Стражи попятились, видимо, знали о том, что случилось со стрелками на площади. И сам по себе разговор с ожившей статуей – дело непривычное. Айвен понимала их чувства, ровно как и то, что сейчас альтеры видят перед собой обычную женщину, возможно, чуть выше прочих, а никак не прима.
– Да мы запомнили, – один из них отмахнулся от Айвен, двусмысленно положив руки на пояс. – Но Блудница как-то привычнее. Мы все росли и набирались мужественности, глядя на вашу прекрасную статую.
– Отлично, малец! – Айвен подошла к весельчаку и потрепала того по плечу, широко улыбаясь. – Я поговорю с вашим руководством, завтра же проведете показательный марш-бросок в полном обмундировании и продемонстрируете, каких высот в развитии мужественности вы смогли достичь!
Альтеры посмеивались, переглядывались, обменивались, как им казалось, тайными жестами. Бедолаги еще верили, что Айвен шутит. Как же, их Блудница, волнующий и тревожный образ из пубертатного периода, дева с обнаженной грудью, она никак не может заставить их бежать марш-бросок. Ничего, скоро они вообще забудут, что у нее есть грудь.
– Я даже побегу вместе с вами! Но это завтра, сегодня мне нужно немного отдохнуть, так что покажите мою комнату, доставьте туда пять порций суточного пайка, книги по истории и одежду, какая здесь принята у гражданских.
– Но лорд-протектор приказ…
– Его звание?
Альтер растерянно поглядел на других стражей, но те только пожимали плечами.
– Вот видишь, малец, гражданский никак не может приказывать офицеру вооруженных сил Союза. Так что его распоряжение носит сугубо рекомендательный характер.
Видимо, Крей предупредил их о возможности такого исхода, потому как дальнейших возражений не последовало. Стражи проводили Айвен до одной из гостевых комнат, в которую уже принесли обед из нескольких блюд и комплект сменной одежды. Двое альтеров зашли вместе с ней и замерли возле порога.
Хм. Думают, смогут одолеть ее? Вдвоем? Айвен тяжело опустилась на диван и поставила себе на колени тарелку с чуть подсоленной рыбой. Неплохое сочетание питательных элементов, и можно почти не жевать, самое то, чтобы немного восстановить растраченные ресурсы организма. Магический резерв был на нуле и восстанавливаться не спешил, оставалось рассчитывать только на жизненные силы. Но даже с этими крохами Айвен легко бы уложила обоих стражей, выбила стальные решетки на окнах и сбежала в город. Впрочем, альтерам об этом знать совсем необязательно.
Ради собственного успокоения Айвен даже просчитала три варианта своего побега и того, как она доберется к четырем ждущим ее у пирамиды дронам. Все попытки неизменно заканчивались успехом, но что дальше? Она ничего не знает о новом мире, его законах и обычаях. И пугала сама вероятность оказаться на улице без денег и поддержки кого-то из знакомых. А сплошь покрытая водой Аврора с ее гигантскими приливами – не то место, в котором можно затаиться в лесах и потихоньку собирать свое войско.
Но и оставаться здесь – не лучшая идея, альтеры уже хотели убить ее один раз, могут попытаться и во второй. И будут действовать хитрее: яд, магия, более мощное оружие. Нужно найти с ними общий язык, но и не показать слабину.
Хаос и Бездна! Почему она не погибла вместе со всеми? Правильная и достойная кончина, не то что жизнь в настолько изменившемся мире, когда она полностью зависит от милости местных. Айвен уже просчитывала, что те могут сделать с гостьей из прошлого, если разберутся, насколько та на самом деле слаба. И ни один из вариантов ей не понравился.
Воздух снова не желал поступать в легкие, а сердце заколотилось как бешеное. Айвен отодвинула пустую тарелку и взяла стакан с водой. Нужно просто успокоиться и составить четкий план, только так и можно выбраться из этой передряги. А ничто так не успокаивает, как правильно составленный рапорт! Когда все проблемы изложены по порядку, проанализированы и выработана тактика их решения – жизнь сразу становится проще.
Айвен оглядела комнату, нашла стопку чистых листов и ручку и начала писать.
«Главнокомандующему вооруженных сил Союза Равных…
… в ходе последнего боевого столкновения с армией отступников наши войска смогли одержать победу и предотвратить надвигающуюся катастрофу. Но потери личного состава приблизились к ста процентам, артефакт с заключенной в него силой Уводящего был утерян. На данный момент в строю остался один офицер и пять единиц техники.
В связи с гибелью прочего офицерского состава, временно присваиваю себе звание исполняющего обязанности главнокомандующего. И для восстановления тактического превосходства сил Союза на территории Авроры планирую…».
Дописав, Айвен сожгла лист, все же подобного рода документы не стоит оставлять в открытом доступе, снова набрала полную тарелку еды и направилась в ванную.
Глава 3
Пока Марк мотался по Визумарию, подгоняя подчиненных и оставляя им свои распоряжения, узнал множество новостей о Блуднице. Ненормальная баба успела обшарить всё здание, в одном месте непонятно зачем расковыряла кирпичную кладку, затем угрожала ребятам марш-броском.
Нет, здесь Марк с ней был вполне согласен: бойцы обленились, растолстели и теперь мало чем отличались от агентов, но не ей ими распоряжаться! После чего Блудница сожрала три килограмма рыбы, написала что-то на листе и сожгла послание, заперлась на час в ванной, а вышла оттуда страшной тощей девкой, вовсе потерявшей грудь. Вот так взяла и уничтожила символ Прималюса!
Водные боги знают, зачем Безумный оживил эту бабу, не иначе как спариться с ней и произвести на свет совершенную, не убиваемую, абсолютно чокнутую сущность. Хотя если эти двое найдут общий язык, то сущность уже не понадобится, миру и так конец.
Конечно, не всему. Но миру Марка и Крея – точно. Поэтому Оливия права – Блудницу нужно склонить на свою сторону. А на лорда-протектора здесь рассчитывать не стоит, в дипломатии он не силен.
Марк без стука вошел в комнату и тихо сел рядом со столом. Блудница жевала ногу индейки, откусывая мясо вместе с костью, Крей настолько старательно изображал равнодушие и скуку, что больше походил на восковую фигуру. Но по его застывшему лицу было понятно, насколько тяжело ему дается актерская игра.
– В ваших учебниках не все ясно изложено, – Блудница кивнула на стопку книг на подоконнике.
– А по мне так нормально, только читать нужно внимательно, – сейчас вместо Марка говорило уязвленное самолюбие: все же он лично следил за информацией, которую вдалбливали в неокрепшие умы детей и подростков.
– Если есть вопросы, то я с удовольствием на них отвечу. Представляю, насколько сложно вам освоиться в изменившемся мире, – Крей почти дружелюбно улыбнулся и протянул к Блуднице руку, как будто хотел прикоснуться, но передумал. Она же вовсе не обратила на это внимания, невозмутимо догрызла ногу, запила ее полным стаканом сока и придвинула блюдо с морепродуктами. Крей аккуратно подцепил краба за клешню и перенес к себе на тарелку.
– Обветшал, деградировал, обзавелся самозванцами вместо богов, но мир нисколько не изменился. Аврора уж точно. Вы же знаете, что это не единственный обитаемый мир во вселенной?
Сейчас она еще меньше обычного походила на Блудницу: высокая, тощая, серьезная и постоянно что-то жрущая. С таким набором качеств не станешь наложницей. Хотя кто знает этих предтеч…
– Мы не настолько отсталые, – нахмурился Крей.
– Судя по текущей из крана холодной и воняющей тиной воде – настолько, – Блудница взяла длинный кусок слабосоленого филе люсского сома, запрокинула голову назад и проглотила рыбу, не разжевывая.
– Свя-а-атые щупальца! – Марк скривился и быстро перевел взгляд на окно. Лучше уж надоевшие облака, чем хоть что-то, похожее на еду.
– Лорд Байон, у вас же были планы на сегодня, – напомнил лорд-протектор, слегка побледнев и прижавшись к спинке стула.
– Опали, – Марк сглотнул горькую слюну и попытался отвлечься от подкатившей к горлу желчи. Надо же, сколько всего повидал, но это противоестественное заглатывание… Лучше б и дальше грызла кости. – В смысле – отпали. Всякие планы, месяца на два вперед. Так что посижу с вами, поговорю о несовершенстве мира.
– Какие нестойкие планы, – Блудница взяла второй кусок, но в этот раз Марк успел вовремя зажмуриться. – Но мне все еще любопытно, куда вы дели сорок два полиса? И весь пятый сектор заодно.
– На Авроре всего четыре сектора, по семьдесят три полиса в каждом, кроме восточного, в том – семьдесят два. И четыре лорда-протектора.
– А визумарий – всего один, – перебил его Марк.
– Должно быть на сорок два больше. Мне ли не знать? Пятый сектор построили мои прабабушка с прадедом. Они закончили свой путь в текущем воплощении, пожертвовав энергию на строительство фундамента под все эти города.
Марк снова сглотнул, стащил со стола бутылку с разбавленным вином и выпил немного прямо из горлышка. До этого он считал Крея самым могущественным из магов, но кроме как разрушать, лорд-протектор ничего не умел. Над разбитой чашкой и то, пыхтел минут пятнадцать. А эти – сорок два полиса! Интересно, а какую часть их силы унаследовала Блудница? Даже если четверть, все равно выходит пугающая мощь. Кому бы еще, как не такой девице, разобраться с Безумным? Оливия оказалась права: им необходимо склонить Блудницу на свою сторону.
– Сочувствую, наверное, это стало серьезной потерей для вас, – Крей сочувственно покивал ей и сложил руки на груди.
– Нет. Их возраст к этому времени перевалил за две тысячи лет, серьезный срок даже для примов, или как вы нас называете – «предтеч». А они ушли правильно: не распылили энергию зря, а потратили на строительство городов. Хотелось бы найти эти полисы и заодно узнать, почему Трокс и Аврора больше не колонии Седеса, а самостоятельные миры-государства.
– Седес – пустой, заброшенный мир, там некому управлять колониями. А Трокс только шесть лет назад добился частичной автономии. Сейчас они собирают силы для того, чтобы разрушить последние из наших форпостов.
– Вы воюете с Троксом? Сырьевым придатком? – Блудница отставила опустевшее блюдо и одним махом осушила бутылку с вином. Марк же с ужасом представил, как она доедает посуду и принимается за Крея. Но Блудница ненадолго прекратила жевать и уставилась на Марка. Не мигая, не отводя взгляд, словно слушала его мысли. В темных с золотистыми крапинками глазах читалась безграничная усталость, какой не бывает у молодых, только у древних стариков, слишком много повидавших на своем веку.
И эта женщина казалась ему красивой? Помутнение разума, не иначе. Зато теперь Оливия не сможет шантажировать сексом: достаточно вспомнить двадцать сантиметров рыбы, исчезающей во рту у Блудницы, и Марк словно бы преданный жрец водных богов: ни одной пошлой мысли, ни капли плотского желания. Но надо бы ответить, тщательно взвешивая слова.
– Не так давно, после того как великим князем стал Безумный. Он крайне агрессивно настроен против правительства Авроры.
– О, я читала о нем, – Блудница все же отвела взгляд, и Марк с облегчением выдохнул. – Единственный правитель Трокса, которому в ваших учебниках уделено больше двух строк. Тиран, узурпатор, убийца, насильник и просто псих. О, еще его невозможно убить, так как Безумный продал душу кому-то из древних богов.
– Уводящему Во Тьму, – Крей встал и неспешно подошел к Блуднице, попытался положить руку ей на плечо, но снова не решился притронуться. – И убить его можно…
– Мы делали это как минимум дважды, – перебил его Марк. Все же к одному из убийств он приложил свою руку. Прострелил ублюдку голову, половину черепа разнесло, после такого не выживают. – А тело разрубили на части, сожгли, пепел всыпали в плавильную печь, перемешали с металлом, из которого отлили статую Грейса Победителя.
– Но надолго это не помогает, – продолжил Крей, – примерно через девять дней он возвращается к жизни.
– Так не бывает, – Блудница встала и отошла от стола, и от Крея заодно. – Смерть – одно из немногих непреодолимых ограничений, это заложено в самом мироустройстве. Отступники хотели его обойти, поэтому заключили силу Уводящего Во Тьму и Приводящего В Свет в специально выращенный кристалл, Сердце Тени. Артефакт мог привязывать душу к телу, но и живым после этого человек не оставался. И даже отступника можно окончательно убить, достаточно уничтожить тело и не давать доступ к новым. Позже артефакт раскололи на две части, одну вывезли, а вторая была у меня в руках, когда наш мир погиб.
Она взяла пресс-папье в виде сидящего толстяка и задумчиво покрутила в руках, затем подкинула и поймала, словно монету. Тяжеленую каменную статуэтку. Страшная женщина, как ее там? Леди Айвен.
– Силу второй части Безумный и впитал, правда, ничего кроме бессмертия, это ему не дало. Но, я думаю, вам представится случай познакомиться с ним поближе и разобраться во всем лично, – усмехнулся Крей, – раз уж Безумный пробудил вас к жизни, значит, непременно захочет встретиться. Очень общительная сволочь.
Марк скрипнул зубами: не успел предупредить о новой официальной версии событий. Но кто же знал, что Крея потянет на болтовню? Или тоже хочет завоевать расположение Айвен?
– Когда я очнулась, рядом были малец-адьютант и кот. Малец никогда бы не дорос до подобных вещей, отсиживаться в каком-нибудь отсталом мире – вот предел его способностей. Вы же не хотите сказать, что гроза всей Авроры – имус? Туповатый гибрид, созданный, чтобы быть мясом во время войн? Как вы до такого докатились?
– Сама бы попробовала с ним совладать, – Айвен чуть повернулась, чтобы видеть Марка, похоже, действительно умела читать мысли или улавливать настроение, как многие из имусов. Потому не оставалось ничего, кроме как озвучить свои сомнения: – Мы пытались его убрать. Больше полусотни спланированных покушений, два убийства, заточение в охраняемый подземный бункер – все впустую. Кот каждый раз возвращается. Святые щупальца, мы его даже продали в другой мир, а Безумный вернулся оттуда через несколько недель и вас оживил по пути.
– Хм…, – она поставила пресс-папье на место и вернулась за стол, – посмотрим, что можно с этим сделать. Слишком много божественных сущностей собралось на Авроре.
– И некоторые из них жаждут встречи, – Крей подошел к Блуднице и протянул ей руку. – Раз вы уже утолили первый голод, пора навестить храм водных богов.
Айвен кивнула ему, забрала со стола самое большое из блюд, свалила на него столько продуктов, сколько влезло, после чего допила воду прямо из графина и, проигнорировав руку лорда-протектора, направилась к выходу.
***
К храму они тряслись в пропахшем бензином и почему-то кошками автомобиле, Айвен видела, что у лорда-протектора вполне бы хватило энергии на телепорт до места, но он решил поступить иначе. Проверяет ее? Крей, в отличие от постоянно болтавшего Марка, старался держаться в стороне и не проронил ни одного лишнего слова, его мысли ни разу не получилось прочитать. Опасный противник, а у нее почти пустой энергетический резерв. Есть еще дроны, стоящие на том самом месте, где была ее статуя. Но они доберутся сюда не раньше, чем через две минуты пятнадцать секунд, а их летающий собрат будет перезаряжать орудия еще долго, все же не боевая модель.
Айвен отправила в рот очередную порцию еды, уже не чувствуя ни вкуса, ни запаха. Челюсти сводило от постоянного жевания, но снова что-то глотать не выход. Это был одноразовый фокус. Хотелось все бросить и немного поспать, но нельзя. Даст слабину – и ей конец.
– Смотрите, вот и храм. Надеюсь, его строила не ваша бабуля.
Марк указал на огромное здание за окном автомобиля. Айвен же в который раз за сегодняшний день почувствовала, как закончился воздух. Храм не походил на постройку примов, но и местные не смогли бы соорудить подобное.
Более всего здание напоминало огромную рыбу, задремавшую на границе города. Крыша из перламутровой чешуи, обтянутые толстой шкурой кости-колонны, восемь рядов гребней-плавников и тысячи мутноватых глаз, таращившихся на прохожих.
Автомобиль остановился в нескольких метрах от храма-рыбы, Крей зачем-то предложил Айвен руку, якобы помогая выбраться из салона. Интересно, вправду считает ее беспомощной? Но игнорировать мужчину было неудобно, поэтому Айвен слегка улыбнулась и приняла помощь.
Марк неуклюже спрыгнул на мостовую следом. Забавный парень: тощий, дерганный, с торчащими во все стороны кудрявыми волосами и одеждой не по размеру, болтающейся на теле. Еще он таскал при себе кучу непонятного оружия, пускай примитивного, но Айвен импонировал такой подход. Жаль, что сама временно осталась безоружной. Неприятное чувство, будто ходишь голой. Впрочем нет, лучше бы голой, но с «Последним поцелуем» и взводом огневой поддержки…
Глаза «рыбы» синхронно моргнули, затем прямо перед Айвен дернулась кожистая мембрана, заменяющая здесь стену, и открылся проход внутрь. Марк огляделся, затем пробормотал, что теперь-то он уж точно на пару месяцев избавился от желания вести личную жизнь и может посвятить себя работе целиком. А еще немного – и это состояние станет пожизненным.
– Не расстраивайся так, – Айвен хлопнула его по плечу, чуть не сшибив бедолагу с ног. – Здесь такое излучение, что работа – лучший выбор!
Признаться, Айвен тоже с трудом сдерживала тошноту. Внутри храм оказался еще отвратнее, чем снаружи. Свисающие отовсюду жгуты кровеносных сосудов и подобия сухожилий, служащие опорой кости и слегка пульсирующая плоть под ногами. И все покрыто слоем медленно стекающей вниз слизи, которая неприятно хлюпает при каждом шаге. И давящие на голову излучение и волны.
Они полностью блокировали способность к магии и вселяли иррациональный страх. Неудивительно, что Крей неохотно шел вперед, предпочитал держаться поближе к выходу. Марк, напротив, не отставал ни на шаг и неуклюже прикрыть руками пах. Айвен хотела пошутить, что без прошитого пластинами из тяжелых металлов белья это бесполезно, но сдержалась. Ее юмор снова не оценят, а поводов для волнения у главы визумария прибавится. Тем более при таком уровне излучения даже пластины не спасут.
– Кто додумался поставить подобное рядом с густонаселенным городом?
Марк замялся и попятился назад, будто бы это лично спроектировал и выстроил здание-рыбу.
– Это единственный храм водных богов на Авроре, он перемещается между полисами по строгому расписанию, но сег…
Его слова потонули в клубах пара, струями вышедшего из нескольких десятков разбросанных по стенам дыхательных щелей. Айвен в который раз попробовала связаться с управляющей системой храма, но ответа не последовало. Такого просто не могло быть: никто, кроме примов, не смог бы создать такое, а они всегда снабжали свои сооружения системами связи и контроля. В том же случае, если храм принадлежал враждебному роду, управляющий ИИ все равно бы пошел на контакт и сообщил о возможном конфликте. И еще Айвен по-прежнему не чувствовала присутствия других примов.
– Водные боги приветствуют и благословляют вас! – человек в позолоченной одежде и причудливом шлеме вышел из паровой завесы и застыл в пяти метрах от них с Марком. Сколько бы Айвен ни вглядывалась в жреца и не пыталась считать ауру, но никак не могла определить ни его пол, ни возраст.
– Приветствую, – она подошла чуть ближе, ровно настолько, чтобы жрец не смог атаковать с места, а ей самой понадобился лишь прыжок и один удар для нейтрализации противника. А дальше – осмотреть тело в поисках передатчика, через которые жрец связывается с управляющими системами храма.
– Мы приветствуем тебя, Блудница, – голос его звучал ровно и без всяких эмоций, как у механизма. Но это точно был живой человек. – Слышала ли ты о водных богах, милостивых, безликих и безымянных?
– Конечно! – Марк схватил и сжал руку Айвен, намекая, что сейчас не лучшее время для рассказов о двуединых. – Леди Айвен только о них и болтает. Мы и сами собирались посетить храм, когда настанет очередь Прималюса приобщиться к божественному…
Какая-то мысль крутилась в голове у Айвен, обрывок воспоминания, что-то несущественное, засунутое в самые дальний уголок сознания, но в данных момент способное спасти ей жизнь. Осталось только подцепить это воспоминание и вытащить его наружу. Но пока не выходило.
– В твоих словах нет правды. Блудница прилюдно озвучивала ересь, и водные боги услышали ее!
Жрец картинно взмахнул руками, отчего пол под ногами Айвен пришел в движение и разделился на тысячи щупалец. Склизкие жгуты опутали тело Айвен, намертво фиксируя конечности и перекрывая путь воздуху. Она пыталась просчитать варианты своего спасения, но ни один из них не заканчивался успехом. Силы мышц не хватало на то, чтобы разорвать щупальца, и даже если удастся разогреть тело до достаточно высокой температуры, чтобы прожечь их, то место уничтоженных сразу займут новые, а крохи оставшейся магии не повиновались при таком уровне излучения.
Между тем щупальца все сильнее выкручивали суставы, сдавливали горло, пока не перекрыли доступ кислороду. И в таком состоянии Айвен продержится не менее двадцати минут, и оставался шанс, что жрецы просто пытаются напугать ее, но стоит хотя бы попытаться спастись, вспомнить…
… Айнэ хлопотала вокруг, приводя прическу Айвен в порядок. Чем собранные в нечто неупорядоченное локоны лучше косы, а платье лучше формы – серьезный вопрос, но пытаться остановить сестер – неблагодарное и опасное дело. Тем более все эти нерегулируемые уставом отношения – личная область тьмы для Айвен. Даже общаться с сестрами ей было непросто.
– И запомни: меньше говори о военной службе, больше о личном! – Айра несколько раз мазнула по коже Айвен духами. Аромат приятный, но чужеродный. С таким демаскирующим шлейфом не посидишь в засаде, не подкрадешься со спины…
– И не вздумай много есть! – продолжила Айра. – Пары листиков салата вполне хватит.
– И десерт! – поддержала ее Айнэ, как раз закрепившая последнюю из заколок. Магия справилась бы лучше, но использовать ее без крайней необходимости считалось дурным тоном среди примов. Не стоит кичиться превосходством над альтерами. – Ты можешь съесть десерт. Только неспешно, томно, с легким флером кокетства…
– Выдай мне алгоритм этого действия, – Айвен повернулась к зеркалу и чуть подправила прическу.
– Мне кажется, ты издеваешься над нами. Просто ешь и не торопись.
– И никаких рассказов о склизобрюхах, которых ты проглатывала целиком. Ни словечка. После них любой мужчина потеряет к тебе всякий интерес. Навсегда.
Айвен пожала плечами: мучить языком леденцы – почему-то сексуально, а проглатывать целиком склизобрюха – нет. Казалось бы, и то, и то вызывает одинаковые ассоциации. Но она пообещала маме, что будет слушаться сестер, иначе та грозилась лично заняться сексуальным воспитанием великовозрастной дочери.
Хотя зачем Айвен свидание с этим «прекрасным, подающим большие надежды холостяком» – непонятно. Не так просто взять и выстроить отношения с человеком, который не связан с армией, к тому же потенциально нестоек в области либидо. Испугаться всего лишь рассказа о склизобрюхах…
Впрочем, свидание, почти как полная проверка состояния организма – нужно просто перетерпеть. В следующий раз родные озаботятся ее личной жизнью лет через семь, как раз к рождению очередного племянника.
Прим-лорд Йорген оказался малолетним доходягой из умников. А еще страстным поклонником нового движения за равенство альтеров и примов, поэтому отвел Айвен в самый обычный ресторан, где на них постоянно глазели другие посетители.
Йорген заказал им еду, к которой Айвен почти не притронулась, притащил с собой охапку медовника розоцветного, вызвавшего приятную ностальгию о первом самостоятельном походе, и о том, что эти симпатичные цветы обладают достаточно высокой питательной ценностью и не горчат, в отличие от тараксакума.
В целом неплохой малец, но как можно относиться серьезно к ровеснику младшего офицерского состава? К тому же настолько занудному. За час три минуты свидания Айвен узнала массу совершенно ненужной информации о разработках в его институте, о принципах успешного построения технико-биологических моделей боевых дронов, о новейших способах защиты их от взлома, о… Хотелось отключить слух и просто размеренно кивать и улыбаться. Айвен внушала себе, что парень не виноват, наверняка он тоже получил наиценнейший совет развлекать даму беседой, вот и старается. Но Хаос и Бездна, как же у него плохо выходит!
– К седьмому циклу экспериментов нам удалось добиться успешного слияния управляющих систем и низкоорганизованного мозга. Полученный образец стабилен, автономен в рамках вложенной программы, не имеет постояннодействующих приемников сигнала, что служит дополнительной защитой от взлома. Модель построена на основе генетического материала ряда моллюсков, но мозг, благодаря имплантатам, больше походит на человеческий. Управляется образец только через нейронную связь, к которой нельзя подключиться извне.
– А если он решит атаковать? – Айвен не собиралась вклиниваться в монолог Йоргена, но патрем первого ранга, сидящий внутри, дал о себе знать. Хорошо умникам: настрогают свои «уникальные образцы», а честные вояки потом имеют дело с «возможными погрешностями в моделировании и установке контролирующей системы».
– Все очень просто: нужно капнуть на кожу образца кровью прима, и он выйдет на контакт. Но это самый неблагоприятный вариант развития событий: контролирующая система безупречна, образец полностью послушен приказам оператора управляющей системы. А она имеет несколько степеней… Прости, – Йорген улыбнулся и придвинул к Айвен вазочку с фруктами в шоколадном соусе, – кажется, я совсем тебя заболтал. Постоянно забываю о том, что настолько красивые девушки обычно далеки от науки. Расскажи лучше что-нибудь о себе.
– Вот смотрю на эти персики, и не могу отделаться от воспоминаний. Лет так за двадцать до твоего рождения, из-за сильного шторма мы застряли на одной отдаленной планете. Стационарный телепорт вышел из строя, еда закончилась, а под моим началом было шестьдесят новоприбывших мальцов, которых только-только выпихнули из дома. Из съестного там только мох и склизобрюхи. Разжевывать их нельзя, слишком мерзкий вкус, нужно глотать сразу живыми. Но не смаковать во рту, как делали некоторые мальцы, иначе прилипнут к глотке, так что не вздохнуть…
Бедолага Йорген, его тогда стошнило прямо посреди ресторана, все же рассказ о разрезании трахеи, как нежелательном последствии поедания слизобрюхов, был лишним. Но сейчас его занудство могло спасти Айвен жизнь. Она попробовала расцарапать ногтем руку, но щупальца обвились еще сильнее, не давая сделать лишнее движение, пришлось идти на хитрость: Айвен прокусила язык и чуть-чуть приоткрыла рот, выпуская перемешанную с кровью слюну.
А если она ошиблась и ничего не выйдет? Занудный доходяга жил слишком давно, возможно, его разработки не имеют никакого отношения к храму.
Но уже через пять секунд одно из щупалец разжало ей зубы и вклинилось в рот. Не иначе как это было расплатой от Следящего За Порядком за то, как она издевалась над Йоргеном, Креем и Марком. Щупальце обвило язык и не больно укололо прямо в ранку. Перед глазами Айвен сразу же высветилось окно связи с управляющим модулем.
«Отпустить. Атаковать враждебный объект» – она мысленно указала на жреца, но интерфейс мигнул красным и исчез, ответив: «Выполняется. Недостаточный уровень доступа».
Щупальца сразу же ослабили захваты, затем и вовсе сползли с тела Айвен, вернувшись к своему прежнему состоянию. Марк и Крей одинаково ошарашенно таращились на нее, надо думать, такие фокусы они наблюдали нечасто. Жрец же невозмутимо стоял на месте.
– Водные боги все видят и придут за тобой, – договорив, он развернулся и скрылся за полупрозрачной мембраной.
– Никакие вы не боги. Просто присвоили себе наши разработки. И если сунетесь снова – я покажу вам ваше место, – она не произнесла этого вслух, но почему-то была уверена, что и мысленное послание дойдет до адресата.
Глава 4
Следующие два дня прошли достаточно мирно. Айвен изучала информацию об Авроре, болтала с Марком, ловила на себе изучающие взгляды Крея и пыталась хотя бы частично восстановить свой энергетический резерв. Жизненные силы росли, но с магией, похоже, было покончено. Такое иногда случалось даже у примов. Серьезный перерасход сил разрушал саму оболочку и ее способность генерировать энергию. Слабые повреждения излечивались со временем, а такие серьезные – часто становились приговором. Существовали способы вернуть способности, но рискованные, преступные, а то и полумифические. За триста лет жизни Айвен ни разу не наблюдала их успешного применения. Но могущество примов держалось не на одной магии.
К сожалению, сейчас от этого могущества не осталось ничего, даже памяти. Местные считали предтеч легендой, далекими предками, построившими города, затем исчезнувшими с Авроры. В чем-то правдиво, но обидно: тысячи сородичей пожертвовали своей жизнью ради альтеров, а в благодарность получили лишь забвение. Научные разработки и те присвоили себе водные боги. Сколько бы Айвен ни пыталась втолковать Марку, что полисы движутся вслед за приливом благодаря магнитному полю Авроры и собственным механизмам, а не божественному промыслу, тот ей не верил. Для него подобные технологии казались чудом, как и рассказы о том, что имусов выводили искусственно, для помощи примам.
Но местные только-только вышли из паровой эры и пытались освоить дизельные двигатели и электричество, для них рассказы о генной инженерии, полетах через космос и многом другом, казались еще одной красивой сказкой. Все эти годы альтеры упорно развивали боевую магию, игнорируя науку. Или это тоже последствие влияния водных богов?
Пока что у Айвен не хватало информации для анализа, нужно было больше узнать о нынешней Авроре, а лучше – посетить Трокс и Седес. Но погибшую родину – последней. Вначале неплохо бы разобраться с текущими проблемами, в первую очередь – с приемом, устроенным в ее честь. А он оказался пострашнее некоторых боевых заданий.
Айвен принесли дурацкое платье с множеством оборок и кружев, несуразные украшения и туфли с неудобной колодкой. Не иначе как хотели сделать ее больше похожей на куклу, чем на боевого офицера. После небольшого разбирательства платье заменили строгим черным, но на этом уступки закончились.
Но на самом приеме было еще хуже: собравшиеся смотрели на нее, как на диковинку, пытались дотронуться, расспрашивали о том, почему муж превратил ее в статую, отпускали шуточки о левой груди. Один из доброжелателей рассказал, что в Прималюсе есть трактир, названный в ее честь. «Левая грудь Блудницы». Боги двуединые, а она-то надеялась, что запомнится потомкам как прославленный командир. Больше тысячи успешных военных операций, головокружительная карьера, минимальные потери личного состава, спасение мира, в конце концов. Но не к месту разлезшийся мундир перечеркнул все.
Постепенно от нее отстали, насытились видом ожившей древности и переключились на свои дела. Айвен вздохнула с облегчением и сосредоточилась на еде. Раз уж другие способы восстановить энергию для нее пока недоступны, нужно сосредоточиться на этом.
– Леди, позвольте пригласить вас на танец?
Айвен неохотно отвлеклась от пятнадцатого пирожного и повернулась к наглецу. Обычный альтер, темноволосый и сероглазый, среднего роста, жилистый, без особых примет, если не считать таковыми слегка оттопыренные уши.
– Леди и ее знаменитая грудь заняты.
– Здесь все равно заканчивается еда, зато в той стороне зала еще остались нетронутые столы. Потанцуем, подкрадемся, уничтожим! – Он едва заметно улыбнулся и протянул Айвен руку. – Идем, никому не понравится весь вечер подпирать колонну.
Такой же наглый тип, как тот, чье имя она так и не вспомнила. И не к месту нахлынувшее чувство вины помешало ей сразу же отказать.
– Я чувствую с ними некое единство, после пяти-то тысяч лет обездвиженности. К тому же они приятные собеседники. И не отвлекают от еды.
– Ничего страшного, я подожду, пока блюда здесь закончатся, – он притворился, что не понял намек и продолжил вертеться рядом.
Айвен съела несколько пирожных, от скуки подсчитала квадратуру зала для приемов, прикинула, как можно обезвредить наглого альтера и куда спрятать его тело. Тот же стоял на месте, наблюдал за гостями со скучающей ленцой, пил вино и не собирался никуда уходить. Обычный парень, но почему-то скрывал свою внешность под слоем маскирующих заклинаний. И в его ауре ясно читались следы плохо залеченных переломов и ранения легкого.
– В приличные места принято ходить в истинном облике, – Айвен чуть повернулась к альтеру, чтобы понаблюдать за его реакцией. Но тот невозмутимо пожал плечами.
– Здесь каждый второй с подобным заклинанием. Магическая корректировка внешности проходит долго, выглядит так себе и часто приносит не тот результат, который ожидался. А моя маскировка не самая серьезная.
– Всегда считала, что мужчины меньше склонны к переделкам своей внешности. Если только это не преступники в бегах.
Альтер чуть склонил голову набок, затем придвинулся ближе и шепотом произнес:
– Открою секрет: я Безумный князь, тиран и насильник, аватар бога смерти, явился сюда сеять разрушение и хаос. Говорят, скоро моей власти конец, ведь лорд-протектор разбудил великую воительницу прошлого, чтобы положить конец моим злодеяниям. Так занимательно, что не удержался и пришел знакомиться лично.
– Первый раз встречаю человека, у которого чувство юмора развито слабее, чем мое.
Несмотря на свои слова, Айвен обвела взглядом зал. Бойцы визумария и протектората продолжали стоять на своих местах, ничуть не заинтересованные происходящим. А с Марком этот наглец даже мило болтал до того, как подойти к Айвен. Значит, такая странная шутка, как будто этим ее можно привлечь.
– Зато я неплохо танцую и приятный собеседник, – не сдавался он.
– И скромник, – Айвен демонстративно запихнула в рот пирожное, проглотила его и мило улыбнулась альтеру. Тот же равнодушно подал ей последнюю оставшуюся тарелку с закусками и стакан сока.
– А зачем принижать собственные достоинства? Тем более недостатки я и так знаю. Например: уши. Каждый раз вздрагиваю, когда вижу себя в зеркале. Спорим, ты из-за них со мной не танцуешь? Партнер с неидеальной внешностью, такой позор.
– Я и так уже болтаю с прилипчивым незнакомцем целых восемь минут. Опозорена по самую левую грудь.
– Нерон, – он отставил бокал и протянул ей руку.
Айвен ответила на приветствие, затем резко притянула альтера, положила руку ему на талию и закружила его по залу. Современных танцев Айвен не знала, но на звучавшую музыку вполне сносно ложился вальс выпускников военной академии Союза. Нерон удивительно точно попадал в движения и, кажется, совсем не смущался своей ведомой роли, наоборот плохо скрывал веселье, когда ловил на себе ошарашенные взгляды присутствовавших.
– А тебя не прошибить, – Айвен не ценила наглость, но и просто так спровадить альтера не выходило. Необъяснимым образом он располагал к себе и притягивал внимание. Попробуй не заинтересуйся тем, кого не смущает ее манера есть!
– Танцами – точно нет, – он едва заметно переместил руку и обнял Айвен за талию. – Но попытка неплохая. С пирожными вышло хуже. Чересчур явно.
Он снова нагло улыбался, глядел ей прямо в глаза и с каждым движением увереннее перетягивал на себя инициативу. Так было даже проще. Он хорошо разбирался в танцах, вел уверенно, не сбивался с ритма и в целом радовал сложением и осанкой. Как партнер радовал. Партнер для танцев.
В остальном же – подозрительный и мутный тип.
– Хм, обычно срабатывало, – Айвен тоже ему улыбнулась. – Что тебе нужно, Нерон?
– Ничего, – невозмутимо ответил он. – Я здесь отдыхаю после долгого путешествия. Вот выдался свободный вечерок, решил выгулять новый костюм. С развлечениями на Авроре негусто, перебирать не приходится.
– А если я сломаю твое маскирующее заклинание? Вдруг там секреты пострашнее ушей?
На ощупь – так вряд ли. Двигался Нерон текуче и выверенно, его мышцы и в расслабленном состоянии были твердыми, как камень. Альтеры редко настолько изнуряли себя тренировками, этот же приятно удивлял. А сложение и подготовку Айвен всегда ценила больше смазливого личика.
Одна мелодия закончилась, через мгновение сменившись другой, совсем не похожей на вальс военной академии. С танцами у Айвен было плохо, точнее, в ее репертуаре имелся еще «свободный танец», включающий шестьдесят одно движение, которые можно компоновать в зависимости от ритма музыки. Но ломать голову и подбирать их на ходу не хотелось.
Поэтому лучшее сейчас – вернуться к столикам с едой, но хитрец-Нерон ненавязчиво вытащил ее в центр зала и повел в танце. Отбиваться от прилипчивого альтера, когда на них смотрят столько людей, показалось Айвен ребячеством. К тому же наглый и странный парень вдруг оказался самым адекватным из ее собеседников. Еще и двигался, как настоящий прим.
Но этот танец точно станет последним. И насчет заклинания она тоже не врала. То оказалось заковыристым и сложным, тем более при ее нынешнем уровне энергии, но Айвен видела точки, на которые оно влияло и степень воздействия, так что могла попытаться пусть не снять, но вычислить, как Нерон выглядел на самом деле.
– Ломай. Без него я выгляжу даже лучше.
– Уверен?
Он склонил голову набок, словно бы прикидывая что-то, затем кивнул, ни разу не сбившись с ритма. Все-таки танцевал он отлично, можно было расслабиться, передать контроль и целиком отдаться расчетам. Хотя где-то в подсознании мерзкий голосок призывал этого не делать. Впервые после пробуждения ей было легко с кем-то общаться, так стоит ли все рушить?
Танец закончился, и они подошли к другому столику с закусками. Лорд-протектор даже с такого расстояния казался недовольным, как будто ревновал. Пышная шевелюра Марка мелькала то в одной, то в другой группе гостей, но и он не спешил спасать ее от Нерона. Тот же сделал глоток вина и зябко передернул плечами.
– За что не люблю Аврору – здесь повсюду вода. И проблемы все решают через нее же. Так что, пожалуй, мне пора. Как там твои успехи?
Точный облик альтера пока не удавалось вычислить, но Айвен уже видела, что на самом деле тот немного шире в плечах, выше, мускулистее и… уши торчат еще сильнее. Хаос и Бездна! Она только что танцевала с имусом у всех на виду!
– Кот! Надо же, – она взяла со стола салфетку и демонстративно вытерла ей руки, чтобы хоть так замаскировать панику. Носитель силы Уводящего, уничтожившей весь ее мир, не тот человек, с которым бы ей хотелось оказаться так близко. Айвен просчитала несколько вариантов, как схватить лже-альтера, но он и не собирался убегать. Похоже, как и многие другие глупцы, не мог представить вариант, что женщина окажется сильнее.
– Нужно будет урезать жалование своим магам. Но я сразу честно представился, не моя вина, что ты не поверила.
– Зачем все это? – Айвен приблизилась к Нерону, чтобы в любой момент схватить, но тот невозмутимо посмотрел ей в глаза, сделал еще шаг вперед и прошептал на ухо:
– Ты мне нужна. А я нужен тебе, потому что богов не победить без помощи другого бога, а ты уже ухитрилась разозлить целый пантеон.
– Они не боги, – Айвен попыталась схватить его за руку, на Нерон легко уклонился и отдалился на пару шагов. – Как и ты.
Некоторые из присутствующих повернулись в их сторону, но в этот момент пол под ногами задрожал, покрылся трещинами, через которые сразу же засочилась вода. Люди паниковали, бессистемно швырялись заклинаниями, пытались выстроить телепорты, но магия шутила над ними и отказывалась повиноваться. То, что должно было спасти, оборачивалось бесполезными вспышками искр или же смертоносными молниями.
– Вот теперь мне точно пора, – кот, тоже потерявший свое маскирующее заклинание, невозмутимо допил вино, поставил бокал на стол и кивнул Айвен. – На самом деле меня зовут Анрир. До скорой встречи, леди.
***
Айвен еще раз попыталась схватить кота, но тот играючи сменил форму, превратившись в большую черную кошку, и за несколько прыжков выбрался из здания. Крей кричал что-то ему вслед, пытался сотворить заклинание, но тщетно. Паршивец-кот как будто знал о том, что начнется во дворце. Хотя откуда бы? Излучение в точности совпадало с тем, что было в храме водных богов, а, насколько Айвен успела разузнать, с ними Безумный тоже конфликтовал.
Кусок крыши оторвался от креплений и полетел в центр зала, по счастью пустующий. Здание рушилось и уходило под воду, но не так быстро, как это случалось при настоящих авариях в механизмах платформ. Похоже, кто-то просто решил затопить небольшой участок полиса, намеренно отключив систему.
– Уходим, быстро, – Марк схватил Айвен за руку и потащил куда-то к лестницам.
У заклинившей двери столпились альтеры, они вопили, ругались, отпихивали друг друга, чтобы первыми протиснуться к спасению. Но Айвен понимала: они не успеют. Совсем скоро свод здания обрушится, а людям придется пробираться через сплошные потоки кипящей воды и разогретого газа. Большая часть альтеров навсегда останется здесь. Недопустимые потери для мирного времени.
– Займись гражданскими, – она повернулась к Марку, сбросила туфли и потащила платье за подол вверх, чтобы снять через голову. – И пригляди за моими вещами.
Она пихнула сверток ему в руки: глупо будет попасться в эту ловушку второй раз. Герой должен не только всех спасти, но и грудь прикрыть – это она уже успела усвоить. Избавившись от одежды, Айвен взяла со столика нож, подошла к ближайшей трещине в полу и нырнула.
Из нижней части платформы постоянно выходили пузырьки горячего газа, они почти вскипятили воду и заполнили все, скрыв основание дворца. В таких условиях Айвен продержится минут восемь, дальше на коже появятся ожоги, а в крови иссякнет запас кислорода. Это много: хватит спуститься, добраться до управляющих механизмов, вручную блокировать сброс газа и подключить другие системы. На учениях в академии они отрабатывали похожий сценарий. И тогда он казался невероятно глупым: у примов не существовало врагов, способных заблокировать магию и потопить один из полисов Авроры.
Айвен осторожно погружалась в воду, экономно работая конечностями. В такой ситуации спешка только вредит: пузыри мешают обзору, мимо то и дело проплывают обломки здания, всюду торчат стыковочные штыри, будто бы специально созданные для того, чтобы останавливать таких вот ныряльщиков. Насколько было бы проще, знай альтеры о том, что основание Прималюса не цельное, а состоит из множества состыкованных вместе платформ, и что здания не строят на местах подобных стыков. Тогда дворец бы в целости погружался под воду, не рассыпаясь, как башня из детских кубиков.
Спустя еще четыре минуты и десять секунд, Айвен все же смогла добраться до пульта ручного управления механизмами, поддерживающими платформу на плаву. Но все рычаги и вентили скрывались под уродливым телом прислужника водных богов. Он дернулся, развернул часть щупалец к Айвен и продолжил неспешно ломать механизм.
Стоило ей подобраться чуть ближе, монстр разделился на две части, подобно простейшему организму. Меньший из прислужников не остановился на этом, он сжался в клубок, затем расплелся, превратившись в несколько десятков гигантских червей. Йорген наверняка был бы доволен, узнав, что потомки улучшили его разработку. Закончив с трансформацией, биомеханизмы бросились в атаку.
В этот раз Айвен была умнее: она заранее расцарапала руку о лезвие ножа и схватила первого попавшегося червя. Тот конвульсивно дернулся, извернулся и впился в рану. Другие же плавали рядом, скручиваясь в спирали и выпрямляясь.
«Доступ получ… Ошибка доступа.»
После чего псевдо-сознание прислужника снова закрылось от Айвен, но и нападать он не спешил. По всей видимости, водные боги успели внести некоторые корректировки в его работу, но перебороть вложенное в изначальную структуру повиновение примам так и не сумели. Из-за этого «черви» так и не смогли определиться, что же им делать дальше: нападать или послушаться. А между тем у Айвен осталось немногим более двух минут.
Нужно всплывать, иначе смерть. Но наверху ждали спасения несколько десятков альтеров, которые погибнут, если она не сможет побороть прислужника. Излучение здесь почти не ощущалось, его источник остался далеко наверху. Значит можно попробовать что-то из заклинаний, жаль под водой выбор был не так велик.
Айвен подплыла ближе к платформе и попыталась оттащить одно из щупалец от пульта управления. Прислужник мгновенно отреагировал и, как тогда в храме, опутал ее и попытался задушить. Айвен наспех рассчитала схему небольшого телепорта, с точкой выхода в нескольких сантиметрах от точки входа, после чего активировала заклинание, потратив на него почти все жизненные силы.
Телепорт не вместил бы в себя всего прислужника, только небольшие участки его тела, которые перенеслись слишком далеко, чтобы прирасти на место. Разрезанный на части монстр еще пару мгновений конвульсивно дергался, затем начал медленно тонуть, освобождая Айвен.
Она же подплыла к пульту, нажала необходимые рычаги, выкрутила один из вентилей и вернулась к тому месту, где еще пару мгновений назад был разлом, ведущий наверх. Но платформа двигалась слишком быстро, закрывая возможный путь к спасению.
Айвен в панике выдохнула и поняла, что ей ни за что не попасть наружу: площадь Прималюса огромна, воздух закончится раньше, чем получится обогнуть его и всплыть на поверхность. Глупая будет смерть. Героическая, но глупая. Зато Айвен наконец-то сможет вернуться туда, где ей самое место.
«Ничего, кроме победы» – это девиз вбивали в примов с самого рождения. А умереть в океане Авроры – больше попахивает поражением. Айвен отругала себя за приступ слабости и внимательно оглядела основание платформы: на каждые пятьдесят квадратных метров должен быть один водозабор.
Все здесь заросло тиной и раковинами моллюсков, попробуй вычисли, где спрятаны ведущие на поверхность отверстия. Так. Отбросить панику и сконцентрироваться на водных потоках. Чуть левее они закручивались возле одной точки, заставляя колыхаться водоросли. Айвен подплыла туда, отодрала залепивший дыру мусор и протиснулась внутрь через отверстие в решетке. Стоило оказаться там, как восходящее течение подхватило тело и потащило вверх.
Это пришлось к месту: от нехватки воздуха Айвен почти потеряла сознание и думала только об одном: не вдохнуть, пока не выберется из воды. Ее мотало по водозабору, иногда бросало на стены или выступы. Такие удары не могли повредить всерьез, но и приятного в них мало. От очередного тычка Айвен потеряла сознание, напоследок зацепившись за мысль, что ближе к поверхности наверняка стоят фильтры, отсеивающие всякий мусор, вроде неудачливых ныряльщиков.
В забытье ее что-то ощутимо ударило по спине, затем еще и еще раз, пока Айвен не вдохнула и не закашлялась. Она жива и находится на поверхности платформы, а не под ней, и это радует!
– Для прославленного командира тварей ты слишком часто влипаешь в неприятности, – раздался над ухом уже знакомый хрипловатый голос. – Признавайся, не жаловала полевую работу? Все больше по кабинетам, да? Балы, приемы, парадные марши?
Затем кот перевернул ее и помог сесть. Айвен поблагодарила его кивком, но из-за кашля не могла нормально ответить. Легкие до сих пор жгло, а вода в них все не заканчивалась.
Кот невозмутимо устроился на обломке бывшего фонтана и разглядывал медленно поднимающийся дворец. Вокруг суетились люди, но на него почти не обращали внимания. Точнее – все таращились либо на здание, либо на Айвен. А она с досадой осознала, что валяется на мостовой в одном белье. Кот склонил голову набок, затем быстро снял с себя пиджак и помог Айвен одеться.
– Какой извращенный мозг нужно иметь, чтобы попытаться всплыть через водозабор? А если бы я не успел сломать фонтан? Хотя бы знаешь, какой там сложный механизм и толстые решетки?
– Болтаешь много.
Айвен снова закашлялась и поплотнее закуталась в пиджак, пожалев, что так и не удосужилась отстричь волосы, сейчас они налипли на спину и неприятно холодили. Кот, едва касаясь, обнял ее за плечи, но Айвен отпихнула его: мало того, что они танцевали вместе, так еще и сидят рядом, как влюбленная парочка. Он не обиделся, наоборот, будто бы вздохнул с облегчением, словно ему было неприятно ее касаться.
Дворец тем временем поднялся до прежнего уровня и с немыслимым скрежетом встал на место. Внутрь сразу же устремились стражники и лекари, а зеваки перешептывались и указывали на здание руками. Судя по тому, что излучение чувствовалось даже с такого расстояния, магия там все еще не действовала.
– Это нервное, – без всякого смущения ответил кот. – Еле нашел место, где ты всплывешь. Дикая мешанина из вероятностей будущего, будто ты прыгнула в воду, не имея четкого плана, как будешь выбираться на поверхность. Начинаю думать, все ли мозги у тебя ожили или часть еще в металле. Но без твоей дурости почти все в том здании бы погибли.
Что ж, хотя бы один человек оценил ее старания! Еще бы не отчитывал, как несмышленыша. Но не признаваться же ему, что она просто не привыкла к своему новому, ущербному состоянию. Раньше Айвен могла не напрягаясь уничтожить весь храм водных богов, поднять тонущий дворец и восстановить его до исходного состояния, продержаться под водой больше часа…
Кот хмыкнул и встал на ноги, затем отряхнул грязь с брюк, задумчиво потер мокрое пятно на рубашке и пригладил короткие волосы. Айвен посмотрела ему в глаза, попытавшись считать мысли, но сил на это не хватало, а способностей к эмпатии у нее не было. Те же коты читали эмоции бессознательно, не прикладывая усилий. Им еще в процессе разработки прототипов вложили высокую восприимчивость и интуицию, не считая силы и скорости. Кирар тогда шутил, что будь коты чуточку сообразительнее, сравнялись бы с примами.
– Тронута твоей заботой, – прохрипела она. – Ждать признания в любви? Или ограничимся комплиментом моей левой груди?
– Она так себе, – имус вытащил из-за пазухи три сложенных листа и передал их Айвен, после чего помог ей встать на ноги и застегнуть пиджак. – Для моей любви не хватит, но у меня есть свои интересы, и пока что ты один из них. А теперь извини, мне точно пора, и так из-за твоей глупости пришлось возвращаться. Эх, – он повернулся к рассыпающемуся дворцу, – такие разрушения, а я ни при чем. Обидно.
Он кивнул на прощание, развернулся и неспешно скрылся в переулке, смешавшись с толпой. Айвен несколько раз вдохнула и выдохнула, чтобы успокоиться. Дрянной день. И еще более дрянной кот.
– Леди! – запыхавшийся Марк подбежал к Айвен и устало прислонился к остаткам бортика, окружавшего фонтан. Он прижимал платок к ране на шее и в целом выглядел неважно. – Рад, что вы в порядке! Там внутри такое творилось, не передать, лекари теперь на несколько дней загружены работой. Но вы наш герой, однозначно. Хотите, организуем новый прием в вашу честь?
– Не стоит. Лучше потратить эти средства на восстановление дворца и помощь раненым и семьям погибших, – Айвен спрятала руку с листами за спину, после чего скомкала их так, чтобы не выглядывали из ладони, стараясь делать все как можно тише.
– Там такие семьи, что им пом… А чего хотел Безумный? Ну скотина же! Притащился на наш прием, болтал со всеми, пил вино, и документы натуральные такие, не придерешься! У меня здоровьем жены поинтересовался, посоветовал хорошее место для отпуска. Думай теперь: зачем? Это ж такая сволочь, которая не вздохнет просто так, все подчинено каким-то планам. Последний человек, которому можно верить, так что советую тщательно проанализировать все его слова, а лучше – пересказать мне, вместе подумаем над этим. И рисунки еще всем раздает, смотришь глупость глупостью, потом понимаешь, что в этих каракулях был смысл. Вам ничего не малевал?
