– Пап! – Соня подготовилась снова объяснять и оборонять эту неисчерпаемость. Но не успела. Опередили.
– Я давно занимаюсь данным вопросом. Многие западные частные и даже государственные организации целенаправленно занимаются поиском савантов. В основном – в наших сторонах: Россия, Азия.
– Своих им чтоли им мало?
– Есть теория, что у них другая наследственность. Что Европа, и Штаты как их генетический наследник, своих аутистов сожгла на кострах как еретиков и колдунов ещё в средневековье.
Народ опять аж замер, вступорился. Умеет он однако… хреначить аргументами. Как булыжниками.
– Это если верить в концепцию генетической предрасположенности, – продолжал он, – хотя это пока не доказано.
Соня всегда видела свое предназначение – в том, чтоб гасить пожары. В душах и словах. А особенно – сегодня.
– В нашей… с Вами… области – пока много научных «белых пятен». – кивнула она.
– Причин появления савантов действительно пока не найдено. – подтвердил он. – Только версии.
– Кто-то изучает наследственность, кто-то – активацию участков мозга на фоне специфических воздейтвий на эмбриональном уровне и гормональный фон. – подхватила она. – Но если расширить это понимание до существования души и информационных полей, то это – просто более информационно мобильная душа, имеющая доступ к неким «космическим интернетам», и не закованная в рамки требований тела и социума. Это люди, приходящие в жизнь с Предназначением. Это – монахи от науки или искусства, во служении своим Миссиям. Заточенные на то, чтоб не отвлекаться на иное. Ну а дальше – сплошная философия. Как думаешь, в чем феномен савантов? Биофизика? Или эзотерика? Во что ты веришь, Стёп?
– В правду, и в то, что ко мне «приходит». – загадочно ответил он, сверля темными глазами пустоту перед собой, и у Сони появился нестерпимый голод вернуться с ним к этой теме вновь. И просто поговорить с этим человеком, который знает больше её. Больше всех.
– Ну ты -то сам-то… Ты рад, что ты такой? – поинтересовался кто-то из родителей.
– Я не знаю, как быть вами, я умею быть только собой. Нам не дано пожить пол жизни нейроНЕтипичными, а потом поменяться местами. Как не дано побыть мужчиной а потом женщиной. Мы не можем сравнить, получатся подделки. – он угадал, что такого ответа им не достаточно…. – Я привык, мне нормально.
– Но хотелось бы. Сравнить. – расфилософствовался кто-то…
– Почитайте «Цветы для Элджернона».
– Это кто? – оживился Вадик.
– Это мышонок. – ответил гений.
Но народ потихоньку начал прощать ему высокомерную манеру. Всем хотелось вставить свое слово в философию.
– Невозможно сравнить, а всё-ж хочется… Всегда хочется бежать за горизонтом…
– Это нейротипичная модель мышления. – фантазировать и бежать за невозможным.
Хорошо, что не сказал «обывательская позиция»
– А нейроНЕтипичная – какая?
– Создавать. Делать то, что можешь, здесь и сейчас, и тем самым оставлять отпечаток в вечности.
Философия «заколосилась» в умах и на языках гостей, но их прервал звонок:
– Стёп, я по центру: поработал с их сайтом и денежными потоками, с каналами связи.
– Излагай.
– Центр – частный, многофункциональный, с весьма умеренными в данном сегменте ценами. Получают какие-то дотации, но ничего серьезного. РАС у них в длинном списке профилей, мелкими буквами, своих савантов они нигде не показывают. Похоже, больше адаптация, чем активное продвижение. В общем, пока ни в чем не замечены. Шпионаж за ними вижу, но довольно легкий. В их информационные каналы внедрялись, но тут ничего у них не найти. Если только выходили на них лично.
– Надо отследить.
– Понял. Отслеживаю каналы. Кхм… Теперь у меня вопрос.
– Слушаю.
– Костя там? Вижу его рядом с тобой по геолокации.
– Да.
– Дай мне его. А то не удалось с ним поговорить – очень уж они спешили.
– Говори.
– Чё вы там чудите, ребят? – тут же поменялся тон парня. На веселенький.
– Это не мы, это он! Сам! – охотно поддержали настроением его.
– Я хочу услышать эту историю!
– Хочу ли я её рассказывать? – отвечал Костя, сдерживаясь… – Эй, а у тебя там не ночь?
– Спасибо, что заметил, бро! – вздохнула трубка. – Пошел работать. Не теряйте там наше чудо.
– Он сам теряется.
– У вас там всё хорошо?
– Да, нормально, разобрались!
– Ну я отслеживаю вас по спутнику. – на всякий случай упомянул голос издалека.
– Отслеживай, Вань. – благословил Костя.
– Большой брат следит за тобой. – провозгласил с Канар Ваня.
– И маленький тоже. – насмешливо добавил будто откуда-то издали Стеф.
Парни хохотнули.
– Я удачно пошутил?
– Типа того.
…Случайно…
– Вы реально их отслеживаете так серьезно? – внедрился спецагент Вадик, которому всё любопытно. Особенно супер-коллеги супер-Стёпы.
– Мы с ребятами – так, местечково прикрываем, а так он на международном уровне он под охраной больших людей. Не просто ж так он в оазисе живет…
Ваня по-диспетчерски быстро оценил беспечный настрой охраны:
– Он же сам крутой кодер. Просто не хочет работать на кого-то, не хочет, чтоб за ним серьёзные дяди охотились и использовали, и потому часто работает анонимно, авторство своё на других перекладывает. А так я лично видел, как он сам одиночку собирал крутые многомиллионные проекты буквально на коленке. Садится на пол, за столом ему не удобно, дабстепчик убойный в уши, и вперёд.
– А ещё он красаффчик. – послышался елейный голос за спиной голоса…
– Ага, особенно по телефону посреди ночи… Спи, зай! Вот я сейчас злюсь на тебя, Чернат! – сообщил как сумел помощник босу.
– Мне не нужна твоя девушка. – сообщил в ответ босс. Будто демон из преисподней, которому всё доступно.
– Вот успокоил. – шутливо кипел помощник. – Ты слышала, Лика? Брюнетки не в его вкусе!
Телефон распрощался и смолк. И отправился отдыхать на пол у ног.
– Еще я хочу посетить ваш центр. – сообщил причудливый гость.
– Я… спрошу у руководителя. Думаю, препятствий не возникнет.
Соня набрала Катю и включила громкую связь.
– Катюш, я тут… В общем, у нас нарисовался потенциальный спонсор. И ты даже не представляешь…
– Ну заинтриговала.
– Ладно, смотри. Слышала, что Чернат прилетает?
– Слышала! Интересно, какое к нему будет к народное «паломничество»? Ну, типа, хоть издали сходить на него посмотреть? – тут-же забыла о работе руководительница. И размечталась о приключениях для педагогов.
– Посмотрим… – многозначительно пообещала Соня… И решила лупить в лоб:
– Можно он завтра к нам вы центр придет?
– В каком смысле?
– Ну… он интересуется.
– Он о нас знает???
– Больше, чем ты думаешь. Они уже нас пробили. Изучили. Вдоль и поперек.
– Ты не шутишь сейчас?
– Нет. Правда. Хочет.
– Ну… Приводи. Если приведешь… – опешила Катюша.
Но мечты педагогов отступили перед служебным тоном не на долго…
– Выключи громкую связь. Помнишь как мы его фотки с голым торсом смотрели?
– Да, мы уже и тут такое посмотрели, в натуре… Поверь, оно того стоит!
– Завтра надо повторить! – скомандовала директриса… И девочки, согласившись на том, наспех распрощались.
– Вы не выключили громкую связь. – сообщил он уличительно…
– Ну… да… – разулыбалась Соня. Ахх, какаййя тема. А какие перспективы, хоть и в воображении.
– А зачем раздеваться в детском учреждении? – нахмурился в силу своих мимических способностей он. – Это обязательно?
– Прям напряг с юмором, да? – шепнули где-то рядом.
7. Зной-жара-духота
Ну вот, стало понятно, что он тут вообще хотел. Разобрался с делами.
Однако и третья попытка Кости увести его не увенчалась успехом. Закончилась всё теми же «на 3 буквы».
Никто доселе на памяти любого присутствующего не вкладывал в эти 3 буквы столько бездонности. Люди так склонны себя объяснять, оказывается. Ставить многоточия, за которыми непременно последует продолжение. И только здесь «нет» – было решением. Точкой. Неразгаданностью полностью самодостаточной.
И многим было интересно, почему же умный Костя не спросит просто «почему?».
Уже напарник Костин не выдержал:
– Ты понимаешь, чего мы ждем? – подкараулил он некурящего Костю за новым перекуром, и одного.
– Нет. Но предполагаю. – задумчиво оттолкнулся плечом от проема он.
– Ну?
– Ну пораскинь мозгами. Как он тут оказался?
– Ну… пошел спасать девочку.
– Сам? А нас почему не послал?
– ПонннНятно… И… что теперь?
– Не знаю. Но подозреваю.
– ??
– Он не уедет без девушки.
Напарник хохотнул. А потом осунулся.
– По моему они друг другу не понравились. – Илья поразмыслил ещё, – Она так точно его стороной обходит.
При чем – довольно сердито.
Оба понимали: он не сделал ни одного шага ей навстречу. И не сделает. Потому что он этого не умеет. Никаких предложений ей пока не поступало, а если поступит – в его стиле, то будет скандал. При этом его намерение, желание – потихоньку проступало очевидностью как рельефный отпечаток на этом белом снежном хрупком покрытии.
Тупик…
– Его типаж, я это сразу заметил. Светленькая худенькая, хрупкая, миловидная как куколка.
– …и совершенно не готовая к таким «подарочкам… судьбы».
– И… что теперь? Делать?
– Понятия не имею.
* * *
– И сидит, главное… не уходит… – шептались вокруг, когда визит нежданного гостя перевалил уже за 2 часа. Вопросительно поглядывали на охрану. Те беспомощно только что не разводили руками: насильно его увести не посмеют. Уговорами – не получается. И только Соня елозила мыслями на своей догадке.
– Ему что, гостевую комнату готовить? – косилась на неё Нина. – может, он тут от кого-то прячется? Ну, там, от прессы?
– Ты видела этих ребят? Думаешь, они не решили бы этот вопрос без нашего участия? У них такой ресурс, что есть куда его спрятать, я думаю.
– Тогда что ему тут нужно?
Кажется, Нина не очень хотела ответа.
– Я думаю, ему нужна ты. Его ребята шептались, что ты в его вкусе.
– Он со мной даже не разговаривал. – возразила она, будто убеждая саму себя, – И не смотрел в мою сторону, какие тут симпатии?
– Ты просто недооцениваешь его коммуникативные сложности. Он способен выявить интерес только словами и напрямую. А тут народу много.
Нина поежилась.
– И что теперь будет?
– Понятия не имею.
– Может, у его охраны спросить?
– Думаю, они знают не больше нашего. Сами в растерянности. И в ожидании. Но главное, что я поняла с их слов, это то, что его поведение сегодня, вот эта спонтанность – ему очень не свойственны. Могу со своей теоретической стороны это подтвердить. Обычно это – люди, соблюдающие свои привычки до точки. Они не мастера сюрпризов. Они чудят в обратную сторону, понимаешь? Не импровизациями.
– Мне есть чего бояться?
Соня пожала плечами:
– Охранники у него адекватные. Думаю, если б тебе угрожало насилие с его стороны, он не привез бы тебя в семью. Он не дурачок, и очень логичен. Или он бы выманил тебя уже. Он не пытается этого сделать. Думаю, он сам ищет решение этой задачки, и у него не хватает в таких делах навыков.
– Чего нам ждать от него, Сонь!
– Хз, хз. Даже взрослых, высокофункциональных часто опекают. То есть мир вокруг них делится на людей, кто их резко не принимает, и тех, кто с ними пожизненно нянчится. Думаю, ничего не решится без постороннего вмешательства. То есть либо он попробует общаться с тобой через свою «свиту», чего пока почему-то не делает, либо… Позволишь мне поговорить с ним? С ними? Сунуть нос не в свое дело?
Нина уже поняла: надо чтоб кто-то откупорил этот секретик – вслух: спросил.
– Сонь, ты в данной ситуации – уполномоченная как никто. Ты хоть понимаешь, что там в голове.
– Нет, не понимаю. Как и все. Просто знаю общие законы этой отдельной вселенной.
– Всё это крайне нелепо, но я знаю твоё чувство такта. Попробуй, если веришь в свои версии. А то он у нас так, глядишь, жить останется…
Выполняя особое секретное поручение, Соня подстерегла Костю в сторонке.
– Вы с ночевкой остаетесь? – заговорила она, становясь рупором подруги.
– Не знаю. – этот приятный брутальный загорелый мужчина с морщинками на лбу пожал плечами так просто, что с ним рядом стало как-то даже теплее.
– Что вы обычно делаете в таких случаях?
– Не было таких случаев! Вы нас простите, донесите наши извинения до всех ваших! Я знаю, все формальные вежливости давно превышены с нашей стороны! Но мы не можем повелевать нашим хозяином. Ждём… Всё это выглядит странным, понимаю, но… у него всегда есть на всё причина и мотив.
– Есть версии, какие?
– Есть. – неловко кивнул Костя простодушно, – Ваша подруга.
– Я так и думала.
– Думаю, мы не уедем без Нины. – посетовал гость №2.
– Он хочет увезти её? Зачем?? – восклицание получилось очень нейротипичным. Но мужчина со всей своей мощной иронией вернул её в текущую реальность.
– А вы – его спросите, он вам расскажет, в подробностях! – двусмысленно усмехнулся он. – Он в одно мгновение на неё глаз положил, она в его вкусе.
– Думаете?
– А то б он нас послал её из сугроба вытаскивать, нет? Ну, где Стефан, и где геройства? А тут – вдруг экспромты. Это точно реакция на девушку, я это сразу понял. Она – прям очень его типаж. Теперь он хочет её, но идти к этому обычным для нас путем… Не для него.
– Интересно, какие у вас там обычно пути? – невольно фыркнула она.
– Обычно у нас всё очень просто: время от времени он находит в доступных источниках видную особу, которая эмм… принимает приглашения… Мы с ней связываемся, встречаем, доставляем. Он благодарит щедро, и при благоприятном исходе приглашаем вновь.
– Я так и думала.
– Да уж. Находить подруг в сугробах на обочине – для всех нас в новинку, поверьте. Ни мы не знаем теперь, что с этим делать, ни, видимо, он сам.
– Но только он – привык получать что хочет. – размышляла Соня.
– Да. Он – человек решения. Цели и результата. Он не уедет без этой девушки, похоже.
Соня заволновалась от безысходности этого заявления.
– Но Нина – не эскорт!
– Это заметно.
– А если она не согласится? А если она не хочет? Не может? Если «нет!»?? То что?
– Она может ему отказать. Но единственным способом.
– Вслух. Только чёткое и внятное «нет». Без сомнений, шансов, домыслов. – кивнула Соня.
– Да. – подтвердил представитель.
А для этого им нужно поговорить. Чтоб кто-то начал эту тему… Задаааачка…
– Он её не похитит? – покосилась подруга.
– Зачем? Уболтает!
– Пф!
– Ну, в смысле, убалтывать будем мы с вами. Он не умеет. С ними. Разговаривать. – констатировал Костя.
Вот так она была вовлечена в переговоры так, будто сама же их начала.
– Вы меня уже завербовали? – ошалела она.
– Да чё, он безобидный. И ему есть что предложить. – повел своим путем умный опекун.
– Мы так не умеем! Мы в другом мире живем! И у неё вообще-то есть парень!
Костя вздохнул.
– Давайте так: я сейчас не буду торговаться и рассказывать про «единственные шансы». Скажу только – как есть, и почему этот разговор вообще имеет место быть: Стэф – не развратник. Не человек низких моральных принципов. Не маньяк. У него…
– Да, знаю, трудности в нормальном общении. Он не умеет действовать через обаяние, и флирт для него – слишком сложная наука…
– У него там – тупик. Поэтому меняются девушки, и поэтому они – такого свойства. При всём этом приглашенные лейди, а лейди это, надо оговориться – с большим самоуважением и пафосом… словом, никто не жаловался! У него там, правда, другая проблема…
– Прям аж интересно! – выпалила Соня, вовлекшись в этот театр абсурда.
– Не смотрите так, никаких сенсаций не будет. Он не злодей, не извращенец, не агрессор. Девочек – не обижает, и в странных пристрастиях замечен не был. Я свечку не держал, но поверьте, я бы знал. Уже разболтали бы. У них к нему обычно другая, одна и та же претензия:
– ???
– Обычно они потом недоумевают: – Костя вновь принял свое обычно насмешливое выражение: – «У него что, амнезия? Почему он меня потом на утро – не узнаёт??». А он-то, бедняга, как «до» кокетничать не умел, так и после – не умеет. Друзья, вон, к нему приезжают, рассказывают, как в институте ему девиц подпаивали и подкладывали, а то б девственником ходил до сих пор. Где теперь те девушки – не известно, а друг тот, что «купидоном» служил, теперь при квартире в Европе. Это – Вам в тему про его фатальное безразличие к женщинам… – саркааАазм…, – Живой же человек, ну! А любезностям его – не научить, сами знаете, он просто такой! Теперь, вот, он нам показывает пальцем на экран, мы привозим. Вместо друзей.
– Вот почему сводничаете? Квартирку хотите?
– Не, у меня только зарплата. И мужская солидарность.
– На жалость давите?
– Нет, просто излагаю как есть. Он у нас не буйный. Он не обидит вашу подругу. Обычно дамы не жаловались.
Соня прям заметила, как умный Костя сдерживает вот это сакраментальное «ну что такого» – фраза полного фиаско в данных переговорах. Шансов у него и так нет практически, он понял, но честно старается.
– И много таких было? – Соня сама не понимала, какого черта продолжает этот разговор. – Привозных. Заказанных…
– Ну я за почти десяток лет не сосчитаю. Но они все по одной и той же причине не задерживаются: сначала его замкнутость кажется загадочной и импозантной, девочки играют и заигрываются в «растопи сердце принца», но «после» – девочки ждут другого. Эффекта! Произведенного… Они же все – мастерицы шарма. У них – логичная реакция – подтолкнуть, поиграть… Раскрутить романтику! Он же – видит манипуляции и не скачет по решениям. Вычисляет всех. Была у нас тут одна такая, подзадержалась. Анечка «карамелька». Мысленно уже замуж за него вышла.
– Невеста??
– Экскортница. Но рассчитывала уже на многое. Втянулась и сама, видно, хотя барышни в этом деле – не из наивных.
– Профессионалки?
– А то! Гетеры! Пыталась она, было, с нашим Степой в эмоциональные качели сыграть. Легкими манипуляциями подтолкнуть к «верным» решениям. Буггггага. Сама чуть в дурку не уехала. Сам видел, как ревела в уголке, чтоб никто не заметил. Спрашивала у меня всё: «ну что с ним не так?!». Со всеми ж раньше срабатывало!
– Они не знают?… Про него… И девочки его тоже?
– Они не «его» давно уже, он не коллекционирует, и Анна теперь на содержании у британского автомагната, хотя всё шлет ему намеки и скрытые приветики по типу «спаси заточенную принцессу из золотого плена, мой рыцарь», додразнилась. А ему уже всё это – зачем? Он чужие решения уважает, и считает однозначными, других не признает. Нет, девочки не знают, конечно же. Никто не знает.
– Но почему?? Даже тут?
– А ему зачем клеймо «больного» на голову? Особенно в такой сфере, где столько потенциальных обид? А кто разбираться будет? Слово страшное, и всё. Тем более – не дурачок, не псих, знаменитость. И сплетни потом не заткнешь. Молча жить проще. У всех свои секреты, способные многое нарушить, бабахнуть взрывом. Он не гей, допустим, но у него – своя тайна, вот где настоящий «каминг-аут» притаился, и сексуальные игры тут вообще ни при чем.
– Надо же! Всё ж на поверхности! Но никто не знает. Если прямо не сказать. – осмысливала Соня свою профессию на примерах.
– Даже если сказать, никто не в теме. Перепугаются только. Дремучий народ. – вторил ей почти коллега.
Или сообщник?
В тот момент она окончательно уверилась в своей профессии. И в своей правоте. Обнаглев, она поманила из уборной и незаметно отвела в сторону Самого Светоча. Решила: ставить эксперименты на людях – так на полную.
Итак, что она знает о нем… о его «недуге» – в теории? Буквальность? Правдивость? Прямота? Всё то, что он ценит как практичные и редкие черты и навыки – свои и окружающих.
– Стёп. – посмотрела она в красивое ухоженное загорелое кинематографичное лицо с острыми темными быстрыми пристально-рассеянными глазами. И он потянулся к ей шей, чтоб расслышать, – Почему ты здесь?
О моргнул и замер. Не зная, друг или недруг с ним говорит. Ему могут быть доступны эти правды, но со стороны, извне, а не с глазу на глаз.
– Из-за Нины?
Он осторожно кивнул.
– Что ты хочешь от неё?
У Сони было побуждение сразу сказать, что у Нины есть парень, и что искренне жаль, что этот фарс так затянулся… но что-то остановило её. Это что-то, кроме симпатии к Косте, останавливало её и в тех «торгах» с ним на крыльце.
