– А вот так! Думаешь, он нас тут с утра дожидается?
– Точно! Дожидается. Вот и дождался; пустой потому что! – Слава грохнулся на ступеньку рядом со мной.
– Его тут бросили, а я дурак, думал, что он только подъехал.
– Ну, ты ломанулся, как лось по капусте, – сказал Славик и засмеялся, чем и меня рассмешил. Представив картину со стороны, мы рассмеялись до слёз.
– Это, наверное, нервное, – я утер слезу от смеха, – ладно, пошли дальше. Давай, напрямки, немного осталось.
– Может на нём? – Славка показал на троллейбус.
– Да ты что! Еще поймают.
– Кто?
– Полиция, кто ещё! Скажут, угнали!
– Ладно, – согласился Славик, – я на нём и не умею.
– Ну, вот! А туда же!
Глава четвертая
– Кто там? – спросила тёть Настя, не открывая двери.
– Тёть Насть, это я, Славик!
– А Санька где? – сразу спросила тёть Настя, чуть только приоткрыв дверь, ещё не видя меня.
– И я тут!
– Слава Богу! Гулёны! Вы что-то долго, мои хорошие, – тёть Настя прихрамывая отошла от дверей, освобождая нам проход, – закрой на шпингалет и замок поверни, – скомандовала хозяйка, усевшись в кресло, – мойте руки, суп на плите.
– Тёть Насть, слыхали, про Луну то? – спросил Славик, вытираясь полотенцем.
– Да. Слыхала. К Семёновне ходила, так она мне всё рассказала, новости слушали.
– Вам плохо? – я спросил хозяйку, глядя на её красное лицо.
– Давление подскочило. Уже таблетку выпила. Сейчас лягу, вы сами покушайте.
– Семёновна что говорит? – спросил Славка, зная, что тёть Настя, ждала нас и хочет немного поговорить.
– Тоже еле ползает. Я то к ней пошла – давление померить, а она сама лежит, у неё давление под двести. Вызвала скорую, никто не едет. Позвонила внучке, та прибежала, сама поставила укол, вроде, легче стало.
– А у вас сколько?
– А мне так и не померили, – улыбнулась тёть Настя, – забыли, ничего, таблетку выпила, сейчас легче будет. Внучка сказала на Луну, она же медсестрой работает, понимает такие вещи. Говорит, все у кого есть эта, как ее, скажи мне и я скажу…на погоду когда….
– Метеозависимость?
– Да, у кого есть метеозависимость, тем сейчас плохо будет. Что-то там влияет. На улице то, что там? В окно смотрю совсем пусто!
– Совсем мало людей. Уехали видать.
– Ну, так, а что им делать тут? Конечно, – подхватила тёть Настя, – сейчас в сады поедут или ещё куда. В городе то, что оставаться. Ладно, ступайте кушать. Пойду, лягу.
– Внучка ничего сказала, про Луну то? – Славик спросил вдогонку.
– Говорит, в космос сорвалась. Вниз упала. Никому не открывайте, меня поднимите, если кто постучит. Я двери прикрою, может, усну, – тёть Настя закрыла двери к себе в комнату, а мы со Славиком пошли на кухню.
– Что делать будем? – спросил Славка.
– Не знаю, пораньше, наверное, надо лечь сегодня. Ты завтра куда?
– Не знаю, на пары, наверное. А ты поедешь на фирму?
– Ну, да. К десяти, как обычно поеду.
Время было немного, поэтому ложиться спать не хотелось, хотя тёть Настя, уже несколько раз поднималась, и, заглядывала к нам в комнату, приговаривая, что пора ложиться, да хватит балахматить, что, видимо, означало на её сленге бодрствовать. А ещё порой она нас любила называть полуночниками, так как мы частенько, особенно по выходным, со Славиком засиживались до полуночи, а иногда и позже двенадцати ложились спасть. Мы многое обсуждали, много фантазировали или придумывали, днём любили попеть, так как у Славки были к этому способности, а мне просто нравилось петь хорошие песни. Но в тот вечер ещё было далеко до полуночи, так что, как бы нас ни агитировала на крепкий и здоровый сон тёть Настя, спать мы не собирались; судя по всему, хозяйка и сама не могла уснуть, придумывая себе, что это мы ей мешаем спать, но, потом, решив всё-таки тянуть время хотя бы до сумерек, она сдалась и лежа в своей комнате, уже не закрывая двери, что-то нашептывала себе под нос. Я так и не узнал, что это были за разговоры с собой наедине, толи это были молитвы, толи то, о чём нам и не следовало знать.
– Ванька что ли? – сказал Славик, услышав позывной свист на улице, и подошёл к окну.
– Он? – я спросил Славика, разглядывая силуэт, стоящий под окном, – подожди, я свет выключу, – мы не заметили, как на улице стемнело.
– Ты откуда? – спросил Славик у силуэта, высунувшись в окно.
– Лучше спроси куда! – ответил силуэт голосом Ивана.
– Куда? – усмехнулся Славка.
– В военкомат!
– Зачем? – удивленно спросил Славка.
– Вы последние новости слышали? – не без воодушевления спросил Иван.
– Нет. А что там? – спросил Славка, обреченный на провал оконных переговоров.
– Что там? Комаров напустишь, закрывай окно! – вдруг скомандовала тёть Настя, войдя в комнату.
– Да, Ванька приходил, – буркнул обиженно Славик, – что-то сказать хотел.
– Случилось что? – спросила хозяйка.
– Как узнать теперь, он не успел сказать? – нарочно обидевшись, ответил Славка и пошел в ванну чистить зубы.
– Наверное, просто так. Скорее всего, мимо шёл, – я захотел успокоить тёть Настю, которую, похоже, не отпускало, – спокойной ночи, надо ложиться! – Пожелав спокойной ночи, я сквозонул в свою комнату с тем, чтобы хозяйка скорее легла, и я мог незамеченно вернуться к Славке, узнать успел ли он что понять из визита Ваньки.
– Ты спишь? – прошептал Славка в щель приоткрытой комнатной двери.
– Нет, – я прошептал в ответ, – заходи, тебя жду. Что Ванька сказал?
– Ничего не понял. Наверное, что-то происходит. Спросил, знаем ли мы последние новости! В военкомат зачем-то пошел.
– Сейчас? На ночь глядя… Странно.
– Может, твой телик включим? – предложил Славик, махнув на старый хозяйский телевизор, который стоял у меня в комнате.
Старый ламповый телевизор скорее не работал, чем работал. Он долго нагревался и даже после прогревания экран показывал тускло и непонятным цветом с зеленоватым оттенком. Ремонтировать его хозяйка не спешила, а скорее вовсе не собиралась и использовала его как мебельный атрибут, постелив на него какую-то накидку, и символ некой роскоши, так как какие-то двадцать лет назад, цветной телевизор считался признаком если не богатства, то состоятельности точно.
– Не, снова тёть Настю поднимем, давай утра ждать, – я отказал Славику, понимая, что если опять поднимем хозяйку, то крайний буду я, так как телевизор стоял в моей комнате, считавшейся залом, как принято было называть главную большую комнату квартиры.
– А вдруг что-то срочное?
– Вряд ли! Что ещё может быть? Эх, на улицу бы выйти, Луну посмотреть… вернее на её отсутствие.
Эта ночь была весьма тёмной. Мало того, что не было лунного света, так ещё и уличное освещение светило с ограничениями. Горел один фонарь через три не светивших. Какое-то время, я уставившись в окно, смотрел на проезжую часть, которая в обычное время не была оживленной, но пара машин тем не мене проезжала за небольшой отрезок времени, в эту ночь не было ни одной машины.
Глава пятая
– Санька, – тёть Настя меня разбудила, открыв в комнату дверь, – мы в больницу.
– Доброе утро! – я поднялся с кровати, – зачем в больницу?
– Скорую не могу вызвать. Слава меня проводит, а то свалюсь где-нибудь, – с этими словами тёть Настя закрыла мне двери.
Я глянул на часы, времени было ещё достаточно, чтобы поваляться в постели до звонка будильника, но спать уже не хотелось. Я подошел к окну. Городская обстановка вселила мне надежду – я видел подобие городского трафика, несколько машин и, что важнее, несколько автобусов проехали по дороге. К остановке подошли тёть Настя со Славиком. Славка обернулся на окно и увидел, что я смотрю на них, что-то махнул мне, видимо, желая что-то сказать, но я ничего не понимая, отмахнулся непонятным жестом в ответ и поспешил в ванну, запланировав выйти на работу пораньше, на случай проблемы с моим маршрутом.
Оказалось, что проблемы всё-таки были. Уже не застав на остановке Славку и тёть Настю, но, простояв безрезультатно в ожидании автобуса более получаса, я пошёл на работу пешком по маршруту, в надежде, что меня настигнет автобус и подберёт по пути.
Но автобуса так и не было. В непривычной для города тишине, шум от автошин движущегося автомобиля я услышал до того, как ко мне подъехал автомобиль.
– Подвезти? – спросил таксист.
– Спасибо, нет. Я же не голосовал.
– Знаю, сам решил спросить.
– Да, у меня, собственно, только на проезд на городском транспорте.
– Прыгай, – таксист открыл переднюю дверь пассажира, – всё равно, похоже, вызовов не будет.
– Спасибо! Мне на проспект, где мир тканей.
– Поехали. Вчера в это время на остановке можно было за раз человек пять подхватить, а сегодня никого, пол часа назад старушку с внуком увез до больницы, да вот тебя встретил.
– Тёть Настю, наверное? – я улыбнулся.
– Да, так вроде ее внук называл. Знаешь её что ли?
– Ага. Это не внук. Мы квартиранты, а она наша хозяйка.
– Аа. Увез. До места.
– Приняли их?
– А мне почем знать! Я высадил и обратно.
– Плохо ей, из-за Луны, а скорая помощь не приехала, как и всё остальное не едет, судя по пустым дорогам.
– Во-во! Мне моя жена тоже говорит, поехали в сад, там переждём. Я ей говорю, зачем куда-то ехать? Что в этих садах? Так нет, что крестьяне, то и обезьяне! Все ломанулись из города и она туда же. Из города пять часов не могли выехать, пробки на выезде – просто ужас какой-то.
– А вы зачем вернулись.
– Побомбить хотел, если честно. Думал, бабок заработаю за пару дней как за месяц, а тут пусто. Да, убери, – таксист рассмеялся, глядя на мелочь, что я ему протянул, – я же тебе уже просто так решил помочь. Ты куда едешь то?
– На работу!
– Как на работу? Да кто работает сегодня?
– А что?
– Да ты на улицу то посмотри, вон пара человек, да вон машина поехала, пёс знает куда, – таксист показал в окно, проезжая на красный свет светофора.
– Вы на красный проехали!
– Хорошо, если оштрафуют!
– Вы переживаете?
– Заметно?
– Ну, не особо.
– Есть маленько. Сейчас бы и инспектору рад был бы.
– Город совсем пустой?
– Не думаю. По домам много сидят. Боятся.
– Чего?
– Да мало ли чего. Мародёров, Луны…., – таксист рассмеялся.
– Ну, – я улыбнулся в ответ, мне и самому смешно стало от того, что люди боятся Луны, которой уже нет. – Ну, директор не сказала вчера, что работать не будем.
– Ты очень ответственный.
– Да, работу люблю. А вы знаете про последние новости? Что там происходит.
– А пёс их знает. Не включал телевизор. Жену увёз, домой приехал поздно. А утром встал, позавтракал и за руль – только толку нет. Сейчас тебя увезу, если клиентов не будет, то к жене поеду. Она меня не хотела отпускать, зря уехал.
– Тормози!!! – я заорал, и таксист ударил по тормозам.
Дважды проехав на красный свет, таксист собирался проехать на красный свет и на третьем светофоре, к счастью, я увидел, как на перекрёсток с правой стороны летит какой-то грузовик. Это был военный Урал, и он был не один. Мимо нас пролетела целая колона из военных автомобилей. Колону замыкали три легковых седана бизнес класса с военными номерами и включенными проблесковыми маячками.
– А вот это уже хреново, – сказал полушепотом таксист.
– Почему?
– Военные! Если военные нервничают, то это очень плохо!
– А с чего вы взяли, что они нервничают?
– Сам посуди! Ты часто видишь, что колонна военных грузовиков посреди бела дня прорезает город?
– Нет…
– Вот и я про то же. Гляди, на какой скорости они пролетели, нарушают, тут ограничение – сорок.
– Но вы тоже нарушили, ехали на красный.
– Тоже ни тоже. То я, а то они. Я обычный таксист. А они военные. За зря нарушать не станут. Значит, у них есть полномочия нарушать. Очень плохо.
– Вы меня довезете?
– Конечно, – наконец таксист тронулся.
– А вас как зовут? – я спросил незнакомого водителя-частника.
– Семён. Можешь и не выкать. Я тебя старше то, на лет пятнадцать. А тебя?
– Саня.
– Саня… Стало быть Александр – защитник людей. Вот и защищай нас.
– От кого? – я удивился.
– А я сам не знаю, – искренне ответил Семён, – это я так, шучу.
– Ты как считаешь, что происходит?
– Не знаю, Санька. Честное слово – не знаю. Даже не знаю, что и думать.
– Ты же таксист – знаток человеческих душ. Всегда в кино показывают, да и в жизни, что таксисты общаются, говорят с пассажирами, стало быть, и понимать должны во многом, что касается человеческих душ.
– Ну, ну! Трепаться – это одно, а дать оценку тому, чего не видел ни разу в жизни это другое. Ну, а если подумать, то я считаю так – что-то очень серьезное происходит, и дело не в Луне. Ну, что Луна? Пропала, да и пёс с ней. Вот лично тебе – Александр, какое дело до Луны?
– Никакого!
– Вот и я про то же! А если взять тебя как особь человеческую, то ты уже не принадлежишь сам себе, а вот едешь по каким-то своим делам и участвуешь во всем этом маскараде.
– В смысле?
– А что тут тебе не понятного? Смотри – город вымер. Но, я думаю, из города выехали максимум половина жителей, а остальные прячутся. То есть включился некий коллективный разум или инстинкт самосохранения. То есть инстинкт всего человечества. Думаешь, все договорились сегодня не выходить на работу? Хрена два! Все понимают, что дело дрянь, вот и остались дома.
– А почему ты не остался со своей женой?
– Да, дурак потому что! Жадность меня губить начала по ходу. Хотел бабла срубить. Да, это ладно. А ты что думаешь?
– Говорят, инопланетяне.
– Глупости, Саня, всё это. Сказки старух, вроде твоей хозяйки.
– Зря ты так, Семен, тёть Настя ничего такого не говорила.
– А что она говорила?
– Интересный вопрос, я уже и не помню, что–то говорила. Шептала весь вечер.
– Вот потому и шептала. Они обычно выходят на какие-то волны – никому не понятные. Ладно, это твой офис? – спросил Семён, остановившись у дверей фирмы.
– Да, спасибо! Хочешь зайти? – я зачем-то спросил Семёна, сам того не ожидая.
– Нет, – улыбнулся Семен, понимая, что я далеко не хозяин фирмы, – и чего мне делать у вас? Торопиться надо к жене. Береги себя, работяга! Слушай, – Семён резко нажал на тормоз, уже начав двигаться, – может всё-таки тебя домой увезти? Едва ли сегодня рабочий день!
– Спасибо, не нужно. Если что, то я пешком дотопаю, мне не привыкать.
– Ну, как знаешь! Бывай.
Семён уехал, оставив меня в смешанных чувствах. С одной стороны я понимал, сложность всей ситуации, что это явление, если и не катастрофа, то точно ЧП планетарного масштаба. С другой стороны, я не особо переживал, так как очевидных последствий этого ЧП я не видел, всё было как обычно, а то, что не работал общественный транспорт и отсутствие людей на улице, так это ни что иное – как человеческий фактор. Люди просто напугались и перестраховываются. Да и чего мне было дома делать, лучше новости посмотреть или включить фильм на компьютере.
Уже было начало двенадцатого, я опоздал более чем на час, но я не переживал, я знал, что Наталья меня не заругает. Я влетел на крылечко, дернул дверь, и, ничего, она была заперта. Недолго думая, я достал спрятанный ключ и вошёл в офис. После моего ухода в офисе никого не было. Открыв все окна, я быстро проветрил офис, включил чайник и проверил номера на автоответчике – пропущенных звонков не было. Я набрал последний входящий – домашний номер Надежды, но никто не ответил. Я очень хотел услышать её, толи узнать какие-нибудь новости, толи успокоить себя тем, что всё в порядке и она не вышла так как сегодня, скорее всего никто не вышел на свою работу, но абонент не удовлетворил мою тягу к самоуспокоению. У меня яркой искоркой заискрила новая надежда, когда мне на глаза попались визитки Натальи, лежавшие у телефона на её столе, я сразу же набрал её сотовый номер.
– Алло, кто это? – раздалось на другом конце сотового соединения.
– Это я Саша! Здравствуйте, Наталья Владимировна!
– Саня, привет! Ты всё ещё в офисе?
– Да, но я только что приехал. Никого нет, я один. Может Надежда с Еленой Станиславовной не могут добраться, опаздывают.
– Саня, я не думаю, что они сегодня выйдут на работу. У тебя всё хорошо?
– Да, конечно, всё в порядке.
– Саша, ты тоже можешь ехать домой. Офис пока не будет работать, пока ситуация не прояснится.
– Наталья Владимировна, всё настолько плохо?
– Не телефонный разговор. Я не знаю, Саня. Мне пора.
– Секунду, ещё вопрос,
– Да?
– А можно я буду находиться в офисе?
– А! Ну, конечно! Если хочешь, оставайся. Можешь даже ночевать, я не против, только будь осторожен и аккуратен, не устраивай вечеринок главное, – пошутила Наталья, – пока!
– До свидания!
Заварив чай, я пошел за пультом, думая, что по телевизору идет всё ещё одна и та же картинка – пропажа века, разбавленная новыми снимками очевидцев. Но ничего связанного с Луной я не увидел, как будто ничего и не произошло. В эфире шёл какой-то толи документальный, толи художественный военный фильм. Раздался телефонный звонок. Торопливо, но, аккуратно поставив горячий стакан с чаем на стол, я поспешил к телефону, полагая, что звонит Надежда, хотя разговор с Натальей меня уже успокоил.
– Ты уже добрался на работу? – спросил Славка.
– Как видишь, вернее как слышишь. Ты откуда? Из дома?
– Нет, из универа, из деканата.
– А тёть Настя где? Слышал, что вы на такси уехали!
– В окно видел?
– Нет, этот таксист и меня до работы довёз, похоже это одно такси на весь город.
– Ага, повезло нам с ним. Тёть Настя в больнице осталась, не хотели принимать – мест нет, но упросили, внучка Семёновны помогла, Семёновна то же тут лежит.
– Там народ есть?
– Врачи?
– Да!
– Есть, но мало.
– Что-нибудь сказали?
– Нет, все в запарке бегают. Очень много стариков, у всех какой-то криз приключился. Нужно будет потом к ней сходить, попроведовать.
– Да, сходим через пару дней. Я, можно считать, что в отпуске.
– А что так?
– Наталья сказала, что не работаем пока.
– Ты там будешь или домой поедешь?
– Нет, тут пока буду, приезжай, если хочешь.
– Приезжай! На своих двоих? – рассмеялся Славик.
– Ну, велик где-нибудь раздобудь.
– Точно, как вариант! – поддержал идею Славик, – надо найти и передвигаться на велосипедах, ты смотришь новости?
– Нету новостей, какой-то боевик идет что ли.
– Знаешь, зачем Ванька вчера пошёл в военкомат?
– Нет! Откуда?
– Добровольцем!
– Добровольцем? Куда?
– На войну!
– На какую войну? Что за бред несёшь?
Славка начал что-то рассказывать, но я, словно, уже не слышал его, прибавив пультом звук у телевизора, пазл начал складываться в одну картинку.
По телевизору показывали вовсе ни какой-то фильм, а реальные события, к сожалению боевые, развернувшиеся как ни странно из-за Луны.
– Эй, ты там уснул? – докричался до меня Славка.
– Слав, я, кажется, начал понимать. Через пару минут будет экстренный выпуск новостей.
– Ладно, ты, короче, слушай новости, я не могу говорить больше, телефон нужно освободить, а потом я ещё раз тебе позвоню, только ты отвечай на звонки.
Глава шесть
« – Здравствуйте! В эфире экстренный выпуск новостей. Вследствие сильнейших наводнений, вызванных приливами из-за отсутствия воздействия естественных приливных сил Луны, более тридцати процентов прибрежных территорий Южной Кореи оказались затоплены. Наводнения привели к возникновению программных ошибок системы заатмосферного перехвата баллистических ракет ТЭД, развернутой в южнокорейской части полуострова, результатом сбоя программы явилась серия разрушительных авиа ударов по территории КНДР. В ответ, власти Северной Кореи нанесли по незатопленной части Сеула, а также по городам Тэджон и Тэгу ядерные удары. По заявлению властей КНДР, с превентивными целями, также был нанесен удар по столице Японии. Последствия ударов катастрофические. К этому часу, в совете безопасности ООН проходит экстренное совещание, темой которого является предотвращение развития эскалации конфликта в регионе и оказание гуманитарной помощи населению. Не смотря на то, что на заседании Совета Безопасности ООН пока не принято никакого решения, власти США, КНР и России уже направили к границе с Северной Кореей свои войска и ударную силу. В приграничных зонах Российской Федерации постоянно проводятся замеры радиационного фона и в случае превышения показателей, население будет проинформировано о необходимых действиях. Все соединения вооруженных сил Российской Федерации приведены в полную боевую готовность, и, по сообщениям главы генштаба РФ, сохраняется вероятность мобилизации резервистов офицерского и рядового составов, которая осложняется паническими настроениями среди населения на фоне исчезновения Луны, природа пропажи которой пока не установлена. Эфир продолжит спецвыпуск нашего военкора, а мы вернемся в студию с последними новостями через час».
– Так вот почему Иван пошел в военкомат, – я сам для себя нашел объяснение добровольного поступления на службу в армию сокурсника Славки, – наверное, хочет защищать наши рубежи. Возможно, в армии сейчас надежнее всего, там хотя бы будет ясность и обеспечение.
Допив голый чай, у меня забурчало в животе. Выглянув на улицу сквозь закрытые жалюзи, я решил прогуляться до ближайшего магазина, с тем, чтобы чего ни будь купить себе. Ближайший магазин был недалеко, нужно было пройти не больше десяти минут спокойным шагом. Я колебался идти или остаться, но чувство голода на тот момент было убедительным мотиватором. Отломав от сломанной тополиной ветки, лежавшей недалеко от офиса часть палки и вооружившись этим подобием дубинки, я побрел в магазин, озираясь по сторонам. Первых людей я встретил у магазина, это была пара средних лет, выносившие из магазина пакеты с покупками.
– Здравствуйте! – я поприветствовал незнакомых мне людей с легкой улыбкой.
– Привет! – сухо ответил мне мужчина.
– Работает? – я задал глупый вопрос, глядя на полные пакеты, хотя это было скорее ради завязки диалога.
– Нет, не работает, как и всё остальное, – ответил мужчина, но, увидев моё замешательство, добавил, – поторопись, чего варежку открыл? К вечеру ничего не останется, – с этими словами незнакомцы скрылись за угол здания, а я остался у входа в минимаркет.
Увидев сломанный замок на дверях, я понял, что этот мужик имел ввиду. Я не знал, кто взломал магазин они или до них, но я не решался войти в него, боясь, что вдруг уже сработала сигнализация и сейчас подлетит полиция и во всем обвинят меня. Простояв у входа в магазин пару минут, я решил всё-таки войти, подумав, что раз уж скорая помочь к больным не едет, то полиции сейчас точно не до продуктового магазина, тем более не было слышно шума полицейской сирены, которую по идее включают при поездке на объект.
