Вдохновение

Карина обратила внимание на отсутствие названия стан-ции. Сначала я не придал такому пустяку особого значения, но позже и сам удивился. Андрей сказал, что не имеет понятия, по-чему нет названия станции.

Парень открыл перед нами дверь в здание вокзала. Про-пустив всех, зашѐл последним.

Мы шли по тихому коридору, освещѐнному светодиода-ми на стенах. Полосы света красными змеями ползли к лестнице – поднимались к двери.

Теперь мы стояли в длинном холле со множеством пави-льонов и ларьков с различными товарами: слева – продукты и кухонная утварь, справа – журналы и канцелярские принадлеж-ности. Наверное, нам и дня бы не хватило, чтобы посмотреть и половину из них. Но самым странным мне показались открытые двери и отсутствующий рабочий персонал. С обоих концов хол-ла эскалаторы вели на второй этаж, а стеклянный потолок зда-ния открывал вид на утреннее небо.

– Так, ребята, не торопитесь разбегаться! Осмотрите всѐ позже, у вас будет много времени. Пойдѐмте дальше, в комнату переговоров.

– Комнату переговоров? – переспросила Карина.

– Да, – ухмыльнулся парень. – Ну, точнее, это комната, где мы собираемся все вместе, болтаем и решаем «серьѐзные» вопросы, вроде « какую часть станции и вокзала будем изучать сегодня?»

– Поня-я-ятно, – протянула девушка.

Мы с Ксюшей шли позади ребят. Она держала меня за руку и не думала отпускать, даже не знаю, чем я вызвал такое доверие и интерес этой девочки.

– Ксюш, а как вы узнаѐте, что должны прибыть новые люди?

– Это всѐ часы в комнате, они сообщают…

– Правда? – обернулась Карина. Мы переглянулись. Девочка кивнула.

– Вы видели часы на улице? Так вот они сначала очень громко бьют двенадцать раз, а потом на других часах появляют-ся новые имена. Это означает, что Андрею надо отправляться за пассажирами. Только он не знает, на какой станции они сядут.

– У меня в кабине машиниста тоже есть сет-бокс. На экране высвечивается маршрут с названиями станций, на которых я должен сделать остановку, – добавил еѐ брат.

– эскалатора мы свернули вправо, прошли немного впе-рѐд до автоматической стеклянной двери, пропустившей нас в просторную комнату. В ней находилось несколько человек: па-рень в кресле, подбрасывающий теннисный мячик, и две девуш-ки, болтавшие на диване справа.

На колонне, выкрашенной в бирюзовый цвет, висели квадратные часы. Похоже, именно те необычные, о которых го-ворила Ксюша: вместо циферблата – четыре сектора с названия-ми сезонов и именами жителей станции. В секторах «Осень» и «Зима» я заметил имена. В «Осени» – своѐ, в «Зиме» – попутчи-цы. Всего отображалось восемь имѐн.

– Привет всем! – поприветствовала Карина присутствую-щих.

– О, а вот и новенькие? – вскочил с места парень.

Вместе с ним поднялись девушки: среднего роста блон-динка с ярко выраженными синими глазами и невысокая ры-женькая с богатым веснушками лицом, в правом уголке еѐ пух-лых губ виднелась родинка.

– Ребята, знакомьтесь, это наши новые друзья – Виктор и Карина. А это Костя, Марина и Настя.

Блондинкой оказалась – Марина, а рыженькой – Настя.

– Очень приятно, – кивнул я.

– И мне, – поддержала Карина.

– Добро пожаловать! – приветливо кивнул Костя.

– А почему часы разделены на четыре части и имена разме-щены парами в разных секторах?

– Они показывают времена года и тех, кто отдаѐт им пред-почтение, – сказал Костя. – Я так понимаю, тебе больше осень нравится, да?

– Верно.

– А тебе – зима? – он перевѐл взгляд на Карину.

Девушка положительно кивнула.

– А что это за Илья? – дотянуться до часов собственного ро-ста мне не хватило, пришлось встать на носочки, чтобы указать на имя в секторе: «Лето».

– Вы с ним обязательно познакомитесь! Но позже, он навер-ху, в другом конце зала.

– Почему позже?

– Илья находился там весь прошлый день, думаю, сейчас спит, – объяснила Настя.

– Многое вам удалось узнать об этом месте, пока вы тут пребываете? – я надеялся, что ситуация может хоть немного проясниться.

– Нет, Вить, только о происхождении бенгальских деревьев

– то не всѐ, – Марина прикрыла ладонью рот, чтобы зевнуть.

– Но об этом завтра. А сейчас давайте ложиться спать.

– Да, – согласился Костя. – Сутки уже без сна.

Поднявшись на эскалаторе, мы оказались в начале длинного коридора, выложенного плиткой цвета морской пены, где друг напротив друга располагались двери женской и мужской спален.

– Карина, девчонки тебе всѐ покажут, – Андрей опустил взгляд на сестру, – а ты слушайся, хорошо?

– Хорошо, хорошо… – с лѐгким раздражением кивнула Ксюша.

Они скрылись за дверью, а я отправился с Костей и Ан-дреем в мужскую спальню. Перешагнув порог, я застыл на ме-сте, уставившись на нечто странное: вместо кроватей было установлено что-то, похожее на капсулы и работающее по принципу лифта.

– Это… это что? – меня не покидало чувство недоумения.

– Колыбель, – сказал Костя. – В ней очень удобно спать! Сам почувствуешь, когда в ней окажешься. Просто нажми на ту круглую кнопку, – подбородком он указал на зелѐную панель в стене.

– спальне я насчитал шесть колыбелей и под каждой по сет-боксу. Мне приглянулась та, что справа от окна.

– Парни, а колыбель под номером одиннадцать свободна?

– Свободна, – Андрей протѐр слипающиеся глаза. – Моя под девятым номером, а у Кости – под восьмым.

Понаблюдав за парнями, я нажал на кнопку, и колыбель с тихим гулом спустилась, зависнув над цветным ковром.

– Теперь ложись удобнее, сейчас механизм тебя поднимет, – сказал Андрей.

Ребята уже сидели в колыбелях, когда я перебрасывал ноги через борт своей.

– Отлично! – захлопал Костя.

– Получилось! – у меня дух перехватило, когда колыбель понесло вверх.

Сумка, вещи и обувь остались у сет-бокса.

– Ну как, удобно? – поинтересовался Андрей.

– Удобно, – отозвался я.

– Спокойной ночки, парни! – Костя вжался в подушку.

3.Секрет бенгальских деревьев. Эскиз

Сон в новой постели обнимал тысячами невидимых рук,

– тонул под тѐплым пуховым одеялом, и меня это вполне устра-ивало, если бы не одно НО. Крик Андрея неожиданно прервал его:

– ВСТАВАЙ! УЖЕ ПОЛДЕНЬ!

– А… Андрюха, что это у тебя? Привычка – будить человека в самый разгар сна?

– Успеешь выспаться! Спускайся вниз, сегодня много дел.

– Да я бы с радостью, но как спустить эту штуку? Спрыги-вать прикажешь?

– Не обязательно, – ухмыльнулся Костя. – Достаточно ска-зать: «Вниз!». «Колыбель» сама опустится.

– , ничего не скажешь… – я протѐр сонные глаза и задал команду: —«Вниз!» Оригинально

«Колыбель» гулко начала спускаться.

– Вот видишь, всѐ просто! – съязвил Костя.

– Не смешно… – укоризненно взглянул я на него.

– Расслабься, не обращай внимания, у Костяна частенько бывает язвительное настроение. Если была бы премия за самое язвительное настроение, то Костян выиграл бы еѐ не прилагая никаких усилий.

– Что мы будем сегодня делать? Что-то исследовать на вокзале, да?

– Отчасти. Сегодня день абсолютно свободный, а вот вече-ром постараемся найти что-нибудь интересное на первом этаже, потом вернѐмся на второй, здесь меньше всего коридоров и дверей. Намного меньше, чем внизу, – сказал Костя.

– уже успел надеть брюки, осталась только футболка. Надевать остальное было ни к чему: ясное небо и солнце пода-вали знаки, что сегодня будет жаркий день.

– Андрей, но ты же сказал: сегодня много дел… Получается,

– мог ещѐ спать и спать? – расстроенно сказал я.

– Всѐ верно, много дел, – закивал парень. – Уже давно надо быть на ногах, тем более, вам с Кариной предстоит познакомиться с Ильѐй. Если захочешь, можешь прогуляться до стан-ции. Кто знает, может, найдѐшь что-нибудь помимо деревьев. Думаю, в этих брюках тебе будет жарковато. В твоѐм сет-боксе есть монеты, так что можешь купить другую одежду, но не рас-трачивай монеты по пустякам. Их мало, всего тридцать.

– Витѐк, вечер здесь настанет быстро. Не знаю, что с этим местом, но время здесь проходит незаметно… – добавил Ко-стя. – Увы, но это так. Мы в комнату переговоров. Ты как, с нами?

– Я? Д-да… я догоню. Вы идите, мне нужно переодеться и ещѐ кое-что сделать. Я приду к вам позже, хорошо?

– Договорились! – в один голос ответили парни.

– И ещѐ одно: вы не знаете, где Карина?

– Девчонки давно проснулись, они пошли гулять по вокза-лу, – ответил Андрей.

– остался в спальне, нужно было найти одежду по сезону и проверить, звонили ли родители. На телефоне оказалось больше двадцати пропущенных звонков. Последний – в поло-вине четвѐртого, когда нас ещѐ не было на станции. Они меня обыскались. Я решил позвонить, но связи на станции, как я по-нял, не было.

Домой из общежития я забрал всѐ своѐ имущество: тет-радки, ручки, ноутбук, одежду и средства гигиены. Ничего, со-ответствующего лету, у меня не было. Найдя монеты в окошке сет-бокса, я отыскал среди них одну с рисунком рубашки, на дисплее аппарата высветилась надпись: . Ваша одежда

Огромная коробка появилась у сет-бокса. В ней оказались вещи на четыре сезона подряд. Мне удалось найти то, что нужно: серые бриджи, а футболку я решил оставить свою.

Подойдя к окну, открывающему вид на бенгальские де-ревья, заметил, что днѐм, они не искрили, были обычными, как в любом другом уголке Земли. От одного к другому внизу прогу-ливалась Настя. Еѐ рыжие локоны выделялись на фоне залитой солнцем зелѐной травы.

Спустился к ней.

– Привет, Настя. Это что, какие-то вырезки?

– Добрый день, Вить. Эпитафии, посвящѐнные творческим людям.

– С чего ты так решила? Ты так уверенно говоришь…

– Я просто прочитала. Подойди сюда, где я стою. Отсюда лучше видно, – девушка указала рукой на дерево, напротив ко-торого мы оказались. – Вот, видишь? – прищурился.

На стволе дерева был высечен текст:

– Поэт?

– Да, на этом и остальных деревьях указаны музыканты, художники, изобретатели… – подтвердила Настя. – Много их, я успела узнать лишь о четырѐх. Похоже, до нас на станции побы-вало много людей, и все молодые, творческие ребята.

– Подожди…

– Вить… ты куда?

– подошѐл ещѐ к трѐм деревьям из первого ряда. Эпита-фии на стволах в правой стороне были посвящены девятилетней

девочке-художнице и двадцатилетней девушке-пианистке. Если верить надписям, то обеим удалось возвратиться домой. Об этом говорили пометки: «Здесь жила, творила и покинула станцию…»

Но в этой четвѐрке, помимо покойного парнишки-поэта, художницы и пианистки, был и писатель, которого настигла та же участь. Ему, как и мне, было девятнадцать лет. Звали его Юрий. Ниже пометки (Писатель) находилась надпись, что-то вроде послания: «Ответ скрыт в пустой монете». Интересно, что бы это могло значить?

– Иди сюда, Вить, иди быстрее… Тут что-то ещѐ написано.

– снова взглянул на крону ствола. Настя прочла вслух:

– «Счастлив тот, кто помогая ничего не просит взамен. У ко-го-то лето в мыслях, лично осень нравится мне…»