– Аритмия, вызванная пороком сердца. Понадобятся дополнительные исследования. Боюсь, придется повременить с выпиской.
Глава четвертая
«Какая же я дура!»
Что мы все про папу да про папу, надо пару слов посвятить и маме нашего героя.
Матери Джо не везло с мужчинами, прямо какое-то проклятие. Сколько ни пыталась найти собственное счастье, это непослушное счастье поворачивалось к ней спиной и оборачивалось неприятностями. Не сказать, что она была дурна собой. Совсем нет. Вполне привлекательная особа, не топовая модель, которых любил Джо, но достойный кандидат, с хорошим чувством юмора. Выражаясь языком маркетологов, каждый, кто встречался на ее пути, легко нащупывал ценности, выявлял потребности, а потом давал надежду на их закрытие, но по непонятным причинам не закрывал их. Аналогичным образом разрушаются воздушные замки еще неопытных и наивных девчонок. Таким же образом обходился и Джо со своими любовницами. Например, если девушка мечтала стать актрисой, то он обязательно называл имя режиссера, с которым якобы имел знакомство, а потом как бы между прочим добавлял: «Быть может, когда-нибудь познакомлю». Естественно, девушка заглатывала наживку и питалась надеждой на скорую встречу с режиссером, представляя себя в главной роли в голливудском фильме. Так же он поступал с моделями, певицами, карьеристками, только вместо режика подставлял продюсера или генерального директора. И данный трюк забавлял Джо. Он не понимал, какой нужно быть тупой телкой, чтобы вот так легко повестись на его обещания и лечь в постель. Конечно, Джо и другими вещицами заманивал, не только пустыми надеждами, но почему-то этот трюк ему нравился больше всего, ведь он мог в любой момент сказать: «Послушай, малыш, я ведь ничего не обещал…» – застегнуть ширинку и свалить. И девушка чувствовала себя полной дурой, оставаясь сидеть у разбитого корыта. Золотая рыбка оказывалась подделкой…
Примерно так сидела мать Джонатана, правда, вместо корыта была смятая постель, со слезами на глазах и думала: «Какая же я дура!» Только она не хотела стать киноактрисой или известной фотомоделью, не искала знакомств с режиссерами или продюсерами – она искала всего-навсего простого семейного счастья. Ради призрачного счастья она и не пошла на аборт, когда забеременела, наивно полагая, что ребенок сможет удержать отца Джо. Но ребенок не помешал уйти от нее… так же безапелляционно застегнуть ширинку, отстегнуть немного зелени на первое время и свалить навсегда. Джо точь-в-точь копировал поведение папочки и проделывал с каждой девушкой то же, что и отец однажды сделал с его матерью. Сделал несчастной и озлобленной на мужиков, на судьбу и даже на Бога, создавшего мужчин по образу и подобию. Несколько раз она пыталась покончить с собой, но жизнь не отпускала ее, продолжая причинять боль новой серией измен и обманов.
Говорят, дети не отвечают за грехи своих родителей. Но бывает, что дети – продолжатели тех самых грехов. Джо причинял много боли своим любовницам, и любая из них могла быть чьей-то матерью. Такой вот получается замкнутый круг… Выбраться из него сложнее, чем верблюду пройти через игольное ушко.
Семейного счастья мать Джонатана так и не отыскала, зато нашла венерическую болезнь, которой наградил ее очередной свободолюбивый художник. Эта болезнь и подкосила ее – она оказалась смертельной. Мало кто в семье говорил о причинах смерти матери, лишь однажды отец Джо выдал: «Твоя мать всегда была шлюхой – таков окончательный вердикт!» То ли по пьяни, то ли от злости сказанул он. Уже не имеет значения, потому что эти слова навсегда останутся в памяти сына. Данный вердикт послужил главной причиной, почему Джо не пришел на похороны отца.
Последний шанс
13 мая 2007 года, воскресенье, вечер
Услышав о проблемах с сердцем, Джо впервые задумался над вопросами жизни и смерти. Они всегда миновали его, а теперь настигли врасплох, в самый неожиданный момент. Наверное, наш герой был одним из тех, кто думал, что будет жить вечно. Что без него мир скатится в тартарары и все станут ждать второго пришествия Джонатана на протяжении следующих сотен лет. Что высшие силы не заинтересованы в его скорой смерти, так как он избранный, с особой миссией. Какая чушь еще должна прийти в голову, чтобы он оправдал свое существование? Спустись я к нему сейчас в своем естественном облике, с двухметровыми крыльями и всеми атрибутами, и спроси: «Зачем ты тут нужен?», он наверняка ответит какой-нибудь заученной фразой из учебников биологии. На полном серьезе… Джо не обладал никакой идеей, не осознавал собственного предназначения, не занимался личностным ростом, не вел здоровый образ жизни, не увлекался восточными духовными практиками, не являлся примерным семьянином, да и работник из него так себе. Так зачем он нужен? Если честно, я и сам ума не приложу, почему из-за него у меня такое жесткое противостояние с темными в лице Альцены. Но этот раунд за мной. Именно поэтому он проснулся в палате, осознавая, что до сих пор жив.
Увидев перед собой Джессику, он по-иному на нее взглянул. Она казалась ему какой-то другой – почти совершенной, словно за сутки переродилась в иного человека. Перед ним сидела не просто женщина – перед ним сидела мать его детей. Насколько Джессика похожа на его маму, прямо копия. Дело даже не во внешности, хотя и здесь были едва заметные схожие черты. А в целом – такая же манера поведения, повадки, поступки, такая же манера изъясняться и выражать собственные чувства, при этом не выставлять их напоказ, на всеобщее обозрение. Ей никогда не быть киноактрисой или гламурной девочкой с глянцевой обложки журнала – она идеально в себе сочетала все необходимые качества любящей матери. Поэтому ее продюсер в этой сфере – Джонатан, и только от него зависит, по какой линии жизни она пойдет дальше. Закончит как его мать или же наконец будет счастлива. Практически вся ее жизнь в его руках. От данного осознания у нашего героя-любовника накатывались слезы на глазах, но он сдерживался до последнего, чтобы не заплакать, чтобы она не заметила, как Джонатан на протяжении часа за нею наблюдает. Таким образом проявлялась у него жалость к себе, она приходила в кризисные моменты. Обычно, переживая подобные состояния, Джо предпочитал оставаться наедине, но тут по воле судьбы ему пришлось разделить одиночество со своей супругой. Оказалось, не зря. Потому что заметные признаки перерождения происходили в нем самом, а не с окружающими людьми, словно ему не только собирались, а уже провели операцию на сердце и по ошибке заменили на сердце монаха. Знаете, действительно легче в это поверить, чем в то, что Джонатан способен измениться, полностью пересмотреть свое прошлое и настоящее. Притворяясь спящим, он много мыслей прокручивал в голове, много мимолетных слайдов, и среди них нет тех, за которые ему искренне хотелось бы порадоваться. И лишь сейчас к нему подкралось чувство сиюминутного счастья, всецелого всепоглощающего счастья.
– Знаешь, Джесси, – прохрипел он, держа ее нежную руку, – знаешь, о чем я подумал? – Ему хотелось поделиться чем-то сокровенным, божественным, потусторонним, но он до конца не осознавал, чем именно. – Я подумал о том, что нет ничего важнее момента здесь и сейчас…
Джо улыбнулся сквозь слезы и боль, и Джессика улыбнулась ему в ответ, отчего на ее лице образовались такие же ямочки, как и у его матери, точь-в-точь, не отличишь… «Как же они, черт возьми, похожи, – продолжал удивляться Джонатан. – Клянусь никогда больше ее не обидеть…» Кому он клялся, одному Богу известно, наверное, таким образом он желал искупить вину и получить прощение за все прегрешения.
Да, эта невысказанная просьба о прощении имела совершенно иной характер, более осознанный, что ли, по сравнению с теми, которые он произносил вслух. Теперь он действительно каялся, а значит, есть что-то, что способно его полностью изменить. Тогда, наверное, все небесные покровители улыбнулись и решили дать Джонатану последний шанс. А вдруг? Надобно за это его как-то поощрить – подать какой-нибудь знак…
В палату зашел врач, который сообщил Джессике, что ее муж идет на поправку стремительными темпами. Джонатан выдохнул с облегчением.
Что идет за прощением
14 мая 2007 года, понедельник
Сначала ты возвращаешь себе право на жизнь и благодаришь Бога за то, что Он предоставил тебе второй шанс. В этот момент кажется, будто ничего нет дороже самой жизни! И правильно кажется… Жаль только, данное чувство держится совсем недолго. Забывается, растворяется почти сразу, словно пару дней назад не ты висел на краю пропасти, а кто-то иной, кого ты не знаешь и знать не желаешь. Итак, после того как ты приходишь в себя, возвращаются повседневные заботы. И ты уже не просишь в слезах: «Дай, Господи, прожить день по милости твоей». Нет. Ты негодуешь: «Где, мать вашу, мобильный? Где чертов вайфай? Как? Здесь нет вайфая? Там, наверное, миллион пропущенных вызовов и три миллиона неотвеченных сообщений!» В твоей голове они похожи на снежный ком, который вот-вот тебя придавит к земле – от одной мысли о неотвеченных звонках можно свихнуться. Звонки, естественно, рабочего характера… Да, смотри как быстро ты переключаешься снова на будничные проблемы – они поглощают тебя целиком и полностью, они позволяют тебе забыть о том, где ты был совсем недавно. И от твоей благодарности не остается ровным счетом ничего. Ни следа… Скорее напротив, ты уже не благодаришь, ты готов проклясть все на свете, лишь бы от тебя отстали. Дали расслабиться, успокоиться, отвлечься… а лучше в компании с длинноногими цыпочками. Почему нет? Наплевать на прощение… наплевать на обещания… все опять возвращается на круги своя. Ситуация до боли знакома… Будто нам удалось перехитрить целый мир: всем сказали, что изменимся, а сами за старое!
Джонатан не был исключением из правил, он ведь такой же обычный человек, как и все остальные. Он ждал, пока ему принесут телефон, чтобы позвонить на работу и узнать, как прошла встреча с итальянцами. За это время продумал, о чем будет говорить с Полом. Джо полагал, что трюк с просьбой о прощении круто прокатит и с начальством. Не все, наверное, такие наивные, как наши родные и близкие, или как Всевышний, который верит людям в надежде на то, что те покаются и непременно изменятся. Но, вместо обещанного телефона, лично явился сам Пол. За несколько дней ничего не поменялось, такой же беспощадный мистер Пол.
– О-о-о-о, Джо, не ожидал тебя здесь встретить… – Такая же ехидная ухмылка.
– Я тоже… – виновато пробормотал Джонатан.
– Слушай, ты извини, что я порылся в твоем кабинете, – присел он напротив. – Мы там с филиппиночкой сделали кое-какую перестановку под open space, а тебя… – Не стал договаривать. – Думал найти там документы, да вот, кроме твоих тайных пристрастий, больше ничего не нашел. Вот тебе, – кинул он на стол кипу порнушных журналов, – чтобы не скучал. Может, подскажешь, где документы?
Данный вопрос и был объяснением, зачем явился Пол.
– Да, конечно! – совсем не сопротивляясь, ответил Джо. – Они на дороге…
– На какой дороге? – не понял тот. – На дороге личностного роста?
– На автомобильной, где я попал под колеса грузовика…
– Ты попал под колеса грузовика? – прикинулся дурачком Пол.
– Вообще-то да, Пол… Спасибо, что поинтересовался моим здоровьем… – съязвил Джо.
– Ой, прости! Не смею шутить… Просто все на работе говорят, что ты на Гавайях… – ответил он той же монетой. – Бумаги были с тобой?
Вообще, может показаться, что это глупый вопрос, но иногда в этих глупых вопросах скрывается разгадка, о которой лучше узнать сейчас, чем не узнать никогда.
Развернутый ответ на глупый вопрос
11 мая 2007 года, пятница
Прокрутим пленку обратно до момента, когда я пришел к Джо во сне и сказал о смерти. Утром Джонатан подошел к сейфу и открыл его. В сейфе, помимо бумаг, хранился револьвер и пакетик кокса. Часть он разбил и занюхнул сразу, а часть взял с собой, на случай стрессовых ситуаций. Пушку он тоже забросил в кейс, так как очень серьезно отнесся к моим словам и подумал, что не исключено покушение. Паранойя разыгралась не на шутку. Джо подумал, что его неприятели в лице Пола и Гарри готовят провокацию. Он, конечно же, не знал, где его поджидает смерть, а потому наивно делал расчет на то, что отстреляется. Хотя не припоминаю, когда Джо в последний раз стрелял и до каких чертиков его нужно довести, чтобы он осмелился нажать на курок. А вот документы он не стал брать с собой, точнее, сделал копии, а оригиналы положил обратно и поменял пароль в сейфе. Здесь он продумал все четко… Кейс тоже запаролил для безопасности. Вся подготовка заняла около пяти минут. И все же, чем бы закончилась встреча с итальянцами, если бы наш герой на нее попал?
У темных был план на все случаи жизни…
Переговоры бы провалились. Итальянцы обвинили бы компанию Пола в саботаже и обратились бы с бумагами Джо в международный суд по экономическим преступлениям. И тогда бы Пол наехал на Джонатана, дескать, зачем ты притащил эти сраные документы, которые раскрывают всю суть их преступной деятельности. Пол надавил бы на подчиненного и сказал, что Джонатан пойдет под суд и возьмет вину на себя, отсидит десять лет и вернется обратно на то же место, овальный кабинет будет его ждать. Естественно, Джо не захотел бы отдавать десять лет жизни во имя какой-то чертовой компании, независимо от будущих привилегий. И Пол пригрозил бы ему: «Не хочешь по-хорошему, тогда будет по-плохому» – и описал бы в цвете «радужные перспективы»: конфискация дома, так как фирма не захочет выплачивать штраф, жена из-за несостоятельности и банкротства мужа лишается родительских прав и отправляет детей в приют, Джо в тюрьме без защиты адвокатов. Ах да, забыли сговор с русскими ему приписать – это политическое дело, за которое с удовольствием возьмется ЦРУ, а значит, светит пожизненный срок. И тогда-то выяснилось бы, что Пол специально предоставил Джонатану кресло топ-менеджера, дал ему возможность зацепиться за итальяшек, чтобы надолго засадить за решетку. Высокая должность – это ловушка. Мало кто знает из подчиненных, сколько уже судеб покалечено Полом, сколько семей лишилось своих мужей и сколько овальных кабинетов так и не дождалось своих топ-менеджеров.
И тогда-то, после заранее приготовленного арсенала угроз со стороны Пола, Джонатан съехал бы с катушек. Он вернулся бы в свой кабинет за револьвером, чтобы засадить свинцовую пулю в голову босса, потом взял бы в заложники половину персонала, затащил их к себе, по пути размазав мозги филиппинки. Держа в заложниках до смерти запуганных сотрудников, Джо бы открыл окно и стал вести прицельный огонь по тем, кто над ним когда-либо смеялся. Таким образом, тридцать шесть жертв, павшие от его руки… и в вечерних новостях по всем телеканалам показывали бы Джо, точнее, его мертвое окровавленное тело, потому что один из полицейских, награжденный за геройскую отвагу, не промахнулся.
Такая участь ждала нашего героя, а не желтый фургон с мороженым, ехавший к детишкам. Какую из смертей предполагали темные, сложно сказать, но вторая явно в их стиле. Грузовик оказался спасительным для жизни – будем считать его направление моей заслугой. Конечно же, небесная канцелярия это не признает заслугой, но все же из двух зол выбирают меньшее. Поэтому «Джо должен был умереть» – в трех частях нашего повествования, и пусть скажет спасибо мне, иначе сейчас лежал бы в могиле.
Короткий разговор
14 мая 2007 года, понедельник, утро
Джонатан прекрасно знал, какие бумаги нужны боссу, – их оригиналы остались дома в сейфе под паролем, который известен лишь ему. «Если они сделали перестановку в моем кабинете, – размышлял Джо, – и если они временно собираются перевести меня на другое место, значит, я пойду на проклятое понижение. Наверняка они вскрыли мой сейф и нашли массу улик для компромата». Он посмотрел на порнушные журналы и хотел было заикнуться про заначку с коксом, но сдержался, вспомнив слова полицейских во время рейдов: «Это будет использовано против вас в суде». Джо понимал, чем станет манипулировать Пол, дабы получить ценные документы, – он пойдет на все. И доки ему нужны не для заметания следов рейдерского захвата итальяшек, а для того, чтобы итальянцы воспользовались ими в суде и спихнули все на Джонатана, который играл в этой постановке роль козла отпущения. Такова схема. И вместо того, чтобы подставить партнерское плечо, Пол собирался кинуть бедолагу через него. Компромат босса лишь дополнил список плохих дел подчиненного. Если бы Джо об этом знал, он бы прямо сейчас пристрелил ублюдка, но его непросто пристрелить, потому что именно за Полом стояла свора темных сил во главе с Альценой. Они пришли за Джо…
– Значит, на понижение? – осторожно поинтересовался Джонатан.
– Все только в твоих руках, друг! – ушел от прямого ответа Пол, продолжая ехидно улыбаться.
«Дразнит, мерзавец! – про себя выругался Джо. – Хочет, чтобы задницу ему полизал», – накручивал больше негатива он, ничего хорошего от босса не ожидая.
Пока между ними разворачивалась словесная перепалка, на тонком плане между мной и Альценой также нарастало напряжение.
– Дело против твоего подопечного закрутилось, – обратилась Альцена ко мне. – Назад дороги нет. Поэтому проси его все делать так, как ему говорят, и не оказывать сопротивления. Хуже будет!
– Откуда такая уверенность? – поинтересовался я.
– Мы получили разрешение от небесной канцелярии на задержание твоего дружка. Остаток жизни он будет изолирован, потому что опасен для окружающих.
– На каких основаниях?
– Он портит людям жизнь и разбивает семьи.
– Значит, дело итальянцев подстроено?
– Скажи ему, чтобы со всем соглашался, – настойчивее повторила Альцена. – Иначе его ждет смерть. Хотя если каким-то чудом твоему подопечному удастся избежать пожизненного срока, то смерть ему покажется лучшим исходом. Мы ему подготовили еще много сюрпризов…
Не желая отвлекаться на перепалку, я вернулся к разговору Джо и Пола.
– Что у тебя с рукой? – поинтересовался босс. – Писать можешь? – Достал из папки листок, ручку и протянул нашему парню.
Не глядя в содержание документа, Джонатан подписал два экземпляра и вернул их Полу. Конечно же, Джо понимал, что шефу нельзя доверять и что тот способен подсунуть на подписание даже смертный приговор. Но у него не оставалось выбора. Хуже, чем есть, уже не будет – наивно полагал наш герой. Это «хуже» на самом деле могло продолжаться бесконечно, потому что темные всерьез взялись за бедолагу. Их совсем не устраивало то положение, в котором находился мой подопечный, им необходимо было все в разы ухудшить. Поэтому Пол начал с малого.
– Один экземпляр оставь себе! – холодно распорядился шеф, бросив подписанный лист на подчиненного. – Теперь ты официально уволен! А твое место займет Гарри!
– Нет! Ты не можешь так поступить со мной… – запротестовал Джонатан, не принимая сложившиеся обстоятельства, которых давно ожидал, но до конца с ними не смирился.
Если бы одним лишь взглядом можно было убить, то шеф давно бы купался в луже собственной крови на пару с Гарри. Дай Джонатану только возможность, и он бы осуществил задуманное. Как же он их всех ненавидел! Какой-то голос провоцировал его: «Ты не сделаешь этого! Нет. Тебе не по зубам убить человека».
– По зубам, по зубам! – отвечал я темным. – Или вы желаете сделать ставки, господа?
– Как бы ни развернулся сценарий, смертельного приговора ему не избежать! – заявила Альцена.
Наперекор внутреннему голосу Джо выхватил из кейса пушку и направил на босса.
– Ты просто так не уйдешь! – сказал Джо, когда тот засобирался к выходу. – Вернись и сядь на то место, где сидел. Не выводи меня! – отвел курок он, продолжая прицеливаться.
– Ладно-ладно, Джонатан, – поднимая руки, забормотал Пол. – Только не делай глупостей… Ты же знаешь, у меня семья, дети…
– У меня тоже семья и дети, однако тебе на это минуту назад было наплевать! Садись! – прокричал Джо. – И не смей шевелиться… пока до конца не выслушаешь меня…
Признание Джо
14 мая 2007 года, понедельник, утро
И вот теперь началось самое интересное. Джонатану представился шанс высказать начальнику все, что он о нем думает. Напрямую. Не боясь ничего потерять. Все, чего следовало опасаться, уже произошло минуту назад. Теперь осталась только ненависть между ними, способная привести одного из них к тяжелым последствиям. Повисла напряженная пауза, которая могла взорваться в долю секунды оглушительным выстрелом.
– Дети, говоришь, – вполголоса произнес Джо. – Дети – это хорошо…
Он резко замолчал, так как увидел темный силуэт, пробежавший поперек палаты и шмыгнувший через форточку на улицу. Джо явно почудилось, но он старался не подавать вида, чтобы не разряжать обстановку, а вместе с тем револьвер. Тот же голос, который заставлял не брать в руки пушку, дразнил его: «Джонатан – трус», «Джо – серливый кот, никогда не пользовался пистолетом», «Брось пукалку и не позорься перед начальством», а потом опять – «Ты не сделаешь этого… даже не пытайся». И множество незнакомых голосов. Но Джо не обращал на них внимания, он просто хотел поговорить по душам, высказаться, черт побери, иначе… если этого не сделает, то точно нажмет курок, дабы проверить собственную смелость.
– Знаешь, я тут, пока лежал, много о чем передумал. Подумал о прощении… Долго думал, как могут люди простить предательство? Вот ты, допустим, сейчас извинишься передо мной, а я тебя все равно не прощу. Даже если ты мне яйца вылижешь, моя совесть не проснется после этого, потому что между нами, кроме ненависти и отвращения, больше ничего нет. Да и ты, уверен, даже если извинишься, продолжишь и дальше меня презирать и унижать за глаза, мол, посмотрите, какой неудачник у нас работал… – Джонатан ухмыльнулся. – Помню, в детстве меня обижал один мальчонка, постоянно чего-то доколупывался, особенно при виде моих крутых игрушек. Байстрюком называл, говнюк, знал же, что обидно слышать такое. Однажды я не выдержал, подошел и ударил его со всего размаха кулаком в голову, да так, что бедолага покатился с лестницы. Понимал последствия, но ударил. Забрали того в больничку с сотрясением мозга. Директор вызывает на ковер меня вместе с мамой, говорит, если не принесу извинений, то отчислят из школы или отправят в колонию для таких же малолетних придурков, как я. Мне плевать было на его угрозы. Мне самому захотелось поговорить с пацаном по-человечески, как сейчас с тобой мы разговариваем. И я пошел… Встал с утра, умылся, почистил зубы и пошел в больничку. Прихожу, мама и папа его в слезах, мол, чего приперся. Короче, впустили меня к нему в палату на пару минут. Он открывает глаза, видит меня и говорит: «О-о-о-о, привет, байстрюк! Пришел извиниться… Я тебя не прощу!» Типа вали на хер… Но знаешь, Пол, когда он снова назвал меня байстрюком, мне уже не хотелось извиняться. А с мыслью, зачем такие люди живут, хотелось, наоборот, подойти к аппарату и перекрыть кислород. Вот чего мне хотелось. И когда я прикоснулся к вентилю, чтобы сделать это, почувствовал какое-то облегчение на душе… Мне как-то сразу стало легко… В тот момент, решая, жить ему или умереть, я, понимаешь, Пол, выступил в роли вершителя судьбы. Вот что меня вдохновляло – роль Бога! И я принял решение простить, дать парню шанс, чтобы он изменился. Вот, оказывается, в чем дело – не он должен был меня прощать, а я его. Я вышел тогда из палаты окрыленный и счастливый! Мой внутренний вопрос раз и навсегда решился… А когда парниша выздоровел и пришел вновь в школу, я ни разу больше не слышал, чтобы он называл меня байстрюком. Вот она – сила прощения, Пол!
– Хорошая история, Джо, – Пол присел на стул рядом с входом, понимая, что их разговор затянется надолго, – только к чему ты это?
– К тому, придурок, что я сейчас в роли вершителя! И мне решать, жить тебе, гниде, или сдохнуть! Достоин ты существования или нет…
– Если я сейчас попрошу у тебя прощения, с меня корона не слетит…
– Да к черту прощение! Ты не способен просить прощения, а я так и не научился прощать.
– А если я приму тебя обратно на работу, ты поверишь моим словам?
Воцарилась длительная пауза. Джо долго раздумывал, он реально не знал, что ему на это ответить.
– Внутренний голос шепчет отпустить тебя… – Вдруг темный силуэт снова выскочил из окна и побежал по направлению к двери, отчего Джонатан вновь на минуту замолк. – Если ты примешь меня обратно на работу, то я не снесу того унижения, которое ты мне уже причинил, поставив вместо меня Гарри. Переносить издевательские усмешки подчиненных, катающих жалобы начальству… не-е-е-е-ет… с меня хватило вашего дерьма. Спасибо! Сыт по горло…
– Чего ты хочешь тогда?
– Хочу, чтобы каждый по очереди извинился передо мной. Искренне!
– Вряд ли, Джонатан, тебе это поможет, – как-то с сочувствием ответил Пол.
– Когда я ехал на переговоры с итальяшками, я ненавидел вас настолько, что собирался разделаться с вами, по одному. Твоя пуля преданно ждала тебя в этой обойме. И она тебя до сих пор ждет… Детей твоих не трону – обещаю…
– Ладно-ладно, – со смирением произнес Пол. – Хочешь убить меня – стреляй, но только после того, как выслушаешь мою историю.
Откровение Пола
14 мая 2007 года, понедельник, утро
– Если ты думаешь, что мое детство было беззаботным и сладким, ты глубоко ошибаешься, Джо, – начал Пол. – Мой отец был вором, тащил все, что плохо лежит. Трейлер, в котором мы жили, и тот был угнанный. У нас не было ни одной собственной вещи. Все где-то и когда-то украдено: на рынке, улице, в метро, гостинице, супермаркете… Отец приносил мне сворованные игрушки, а я к ним даже не прикасался – чужими они были для меня, ненастоящими, неродными, не такими, какие были у моих сверстников. Мама тоже не надевала ничего из подаренного папочкой: ни шмоток, ни драгоценностей. Правда, долго они у нас не задерживались, всегда отец находил кому спихнуть. На этом он и зарабатывал: воровал и продавал.
Однажды мы с пацанами играли во дворе, и мне понравилась у одного парня игрушка типа машинки-модельки с открывающимися дверцами. Она была настолько миниатюрная, что можно было легко потерять в траве. И вот парень ее потерял. Когда все ушли по домам, я решил отыскать модельку, чтобы забрать себе. Я нашел машинку и принес домой. Отец строго спросил: «Откуда у тебя это?» Я ему рассказал, после чего он ударил меня по лицу так, что звезды из глаз посыпались, и сказал: «Завтра же верни и больше никогда не воруй!» На следующий день я отнес модельку парнишке, за что в знак благодарности получил от его родителей много сладостей. Мы сидели с другом, пожирали пончики, а в голове крутились слова отца: «Никогда не воруй! Никогда не воруй!»
Через пару лет, когда я ходил в первый класс, отец принес домой кольцо с бриллиантом. Его один парень собирался подарить своей девушке, чтобы сделать предложение. И он каким-то образом проследил за моим отцом до самого трейлера. Через день пришел с дробовиком, когда дома никого, кроме меня, не было. Он прострелил дверь, дернул ручку с другой стороны и зашел. По-хозяйски зашел. Я понимал приближение опасности, поэтому успел спрятаться под кровать. Парень без проблем нашел кольцо, потому что оно лежало на видном месте. Я постоянно проходил мимо него и любовался. Парень с дробовиком не стал довольствоваться возвратом, а дожидался папочку, чтобы разобраться с ним. Он сидел на кровати, под которой лежал я и почти не дышал. Но долго так продолжаться не могло, и я выдал себя кашлем. Парень нагнулся, увидел меня и вытащил за шкирку, напуганного до смерти. Он приказал мне сесть напротив себя. Мне никогда не забыть того, что сказал мне тогда парень с дробовиком.
«Ты понимаешь, малой, что скоро твоего отца не будет с тобой?» – начал он. Честно, я был настолько мал, что действительно не понимал, как это отца может не быть со мной. Вроде всегда он есть – что должно случиться, чтобы его вдруг не стало? Не осознавал я и риска для собственной жизни. Да, угрозу какую-то чувствовал, но смертельную опасность – нет! А все потому, что ничего не знал о смерти. Парень-то думал: сейчас упаду на колени и буду молить о пощаде, а тут полное непонимание и безразличие. Он продолжил: «Ты понимаешь, что сделал твой отец? Он разрушил мою судьбу. Я должен поквитаться – его место в могиле! Согласен?»
Нет. Конечно же, не согласен. И это он увидел по моему лицу. То есть парень с дробовиком пытался объяснить мне, ничего не смыслящему малому, почему мой отец недостоин ходить по земле. Он смотрел на меня, в мои глаза, полные слез, и, видимо, не счел свою ненависть веской причиной для того, чтобы убить человека… Мы не дождались папу. Парень ушел и больше не возвращался. Не знаю, простил он отца или нет, но благодаря мне трагедии удалось избежать.
Поэтому, Джонатан, если ты найдешь хоть одну причину, почему я недостоин жить, то можешь стрелять…
– Что было дальше? – продолжая целиться в Пола, спросил Джо.
– Отец пришел поздно. Спрашивал, куда делось кольцо. Я сказал про парня, но не упоминал о дробовике. Отец, чтобы не навлекать на себя лишних подозрений, заверял, что это приходил его друг. Но я-то знал, что это не его друг. Что это приходила за ним смерть, с которой у меня состоялась встреча.
В тот самый момент в комнате, где сидел Джонатан и Пол, вновь прошмыгнула тень.
«Он, сучонок, сделал меня…»
14 мая 2007 года, понедельник, утро
– У тебя хоть отец был, который каждый день возвращался домой, а у меня и того не было… Я понимаю, Пол, к чему ты клонишь… нет ни одной причины, чтобы тебя убивать, да и ты, я вижу, не настолько повзрослел, чтобы чувствовать смертельную угрозу. По-прежнему, наверное, думаешь, что смерти нет? – ухмыльнулся Джонатан, разрядил револьвер и бросил его на пол. – Можешь идти… Но знай: я тебя не прощаю.
– Наверное, только один из нас уйдет отсюда с чистой совестью… – Пол бросил второй подписанный лист на кровать Джо. – Если хочешь, можешь вернуться. Обещаю никому не говорить о нашем разговоре. Но все же, где бумаги?
– Они у Джесс.
Джонатан демонстративно закрыл глаза и отвернулся. Пол вышел из палаты, наверное, зараза, очень довольный. Джо сделал ему услугу не только тем, что не стал убивать, но и тем, что помог выговориться. Польза от того не сказалась на Джонатане, по крайней мере, предательский внутренний голос, шепчущий пять минут назад: «Ты не сделаешь этого», уже намного громче орал: «Проклятый трусишка, почему ты не прикончил его? Ты никчемный, ты ничтожество». О душевном покое можно надолго позабыть. Джо так и не получил и никогда не получит от небесной канцелярии способности прощать ближнего. Любой из его окружения, будь то жена Джессика, Брэнт, Пол, и те умеют делать это. Даже папа неоднократно приходил во сне, чтобы попросить прощения, но сын и его не простил. Никого он не простил – в том и трагедия его.
Подстрекаемый внутренним голосом, он готов был взяться за пистолет и отстрелить мозги самому себе, чтобы потом их соскребали со стенки. «Проклятый Джо!» – мучился наш герой, купаясь в море жалости и ощущении какой-то вселенской несправедливости, обделенности, ущербности, неполноценности и все в том же роде. Конечно же, он на этот раз не вернется на работу, не скажет всем, мол, славно отдыхал на Гавайях. Нет. Не хватит сил наступить на горло собственной гордости, ведь он все время думал, что круче всех… и смог многих в том убедить. Однако сейчас ему не хотелось никому и ничего доказывать, потому что Джо чувствовал полное поражение взрослого Джо, чье место сейчас занял глупый и наивный мальчонка, о коем десять минут назад рассказывал Пол. Да, имелся у Джо один способ – обвинить жестокую судьбу в несправедливости по отношению к нему, но и это бы ему никак не помогло.
Джонатан поднялся с постели. Впервые за долгое время ему не нужно никому звонить, писать, отправлять отчеты, не нужно бороться со спамом и перенаправлять левые звонки – он теперь полностью свободен. Бессрочный отпуск, прям как у того бомжа, повстречавшегося однажды на улице. Джо подошел на ресепшен и попросил у медсестры телефон, чтобы рассказать обо всем Джессике.
– Что у тебя с голосом? Что-то случилось? – сразу почувствовала неладное Джессика.
– Да так, Пол приходил по душам поговорить…
– Да, он мне только что звонил, просил какие-то документы передать. Сказал, вы договорились обо всем.
– Нет. Не договорились. Он, сучонок, сделал меня…
– Что? – не понимая, переспросила она.
– Перезвони ему и скажи, что нет никаких документов.
– Но он уже едет за ними!
– Ты слышала? Их нет у тебя! – И Джо проговорил по слогам, чтобы лучше дошло: – Я их ему не от-дам. Так и передай! – Джонатан бросил трубку.
Он пожалел, что не прикончил ублюдка Пола, что поддался внутреннему голосу. И хоть этот голос стих, ощущение трусости осталось. Он впервые задумался над тем, кто есть настоящий Джонатан: тот, кто нажимает на курок и разделывается с неприятелями, или тот, кто вечно сдерживает себя, словно запуганный до смерти мальчонка, боящийся последствий. Кто из них Джо? И пока над этим неразрешимым вопросом думает наш герой, я вам отвечу: никто. Здесь вы не найдете ответа, потому что за каждым действием или бездействием скрываются потаенные мысли, желания, неразрешенные чувства – а какие из них ваши, а какие нет, вряд ли сможет определить хоть один умник. И пока кто-то держит пушку напротив врага, он и не догадывается, что за него кто-то действует и кто здесь истинная жертва. Человеку никогда не стать Богом, потому что от его воли ровным счетом ничего не зависит. Все решается за людей, абсолютно все! И если темные дали Джонатану сейчас отсрочку от смерти, то лишь потому, что я их вовремя остановил, но впереди его ожидали девять кругов ада. О том я прекрасно знал, продолжая продумывать, каким образом можно отразить их изощренные атаки, чтобы выпутать подопечного из беды.
Был и другой вариант – отказаться от борьбы и пойти на сделку с Альценой. Она этого как раз и ждала. Многие ангелы-хранители напрямую пытались договориться с ней, но ничем хорошим их сотрудничество не заканчивалось. Я же хотел просто поговорить, пока не поздно, понять ее основные требования. Мой проигрыш с жизнью Джонатана, конечно, ее устраивал, но не настолько, чтобы отказаться от возможности выиграть большее при нашей встрече. «Либо договориться, либо сдаться» – так Альцена говорит обычно каждому, кто находился на грани поражения. И в такие минуты мы, небесные покровители, думаем: «Почему мы определяем судьбу людей? Почему бы им самим не решать, когда и сколько им жить перед тем, как душа отправится на небеса?» Опять приходится за них отвечать, и не только перед Богом, но и перед дьяволом.
Глава пятая
Подслушанный разговор
Ночь на 15 мая 2007 года
Джо снились сплошные кошмары, из-за чего он просыпался несколько раз в поту. Кто его только не навещал с того света! Отец, бабушка, дедушка… Мерещились какие-то черти, демоны, словно его конец совсем близок. Но главная встреча состоялась около его дома под утро. Он вновь увидел того самого соседа, предупредившего о смертельной опасности, а именно меня. Но я был не один – прогуливался по лужайке с Альценой. Джонатан следовал за нами, стараясь быть незаметным.
– Я знала, что ты попросишь встречи со мной! – самодовольно провозгласила Альцена. – Все, рано или поздно, обращаются. Правда, признаюсь, насчет тебя возникали некоторые сомнения. Ты у нас гордый ангел и неуступчивый, прям как мы. Твое место среди нас, – заулыбалась Альцена. – Помню, как ты спасал своих подопечных от геенны огненной, только на этот раз мы твоему Джо приготовили настоящий котел. Кстати, это твоя идея была с фургоном? Мои молчат, не признаются… Неплохо придумал! – похлопала она меня по плечу. – Только пусть в следующий раз его переедет поезд и он останется жив – так будет эффектнее! – засмеялась Альцена. – Сколько раз мы просили не вмешиваться в реальность подопечного без нашего ведома, и вы все равно пытаетесь что-то сделать, как-то противостоять нашему замыслу.
– Если бы не мы, вы бы их давно поработили – пили кровь, ели их мясо, вдыхали их души. Благодаря нам у них есть надежда на спасение.
– Бесполезно! – перебила та. – Легче с нами договориться либо сразу сдаться, ибо хуже будет. – Она помолчала, потом продолжила: – Зря ты взялся покровительствовать Джо: не твой персонаж. Убийцы, насильники, маньяки, пребывающие сейчас в раю, – это твой контингент, а вот тупой наркоман, не способный отличить знак пешеходного перехода от знака судьбы, – не твое. Хочешь мой тебе совет? – остановилась Альцена и хитро взглянула на меня. – Оставь его нам… За него бороться уже бесполезно. Столько ловушек, сколько мы поставили, – качала она головой, – надо быть святым, чтобы не угодить в них.
– Я знаю, к чему ты клонишь, – пришлось вступиться за Джо. – Сейчас ты скажешь, что за его провал мне ничего не будет, но дело даже не в последствиях, ладно, я их как-нибудь переживу, дело в принципе. В моих прежних чистых победах. Я не хочу портить собственную репутацию нераскаянным грешником. Вы можете сделать с ним что угодно: спалить, сжечь, стереть в порошок, но на том свете Джонатан мне нужен раскаявшимся. Мне наплевать, умрет он сейчас или завтра, мне важно, чтобы он успел искренне произнести три слова: «Прости меня, Господи». И больше ничего! – твердо ответил я. – Если вы думаете, что я борюсь за его выживание, то глубоко ошибаетесь. Если понадобится, могу подстроить и поезд, и авиакатастрофу, но он мне нужен чистым.
– Ты очень многого просишь, – улыбнулась Альцена, не ожидавшая такого поворота.
– Я прошу того, чего не просят другие! Они наивно выпрашивают у тебя годы жизни в надежде, что их подопечный обратится к Богу. Я в это не верю! Мне нужен быстрый эффект, как с моими убийцами, насильниками и маньяками на эшафоте, когда они успели произнести во всеуслышание: «Прости меня, Господи». Больше ничего не нужно! Хоть подмешайте ему в стакан какого яда, но главное, чтобы в конце он прозрел и покаялся… или обратился к Богу… или попросил прощения…
– Ты у нас этого просишь? – усмехнулась Альцена. – Мне казалось, духовное перевоспитание – это все-таки задача ангелов-хранителей. Или что-то поменялось на небесах с тех пор, как нас оттуда изгнали? И во многом, голубчик, изгнали по твоей вине.
– Ничего не поменялось… – холодно парировал я, собираясь продолжить.
– Духовное перевоспитание не происходит за один день, – не дала досказать Альцена. – Это работа не одного десятка лет. Мне ли тебе рассказывать? Именно поэтому другие ангелы-хранители и выпрашивают у меня годы жизни, а ты просишь что-то нереальное.
– Ты сама знаешь, какой силой я обладаю, поэтому мне не нужны годы, чтобы привести подопечного к Богу. Мои прошлые кейсы доказывают: грешник может искренне покаяться в последнюю минуту жизни и быть прощенным Господом.
– Так о чем нам с тобой договариваться? – недоумевала Альцена. – Давай каждый будет выполнять свою работу: мы ведем твоего подопечного к смерти, а ты ведешь его к покаянию. В принципе, – усмехнулась она, – мы преследуем одну и ту же цель!
– Я думал, встреча с желтым грузовиком поможет ему осознать прошлые ошибки, и на время он действительно раскаялся во многих вещах, но дальше вы подослали ему босса, чтобы снова вывести его из равновесия и снова окунуть в эту бесполезную борьбу…
– А что ты хотел, чтобы мы его по головке погладили? Наша задача в том и заключается, чтобы Джонатан разочаровался в жизни, а лучше довел самого себя до самоубийства. На небесах, насколько я знаю, суицидников никогда не прощали, а твой птенчик как раз и летит на огонек, – ухмыльнулась Альцена.
– Вы хотите довести его до самоубийства? – не сдерживая эмоций, спросил я.
– Именно! Насколько я знаю, после суицида подопечных их покровителей навсегда лишают права занимать какую-либо должность на небесах, – ехидно произнесла старуха. – И поверь, мы доведем его до самоубийства, у нас для этого есть все рычаги давления… – Альцена ожидала моей реакции. – Ставки возрастают, не правда ли?
Мы с Альценой остановились и повернулись к Джо.
– О-о-о-о, Джо, и ты здесь? – она изобразила на лице удивление. – А мы как раз о тебе вспоминали. Твою дальнейшую судьбу решали…
– А разве не я волен ее выбирать? – огрызнулся в знакомой манере Джо.
– Да, мальчик Джо, – подтвердила Альцена, – ты волен выбирать. Ты же избранный! – усмехнулась она. – Вы все на земле избранные! – И засмеялась.
– Какой, к черту, избранный? – возмущался Джонатан.
– А ты поди открой дверь, а то к тебе гости, – непонятно к чему сказала Альцена.
И в этот самый миг Джонатан проснулся. К нему действительно нагрянули нежданные гости, моментально стерев из его памяти сновидение.
«Какого черта?»
15 мая 2007 года, вторник, утро
«Какого черта?» – успел задаться вопросом Джонатан, когда увидел улыбающуюся девушку в короткой юбке и чулках. После искренних просьб о прощении Джо никак не хотелось попасться за встречи с теми, кого он мог едва вспомнить. Трудно объяснить внезапное появление девицы легкого поведения, когда та даже его номера не знала. Джо оставлял контакт в редких случаях, чтобы они не названивали при жене, а в остальном – списывались через Wickr Me, где при регистрации никаких персональных данных не требуют, только логин и пароль, а сама переписка стирается на пятый день. Но девушка его как-то нашла.
– Как поживает мой зайка? – поцеловала гостья Джо, а потом присела на край кровати.
– О-о-о, привет, не ожидал тебя здесь увидеть! – Джо перебирал в голове имена, чтобы вспомнить для начала, как ее звать, а потом названия клубов, чтобы вспомнить, в каком они пересекались и, наконец, была ли между ними близость. Не вспомнив, решил спросить: – Как ты сюда попала?
– Ты не рад меня видеть? Тогда я пойду, – та обиженно поднялась с места.
– Нет! Я просто спросил, – стал оправдываться Джон, заглядываясь на ее грудь.
– Ты каким-то совсем другим стал… Это не тот Джо, которого я знала. Мой Джо веселый и жизнерадостный, постоянно шутил, рассказывал интересные истории… Мой Джо – настоящая рок-звезда!
– Рок-звездам тоже бывает хреново… – холодно отрезал Джонатан, после чего добавил: – Не видишь, меня машина сбила.
– Ах да, как же я сразу не догадалась… Надеюсь, твоего преданного друга не задело? – Ее руки тут же потянулись под одеяло Джо, но тот отстранился. – Ну, разреши мне поухаживать за тобой! Так ты быстрее пойдешь на поправку. – Она медленно принялась расстегивать блузку, которая очень сексуально смотрелась на ее теле.
– Давай не будем! Нас могут увидеть… – сопротивлялся Джо.
– Расслабься, – успокаивала она. – Мы ничего плохого не делаем. Мы просто обнимаемся… – Девушка наклонилась над Джо, чтобы поцеловать и коснуться его своей грудью, отчего, как и любой мужчина, бедолага возбудился и потянулся в ответ.
И тут в палату зашла Джессика и застала их обоих, хотя между ними ничего не было – ни сейчас, ни в прошлом, о том вспомнил Джонатан уже спустя некоторое время. Чертова подстава! По-видимому, девицу и раньше подкладывали под тех, кому нужно испортить жизнь. В этом деле, несомненно, она профи. Итак, господа, если каким-то образом в ваш дом пробралась незнакомая красивая длинноногая особа и пытается вас соблазнить, то первый вопрос, который нужно задать себе (естественно, после «Какого черта?»), – это «Кому может быть выгодно?». Не могла же она прийти по собственной инициативе? Значит, кто-то за вами присматривает… Сейчас много развелось интересных профессий, в том числе и связанных с девушками, но этой пока еще не дано официального названия. Где-то оно зависло посередине между частным детективом и просто шлюхой, так как, если надо для общего дела, она готова с вами и переспать, даже забесплатно, войдя в доверие, а может и сразу прикончить, или отравить, или заразить СПИДом. В зависимости от пожеланий заказчика. Конечно, девушка действует по строгому сценарию и регламенту, знает ответы на все вопросы, способна выйти сухой из воды и красиво загладить любой конфликт. Знала бы Джессика, что существует такая профессия, то, наверное, не поспешила бы с выводами. Только она не знала…
– Какого черта? – с порога выдала Джессика.
– Джо, кто это? – ничуть не растерявшись, показала пальцем в сторону супруги девица и принялась застегивать блузку.
– А вы, черт возьми, кто такая? Я, вообще-то, жена его.
– Очень даже вовремя! Если я представлюсь его любовницей, то это будет не совсем правда, потому что между нами ничего никогда не было. Зато я знаю, с кем у него точно было. Вам лучше присесть…
– Не верь ни единому ее слову! – прорычал Джо, делая усилия, чтобы подняться на постели. – Что бы она ни сказала… сплошная ложь… Это подстава… подстилка…
– Заткнись! – обрубила его Джессика. – Я сама разберусь, кому верить, а кому нет. – Она села на стул и обратилась к незнакомке: – Продолжайте, леди, я готова вас выслушать…
Тут зашли санитары и забрали Джо на обследование. По дороге ему сделалось плохо. Хоть он и не знал, о чем собирается поведать незнакомка, но что-то подсказывало ему: это хуже, гораздо хуже истории детектива, любовницы, шлюхи, вместе взятых, компромата Пола, коего он боялся больше всего на свете. Такое складывалось ощущение, будто все его скелеты в шкафу разом заговорили.
Грязное белье Джо
15 мая 2007 года, вторник
– Я представляю независимую организацию феминисток, – издалека начала незнакомка. – Наша главная задача – защита прав женщин по всему миру. Мы уже многим женщинам открыли глаза на то, кто такие эти мужчины! – Последнее она произнесла с презрением. – Особенно если дело касается семей, тут мы готовы предоставить любую помощь, защиту от любых посягательств. А они будут – после того как узнаете всю правду и ваш муж попытается вас вернуть. Итак, после короткой преамбулы, пожалуй, приступим.
Два года назад в нашу организацию поступило несколько заявлений от женщин, над которыми надругался ваш муж. Надругательства выглядели по-разному. Одной он что-то пообещал, чтобы воспользоваться ею, – естественно, своих обещаний так и не сдержал. Вторую влюбил в себя, а потом бросил, исчез бесследно. Третьей, доверием которой тоже воспользовался, купил порше, а через неделю машина оказалась в розыске, так как являлась собственностью салона, сдающего авто в аренду. В нашей организации решили провести расследование и установить, кто же такой Джо: мошенник или герой-любовник? – на последнем сделала презрительный акцент. – К нашему удивлению, он оказался «примерным» семьянином. Ну, «примерным» следует взять в кавычки. Жена, двое детей – и при этом куча любовниц.
Мы установили слежку за вашим муженьком. И вот что обнаружили. Изо дня в день он, как по расписанию, посещал клубы, рестораны, показы мод, разные злачные места… – Она достала из сумочки конверт с фотографиями и передала Джессике. Пока Джессика рассматривала супруга в окружении девиц, незнакомка продолжала: – И знаете для чего? Правильно! Чтобы познакомиться, а потом соблазнить, обмануть, воспользоваться и выбросить из своей жизни. А каково женщине жить с обманутыми надеждами, раненым самолюбием? Разве мы, женщины, этого заслуживаем? Разве мы не должны объединяться против подобного рода мужского произвола? Должны! И нас уже поддерживают тысячи… миллионы людей по всему миру. Но я отвлеклась… – Активистка набрала в легкие воздуха, словно и не собиралась заканчивать. – Мне нужно было больше собрать информации и выяснить его мотивы, поэтому я пошла с ним на сближение. До постели дело не дошло, потому что в тот вечер ваш муж подрался с охранником. Может, помните, когда он вернулся домой побитый?
– Да. Он мне сказал, что по вечерам ходит в бойцовский клуб и дерется там…
– Да-да, это он придумал! В тот вечер он был со мной, точнее, я была на задании с ним. Потом мы еще выследили девушек, которых он пытался соблазнить. Тут не пересчитать количество измен и обмана… Это неполная база девочек, которых мы опросили, – она указала на фотографии. – Некоторые не пошли на контакт с нашей организацией, так как боялись огласки в прессе. Но мы дойдем и до журналистов, чтобы устроить над ним показательную порку во избежание подобных случаев. Возможно, другие мужики посмотрят и задумаются. А свободные женщины перестанут доверять женатым мужчинам. Вам советую уходить побыстрей от него и развестись. Наша организация возьмет на себе расходы, даже если вы решите уехать с детьми на край света. Вашего мужа, скорее всего, привлекут к уголовной ответственности. Многие девушки согласились написать на него заявление об изнасиловании, к тому же многих он накачивал наркотиками, а это тянет на пятнадцать лет лишения свободы. Поэтому предлагаю уже сейчас подыскивать себе достойного кандидата. И смотрите, второй раз не обожгитесь…
Незнакомка резко остановилась, так как увидела заплаканное лицо Джессики, которая не могла дальше слушать доклад активистки, бросила фотографии на пол и выбежала из палаты, не желая больше никогда и никого прощать.
Компромат Пола
Если вы думаете, что здесь нет следов Пола и его темных покровителей, то вы глубоко заблуждаетесь. Иначе какой смысл нам говорить о компромате на Джо? На самом деле, Пол все это с организацией феминисток и заварил. Зная слабые места своего подчиненного, он стал собирать на Джо компромат. На случай, если тот начнет качать права после увольнения и будет таскаться с адвокатами по судам, чтобы отсудить компенсацию в десятки тысяч долларов. На случай, если Джонатан не вернет документы. Вот тогда-то, чтобы Джо не обратился в суд, Пол и задумывал выстрелить, точнее, применить компромат в качестве шантажа. Таков был замысел.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
