Читать «Архипов. Псионик» — Сергей Баранников онлайн
Страница 1 из 4
Сергей Баранников
Архипов. Псионик
Глава 1. Вечер, который не предвещал неприятностей
Переполненная маршрутка, июньская жара, внутри салона просто не продохнуть, а я еду с последнего экзамена и не могу сдержать улыбки. Сессия сдана, и теперь я могу считать себя студентом второго курса! Правда, впереди еще летняя практика, но это уже половина проблемы. Сегодня самый счастливый день за долгие месяцы, и даже хмурое настроение пассажиров и причитания бабульки всякий раз, как кто-то решится открыть люк, не могут меня огорчить.
Остановка возле медицинского университета. Водитель жмет по тормозам, и я едва успеваю схватиться за поручень, чтобы не растянуться на полу. Хотя, куда тут падать, если людей, как в консервной банке? Со стороны учебных корпусов тянутся студенты, которые сегодня тоже закрыли сессию. Некоторые улыбаются, но кое-кто выглядит уставшим и совершенно измотанным. Как же я их понимаю!
Буквально за секунду до отправления в салон забегает девушка. Благодаря какому-то неведомому закону сохранения свободного места в пространстве ей удается уместиться на последней ступеньке. Длинные волнистые волосы разметались по сторонам, а сама она выглядит взволнованной.
– До Пушкина, пожалуйста!
Маршрутка начинает движение, а девушка протискивается немного дальше и становится возле окна. Одной рукой держится за поручень и поправляет непослушные локоны, которые закрывают лицо. Да, я бы тоже не отказался оказаться там, и дело не только в девушке – из окна в салон маршрутки попадает хоть какой-то воздух. Увы, по салону не протиснуться, поэтому мне лишь остается наблюдать за красоткой с другого конца маршрутки.
Обернись. Посмотри на меня.
Эх, если бы я мог передавать свои мысли на расстоянии. Не знаю сработало, или мне просто повезло, но в следующее мгновение девушка поворачивается в мою сторону, и наши взгляды встречаются. На ее губах появляется улыбка, на щеках появляются ямочки и легкий румянец, а в следующее мгновение она скромно опускает глаза. Так, это точно знак! Значит, она выходит на Пушкина? Нельзя упускать такой шанс.
– Простите, вы на Пушкина не выходите? Давайте поменяемся.
Пассажиры нехотя расступаются, пропуская меня к задней двери. Заранее занял место возле выхода, и как только маршрутка остановилась, дотянулся до кнопки. Дверь отворилась, и я тут же выскочил на улицу. Девушка ушла совсем недалеко, поэтому догнать ее было делом пары мгновений.
– Привет! Я – Андрей.
– София.
– Какие планы на вечер?
– Ну, вообще собираюсь ехать к родителям на выходные в Ярцево…
– Давай сходим куда-нибудь, когда вернешься. Оставь свой номер, договоримся о встрече.
Через минуту девушка пересела в другую маршрутку, едущую до автовокзала, а в памяти моего телефона был сохранен ее номер. Да, сегодня определенно самый удачный день за последние несколько месяцев! Сначала экзамен, теперь номер телефона симпатичной девушки, которая мне понравилась. Осталось только встретиться с друзьями вечером и заглянуть в одно местечко, а заодно и отпраздновать окончание первого курса!
***
– Говорю вам, на заброшке абсолютно безопасно, – авторитетно заявил Генка, оглядываясь по сторонам. Мы вчетвером пробирались к старому зданию Смоленского научно-исследовательского института, который закрыли еще в конце прошлого столетия. Вечерние сумерки скрывали наши силуэты на фоне высокого каменного забора, которым обнесли здание в надежде обезопасить строение от таких гостей, как мы.
– Тогда зачем оглядываешься?
Похоже, мои слова заставили Генку собраться, и он тут же выпрямился и спокойно вышел из укрытия. Ага, герой, только что проверил обстановку, убедился, что вокруг никого нет, а теперь решил восстановить свой авторитет.
– Говорю же, бе-зо-пас-но, – произнес он по слогам. – Ты же меня знаешь.
Генку я знал давно, наши дорожки сошлись еще на первой сессии, когда мы сдавали высшую математику. Мне никак не давались эти интегралы, и я рисковал получить первый в своей университетской жизни «хвост». Именно тогда предприимчивый Генка Вихрев предложил купить экзамен за бутылку коньяка. Вихрь, как прозвали его сокурсники за фамилию, невероятную инициативу и неусидчивость, тоже встрял с интегралами, и садиться за зубрежку совершенно не собирался.
Именно тогда я впервые услышал его знаменитую фразу «Ты же меня знаешь», и тогда же я чуть не вылетел из универа из-за той самой бутылки коньяка. Игорь Федорович, пожилой препод, читавший нам высшую математику, был еще советской закалки, взятки принципиально не брал, хоть и жил бедно. Получив необычное предложение, он сразу записал нас с Генкой в число бездельников. Пришлось все зимние каникулы ходить к нему на дополнительные занятия.
Как результат, он успел закрыть ведомость в последний момент, и я ходил с гордой четверкой в зачетке, ну а Генка дулся на меня потому что получил трояк и слетел со стипендии. В принципе, никто же не мешал ему налегать на учебу, но как говорил сам Генка, у него свои способы решения проблемы.
– Мальчики, что тут у вас?
Следом за нами из укрытия вышла стройная блондинка, хотя в походной одежде ее фигуру все равно было сложно рассмотреть. Аня… Девочка из богатой семьи, но в наших сталкерских вылазках она была незаменимым участником.
Однажды ее отец встретил нас с Генкой и пытался серьезно поговорить, чтобы Аня больше не гуляла в неблагополучной, по его мнению компании, но у него ничего не вышло. Девушка устроила такой скандал, что отцу пришлось отступить.
Следом за Аней из укрытия вышел Толик. Наша тяжелая артиллерия и веский аргумент в любых ситуациях, когда нужна грубая сила. Толя не раз выручал нас в рисковых походах.
– Да бросьте, ребят, никого здесь нет! – увидев рядом крепкого друга, Генка заметно посмелел. – Последним сторожем был Степаныч, пока и его не уволили, а если нариков встретим, у нас есть Толя!
Толян одобрительно хмыкнул и захрустел костяшками пальцев.
– Странно это все, – Аня нахмурилась и остановилась возле стены.
– Да что странного? Ну, пошел он в подвал за банкой огурцов и пропал. Мало ли куда он мог деться. Ребята, которые любят бродить по заброшкам, говорят, что угодил в аномалию, но я в эту ерунду не верю. Давайте оставим эти сказки тем, кто просто боится соваться на охраняемый объект. Мы же не из таких?
Я посмотрел на дыру в бетонном ограждении заброшенного исследовательского центра. Это место, расположенное на окраине города, манило всех любителей побродить по заброшенным местам. В своих кругах они называли себя исследователями, сталкерами или ходоками, а по мнению патруля, который неоднократно задерживал неудачливых искателей приключений на мягкое место, мы были просто бродягами и злостными нарушителями порядка.
Сегодня мы снова решили забраться в это место, но на этот раз нашей целью был подвал, куда практически ни одна команда не осмеливалась спуститься, а в одиночку соваться было вообще смертельно опасно. И дело не в сточных водах, которые подтапливали помещение, а скорее в завалах и смутных легендах, ходивших об этом месте.
Взять ту же историю о пропавшем стороже Степаныче. Старик работал на этом предприятии еще со времен Союза. Говорят, был каким-то ученым, а после развала страны и закрытия исследовательского центра не смог покинуть это место и заделался сторожем. Для тяжелых девяностых – обычная история. Одно время ему даже платили какую-то зарплату, чтобы поддержать старика, а когда здание окончательно сняли с баланса государства и квартиру старика отжали черные риэлторы, он перебрался сюда. Говорил, что работает сторожем, но мы-то знали, что ему просто больше некуда податься.
Степаныч был душа-человек. По первой он нас шугал по всему объекту, но когда понял, что мы не вандалы и не наркоманы, подобрел и принял за своих. Его любили все. И страйкболисты, которые частенько по выходным зависали в правом крыле заброшки, и такие ходоки как мы, которым просто не хватало романтики и хотелось почувствовать себя вдали от цивилизации, а заодно и посмотреть что да как тут устроено.
Посмотреть ведь было на что. Огромные пустые железобетонные колодцы, поржавевшие цистерны, которые превратились в труху и на приемке металла уже никому не нужны, какие-то приборы, аппараты, колбы… Еще до того, как вандалы перевернули здесь все, казалось, будто люди бросили все на своих местах и просто ушли.
За пару лет наших редких вылазок мы исследовали все четыре этажа, центральную часть и оба крыла, и только подвал оставался белым пятном на нашей карте. Именно там вроде как и пропал Степаныч. Сторож хранил в подвале свою консервацию и частенько пропадал там. Нас он туда никогда не пускал, объясняя, что спускаться туда слишком опасно. Редкие компании ходоков, которым удавалось пробраться мимо зоркого Степаныча, говорили о каких-то аномалиях, но их подняли на смех, на этом история с подвалом и закончилась.
Именно после исчезновения сторожа мы и решили поискать его в подвале. Может, он подвернул ногу, или сердце прихватило? Хотя, конечно, спустя неделю наша помощь скорее всего будет уже неуместной, но хотя бы выяснить что с ним случилось.
А еще у Степаныча была собака. Обычная дворняга, которая прибилась к старику и была его верным поводырем. Благодаря Мухе он безошибочно вычислил нас, когда мы пытались прятаться в день нашего знакомства. Эта лохматая ищейка останавливалась возле каждой нашей нычки и лаяла, будто бы давала Степанычу знак, что нашла нас. С тех пор каждый раз, выбираясь на вылазку, мы брали с собой угощение и для Мухи.
Вот только с исчезновением Степаныча пропала и Муха. Может, попала в беду вместе с ним, а может ушла сама, как только старик пропал.
– Слушайте, может, в полицию заявление написать? Пусть ищут, – робко предложила Аня. Она явно не была трусихой, но сейчас всерьез волновалась за Степаныча, и была готова на любые действия, которые могут помочь нашему старому знакомому.
– Да ну, дохлый номер! – тут же встрял Генка. – Ты разве не знаешь как они работают? Будут искать у родственников, по месту жительства, а когда узнают, что он бомж, то вообще рукой махнут. Как говорится, нет тела – нет дела.
– Ну так пусть возьмут и проверят. Хотите, могу сделать вид, что я там потерялась, а вы потребуете меня найти. В конечном счете, отец точно хватится, на уши всех поднимет.
– Аня, вот за что я тебя люблю, так это за твои безумные идеи, – с улыбкой произнес Вихрев. —Напомнить тебе, что искать начинают только на третьи сутки?
– Я кричать буду что упала и сломала ногу, а Степаныча видела, и он пошел по коридору, свернул не в ту сторону и не вернулся. А вы скажете, что испугались и не полезли мне на помощь.
– Не, слабенько, – Генка задумчиво потеребил полы рубашки и выдал: – К тому же, если так, твой отец с нас точно шкуру спустит и больше не позволит с нами по заброшкам шататься. И потом, представь себе, что Степаныч уже неделю как помер, распух и лежит там воняет. Ты сможешь выдержать хоть несколько часов в такой обстановке?
– Фу, Гена, перебарщиваешь, – Аня скривилась и даже немного побледнела, но отступать от своей идеи не торопилась.
– Нет, я серьезно, сможешь?
– Генчик, хватит! – пришлось оборвать друга, потому как он действительно зашел слишком далеко. – Я твердо решил идти в подземный комплекс и посмотреть нет ли там Степаныча. Если кто-то сомневается или не хочет идти, тянуть за собой не буду. Это должно быть личное решение каждого.
– Ну, я с тобой! – тут же вписался Генчик. – Ты же знаешь, я за любой кипиш…
– А вдруг там действительно что-то серьезное случилось? – Аня все не решалась принять нашу идею, хоть мы и давно зарились на тот участок заброшки. Но одно дело, когда там просто руины, и совсем другое, когда там мог пропасть человек. – Ну, это же подвал института… Может, бочки с радиоактивными отходами прогнили и случилась утечка, а Степаныч пострадал. Сейчас сунемся туда и рядом ляжем…
– Анька, ты если идти не хочешь, так и скажи! – напал на нее Вихрев. – Толя, а ты что молчишь?
– А куда вы без меня? – улыбнулся здоровяк, давая понять, что он в деле.
– Ладно, уговорили! – девушка отбросила последние капли сомнения и согласилась.
– Андрюх, ну, что встал, идем?
– Идем, конечно! – отозвался я, поймав на себе взгляд Генки.
Мы по одному прошли через дыру в заборе и побежали к стене. В последнее время здесь часто стали останавливаться патрули, а попадать им в руки совсем не хотелось. Бежать по кочкам, поросшим травой, и мимо торчащей из земли арматуры, было делом не из легких. Приходилось быстро перебирать ногами и смотреть куда становишься, чтобы не повредить ногу. До стены бежать пришлось метров триста, но я уже запыхался, когда наконец рухнул на бетонное ограждение и сполз на землю.
– Как потеплеет… будем… на стадионе бегать, – судя по голосу Генки, эта дистанция тоже далась ему нелегко. Тоже мне спортсмен! Надо бросать курить, тогда и дыхание будет нормальным.
– Ладно, нечего тут светиться, пошли внутрь, – ответил я, переведя дыхание, и первым проскользнул в дверной проем.
Следом за мной ввалился Генка, а потом подтянулись Аня с Толиком.
– Сюда!
Я долго готовился к этому походу и раздобыл всю информацию о планах здания, которую только можно было получить в интернете. Поэтому и вести ребят по подвалу предстояло мне. Судя по чертежам, единственный вход в подвал находился в центральной части здания.После закрытия центра подвал законсервировали, но ушлые искатели еще в девяностые спилили металлические двери на металл.
– Как же я давно хотел попасть туда! – радостно пропел Генка.
На самом деле, помимо поисков Степаныча у каждого из нас были свои причины соваться в подвал. Генка надеялся раздобыть что-нибудь ценное, что можно подороже продать. На крайний случай, медь или алюминий его тоже устроили бы. Толик бросал вызов своим умениям и навыкам, мужественно переносил невзгоды и превозмогал трудности, Аня… А вот она была загадкой. Трудно объяснить что заставляет симпатичную девушку из богатой приличной семьи таскаться по заброшкам в компании парней. Думаю, девушка хотела доказать самой себе, что она сильная и может справиться с проблемами, а еще назло родителям творить что-нибудь необычное. Ну а мне были нужны знания. Каждый уголок подвала должен быть исследован. Вот только что делать потом? На исследовательском центре можно ставить крест.
Ладно, это будет потом, а сейчас нужно собраться и сделать все максимально гладко. Тут же поймал себя на мысли, что едва не пропустил поворот, чем вызвал недовольное бурчание Вихря.
Уже у входа в подвал меня посетило плохое предчувствие. Листы фанеры и часть каменной плиты, закрывавшие вход, валялись в стороне. Похоже, кто-то уже забрался внутрь. Явно не парочка, которая решила уединиться – эти бы полезли на крышу. Скорее всего, либо бомжи, которые учуяли отсутствие хозяина на объекте, либо такие же искатели приключений, как мы. В любом случае, нужно быть настороже.
– За мной!
Я первым прошмыгнул в пролом. В нос тут же ударило сыростью. Щелчок налобного фонарика, и мягкий рассеянный свет залил комнату на пару метров впереди. Поначалу нам часто встречались следы бывших здесь бродяг – пустые бутылки, консервные банки, целлофановые пакеты… Коридоры были почти пустые, и только когда дорога повернула в сторону, впереди показались очертания цистерн и не только их…
– Осторожно! Там впереди кто-то есть!
Свет от двух крошечных фонариков бегал впереди, освещая путь незнакомцам. Я быстро выключил налобный фонарик, искренне надеясь, что нас не заметили. То же самое сделали и остальные. Теперь единственным освещением был тусклый свет, который местами пробивался сквозь щели в потолке. Тихонечко, двигаясь на ощупь, подобрались к стене и замерли там. Пусть незнакомцы подойдут поближе, тогда будет ясно с кем имеем дело.
– Хватит! Здесь его точно никто не найдет.
– Ты шутишь? Посмотри вокруг! Здесь как в центре после дня города – молодежь толпами так и бродит. Нужно оттащить тело подальше и спрятать от посторонних глаз. Не дури, запах будет такой, что с закрытыми глазами найдешь.
– Давай тащи его! – прохрипел один из бандитов, надрываясь от натуги.
– Зачем так далеко? Бросили бы где-нибудь на окраине, и дело с концами. Нет, нужно тащить эту тушу в подвал. Будто кому-то есть дело до этого упертого барана.
– Ты не умничай, да! Крикун ясно сказал спрятать тело так, чтобы не нашли. Сейчас закинем куда-нибудь поглубже, и можно возвращаться обратно. Завалим выход, и сюда уже точно никто не сунется.
Похоже, это были люди Крикуна – местного криминального авторитета. Они тащили безжизненное тело, скорее всего, хотели припрятать здесь. Да, выбрались побродить по заброшкам! Конечно, встречи с наркоманами и бомжами вообще не смущали, но вот такие ребята… Они ведь скорее всего с оружием, могут и шмальнуть.
Бандиты потащили тело дальше, а я хаотично соображал как можно избежать нежелательной встречи. Самое обидное, что они по сути отрезали нам путь для отступления, и теперь нужно искать способ уйти незамеченными.
– Сюда! – прошептал я Генке, и проскользнул в соседний коридор.
Если успеем, доберемся до выхода первыми. Конечно, можно тихонечко посидеть здесь, но ведь они собрались засыпать выход, а оставаться под завалами совсем перехотелось. Я точно знал, что другого выхода здесь нет, а пробиться через толстую бетонную плиту в наших условиях просто невозможно.
– Андрюха, ты слышал? Они выход завалят, – голос Ани дрожал от страха. – Тут же есть пожарный выход? Ну, или хотя бы запасной…
– Нет, другого выхода нет. Вихрь, держи, – я протянул Генке карту подвала, которую набросал сам.
– З-зачем? – голос Вихря дрожал.
– Я карту наизусть знаю, а вам может пригодиться в случае чего.
– В каком это таком случае? – тут же переспросил Генка, но тут же замолчал.
– Ребята, а давайте с ними серьезно поговорим, – Толя пришел в себя и решил проявить инициативу. Поднял кирпич и бережно провел по нему ладонью. – Их всего двое, а нас четверо. Даже если Аню не брать в расчет, нас больше.
– Это почему меня не брать в расчет? У меня вообще-то черный пояс по джиу-джитсу, – тут же возмутилась девушка.
– Ребята! – я решил всех успокоить. – У них оружие. Будь нас хоть десять человек, у них серьезное преимущество. По возможности постараемся скорее выбраться отсюда. Если не получится, будем решать по ситуации. В конечном счете, нападем из-за угла.
Мое «по ситуации» совсем не успокоило ребят, но так даже лучше. Пусть понимают серьезность проблемы, в которой мы оказались. Ожидания поскорее выбраться из подвала не оправдались – соседний коридор оказался затоплен, и нам пришлось делать еще один большой крюк через соседний зал.
В просторном зале было собрано старое оборудование – поржавевшие погрузчики, прицепы, небольшие вагончики и цистерны. Топлива в них, естественно, не оказалось.
– Гена, давай мы не будем тратить время зря, а займемся поисками выхода, – пришлось осадить друга, иначе мы бы точно не успели к выходу.
– Не надо торопиться, вы его уже нашли, – раздался голос с другого конца зала.
Я машинально ушел в перекат, благо опыт тренировок позволил сделать это без проблем. Звук выстрела ударил по ушам, а совсем рядом пуля чиркнула по каменному полу и отскочила в стену. Ударился спиной о какое-то корыто, и прижался к земле, когда пули засвистели над головой.
– Осторожнее, срикошетит! – закричал один из бандитов, предостерегая своего напарника.
– Живо к выходу, я их уведу подальше, – скомандовал я и перебежал к стоявшей рядом цистерне. Надеюсь, я сказал достаточно тихо, чтобы меня не услышали на том конце зала.
Очередной выстрел, и Генка закричал от боли. Краем глаза заметил как Вихрев рухнул на пол. Судя по отборным матам, живой.
– Андрюха, ты это брось, мы тебя не оставим! – вмешался Толик.
– Толя, не время геройствовать. Я подвал знаю наизусть и сам выйду. Валите уже!
Толя с Аней помогли подняться Генке и потащили его обратно в зал, откуда мы только что пришли, а я швырнул пустую консервную банку, оставленную здесь кем-то из предшественников, в бандитов и помчался в боковой коридор. Если я правильно помню, он вел в компрессорную, а оттуда было два пути – либо в щитовую, где заведомо тупик, либо в параллельный коридор. Именно туда я и надеялся выскочить, а потом потихонечку выйти к выходу из подвала.
Адреналин стучал в ушах, разбирать дорогу в темноте было практически нереально, и пока бежал, я уже дважды успел приложиться коленом. Ничего, колено заживет. Главное выбраться отсюда.
Похоже, оба бандита помчались за мной. Я слышал их голоса в соседней комнате.
– Я тебя догоню, урод! Ты у меня свои же кишки жрать будешь!
Всего на мгновение замедлился, и тут же сзади прогремел выстрел. Повезло, что стреляли навскидку. Да и попробуй тут прицелься, если единственный ориентир – тусклый свет налобного фонарика. Нет, можно бы и его не включать, но тогда я точно себе ноги переломаю и шансы на спасение растают как снег в июле. Маленькие фонарики в руках бандитов все равно не помогали выцепить меня из общего устройства комнаты, а фонарик светил не настолько ярко, чтобы видеть меня наверняка.
Отлично! Сейчас небольшой кружок, и дело в шляпе! Я находился где-то на границе центральной части здания и левого крыла. В следующую комнату я буквально запрыгнул и тут же замер. Прямо передо мной на всю ширину коридора плыло какое-то мерцающее облако. Может, ядовитые испарения? Тогда непонятно почему они переливаются синеватыми оттенками. Не припомню ничего подобного. В любом случае, приближаться туда не хочу. А надо. Сзади догоняют бандиты, и намерения у них вполне однозначные.
В отчаянной попытке проскочить между «львом и крокодилом» я прижался к стене, но лучше не стало. Голоса преследователей приближались, и мне приходилось делать выбор. Может, это и есть та аномалия, о которой судачили ходоки? Присмотревшись, увидел круглую арку, которая окружала облако. Выходит, оно не плавает в воздухе само по себе, а имеет вполне определенные границы. Блин, и что делать-то?
– Я же говорил, что тебе кирдык, сучёныш! – прошипел один из бандитов, показавшись из-за поворота. – От Гвоздя еще никто не уходил. Череп, прострели ему колено.
Ага, вот я так и буду стоять и ждать, пока вы меня тут порешите. Шли б вы лесом! Набрал воздухагрудь, бросил прощальный взгляд на коридор, с которого появился. Где-то там были ребята. У них есть шанс уйти, а вот у меня… Посмотрим что случится, если проскочить через этот гигантский мыльный пузырь. Даже если пронесет, целиться сквозь такую пелену нереально.
– Будем жить, ребята, – прошептал я перед тем, как облако потянулось ко мне, закружило и втянуло внутрь.
Глава 2. Старый знакомец
– Что делаем с этими, Гвоздь?
Бандит кивнул в сторону девушки и двух парней, один из которых был ранен. Он уже не мог стоять на ногах, и без поддержки друга наверняка распластался бы на земле.
– Девка красивая, – отозвался тот, которого назвали Гвоздем. – А-а, валить их всех, и делу конец!
– Еще три тела? Мы тут замахаемся их хоронить! Не, Гвоздь, я на очередную мокруху подвязываться не хочу. Одно дело должника порешить, который боссу денег должен, другое – левых свидетелей.
– И что ты предлагаешь?
– Пусть прыгают в ту дрянь, где пропал первый. Похоже, его вообще на части порвало, ни кусочка не осталось. Нам же лучше – никаких улик.
– А вдруг это портал? Выйдут где-нибудь под Москвой и сдадут нас в первом же отделении.
– Чего? Портал? – собеседник Гвоздя фыркнул и достал пистолет, из которого всего пару минут назад ранил парня. – Так, вы! Быстро шагайте в эту штуковину, иначе мы с Гвоздем вас порешим и прикопаем традиционным способом.
Ребята недолго поколебались, но верной смерти выбрали неизвестность. Девушка шагнула первой и исчезла в яркой вспышке, а потом в облако шагнул и парень, взяв товарища на руки, потому как к тому моменту тот уже потерял сознание.
– Ну вот, чистая работа! – отозвался бандит, пряча оружие. – А ты, Гвоздь, паниковал.
– Это я паниковал? Сам меня спросил что делать, а теперь выкручиваешься.
Его товарищ махнул рукой, решив не спорить с подельником, и зашагал к выходу из подвала.
***
– Сударь, прошу прощения, вы приглашены?
Я лежал на брусчатке, мутило словно после посвящения в студенты, а надо мной склонился мужчина лет тридцати в клетчатом пиджаке. Судя по виду, какой-то фрик или косплеер в костюме начала двадцатого века. Он потянулся к нагрудному карману и достал оттуда пенсне. Блин, где я нахожусь и как сюда попал? Последнее что помню – как проходил через арку, внутри которой переливалась странного вида пелена. Может, действительно портал, или мне показалось?
– Странный какой-то у вас вид.
Только сейчас до меня окончательно дошло, что это больше не подвал исследовательского центра. А что тогда? Надо мной звездное небо, я нахожусь на какой-то старинной улочке, хотя, это даже больше похоже на парк, потому как поблизости всего пара зданий – одно из них явно какая-то сторожка, второе – точно такая же арка, только малость меньше и с причудливыми статуями вокруг, а рядом стоит странный на вид человек.
– Сударь, вы меня слышите? У вас есть приглашение?
– Простите, приглашение куда?
Так, это или галлюцинация, или… даже не знаю что еще подумать.
– Как это куда? Вы находитесь на территории Смоленской академии. Должен вам сказать, что это закрытая территория и без приглашения сюда нельзя.
– Мне жаль, я не собирался проникать сюда без приглашения.
– Аристарх Ефимович, что-то случилось? – рядом из темноты вынырнули два человека в мундирах и темно-синих штанах с лампасами. Очень похоже, что это охрана.
– Здесь какой-то парень, и у него нет приглашения. Я не видел его среди претендентов.
– Вот как, – охранник посветил мне в лицо фонарем, и я невольно сощурился. – Что же, пройдемте с нами. Конечно, мы можем попросту перебросить вас через забор, но обо всех подобных случаях приказано сообщать куда следует.
– А куда следует? – тут же нашелся я.
– На месте узнаешь, – обрезал страж, и я понял, что информативного диалога у нас не получится.
Странно, но я чувствовал волнение, которым так и фонило от стражей. Казалось, они удивлены не меньше моего и никак не ожидали увидеть незнакомца на территории академии. Вот только как это объяснить, ведь их специально отправили сюда с конкретными указаниями? Выходит, они не ожидали увидеть здесь кого-то, а просто рассчитывали болтать без дела до конца смены?
– И все же, куда вы меня ведете?
– Известно куда! К профессору Драгунову.
Мы направлялись к тому самому высокому зданию, которое я заметил, когда осматривался по сторонам. В сумерках рассмотреть его как следует не получалось, но судя по колоннам и внешнему виду, очевидно, что оно построено еще в прошлом столетии. Старый стиль я узнаю даже в темноте. У нас такие здания числятся на особом балансе и чаще всего выступают в роли исторического наследия. Ну и в качестве объекта для наших вылазок. Успеть побродить по такому до того как оно рассыпется – настоящая удача.
Стоп, он сказал Смоленск? Не помню ни одного похожего здания в городе, а уж на это я бы точно обратил внимание. Кажется, кто-то держит меня за идиота.
У входа горел яркий свет. Нас встретили еще двое стражей и после пары слов пропустили внутрь. И вот тут я едва не выронил челюсть. Высокие потолки, просторная гостиная и стены, покрытые фресками. Кажется, здесь не слышали о слове «обои» совсем. Да и свет здесь вырабатывали причудливого вида лампы, свечи и камин. Какая там академия? По меньшей мере, дворец одного из олигархов, не иначе. Вот поэтому я и не видел это здание. Лезть на частную охраняемую территорию? Нет, это не для меня.
– Сюда! – скомандовал один из стражей и легонько толкнул меня в плечо.
Поднялись по лестнице на второй этаж, стража постучала в дверь кабинета, но открыли нам далеко не сразу. Зато когда дверь отворилась, и я замер от удивления, увидев человека, стоящего на пороге.
Чистая опрятная одежда, аккуратно подстриженные борода и усы, ровная осанка и взгляд, выражающий уверенность. Степаныч сильно изменился, но я узнал бы его в каком угодно виде. Это точно был он! Старик пробежал глазами по лицам стражи, посмотрел на меня и кивнул собственным мыслям, а потом шире отворил дверь и направился к столу.
– Заходи уже! – едва заметный толчок в спину, я вынужденно делаю шаг вперед, цепляюсь за порог и теряю равновесие. От позорного падения меня спасла та самая дверь, за которую я схватился, словно за спасательный круг.
– Профессор, мы нашли его в парке, на том самом месте, где еще недавно была Арка.
– Оставьте нас! – приказал Степаныч, и стража тут же испарилась, хлопнув дверью. Я же повернулся к старому знакомому и решил задать вопрос, который первым пришел в голову.
– Это как понимать? Там, на заброшке, ты выглядел совсем иначе.
– Ситуация требует перемен, и я не только о своем виде. Лучше скажи как тебя угораздило попасть сюда, Андрей?
– Вообще-то мы искали тебя. Думали, что ты попал в беду.
– Как видишь, нашли. Ты здесь не один?
– Надеюсь, что один. Если все хорошо, ребята должны были выбраться из подвала. Что здесь вообще происходит? – последние слова я произнес, переходя на крик. Меня трясло от волнения, потому как происходящее совершенно не укладывалось в голове.
– Тише! – Степаныч приложил палец к губам и запер открытую на проветривание форточку. И это он мне говорит быть тише? После всего, что произошло? Сам перебрался неизвестно куда, меня чуть не убили люди Крикуна, я прыгнул через какую-то мерцающую дрянь, а теперь все вокруг смотрят на меня как на идиота, и я совершенно не понимаю что происходит. Может, это вообще галлюцинация, и я лежу сейчас на грязном полу подвала и пускаю слюни?
Подошел к шкафу и постучал по нему костяшками пальцев. Звук как у дерева, да и боль в пальцах намекнула, что вокруг все реальное. Да, устроился Степаныч неплохо – кожаное кресло, стол из редкой породы дерева, книжные шкафы… Хотя, какой он теперь Степаныч? Здесь ситуация вернулась в прежнее русло. Он – профессор Драгунов. Правда, я не совсем понимаю каких наук.
Профессор обошел стол и устроился на стуле с высокой спинкой, а мне жестом приказал занять кресло напротив.
– Я должен был догадаться, что вы будете меня искать. Но какого лешего вас понесло в червоточину? Андрей, у тебя совсем чувство страха атрофировалось?
– Да я и не собирался прыгать в эту… портал, в общем. Беда в том, что в подвале мы встретили людей Крикуна, и у меня был выбор – или прыгать в портал, или идти с куском ржавой трубы на два пистолета. Ну, вы же знаете, да что там – весь город знает, с его головорезами лучше не пересекаться.
Степаныч кивнул головой, понимая мою ситуацию.
– А что остальные? Гена, Толик… Аня! Если бандиты доберутся до девочки…
– Не знаю, мы разделились, и я увел людей Крикуна за собой. Надеюсь, они успели выбраться из подвала.
– Ясно. Значит, слушай меня внимательно. Повторять дважды не будет возможности. Ты прошел через червоточину в один из миров-зеркал нашей Земли. Здесь события разворачиваются практически так же, как и в нашем мире, но немного иначе. По уровню технологического развития этот мир немного запаздывает. Если по нашим меркам, то он похож на начало двадцатого века…
Я слушал и не мог поверить, что это правда. Может, это просто испарения какие-то, а не портал? Я прошел через ядовитое облако, или радиационное поле, и сейчас просто нахожусь в беспамятстве, а все, что происходит вокруг – либо галлюцинация, либо плод моего воображения. Вот-вот я приду в сознание, и это видение исчезнет. Толчок в плечо привел меня в чувство, а острая боль намекнула, что ничего не исчезнет. Пора принимать реальность, какой бы она ни была.
– Андрей, ты меня слышишь вообще? Книги о разведчиках читал?
– Ну, бывало всякое, но я больше люблю про попаданцев читать, ну и фентези всякое…
– Попаданцы? Эх, в наше время о космосе читали, о путешествиях в другие миры… Ладно, сгодятся и твои попаданцы. Можешь считать, что ты стал попаданцем. Близко к сути, да и поможет тебе понять как быть дальше. Повторяю самое главное. Ты – Андрей Архипов из Царицына. Приехал сюда, чтобы поступить в Смоленскую академию. Мы были знакомы с твоим отцом, вот он и прислал тебя ко мне, когда занемог, ведь я обещал устроить тебя в академии.
– Что, правда могли обещать?
– Не перебивай, у нас мало времени! Ты искал меня и пробрался на территорию ночью, потому как только приехал, и тебе не терпелось увидеть своими глазами место, о котором мечтал всю жизнь.
– Погодите, а разве называть свое настоящее имя и фамилию – хорошая идея?
– Ты не настолько силен в разведке, чтобы держать все в голове постоянно. Рано или поздно проколешься. Пусть лучше обращаются к тебе по настоящему имени.
– А Царицын – это вообще где?
– А историю вы в школе и университете учили, или только думали о том, как по заброшкам шататься? – Степаныч нахмурился, но быстро взял себя в руки и продолжил. – Старое название Волгограда, здесь оно сохранилось до нашего времени. В этом мире вообще многое пошло не так, но об этом позже. Скажи лучше вот что. Ты не замечал что-нибудь необыкновенное в своих чувствах и возможностях пока шел сюда? Может, стал сильнее, быстрее или появились какие-то другие возможности? Что-то такое, чего не чувствовал или не мог раньше…
Чувствовал… Вот, и Степаныч об этом. Я ведь ощущал волнение стражей, удивление того человека в клетчатом пиджаке. Нет, не стоит об этом говорить, а то еще запрячут в психушку или опыты начнут ставить. Нужно понимать, что этот Степаныч может оказаться совсем не таким безобидным стариком, которого мы знали раньше. Власть и сила еще не таких людей меняла в худшую сторону. И потом, он ведь профессор. Нет, не хочу на опыты.
– Нет, ничего такого, – не стал говорить о том, что чувствовал эмоции стражей. Слишком это странно. Сначала путешествие через чревобочину… в общем, через портал, Степаныч-профессор, а теперь еще и обострившаяся чувствительность. Не хватало, чтобы Драгунов усомнился в моей вменяемости.
– Очень жаль. В любом случае, внимательно следи за своим состоянием и замечай все странности. Не высовывайся, как следует осмотрись и пойми как устроен этот мир. Тебе повезло – послезавтра будут проводить дополнительные экзамены для безродных, и это твой шанс. Ты должен их удивить и продемонстрировать знания и силу!
Два дня до экзаменов? О, к таким передрягам мне не привыкать. На первом курсе мне уже приходилось за ночь и утро переписывать полностью все лекции по охране труда, так что работать в сжатые сроки я умею. Только понять бы где взять информацию. Судя по окружению, интернета у них нет, так что придется работать по старой схеме – идти в библиотеку.
– Кстати, ты не видел никого кроме бандитов?
– Нет, мы были одни в подвале.
– Очень странно. Кто-то активировал Арку на территории академии несколько дней назад. Мне пришлось пройти через нее, чтобы отключить проход и запечатать ее с этой стороны. К счастью, меня здесь все еще хорошо помнят, ия без труда добился демонтажа конструкции.
– Не понял. Я что, больше не попаду домой?
– Возможно, попадешь. Мне известна минимум еще одна действующая Арка, но об этом позже. Червоточина открывалась явно не зря, кто-то сделал это с определенной целью, и будет лучше, если эти люди как можно дольше не будут знать, что ты не из этого мира, понял?
В коридоре послышались быстрые шаги, и кто-то остановился возле двери.
– Держи язык за зубами и вливайся! Всеми силами ты должен получить место в академии, иначе о возвращении домой можешь забыть. Я сам найду тебя позднее, много не болтай! – Драгунов дал последнее наставление, а потом дверь рывком отворилась, и на пороге появился высокий худощавый мужчина средних лет с длинными темными волосами.
– Василий Степанович, извольте! Я же просил о всех происшествиях докладывать лично мне!
– Не хотел беспокоить вас в позднее время, – тут же отмахнулся Драгунов, но этот ответ явно не устроил незнакомца. Он повернулся ко мне и пару секунд сверлил взглядом.
– Хорошо, молодой человек. Мне уже рассказали о вашем появлении. Надеюсь, у вас есть рекомендательное письмо? Знаете ли, мы не тратим время на всех желающих с улицы. Или у вас есть рекомендация, или вы вылетите отсюда прямо сейчас.
– Господин Григорьев, если для допуска к экзаменам нужна рекомендация, я ручаюсь за парнишку, – вмешался Степаныч, и я почувствовал благодарность к старику. Понимаю, что он делает все, что в его силах. – Так сложилось, что я знал его отца. Именно поэтому Андрей приехал сюда и первым делом отправился искать меня и академию, о которой мечтал с детства. Мы немного пообщались, и я чувствую в нем талант к механике.
– Вы знали его отца? – Григорьев с подозрением посмотрел на Степаныча, но тот выглядел совершенно невозмутимым.
Мужчина скривился и бросил на меня презрительный взгляд. Уверен, в голове у этого мерзкого типа крутятся мысли, под каким бы предлогом выпереть меня отсюда. Видимо, он не нашел ничего подходящего, а потому кивнул и процедил сквозь зубы.
– Что же, экзамены покажут на что вы годитесь, юноша. Идите за мной, я покажу вам комнату отдыха для студентов. Хотя, стоит заметить, пока вы лишь претендент, и если продолжите в том же духе, никогда не станете студентом этой академии!
– Я обещаю проявить свои самые лучшие качества, чтобы пройти обучение в лучшей академии Смоленска, – заметил одобрение в глазах Драгунова и поспешил за незнакомцем.
– В единственной академии Смоленска, молодой человек!
Мы вышли из кабинета и направились в спальное крыло. За всю дорогу Григорьев не произнес ни слова, но я ощущал гнев и презрение, которыми так и фонило от него.
– Сюда!
Дверь распахнулась, и мы оказались в просторной гостиной. Несколько столов для шестерых человек, еще столько же на четверых и по паре столиков у каждого из окон по бокам комнаты. Здесь без труда могло поместиться с полсотни студентов. Мое внимание привлек камин, внутри которого огонь уже почти догорел. Точнее, не сам камин, а висевшие по обе стороны от него портреты студентов.