– Тебе не хочется узнать, кому нужно было, чтобы мы здесь оказались?
– Мне хочется улететь отсюда подальше и вытащить Лию отсюда.
Дэйтон вздохнул, система связи шлема исказила звук, превратив его в жуткое шипение, – проверяй.
Лукас подошёл к панели и попытался открыть навигационное окно.
– Ничего не работает, вообще всё заблокировано. Мы теперь даже в воздух подняться не сможем.
– Значит другого выбора у нас и нет, пошли, – наёмник с готовностью зашагал вниз по лестнице.
Боковая дверь отошла в сторону, оставив в проходе едва видимый шлюзовой экран, разделяющий атмосферу корабля внутри и потенциально опасную снаружи. Тонкая полоса света прошла по скафандрам мужчин, когда они прошли сквозь неё, и дверь закрылась за ними. Дойдя до середины трапа, Дэйтон легко подпрыгнул на месте, а следом спрыгнул на землю. Гравитация по его ощущениям была немного меньше земной.
Продвинувшись несколько метров в направлении зловеще проглядывающих сквозь тёмную листву тюремных стен, смартпад наёмника принял какой-то сигнал. Он шёл изнутри здания. Судя по загруженной еще на кораблей объёмной карте помещения, пункт назначения был в отсеке с камерами заключённых.
– Похоже на ловушку, – наблюдая за картой, тихо сказал Лукас.
– Конечно похоже, поэтому мы будем глядеть в оба. Пойдём.
Выставив винтовку перед собой, наёмник шёл вперед к стенам здания, поглядывая на смартпад, на котором он надеялся вовремя заметить движение. Строго говоря, надеялся он как раз на обратное. Лукас шёл позади с лёгким пистолетом взятым на корабле и своим силовым щитом на руке.
Густые кроны деревьев над ними шумели листвой от налетавшего ветра и покачивали странные наросты, которые свисали на тонких полосках. Эти наросты освещали обычную тёмно-зелёную листву едва заметным фиолетовым свечением. Сквозь ветви, растянувшиеся на пол неба, виднелся огромный газовый гигант. Весь испещрённый вихрями он завораживал и хотелось остановиться, чтобы насладиться зрелищем, но обстоятельства вынуждали их сосредоточенно продвигаться к своей цели.
За толстыми стволами деревьев наконец показались едва освещённые стены постройки. Чёрно-зелёные монолитные стены были покрыты слоем грязи и в целом выглядели довольно запущено. Наёмник с Лукасом перешагнули через мощный энергетический барьер когда-то защищавший территорию. Сейчас он был отключен. Пройдя немного вдоль стены, они обнаружили огромную дыру, ведущую в тёмный тюремный двор. Вокруг не было ни души. Тюрьма была заброшена.
Лукас выдохнул и опустил пистолет, – никого, она заброшена, кто же тогда подал сигнал?
– Не расслабляйся, пад не показывает движения, но это всё еще может быть ловушкой. Конечно, сигнал мог быть подан автоматически, но чтобы перехватить управление кораблём? Такое под силу только огромному боевому крейсеру. И то, только дистанционным захватом, но чтобы перехватить электронику? Такого я еще не видел.
– Вселенная полна чудес, – мечтательно ответил Лукас.
– Нахрен такие чудеса, скажу я тебе. Пошли, я хочу скорее разобраться кто за этим всем стоит.
Им пришлось пройти через весь тюремный двор, насладившись не особо приятным зрелищем: когда они приблизились к середине, им начали попадаться трупы заключённых, которые лежали буквально повсюду. Залитые грязью после дождей их лица мёртвыми взглядами смотрели в небо или, скорчившись в неестественных позах, были уткнуты головой в грязь. Кто-то лежал прямо на столах лицом вниз. Их убили, когда они сидели на скамейках. Следы от выстрелов от лазерного и огнестрельного оружия покрывали тела в большом количестве.
– Бойня… это была бойня… – Лукас осмотрел их и заключил, что они мертвы уже около пяти лет.
– Сигнал ведёт из того блока, – оторвавшись от созерцания места бойни, сказал Дэйтон искажённым шлемом голосом и указал рукой на дверь в другом конце двора.
Начал накрапывать дождь, покрывая экраны шлемов мелкими каплями. Благодаря защитному покрытию они быстро скатывались и не мешали смотреть вперёд. Дверь легко поддалась и отъехала в сторону. Мужчины зашли внутрь и попали в длинный коридор, заворачивающий в конце направо. Явно работающее в аварийном режиме освещение едва покрывало светом проход и, судя по всему, всё остальное помещение тюрьмы. Идя по коридору, мужчины заметили в стенах и потолке редко попадающиеся дыры от выстрелов какого-то крупнокалиберного оружия. Сквозь них пробивался свет с улицы, помогая путникам различать дорогу. Поначалу казавшиеся какими-то проводами неровные полосы, оказались ветками и корнями растений, заглядывающие через те же самые дыры в здании. Они заходили внутрь и гротескными узорами струились вдоль стен и потолка.
– Тут всё так заросло всего за пять лет? – Дэйтон шёл и оглядывался по сторонам.
– Может, она и раньше такая была? Может, здешней растительности присущ бурный рост. Кто знает? – Лукас пожал плечами. – Мне не очень хочется оставаться здесь, чтобы это узнать.
За углом показалось какое-то животное, всем своим видом показывающее готовность напасть. Оно сидело недалеко, в ожидании, раскрыв свой огромный рот. Дэйтон приготовился к выстрелу, но Лукас, ухватив его за руку, покачал головой. При ближайшем рассмотрении, «животное» оказалось еще одной грудой тел, лежащих друг на друге. Мрачное освещение здания играло с сознанием.
Сигнал, пойманный смартпадом, был уже совсем рядом. Наёмник жестом указал Лукасу оставаться за углом, а сам, приоткрыв обычную железную дверь, протиснулся в помещение с тюремными камерами. Оно оказалось совсем небольшим и почти неосвещённым, небольшой проход между камерами вёл вперед и обрывался во тьме. Слева от него пустовали семь или восемь клеток с обычными, но толстыми прутьями, справа перед очередным поворотом коридора было всего две.
Тихо шагая, с направленным на первую камеру справа от него стволом винтовки, он приблизился к тому месту откуда шёл сигнал. В ней у дальней стены виднелась какая-то мохнатая груда тряпья. То ли тени снова играли с сознанием наёмника, то ли это нечто напомнило ему человека. Живого человека. Создание сидело привалившись к стене с опущенной вниз головой и, кажется, спало. Или оно умерло в такой позе? Смартпад не показывал движения на десятки метров вокруг, и если бы кто-то хотел бы их схватить, то давно явил бы себя им. Но сигнал шёл прямо из камеры перед ним. Дэйтон подошёл к толстым прутьям вплотную и пнул решётку ботинком. Он не знал на что надеялся, но что-то же нужно было сделать. К его удивлению, груда тряпья и вправду оказалась живой. Она подняла голову и посмотрела ему в лицо. Тусклый луч света, идущий сквозь маленькое окно под потолком, выхватил из темноты его грязное худое лицо. Мужчина. Длинные спутанные светло-русые волосы доставали ему до груди, а густая борода доходила ему чуть ли не до живота. Сложно было определить его возраст, но судя по ясным светлым глазам ему было не больше тридцати-тридцати пяти.
Увидев наёмника, незнакомец заговорил.
– Всё таки решили больше не ждать? – сказал он ровным голосом, полным то ли равнодушия, то ли смирения. – Или кто-то из верхушки всё-таки не смог смириться с мыслью о том, что я всё еще жив? Давай, наёмник, действуй. Или будешь мучить меня сначала? Давай, плевать я на вас хотел. Всё лучше, чем сидеть и дальше гнить в этой дыре.
Договорив, он опустил голову на сложенные руки, и копна волос слилась с его грязной одеждой.
– Я не понимаю о чём ты, парень, – Дэйтон в смятении покачал головой, – ты здесь один? Кто ты?
Незнакомец оживился и поднял голову.
– Не знаешь? Хочешь сказать, ты случайно наткнулся на эту абсолютно пустую неизвестную планету и нашёл меня в этой камере? Извини, но мне очень трудно в это поверить, дружище. Если тебя послали прикончить меня, то… давай, чёрт, действуй уже.
Последняя фраза далась ему с трудом, будто бы он уже начал сомневаться в своих суждениях относительно происходящих событий. Дэйтон отметил, что для человека, который столько времени провёл в одиночестве, у него слишком чистый голос, хотя ему трудно было винить человека в разговорах с самим собой в ситуации вроде этой.
– Мы здесь не для того, чтобы прикончить тебя, – ответил ему наёмник, – по крайней мере, если не дашь нам повода сделать это. Но тебе стоит объясниться. Наш корабль шёл своим курсом, пока кто-то или что-то не перехватило управление и не привело прямо сюда, к твоей камере. Сигнал идёт прямо с того места, где ты сидишь. Есть предположения как это могло так выйти? – наёмник саркастично склонил голову вбок и повёл стволом винтовки.
– Если вы, – он выделил это слово и пробежался глазами в поисках других людей, – думаете, что это какая-то ловушка или еще что-то в этом роде, то я насколько же потерян как и ты, наёмник. – Он встал и, пошатнувшись от бессилия, в два шага проделал путь до решетки. Ухватившись за нее обеими руками, он внимательно посмотрел в глаза Дэйтону.
– Я не знаю, что привело тебя сюда, но я молю тебя, забери меня отсюда. – Его холодный голос перешёл на умоляющий шёпот, однако наёмник уловил в нём руководящие нотки, кем бы он ни был в прошлой жизни, он явно имел дело с людьми. Вблизи он смог разглядеть его одежду: будучи теперь грязным тряпьём, раньше она была некой военной формой одежды. Плотная зеленоватая куртка теперь недосчитывала несколько застёжек, грубые штаны были подвёрнуты, открывая босые грязные ноги. Раньше, судя по всему, они заправлялись в высокие военные ботинки, стоявшие сейчас в дальнем углу. Кем бы ни был этот парень, его история могла оказаться интересной.
– Можешь высадить меня на ближайшей станции, – продолжил пленник, – выбросить в шлюз, пустить пулю в лоб, мне всё равно, но не оставляй меня здесь. Я сижу тут уже сколько? Пять? – он развёл руками, – шесть стандартных лет? Первый год я ещё пытался считать, потом перестал видеть в этом смысл. Вообще во всём. Чувствуешь, как из этих чёртовых дыр задувает холодом? – он вздёрнул тонкую руку к потолку, – и спрятаться мне от них некуда.
Пленник продолжил тем, что стал говорить о том, что никакого сигнала не посылал, но осёкся на полуслове и так с открытым ртом и уставился за спину Дэйтону. Тот, обернувшись, ничего нового и интересного там не заметил. Глаза у пленника закрутились и он с неизвестно откуда взявшимся энтузиазмом продолжил.
– У меня к тебе предложение. Есть идея касательно того, как ваш корабль здесь оказался. Но расскажу я тебе её, если ты меня выпустишь и возьмёшь к себе на борт. Дальше я буду полностью в твоей власти. Что скажешь? – он полным надежды взглядом посмотрел в глаза наёмнику.
– Скажу почему бы тебе не рассказать мне её прямо сейчас. И перестать меня шантажировать, – Дэйтон усталым взглядом посмотрел ему в ответ и подёрнул ствол винтовки.
– Вперёд. Стреляй, – пленник сложил руки на груди, – у меня выбора больше нет, ты моя единственная надежда убраться отсюда и… быть… на свободе, – он отвел глаза в сторону, – но тогда твоя тайна скорее всего умрёт вместе со мной.
Наёмник уважал напористость незнакомца и понимал, что, кажется, выбора у него и правда не было, тем более, что корабль возможно до сих пор прикован к земле, а избавляться от единственного возможного шанса взлететь было бы просто глупо.
– За что ты здесь оказался? – спросил наёмник.
– Я совершил ошибку, – после некоторой паузы ответил пленник.
– Жалеешь об этом?
– Жалею.
– О том что совершил ошибку или о том, к чему она привела?
– Второй вариант.
– Отойди в угол, – скомандовал наёмник и вскинул оружие.
–Эй, что ты… – начал пятиться назад пленник, но Дэйтон указал ему рукой в противоположный двери угол и нацелил ствол винтовки в замок двери.
Пленник, уткнувшись в угол, закрыл голову руками и замер.
Наёмник, сделав шаг назад, выстрелил в замок. В замочной панели под грохот выстрела появилась внушительная дыра, а куски металла со звоном отскочили от железного унитаза.
Лукас, не выдержав от любопытства, и, кажется, поняв, что ему ничего не грозит, вышел из коридора, и увидел, как Дэйтон поманил наружу грязного пленника. Тот, выйдя из угла, поднял ботинки и стал натягивать их на ноги. Не удержавшись, он повалился на свою койку и, поймав взгляд Лукаса, медленно кивнул ему. Широко открытые глаза незнакомца до сих пор с трудом переваривали всё, что с ним происходило. Лукас в ответ настороженно поднял руку в знак приветствия. Натянув наконец ботинки, пленник встал, выпрямился и, переводя взгляд с Лукаса на Дэйтона, наконец представился.
– Рейнолд. Кори. С паузой между словами выдавил он и протянул наёмнику руку. Тот, не выпуская из рук винтовку, кивком напомнил ему, что пора выходить из камеры. Не отыскав от Дэйтона отдачи, Рейнолд опустил руку и вышел в коридор.
– Вау. Столько лет я смотрел за пределы клетки и уже не надеялся, что когда-то смогу оказаться по эту сторону решётки, – улыбка тронула край его губ, но, поймав тяжёлый взгляд наёмника, он снова погрустнел.
– Послушай, дружище, я тебе не доверяю и пока ты не расскажешь свою историю, и я не выберу поверить ли тебе или нет, ты переходишь из пленника этого места под моё руководство, – Дэйтон продолжал тяжело смотреть ему в глаза, – единственные причины по которыми ты с нами идёшь это ответы и путь с этой планеты. Понятно? – наёмник ткнул его стволом в спину и указал на выход, – шевелись.
Лукас же тем временем задавался другим вопросом. В некоторых из соседних камер лежали тела заключённых, которые судя по степени разложения были убиты столько же времени назад как и те, что были снаружи.
– Сколько времени ты здесь провёл? Всё время один? – он указал руками на тела, – с момента их смерти? Как ты выжил один всё это время?
– Автоматическая система кормления, – ответил за него Дэйтон и показал в камере на устройства закреплённые на стене. – Выдают пищевую пасту и воду раз в день. К нашему счастью, еще и рабочий автоматический унитаз. Меня больше волнует почему все остальные мертвы, а он нет.
– Я отвечу на эти вопросы, когда доберемся до корабля, – спокойно сказал пленник, – забегая вперёд, хочу сказать, что я их не трогал. И дыры повсюду тоже не моя работа. Поэтому в таком отношении с твоей стороны, наёмник, не вижу смысла.
Дэйтон медленно сглотнул слюну и после недолгого молчаливого взгляда на пленника повернул голову к Лукасу, который с интересом изучал устройство камеры.
– Ты идёшь? Или остаешься там? – начиная идти, бросил ему наёмник.
– Ага, иду. Никогда такого не видел, – выходя из камеры, ответил ему Лукас.
– Надейся, что больше и не увидишь, – тихо сказал Дэйтон.
Пленник, назвавшийся Рейнолдом, шёл впереди по тёмному коридору. Даже в таком освещении Дэйтон заметил, что он прихрамывает на одну ногу. При современной медицине хромота была, как правило, уделом бедняков, которые не могли позволить себе простейшее лечение. Ещё причиной, например, могла стать удалённость от цивилизации в течение длительного тюремного заключения в месте, где все остальные кроме тебя мертвы.
– Что с ногой? – спросил идущий сзади Дэйтон.
– Старая травма. Ничего серьёзного, – махнул рукой Рейнолд.
– Насколько старая? – пытался добраться до истины наёмник.
– Полученная ещё до этого места, – Рейнолд продолжал ковылять впереди.
– Ладно, – хмыкнул Дэйтон, – главное, чтоб шагать не мешало. Нести я тебя не собираюсь.
Разрываясь между тёплым чувством чудесного спасения и ворчанием наёмника, Рейнолд горестно выдохнул и толкнул дверь в тюремный двор. Остановившись на пороге, он повернулся к его спасителям.
– Да, кстати, как вы, наверное, поняли, здесь можно нормально дышать, так что в шлемах нет необходимости, – поймав взгляд наёмника, добавил, – но дело ваше…
– Я понял это, ещё когда увидел тебя, – стоя к Рейнолду спиной, ответил наёмник, – иначе мы бы нашли только твои тленные останки.
– Но дело не столько в атмосфере, сколько в броне, да?
– Шагай давай.
Капли, падающие с неба, которые сопровождали их на пути внутрь, стали полноценным дождём. Сильный ветер гнал их почти горизонтально поверхности, а вдалеке вспыхивали бесшумные молнии, яркими вспышками пронзающие глубокий пурпурный цвет неба. Нависающий над ними газовый гигант будто пытался гнать их прочь с планеты, желая остаться наедине с самим собой.
Рейнолд, замедлив шаг, с наслаждением подставил лицо потокам воды. Ветер с дождём уложил его волосы назад и мотал кустистую бороду как дерево в ураган. Поторапливаемый Дэйтоном, он был вынужден ускорить шаг, но, проходя мимо тел заключённых, наёмник заметил в его взгляде искренний испуг, превративший его лицо в каменную плиту. Не горечь и сожаление, а настоящий страх и отрешение прочёл Дэйтон на его лице. Он, кажется, пытался подсчитать количество человек, и взгляд его потяжелел. Он, отвернувшись, стеклянными глазами стал смотреть перед собой. Ветер тотчас спутал его волосы, раскидав их по лицу. Руками он пытался заправить их за уши, но погода не давала ему это сделать. Казалось, что мечущаяся грива волос отражала его внутреннее беспокойство.
Зайдя под строгим надзором наёмника на борт их корабля, пленник рухнул на четвереньки и уселся, прислонившись к стене.
– Простите, ребята, сил нет, – он на секунду замолчал и уставился в одну точку. – Если они сотворили такое с остальными заключёнными, только чтобы замучить меня, – тихо добавил он, – то возвращаться мне некуда. – Он опустил голову между колен и горестно выдохнул.
– Пойдём, страдалец, – Дэйтон подошёл к нему и помог подняться, – твой путь еще не окончен.
– Мы накормим тебя нормальной едой и дадим отдохнуть в одной из кают, так ведь? – Лукас, шедший рядом с прихрамывающим пленником, повернулся к наёмнику.
– Если будет за что поощрять, – твердо сказал тот, – сначала пусть поднимет нас в воздух.
Наёмник глянул на смартпад в поисках сигнала, шедшего из камеры. Он исчез. Его не было ни на старом месте, ни на месте иконки, изображающей Рейнолда.
Дэйтон закинул винтовку за спину, проделать дыру в корабле ему сейчас хотелось меньше всего. Во всяком случае, справиться с одним немощным человечком можно было и без неё.
Лукас тем временем продолжал интересоваться судьбой нового знакомого.
– Так ты провёл там всё это время совсем один? – идя по коридору между каютами на втором этаже, спросил он. – Всё время в камере? Ужасно должно быть.
– Я бы точно сошёл с ума, сидя там, —улыбнувшись уголком рта, ответил он Лукасу, – но голос в моей голове, с которым я беседовал, помог мне сохранить рассудок, – он постучал по виску пальцем. Улыбаясь, парень продолжил идти вперед.
Дэйтон замедлил шаг и переглянулся с Лукасом.
Рейнолд, заметив это, замотал головой и тоже замедлился.
– О, нет, это не совсем то, что вы подумали, – спохватился он, – ну то есть… я надеюсь на это. Кажется, сейчас мы это точно узнаем. Он нырнул в кабину пилота.
Дэйтон на всякий случай расстегнул застёжку на кобуре пистолета.
Зайдя в пилотный отсек, Рейнолд жестом показал, чтобы они подождали сзади него. Сам он подошёл к панели приборов и, секунду помедля, заговорил с самим собой.
– Не бойся, слышишь? – его глаза смотрели куда-то в пустоту перед собой. Грязный и обросший, он напоминал сумасшедшего бездомного. – Это ведь твоих рук дело?
Несколько секунд он молчал, похоже, слушая как его голос в голове ему отвечает.
– Наверное, я должен поблагодарить тебя за то, что ты направил их к нам и помог мне освободиться, но послушай, эти люди нам не враги, – он скользнул взглядом по лицам мужчин, словно пытаясь донести до них эту мысль.
Лукас, стоя во тьме прохода, озадаченно наблюдал за развернувшейся сценой. Дэйтон лишь покрепче сжал рукоять пистолета, торчавшего в кобуре.
– Сейчас мне нужно, чтобы ты вернул управление кораблём в их руки, понимаешь?
Он водил глазами, слушая ответ.
– И больше ты не должен мешать им управлять кораблём или еще каким-то образом вмешиваться в их дела, понимаешь?
По расслабленному выражению его лица было видно, что общение с голосом протекает благоприятно.
– Отлично. Одна последняя вещь, которую мне нужно, чтобы ты для меня сделал, это вернул корабль на прежний курс.
Секундная пауза.
– Мне нужно посмотреть, что произойдёт, – тихо сказал сам себе Рейнолд.
Несколько мгновений ничего не происходило. Пленник медленно переводил взгляд с потухших приборов на погасший монитор, висящий на левой стене. Он даже не заметил, что Дэйтон уже держит пистолет в руке, заведённой за спину.
– Киен? – спросил сам у себя Рейнолд.
В эту же секунду панель приборов засветилась индикаторами смены курса, а на настенном экране появился новый пункт назначения: станция «Летанус», звёздная система «Колыбель—А1». Корабль лёг на их прежний курс. Следом завёлся двигатель, и тихо загудели турбины. Они были готовы к взлёту.
Следующие несколько секунд все трое молча смотрели на активировавшийся корабль и пытались расставить всё по местам в голове.
– Как? – только и выдавил Дэйтон.
Рейнолд всплеснул руками и ответил наёмнику округлившимися глазами.
– Это эта штука в моей голове, понимаешь? Этот… Киен. В общем-то это я его так назвал. Он выдал мне длиннющий серийный код, когда я впервые его услышал. А потом ещё и ещё, казалось, что он больше ничего не знает, пока я его не разговорил. Я сократил весь этот набор букв и цифр до короткого названия. Он привык.
– Он. Ты называешь это, чтобы оно ни было, как будто оно живое. – снимая шлем скафандра, недоверчиво сказал ему Дэйтон. Его голос с искажённого сменился к концу фразы на его обычный низкий бас. Лукас тоже начал освобождаться от своего. Судя по его скорченному лицу и движениях плечом, ему сильно хотелось это плечо почесать.
– Я до этого момента сомневался в реальности Киена, – ответил Дэйтону Рейнолд. – Всё таки я столько лет провёл в этой камере, что голос в голове начинал казаться довольно-таки нормальным явлением. Я, кажется, обещал вам историю? Давайте найдём место поудобнее и я вам всё расскажу. Честно признаться, мне тяжело долго стоять на ногах. Только сначала скажите, здесь есть душ?
Глава 5. Основы робототехники.
Лукас нашёл Лию лежащей в неком подобие гамака, растянутым из старой бежевой ткани, на первом этаже корабля, в его носовой части. Небольшое помещение грузового отсека было отделено прочной дверью, которую Лия смогла открыть, когда Дэйтон с Лукасом уходили на зов сигнала в тюрьме. Как всегда она коротала время, водрузив очки на глаза и погрузившись в игру. Достучаться до неё он так и не смог и был вынужден набрать её в смартпаде.
Почувствовав вибрацию на руке, она ладонью сдвинула очки на лоб и приняла вызов. Голова Лукаса всплыла над её рукой, недовольно смотря на девушку. Её пад был относительно новой моделью, она выменяла его у одного из заезжих посетителей астероида на какие-то детали из его недр, поэтому Лукас был почти как настоящий.
– Эй, вы уже вернулись? – своим высоким голосом ответила она, – как всё прошло? Все живы? Ты принёс мне сувенир из тюрьмы?
– Ага, он даже разговаривает. Только немного воняет, – ворчливо отозвался её дед, – открывай давай, не могу до тебя достучаться.
– Воу, серьёзно? Круто! Сейчас, погоди, – юная путешественница попыталась одним прыжком вылететь из гамака и, застряв одной ногой в ткани, завалилась на пол. Очки снова с размаху опустились ей на глаза. – Твою мать… – чертыхаясь, она выпутала ногу из гамака и, мотнув головой назад, вернула очки на их место на лбу.
Дверь отъехала в сторону, спрятавшись в стену.
– Наконец то. Опять вся в игре была, что даже ничего не слышишь? Так я и помру когда-нибудь, а ты и не заметишь, – Лукас щёлкнул ей по очкам пальцем.
– Эй, – Лия недовольно сделала шаг назад. – Если ты помрёшь, я обещаю, я обязательно найду тебя и скажу тебе об этом.
Лукас помассировал виски и недовольно вздохнул.
– В общем, посиди пока тут, пока мы с Дэйтоном не выясним что за человек скрывается под всем этим слоем волос. Он сейчас в душе. Единогласным решением было принято, что лучше будет, если он сначала приведёт себя в порядок.
– Ну уж нет, – Лия выглядела одновременно возмущённой и заинтересованной. – И пропустить всё самое интересное?
Она юркнула мимо Лукаса и побежала к лестнице, ведущей на второй уровень. Лукас мимоходом заметил, что её два хвоста волос успели сменить цвет с розового на ярко-зелёный.
– Эй, мы даже не знаем кто он! – кинулся вдогонку Лукас, – он может оказаться убийцей или ещё кем-нибудь похуже!
– Ага, например, огромным бородатым наёмником, – скептично скривилась девушка, застыв посреди лестницы.
– Я знаю Дэйтона уже пол жизни, он для нас не опасен, не сочиняй.
– Я уже не маленькая девочка, дед! Расслабься, окей?
Лукас, опустив голову, шумно выдохнул.
– Эта часть тебе точно досталась от твоей матери, – тяжело поднимаясь, ответил он ей.
– Ну, от моей мёртвой мамы мне это узнать не получится, так ведь? – заскакивая наверх и недовольно смотря вперед, сказала она, – поэтому поверю тебе на слово.
– Да, твоя мать давно мертва, – тихо себе под нос прошептал Лукас, выходя наверх вслед за ней.
На втором уровне корабля, привалившись к стенке, стоял Дэйтон. Сейчас он был одет в простую серую футболку, обтягивающую его мускулистые руки и торс. В руках у него мерцало лезвие его ножа, которым он, коротая время, поигрывал в руке.
Открывшаяся дверь в душевую, которая нашлась рядом с туалетом, заставила обратить все взгляды на себя.
Вышедший оттуда Рейнолд казался другим человеком: борода исчезла, светлые волосы были отстрижены на уровне ушей и аккуратно зачёсаны назад. Лишь одно полотенце, намотанное на талию, служило ему сейчас одеждой. Но не болезная худоба больше всего поразила окружающих. Отсутствие одежды и косм растительности на лице и голове показало, через что прошёл бывший пленник. В какой-то момент он лишился левой руки и ноги, их место сейчас занимали протезы, очень дорогие, судя по их внешнему виду. Схожие по цвету с бледным оттенком его кожи, они были выполнены из полупрозрачного белёсого материала, кое-где показывающего их внутреннее устройство.
Его лицо тоже подверглось изменениям. Не понятно, было ли это сделано из-за его травм или улучшения носили другой характер. Его челюсть в нижней части обрамляли чёрно-серые вставки имплантов, уходившие глубоко внутрь, а со лба над бровью шла тонкая полоска выпирающего подкожного импланта, заканчивающаяся за ухом и уходящая в шею. На виске и шее, круглыми, похожими на разъёмы, были утоплены внутрь чёрные диски диаметром в сантиметр.
Обеими рукам он с удовольствием погладил гладко выбритые щёки.
– Ни в обиду будет сказано, – он пробежал по бородатым лицам мужчин, – но я ненавижу бороду. Не представляете, как давно я мечтал от неё избавиться.
– Ты киборг? – довольно глупым голосом поинтересовалась Лия.
– Нет, – усмехнулся парень, – я Рейнолд.
Он протянул ей руку и Лия, вытянувшись вперед, робко скользнула взглядом по недовольному лицу Лукаса и пожала новому знакомому руку в ответ.
– Лия, – представилась она.
– По совместительству моя едва ли совершеннолетняя внучка, – предостерегающе добавил Лукас.
– Принял к сведению, – ответил полуголый бывшей пленник.
Наёмник, державший под мышкой свёрток одежды, щёлкнул пальцам, привлекая внимания Рейнолда. Бросив одежду ему в руки, он развернулся и поманил ножом всех за собой в кухню.
Рейнолд с удовольствием уплетал растопленный в тарелке протеиновый блок, напоминавший некое подобие крем супа и заедал его рыбными консервами прямо из банки. Он натянул на себя найденную в одной из кают футболку и штаны более менее подходящие ему по размеру. Несмотря на это, белая футболка с рекламой какой-то лапши всё равно висела на нём мешком. Волосы начали высыхать, непослушный локон выбился и повис над его глазом. У него было красивое лицо с правильными, даже аристократичными чертами. В сочетании с невероятно дорогими протезами и имплантами, можно было сделать вывод, что он из обеспеченной семьи, а скорее всего, даже династии. Осталось выяснить, что он забыл в тюремной камере на далёкой забытой планете.
Доев, он блаженно откинулся на спинку дивана, рукой заправив выпавший локон волос обратно в причёску.
Дэйтон закурил.
В ответ на предложенную им пачку сигарет, Рейнолд отмахнулся, а вот кружку с кофе, протянутую ему садящимся Лукасом, принял с удовольствием.
– Спасибо за то, что вытащили меня оттуда и накормили, – благодарно обведя всех взглядом, сказал он. – Правда. – Он с закрытыми от удовольствия глазами сделал глоток кофе. Дешёвый порошковый сорт сейчас воспринимался им как самый вкусный в мире. – Понимаю, конечно, что я был вам нужен, но всё же, спасибо. – Он в задумчивости покачал головой. – Я вырос в роскоши и достатке, у меня всегда было всё. Проведя столько времени в том месте, я понял, как нужно ценить всё, что у тебя есть, даже если это расплавленный блок протеина и дешёвый кофе.
Наёмник выдул вбок сигаретный дым, сразу же забранный системой фильтрации и, положив правую руку на стол, повернулся к Рейнолду.
– Кстати, об этом.
Рейнолд согласно закивал головой.
– С чего бы начать, – замялся он. – Прощу прощения, годы проведённые в заключении отразились на моих мыслительных способностях.
– Ну не совсем, скажем, – наёмник постучал себя пальцем по виску.
– Да. Но до него мы еще дойдём. Как я уже говорил, меня зовут Рейнолд Кори, я сын известного предпринимателя Мольдо Кори.
– Мольдо Кори? – встрял Лукас, – Кори Корп Юнайтед?
– Твой знакомый? – глянул на него Дэйтон
– Ха! Нет, ты что, – усмехнулся Лукас. – Мы работали с Кори Корп в эээ… – он замялся, посмотрел на Рейнолда, – ещё на станции Летанус, – закончил он, глядя на стол. – Вели несколько совместных проектов много лет назад.
– Вы работали в Арктонос? – немного удивлённо спросил у него Рейнолд.
– Много лет назад, – задумчиво ответил Лукас, – главный инженер отдела инфоструктуры.
– Мы начали ему доверять? – укоризненно метнул на него взгляд наёмник.
– Это далёкое прошлое, Дэй, – спокойно ответил ему старик.
– Прошлое всегда может укусить тебя за зад, – недовольно парировал наёмник и откинулся на спинку.
– Станция Летанус не выходила на связь уже около десяти лет, вы знали об этом? – сказал Рейнолд Лукасу.
Тот оживился.
– Нет, я… не интересовался ей с давних пор. Судя по карте, она всё еще существует, так что… узнаем на месте, что с ней произошло.
– Лукас! – наёмник вновь спокойно, но твёрдо одёрнул старика. Тот слегка ушёл в себя и, кажется, не заметил его выпада.
– Не волнуйтесь, Дэйтон, я не стану проблемой, – спокойно сказал Рейнолд. – На самом деле, возможно, я даже смогу помочь. Материально. Если вы сделаете кое-что для меня. Но для начала мне нужно закончить свою историю.
Скрестив пальцы, он сложил руки на стол и углубился в воспоминания.
– Мой отец очень богат, был… богат, пожалуй. Я не был дома много лет, пока находился в заключении, и настоящие события мне неизвестны. Но, насколько я могу судить, все мои родные мертвы, – он сделал паузу и отхлебнул из чашки с кофе. – Я замещал отца во всём, что касалось заключения сделок и ведения переговоров за пределами нашего мира.
– А где этот ваш мир? – вставила Лия, увлечённая рассказом. Тарелка с жидким супом из консервов, стоящая перед ней, так и осталась нетронутой. Она была слишком заинтересована происходящим.
– Сентария, – грустно выдохнув, ответил ей Рейнолд. – Небольшая планета на окраине обитаемых систем, где отец построил свою маленькую империю. Хотя, наверное, лучше было назвать её его местом для ухода на пенсию. Он терраформировал её на свои средства после того, как сколотил состояние в центральных системах. Там, где были только камень и песок, его усилиями появились бесконечные поля цветов и рощи с озёрами и пышными деревьями. Бесконечно тянущиеся ущелья и кратеры, появившиеся от падений метеоритов, превратились в реки и моря, полные живности. Посреди всего этого он построил свой дворец, в котором, – Рейнолд вздохнул, – он собирался закончить свои дни. Только теперь всего этого нет. Усилиями людей это место снова превратилось в кошмар, в котором невозможно было жить. За несколько лет, до того как меня схватили люди моего дяди, началась война. Ублюдку всегда было мало власти, данной ему моим отцом, – его обычно спокойное лицо подёрнула маска гнева. – Этот чёртов лентяй и рукой не пошевелил, чтобы что-то сделать для компании, но отец был слишком добр и отдал ему часть подразделений под контроль. К сожалению, одним из них была наша оружейная отрасль. Дядя получил в свою власть несколько наших заводов, производящий боевых роботов, оружие и боевую броню. Пока он развлекался и тратил деньги на бордели, охоту и играл в политику, ему в голову пришла мысль, что было бы неплохо отобрать у отца всё остальное, тогда можно было вообще жить на всю катушку. Они напали ночью и обезвредили половину нашей охраны. Мы не ожидали такой мощной атаки, и дядя знал все наши слабые стороны и тайные ходы. Оказалось, я совершенно не знал человека, с которым бок о бок работал многие годы. Может власть изменила его, а может просто вытащила на поверхность всё, что было скрыто в нём всё это время. Мы смогли отстоять усадьбу, благо она была подобна крепости, но понесли значительные убытки. Подкрепление с других планет не прибыло, дядя позаботился о том, чтобы заглушить коммуникации. Наш собственный человек, один из высших командиров армии отца, изнутри позаботился о том, чтобы ослабить нашу позицию, отрубить связь и впустил часть солдат дяди внутрь территории. Это стало началом конца. Мы держались под осадой почти год. Строго говоря, усадьбой владения отца не ограничивались. Он выстроил на Сентарии небольшой город, в котором были и лаборатории и мастерские, жилой квартал. Эти деревья с розовыми раскатистыми ветвями посреди улиц, зажатых между холмами, стоило увидеть.
– Почему они не разбомбили город? – спросил Дэйтон?
– Системы ПВО. На стенах, окружающих город, несколько десятков защитных пушек. Боюсь, что сейчас они под контролем врага и это не упрощает мою задачу. Вашу тоже, если вы согласитесь помочь.
– Что-то не горю желанием помогать тебе снести с лица планеты целую армию, если я понимаю к чему ты ведёшь, – ответил наёмник.
– Армии там уже нет. Когда меня схватили, наша маленькая война уже подходила к концу. К тому моменту город был сожжён, почти все наши войска разбиты и захват города оставался делом времени. Поэтому я уверен, что отца уже нет в живых, а дядя занял его место.
– Почему ты уверен, что он ещё там? – решил уточнить Дэйтон, – прошло много лет, и ты сам сказал, что город сожжён.
– О, он там, я уверен. Он хотел занять место отца, а оно там. В его усадьбе. С его деньгами восстановить город не проблема.
– А твои протезы, – разглядывая механическую руку, которой Рейнолд держал кружку с кофе, – сказала Лия, – ты потерял руку и ногу во время войны?
– Лия! – укоризненно покосился на неё Лукас, но сам с интересом перевёл глаза на рассказчика.
– Ничего. Это резонный вопрос, – махнул рукой он в ответ на её выпад. – Да. Это так. Меня тяжело ранили во время первого вторжения, когда тот предатель из наших рядов впустил людей дяди через один из тайных проходов. Собственно тогда мы и поняли, что он переметнулся на их сторону. Защищая отца, я вместе с начальником его охраны и небольшой группой боевых роботов пытались противостоять натиску захватчиков. Мы потеряли половину роботов, а я – руку и ногу. И еще лёгкое. Так что, в некотором смысле, я и правда немного киборг, – усмехнулся он.
Лия в ответ улыбнулась и немного покраснела.
– Несколько месяцев я провёл в коме, затем отходил от вживления протезов. Врачи по приказу отца не давали мне выйти из палаты. Начальник охраны, Ниолс, сообщал мне о текущей ситуации и с каждым отчётом я понимал, что дела наши всё хуже. В итоге всё закончилось тем, что один из врачей оказался человеком дяди, подобравшимся ко мне, и мне пришлось всадить ему виброскальпель в глаз. Посовещавшись с отцом, Ниолс вернул меня к ходу сражения, и я описал ему план, который зрел у меня в голове, пока я лежал прикованный к больничному месту. Результатом операции, основанной на нём, дядя лишился трети его армии, а Ниолс жизни. Вопреки возражениям отца, я присоединился к группе, исполняющей мой план, и в итоге был схвачен и брошен в то место, где вы меня и нашли. Думаю, что все те жертвы, которые мы видели в тюрьме, были сделаны по приказу дяди, который решил бросить меня там в полном одиночестве в качестве расплаты за мою находчивость.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
