Тайлин поежилась. Привезший ее маг, которого, кажется, звали Дрейс, неторопливо вращал поскрипывающую ручку колодца, поднимая ведро с водой, кони фыркали, но кроме этих звуков вокруг стояла тишина. Даже кот казался темной тенью, которая мелькнула в воображении девушки и пропала. Никто не вышел ее встречать, словно ее и не ждали. Не ждали, но, судя по продолжающей трепыхаться занавеске ‒ наблюдали.
Пока Тайлин раздумывала, не следует ли ей сесть обратно в экипаж и потребовать вернуться домой, занавеска, наконец, успокоилась. И почти сразу дверь постройки распахнулась.
‒ Добро пожаловать, добро пожаловать! Прошу прощения, что сразу не встретили вас! ‒ к Тайлин, добродушно улыбаясь, шагала высокая, крепко сбитая женщина. Ее начавшие седеть волосы были аккуратно заплетены в две косы и уложены в кольца на голове. Голубое платье очень шло ее серым глазам, а фартук, надетый поверх платья, сиял белизной. Позади нее шел высокий, сухопарый мужчина, темноволосый, с седеющими висками. Его волосы были небрежно перевязаны позади лентой, а вот костюм ‒ бархатный, бутылочного цвета ‒ сидел как влитой и явно был сшит на заказ. Цепким взглядом мужчина окинул Тайлин сверху донизу.
‒ Меня зовут Криста, ‒ женщина склонила голову перед диа, а затем коротко кивнула Дрейсу. Тот быстро окинул незнакомцев взглядом, кивнул в ответ и отвернулся к коням. ‒ Я, можно сказать, экономка Крепости. А это ‒ Арвор. Смотритель триса Эйса.
‒ Я ‒ Тайлин. Тайлин Айки.
Крис и Арвор понравились Тайлин с первого взгляда. Не вызывали доверия ‒ доверие надо заслужить. А понравились, первый шаг к тому, чтобы присмотреться к людям ближе.
‒ Диа, если позволите, я предложу вам перекусить на кухне, ‒ кивнула в сторону постройки Криста. ‒ Честно говоря, в гостиной Крепости довольно… просторно и одиноко. Мне кажется, вам будет там неуютно.
Тайлин оценила добродушную искренность женщины.
‒ С огромным удовольствием, ‒ согласилась она, вслед за Кристой проходя в просторное помещение с выбеленными стенами. Залитое солнечным светом, аккуратно прибранное, сияющее чистой кухонной утварью оно показалось Тайлин очень домашним.
‒ Вы садитесь, диа, сейчас и каша будет, и пирожки, если не побрезгуете вчерашними, и жаркое скоро готово будет, ‒ экономка засуетилась, проворно убрала со стола стоявшую там пару кружек и смахнула ладонью несуществующие крошки. Тайлин поняла, что женщина волнуется.
‒ А почему «можно сказать, экономка»? ‒ полюбопытствовала девушка. Криста вздохнула и покачала головой.
‒ Вы уж, диа, не удивляйтесь. У нас тут все… не слишком привычно. Трис Эйс человек хороший и справедливый, но очень уж замкнутый и привыкший все решать сам. Неприятно ему, чтобы тут, рядом с ним, своей жизнью рисковали простые люди. Он и нанимать-то никого не хотел, пока Совет не настоял. Сам хозяйством да делами управлять пытался. Только вот когда ты по ночам вдоль Края ходишь да слушаешь, днем-то какие дела? Мы с Арвором тоже упрямиться умеем. Вот и стали приходить, да помогать. Раз пришли, два пришли, трис нас и нанял, да и жалование хорошее поставил. Но чтобы мы здесь жили ‒ ни в какую. Отправляет домой и все тут. Приходите, говорит, раз в три дня, мне хватит.
‒ А вы? ‒ Тайлин смотрела, как Криста, не переставая говорить, ловко засыпает крупу, греет молоко и размешивает кашу. Пирожки и кружка с заваренными травами появились перед Тайлин почти сразу, моргнуть, можно сказать, не успела.
‒ А мы каждый день приходим, нам тут недалеко. В непогоду трис экипаж в деревне нанимает и оплачивает… стыдоба-то какая, словно мы немощные да от дождика развалимся, ‒ покачала головой Криста.
‒ Если он такой внимательный, то почему он меня не встретил? ‒ вырвалось у Тайлин прежде, чем она успела подумать.
Криста вопросу ничуть не удивилась. Отставила в сторону кастрюльку с кашей, накрыла ее полотенцем и, помолчав, присела на стул напротив девушки.
‒ Тяжело ему, диа. Край-то спокойно себя ведет, да думаем мы, спокойствие это за счет силы триса питается. Ищет он все что-то. Тревожно ему. Ходит по ночам, слушает, штопает разрывы. Как ни спросишь ‒ отмахнется, мол, все хорошо. Иногда и правда хорошо. А иногда по утрам кажется, что из триса словно все силы высосали. Сегодня вот такое утро. Вы не обижайтесь, диа. Не со зла он.
Криста поколебалась, словно не знала, имеет ли она право продолжать дальше. Потом, решившись, наклонилась к Тайлин ближе.
‒ Честно говоря, диа, очень я за триса беспокоюсь. Последнее время он сам не свой, совсем обессилевший.
Тайлин кольнуло в сердце.
Магическое истощение? Да нет, маг Крепости не может быть настолько легкомысленным. Или может? Сообщить в Совет? Истощенный маг пропустит разрыв и не сможет защитить жителей, если разрыв начнет расползаться. Хороша будет невеста, сдала жениха в первый же день. С другой стороны, что значит сдала, есть правила…
‒ Думаете, трису нужен хороший отдых? – осторожно спросила Тайлин. Экономка снова вздохнула.
– Да конечно, нужен. Только где ж его взять. Край отслеживать – трис, вон, в Каменном пролеске волшба странная творится, аж мурашки по коже. Тоже трису разбираться.
‒ Волшба? ‒ незнакомое слово понравилось диа. Оно звучало так, словно пришло из какой‒то сказки.
Женщина кивнула.
‒ Магия. Волшба, мы так говорим, в нашем краю. И знаете, что…‒ Криста скосила глаза на окно.
‒ Что? ‒ почем-то шепотом ответила диа. Экономка наклонилась к ней ближе.
‒ Волшба мага, который вас привез, мне совсем не нравится. Он слабее триса Эйса… но такой холодный. Я это чувствую.
У Тайлин на спине выступил пот. Девушка обхватила кружку с травами обеими руками.
‒ Вы чувствуете магию? У вас такой дар?
‒ Не всегда и не всю, ‒ призналась Криста. – Но иногда знаю точно, сама не знаю, как.
Тайлин сделала маленький глоток. Ее пальцы едва заметно дрожали.
‒ Если вы готовы, диа, я покажу вам вашу комнату, чтобы вы могли отдохнуть, ‒ сказала Криста. – Думаю, Арвор уже отнес туда ваши вещи.
Девушка кивнула.
‒ Да. Да, спасибо большое, вы потрясающе готовите и, кажется, я объелась, ‒ искренне поблагодарила экономку Тайлин. Криста добродушно махнула рукой.
‒ Ну что вы. Приходите как‒нибудь в деревню, я вас познакомлю с моей матушкой. Вот ее жаркое… это что‒то!
Под рассказ экономки о потрясающих способностях ее родительницы Тайлин дошла до входа Крепости. При ближайшем рассмотрении оказалось, что двери не деревянные, а сделаны из какого-то камня. Поверхность была испещрена знаками, которые тихо светились изнутри ‒ скорее всего охранные и защитные заклинания. Тайлин положила руку на дверь, ожидая ощутить холод, но поверхность оказалась неожиданно теплой.
‒ Потрогайте стены, ‒ посоветовала Криста. Девушка провела рукой по воротам в сторону и пробежалась пальцами по шершавому серому камню стены. Тот оказался на ощупь неожиданно мягким и тоже теплым. Кое-где в щелях рос нежно-зеленый мох и над ним танцевали крошечные изумрудные пылинки. Неприступная, хмурая Крепость вблизи оказалась неожиданно живой.
‒ Удивительно, правда? ‒ в голосе Кристы слышалась гордость. ‒ Этот камень называется талорит. Его сюда перебрасывали через порталы. Он хорошо сохраняет тепло, а усиленный заклинаниями становится крайне прочным.
Поймав удивленный взгляд Тайлин, Криста слегка покраснела.
‒ Пока здесь шло строительство, мы всеми Рохами сюда приходили смотреть. Все было очень быстро. Одни маги держали порталы, вторые переправляли талорит. Несколько групп, посменно, вели строительство. Еще группа держала защитный купол и следила за Краем. Управились за неделю. Магия тут так и искрила.
‒ Неделя с таким количеством человек? ‒ удивилась Тайлин. Криста поднесла руку к дверям ‒ вспыхнули алым несколько знаков, признавая экономку, и женщина, с некоторым усилием потянув на себя правую дверь, зашла внутрь Крепости.
‒ Так ведь и не таверну строили, ‒ голос Кристы звучал приглушенно.
Тайлин, справившись с охватившим ее вдруг волнением, шагнула следом за экономкой и оказалась в небольшом, пустом холле. Девушка окинула его быстрым взглядом. Одинокий столик, притаившийся у ведущей на второй этаж лестницы из темного дерева, да одинокая ваза на нем. На полу сиротливо лежал маленький плетеный коврик. Ни гобеленов на стенах, ни цветов, зато вдоль стен стояло несколько подставок с «огоньками», причем не заряжающимися от солнечного света, а умевшими держать свет долгое время сами по себе. Стоили такие заметно дороже обычных. В доме Тайлин они стояли только в гостиной и в обеденной комнате.
– Трис Эйс мало внимания обращает на обстановку в Крепости, – развела руками Криста. Было видно, что ей неловко. – Я стараюсь, как могу, но сложно что-то делать, не зная пожеланий хозяина дома. Но вы не сомневайтесь, я все держу в чистоте!
– Не сомневаюсь, – искренне подтвердила Тайлин.
– Слева библиотека, рядом с ней – кабинет триса, справа гостиная, она же по совместительству обеденный зал. Раньше через обеденный зал можно было попасть в старый кабинет, но прошлый Наблюдатель Крепости распорядился переделать его в кладовую. А из кухни убрали кладовую, расширив саму кухню. Не очень удобно, если нужно, чтобы все было под боком, но зато столько места! Если хотите, можете все осмотреть, – экономка по очереди показала на закрытые тяжелые деревянные двери.
– Чуть позже – обязательно, – вежливо улыбнулась девушка. Ей ужасно хотелось смыть с себя дорожную пыль и немного собраться с мыслями, а еще больше – поговорить с трисом и разобраться во всей этой нелепой ситуации.
– Конечно, идемте за мной, диа, – Криста начала подниматься по лестнице, на ходу продолжая рассказ.
– На втором этаже три гостевые комнаты, туалетная комната и ванная. На третьем – комнаты для прислуги, смотровая площадка и… – тут Криста замялась, – должен был быть сад, но трис Эйс совсем им не занимается, а у меня и Арвора не хватает времени и навыков.
– Довольно много помещений, – заметила Тайлин, проводя рукой по гладким перилам. Экономка оглянулась через плечо.
– Так ведь всегда есть надежда, что Наблюдатель обзаведется семьей, что Край будет вести себя спокойно. Семья приживется, разрастется… Да и даже если вдвоем: лучше иметь возможность отдохнуть друг от друга, чем сталкиваться носами. Так, по крайней мере, говорит трис.
Лестница заканчивалась широкой площадкой, от которой вперед уходил коридор с закрытыми дверьми по бокам. В конце коридора темнела еще одна лестница наверх.
– Вы знали прошлого Наблюдателя? – полюбопытствовала диа. Криста покачала головой. – Мы несколько раз сталкивались в деревне. Очень достойный человек, как мне показалось. Когда Край начал разрастаться, трис Лейно получил магическое истощение, спасая Золотые Рохи, – голос Кристы дрогнул. – Прошу, диа, это ваша комната.
Криста, резко переводя тему, распахнула первую дверь слева и посторонилась, пропуская диа вперед. Тайлин шагнула внутрь и замерла. Комната была просторной, чисто прибранной и неплохо обставленной. Окно с распахнутыми коричневыми ставнями, перед ним столик с маленькой вазочкой и букетиком полевых цветов – чувствовалась рука Кристы – и стул с высокой спинкой. В углу трюмо с зеркалом и рядом платяной шкаф. Напротив – небольшая этажерка, на которой стояло несколько новых свечей. Впрочем, рядом с ней возвышался и светильник на тонкой ножке с «огоньками». Широкая кровать, заправленная кремовым покрывалом, стояла напротив окна. Оба чемодана диа уже ждали Тайлин на кремовом же прикроватном коврике. А на одном из чемоданов, сосредоточенно принюхиваясь, сидел большой черный крыс с белым брюшком и длинным темно-розовым хвостом.
– Добрый день, – поздоровалась Тайлин от неожиданности. Крыс повернул к ней морду и пошевелил усами. Протиснувшаяся мимо девушки экономка всплеснула руками.
– Арво-о-ор! – крикнула она так громко, что диа вздрогнула, а крыс нервно дернул ушами.
Смотритель, казалось, возник из неоткуда. Еще несколько мгновений назад в коридоре было абсолютно пусто, и вот уже Арвор, деликатно кашлянув, встал на пороге комнаты.
– Прошу прощения, – чуть склонил голову мужчина. – Кусь никого не хотел напугать. Он просто пришел познакомиться с новым жителем Крепости.
Смотритель тихо поцокал языком и крыс, проворно спрыгнув с кровати, широкими скачками пробежал расстояние до Арвора и взобрался к нему на плечо.
– Я не боюсь крыс, просто… удивилась, – Тайлин рассматривала принявшегося умываться зверька. – Вы… дрессируете крыс, Арвор?
На лицо смотрителя набежала еле заметная, тут же исчезнувшая тень.
– Дрессирую? Нет. Я… люблю их компанию, а они не против моей. Скажем так, – мужчина ласково почесал мордочку Куся.
– А Бафо?
– А Бафо знает, что крыс Крепости трогать нельзя, иначе Арвор расстроится, – вмешалась в разговор экономка. – И укоризненно посмотрела на мужчину.
– Девушке надо отдохнуть, Арвор. А тут мы со своими историями и крысами, – крыс потянулся к Кристе и та, вздохнув, погладила Куся по мордочке.
– Так и быть, пойдем на кухню, налью тебе самую капельку молока. Но не больше! Отдыхайте, диа.
– Спасибо, – искренне поблагодарила Тайлин. И, уже закрывая дверь, окликнула экономку.
– Криста, а где комната триса Эйса?
Экономка остановилась и повернулась к диа. Выглядела она немного смущенной. Смотритель встал на несколько шагов впереди. Куся на его плече сосредоточенно выкусывал что-то из шерсти.
– Раньше его комната была напротив вашей. Но трис Эйс переехал в одну из комнат для прислуги. Сказал, что ему много места не надо.
– Спасибо… – интересно, что-то кроме службы в Крепости интересует ее новоявленного нареченного?
Когда Тайлин закрывала дверь, вдоль стены за Арвором, пригнувшись, пробежала парочка маленьких серых пасючков. Мужчина пошевелил пальцами, и пасючки, почти не сбавляя хода, запрыгнули к нему на спину и перебрались на левое плечо. Крыс Кусь продолжал важно восседать на правом. Диа поежилась. Дрессированные крысы, кто бы мог подумать, а! Интересно, сколько их вообще в Крепости? Нет, Тайлин ничего не имела против крыс. Но одно дело наблюдать за ними издалека, а другое – принимать ванную в окружении десятка любопытно поблескивающих глазок. Или проснуться и увидеть свиту, которая, шевеля чешуйчатыми хвостами, отконвоирует тебя к завтраку. Интересно, что по этому поводу думает трис Эйс? И увидит ли она его сегодня вообще?
Глава 3
Криста в самом деле была хорошей экономкой. На одной из полок шкафа Тайлин обнаружила стопку пушистых, еле уловимо пахнущих мыльным корнем полотенец, рядом – аккуратно запакованный в бумагу новенький набор маленьких мылец для волос и тела. На соседней полке, тоже новые, гребни, расческа и даже флакончик духов. Ненавязчивая «летняя трава», аромат, не выходящий из моды, кажется, никогда. На полке выше аккуратно была сложена тоже новая ночная рубашка, простая, скромного кроя с длинными рукавами и полностью закрытой грудью. И то правда, вдруг невеста от волнения забудет с собой привезти. На рубашке кокетливо прилег пакетик травяных леденцов «для успокоения нервов». Диа хмыкнула, взяла одно из полотенец и закрыла дверцу шкафа. Хотелось помыться и переодеться, а еще пройтись по Крепости одной, без чужих глаз. Заглянуть в каждый уголок и, если повезет, из какого-то уголка выколупать триса Эйса, все еще не снизошедшего до знакомства с невестой.
Аккуратно приоткрыв дверь и прижав к груди сменное платье, полотенце и комплект своих собственных туалетных принадлежностей, диа выглянула наружу. Ни крыс, ни людей, лишь тишина и ветерок, гуляющий по коридору. Тайлин дошла до ванной и потянула на себя неожиданно легко поддавшуюся дверь. Зашла внутрь и уважительно покачала головой. Ванная комната была хороша. Обтесанные стены сохранили легкую шершавость, по которой было приятно провести ладонью. Светильники с горящими «огоньками» давали достаточно света, чтобы не надо было напрягать зрение. На полу лежали чисто вычищенные плетеные циновки, но и без них ногам было бы не холодно – камни подогревались, то ли благодаря теплому источнику, идущему где-то под горой, то ли благодаря поддерживаемому бытовому заклинанию. Хотя, заряженного энергокристалла Тайлин нигде не увидела. Сама ванная на тяжелых ножках стояла у одной из стен. В стене была выдолблена ниша, в которой стояло несколько флакончиков, мыло на деревянной подставке и почему-то лежал пояс от халата. Положив вещи в нишу, диа покрутила краны. Холодная, очень теплая и пахнущая серой вонючая, видимо, целебная, из третьего крана. Критически осмотрев ванную (чисто) и на всякий случай протерев ее стенки ладонями, Тайлин подняла голову и столкнулась со звериной мордой, смотрящей на нее сверху, из стены. Рядом примостился еще один кран. Диа покрутила его и в лицо ей тут же плюнуло водой из львиной пасти.
– Ага, – сказала Тайлин, вытирая лицо рукавом рубашки. Выкрутив краны, она отрегулировала температуру воды и принялась расстегивать пуговицы. На предпоследней ей пришло в голову, что она не закрыла дверь на засов, и в любой момент в ванную может зайти тот же трис. Рубашка скользнула на пол. Следом отправилась короткая сорочка, и диа обхватила себя руками за плечи. Допустим, дверь откроется. Трис шагнет вперед и увидит спину диа. Она резко обернется и…
– И он извинится, выйдет, а ты будешь стоять дура дурой, – сказала самой себе Тайлин и, подойдя к двери, задвинула засов. Такой же дурой, как тогда, на приеме одного из высоких руководителей архсовета, куда отчима пригласили вместе со всей семьей. За полгода до этого в городе открылась книжная лавка, где, среди прочего, продавались пикантные романы. Неслыханная дерзость и разврат по мнению старшего поколения. Незамужним женщинам и юношам, младше двадцати трех, романы не продавали. Но, к счастью, совладелица лавки, поставлявшей сырье для лавки-лечицы, была дамой и замужней, и весьма прогрессивных взглядов. А еще они подружились с Тайлин, которая пару раз в месяц забегала в лавку, передать очередной список заказов. Так что после каждого визита диа уносила с собой очередной роман, где лобзали, вздыхали, касались и целовали до головокружения. Диа, выросшая в любви и уважении к старым добрым сказкам (в детстве) и серьезным книгам по естественным наукам (во время учебы) и сама не могла бы сказать, откуда в ней такой интерес к таким историям. Может из-за привычки докапываться до самой сути каждого интересующего ее явления – а отношения между мужчиной и женщиной точно были не тем явлением, которое стали бы с ней обсуждать. Может из-за того, что она не видела будущего для себя. Того будущего, где касаются и просят оказать честь и согласиться на обряд. А, может, не было никакой важной причины. Просто Тайлин нравились эти истории и все. Накрученная романами, восемнадцатилетняя Тайлин пообещала себе, что непременно узнает, что же это такое: головокружительный поцелуй. Случай представился как раз на приеме архотдела, куда была приглашена знакомая семья, иногда бывавшая у них в гостях. И их сын, высокий юноша, загорелый и белозубый, который всегда так живо поддерживал разговор и был так мил и вежлив. Дис Нелис. Его-то Тайлин и увела на балкончик через несколько часов от начала приема, под предлогом, что у нее ужасно закружилась голова от всего этого шума, танцев и количества людей. До этого она несколько раз невзначай коснулась руки Диса и получила одно касание и один долгий взгляд в ответ. Но оказалось, что Дис Нелис был совершенно не готов к тому, что его лицо вдруг обхватят руками. И что потом его поцелуют. А Тайлин с разочарованием обнаружила, что мокрые вялые губы не имеют ничего общего с теми сценками, которые так живо описывали авторы романов. Ну а две престарелые диа, как раз решившие приобщиться к свежему воздуху и созерцанию звезд были шокированы, возмущены и «потеряли дар речи», как они потом выговаривали матери и отчиму Тайлин. Дис Нелис, пробормотав что-то невнятное, покинул балкон, Тайлин под вспотевшие от волнения руки вывели в зал и отконвоировали к родным, поджав губы и приговаривая, что только из уважения к трису Боро не стали поднимать шум. Хотя, Тайлин так и не понимала, что такого произошло, чтобы шуметь. Но самой неприятной была реакция мамы. Милая, добрая, всегда готовая выслушать дочь диа Силити превратилась в незнакомого человека, окаменевшего лицом. Ее тон был холоден и полон горечи. В молчании она ехала до дома, а затем, поднявшись в комнату дочери, прочла ей целую лекцию о том, что еще десять лет назад эта история поставила бы под удар репутацию всей семьи. Что ей стыдно за необдуманное поведение дочери и что это ужасно пошло в таком возрасте, без обручения, позволять себе такое. Словно ржавым ножом она ковырялась в душе Тайлин, выпытывая у нее, как ей вообще пришло это в голову. Были ли у нее поцелуи до этого и как далеко она планировала зайти. После разговора у Тайлин осталось ощущение, словно в нее плеснули грязью. Отчим отмалчивался, не решаясь вмешиваться, и лишь Дайс, дождавшись, когда мать выйдет из комнаты, зашел и обнял сестру.
– Если хочешь знать, в моем кругу никто бы тебя не осудил, – утешил он. – У нас в Академии давно уже куда более современные взгляды.
Диа тоже не стала себя осуждать, просто сделала выводы. Была граница откровенности и понимания, переходить которую было нельзя. Потом уже отчим устроил щедрый ужин, за которым Тайлин и мама помирились, потом уже все сгладилось и забылось, и они с диа Силити шутили, шептались и смеялись как прежде. Но невидимая граница, прочерченная Тайлин, так и осталась. И иногда диа казалось, что она не смеет переходить ее даже наедине с самой собой.
…И все-таки получилось почти как в романе. Заросший щетиной мужик в несвежей рубашке, со спутанными волосами и залегшими под глазами тенями не очень-то походил на свой элегантный слепок. Но это был ее жених, трис Эйс, спустившийся с третьего этажа и, судя по переброшенным через руку вещам, идущий в ванную комнату. Увидев Тайлин он остановился и недоуменно нахмурился.
– Я тоже рада вас наконец-то увидеть, уважаемый трис, – не сдержалась диа. Трис почесал рукой щеку и кивнул. Ни он, ни Тайлин обременять себя церемониальными приветствиями не стали.
– Диа Тайлин. Я прошу прощения, что не встретил вас как полагается. Мой ночной обход затянулся как и мой утренний отдых. Такая служба, сами понимаете.
«Нет, не понимаю» после такого ответить было бы глупо. Кроме того, Тайлин не обижалась. Чувствовала себя немного задетой – да. Но не более. В конце концов, какое ей дело до того, насколько ей не рад человек, с которым она надеялась скоро попрощаться?
– В какой комнате вы расположились? – так вежливо-непринужденно осведомился трис Эйс, словно они вели светский разговор в какой-нибудь гостиной. Диа показала рукой.
– Если вы не против, я зайду за вами немного позже. Думаю, нам надо многое обсудить, – предложил маг.
– Согласна с вами, – кивнула диа. И, посторонившись, пропустила триса в ванную. Постояла возле закрывшейся за ним двери и тряхнула головой. Неопрятный, заросший, усталый, но глаза выдают. Как там сказала Криста? «Волшба»? Магия. Чистая, мощная, ощущавшаяся каждой клеточкой тела. Диа зашла в свою комнату и без сил опустилась на кровать.
– Боюсь, братишка, тут помощи можно не искать, – пробормотала она. Наклонившись, достала из-под кровати один из чемоданов и, открыв его, потянулась к вшитому, неприметному на первый взгляд кармашку. Потом убрала руку и, откинувшись на подушки, закрыла глаза. Нет. Нет, сейчас ей нужна не легкая зыбь и туманная безмятежность, а ясная голова. Тайлин повернула голову и прищурилась, глядя на стену перед собой. Все те же искорки, что и поднимающиеся от цветов во дворе. Не нити, хвала богам, но проявление той магии, которую диа видеть точно не должна. Крепость была прошита заклинаниями насквозь. Дайс как-то, очень давно, пытался объяснить Тайлин, как маги видят магию.
– Это похоже на слои, – втолковывал он. – Разного цвета, разной интенсивности. Потоки, которые могут двигаться, а могут быть неподвижны. Есть так называемые общие слои. Это то, на чем строится вся наша магия. А есть кратковременные слои, которые создает маг, плетя заклинания внутри общих слоев. Чем сильнее маг, тем больше этих слоев и потоков он может видеть. Самые сильные видят даже скрытые, замаскированные слои чужой магии. Или вплетенные в чужие. Некоторые умеют видеть остаточные следы. Зависит еще и от таланта мага. Искусники, например, больше по заклинаниям, которые связаны с охраной, защитой, печатями, замками. Стихийники могут вытягивать магию или направлять ее не только из своего резерва, но и из общего магического фона. Кто-то лучше с водой, кто-то с огнем, кто-то с природой, потому и зовут «стихийниками». Есть еще универсалы-стихийники, но это большая редкость.
– Папа «говорил» с землей, – вспомнила Тайлин. Дайс вздохнул. Он плохо помнил отца и иногда это ужасно его мучило.
– Есть как я, по артефакторике, – продолжил брат. – Мы умеем спрессовывать слои и заключать их в разные амулеты, обереги и механизмы. И чинить их. Ну, про бытовое сама понимаешь. Архведомство – туда идут бытовые маги, но у которых лучше получается со структурами. Это важно в строительстве и планировке. Лекарство там, хотя это сложно, слишком большая ответственность и вероятность ошибки. В общем, сама знаешь основные деления. Но самое главное это то, насколько ты научишься работать с тем, что видишь. Есть еще специальные жесты, которые помогают направить сформировать и направить слой, и работать со своим резервом. Раньше считалось, что можно еще работать со словом. Что слова и звуки помогают менять структуру слоев и создавать новые заклинания. Но это так и осталось теорией. Хотя, это открыло бы такие перспективы…
Сейчас, прикрыв глаза и смотря на искры, Тайлин вспоминала тот разговор с братом. То, каким оживленным он был, тогда еще младший ученик, начавший постигать основы магии. И то, как ей хотелось хоть ненадолго увидеть магию самой. Потерев глаза, диа посмотрела на брошенные на пол грязные вещи. Надо бы найти Кристу и узнать, как передать в деревню стирку. Хотя, возможно, предполагалось, что жители Крепости не должны побрезговать делать это самостоятельно. Вздохнув, Тайлин снова поднялась на ноги. Хотя она и чувствовала себя уставшей, заснуть сейчас она точно не смогла бы. Перекинув одежду через руку, диа снова вышла из комнаты. Спустившись по лестнице, прошла через отозвавшийся гулкой пустотой холл и, с трудом толкнув массивную дверь, вышла на залитый солнечным светом дворик. Ни экипажа, ни Дрейса, никого. Лишь стрекозы тихо звенели в воздухе и легкий ветерок касался прядей волос.
От пристройки с приоткрытой зеленой дверью раздался шум и тихое позвякивание.
– Криста? Арвор? – позвала Тайлин, подходя к пристройке и заглядывая за дверь. – Я хотела спросить… ох ты ж ничего себе!
Смотритель, сидевший на корточках у большой глубокой миски с молоком поставил на пол пустой кувшин и, поднявшись, молча и внимательно посмотрел на диа. Та, широко раскрыв глаза, смотрела на пару десятков крыс, которые, элегантно раскинув хвосты, пили из миски.
Воздух наполнило деловитое лакание. Серо-рыжие, темно-серые, светло-серые, крысы как по команде повернули к Тайлин свои морды, заставив девушку попятиться.
– Не бойтесь, моя команда вас не тронет. Они никого не тронут, – поспешно сказал Арвор.
«Пока я не прикажу», – пронеслось в голове у диа почему-то.
– Я не боюсь, просто для одного дня две подряд встречи с вашей… командой как-то неожиданно, – честно призналась диа. Крысы, отвернувшись, вернулись к трапезе.
– Вы знали, что крысы могут предчувствовать изменения магического фона? – наклонившись, Арвор почесал за ухом толстого крыса. – Трис, конечно, регулярно проверяет защиту Крепости и фон вокруг, но сила и влияние Края до конца не изучены. Крысы беспокоятся, если в защите появляются, скажем так, трещинки. Приходят, зовут. Главное, чтобы их услышали.
– Вы их так каждый день кормите? – Тайлин залюбовалась изящной, маленькой, темно-серой крыской, как-то особенно деликатно пьющей из миски. Если, конечно, про крысу вообще можно сказать «деликатно».
– Нет, часто давать молоко нельзя, для здоровья вредно , – серьезно, будто о детях ответил Арвор. – Но они и так знают, где достать вкусный кусочек.
Тайлин, оторвавшись от созерцания грызунов, наконец огляделась вокруг. Пристройка была разделена на две части. Меньшую занимала пара пустых стойл со свежим сеном. Видимо на тот случай, если в Крепость прибудут верхом. Ну или как Тайлин, в экипаже. Большая была отведена под хозяйственную часть. У одной стены чинно выстроились в ряд садовые инструменты, часть их висела на специальной стойке. Рядом стоял длинный стол с аккуратно выставленными коробками, корзинками, бутылками и еще какими-то инструментами, назначения которых Тайлин и не знала. Напротив стола возвышалось нечто белое, похожее на широкую и высокую металлическую бочку с хитрой системой рычагов и шестеренок. Кажется, диа видела похожее в прачечной, куда они с мамой регулярно сдавали белье. Магия магией, но тратить ее на каждую сторону быта было бы слишком расточительно даже для сильного мага. Смотритель проследил за взглядом Тайлин и затем посмотрел на перекинутую через ее руку одежду.
– Если вам удобно, вы можете оставить все, что нужно для стирки, в вашей комнате, в специальной корзинке. Криста заберет. Либо, если хотите, Криста покажет вам как пользоваться «чистожимкой». Последняя модель, трис Эйс заказал сразу же, как появилась в продаже. Чтобы не тратить много времени на стирку и сушку.
Почему-то Тайлин показалось, что выбрать вариант «Криста покажет» будет правильнее. А еще она вдруг поняла, что выглядит, мягко говоря, странно, стоя перед Арвором с брюками и рубашкой в руках. В их семье нравы были достаточно вольные для пусть небогатого, но все же благородного рода. Тайлин спокойно могла гоняться за братом, пытаясь попасть ему по спине своим платьем за то, что он назвал его цвет «цветом печальной болотной кочки». Они спокойно обсуждали с родителями самые разные темы, не брезговали относить свои вещи в стирку, почти не пользовались услугами слуг, разве что периодически приглашали садовника да помощницу по дому. Наверное, придется пересмотреть некоторые свои привычки. Хотя бы на время пребывания в Крепости.
– Благодарю, Арвор. Я тогда… сама найду Кристу.
– Она в кладовой, выбирает продукты на ужин, – невозмутимо сообщил смотритель.
– Из всех богов прошу я внимания покровительницы дев Цилин, – пробормотала Тайлин, быстрым шагом идя обратно к Крепости и старательно глядя на мыски своих сапог, чтобы спрятать от стрекоз и солнца стыдливый румянец. – И зачем ты меня наградила такой способностью попадать в глупые ситуации. Лучше бы подарила мне большие сиськи.
На последнем слове диа подняла голову и резко остановилась.
– Что-что вы сказали? – переспросил гладко выбритый, одетый в чистейшую рубашку и прекрасно сидевшие на нем брюки трис Эйс. Эта версия жениха выглядела намного более опрятнее предыдущей, встреченной в коридоре. Тайлин распрямила плечи, чуть выше вздернула подбородок и спрятала за спину руки вместе с уже надоевшей ей грязной одеждой.
– Я говорю, прошу прощения, вы можете зайти за мной через несколько минут, – с достоинством ответила она и, обогнув триса, зашла внутрь Крепости. Рукав рубашки грустно волочился за ней по земле.
Проснулся трис от того, что солнце светило ему в глаза. Моргнув, маг потер лицо руками, медленно сел, поведя затекшими плечами и бросил взгляд на часы. Кристаллики помутнели на четверть.
– Четверть кристаллов, скоро должна прибыть диа Тайлин, – вспомнил трис. И, принюхавшись к себе, нахмурился. Надо было срочно приводить себя в порядок. Каким бы нежеланным ни был визит, трис должен был встретить нареченную, показать ей Крепость, дать отдохнуть и уже потом объясниться с ней. С первыми тремя пунктами маг опоздал. Увидев выходящую из ванной невысокую шатенку, чьи ноги обвивало простого кроя, нежно-голубое платье, трис чуть не споткнулся. Остановившись, он скользнул быстрым взглядом по влажным, собранным в тугой пучок волосам, четкой линии скул и, столкнувшись с недобрым пристальным взглядом больших, окруженных длинными ресницами глаз, недоуменно нахмурился.
– Я тоже рада вас наконец-то увидеть, уважаемый трис, – сказала шатенка. Голос у нее был звонкий, как капли дождя. Как капли, стекающие по ее шее и теряющиеся в ткани платья на границе с ключицей. Трис заставил себя сфокусироваться. Некрасиво вышло, но не нарочно. Что он и постарался пояснить, как он теперь понял, своей невесте. К его приятному удивлению диа не стала ни злиться, ни делать грустное лицо. Молча выслушала его короткое объяснение, согласилась с тем, что им нужно объясниться и ушла. Трис постоял, глядя ей вслед, неопределенно хмыкнул и зашел в наполненную горячим паром ванную, еще хранившую легкий ягодный запах, видимо от мыла. Нежеланная невеста, видимо, тоже любила воду погорячее. А года три назад, кажется, в моде были холодные умывания.
Быстро приводя себя в порядок, Эйс строил в голове порядок разговора. Возможно, ему повезло и диа Тайлин действительно сдержанная, разумная девушка. Значит, есть шансы, что она быстро поймет и примет его аргументы. Если так, то это значительно упростит дело.
Скинув грязную одежду в корзинку у ванной для Кристы (заниматься стиркой Наблюдателю Крепости не то, чтобы было не по чину, а просто некогда), трис вышел, прошелся по коридору, восстанавливая почему-то сбившееся дыхание, и, подойдя, постучался в дверь диа. Ответом была тишина. Трис постучал снова, подождал немного и решил, что вряд ли девушка забыла об их договоренности и легла отдохнуть. В конце концов, ей наверняка неприятно, что жених ее не встретил и наверняка любопытно, что он из себя представляет. Спустившись вниз трис заглянул во все комнаты, но нашел только Кристу, сосредоточенно складывающую что-то в кладовой. Мимо прошуршала крыса, быстро перебирая лапками. Наверное, сегодня Арвор снова кормил всех в подсобке. Любовь смотрителя к крысам казалась магу странной, учитывая, что магическим талантом Арвора была вовсе не анималистика. Но неудобств эта странность трису не причиняла. К тому же, смотритель, видимо, неплохо понимал своих подопечных. Во всяком случае, уже несколько раз он предупреждал триса о найденных крысами мелких трещинках в магической защите Крепости. Учитывая необычный фон, идущий от Края, маг считал важной любую мелочь. Пройдя через холл Эйс окинул быстрым взглядом скудную обстановку и в который раз вспомнил элегантное убранство отчего дома. Нет, трис спокойно бы жил и в куда более скромных условиях, но где-то в глубине души он, все же, не отказался бы от того, чтобы Крепость стала чуть больше похожа на дом, а не на работу. Криста старалась как могла, но Крепости нужна крепкая рука настоящего хозяина. Или хозяйки. Усмехнувшись, трис толкнул дверь и вышел на залитый солнцем двор. Подняв голову к небу он принялся изучать редкие прозрачные облака. Хозяйка… Хозяйка должна любить свой дом. Хотеть согреть его для себя и своей семьи. Вряд ли уместно ждать этого от девушки, которую силком вытащили сюда.
Солнце грело, ветер легонько обдувал кожу и Эйс на какие-то мгновения позволил себе расслабиться, закрыть глаза и ни о чем не думать. Скрипнула дверь, то ли кухонная, то ли подсобки. Трис привычно заглянул внутренним взором в защитные слои Крепости – полный порядок – со вздохом открыл глаза, опустил голову и увидел идущую прямо на него невесту. Пряди ее волос высохли, выбились из пучка и пушились по плечам, платье чуть сползло с одного плеча, а через руку были перекинуты рубашка и… брюки? Трис приподнял бровь. Тайлин смотрела себе прямо под ноги и триса, кажется, не видела.
– …сиськи, – расслышал трис Эйс, когда девушка уперлась в него и, наконец, подняла на него глаза. Впрочем, ему наверняка показалось.
– Что-что вы сказали? – решил уточнить трис. Девушка раздраженно повела плечами и спрятала одежду за спину.
– Я говорю, прошу прощения, вы можете зайти за мной через несколько минут, – отчеканила она и, обогнув Эйса, скрылась в Крепости. Мужчина проводил ее взглядом и неопределенно хмыкнул.
– Арвор, – негромко позвал он, но смотритель услышал. Вышел из подсобки и неторопливо подошел к трису.
– Что хотела диа?
– Диа Тайлин искала, куда можно деть грязную одежду, трис. Очень… сдержанная диа, если позволите отметить.
Эйс удивился. Обычно смотритель не делился своими наблюдениями без запроса триса.
– И в чем же это выражается?
– Она не стала кричать на моих крыс, трис, – да, не оценить этого Арвор просто не мог.
– Все-таки магия иногда ошибается, – покачал головой трис. – Тебе определенно нужно было родиться анималистом, Арвор. Или твоя любовь к животным распространяется только на крыс?
– Позволю себе не согласиться, трис, – что-то глубоко затаенное мелькнуло и пропало в глазах смотрителя. Слой едва заметно всколыхнулся, словно откликаясь, и тут же успокоился. – Магия никогда не ошибается. Вопрос в том, куда она нас приведет. Если я вам сейчас не нужен, с вашего разрешения займусь корреспонденцией. Вам сегодня пришло с десяток писем из города.
– Ерунда, наверное все старые знакомые интересуются насчет ежегодного семейного вечера где я, конечно же, опять не буду, – Эйсу не очень понравился уклончивый ответ смотрителя равно как и колебание слоя его магии. С другой стороны, Арвор ни разу еще не дал повода усомниться в нем. А причины лезть в детали прошлого смотрителя больше, чем он уже знал, у триса не было. Отпустив Арвора, Эйс постоял еще немного, выжидая приличное время, и отправился за своей невестой. Пришла пора откровенного разговора. Хорошо, почти откровенного. Тайлин открыла дверь сразу, как трис постучал, видимо, ждала. Она успела перезаплести волосы в недлинную косицу и теперь нервно подергивала ее кончик, смотря на Эйса так пристально, что тот засомневался, может, у него на лице что не так?
– Вы уже осмотрели Крепость? – вежливо спросил Эйс. Тайлин покачала головой.
– Тогда предлагаю начать с библиотеки. Там будет удобнее вести разговор, – трис галантно предложил девушке руку. Шла диа быстро, трису даже не пришлось подстраиваться под ее шаг. И молчала, то ли от волнения, то ли робела, то ли не считала нужным начинать сейчас бессмысленную болтовню. Впрочем, на пороге библиотеки девушка нарушила молчание восхищенным и искренним «вот это да!», чем, откровенно говоря, трису польстила. Библиотека была единственной комнатой, которой маг действительно уделил внимание и сделал под себя. Высокие стеллажи были заставлены книгами до самого потолка. Часть уже была здесь, часть трис привез из дома или выписал из книжных лавок. Пол был покрыт мягким ковром темно-синего цвета, вдоль одной стены стоял диван с подушками – когда-то у триса Эйса даже было время полежать на нем с книгой. Напротив, у камина с аккуратно сложенной стопкой дров, стояли пара кресел и низкий столик. И, конечно, светильники. Много светильников с высокоуровневыми «огоньками». Окно в комнате было одно, прямо за диваном. Высокое, широкое и смотрящее прямо на гору. С этого ракурса из него не было видно даже бегущую внизу реку, так что трис большую часть времени держал окно занавешенным тяжелыми темно-зелеными шторами.
– Прошу вас, – трис предложил Тайлин сесть в одно из кресел, а сам опустился в другое.
Девушка опять пристально смотрела на него, взгляд у нее был такой, словно она хотела бы разобрать триса по косточкам. Маг даже быстро пробежался по слоям магии вокруг – ничего. Лишь по краешку взгляда прошло какое-то быстрое серебрение, но слои в принципе не славились стабильностью цвета, а серебристый не значил ничего. Его не существовало в классификации каких-либо заклинаний.
– Уважаемая диа, – начал было маг. Тайлин моргнула, словно выплывая из какого-то сна.
– Вы же тоже не хотите этой свадьбы, правда же? – выпалила вдруг она. Эйс осекся. Тоже?
– Давайте просто подождем три месяца и подадим в суд. Я могу уехать хоть завтра и обещаю, больше вы обо мне не услышите, – девушка говорила уверенно, но пару раз ее голос все-таки дрогнул. – Я не знаю, почему ваш отец решил активировать договор, но…
– Милая Тайлин, – «милая» прозвучало так, словно трис говорил с маленьким ребенком, который вот-вот раскапризничается. – Я не думаю, что именно мой отец вспомнил о договоре. Возможно, он не сказал «нет», но я уверен, что сама инициатива исходила от Совета. От кого-то очень влиятельного из членов Совета, если быть точнее. Во всяком случае, если бы отец был против, он бы… связался со мной, чтобы обсудить это решение.
– Но мы же все равно можем сказать в суде, что не согласны на этот брак? – голос Тайлин звучал так, словно она совсем не ожидала, что трис не схватится радостно за возможность отказаться.
Трис Эйс побарабанил пальцами по ручке кресла.
– Можем, но пока что я не готов вам этого обещать.
Девушка глубоко вздохнула и сцепила пальцы рук так крепко, что аж костяшки побелели.
– Почему? – казалось, сил у нее хватило только на этот короткий вопрос.
– Потому, что по правилам я не должен жить в Крепости один. И хотя до сих пор мне удавалось отбиться от навязываемых мне напарников, Совет попыток не прекращает.
Включая регулярные проверки от этого самого Совета. Если я оставлю вас здесь, я получу передышку. И постараюсь понять, как убедить Совет отвязаться от меня.
– А если нет? – опять этот немигающий взгляд. Совы у нее в роду были, что ли.
– На первый взгляд вы кажетесь разумной девушкой. Мы можем поладить.
– Я могу очень быстро исправиться.
Трис едва заметно улыбнулся. Ему понравился этот неожиданный ответ. Как и реакция девушки на, надо признать, не самую галантную постановку вопроса.
– Я обещаю не надоедать вам, оплачивать ваши расходы, не лезть в то, как вы будете вести хозяйство в Крепости и по возможности составлять вам компанию за ужином. Я не буду препятствовать приезду ваших родных сюда, в гости, и, когда Совет успокоится, я готов дать вам развод, если дело все-таки дойдет до брачной церемонии. Я даже попрошу близких друзей пустить в свете слух, что я оказался настолько уныл, невыносимо зануден и побит работой, что вы стали чахнуть рядом со мной от скуки и я принял решение отпустить вас.
– Вы прекрасно знаете, что суд крайне редко допускает разводы, – вздернула подбородок Тайлин. – Для этого должны быть очень, очень веские основания.
Трис скользнул взглядом по длинной белой шее. Опять серебристая вспышка на краю сознания. Надо будет все-таки проверить слои тщательнее. Или магия так реагирует на его эмоции? Или эмоции диа, если Крепость уже решила признать ее хозяйкой? Интересный феномен, надо будет послать запрос, может, кто-то из Наблюдателей описывал схожий.
– Не переживайте, роду Дарго, да еще и Наблюдателю Крепости полагаются некоторые… привилегии. Обещаю дать вам щедрые отступные. Вы будете молодой, независимой, обеспеченной и уверен, у вас не будет недостатка в поклонниках.
– Мне не нужны такие привилегии. Цилин, в конце концов, сейчас не Робкий век, когда у женщины не было права на какое-либо сопротивление и принятие решений! – все-таки выдержка изменила диа. Вскочив с кресла, она принялась нервно расхаживать по библиотеке, перебирая пальцами косицу. – Несколько дней назад я знать про вас ничего не знала! Жила себе спокойно, помогала маме в лавке-лечице, ужинала со своей семьей, читала книги. Сначала меня как собачонку выдергивают сюда – ваш отец даже не удосужился связаться с моей семьей! Теперь вы со своими… глупыми планами! И моя семья любит меня достаточно, чтобы мне не нужно было переживать о своей независимости, будущем или чьем-то там внимании! – от избытка эмоций Тайлин даже топнула ногой. У триса внезапно похолодели кончики пальцев, как бывало иногда, если он выкладывался в особо мощном заклинании единым выбросом силы. Наверное, где-то в глубине души он тоже волновался на тему разговора с невестой. Слишком контролировал свои эмоции, чтобы казаться абсолютно уверенным в своем плане, вот и «вылезло» в теле. Правда была в том, что трис допускал и такую мысль, что девушку мог завербовать Совет, чтобы она докладывала о его состоянии. А покинуть Край трис сейчас не мог. Никак не мог. Хотя, если так, то актерскому мастерству диа оставалось только позавидовать. Бледность лица сменил румянец, глаза горели от злости, губы налились алым. Трис Эйс тоже поднялся с места и подошел ближе к Тайлин. Та притихла, смотря на мага. Странно, он ведь ничего не сделал, ничего еще не сказал. Разве что слой магии рядом колыхнулся, отзываясь на усталое раздражение и кончики пальцев снова потеплели. Нет, трис не злился на диа. Ее чувства были вполне понятны. Скорее, на ситуацию, на которую он был вынужден теперь тратить время и силы.
– Уважаемая диа, я приношу свои извинения за поведение моего отца, – искренне сказал Эйс. – Честно говоря, меня он так же проигнорировал и об активации договора я узнал из письма Совета. Но вы должны понимать, что Совет это очень влиятельная организация, это одна из основ, на которой держится наше общество. У Совета есть свой, достаточно строгий кодекс. И свои ограничения в праве использования магии и власти. Но Наблюдатели слишком ценны. Я слишком ценен. Нас не так просто заменить другим магом, но если мы выгораем и не признаемся в этом, может случиться огромная беда, когда мы просто не сможем справиться с Краем и какими-либо его проявлениями. Я уверен в том, что со мной все в порядке. Совет – нет, ведь некому доложить обо мне, в случае того, если я стану не в порядке. Некому поддержать меня. И если Совет решит чем-либо шантажировать вашу семью, чтобы хотя бы вы удержались рядом со мной – он это сделает.
Тайлин опустила голову. Казалось, вся энергия вдруг покинула ее и она выглядела теперь очень уставшей. Трис протянул руку и деликатно коснулся ее плеча кончиками пальцем.
– Я обещаю, что если получится, я не стану удерживать вас здесь, – мягко сказал он.
– Тебя, – отозвалась девушка.
– Прошу прощения?
– Я предлагаю перейти на «ты». Нас тут всего четыре человека, странно вести себя так, словно мы незнакомцы на званном вечере, – Тайлин подняла голову и посмотрела на триса. Нет, она даже не сделала попытки вежливо улыбнуться, но хотя бы и плакать не стала.
Эйс кивнул.
– Согласен. Тогда надеюсь увидеть тебя сегодня за ужином. Криста обещала приготовить отбивную с брусничным соусом и овощами и свой фирменный пирог. Это очень вкусно, честно.
– Я не против, – вот теперь на губах девушки появился какой-то намек на улыбку. – Встретимся за ужином.
Дверь в библиотеку уже давно закрылась за ушедшей Тайлин, а трис все еще стоял и задумчиво потирал кончики пальцев друг о друга.
Глава 4
– Посмотри, как красиво.
Тайлин замотала головой и зажмурилась. Нити, пронизывающие комнату, сейчас были едва заметны. Но в этой призрачности картины была своя красота. Казалось, будто все пространство укрыто тонкой серебристой паутинкой.
– Чего ты боишься?
Всего. Что она коснется нити и что-то сломается. Что она заденет нить и магия Крепости обрушится на нее. Что она в принципе видит какие-то там нити. Идущие из неоткуда в никуда. И слышит шепот в своей голове. Может, она проклята? Ведь будь в ней хоть капля магии, это давно заметили бы. Но ни один маг, ни один человек не видел в ней ничего необычного. Шепоток исчез, нити тоже и Тайлин, выдохнув, открыла глаза. По-хорошему, было самое время выпить парочку травяных шариков мамы, чтобы обрести то знакомое состояние безразличной расслабленности, когда никакие эмоции не вызывают видение нитей. И вообще почти ничто не вызывает эмоций. Но не перед важным разговором с трисом Эйсом, нет.
Трис зашел за Тайлин очень скоро и диа, стараясь сосредоточиться, молча шла за ним до библиотеки, даже не пытаясь завязать разговор. Судя по тому, что Эйс тоже молчал, его это вполне устраивало. Ходить вокруг да около Тайлин не хотела, поэтому задала вопрос сразу, без обиняков. Пусть маг быстрее поймет, что ей не льстит этот брачный договор и для нее это наказание, а не возможность. Девушке казалось, что трис будет рад ее откровенности и честности, решению, которое она приняла. Тем неожиданнее был его ответ. Разочарование было таким острым, что Тайлин до боли сплела между собой пальцы – отвлечься на физические ощущения. Не помогло. Когда она подняла голову и снова посмотрела на триса, то замерла, не в силах отвести взгляд. Нити оплетали мужчину большим сияющим коконом, пронзая тело с ног до головы. Часть нитей, ближе к сердцу и горлу была немного темнее, но даже она все равно испускала свет намного ярче, чем какие-либо виденные до этого Тайлин нити. Собственно, людей она раньше такими и не видела. Зрелище было незнакомым и прекрасным. Вдвойне прекрасным от того, что почему-то диа была уверенна, что даже если она попробует коснуться нити, даже если желание станет непреодолимым, она ничего не сможет сделать магу. Красота и ужасающая сила его магии были столь очевидными, что диа…расслабилась. Видение нитей исчезло и трис снова стал трисом. Говорящим такие несправедливые вещи, что от злости у Тайлин перехватило дыхание. Злость была, страха и печали – не было, а нити больше не появлялись. Зато появилось что-то, отдаленно напоминающее сочувствие. В жесте и тоне мага. И как бы диа не хотелось возразить, справедливость и разумность его слов она понимала и принимала. Не было смысла обижаться на триса, требовать, угрожать или закатывать сцены. Он был честен с ней и в глубине души Тайлин была с ним согласна. У нее не было уверенности, что Совет оставит ее семью в покое. Проще было заключить с Эйсом соглашение о мирном сосуществовании в Крепости. К тому же Тайлин верила, что он действительно будет всеми силами стараться найти способ убедить Совет в том, что жена ему не нужна. А если не получится… заглядывать на три месяца вперед у диа пока что не было никакого желания. В конце концов, если трису правда полагаются особые привилегии, пусть поставит персональный портал к ней домой, чтобы родные могли свободно приходить в Крепость, а она – к ним. Хотя, наверное, это будет слишком дорогим удовольствием даже для Эйса.
Возвращаться в комнату Тайлин не стала, а решила, наконец, осмотреть Крепость. Первым делом диа зашла в гостиную. Большая комната освещалась солнцем, чьи лучи проходили через несколько окон в стене, справа от входа. Золотистые шторы были отдернуты и перевязаны завязками с тяжелой бахромой. Стена напротив окон была удручающе пустой, все тот же обработанный камень, ни картины, ни гобелена. Напротив входа была закрытая дверь, видимо, ведущая в кладовую, слева от нее стоял большой, сияющий начищенными стеклами шкаф для посуды. Полки в нем были заполнены от силы на треть. Посередине комнаты лежал темно-зеленый, квадратный ковер. На нем стоял большой овальный стол из темного дерева и вокруг – шесть стульев из того же материала, обитые зеленой тканью. Пожалуй, единственным примечательным пятном во всей гостиной была воистину огромная, развесившая в разные стороны «паучьи лапки» люстра, на которой Тайлин насчитала аж пятнадцать «огоньков». В пустоте комнаты казалось, будто неведомое чудовище готовится напасть на стол.
– Удручающее великолепие, – пробормотала девушка, закрывая дверь. В кладовую она пока решила не заглядывать. Было бы странно изображать из себя хозяйку в первый же день в Крепости. В гостевые комнаты Тайлин решила не заходить, в туалете, приятно удивившем ее фарфоровой роскошью расписанного цветами бачка, и, о боги, полочкой для книг она уже была, так что, девушка сразу поднялась на третий этаж. С трудом подавив соблазн посмотреть, как и в какой из комнат для прислуги расположился трис – просто интересно, насколько маг неприхотлив и погружен в работу – Тайлин остановилась между двумя небольшими коридорами. Поколебавшись свернула вправо и, дойдя до массивной двери, с трудом потянула ее на себя. Дверь вела на смотровую площадку. Широкую, огороженную высокими каменными перилами. С площадки просматривался внутренний двор, дорога, вплоть до поворота, и даже можно было разглядеть кусочек реки, текущей внизу. Тайлин высунулась по пояс за перила и ей показалось, что там, где гора сливалась со стеной Крепости, она увидела краешек переливающейся пленки, переходящей в черноту. Чернота пульсировала, наливаясь чем-то чужим. Тайлин поспешно отвернула голову и посмотрела в другую сторону. Там золотилось цветочное поле и за ним виднелся лес, заманчиво зеленевший листвой деревьев. Смотреть туда было намного приятнее.
Больше ничего примечательного на площадке не было, так что диа без сожалений покинула ее. Второй коридорчик так же закончился дверью, на сей раз с неожиданными витражными вставками, изображавшими цветы. Витраж было бы неплохо как следует отмыть, сейчас цветы выглядели скорее удрученными, нежели радовали глаз, и, проведя пальцем по пыльному лепестку, Тайлин открыла дверь.
– Цилин, да как так можно! – охнула огорченная девушка. Когда-то тут был маленький сад. Небольшая площадка смотрела на горы, в это время дня еще пропускавшие достаточно света. На полу стояли пара десятков горшков, с тем, что отчаянно цеплялось за жизнь. Было видно, что цветы старались поливать – одна из плетистых роз даже смогла дорасти до своей опоры. Но, в целом, сад был скорее мертв, чем жив. Прежний владелец, видимо, заботился о цветах. Горшки были подобраны по размеру и их было удобно переносить в дом в холодное время года. По площадке были размещены опоры для вьющихся растений, которые так же можно было перемещать. Вот этот вьющийся горошек, например, прекрасно смотрелся бы у одной из стен в гостиной.
Сердце Тайлин дрогнуло.
– Посмотри…
– Нет! – вслух ответила девушка. – Смотреть я буду только на цветы и видеть только их. Сейчас я найду Кристу или Арвора, спрошу, что есть для сада и попрошу триса купить то, чего не достает. И вдохну сюда новую жизнь. И я не буду видеть никакие нити, слышать голоса или бояться, что я опять что-то трону и цветок просто рассыплется в пыль. Понятно?
Злость помогла не хуже маминых травяных шариков. Подтянув рукава, Тайлин быстро спустилась вниз, во двор. Арвора нигде не было, зато Криста магичила на кухне, мурлыча под нос песенку и помешивая что-то ароматное в небольшой кастрюльке.
– Как вы, моя дорогая, – так искренне спросила она диа, что «дорогая» выглядело не фривольно, а вполне по-родственному и заботливо.
– Кажется, застряла тут на какое-то время,– не стала лукавить и изображать вежливую радость Тайлин, присаживаясь за стол. – Криста, я хотела спросить вас. Кто ухаживал за садом там, наверху Крепости, до триса Эйса?
– Трис Лейно, предыдущий Наблюдатель, – со вздохом отложила в сторону ложечку экономка. Она казалась расстроенной. – Всегда в молитвах его вспоминаю. Надеюсь, он смог поправиться. Если бы не он, сожрал бы Край наши Золотые Рохи и не подавился бы. Он иногда приходил в деревню лично, выбирал удобрения для своих растений, инструмент сам осматривал. И посоветовать сам мог, что вдоль дорожки к дому лучше посадить, что в тени, а что солнышко любит. Говорил, цветы его успокаивали.
– Я бы хотела попробовать снова заняться садом, – не стала ходить вокруг да около Тайлин. – Вы можете сказать, к кому обратиться в деревне? И что осталось из инструментов триса Лейно, удобрений и прочего?
Криста задумчиво прижала палец к подбородку.
– Все, что осталось, я попрошу Арвора поднять наверх, в Крепость. А что нужно докупить… Вы, диа, лучше у триса Эйса попросите.
– Мне совершенно не сложно прогуляться до деревни самой, заодно и познакомлюсь со всеми, – упрямо мотнула головой Тайлин. И только потом до нее дошло, что, наверное, обустройство сада это тот пункт расходов, который лучше утверждать у триса лично, а не через Арвора или Кристу. Да и вообще, что там трис говорил? Обещает оплачивать расходы? Вот пусть и начинает.
Тайлин улыбнулась своим мыслям.
– Спасибо, Криста.
Остаток дня диа провела, раскладывая вещи и обживаясь в комнате. Рутинная и несложная работа тем не менее довольно сильно ее вымотала. Эмоционально Тайлин было тяжело привыкнуть к мысли, что она на самом деле остается в Крепости. И что никто не может пообещать ей сейчас, что это время ограничится тремя месяцами. А свадебный обряд? Даже думать про это было страшно, это что-то из другой жизни, из одной из тех книжек, в которых обязательно «жили долго и счастливо». Проводить обряд, заранее зная, что это фарс и с ее стороны, и со стороны Эйса, разве Тайлин это заслужила? Диа села на пол, прижимая к себе слепок семьи, который как раз собиралась поставить на столик. Внезапная мысль пронзила ее. А что, если к тому моменту, когда трис сможет действительно устроить развод, для нее будет слишком поздно? И никто уже не повстречается ей на ее пути.
– Пока мама не придумала рецепт, ты была уверена, что состаришься в своей детской комнате, – сказала Тайлин вслух, восстанавливая дыхание. – Поэтому хватит додумывать проблемы раньше времени. Трис найдет способ скорее решить этот вопрос.
Закончив разбирать чемоданы, Тайлин быстро написала несколько строк родным. Все равно надо будет завтра сходить и отправить письмо. А еще спросить у триса, наверняка в Крепости есть свой кристалл вызова. Можно будет поговорить с братом и рассказать о первом впечатлении от триса Эйса. Читать длинные письма Дайс не любил.
До ужина оставалось совсем немного времени. Тайлин, посмотревшись в зеркало, пригладила руками волосы, отряхнула платье и, расправив плечи, уверенным шагом спустилась в гостиную. Трис уже был там, за сервированным белоснежным сервизом столом. По центру стола уже исходило паром большое блюдо с отбивными и овощами, рядом, в изящном соуснике, расписанном цветами, стоял соус. Пирог, прикрытый чистым полотенцем, ждал чуть ближе к краю.
– Добрый вечер, Тайлин. – Эйс, поднявшись, отодвинул для диа стул. – Надеюсь, ты не против, если нам придется самим ухаживать за собой за столом? Я всегда отпускаю Арвора и Кристу до конца ужина. Не вижу смысла им задерживаться в Крепости. Посуду я в состоянии отнести на кухню и положить в воду и сам.
– Я тоже не вижу никакой проблемы в том, чтобы самой отрезать себе пирог, – кивнула Тайлин. – Но уверена, что Криста хотела бы сразу вымыть посуду перед уходом домой, а не отскребать ее утром. Пусть даже она отмокала всю ночь в воде.
Сразу в хозяюшки? Резво, но почему бы и нет.
Трис выразительно приподнял правую бровь. Тайлин, усилием воли стараясь не обращать внимание на голосок в голове, через силу улыбнулась.
– У нас дома нет постоянной прислуги. Иногда приходят помощница по дому и садовник, но мы с братом привыкли с самого детства помогать родителям. Наш род не из богатых, никто из нас не видит смысла тратить нелишние деньги на то, чтобы нам вытерли пыль или прислуживали за столом.
– То есть, Криста не стала возражать мне только потому, что стесняется? – уточнил трис, разрезая мясо на тарелке и аккуратно накалывая кусочек вместе с тушеной морковкой на вилку. – Та Криста, которая в первый же день работы отчитала меня, что в моей кладовой даже крысам Арвора есть нечего?
– Возможно, она не хотела показаться невежливой или чтобы вы… ты подумал, что она не ценит твою заботу? – Тайлин попробовала мясо. Оно просто таяло во рту и проголодавшаяся диа решила, что нет смысла тратить время на вежливые разговоры. Лучше сосредоточиться на еде. Судя по аппетиту, с которым трис ел, он полностью поддерживал этот настрой, и некоторое время в гостиной царила тишина, нарушаемая только позвякиванием вилок. Тянуться за второй добавкой Тайлин постеснялась, хотя не отказалась бы. Но, в конце концов, нужно было еще попробовать многообещающе пахнущий пирог. Трис собственноручно разлил в чашки горячий, ароматный настой на травах и ловко нарезал пирог.
– Хочешь узнать что-нибудь о деревне или Крепости? – спросил Эйс, кидая на диа мимолетный, но внимательный взгляд.
Тайлин кивнула.
