Страница 3 из 4
– Все верно, – подтвердил я, – мы обязательно будем.
Вскоре толпы народа стали заметно редеть, музыканты уже прекратили играть, и большинство гостей стало расходиться по номерам. Некоторые покидали отель, другие допивали коктейль, а третьи танцевали последнее танго. Мы с Кантвеллом прощались с дамами, как вдруг, вдалеке увидели мистера Стокуэлла, который бежал с моря и размахивал руками. Лицо его было бледно и искажено гримасой ужаса. Подбежав к нам, он схватил Кантвелла за рукав и вскрикнул:
– Там, что-то случилось со Скарлетт Хилл!
Мы впятером бросились бежать по направлению к морю, Джек Стокуэлл вел нас на пляж, где не было ни души. Мы шли между рядами бесконечных шезлонгов и наконец, остановились. На одном из них лежала Скарлетт Хилл с зияющей кровавой раной на левом виске и с пистолетом в руке.
– О Боже! – миссис Стокуэлл вскрикнула и села на соседний шезлонг.
– Она мертва? – спросил мистер Стокуэлл.
Я дотронулся до ее руки. Она была ледяной.
– Да.– Ответил я.
– Самоубийство? О, Всемогущий, Скарлетт не могла этого сделать! – крикнула Бэрил Эллиот.
Тут Кантвелл серьезно сказал:
– Пожалуйста, покиньте место преступление и позвоните в полицию. Нам с Флетчером нужно осмотреть тело.
В минуту пляж опустел, и было слышно лишь шум волн и отголоски гобоя с вечеринки. Тело девушки застыло в самой обычной позе, со стороны можно было подумать, что она всего лишь заснула. Ее глаза были прикрыты, а брови опущены. Я отошел в сторону и наблюдал за Кантвеллом. Он внимательно осматривал тело, зрачки и губы девушки, затем встал на колени и подозвал меня:
– Флетчер, вы видите этот пистолет, который лежит у нее в руке? Он не кажется вам странным?
– Кажется, – ответил я. – Если я не ошибаюсь, это маленький, бесшумный дамский пистолет. Если бы это было самоубийство, то он бы при отдаче вылетел у нее из рук, а здесь он плотно зажат в ладони.
– Все верно, – пробормотал Кантвелл, вставая и отряхиваясь. – Я думаю, что здесь все далеко не так просто.
Тут мы услышали голоса и шарканье ног. К нам подходили несколько полицейских с носилками, а главный, полный маленький мужчина с усами, что шел впереди, отдавал какие-то поручения. Когда они приблизились, при свете фонаря я смог узнать его: то был наш старый знакомый – старший инспектор Эндерсон, пожилой служака Скотланд-Ярда.
– Очередное самоубийство! – воскликнул он и поднял на нас свои заплывшие жиром глазки. – Мистер Кантвелл, мистер Флетчер, что вы здесь делаете, черт вас возьми?
– Добрый вечер, старший инспектор, – сказал Кантвелл, – какими судьбами вас занесло в Корнуолл?
– Добрый вечер, очень добрый вечер, – передразнил он, – я оказался здесь по поводу другого дела и вдруг эта смерть в «Морисо». А вы то, что здесь забыли, господа?
– До недавнего времени мы были здесь как отдыхающие. Но, видите ли, преступления сами находят нас, инспектор, – сказал я.
– Ну что ж, – пробормотал он, подходя к трупу, – это дело поручено мне, а я не нуждаюсь в помощниках. Я конечно, очень признателен вам, вы помогали нам раскрыть многие случаи, но вот этот я раскрою самостоятельно.
Старший инспектор быстро оглядел труп и произнес:
– Хорошенькое дельце, самое обычное самоубийство.
– Неужели? – улыбнулся Кантвелл. А что вы скажете про этот пистолет, который лежит у нее в руке?
Эндерсон буркнул что-то неразборчивое, а затем произнес:
– Пистолет как пистолет. Ничего необычного.
– А вы не подумали, – произнес я, – что при самоубийстве этот пистолет бы вылетел у нее из рук, а здесь он неестественно лежит у нее в ладони.
– Гм, гм! Я даже не подумал об этом. Ну что ж, кто обнаружил тело?
– Мистер Джек Стокуэлл, – ответил я.
– Кто он?
– Знакомый этой девушки, – пробормотал я.
– Ну вот! – довольно воскликнул инспектор, я могу с большой вероятностью полагать, что он и есть возможный убийца.
Итан Кантвелл вздохнул и произнес:
– Какие у вас еще есть факты против него?
– Ну что ж, пока никаких. Но завтра, же я допрошу его и ловко затяну под него сеть. Ну, что скажете, господа?
– А что если убийца не мистер Стокуэлл?
Эндерсон хихикнул:
– А кто же?
– Ну, во-первых, убийце не составит труда замести следы, ведь под нашими ногами песок. Во-вторых, то должен быть кто-то знакомый, иначе бы она не лежала спокойно при приближении незнакомца, а знакомых у этой мадам было много.
– Ну что ж, пока вы строите свои теории, мистер Кантвелл, я займусь практикой, вы же знаете, что я человек действия. Вот увидите, как я метко заплету сеть вокруг этого Стокуэлла!
С этими словами старший инспектор приказал вынести труп и сам покинул место преступления, а мы еще немного побродили по морскому берегу и вернулись в номер. Утром следующего дня мы получили телеграмму от Эндерсона, который писал, что у Таддеуша Моравецки было неоспоримое алиби, а вот у мистера и миссис Стокуэлл его не было.
Ровно в час дня мы ступили на борт очаровательной яхты мистера и миссис Стокуэлл. Яхта была небольшая, но уютная. Внизу был капитанский отсек, а на изящном носу расположились маленькие синие диванчики, куда мы и присели. Миссис Стокуэлл накинула шаль и тихим, убаюкивающим голосом произнесла:
– Как это все ужасно, господа, смерть такой юной очаровательной особы. Этот случай просто шокировал нас с мужем. Из-за чего же она покончила с собой?
– Увы, мадам, ее убили, – сказал Кантвелл.
Миссис Стокуэлл в одно мгновение поменялась в лице и ее большие, темные глаза взглянули на нас с испугом, а Итан все время наблюдал за ней.
– Какой кошмар. Я никогда не думала, что эта ужасная участь ее постигнет, – прошептала она.
Мистер Стокуэлл в шляпе вышел из капитанского отсека и легкой походкой направился к нам:
– Может быть, вы хотите мартини? Виски, шерри, коньяк, шампанское? На нашем скромном суденышке имеется небольшой выбор алкоголя. Сегодня все к вашим услугам.
Мы с Кантвеллом попросили мартини и взглянули на море. Наш небольшой корабль гордо и быстро раздвигал морскую гладь, пуская по сторонам маленькие волны. Мы плыли вдоль побережья на расстоянии около двух миль. Я мог различить крохотные домишки, стоящие на берегу и более крупные, роскошные отели находящиеся чуть в стороне.
– Мы проплываем маленькую деревушку Карбис Бэй, господа, – произнес мистер Стокуэлл наливая нам мартини.
– А зачем вам эта прекрасная яхта, если не секрет? Чтобы совершать такие морские прогулки? – спросил я.
– Да, вы правы, – ответил Джек Стокуэлл. – Я купил эту маленькую посудину относительно недавно, Виктория попросила меня об этом.
– Да, – подтвердила она, – мне всегда очень хотелось совершать морские прогулки особенно по вечерам.
Джек Стокуэлл присел рядом с нами, налил себе чуть-чуть шерри и, глотнув его, произнес:
– Что ж, вчера произошло ужасно скверное событие, я уверен, газеты уже трещат о смерти юной Скарлетт Хилл.
– Вы хорошо знали ее? – спросил Кантвелл.
– Не особо. Я встречался с ней только на двух вечеринках, которые были в «Морисо». Мы живем в Фалмуте и часто приезжаем сюда отдыхать.
– А вы миссис Стокуэлл?
– Я знала ее довольно хорошо. Одно время она жила в Лондоне, но несколько лет тому назад переехала в Кардифф. Насколько я помню, она жила со своим дядей, других родственников у нее не было. Скарлетт очень любила посещать различные вечеринки, хотя была не особо богатой. Она очень любила шить и училась на модельера.
– А с кем она общалась? – спросил я.
– Вот здесь я не назову вам все ее окружение. Я знаю только, что у нее была подруга, Бэрил Эллиот. Она вчера была с нами, вы, разумеется, видели ее. Бэрил и моя знакомая, мы часто приглашали ее покататься с нами на яхте.
– А не было ли у мисс Хилл молодого человека?
– Нет, я думаю, не было. Она не посвящала нас в свои тайны.
– А где вы были, когда покинули наш стол? – спросил Кантвелл.
– Извините, – с легким раздражением пробормотал Джек Стокуэлл, но почему вы так интересуетесь этим вопросом, неужели мы снова должны пересказывать все, что произошло в этот ужасный вечер?
– Мы расследуем дело об убийстве Скарлетт Хилл и хотели бы узнать все из ваших уст.
– Но причем тут мы с моей женой?
– Полиция считает вас главными подозреваемыми. – Спокойно ответил мой друг, – а наша задача выслушать ваши показания и в случае чего доказать, что вы невиновны.
Мистер Стокуэлл побледнел, а Миссис Стокуэлл вскрикнула и закрыла лицо руками:
– Нет, нет, господа, – взмолилась она, – я не убивала Скарлетт и мой муж тоже, он никогда ни на кого не осмелился, бы поднять руку!
– Успокойтесь, мадам, – мягко произнес Кантвелл, – скажите нам, где вы были, когда покинули наш стол?
Виктория Стокуэлл ответила не сразу, ее глаза перебегали с Кантвелла на меня:
– Я проводила Скарлетт до пляжа, а затем пошла по тропинке в парк. У меня немного болела голова, поэтому я решила отойти от суматохи и прогуляться в тени деревьев.
– Вы заходили на сам пляж? – спросил я
– Нет. Я довела ее только до ступенек к нему.
– А вы можете назвать имя человека, который подтвердит информацию о том, что вы в это время были в парке?
Она вздохнула и поднесла платок к лицу:
– К сожалению не могу.
– Понятно. – Пробормотал Кантвелл. – А вы, мистер Стокуэлл?
Мужчина был очень бледен, я видел, как он напряжен и взволнован, но тот старался не показывать это и почти ровным, холодным голосом ответил:
– Я искал свою жену. Сначала я заглянул в бар, потом в еще один, но не найдя ее там решил прогуляться по тропинке которая ведет вдоль моря. Я прошел где-то шесть отелей и вернулся назад. Тут я увидел мисс Хилл, которая лежит и не двигается, я подошел к ней и увидел рану у нее на виске и сразу же бросился к вам.
– Так, вы гуляли по песку?
– Нет, по асвальтированой дорожке.
– Во сколько вы решили прогуляться вдоль берега?
– Тогда было около девяти, и я уверен, что мисс Хилл в то время была жива.
– Почему вы так думаете? – поинтересовался я.
– Когда я уходил, я увидел, что она помахала мне.
– А возвращаясь, вы не видели каких-нибудь странных людей? – спросил Кантвелл.
– Нет. Ничего такого я не видел.
На этом мы закончили тягостный допрос семейства Стокуэлл. Все оставшееся время мы мирно пили мартини и беседовали о пустяках. Мистер Стокуэлл был очень интересным собеседником и знал много в области философии и истории. В половину пятого мы попрощались с ними и покинули яхту.
– Что вы думаете об Стокуэллах, мой друг? – спросил меня Кантвелл, когда мы возвращались в отель.
– Мне кажется, что мистер Стокуэлл точно объяснил, где он был в то время, а вот миссис что-то явно не договаривает.
– Если слова мистера Стокуэлла правдивы, то мы знаем время убийства. Где-то между началом девяти и десяти.– Сказал Кантвелл.
– Но я не вижу мотива, по которому Стокуэллам нужно было убивать бедную мисс Хилл.
– Действительно, у них его нет, если они все верно изложили нам. Но Стокуэллы могли и соврать.
– Все становится запутаннее и запутаннее, в начале казалось, что все было так легко, что я смог бы разгадать эту тайну с первого раза, – сказал я.
Как только мы вошли в парадное здание « Морисо» нас тут же встретила Бэрил Эллиот. На ней было маленькое изящное черное платье и длинные прозрачные сережки. Она выглядела взволнованной.
– Мисс Эллиот, добрый день, – галантно сказал Кантвелл, снимая шляпу.
– Добрый день, – произнесла она. – Я бы хотела немного побеседовать с вами.
– Что ж, тогда пройдемте в наш номер.
Кантвелл указал рукой на массивную дубовую лестницу, которая вела вверх, и мы поднялись в свой номер на втором этаже. По просьбе Кантвелла я забронировал, чуть ли не самый большой номер, в котором было почти все: две спальни, гостиная, просторный кабинет для работы и ванная. Мы провели Бэрил Эллиот в нашу гостиную. Она была выполнена в красных тонах. Справа стоял угловой диван из красного бархата, рядом с ним искусно сделанный деревянный чайный столик с множеством деталей, на полу персидский ковер, чуть в стороне два кресла качалки. У противоположной стены маленький шкафчик, на котором стоял небольшой выбор белых вин. Стены, отделанные бордовыми обоями, украшали картины со здешними видами, а на потолке висела большая хрустальная люстра. Я вместе с мисс Эллиот присел на диван, а Кантвелл с видом истиной домашней хозяйки налил нам в бокалы белого вина, а затем сам уселся в кресло и закурил, мы последовали его примеру. Несколько минут стояло молчание, мы пускали в воздух колечки голубоватого дыма, а затем Кантвелл обратился к мисс Эллиот:
– Мисс Эллиот, я понял, что вы пришли к нам по поводу смерти своей подруги – Скарлетт Хилл, верно?
– Да. Я узнала из уст вашего коллеги, мистера Эндерсона, что Скарлетт убили. Это так?
– К сожалению, мадам это так. Вы не знаете, кто мог это сделать?
– Нет, по праву не знаю, но этот некто просто чудовище!
– Хорошо. Расскажите нам все, что вы знаете о Скарлетт Хилл, – попросил я, положив ногу на ногу.
– Да, конечно, я именно за этим и пришла к вам, джентльмены. Я расскажу вам о ней все, ничего не утаивая.
Бэрил Эллиот сделала затяжку и начала:
– Бэрил вместе со мной родилась в Лондоне, а познакомились мы в театральном кружке. Мы были очень дружны, даже поступили в один университет, но потом Скарлетт уехала в эти края. Мне очень сложно, далась с ней разлука, но я осталась в Лондоне. Скарлетт каждую неделю писала мне письма и недавно предложила встретиться здесь, в отеле « Морисо». У меня как раз был отпуск и я согласилась. Мы приехали сюда четыре дня назад. Она заказала двухкомнатный номер, но заходить мне туда не разрешила. Мол, у нее беспорядок, а Скарлетт всегда не любила, чтобы кто-то видел это, поэтому вчера, перед ужином я ждала ее в своем номере. Она немного опаздывала, но когда она все-же пришла, то выглядела очень расстроенной. Я спросила, что с ней случилось, но она лишь отмахнулась и мы пошли на вечеринку. Я думаю, что в тот вечер она поссорилась с Виктором.
– Кто такой Виктор? – поинтересовался я.
– Виктор, это уборщик этого отеля. Позавчера она подружилась с ним, и я полагаю, что он уже тогда был от нее без ума.– Улыбнулась Бэрил.
– А с кем общалась здесь ваша подруга?
– С очень многими людьми, я даже не знаю имен большинства. Во-первых это были Виктория и Джек Стокуэлл, мистер Моравецки, Виктор и еще несколько людей. Часто я видела ее в компании очень длинного и худого молодого человека, я даже подумала, что они давние знакомые, поэтому я спросила у нее о нем, но она лишь отмахнулась.
– Понятно. Была ли мисс Хилл богатой женщиной? – спросил Кантвелл.
– Нет.– Бэрил Эллиот подняла кверху свои голубые глаза. – Она была небогатой, и достаточно редко ездила на вечеринки, хотя очень любила их.
Кантвелл кивнул и отпил из бокала, а я спросил:
– У нее было хоть какое-нибудь наследство?
– Было. Ее покойная мать оставила ей немного денег, как та выразилась «на черный день». Они все это время лежали в банке, Скарлетт редко брала их оттуда.
– А кому они достанутся сейчас? – поинтересовался Кантвелл.
– Ее дядюшке. Он по счастливой случайности остановился в соседнем отеле.
– В соседнем отеле? – я удивленно привстал с кресла, а что он там делает и что из себя представляет?
Бэрил Эллиот улыбнулась:
– А чему вы так удивлены? Ее дядюшка, как и все мы просто отдыхает. Он ворчливый мужчина лет так 60—65, больше я о нем вам ничего сказать не могу. Если хотите, можете навестить его. Дядюшку зовут Джозеф Фергюсон, живет в отеле «Амалия».
Кантвелл записал его имя на листочке и спросил:
– А был ли у мисс Хилл молодой человек?
– Знаете, мистер Кантвелл, – произнесла Бэрил Эллиот, подняв на него глаза, она никогда не посвящала меня в эту тайну за всю нашу с ней дружбу.
– А какой по характеру Виктор?
– Я не часто говорила с ним, но он показался мне очень милым и галантным человеком. Он всегда убирался на пляже, я думаю, что вы и сейчас найдете его там.
– Мы очень вам признательны, мисс Эллиот, – произнес Кантвелл, вставая с кресла. – Сейчас мы с моим другом навестим мистера Фергюсона, если вы захотите сказать нам еще что-то, то обязательно приходите, мы будем рады вас выслушать.
Мы проводили Бэрил Эллиот и направились в соседний отель, чтобы расспросить Джозефа Фергюсона.
Джозеф Фергюсон оказался тучным мужчиной с бородой и усами. Он был так высок, что казалось, сейчас проломит головой потолок, и широк в плечах, что еле пролезал в дверь. На нем был длинный поношенный сюртук и цилиндр, который только прибавлял ему роста. У него было квадратное лицо с низко посаженными маленькими глазами, которые удивленно, с некой рассерженностью, рассматривали нас:
– Кто вы такие? – пробормотал он.
– Мы сыщики, занимаемся расследованием убийства вашей племянницы – Скарлетт Хилл, -любезно ответил Кантвелл.
– Вы ни капли не похожи на сыщиков, господа. Убирайтесь отсюда пока не поздно.
На что мы невозмутимо протянули ему свои визитные карточки и тот с недоверием рассмотрел их и отдал обратно:
– Что же вы хотите узнать от меня? – рявкнул он, – давайте поскорее, у меня мало времени.
– Какой была ваша племянница и с кем она была знакома? – спросил я.
– Хорошенький вопрос, – пробормотал он. – Скарлетт была обыкновенной девушкой, любила шить платья и ходить на вечеринки. Я знаю только одну девушку, с которой она постоянно встречалась. Это Бэрил Эллиот, но я уверен, что у Скарлетт было больше знакомых, просто она не хотела посвящать меня в свои дела.
– Вы не замечали ничего странного в поведении Скарлетт Хилл последние дни?
– Последний раз я видел ее шесть дней тому назад, поэтому не смогу ответить на ваш вопрос. Все?
– Позвольте задать вам последний вопрос.– Сказал я. – Где вы были вчера около девяти?
– Ясное дело у себя в номере. Довольны?
Мы приподняли шляпы в знак признания, и ретировались из его комнаты. Кантвелл потащил меня в ресторан на обед. Я заказал тарелку фруктов и мясное рагу, а мой друг рыбный суп и седло барашка.
– Ну как вам наша очаровательная компания подозреваемых? – спросил Кантвелл пока мы ждали обед.
– Каждый из них выглядит очень подозрительно, но больше всего меня напряг этот мистер Фергюсон. Такой недоброжелательной натуры я еще не встречал.
– У него одного есть мотив – получить деньги мисс Хилл, – сказал Кантвелл.
– Действительно. Но пока мы не найдем дополнительные факты, то мы должны подозревать их всех. Когда мы допросим Виктора?
– После обеда.
Через несколько минут нам подали еду и мы принялись, молча закусывать. Когда я доел рагу, увидел, что к нашему столику приближается какая-то худая дряблая пожилая особа в широкой шляпке с тарелкой в руках.
– Разрешите, я присяду? – спросила она писклявым голосом и села, не дожидаясь разрешения. – Представляете, джентльмены, сегодня я посетила грот около Леланта, потрясающее зрелище, – затараторила она. Вас везут на лодке вдоль берега и вдруг, в одной скале вы замечаете таинственный грот. Вода там, как нигде, голубая и прозрачная, а различные диковинные рыбы плещутся на расстоянии вытянутой руки. Я советую вам обязательно съездить туда, если вы еще не были там.
Дама переводила свой взгляд с Кантвелла, равнодушно поедающего суп, на меня, сидящего неподвижно, немного ошарашенным ее эффектным появлением. Наконец она сложила руки и произнесла:
– Вы там были, господа?
– Нет, но обязательно посетим это диковинное место, – как можно любезней ответил я.
– А давно вы в «Морисо»?
Я отложил вилку, вздохнул и сказал:
– Нет, недавно.
– Знаете, ваши физиономии напоминают мне известных сыщиков.
– Нет, нет, мадам, – произнес Кантвелл, отрываясь от еды, – мы всего лишь бедные сквайры путешествующие по Англии в поисках приключений.
Я улыбнулся, видя как Кантвелл придумывает нам новые титулы и хотел было снова взяться за вилку, как дама снова затараторила:
– Я тоже на старости лет решила попутешествовать. Вы были в Стоухендже?
Я критически взглянул на даму и отрезал:
– Нет, не были.
– Как! – воскликнула она, разглядывая нас, – раз вы путешественники, то обязательно должны были посетить это место.
Около минуты дама хранила молчание, а затем спросила:
– Вам нравится этот отель?
– Неплохой, – пробормотал Кантвелл.
– Да, но их отношение к прислуге просто чудовищное! – воскликнула она. – Буквально вчера вечером я отдыхала на лужайке около моря и увидела уборщика, какой у него был глупый вид! Его рабочие брюки были ему так коротки, что еле доставали до голени, а рубашка совершенно не прикрывала запястья. Ведь «Морисо» считается богатым отелем, а своих сотрудников не могут нормально одеть.
Итан Кантвелл насторожился, и чуть было не выронил из рук ложку. Он спросил даму:
– А как выглядел тот человек?
– Он был очень высоким, больше шести футов, и худой.
– А больше вы ничего не заметили странного в его поведении?
– Он подметал левой рукой, стало быть, левша. Около восьми сорока он подмел лужайку рядом со мной, а затем спустился подметать пляж. Дальше я его не видела.
– Очень интересно. – Протянул Кантвелл и вскочил из-за стола. – Вы очень помогли нам мадам.
Итан потянул меня за рукав, и мы вышли из ресторана, оставив женщину в тягостном недоумении. Мы шли по тропинке к морю, и я решил задать вопрос:
– Кантвелл, то есть вы думаете, что джентльмен, которого описала мадам и есть убийца?
– Безусловно. Сейчас я бы хотел взглянуть на этого Виктора.
Виктора мы разыскали без особого труда. Он подметал лужайку справа от пляжа. Виктор оказался довольно высоким человеком достаточно худого телосложения. Его лицо озаряла россыпь рыжих веснушек. Увидев нас, он отложил метлу.
– Добрый день. Вы Виктор, я правильно понимаю? – спросил Кантвелл.
– Да, я Виктор Хикс, – ответил он звучным голосом. – Вы что-то хотели?
– Да, мистер Хикс, вы не могли бы ответить на пару наших вопросов?
– Что вы хотели бы узнать, джентльмены?
– Вы знали Скарлетт Хилл?
– Да. Мы познакомились с ней недавно, здесь в «Морисо». Она была очень хорошей собеседницей и интересной личностью. Мы часто болтали с ней по вечерам о всяких пустяках, весть о ее смерти просто потрясла меня.
– Она вам не рассказывала о своей личной жизни?
– Нет, вы что. Мы беседовали только о разных пустяках, ведь мы еще совсем мало знали друг друга. Я знаю о Скарлетт только то, что она приехала сюда из Кардифа, чтобы отдохнуть.
– Вчера вечером вы подметали пляж? – спросил я
– Нет, вчера около девяти я подметал рядом, с той стороны около бара.
– А вы не заметили длинного и худого дворника, который сначала подметал лужайку напротив бара, а затем и пляж?
Мистер Хикс задумался, а затем ответил:
– Да, я видел, вдалеке какой-то высокий дворник подметал лужайку, но я не смотрел за его передвижениями и его внешностью.
– А в какой руке он держал метлу?
– Этого я, увы, не заметил.
Мы пожали руку уборщику и побрели назад, а Кантвелл несколько раз обернулся.
– Смотрите, в какой руке он держит метлу? – подметил я.
– Именно, – произнес мой друг, когда мы вышли на дорогу.
– Получается наш круг подозреваемых сужается?
– Верно. Убийцей никак не может быть мистер Фергюсон, он никак не подходит под описание «длинного худого левши», это не миссис Стокуэлл, так как она женщина и скорее всего не мистер Стокуэлл, я тоже бы не дал ему такую характеристику. Остается Виктор Хикс.
Кантвелл присвистнул. – Он высокий, стройный человек, но, увы, не левша, да и форма на нем сидит как влитая. Я полагаю, что наш убийца где-то стащил эту форму и не успел взглянуть на размеры.
