Митрополит на некоторое время завис, а я добавил:
– Передайте эти вопросы патриарху Добромыслу. Думаю, он все же должен обсудить их с императором. Если они договорятся, то я готов поучаствовать в мероприятии, но при соответствующей плате и имея гарантии безопасности от главы государства…
Когда загруженный моими вопросами Агафодор ушел, я дал команду Аделине найти начальника службы безопасности и советника по экономическим вопросам.
Следует подумать, как обезопасить себя во время проведения ритуала и что запросить за свои эксклюзивные услуги.
Г
ЛАВА
3
Ближайшее окружение Изяслава уже давно забыло те времена, когда император бывал благодушен. И, к их сожалению, данное обстоятельство самым непосредственным образом влияло на его и так недобродушный характер, а также на стиль управления страной.
Отчеты, внезапные проверки, комплексные инспекции, увольнения с позором, конфискации имущества и штрафы, а во многих случаях аресты и казни буквально захлестнули страну. И если до катастрофы в Когнийской республике на закручивание гаек многие смотрели с явным неодобрением, то после нее, когда размах карательных акций увеличился в разы, данные меры были восприняты весьма положительно. Многих людей немало испугала перспектива несостоявшегося конца света.
По уже сложившейся традиции глава государства больше всего внимания уделил представителям силовых структур. Что совершенно неудивительно, ведь именно в их зоне ответственности в той или иной степени находилась борьба с демонами и их последователями.
Сильнее всех пострадал Департамент имперской безопасности, одной из основных задач которого и было противодействие инферналам. Досталось и жандармам, не сумевшим своевременно выявить переметнувшихся на сторону врагов представителей боярских семей. Многие должностные лица посчитали, что количество инспекций и проверок неоправданно. Что предатели рода людского есть в любом слое общества, а жандармы не в состоянии досконально проверить всех членов боярских семей. Лишь избранным было известно, что Изяслав был в ярости из-за ошибок министра культуры империи, пусть и бывшего, а также, стыдно сказать, одного из полномочных представителей самого императора. Благо, что информация о данном инциденте не ушла дальше нескольких должностных лиц, которые успели узнать в мертвеце высокопоставленного чиновника, курирующего силовые ведомства, и как-то сумели подменить останки одного из главных демонопоклонников и уничтожить их.
Получив докладную записку по данному инциденту, а также приложенный к нему тест ДНК, Изяслав долго не мог поверить своим глазам. Образ в его голове расходился с тем, что было изложено в документе, однако пропажа помощника и исчерпывающие доказательства говорили сами за себя. Так что с этого момента для чиновников страны настали сложные времена, а профессия полиграфиста получила еще большее распространение.
Кроме того, после выявления столь высокопоставленного перебежчика силовики наконец выдохнули с облегчением. У них появилась внятная версия, как демонолюбы получили информацию о тайной научной лаборатории в предместье Антоновка. Также стало ясно, как предателям удавалось легко орудовать на прифронтовой территории. С таким прикрытием, как полномочный представитель, можно было провернуть многое. К тому же, узнав, где нужно копать, дибовцы сумели найти немало интересного. Действия помощника императора и его протеже были рассмотрены чуть ли не под микроскопом и подсказали массу любопытных деталей.
Император тяжело вздохнул.
«Сначала покушение на Витовта и поиск виновных, затем приграничный конфликт и уничтожение раскрывшего себя ордена демонопоклонников, потом устрашающие новости из республики о чуть не наступившем конце света. Дальше – закручивание гаек и переход на совершенно иной уровень в поиске перебежчиков многим не понравилось. И вот вроде бы достигли больших успехов, скоро додавим сбежавшего лидера инферналов и можно чуточку расслабиться. Так нет! Мне предлагают влезть в новую авантюру! И какую!»
Встав со своего места, Изяслав начал быстро ходить по кабинету, пытаясь решить, что же делать дальше. За несколько лет нескончаемых сложных проблем и сильного стресса он как-то сдал. Ему как воздух нужен был перерыв, остановка. Однако такой роскоши он себе позволить не мог.
Взгляд вновь скользнул по лежащей на столе красной папке с грифом «Совершенно секретно».
«Время на отдых у меня теперь появится нескоро. Но хотя бы стало понятно, почему Добромысл настаивал на личной встрече. – Император поморщился. – Закрытие пустоши – это очень… очень серьезный шаг. Нужно все хорошенько обдумать».
Вернувшись на свое место, Изяслав вновь взялся за изучение папки, переданной посыльным патриарха.
«Нужно сказать секретарю, чтобы принес кофе и нашел мне Витовта с Юзефом. Пока они идут, я все еще раз оценю, а потом посоветуюсь с ними. Одна голова хорошо, а три – лучше».
Спустя несколько часов император принимал наследника престола, а также относительно нового полномочного представителя, уже успевшего хорошо зарекомендовать себя на данном посту. До этого назначения Юзеф Валерианович возглавлял департамент жандармов и работал неплохо, несмотря на выявленные недостатки. Последние он воспринял как личное оскорбление и отрабатывал их с большим рвением, что вскоре позволило ему занять вакантную должность.
После того как глава государства довел до собравшихся краткое содержание речи патриарха Добромысла, в помещении повисла тишина.
– Интересные предложения нам церковники приносят, – с задумчивым видом протянул возмужавший Витовт, который уже длительное время помогал отцу в решении различных государственных вопросов и успел заматереть на данном поприще.
– Очень, – согласился Изяслав. – Настолько интересные, что они могут кардинально изменить жизнь империи.
– Хм, ваше величество, – произнес третий собеседник, привлекая к себе внимание, – возможно, вы несколько спешите с выводами? Да, инквизиторы рассчитывают, что князю Морозову удастся закрыть пустошь в предместье Антоновка, и у них все основания надеяться на успех, однако полной уверенности все же нет. Это ведь отнюдь не рядовое событие. Велика вероятность, что Иван Егорович не справится даже с проклятой землей в научном центре. О другом пока нам думать преждевременно.
– Он единолично закрыл огромную пустошь, занимающую территорию не самого мелкого районного центра, – напомнил Витовт. – Считаете, он не справится с одним квадратным метром? Или двумя?
– Ваша светлость, – ничуть не смутился бывший жандарм, – вы забываете, что той пустоши в республике было всего лишь несколько часов и у князя имелось подспорье в виде физического проводника его силы, а также множества связанных между собой захоронок. Я был в Антоновке. Там ничего подобного нет.
– Зато там будут наши ученые с техникой, оборудованием и большим опытом, а также подготовленные инквизиторы со знаниями из своих закромов. Все вместе они точно что-нибудь да придумают, – заметил наследник.
– То есть ты выступаешь за то, чтобы дать церковникам возможность закрыть пустошь? – уточнил император.
– Да, – кивнул Витовт и чуть более эмоционально, чем это необходимо, добавил: – Таким образом, у нас наконец появится шанс существенно повлиять на войну с демонами! Отреагировать на их последнюю вопиющую выходку в республике и тайные базы на территории империи! К тому же в случае успеха и закрытия любой серьезной пустоши это позитивно повлияет на репутацию императорского рода. Подданные увидят, что ты, отец, принимаешь реальные меры по защите своей страны. А поддержки граждан никогда не бывает мало, особенно в столь сложное время.
Юзеф Валерианович машинально погладил свою «профессорскую» бородку, что бывало с ним в минуты задумчивости, и после небольшой паузы осторожно произнес:
– Ваша светлость, к сожалению, не всем подданным империи может быть по нраву идея закрытия инфернальных пустошей. Фармацевты, целители, боярские роды, специализирующиеся на добыче и обработке ингредиентов, лига магов и коменданты приграничных городов с их расширенными полномочиями. Их интересы так или иначе пострадают. И это лишь те, про кого я вспомнил с ходу, а сколько недовольных будет на самом деле? Те же свободные охотники? Это ведь целый класс хорошо подготовленных, умеющих убивать людей, которые прошли жестокое горнило кровавого отбора и живут в соответствии с собственным кодексом, никому не подчиняясь. Как они поведут себя в том случае, если мы отберем у них основной источник дохода? На кого будет направлен их гнев? На Морозова? На церковь? Или на государство? Сложный вопрос. Если у нас появится возможность закрыть пустошь, то нужно проработать все моменты. Любую мелочь!
– С охотниками сделаем то же самое, что и с силовиками, – ответил Витовт, – поднимем их среднее денежное довольствие в четыре-пять раз, а после того, как они помогут нам прикрыть пустоши, предоставим им рекомендательные письма для найма в боярские роды. После повышения довольствия, а также существенного увеличения льгот для военнослужащих и приравненных к ним многие специалисты, работающие на роды и ранее проходившие службу в государственных структурах, желают вернуться, а не решать различные мелкие проблемы бояричей и терпеть их высокомерие. Так что охотников есть куда пристроить.
– Возможно, вы правы, ваше высочество, – произнес Юзеф Валерианович. – Однако серьезных проблем возникнет гораздо больше, чем мы с вами сейчас можем представить.
– Вы намекаете на саботаж? Нагнетание обстановки в стране через средства массовой информации или даже заговор? – уточнил Витовт скептическим тоном. – Мне показалось, что как минимум последние пять лет были потрачены на централизацию власти, увеличение роли силового блока, его чистку, сплоченность и мотивацию. Органы государственного управления монолитны как никогда! Если кто-то из элиты решит показать зубы или как-то по-другому выразить несогласие с действиями императора, то ему их быстро обломают. Ваш же бывший департамент и постарается.
– Ваша светлость, враги могут быть не только явными, но и скрытыми, – покачал головой Юзеф Валерьянович. – И удар последних, возможно, будет очень неприятным. Мы можем его даже не заметить, однако прочувствуем все последствия.
– Так, а что тогда нам остается? Вообще ничего не делать? – разгорячился Витовт. – Бояться не ответа демонопоклонников, а собственных подданных? Да еще и после произошедшего в республике?
«Юзефу вновь не удалось заставить Витовта посмотреть на проблему со всех сторон. Все-таки он пока молод и в душе не может признать, что подданные империи могут быть намного опаснее каких-то примитивных инферналов и внимания им нужно уделять намного больше. Ну ничего, время у меня еще есть, и я успею открыть сыну глаза», – подумал Изяслав и уточнил:
– Значит, ты считаешь, что Морозову нужно дать шанс?
– Не только ему, но и нам, – ответил наследник. – Мы должны иметь оружие против демонов и их пустошей, и лучше получить его в относительно мирное время, чем в тот момент, когда на территории империи будет происходить то же, что и у когнийцев. Да и кто знает, может, в скором времени новая пустошь появится в Танзинийском королевстве? Или в не подконтрольном нам Халифарском союзе? Что делать-то будем?
Не дождавшись ответа на свои вопросы, молодой мужчина продолжил:
– Так что пусть Иван пробует и учится, а мы будем делать это вместе с ним. И чем пилки не шутит, может, научимся закрывать пустоши и без его участия.
Юзеф Валерианович согласно кивнул:
– Если вопрос ставить так, то попробовать действительно стоит. А вот с оглашением результатов эксперимента я бы не спешил. Нельзя из главы «золотого» рода делать мишень для демонопоклонников и других противников закрытия пустоши. Морозовы и так были на грани.
– Да, – кивнул наследник престола, которому не понравилась идея подставить друга под удар, – меня предложение церковников, если честно, тоже смутило. Странно это как-то. Я, конечно, понимаю опасность от сбежавшего лидера демонолюбов, но и смысла в разглашении личности человека, способного закрыть действующую пустошь, тоже не вижу. Они обязаны скрывать ее до последнего! Никто не должен узнать не только его имя, но и пол!
– Главное, чтобы они таким образом не решили его приговорить, – произнес бывший глава жандармерии, вновь демонстрируя принцу иной взгляд на вещи. – Все же Морозов, пусть и с оговорками, повторил подвиг аватара Спасителя, что могло вызвать неприятие у некоторых фанатиков.
– Добромысл, как и остальные иерархи церкви, не такой, – поморщился Изяслав. – Да и не стал бы он обращаться ко мне, если бы желал банального устранения Морозова чужими руками. Нет. Служители как минимум желают закрыть пустошь и как максимум хотят научиться делать это самостоятельно. Хотя тут может быть и нечто другое.
– Ваше величество, значит, вы дадите добро? – спросил Юзеф Валерианович.
– Да, – кивнул император. – Но только на эксперимент в Антоновке. Сначала проверим, возможно ли закрыть эту мелкую пустошь, и только потом будем принимать решение по следующей цели. Хотя дай всю известную информацию аналитикам. Пусть начинают работать, спрогнозируют обстановку на случай закрытия пустоши и подготовят план действий. Посмотрим, что из этого всего получится.
Император выдержал небольшую паузу и бросил взгляд на сына.
– А ты, Витовт, пообщайся со своим другом в непринужденной обстановке. Мне тут не совсем понятен пункт, касающийся оплаты эксклюзивных, – это слово Изяслав выделил интонацией, – услуг князя Морозова. Я так понял, что прохвост решил установить цену за свою работу. Узнай, чего он хочет от меня и церковников. И сразу предупреди, что пустошь в Антоновке – это лишь эксперимент, необходимый для проверки его силы. Сначала дело – потом поговорим о возможной оплате. И чтобы он сильно не наглел. Пусть с церковников требует, а мне спасибо скажет, что не отправляю его на дело в приказном порядке.
Г
ЛАВА
4
Дружеское застолье, устроенное наследником носирианского престола, подходило к своему логическому завершению. Уже давно ушли братья Темниковы, молодое поколение семейства телохранителей – Голиковых, несколько видных членов «золотых» и «серебряных» родов, а также большая часть выпускников Императорского кадетского училища.
Предпоследними внушительное закрытое помещение в ресторации «Золотой талер» покинули представители родов Деревянко, Потейкиных и Огнеяров, которые оставили меня с Витовтом наедине.
Откинувшись своими широкими и крепкими плечами на спинку высокого стула, принц дождался, когда я наполню рюмки, и, подняв свою, произнес:
– За тебя, брат.
– Нет, за тебя, – покачал головой я и последовал его примеру.
– А что за меня пить? За меня и так все постоянно пьют. По поводу и без, – отмахнулся наследник и, достав из кармана хорошо знакомую мне небольшую коробочку амулета-глушилки, активировал ее. – А я только и делаю, что во дворце сижу и обычные административные вопросы решаю вместо того, чтобы с демонами бороться.
– Твоя бюрократическая работа порой важнее, чем тысяча или две убитых носортулов, – не согласился я. – Людей, которые крошат инферналов – много, а наследник престола, гарант стабильности, процветания и нерушимости империи у нас один – и это ты. Так что не преуменьшай своей значимости.
– Ну спасибо, – кивнул явно довольный Витовт. – От кого другого таких слов бы не принял. А ты всегда так скажешь, что с этим нельзя не согласиться.
– Правда – это очень сильное оружие, – ответил я с как можно более серьезным лицом, и мы рассмеялись. – Кстати, а это зачем? Не доверяешь хозяевам данного прекрасного заведения?
– Сведений о нечистоплотности владельцев «Золотого талера» у меня нет, – произнес Витовт, – но мне все же не хотелось бы стать первым, на кого их правила не распространятся. Да и разговор нам предстоит серьезный, пусть и в таком месте.
– Почему-то мне кажется, что я знаю твой разговор, – кивнул я. – Он наверняка как-то связан с инквизиторами. А то приходил тут ко мне один старый знакомый на днях.
– Связан, – довольным тоном согласился Витовт.
– Если разговор настолько серьезен, тогда, может, перенесем его на другое время? – предложил я и обвел взглядом пространство. – И в более подходящее место? Пообщаемся на трезвую голову, так сказать?
– Не-е, – протянул принц. – Поверь, мне и так вполне хорошо. Я вообще-то специально созвал всех наших на вечеринку, чтобы в конце поговорить с тобой. И вопрос решим, и из дворца выберусь в кои-то веки. К тому же на самом деле я не так пьян, как может показаться.
– Дело твое, – пожал плечами я и улыбнулся. – Мне тоже нравится совмещать приятное с полезным, хоть ребят увидел и расслабился, а то все работаю и работаю. Нужно мозгам разрядку давать.
– А я о чем! – подхватил Витовт. – Поэтому я и решил воспользоваться благовидным предлогом!
Мы за это выпили, и в помещении повисла тишина, прерываемая лишь хрустом малосольных огурцов.
– Так о чем ты хотел поговорить? – прожевав, напомнил я наследнику престола о цели беседы.
– О закрытии пустоши в предместье Антоновка, – более трезвым голосом ответил Витовт. – Мы с отцом много размышляли о предложении церковников и пришли к выводу, что принять его нужно. Во-первых, та проклятая земля – самая маленькая из известных, так что это не должно быть сложно. Во-вторых, эксперимент покажет, можно ли вообще уничтожить пустошь. В-третьих, недавние акции демонолюбов в республике, а также раскрывшиеся после этого объемы инфернального подполья откровенно говорят об огромной силе наших врагов. Если дать им время, то они не только восстановятся, но и учтут допущенные ошибки, что впоследствии приведет к концу света. Думаю, тебе не стоит напоминать, что одной из приоритетных целей для восстановивших силы демонопоклонников будут члены твоего рода. Они точно не забудут тех оплеух, которые ты им просто так развешивал, поэтому закрытие пустошей и в твоих интересах тоже.
Витовт замолчал, смочил горло и с жаром продолжил:
– В общем, мы на тебя рассчитываем! Если все получится, то у человечества появится действительно опасное оружие в этой долгой войне. А наличие в предместье сводной группы из церковников и этих… как их… ученых, вот… поможет нам отследить все этапы закрытия. Кто знает, может, нам удастся найти способ, который позволит обходиться и без представителя рода Морозовых?
– А что вы думаете относительно идеи церковников сделать из меня мишень? – уточнил я. – Чтобы выманить лидера демонолюбов?
– Мы высказались против, – ответил Витовт, бросив на меня быстрый взгляд. – Поэтому публичности даже в случае успеха эксперимента точно не будет.
– Как будто людям нужны доказательства, – прищурившись, протянул я. – Сопоставить закрытие пустоши в республике и в предместье сумеет даже самый недалекий человек. При том что засветившийся у когнийцев князь Морозов вот уже несколько месяцев проживает в Мариграде.
– Я же сказал, – поднял на меня недовольный взгляд Витовт, – разглашать результаты эксперимента мы не позволим, и он будет проводиться под грифом «Совершенно секретно». Со всеми сопутствующими мерами предосторожности.
– Если бы все было так хорошо, как ты говоришь, то той бойни в училище и безобразий на фронте во время приграничного конфликта не было бы, – покачал головой я. – Слишком серьезное дело и слишком много случайных факторов. Кто-то из работников научного центра заметит меня или узнает моих людей, затем до него дойдет информация, что пустошь уже долгое время пустует, демонов, которые перемещались с завидной периодичностью, больше нет. То, что выходит за рамки нормальности и привычки, тут же привлекает внимание. И с той поры пройдет не больше пары дней, как кто-нибудь догадается о связи между закрытием пустоши и прибытием князя Морозова. Затем информация как сплетня распространится по всем отделам и этажам, кто-то решит подзаработать и сольет ее журналистам. Второй – являясь прикормленным агентом, передаст сведения своему работодателю. Третий – похвастается перед дамой сердца, которая не сумеет сдержать язык за зубами. Четвертый – обсудит последние новости с коллегой не в то время и не в том месте. И все. Половина империи в курсе. Или, скажешь, не так?
– Не так, – помотал головой Витовт. – После того случая в Антоновке безопасники перетрясли весь центр и приняли такие меры, что все работники принесли не по одному непреложному обету. К тому же ты всегда можешь замаскироваться и скрыть свою личность. Было бы желание.
– А магию? – спросил я, формируя несколько кубиков льда и бросая их в свой стакан с соком. – Ее куда девать? Она, знаешь ли, меня знатно демаскирует.
– А зачем она тебе? – уточнил Витовт. – Используй не родовую энергию, а обычную, а с напиткой тебе поможет круг магов. Я почему-то ничуть не сомневаюсь, что ты прекрасно умеешь скрывать свои способности.
– Допустим, – не стал отрицать я. – А что, если эксперимент завершится успехом? Вы ведь точно не остановитесь на крошечной расщелине. Вы пойдете дальше! И тогда скрывай не скрывай, а я все равно окажусь под ударом.
– Об этом говорить рано, – твердо произнес наследник престола. – Сначала нужно решить по Антоновке и только потом переходить к следующему шагу.
– Но ты же думал об этом, – бросил я испытующий взгляд на Витовта. – Не мог не думать! Ведь церковники представили императору свой план, включающий уничтожение сначала малых, а затем и крупных пустошей. Так?
– Так, – вынужден был согласиться мой собеседник. – Да только они не учли проблемы социальной напряженности, реакцию элит и прочие факторы, на которые глава государства не может просто закрыть глаза. Поэтому вопрос этот очень серьезный и требует проработки, в том числе и в интересах обеспечения твоей безопасности.
Я промолчал, а наследник престола недовольным тоном добавил:
– А чего ты тут вообще жертву строишь? Церковники, помимо всего прочего, передали твои требования о достойной оплате. То есть ты давно согласен на работу и только голову мне сейчас дуришь!
– Не совсем так, – не согласился я. – Рисковать собой мне не очень хочется, как и привлекать к себе ненужное внимание. Однако понимание, что, возможно, по-другому никак, заставляет меня пойти вам навстречу.
Я выдержал небольшую паузу, а затем резко добавил:
– Но знаешь что?! Несмотря на обстоятельства, просто так ставить свою жизнь на кон я не собираюсь! И так постоянно влипаю во всякое дерьмо и хожу по лезвию клинка! Хотите, чтобы я участвовал? Будьте готовы заплатить! Я все же глава «золотого» рода, и семья для меня важнее долга перед империей. Что будет с моими близкими, если я погибну? С женой? С детьми? Сумеет ли император защитить меня от стаи носирианских псов? Посчитает ли он себя обязанным прикрыть моих детей?
– О чем вообще речь?! – возмутился Витовт.
– О том, что когда я был единственным членом рода, то меня вынудили отправиться на войну, – ответил я. – Понятное дело, что от неожиданностей никто не застрахован, но мне хотелось бы быть уверенным, что император меня не сдаст, что бы ему ни предлагали.
– Я сейчас на тебя обижусь, – рыкнул наследник. – Ты что, не веришь мне?
– Тебе? Моему другу Витовту? Верю! – ответил я. – Императору Изяславу? Главе огромного государства и ответственному за миллионы своих подданных? Нет! Потому как жизнь одного человека менее важна, чем процветание государства! Я это понимаю и принимаю! Поэтому и вознаграждение за свои услуги хочу получить достойное.
Витовт некоторое время сидел молча, переваривая мои слова, а затем произнес:
– Хорошо. Я тебя услышал. Но сначала закрой пустошь в Антоновке, а потом торгуйся об условиях и награде. Такова императорская воля. И еще отец намекнул, что тебе лучше предъявить свои требования церкви, как инициаторам проекта. Сам он тоже не останется в стороне, только ты там сильно не зарывайся. Понимай, что можно просить, а что нет.
– Спасибо за совет. Обязательно им воспользуюсь, – кивнул я.
– И еще, – внимательно взглянул на меня Витовт. – Хоть ты и разозлил меня, но не предостеречь тебя я не могу. Будь поосторожнее с церковниками. Нам показалось странным, что они так сильно желают афишировать твою причастность, прикрываясь возможностью выманить лидера демонолюбов. Дело это, конечно, хорошее, но, думаю, его можно решить и по-другому. Есть вероятность, что тебя сделают козлом отпущения или подставят каким-либо другим образом. И тогда твоими врагами будут не демонопоклонники, а наивлиятельнейшие граждане империи и соседних стран.
– Смертный посягнул на привилегию Спасителя, закрывающего инфернальные провалы, – понятливо добавил я. – Мои люди тоже пришли к подобному выводу, и я уже принял ряд мер для подстраховки.
– За это нужно выпить, – намекнул мне Витовт и, как только я наполнил рюмки, подхватил свою.
– За тебя, Лед. Надеюсь, тебе удастся закрыть эту расщелину в Антоновке, из-за которой мы чуть не погибли в самом расцвете сил. И я хочу, чтобы ты знал: несмотря на то что ты бываешь вредным козлом, которому не мешало бы напомнить о субординации, я тебя очень ценю. Будь таким же рассудительным, сильным и изворотливым. Пусть вся эта ситуация закончится для нас хорошо.
– А говорил, что только я умею льстить, – покачал головой я, и мы рассмеялись.
Уже на следующий день после нашего с Витовтом разговора ко мне вновь прибыл митрополит Агафодор.
«А служители торопятся, – пронеслось в голове. – Интересно почему?»
Задав данный вопрос инквизитору, я напряг все органы чувств.
К сожалению, ответ был стандартным. Мол, служители действуют в интересах победы над демонами, поэтому и спешат все провернуть как можно скорее.
Это мне очень не понравилось, и я дал себе зарок быть настороже. Из-за этого даже существенно усилил принятые ранее меры предосторожности.
Сошлись на том, что я скрытно покидаю свой офис вместе с подстраховывающим меня Резцовым, затем мы переодеваемся в красные балахоны инквизиторов и прячем лица под капюшонами, а потом прибываем в указанное Агафодором место, где будет ждать колонна автомобилей с участниками ритуала, обряженными в точно такую же одежду. Объединившись, мы перемещаемся на территорию научного центра и после краткого инструктажа спускаемся в лабораторию, где все уже будет подготовлено.
– Что именно вы понимаете под словом «подготовлено»? – уточнил я.
Митрополит открыл одну из принесенных папок и, вчитавшись, начал объяснять:
– Должностные лица научного центра пообещали подвести для нас дополнительные датчики давления, температуры, расхода, концентрации, частоты, перемещения и Спаситель знает чего еще. Будет считывающая и обрабатывающая аппаратура, чтобы зафиксировать все нюансы ритуала закрытия и попробовать его повторить. Кроме того, к эксперименту будут привлечены несколько компетентных сотрудников, с которых уже взяли дополнительный непреложный обет о неразглашении. Не стоит забывать и о моих коллегах ритуалистах, которые в данный момент чертят защитные и другие фигуры в лаборатории и будут готовы напитать их силой за считаные мгновения. Также двенадцать магов-священников уже назначены, чтобы в любой момент организовать круг и передать вам часть своей энергии.
В принципе план у них неплохой. Только вот скорость все же несколько напрягает. С одной стороны, хорошо, что бытовые и организационные моменты решаются без моего участия, а вот с другой – нет понимания, куда так яростно спешат служители. Какой информацией они владеют?
– Не совсем понял функции ритуалистов, – решил я побольше узнать об обязанностях всех задействованных в эксперименте групп. – Что именно они подготовят в лаборатории? Защиту? Вы опасаетесь появления высокоуровневых демонов?
– Они нужны для подстраховки. Есть мнение, что закрытие даже столь малой пустоши может привлечь одного или пару демонов, – спокойным тоном ответил Агафодор. – Кроме того, наши специалисты необходимы в случае возникновения проблем на первом этапе.
Заметив мой вопросительный взгляд, он пояснил:
– При закрытии пустоши в республике вы имели физический объект – алтарь, воздействуя на который сумели передать энергию в захоронки. Как мы все знаем, они являются для инфернальной области чем-то вроде точек опоры, которые удерживают территорию и не дают ей уменьшиться. В Антоновке ничего подобного нет, поэтому вам придется поискать эту точку опоры. Если это не удастся, то в дело вступят ритуалисты.
«Раз они предполагают возможность нападения, то нужно будет подстраховаться и взять с собой жезл. Мало ли», – подумал я и продолжил давить на митрополита, вызнавая все подробности процесса закрытия пустоши, а также надеясь, что он проговорится и скажет лишнее.
К сожалению, Агафодор был тертый калач и утечки не допустил, однако информацию к размышлению все же подкинул.
С его слов следовало, что мое закрытие молодой пустоши в республике позволило ученым приблизиться к разгадке закрытия инфернальных территорий и подтвердить теорию о наличии так называемых точек опоры. Служители также сумели сопоставить карту захоронок с аналогичными в других пустошах. Оказалось, что алтари, на которых пытают жертв, расположены не произвольно. Так демоны не только подпитываются силой, но и увеличивают устойчивость проклятой земли.
После того как митрополит ушел, я вызвал к себе Резцова, Синичкина и командира отряда витязей. Нужно было усилить меры предосторожности и организовать скрытное посещение научного центра.
Еще через два дня мой обвешанный защитными заклинаниями автомобиль остановился в предместье Антоновка, и, оставив охрану во внедорожнике, мы с Резцовым, обряженные инквизиторами, присоединились к группе людей, одетых так же.
Нас пригласили в главный корпус научного центра, где под конвоем охранников-магов сначала провели вглубь здания, а затем и в длинный изломанный коридор, полностью покрытый стальными пластинами. Из них в хаотичном порядке торчали стволы пулеметов, огнеметов и части противопехотных мин.
Проходя очередной поворот, я с удовлетворением отметил наличие мощного железного барьера, готового по команде опуститься.
Если у них здесь на каждом повороте по такому препятствию, то меры безопасности действительно приняты серьезные. Интересно, а кому-нибудь удавалось прорваться через эту линию обороны?
Сделав очередной поворот, мы наконец достигли цели – довольно большого помещения с высокими пятиметровыми потолками.
«Размером где-то со средний школьный спортзал», – подумал я, осматривая усеянные различными датчиками, сенсорами, антеннами и видеокамерами стены.
Почувствовав на себе чей-то пристальный взгляд, я увидел под самым потолком ряд узких окон-бойниц, скрытых бронированными стеклами.
«Интересно, кто так быстро опознал во мне постороннего? И чем я себя выдал? Слишком новой алой мантией? Отчужденностью? Или неумением носить такую одежду?» – думал я, прислушиваясь к себе в поисках опасности, а также отмечая алое пятно в центре зала и исходящее от него чувство пустоши.
Примечательно, что область вокруг проклятой земли была заполнена несколькими неизвестными мне ритуальными фигурами, которые, что удивительно, совершенно не мешали друг другу.
– Запоминай, – скосил я взгляд на старшего мага своего рода. – Затем попробуем разобраться, что они там навертели.
– Двенадцатилучевая звезда с символами предназначена для организации круга магов и сбора энергии, вторая похожа на защитный ритуал, а вот предназначение последней мне и вовсе неизвестно. Она какая-то странная, – ответил Юрий Владимирович, внимательно осматривая пол.
Пока мы с Резцовым оглядывались по сторонам, дюжина магов заняла свои позиции в нескольких метрах от вершин звезды. Ритуалисты в это время принялись перепроверять чертежи на полу, а один из них, уточнив, кто из нас тринадцатый, указал мое место.
Не прошло и нескольких минут, как стальные двери разошлись в стороны и в лабораторию вошел Агафодор, его сопровождал моложавый мужчина в белом халате.
– Тринадцатый, ты готов? – спросил митрополит, безошибочно узнав меня под маскировкой.
– Да, – коротко кивнул я.
– Здравствуйте, тринадцатый, меня зовут Кирилл Владимирович. Я – руководитель этого научного центра, – несколько высокомерным тоном представился спутник инквизитора. – Перед началом мне бы хотелось еще раз проинструктировать вас относительно мер безопасности и довести до вашего сведения, как будет проходить эксперимент.
Дождавшись еще одного кивка, он продолжил:
– После того как вы займете место в ритуальной фигуре, мы с митрополитом отправимся в соседнее помещение и проверим готовность аппаратуры к работе. Удостоверившись, что все функционирует в штатном режиме, я подам сигнал к началу.
Бросив на мою фигуру взгляд, мужчина продолжил:
– Первый этап эксперимента заключается в проверке ваших способностей по поиску магического компонента инфернальной энергии – той самой составляющей, которая позволяет существовать пустоши в данном месте. Если вам удастся ее ощутить, то мы тут же перейдем ко второму этапу, в котором вы попробуете воздействовать на данный объект. Если вам это удастся и аппаратура лаборатории подтвердит уменьшение пустоши, тогда мы перейдем к третьему этапу. К делу подключатся ваши товарищи из круга магов, и мы попробуем закрыть прореху.
Замолчав, мужчина уставился на меня, ожидая вопросов, и я спросил:
– Что будем делать, если мне не удастся прочувствовать пустошь?
– Тогда вам на помощь придут коллеги-ритуалисты, – удивился подобному вопросу мужчина и бросил на Агафодора быстрый взгляд. – Митрополит, вы уверяли меня, что ваши люди профессиональны и каждый из них знает свой маневр. Намекали, что следование инструкциям в данном случае необязательно, но что мы видим на самом деле? Может, остальные участники эксперимента тоже что-то подзабыли?
«Он что, действительно пытается меня отчитать? – с легким раздражением подумал я. – Или просто хочет вывести из себя? Чтобы я совершил ошибку и открылся? Не дождется».
– Руководитель научного центра здесь вы, – сухо ответил я на претензию. – И вы как нельзя лучше знаете возможности своих подчиненных. Предполагаю, что у научного центра есть свои способы обнаружения компонента пустоши, и вы их задействуете.
– Зачем тратить наши ресурсы, если служители находятся в лаборатории впервые и есть возможность проверить эффективность их методов работы? – ответил Кирилл Владимирович, в глазах которого появилось недовольство.
«Ох и везет тебе, начальничек, – проскользнула мысль, когда я прятал бушующий ураган эмоций внутри ледяной глыбы. – Если бы мне не нужно было сохранить инкогнито, то ты бы уже давно пожалел о своем тоне. Привык подчиненных строить и теперь к посторонним лезет, показывает, кто здесь самый крутой и главный».
– Если нашим ритуалистам не удастся добиться успеха, – поддержал меня Агафодор, – то в дело должны вступить ваши специалисты. Раз вы все же настояли на тщательном инструктаже тринадцатого, то обязаны были сделать это качественно, а не спустя рукава. Так что считаю заданный вам вопрос уместным и не стоящим столь яркого проявления эмоций.
– Сначала вы уверяете меня, что ваши ритуалисты знают свое дело, а теперь, перед началом эксперимента, говорите, что возможна неудача? – произнес Кирилл Владимирович высокомерным тоном. – Будьте уверены, информация об этом попадет на стол не только заместителю министра, но и главе государства.
– Как вам будет угодно, – спокойно сказал Агафодор и с легкой брезгливостью посмотрел на молодого мужчину.
«Пусть я не смогу поговорить напрямую с Изяславом на твой счет, но вот наследник империи обо всем точно узнает, и, думаю, ему не составит труда выяснить, действительно ты такой великий ученый или чей-то бесталанный, но преданный ставленник-карьерист. Почему-то мне кажется, что второй вариант», – мстительно подумал я и отправился к своему месту, где ощущение пустоши стало еще более осязаемым.
«Надеюсь, первый этап будет проще, чем мне кажется сейчас», – пронеслось в голове, и я до начала эксперимента постарался абстрагироваться от чувства, которое во время учебы в кадетском училище позволило мне ощутить открытие пустоши.
В тишине прошло еще несколько минут, и наконец в динамиках раздался высокомерный голос начальника научного центра:
– Проект «Наступление». Эксперимент номер сто семь. Руководитель проекта – Васильев Кирилл Владимирович. Лабораторная аппаратура – исправна, работает в штатном порядке…
Он еще долго зачитывал условия проведения эксперимента, его главные и второстепенные цели, численность участников и их обязанности, а затем назвал предстоящие нам этапы и более полно описал последовательность действий.
«И зачем тогда он меня отдельно инструктировал и злил?» – с легким раздражением подумал я.
– Этап первый – ощущение магического конструкта пустоши. Номер тринадцатый, начинайте, – наконец произнес начальник центра, и я сконцентрировался на знакомом ощущении пустоши.
«Так, а что теперь?» – пронеслось в голове спустя некоторое время, когда обострившиеся чувства так и не сумели обнаружить ничего необычного.
Не придумав ничего лучше, я прикрыл глаза, сконцентрировал магию на ладонях и стал медленно изучать границу пустоши и ее территорию. Спустя десять минут, когда мне уже казалось, что ничего не получится, я на высоте своей груди обнаружил какое-то искажение. Техника «глаза волка», а также увеличившееся количество энергии в руках позволили выделить небольшую область, которая при моем воздействии ощущалась как-то неправильно.
К сожалению, большего, как я ни старался, мне добиться не удалось. Руки и магия свободно проходили сквозь аномалию, не встречая никакого сопротивления. Только ощущения и едва заметное изменение цвета воздуха доказывали, что здесь что-то не так.
– Тринадцатый, освободите пустошь, – донесся до меня голос начальника научного центра. – Ритуалисты, проведите поиск магического якоря.
Как только я покинул пределы фигуры, ранее не принимающие участия в эксперименте инквизиторы отошли от стен, и один из магических конструктов загорелся белым светом и начал медленно подниматься. Добравшись до высоты, на которой я обнаружил аномалию, фигура замерла и засветилась ярче.
С интересом наблюдая за происходящим, я отметил, что в месте аномалии пошла мелкая рябь, а затем ритуалисты направили руки в ее сторону, и нашим взглядам предстал тонкий осколок стекла инфернального алтаря, лишенный «камней боли и души».
– Тринадцатый, попробуйте ощутить и взять объект, – раздалась новая команда, и я, уже готовый к чему-то подобному, сформировал тонкий слой льда на своей ладони. Вновь забравшись на подставку, я протянул руку к стеклу и почувствовал исходящую от него силу.
– Вух! – раздались выдохи с разных сторон, и ритуалисты с облегчением отпустили трясущиеся руки.
«Непросто им это далось», – подумал я, когда осколок с силой постарался вырваться, благо я успел насытить пространство рядом с рукой родовой энергией и не позволил ему ускользнуть.
– Тринадцатый! – раздалась новая команда. – Медленно поводите осколком алтаря из стороны в сторону. Нам необходимо понять, изменится ли конфигурация пустоши из-за этого.
После еще десятка минут и выяснения возможностей осколка, который мне удалось даже вынести за пределы инфернальной области, мы перешли к следующему этапу, и я попробовал напитать магический компонент родовой энергией.
«Возможно, мне удастся провернуть тот же трюк, что и в республике», – пронеслась в голове здравая мысль.
Однако, к сожалению, осколок не спешил принимать в себя чужеродную силу, и мне пришлось постараться, чтобы влить в него немного энергии рода Морозовых. Спустя несколько минут мне это все же удалось, и дальнейшее насыщение пошло проще и быстрее.
Еще через некоторое время осколок начал медленно светиться синим, а я почувствовал нарастание опасности.
«Ну на фиг!» – пронеслось в голове, и я, пусть и с огромными затратами, сформировал полый каменный шар, внутренности которого наполнил насыщенным родовой энергией льдом, и наконец отпустил вызывающий неприятные ощущения объект, который все так же продолжил насыщать силой.
– Переходим к следующему этапу. Круг магов, на места! Передаем энергию тринадцатому, – скомандовал начальник научного центра, и я перенаправил хлынувший в меня поток в остаток алтаря.
Тревога стала медленно усиливаться, и я произнес:
– Всем приготовиться и активировать защитные амулеты! Я чувствую приближающуюся опасность!
Спустя еще несколько секунд осколок алтаря в каменном шаре треснул, границы пустоши вспыхнули, и раздался неприятный человеческому уху звук, словно что-то резко и довольно громко порвалось. В то же мгновение я отскочил назад, уходя из-под удара огромной черной косы, которую держал в руках неизвестный мне четырехрукий демон-ящер.
– Энергию круга на меня! – рявкнул один из ритуалистов, замечая, что коса пробила дыру в защитном барьере.
Однако не успели инквизиторы перенаправить потоки, как осознавший опасность ящер раскрутился на месте с бешеной скоростью и, вновь пробив защиту, нанизал на железное полотно временного лидера.
Хищная улыбка мелькнула на его лице, а затем резко пропала.
Это я, плюнув на маскировку, вмуровал косу в ледяную глыбу, а стоявший у стены Резцов отправил в демона свое заклинание «воздушного серпа».
Получив ощутимый разрез на груди, инфернал зашипел, подал энергию на косу, желая освободить ее из ледяного плена, а когда ему это не удалось, прикрылся от атак служителей перепончатыми крыльями и вдруг резко развел их в стороны, разрушая ограждавший его барьер и освобождаясь от льда, которым я пытался сковать его лапы.
«Вот тебе и защита инквизиторов-ритуалистов», – с раздражением подумал я, заставляя родовой жезл прыгнуть в руку.
Г
ЛАВА
5
Рванувший вперед и в сторону ящер был невероятно быстр. Уклонившись от парочки заклинаний, он откинул древком косы еще одно, смазанными ударами наполненных тьмой когтей пробил защиту ближайших инквизиторов и вырвал по огромному куску мяса из их тел. Не задерживаясь дольше необходимого, он оставил оружие, ушел перекатом от очередного залпа и бросился к тройке инквизиторов, соединивших руки.
Мощный «луч света», ударивший из ладоней церковников, попал ящеру в грудь и остановил его продвижение, однако зашипевший от боли демон не растерялся, крутанулся в сторону, уходя из-под опасного удара, и подгреб под себя двух не сумевших вовремя среагировать инквизиторов.
Все это произошло за какую-то секунду, как и уход противника от парочки моих «ледяных копий», брошенных на рефлексах, поэтому я напитал тело духовной энергией и ударил вновь ушедшего от заклинаний демона мощным «тараном силы», который снес его в сторону и хорошенько впечатал в стальную стену.
Правда, отлетающий от меня демон каким-то образом сумел призвать к себе черную косу, лезвие которой все еще было сковано многокилограммовой глыбой льда, и мне пришлось уйти вбок, опасаясь возможностей неизвестного оружия.
К сожалению, одного мгновения ящеру хватило, чтобы принять тройные «лучи света» инквизиторов на свои крылья, уйти еще от парочки и прыгнуть на очередного противника прежде, чем я отправил в него россыпь ледяных снарядов.
Пропустивший удар в ногу демон рыкнул, недовольно глянул в мою сторону и приподнял косу, желая нанести удар не столько лезвием, сколько массой льда, однако я был к этому готов, и враз промерзшая рукоять стала отличным проводником для нескольких десятков «шипов», пробивших когтистую ладонь.
Мимолетной заминкой воспользовался Резцов, отправивший мощный «воздушный серп», который оставил демона без покрытого усиленной кожей крыла, а также пара инквизиторов. Последним повезло меньше, так как взревевший демон сумел защититься от их атаки вторым крылом.
Не желая терять темп, я отправил в противника несколько «саморезов» и «сфер холода», однако чувство опасности заставило меня резко рвануть в сторону.
«Вовремя!» – подумал я, когда разъяренный потерей крыла ящер направил четыре руки на ближайших врагов и атаковал нас какими-то плотными серыми шарами.
