— Спасибо, Виктор Петрович. И чтобы сразу покончить со всеми возможными вопросами, я хочу сказать вам, что я не замужем и не собираюсь. Но я недаром начала с достижений медицины, так как отцом ребенка является мой покойный муж Максим Викторович Овчаров. Мы с ним еще в 1991 году обследовались, хотели иметь детей, и по совету врача, он заморозил сперму для экстракорпорального оплодотворения.
— Боже мой, неужели такое было возможно?! — воскликнула Маргарита. — Поздравляю Вас, Секлетея Владимировна. А я так испугалась, что вы нас покинете и будете борщи мужу варить.
— Я не собираюсь никуда уходить, вероятно, только на какое-то незначительное время во второй половине мая или в июне. В этом у меня имеется некоторый опыт: я родила первого ребенка в начале августа, а первого сентября уже пошла на учебу в институт. Я тогда была студенткой третьего курса. И в связи с этим хочу вас попросить: начните сообщать коллективу «Витафармы» эту информацию. Я хочу свести к минимуму сплетни, касающиеся этого деликатного вопроса.
— Вам в вашем положении теперь нужно тщательно соблюдать режим дня, а я буду за этим следить, — с улыбкой добавил Виктор Петрович. — Так что, уважаемая Секлетея Владимировна, я намереваюсь сейчас же попросить вашу помощницу вызвать водителя. И на прощание хочу сказать: от налоговой пока ничего — полная тишина.
— Какие отличные новости, но успокаиваться мы не будем. Они обязательно к нам придут с проверкой.
Юхур доехал до дома в этот день удивительно быстро. Эви накормила Литу солянкой с густой сметаной и черным хлебом, а котенок Тимоти продемонстрировал очередной пируэт, легко запрыгнув в гостиной с кресла на буфет.
Санкт-Петербург, февраль 2001 года
В начале февраля на факс «Витафармы» пришло трехстраничное предписание о проведении комплексной налоговой проверки. Виктор Петрович сразу же собрал совещание, на котором в очередной раз проговорил сценарий действий сотрудников во время проведения проверки. Он ознакомил всех подчиненных финансово-экономического блока «Витафармы» с регламентом взаимодействия и передачи документов проверяющим под персональную расписку. Заместитель директора также акцентировал внимание сотрудников на том, что общение должно проходить только через него и строго в его присутствии.
Пятого февраля 2001 года, в понедельник, к одиннадцати часам утра в «Витафарму» прибыли три налоговых инспекторши. Старшая группы, женщина лет пятидесяти, держалась сухо и официально. У неё был болезненный вид, маленькие глаза, узкий рот и тонкие губы. Две другие напоминали серых мышек, молча смотрели в рот начальнице и выглядели опытными сотрудницами с богатым бухгалтерским прошлым.
Лита и Виктор Петрович вежливо пригласили их в переговорную на ознакомительную встречу. После краткого представления генеральный директор подписала уведомление о получении проверочного предписания, а затем предложила обсудить регламент совместной работы. Инспекторши переглянулись, а старшая группы посмотрела на молодую женщину колючим и завистливым взглядом.
— Мы будем работать по собственному регламенту, и вы здесь нам не указ, — жестко начала старшая.
«Да, тебе дали конкретное задание: утопить "Витафарму" как можно глубже, чтобы уже не выгрести», — подумала Лита, но ни один мускул не дрогнул у нее на лице, и она спокойно и доброжелательно ответила:
— Я понимаю, что вы будете работать по собственному техническому регламенту. Я бы хотела кратко обсудить организационный регламент совместной работы.
Старшая напряглась, но не смогла придумать, как здесь можно возразить. Две другие инспекторши уставились на молодую женщину наработанным холодным взглядом «волчицы на зайца» и, выжидая, Лита улыбнулась уголками губ, но глаза ее были спокойны и безучастны.
— Информирую вас о том, что мы выделили специальное помещение для проведения проверки. Ответственным за взаимодействие со стороны «Витафармы» будет присутствующий здесь Негурица Виктор Петрович. Я, как хозяйка и генеральный директор компании, буду курировать проверку, для чего специально запланировала в своем расписании ежедневно тридцать минут для обсуждения возникающих в процессе работы вопросов.
— А мы обсуждать с вами ничего не планируем: вам нужно оперативно следовать нашим указаниям и предоставлять для проверки первичные документы, — с какой-то торжественной злобой заявила старшая.
— Хорошо, — спокойно продолжила Лита, пропустив замечание инспекторши мимо ушей. — Я бы хотела также ознакомить вас с разработанным «Витафармой» организационным регламентом действий сотрудников на период проверки. Регламент утвержден моим приказом, а сотрудники финансово-экономического блока компании ознакомлены с ним под расписку.
Старшая с пренебрежением взяла в руки приказ и положила документ в папку.
— Полагаю, на этом мы можем закончить? — сухо спросила она.
Лита улыбнулась Виктору Петровичу, и он понял, что настало время для его реплики.
— Как говорили у нас в полку, «от солдата требуются, прежде всего, выносливость и терпение; храбрость — дело второе». Хочу здесь кое-что уточнить, — сказал он, широко улыбаясь и глядя на инспекторшу томным взглядом. — Во избежание взаимного непонимания мы ведем аудиозапись наших переговоров. Также просим вас принимать все документы от «Витафармы» на основании актов, подписанных сторонами. Я посчитал необходимым сделать это уточнение, прежде чем мы вместе с вами пройдем в помещение для проведения проверки.
После этих слов Виктор Петрович встал и гостеприимно распахнул перед инспекторшами дверь в коридор. Вежливо пропустив женщин вперед, он лучезарно улыбнулся Лите и последовал за ними.
«Ну что же, — подумала Лита. — Первый раунд мы у них выиграли! Психологически мы были сильнее. Посмотрим, что будет дальше». Она вызвала Юхура и поехала в Сестрорецк в медицинскую клинику: сегодня был день очередного медицинского осмотра.
Между тем Виктор Петрович усадил женщин в помещение без окон, объяснив это тем, что все остальные комнаты в компании заняты. На самом деле, он хотел максимально избежать какой-либо утечки информации. Затем заместитель директора привез им шесть тяжелых папок на металлической телеге для перевозки складской продукции, каждая из которых сопровождалась подробным актом-описью. Все листы в папках были прошиты, подписаны им и скреплены печатью «Витафармы».
— Здесь первичные документы компании за первое полугодие 1997 года: договоры, акты оказанных услуг, счета на оплату, кассовые чеки, банковские платежки и выписки, а также товарные накладные. Прошу вас проверить папки в соответствии с приведенными описями и подписать акты приема-передачи документации.
Старшая инспекторша оторопела: с таким продуманным подходом она еще не сталкивалась. У помощниц также был кислый вид, они взяли каждая по папке и стали проверять их комплектность по описям. Виктор Петрович указал женщинам на телефон для связи и, прежде чем оставить их одних, вежливо сказал:
— Это телефон для связи со мной или с секретарем. Когда у вас будет обеденный перерыв, пожалуйста, позвоните, и секретарь отведет вас в рабочую столовую. Также она по вашей просьбе принесет вам чай, кофе и печенье.
Вечером старшая инспекторша докладывала ситуацию о проверке наверх.
— Здесь документы в полном порядке, и по всему видно, что к проверке тщательно готовились. Я не удивлюсь тому, что в компании проведен независимый аудит: то есть в ответ на наш акт они покажут заключение аудиторов. Но будем с ними работать и искать их слабые места.
Ее собеседником на другой стороне был Сергей Туров из «Полимеда».
Москва, февраль 2021 года
В памятный октябрьский день, когда сорвалось слияние «Полимеда» и «Витафармы», Сергей Туров затаил обиду и злобу на Секлетею Красицкую. И желание ударить ее так же сильно или даже еще сильнее непроизвольно возникло в нем и встало в ряд с другими каждодневными желаниями, такими как «хочу заработать денег и сделать карьеру, чтобы нравится красивым женщинам». Для тщательного обдумывания деталей мести он специально выделил тридцать минут из своей вечерней поездки с работы домой. В течение напряженного рабочего дня он иногда мысленно обращался к своему коварному плану, но, сделав немалое усилие над собой, возвращался к работе, сладостно предвкушая те вечерние тридцать минут.
Он страстно хотел разорить «Витафарму», разрушить карьеру и испортить репутацию Секлетеи и превратить ее, как он это для себя определил, в «грязную тряпку». Сергей следовал совету героя Армена Джигарханяна, который призывал искать в женщине недостатки[26][26] для успокоения собственных страстей. При описании фигуры и сложения Секлетеи он намеренно использовал нелестные эпитеты: «длинношеяя», «костистая», «кривоногая» и «тощая», а лицо называл «изморенным», «носатым» и «сухим». Когда он думал о ее складе ума, то мысленно говорил, что она глупая, мелкая и хитрая, с характером бессердечным, вероломным, властолюбивым и желчным.
Юрист «Полимеда» немало пострадал от ее октябрьской выходки: Михаил Юрьевич Грач лишил его бонуса и всячески стал гнобить[27][27] по поводу и без. Наконец, Сергею повезло, потому что ему порекомендовали прикормленную налоговую инспекторшу из Санкт-Петербурга, которая пообещала за определенное вознаграждение все решить с «Витафармой» в правильном русле. Для согласования бюджета на это мероприятие Сергей записался на переговоры с президентом «Полимеда» Михаилом Грачом.
Михаил Юрьевич подтверждать встречу не торопился, чем привел Сергея в состояние стресса и легкой паники. Наконец, позвонила секретарша и назначила ему рандеву на раннее утро понедельника, так что ему пришлось отменить загородную поездку на уикенд. Он приехал в офис ни свет ни заря, а Грач опоздал на два часа, тем самым дав понять Сергею, что у него в «Полимеде» осталось немного шансов для карьерного роста.
После кратких приветствий Михаил Юрьевич спросил:
— Ну, что ты придумал с этой «Витафармой», нашел на хозяйку и директоршу хоть какую-то управу?
— О да, Михаил Юрьевич. Я нашел контакт с питерской налоговой: они готовы за определенное вознаграждение провести комплексную пристрастную проверку.
— Ты думаешь, что она не платит налоги? Виталий всегда в этом вопросе отличался аккуратностью, не думаю, что она ведет дела по-другому.
— Но вы знаете, какое у нас законодательство. В предложении «казнить нельзя помиловать» можно поставить запятую в зависимости от выявленной ситуации и поведения клиента. Я ездил в Питер и лично встречался с инспекторшей. Она произвела на меня хорошее впечатление: настоящий профессионал в своей области.
— И сколько мне будет стоить эта проверка?
— Если мы хотим гарантированный результат, то всего пятьдесят тысяч зелени.
— Какая малость — всего пятьдесят тысяч! И какой результат они тебе обещали?
— Обещали многомиллионные штрафы, при случае попугают ее еще уголовным преследованием.
— Это хорошо, а то она у нас непуганой оказалась. И какой же аванс мы им должны выплатить?
— Все пятьдесят тысяч и должны!
— А это не много ли? Ты отвечаешь за результат?
— Ну, мне обещали, женщина там, в налоговой, серьезная, должна справиться.
— Хорошо, готов заплатить за услугу аванс в тридцать тысяч долларов, а остальное уже в зависимости от результата. Ты, наверное, предусмотрел в этой сумме и свою долю?
— Ну что вы, Михаил Юрьевич! У меня с этой Секлетеей свои счеты: такую сделку она нам расстроила!
— Да уж, вот змея так змея подколодная. Но если серьезно, то я о ней другого мнения. Она умная баба, мне такие, как она, еще не попадались. Так что вы там с инспекторшей полегче, мосты сжигать не нужно.
— Что вы, Михаил Юрьевич! Я с ней и не ссорился.
— И помни, Сергей, нам для слияния лучше питерской «Витафармы» никого не найти. Я слышал, что они там проводили международный аудит и результаты очень даже неплохие.
Сергей стал подобострастно поддакивать, а Михаил Юрьевич посмотрел на часы.
— У меня скоро новая встреча, так что давай заканчивать. Вот тебе записка для бухгалтера. Она все решит. И поезжай на время проверки в Питер лично, контролируй все там и консультируй, по мере необходимости, эту суперпрофессиональную инспекторшу. Не забыл, что работаешь у меня юристом?!
— Я буду держать вас в курсе событий.
Сергей пошел в бухгалтерию за авансом и командировочными и заказал себе билет на завтрашний поезд. В Санкт-Петербурге он поселился в пятизвездочном отеле «Невский палас» на Невском проспекте, потому что решил в кои-то веки пожить с шиком и не отказывать себе ни в чем.
Первый разговор с инспекторшей его не обрадовал. «Какая-то не очень обнадеживающая информация: неужели Секлетея оказалась столь предусмотрительной и подготовилась к проверке?!» — с унынием подумал Сергей и понял, что нужно советоваться с Натальей Власовой.
Санкт-Петербург, февраль 2021 года (продолжение)
Бывшая начальница отдела «Витафармы» Наталья Власова поизносилась и поистрепалась. Конечно, у неё оставались ещё кое-какие дорогие вещи, но нового ничего не было и в ближайшей перспективе не предвиделось. В школе её дразнили долговязой крысой. Она поступила в университет и закончила с отличием экономический факультет. Красотой и манкостью она никогда не отличалась, но ей удалось занять хорошую позицию в «Витафарме», благодаря чему в её личной жизни появились лощеные мужчины. Это и добавило ей славы и блеска.
А сейчас финансовые ресурсы подходили к концу, и никаких поступлений в ближайшее время не ожидалось. Слияние «Витафармы» и «Полимеда» застопорилось, и мечты Натальи о солидной высокооплачиваемой должности в объединенной компании оказались призрачными. Время от времени она звонила Сергею Турову, чтобы узнать, как дела со слиянием. Но он не давал ей никакой обнадеживающей информации.
Наталья с тоской вспоминала прошедшие деньки, когда она была при высокой должности в «Витафарме», а её начальником был благородный Виталий Красицкий. Когда она вспомнила о том, как Секлетея обнаружила у неё нецелевые траты, а Виталий не продлил контракт, она почувствовала в душе гнев и неимоверную злость.
Наталья позвонила директору аптеки на Васильевском острове, которую поглотила «Витафарма», и была разочарована, узнав, что женщину уволили. На новогодних каникулах она связалась с главным бухгалтером «Витафармы», с которой по-прежнему состояла в приятельских отношениях, и не без удовольствия узнала о том, что Секлетея ждет налоговую проверку. «Ну, наконец-то, первая радостная новость на фоне серых беспросветных будней, — подумала Наталья. — Вот теперь мои знания бухгалтерии "Витафармы" могут быть востребованы серьезными людьми».
Нужно отметить, что у Натальи была отличная память на цифры и она предусмотрительно скопировала перед уходом из «Витафармы» некоторую часть важных с ее точки зрения документов. У нее также остались деловые контакты с бывшим управляющим Санкт-Петербургского отделения банка «Менатеп», в котором у фирмы был счет до дефолта 1998 года. Она с дальним прицелом сделала оттиски печати, а самое главное, у нее была подлинная нотариальная доверенность на подписание документов, выданная Виталием Красицким. «Имея на руках такие материалы, мне есть что предложить серьезным людям, — торжествовала Наталья. — Конечно же, в обмен на хорошее вознаграждение, что сейчас для меня было бы очень кстати».
Наталья грамотно просчитала действия Секлетеи и предположила, что та должна была подготовиться к проверке. Главный бухгалтер обмолвилась о том, что «Витафарма» в конце декабря доплатила суммы по налоговым недоимкам, которые были выявлены при финансовом аудите. Она также узнала, что Секлетея решила не платить пени, а подождать акта налоговой. В том случае, если налоговая не найдет недоимок, излишне оплаченные налоги можно будет зачесть в будущих налоговых периодах. «Да, это умно, очень умно с ее стороны. Она хотя и мерзкая крыса, но отнюдь не глупая женщина». Наталья решила не звонить Сергею Турову и терпеливо подождать, пока он сам с ней свяжется. «Клиент, как и плод, должен созреть. Никуда этот юрист от меня не денется, прибежит как миленький. Где он найдет такого специалиста, как я?!» — размышляла она. Терпение женщины было сполна вознаграждено, потому что желанный визави не просто позвонил ей сам, а назначил свидание в ресторане «Империал» гостиницы «Коринтия — Невский палас».
Встреча была назначена на обеденное время, и Сергей зарезервировал столик у окна с видом на шестиколонный ионический портик особняка княгини Юсуповой и оживленный Невский проспект. Женщина тщательно подготовилась: посетила накануне салон красоты, надела элегантный чистошерстяной костюм с шелковой блузкой и шикарные бриллиантовые серьги. Она хотела с первого взгляда произвести на него хорошее впечатление, так как ранее они были кратко знакомы, и сразу обозначить высокую цену своих консалтинговых услуг. Наталья проявила аккуратность и приехала на встречу точно в назначенное время — в два часа дня.
Сергей предложил по бокалу шампанского за возобновление знакомства и протянул ей тисненную дорогой кожей папку с меню. Наталья выбрала рыбу с овощами и чай, а Сергей, который с наслаждением[28][28] сибаритствовал за счет «Полимеда», предпочел обеденное меню из трех блюд: закуску, суп и второе. Разговор им предстоял серьезный, и поэтому Сергей не стал заказывать больше спиртного. «Пойду вечером в бар, там такие длинноногие и глазастые девочки, — подумал Сергей. — А сейчас — бизнес и ничего личного».
Он сразу обрисовал ситуацию в «Витафарме» с проверкой налоговой.
— Не стану ходить вокруг да около, Наталья. «Полимед» проплатил налоговую проверку в «Витафарме», но пока проверяющие ничего существенного не находят. Вы долго работали с Виталием Красицким, расскажите мне, как он вел дела.
— Виталий был эстетом и относился к «Витафарме» как к любимому ребенку. Мне кажется, что деньги его не особенно интересовали. Ему нравился сам процесс развития компании, и хочу отметить, что удача ему благоволила.
— А что вы можете сказать о его сестре?
— Она женщина вовсе не глупая и предана компании даже больше, чем Виталий. А чем еще заниматься одинокой женщине? Она просто помешана на экономии, считает в «Витафарме» каждую копейку, ни за что старается не переплачивать.
— Но я слышал, что она инвестирует в развитие. Ее сделки с поглощением питерских аптек после кризиса 1998 года произвели большое впечатление на игроков фармацевтического рынка. Как ей удалось не потерять деньги, при том что доллар упал в четыре раза?
— О, я сама удивляюсь. Ведь Виталия в августе 1998 года в Санкт-Петербурге не было: он где-то отдыхал со своей очередной девушкой. Секлетея что-то почуяла — у нее хорошая интуиция, и еще в июле продала ГКО[29][29] и не стала никуда вкладывать деньги от тех облигаций, которые с огромной прибылью погасились в начале августа.
— А как она поступила с проблемными банками? Ведь у «Витафармы» там оставались деньги?
Наталья решила взять небольшую паузу и стала с жадностью поглощать рыбу, которую поставил перед ней официант. Сергей также воспользовался паузой и с удовольствием ел суп, пользуясь выпавшим на его долю моментом хотя бы недолго пожить с размахом. Выдержав приятную паузу, женщина продолжила.
— Проблемные банки? Да, это целая история. Если честно, я ее сначала даже осуждала: говорила, что остатки денег удастся вытащить. Но она сразу же приказала платить остатками денег в проблемных банках все налоги. Так вот: денег на это хватило еще на шесть месяцев 1999 года.
— Но разве рухнувшие банки перечисляли какие-то средства на счета налоговой?
— О, ее это и не волновало. Она еще в сентябре, когда народ бесновался, стоял в очередях, ждал денег и рыдал над галопирующим падением рубля, издала приказ о подготовке платежек на оплату налогов из питерского отделения банка «Менатеп» и лично привезла в бухгалтерию «Витафармы» все платежки с банковской круглой печатью.
— Да, это умно. А вы слышали историю о «Менатепе»? Они там после дефолта большие дела делали; так вот: когда банк переезжал в другой офис, грузовик с важной документацией «случайно» упал с моста в реку. И все бумаги утонули, так что концы, как говорится, в воду.
— Да, красиво. Я об этом не слышала. Но хочу сказать, что она в балансе 1998 года показала огромную переплату по налогам в счет будущих периодов. Виталий с ней тогда уже не спорил, мне кажется, он устал от жизни и плохо себя чувствовал.
— Скажите, Наталья, а «Витафарма» уходила от налогов? И еще: знаете ли вы, в компании были платежи заработной платы в «черную» или в «серую»[30][30]?
— Не знаю, деньги у Виталия всегда были: он себе ни в чем не отказывал. Но мы получали всю заработную плату официально, как говорится, в «белую». «Витафарма» даже платила с нашей зарплаты прогрессивный подоходный налог.
— Даже так! Да, трудно будет моей инспекторше. Наталья, у меня к вам есть деловое предложение: помогите мне найти слабое место в «Витафарме», и я буду вам очень благодарен.
В голосе Сергея появились нежные бархатные нотки, и он предложил Наталье выпить по бокалу коньяка вместе с кофе по-турецки. Она оживилась, но не показала своей радости ни улыбкой, ни восклицанием. Женщина поняла, что сейчас, наконец, получит важное и очень выгодное для себя предложение.
— Я помогу вам, Сергей, но это будет стоить «Полимеду» некоторую сумму.
— Сколько вы хотите? Мне Грач согласовал небольшой бюджет.
— О, совсем немного — всего двадцать тысяч долларов. И я бы хотела получить половину денег в виде аванса.
— Наталья, я готов решать вопрос вашего финансирования с Михаилом Юрьевичем, но мне нужна фактура. Подготовьте, пожалуйста, для меня краткую письменную справку о том, что вы нам можете предложить и что это даст при налоговой проверке. Я с этим документом поеду в Москву и пробью дополнительный бюджет. Сколько вам для этого нужно времени?
— Я думаю, за неделю управлюсь.
— Хорошо, давайте запланируем встречу и пообедаем вместе. Я надеюсь на вас, Наталья.
Так как они договорились о сотрудничестве, Сергей решил еще поспрашивать о личной жизни Секлетеи. Обычно он не вторгался в аспекты частной жизни владельцев бизнеса, потому что берег свою репутацию, но в данном случае у него не было выбора. Наталья рассказала, что у Секлетеи был муж, который погиб при обороне Белого дома, и добавила к этому некоторые интимные подробности.
— От этого мужа у нее есть сын Владимир, в котором Виталий Красицкий души не чаял. И насколько я знаю, по крайней мере, при Виталии у нее никого не было. Мне его подруга Вероника рассказывала, что Секлетея Красицкая вела в Санкт-Петербурге монашеский образ жизни. Она даже за глаза называла ее «чопорной дурой».
— А за последнее время ничего не изменилось?
— Не знаю, я что-то слышала о том, что она в Москве с кем-то познакомилась и даже в Париж с ним летала. Мне главный бухгалтер «Витафармы» об этом говорила. Но никаких подробностей я не знаю.
Сергей решил, что он выведал все, что было нужно, и предложил тост «за продуктивное сотрудничество». Он был доволен — впервые за долгое время его лицо расплывалось в широкой улыбке. «Наконец-то, я на правильном пути справедливой мести, да и обед здесь что надо».
Наталья раскраснелась, но не столько от коньяка, сколько от мыслей о безбедной будущей жизни с её «милым другом», на содержание которого она теперь сможет заработать деньги.
Санкт-Петербург, март 2001 года
Наталья давно поставила крест на своей счастливой семейной жизни. Отношения с мужчинами не складывались, а может быть, она встречала не тех мужчин. «Пусть на личном фронте не складывается, но у меня, успешной женщины без возраста, должен быть молодой любовник» давно стало её личным кредо. И поэтому она более всего в жизни хотела финансовой независимости, а для этого требовались деньги. Ее недешевый «милый друг» появился было в октябре 2000 года, но к огромному сожалению, пробыл с ней недолго. Просочились слухи о том, что объединенная путем слияния мегафармацевтическая компания не будет создана в ближайший год, а значит, и Наталье Власовой не достанется заветная должность руководителя высшего звена. «Милый друг» сначала заскучал, потом у него появилось множество срочных дел, а перед Новым годом он и вовсе уехал в свой родной город к маме исполнять сыновий долг.
Наталья не могла выйти из депрессии целый месяц. «Если бы я работала, то было бы как-то полегче пережить эту потерю, — с сожалением думала она. — Каждое утро я бы ехала в офис и могла бы там задерживаться до позднего вечера». Устраиваться на работу руководителем среднего звена, консультантом или советником она не хотела: во-первых, деньги не те, а во-вторых, такой шаг означал бы поражение в карьерном продвижении. И Наталья терпела из последних сил.
После встречи с Сергеем она всю ночь не могла уснуть. Оставшаяся не у дел женщина отчетливо понимала, что никаких особенных нарушений у «Витафармы» нет и что проплаченная налоговая проверка там ничего существенного не выловит. «Может быть, найдут какую-то мелочь, так Секлетея оплатит и штрафы, и пени, и на этом все закончится, — размышляла она. — Конечно, "Полимед" может еще проплатить пожарную инспекцию и санэпидстанцию, но здесь обойдутся уже без меня».
Было почти четыре часа утра, когда уставшая от бессонницы и тягостных мыслей женщина поняла, что ей осталось только одно: подделать первичные документы «Витафамы». Это решение сразу принесло долгожданное облегчение, и Наталья уснула как убитая. А подробности коварного плана пришли к ней во сне.
С утра следующего дня женщина стала действовать. Когда она работала в составе руководства «Витафармы», ее внимание привлекли зарубежные сделки Секлетеи, которые она провернула в Болгарии с фасовочными станками, а также в Венгрии с оборудованием для производства таблеток. Наталья решила, что из этого может что-то получиться. Чтобы быстрее решить сложную задачу, она стала проговаривать размышления вслух, что, по мнению некоторых уважаемых ею ученых, играло позитивную роль в структурировании и анализе материала, а также улучшало внутренний контроль над его исполнением:
— За болгарское оборудование «Витафарма» заплатила какие-то копейки, а за венгерское платежей вообще не было. Но и то, и другое оборудование было каким-то образом поставлено на учет в качестве основных средств, и на него впоследствии начислялась амортизация. Налогооблагаемая прибыль снижалась на сумму амортизации, следовательно, можно доказать, что налог на прибыль заплачен не в полном объеме.
Наталья поняла, что нашла первое слабое место в бухгалтерском учете «Витафармы» и нужно предложить налоговой тщательно проверить все первичные документы, связанные с этими сделками. Она вновь стала проговаривать решение:
— Это, конечно, вариант, но по большому счету, крайне мелко. Секлетею Владимировну должны были научить правильно мыслить на экономическом факультете Санкт-Петербургского государственного университета, и вероятно, она сможет грамотно обосновать стоимость этих основных средств. Но помнится, она в начале 1998 года продала излишки зарубежного оборудования в Барнаул, причём с прибылью, и должна была заплатить налоги с этой суммы. А если допустить, что прибыль оказалась минимальной, а они рассчитались с «Витафармой» каким-нибудь бартером, например, ее любимыми сухими травами…
Наталья поняла, что продажа оборудования — это второе и значительно более слабое место и здесь нужно копать тщательнее.
— А если представить дело так, что имеющиеся в бухгалтерии договоры на продажу оборудования отражают только часть сделки, ее незначительную часть. — Она продолжала анализировать: — А основная сделка проходила по другим договорам, и деньги шли через Санкт-Петербургское отделение банка «Менатеп». Если Сергей прав и они после кризиса утопили все свои документы, то из этого может получиться отличная комбинация.
Женщина поняла, что нащупала золотую жилу, и у нее от осознания собственного недюжинного ума стали гореть щеки. Наталья подошла к большому зеркалу, увидела там свое отражение и с удовлетворением отметила, что за прошедшее утро она и помолодела, и похорошела.
— А я еще очень даже ничего! И зачем я зациклилась на этом «милом друге»? Получу деньги от «Полимеда» и поеду отдыхать на Мальдивы.
Женщина сварила себе кофе, налила рюмку коньяка и, чтобы завершить свой анализ, вновь стала разговаривать сама с собой:
— Итак, сколько же налоговая может насчитать «Витафарме» штрафов и пеней?! Примем сумму основных сделок за Х[31][31] — эту сумму я потом определю отдельно, и она будет отнюдь не маленькой. Налог на добавленную стоимость, налог с продаж, налог на прибыль, штраф в двойном размере от суммы неуплаченных налогов, пени за три года…
Наталья достала калькулятор, сделала выкладки и получила отличный результат: по ее расчетам штрафы должны были составить почти сто пятьдесят восемь процентов от суммы. А уж с величиной сделок по поддельным договорам женщина решила не мелочиться. И окончательно довольная собой, она проговорила последнее:
— Это только штрафы за контракты, а еще наказание должностных лиц и генерального директора. При правильной подготовке документов это может быть еще и уголовное дело за уклонение от уплаты налогов в особо крупном размере. Так что, не думайте, Секлетея Владимировна, что у вас нет ахиллесовой пяты[32][32]. Вы даже очень уязвимы при правильном подходе умной женщины. Да, не только умной, но и талантливой, коварной и красивой, как я, Наталья Власова!
Довольная результатами своего анализа, она стала составлять справку для Сергея, где написала о том, что у нее имеются подлинники первичных документов, на основе которых с «Витафармы» могут быть взысканы недоимки по налогам и сборам в размере суммы, приближающейся к одному миллиону долларов, или двадцати семи миллионам пятьсот пятидесяти тысячам рублей.
Сергей получил ее справку, решил взять паузу и поехал в Москву докладывать Михаилу Юрьевичу радостные новости. Грач немного оттаял, но когда Сергей озвучил ему сумму гонорара, который запросила Наталья, то засомневался в достоверности её сведений.
— Цифры по штрафам твоя питерская девушка нарисовала красивые, но и гонорар обозначила солидный. Знаешь, я платить устал. Мне денег не жалко, но нужен результат.
— Хочу обратить ваше внимание на то, что Наталья дала мне ясно понять: без аванса она нам документы не передаст.
— Но копии она нам может показать? А так — за что я буду платить? И пусть эта женщина из налоговой тоже посмотрит эти документы!
— Как вы себе это представляете?
— Да обыкновенно. Пусть приезжает на выходные в Москву, и Наталья с документами пусть подтягивается. Соберемся здесь в «Полимеде» камерно: я на праздник 8 Марта работать сотрудникам не разрешу. Посидим в переговорной с женщинами, чайку попьем и документы все вместе посмотрим. И по результатам уже решим, платить твоей Наталье или нет.
— А если женщина из налоговой испугается?
— Если она такая пугливая, то пусть аванс возвращает. Ну, хорошо, понимаю, придумайте что-нибудь. Пусть она парик наденет и очки какие-нибудь.
Сергей был несколько расстроен, потому что Грач лишал его длинных мартовских выходных, которые он планировал провести с женой за городом. Он тяжело повздыхал, но потом смирился и пошел звонить в Санкт-Петербург.
Санкт-Петербург, март 2001 года (продолжение)
Наталья подошла к подготовке фальшивок с изобретательностью и «огоньком». Она достала с антресолей пачку бумаги, которую принесла из «Витафармы» несколько лет назад, еще в бытность своей работы в высшем руководстве компании. Примерно в то же время бывшая топ-менеджер получила от компании в виде премии почти новые компьютер и матричный принтер, которые иногда использовала для работы дома. Она подготовила на компьютере несколько договоров и актов выполненных работ и сделала пробную печать на принтере.
Наталья понимала, что если со стороны «Витафармы» она подпишет документы сама, согласно доверенности, выданной Виталием, то со стороны барнаульской компании ООО «Алтайский корешок» подпись придется «рисовать». Это было рискованно, но женщина сочла, что в данной ситуации риск — это благородное дело. На всякий случай она поискала в записной книжке контакты сотрудников «Алтайского корешка» и нашла телефон некой Сергеевой Ирины, которая значилась как работник бухгалтерии. Она решила позвонить ей, поздравить с наступающим праздником 8 Марта и разузнать, как там дела на предприятии.
Ирина очень удивилась звонку Натальи, но ей было приятно получить поздравления от такой высокопоставленной столичной дамы. Она с удовольствием сообщила о своем повышении: Ирина теперь трудилась в должности начальника планового отдела в ЗАО «Алтайские травы», которое было создано путем реорганизации из ООО «Алтайский корешок». Наталья поздравила ее с повышением и сказала как бы между прочим:
— «Витафарма» хочет возобновить с вами деловые контакты. Полагаю, что вы продаете сухие травы и корни?
— Да, это одно из направлений нашей деятельности. Могу вам переслать наш прайс-лист по факсу.
— Да, это будет здорово! Только, пожалуйста, перешлите на мой личный факс. Я хочу подготовить информацию и подать ее руководству в правильном ракурсе.
Наталья назвала номер своего домашнего телефона, к которому был подключен факс. Заинтересовав Ирину перспективами в бизнесе, Наталья продолжала выведывать информацию.
— Ирина, а что с ООО «Алтайский корешок»? Эта фирма функционирует?
— Сейчас уже нет, мы ее закрыли в 2000 году. Она вошла своим имуществом и клиентской базой в уставной капитал ЗАО «Алтайские травы», поэтому владельцы бизнеса решили ее закрыть.
— А что с директором ООО, пошел на повышение?
— Нет, он сейчас уже не работает — вышел на пенсию. Живет на ренту с ЗАО «Алтайские травы» и радуется жизни. И нам всем только остается ему позавидовать.
— Да, очень приятный мужчина, передавайте ему от меня привет. И еще у меня остался последний вопрос. Вы как-то сотрудничаете с банком «Менатеп»?
— А этот банк еще функционирует? Я думала, что он разорился еще в 1998 году, после кризиса?
— Да, как структура банк разорился, но его капиталы плавно перетекли в нефтяную компанию «Юкос» и банк «Траст», сотрудники тоже туда перешли работать.
— Как интересно: банк «Менатеп» остался должен «Алтайскому корешку» уйму денег. Мы пытались найти какие-то концы, но все было безуспешно: с нами никто не хотел разговаривать. Так что, когда закрывали ООО, эти долги пришлось списать.
Так как Ирина рассказала все, что было нужно для реализации задуманного плана, Наталья стала аккуратно заканчивать разговор.
— Ирина, большое вам спасибо за факс, я его получила в хорошем качестве. «Витафарма» сейчас планирует расширяться: мы внедряем производство косметической продукции. Так что ваши травы нам скоро будут просто необходимы.
Наталья проанализировала информацию, предоставленную Ириной, и решила делать договоры за подписью бывшего генерального директора ООО «Алтайский корешок». С немалым удовлетворением женщина достала из заветной папки с копиями документов, вывезенных при увольнении из «Витафармы», договоры с «Алтайским корешком» и внимательно рассмотрела подписи и печати на договорах. Придя к выводу, что она будет использовать именно этот оттиск печати, Наталья стала одеваться: она решила встретиться с давнишним знакомым Гургеном, услугами которого иногда пользовалась. Тот был настоящим профессионалом и мастером на все руки, в том числе он виртуозно «химичил» с любыми печатями различной формы и цветов.
Вечером Наталья закончила готовить документы, поставила свою подпись и другой ручкой подписала документы со стороны «Алтайского корешка»: за долгие годы она наработала этот незаменимый навык «художественного рисования». Женщина предусмотрительно запаслась в мастерской у Гургена подушечкой и чернилами для изготовленной печати «Алтайского корешка» и недрогнувшей рукой поставила печати на подписи.
Далее она сходила в ближайшее фотоателье, где был ксерокс, и сделала две копии договоров. И наконец, чтобы сфабрикованные документы не выглядели как только что изготовленные, Наталья решила их состарить при помощи фена. В эту хитрую технологию её по большому секрету посвятил высокий и опытный начальник на предыдущем перед «Витафармой» месте работы. Она аккуратно разложила документы на двуспальной кровати, включила домашний электрический фен и стала прогревать листы его теплым воздухом. Для придания им еще большей достоверности женщина проколола их дыроколом и вложила в старую папку-скоросшиватель, которую использовала еще в «Витафарме».
Довольная собой, Наталья позвонила в Москву и сообщила, что готова выехать ночным поездом и прибыть в «Полимед» к десяти часам утра восьмого марта. Сергей подтвердил время проведения совещания, и она поехала на вокзал покупать билеты. Из-за бедственного финансового состояния ей пришлось приобрести нижнюю полку в обычном женском купе ночного поезда, а люксовые варианты и даже купе СВ остались лишь в воспоминаниях.
Москва, март 2001 года
Сотрудники «Полимеда», задействованные в совещании восьмого марта, были недовольны сверхнормативной работой в женский праздник. Секретарша пришла в офис пораньше, чтобы подготовить переговорную. Заседание было назначено в комнате без окон, которая размещалась в подвале. В «Полимеде», если это касалось сотрудников, экономили на всем: на заработных платах и светлых помещениях.
Сергей тоже приехал за пятнадцать минут до назначенного времени и выслушал накопившиеся жалобы охранника и секретарши.
— Надеюсь, что нам выплатят какую-то компенсацию за работу в женский праздник!
— Надежда умирает последней! Сегодня, между прочим, день солидарности женщин в борьбе за равные права и эмансипацию. Так что пользуйтесь своими правами, а главным является ваше право на труд.
Приехала инспекторша из налоговой: она не стала снимать вязанную петлями шапку и надела очки с хамелеоновыми стеклами, которые темнели от цвета люминесцентных офисных ламп. Секретарша по указанию Сергея преподнесла инспекторше подарок к 8 Марта, так что на стуле рядом с ней стояла корзина с фруктами, конфетами и шампанским, упакованная в блестящую прозрачную бумагу. Без пяти десять в переговорную вошла Наталья Власова, у которой был довольно потрепанный вид после проведенной в женском купе ночи.
Сергей сообщил гостям, что Михаил Юрьевич немного задерживается, и предложил кофе с печеньем. Женщины сидели молча, у них не было никакого настроения вести даже светские беседы о погоде. С тридцатиминутным опозданием появился Михаил Юрьевич, он коротко извинился и начал совещание.
— Представлять вас друг другу не буду, с Сергеем вы знакомы. Полагаю, что все знают о цели сегодняшней нашей встречи. Наталья, хочу предоставить слово вам. Давайте посмотрим ваши документы и вместе подумаем, как эти материалы могут помочь в нашем общем деле. А детали вашей сделки с «Полимедом» мы обсудим сегодня чуть позже.
Наталья достала из сумки папку с документами и протянула ее Сергею.
— У меня есть еще вторая копия, возможно, вам это будет интересно, — сказала Наталья и протянула вторую папку незнакомке в очках и шапке.
— Я думаю, что вам нужно время для изучения этих документов? Возьмем паузу или будем сразу обсуждать?
Сергей, который хотел поскорее завершить это мероприятие, вставил «свои пять копеек».
— Пусть Наталья нам кратко расскажет по существу вопроса, а мы пока изучим документы.
Женщина немного напряглась и, глядя в окно, стала рассказывать.
— «Витафарма» в 1997 году продавала привезенное из Болгарии и Венгрии оборудование компании из Барнаула. Так вот: часть сделки была оформлена официально, а большая часть была проведена по представленным здесь договорам через банк «Менатеп — Санкт-Петербург». Со второй части сделки не уплачены налоги.
— Какова ваша роль в этой сделке, Наталья? — спросил Сергей.
— Я отвечала за нее от «Витафармы», мне Виталий Красицкий дал доверенность на проведение этой и других сделок. В папках находятся копии договоров, актов выполненных работ, банковских платежек и выписок о получении денежных средств на счета в банке «Менатеп — Санкт-Петербург». Также в отдельном файле лежит копия моей нотариальной доверенности, выданной Виталием.
В переговорной повисло молчание, которое нарушалось шорохом перелистываемых документов. Грач внимательно смотрел сначала на Сергея, потом на инспекторшу. Наконец, слово взяла инспекторша.
— А где подлинники этих документов?
— Подлинники у меня. После решения технических вопросов я готова передать подлинники Сергею Турову.
— А в «Витафарме» эти документы есть?
— Я думаю, что нет. Эти документы не проходили по балансу компании. Когда меня уволили, я забрала папку с договорами домой. Я планировала встретиться с Виталием, показать эти документы и напомнить о том, как мы отлично вместе работали до появления в компании его сестры Секлетеи Красицкой. Но случилось так, что сначала Виталий переписал бизнес на нее, потом несколько отошел от дел, а затем внезапно умер при таинственных обстоятельствах.
Наталья говорила очень эмоционально: было видно, что она до сих пор переживает свою размолвку с Виталием. Бывшая топ-менеджер давно забыла о том, что Виталий уволил ее за воровство, когда Секлетея буквально схватила женщину за руку при проведении сделки по покупке злосчастной василеостровской аптеки. Застарелая обида исказила лицо женщины, и слезы навернулись на глаза. Сергей вышколенным жестом подал ей стакан воды и обратился к инспекторше.
— А каково ваше мнение? Вы сможете что-то сделать на основе этих документов?
— Если документы являются подлинными, то да, мы сможем многое сделать. Это тянет на уклонение от уплаты налогов в особо крупных размерах. Но я бы хотела проговорить вопрос о том, как эти документы попадут к нам, то есть как мы их обнаружим? Там, как цербер, у двери сидит заместитель госпожи Красицкой — некий Виктор Петрович Негурица. Мы общаемся под магнитофонную запись и обмениваемся документами в соответствии с письменными актами.
Сергей и Михаил Юрьевич переглянулись, первый помолчал и озвучил свое мнение:
— А что, Наталья, у вас там никого не осталось? Должны же быть в «Витафарме» сотрудники, недовольные Секлетеей Красицкой, кроме вас?!
— Я поддерживаю отношения с главный бухгалтером: она может передать документы налоговой.
— Нет, Наталья. Это не очень правильно. Во-первых, мы ее подставим, и никто не знает, как она себя в этой ситуации поведет, а во-вторых, потеряем в «Витафарме» своего человека. А налоговая может организовать обыск и выемку документов?
— Да, это возможно при наличии весомых оснований.
— Если, например, мы перешлем в налоговую копии этих документов анонимным письмом?
— Анонимка — это не лучшее решение. Пусть Наталья Власова напишет заявление о том, что «Витафарма» уклонялась от налогов, и приложит к заявлению копии документов. Это будет весомым основанием для организации выемки документов.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
