трубку. Пока она пробирается через сидящих, мое присутствие замечают многие. Сложив ладони в передние карманы джинсов, дожидаюсь Алису. С каждым метром ее приближения мой пульс ускоряется, а это означает, что те волнения, которые я ощущаю рядом с ней, мне не кажутся.
– Что ты здесь делаешь? – Алиса складывает руки на груди. К моему удивлению, она не испепеляет меня желчью. Она искренне удивлена.
Мои глаза с удовольствием шарят по гибкому телу, а член приветственно дергается. Мы скучали с ним оба.
На Алисе короткие джинсовые рваные шорты и высокие мотоциклетные ботинки. Яркая желтая футболка завязана на животе крупным узлом и открывает умопомрачительный вид на ее кожу. Здесь тусклое освещение, но я все равно замечаю, что она смуглее чем, когда я видел и трогал ее в последний раз.
– Привет, – вытаскиваю руки из карманов и зеркалю ее, складывая на груди.
– Как ты меня нашел?
– Тебя не было на занятиях.
– Повторяю. Что ты здесь делаешь?
– Я тебе писал и звонил.
Алиса сбрасывает руки, и расслабленное лицо приобретает вид, с которым она обычно общается со мной. То есть с ненавистью.
– Юдин, я тебе отчетливо сказала, что ходить больше не буду, – она пытается кричать шепотом и оборачивается назад.
– Сдалась? Смелая и дерзкая Алиса Коваль так быстро сдалась? – усмехаюсь я. – Интересно, а они знают? – киваю на присутствующих за ее спиной.
– Заткнись, Юдин, – шипит Алиса, стягивая губы в тонкую нитку.
Она вновь оборачивается и пытается понять, услышал ли меня кто-нибудь. Мне удалось найти твое слабое место, лисица? Отлично.
– Значит, не знают… – довольно протягиваю я. – Мото-лиса оказалась не такой отважной, ммм? – выгибаю бровь.
– Проваливай отсюда, – с яростью толкает меня в грудь, и я оступаюсь назад. Периферийным зрением замечаю, как подскакивает белобрысый. – Мото-Лиса идеальна. Просто ей достался похотливый тренер. И к тому же неопытный.
Мы смотрим друг на друга, как два быка на корриде. Но дело в том, что мне не обидно слышать эти слова от нее. Я по жизни необидчивый человек. Но конкретно сейчас внутри меня бушует противостояние между «послать ее на хрен» или «продолжить изводить себя дальше».
– Алиса, проблемы? – рядом с нами возникает бритый. Его заинтересованный на мне взгляд я выдерживаю прямо.
– Нет, Сань, я разберусь, – оборачивается к нему Коваль.
– Познакомишь? – но Саня не отваливает, и почему-то в нем я не вижу угрозы в виде соперника.
– Андрей, – протягиваю руку первым, не давая заразе придумать для меня роль, после которой я буду выглядеть полным придурком. – Тренер Алисы по плаванию.
Коваль закатывает глаза и вздыхает:
– Бывший, – добавляет она.
– Саня, – в ответ пожимает мою. Его ладонь очень грубая и шершавая. Этот парень, очевидно, очень много работает руками. – Друг Алисы. Настоящий.
Бритый улыбается, и я не могу усмехнуться ему в ответ.
Значит, друг.
– Не понял, – вдруг осекается Саня. – А почему бывший-то? – обращается к Коваль.
– Сань, иди, а. Мы разберемся.
– Она бросила занятия, – не упускаю возможности нажаловаться приятелю, скорее всего имеющего некое влияние на безбашенную Коваль.
– Алис, это правда?
– О, черт, – всплёскивает руками зараза. – Вы теперь вдвоем мне будете выедать мозг? Саш, иди, пожалуйста. А ты, – тычет в меня пальцем, – пойдем, выйдем на секунду.
Что? У меня намечаются разборки? Как в добрые школьные времена. В груди приятно подпрыгивает и я, махнув Сане рукой, выхожу в летний теплый вечер, подсвеченный яркими звездами.
Глава 13. Алиса
Смотрю ему в спину.
Он такой крупный, а ступает бесшумно и мягко. Под моими же ногами скрипят мелкие камешки с песком.
Слева у соседского гаража, заросшего густой высокой травой, стрекочут громкие цикады, а через дорогу в камышах перекрикиваются лягушки.
Юдин сегодня в светлых джинсах, которые удачно облепили его зад, и в синей футболке. Я давно заметила, что он не заморачивается с выбором одежды, но этот пофигистский стиль ему удивительно подходит.
Не дойдя до фонарного столба пару метров, Андрей останавливается и оборачивается ко мне. Складывает руки на груди, отчего мышцы на предплечье напрягаются и цепляют мое внимание. Я знаю, какие они твердые на ощупь, но принципиально гоню из головы мысли о том, что между принятием душа и сном я думала о наглом медведе.
Всё остальное время я старалась вытравить воспоминания о том вечере, прозябая целыми днями на шезлонге под палящим солнцем. И спасибо отцу, в нашем доме нет бассейна, поэтому мне легко удалось абстрагироваться на неделю от всех, в том числе пропасть из соцсетей и потеряться даже для Сани.
Когда я была маленькой, со стрессом мне помогало справляться полное одиночество. Первый раз об этом я узнала в двенадцать лет, когда потеряла маму. После совершеннолетия отстранённость я заменила сексом и скоростью, которые стали моей постоянной зависимостью. Я считала, что в этой жизни меня больше ничто не сможет напугать, но тот вечер разрушил мои стойкие уверования. Не помню, про какой инструктаж говорил Юдин, но на первом занятии я делала всё, что угодно, кроме попыток вникнуть в то, о чем толковал ненавистный тренер.
Я хотела над ним подшутить, притвориться, что тону, и повеселиться. Но сама не поняла, когда мои шутливые барахтанья вышли из-под контроля, и всё стало происходить на самом деле. Это как в страшном сне: вроде ты участник происходящего, но смотришь на себя будто со стороны и знаешь, что в любой момент сможешь проснуться, и ничего плохого с тобой не будет.
И так было тогда: я жива и видела себя, только проснуться никак не получалось, как бы не старалась. И мне было не страшно. Я просто пыталась выжить инстинктивно, на генетическом уровне, заложенном природой.
А когда всё закончилось, пришел он – всепоглощающий ужас…
Я не собиралась трах…ся с Юдиным. Мне просто нужно было забыться. И да, он, черт возьми, прав, когда сказал, что я хотела им воспользоваться как антистрессом, но тогда какого дьявола он меня не остановил?
Да потому что Юдин такой же похотливый мудак, как все мужики в этой жизни.
– Ну, говори. Я весь внимание, – смотрит на меня сверху вниз. – Ты, наверное, хотела лично меня отблагодарить за спасение? – наклоняется близко к лицу, задевая горячим шепотом. Его слова – чистой воды сарказм, но меня они колют острой иглой – я действительно этого не сделала.
– Я… – стискиваю крепко кулаки и запинаюсь. Черт. Я не могу выдавить из себя благодарственных слов. Вот такая сука Алиса Коваль.
– Что? – наигранно прикладывает руку к уху. – Не расслышал. Что ты говоришь? Я преблагодарна вам, Андрей Валерьевич? – кланяется придурок. Он издевается? – Если бы не вы, то сейчас бы мои дружки не в гараже кальяном баловались, а на поминках моих страдали.
Смотрим друг другу в глаза. Это не смешно. И я понимаю, что чертов медведь прав. Но…
– И что, теперь будешь считать себя героем? – раздраженно бросаю я.
– Это вряд ли. Скорее еретиком, – усмехается он. Я непонимающе морщу лоб. – За то, что спас ведьму, – поясняет.
– Очень смешно, – фыркаю я. Юморист недоделанный.
Молчим.
Стрекот кузнечиков заглушает наше дыхание. Я смотрю куда угодно, только не на него, а он смотрит на меня.
– Значит, благодарностей я сегодня не услышу. Тогда, как на счет извинений?
Поворачиваюсь к нему ошарашенно.
– Каких извинений?
– За слова в бассейне и раздевалке, – отвечает.
– Не много ли хочешь, Юдин? – хмыкаю. – Мне извиняться перед тобой не за что.
– Понял. Тогда зачем мы здесь?
– Ты первый приперся, – злюсь я.
– Я твой тренер. И я пришел тебя вразумить. Не нужно бросать занятия.
– Вразумить? – вспахиваю. – Что ты не несешь? Юдин, ты реально считаешь, что после того, что произошло, мы сможем продолжать заниматься?
– А что произошло? – вскидывает брови.
– Ты ко мне приставал.
– Я? Это ты меня чуть не изнасиловала! Я перепугался до…
– До стоячего состояния? – перебиваю его.
– Ну знаешь, когда в твоих трусах орудует женская рука, сложно оставаться равнодушным.
Ну конечно, кобель он и в Гондурасе кобель.
И снова это молчание.
Только теперь я смотрю на упрямый подбородок, который Юдин демонстрирует мне задранной кверху головой.
– Летний треугольник, – мечтательно произносит медведь.
– Что? – не понимаю я.
– Смотри, – он наклоняется ко мне и указывает правой рукой куда-то в небо. – Вон, Альтаир, – я поднимаю голову и замираю, – там Вега, а это Денеб. Они образуют треугольник, видишь?
Вижу. Мириады сверкающих россыпей звезд на темном своде. У меня захватывает дух. Почему я не делала этого раньше?
Невероятно! Столько ночных светил и так близко, что кажется, если привстать на носочки, можно сорвать одну звездочку. А если помахать рукой в разные стороны, то все эти блестки перемешаются между собой и образуют тысячи новых созвездий.
– Не вижу, – вредничаю я. – Мне это не интересно. Ладно, Юдин, тебе пора и хочу попросить, чтобы ты…
– Хочешь кофе?
– Что? Ты в своем уме? – о чем он думает? Что в его голове?
– Понял, – поднимает руки ладонями вперед. – Ухожу.
Андрей разворачивается на пятках, опускает руки в карманы джинсов и уходит вдоль обочины дороги. Я смотрю ему в след. Выглядываю в даль, ищу его огромную тачку. И не нахожу.
Мужская фигура, никуда не сворачивая, медленной поступью удаляется от меня с каждым шагом.
За спиной взрываются хохотом голоса. Оборачиваюсь и смотрю на свет, исходящий из гаража. Потом поворачиваюсь обратно и впиваюсь в удаляющуюся спину.
– Да что б тебя, Юдин, – топаю ногой и сжимаю кулаки.
Бегу в гараж, хватаю шлем, ключи и щелкаю на поясе бананкой.
– Алис, ты куда? – ко мне подлетает Саня.
– Одного звездочета проводить, – злюсь я.
– А-а-а… – понимающе протягивает Малеев. – Не ешь его, подруга. Он мне понравился.
– Я ему передам, – подмигнув другу, выкатываю Ниндзя из гаража.
Надеваю шлем, перчатки и поднимаю визор.
Догоняю медведя в два счета.
Он останавливается спиной ко мне. Выжимаю сцепление левой рукой и жму стопой первую передачу вниз.
Кружу вокруг него, поднимая облако пыли.
– Где твои колеса, астроном? – останавливаюсь, но движок не глушу.
– На своих двух, – кивает на ноги.
– Садись, подвезу, – хлопаю по сиденью сзади себя.
Юдин улыбается и подходит ближе. Встаёт рядом и осматривает нас с Ниндзя.
– Боитесь, Андрей Валерьевич? – не упускаю возможности поддеть.
– Опасаюсь.
– Помнится, вы просили меня довериться вам в воде. Я доверилась. Теперь пришло ваше время. Так что, рискнете? – прищуриваюсь и смотрю ему в глаза.
Несколько томительных секунд мы сверлим другу друга взглядами. Чему-то своему усмехнувшись, Юдин перебрасывает ногу через мот и садится сзади. Спиной ощущаю опору. Такую крепкую и надежную. Облегченно выдыхаю, будто все это время не дышала, а ждала его решения.
– Когда-нибудь катался на байках? – перекрикиваю мотор.
– Никогда, – кричит в ответ Юдин. – У меня сегодня первый раз.
Хохотнув от двузначности брошенных слов, убираю подножку. Чувствую, как сильные руки обвивают меня за талию. В том месте, где его ладони касаются оголенной кожи живота, начинает приятно покалывать, но я гоню эти ощущения прочь, потому что сейчас готова дарить совершенно другие парню, которого должна ненавидеть.
– Тогда держись крепче, звездочёт! Нам будет космически круто!
Глава 14. Алиса
Я никогда никого не катала. Для меня это тоже в первый раз. Чувствовать опору и то, как его длинные ноги крепко прижимаются к моим бедрам – волнительно. Его ладони покоятся у меня на животе и напряжение, с которым он сжимает меня, передается и мне. Я нервничаю будто везу хрустальную вазу. Не гоню, а хочу показать ему, что байк – это моя стихия точно так же, как вода – его. Хочу, чтобы он расслабился и получал удовольствие, поэтому веду плавно, без рывков и резких движений.
Отвлекаюсь от дороги ощущая, как Юдин убирает одну руку с талии. Я мгновенно теряю состояние защищенности, но получаю стук по шлему. Слегка повернув голову влево, вижу, как медведь сигнализирует мне рукой, показывая на летний вагончик с кофе.
Предложение в силе, да, тренер? А я думала, что от страха запамятовал.
Перестроившись в левый ряд, делаю разворот и паркуюсь в кармашке. Ставлю байк на подножку и глушу двигатель.
Юдин медленно сползает с байка и неустойчиво встает на землю, взъерошивая волосы.
Снимаю шлем и, встряхнув гривой, спрашиваю:
– Ну как, тренер? Живой? – улыбаюсь.
– Не уверен, – дышит глубоко.
Слабак!
– Это тебе не звезды считать! Но для первого раза ты был неплох, – подмигиваю.
– Ты так считаешь? – улыбается Юдин.
Смотрю на его лицо: оно такое сейчас по-мальчишески озорное и наивное.
– Ну-у, – прохожусь по нему оценивающим взглядом, останавливаясь в области паха, – джинсы сухие, не истерил, в обмороки не падал, на меня не лез. Держался вполне достойно.
– Я спортсмен. Мы привыкли терпеть и бороться до конца. Как на счет тебя? – Юдин смотрит так, что я чувствую себя проигравшей. Это выглядит спекуляцией, но меня не проймешь.
– А я не спортсменка, – смотрю твердо в глаза. – Мне капучино.
Он хотел угостить меня кофе? Пусть угощает. А брать меня на понт не прокатит.
Ничего не сказав, Юдин идет к вагончику.
Делаю несколько глубоких вдохов.
Черт возьми, почему так трудно дышать?
Мне сложно с ним разговаривать, и я каждый раз выискиваю запасы своего яда в беседе с ним. С любым другим дерьмо из меня льется ведрами. С Юдиным мне приходится подбирать слова и бороться с собой. Потому что тело и мой рот противятся, а привычка работает исправно.
Поднимаю голову кверху и выискиваю ту самую летнюю троицу. Как он там сказал: Вега, Альтаир и?
Черт бы тебя побрал, Юдин!
Забираю у него стаканчик и с яростью делаю глоток. Он меня бесит своей правильностью и сдержанностью. Весь такой милый. А я стерва, да. Но у него получается. Черт возьми, у него получается добиваться своего и при этом доказывать мне, какая я стерва.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
