Реагируют на стресс: подозрительностью, критикой, контролем, агрессией, повышенной чувствительностью, ревностью.
Нуждаются, чтобы другие были безопасными, предсказуемыми, поддерживающими и вызывающими доверие. Когда они почувствуют себя в безопасности, обращайтесь к их чувствам и поддерживайте их. Предложите им проверять любые подозрительные мысли о вас, которые им приходят в голову.
Адаптации для одобрения. Формируются к шести годам. Если предыдущие адаптации чаще проявляются в стрессовых ситуациях, то данные адаптации, скорее активны при повседневных делах.
Здесь важны решения, которые связаны с нашими способами получать родительское одобрение, с нашими реакциями на то, как родители вели себя с нами (чрезмерно контролировали, хвалили наши достижения или восхищались проявлениями наших эмоций).
1. Ответственные работоголики (обсессивно-компульсивные). Это люди, которые приняли решение работать, производить, достигать, создавать, организовывать и изнурять себя.
Их воспитывали на основе драйверов: будь сильным, старайся, будь лучшим. То есть это семьи, где поощрялся постоянный труд, а ребенка любили за достижения. С детства их ориентировали на перфекционизм. Отсюда и предписания: не наслаждайся, не будь близким и не будь ребенком.
При этом позиция может быть амбивалентной: Я + Ты – / Я – Ты +
Такие люди решают проблемы, не инициируют социальные контакты, являются трудоголиками. Они предпочитают работать с одним человеком или несколькими, но один раз и обычно склонны сами контролировать весь процесс. Людям с этой адаптацией кажется, что они недостаточно хороши. Даже заканчивая восьмой вуз, они боятся начать свою практику.
На стресс реагируют: напряженностью, навязчивостями, перфекционизмом, запредельной ответственностью. Им очень трудно делегировать полномочия и передавать ответственность. Часто единственный способ сделать перерыв и не чувствовать себя виноватым – это заболеть.
Нуждаются, чтобы другие обращались к ним через мышление, а затем помогали им думать более глубоко за счет контакта со своими чувствами.
Дверь контакта – мышление. Дверь-цель – чувства. С ними нужно говорить о том, что они чувствуют, когда идут совершенствовать себя и других. Закрытая дверь – поведение. Чем больше вы будете хвалить их работу, тем больше они будут пытаться соответствовать идеалу. В этих условиях контакт невозможен.
Таким людям нужно понять, что они не обязаны быть совершенными, они могут делать ошибки и при этом продолжать быть успешными в жизни. Делать или быть – их основная дилемма.
2. Игривые упрямцы (пассивно-агрессивные). Они приняли решение бороться, сопротивляться, избавиться от давления и плыть по течению без четкого жизненного плана или цели. Рано понимают, что каждый их шаг хотят контролировать.
Их драйвер: старайся. Люди с этим драйвером всегда будут что-то делать, но редко доводить эти дела до конца. Они не доделают проект, но обязательно вам что-то пообещают. Даже, возможно, прямым текстом: «Я постараюсь».
Это опять же связано с невозможностью прямого отказа в детстве, когда проще что-то недоделать и придумать отговорку. Их предписания: не чувствуй, не будь близким, не наслаждайся, не достигай. В итоге они решают, что отныне никто и никогда не заставит их быть тем, кем они не являются, и делать то, чего они не хотят.
Основная позиция: Я + Ты —
Эти люди ждут, чтобы другие решали проблемы, и инициируют контакт. Они любят быть в большой группе людей. Однако, если кто-либо из группы начинает открыто действовать, то они препятствуют этому, провокационно и неожиданно пресекают коммуникацию другого человека. Их цель – быть втянутыми или втянуться в группу, оставаясь пассивными.
Активный будет высмеян, ошибка будет найдена. Они играют, могут брать других «на слабо». Их личность борется со всеми вокруг и внутри себя, застревая во внутренней борьбе. Они склонны отбирать чужие достижения, становиться неформальными лидерами, «нападать» на других, когда у них все становится хорошо.
Так они оказываются на обочине жизни без какого-либо жизненного плана. Всё, что даже очень отдаленно выглядит как контроль.
У пассивно-вовлеченных в словах есть стиль «или – или»: «или я хорошо учусь, или не учусь вообще»; «или я выхожу замуж раз и навсегда по большой любви, или не выйду никогда». От других они ожидают того же, не дают им выбора: «Или делай, или не делай».
Дверь контакта – поведение, дверь-цель – чувства, а закрытая дверь – мышление. Пассивно-вовлеченных людей можно привести к тому, чтобы они чувствовали, когда что-то делают. А вот добиться от них логики и правильных действий будет довольно сложно.
Пассивно-вовлеченных людей стоит ориентировать на то, что вместо «или» может быть «и». Ваша задача – донести до них, что существуют промежуточные варианты. Очень полезно научить их открыто говорить «нет» вместо того, чтобы стоять на своем посредством пассивного сопротивления. И, наконец, им нужна помощь в том, чтобы перестать бояться честного самовыражения.
3. Чрезмерно реагирующие энтузиасты (истерическая или эмотивная акцентуация). Эти люди приняли решение радовать и восхищать других, действуя скорее исходя из эмоций, чем из ясного мышления.
Их драйвер: радуй других. Например, если ребенок собирался на свои занятия, мама могла сказать: «Сначала сходишь за хлебом, а уже потом пойдешь на свои занятия». Для того чтобы получить одобрение, они выполняли эту инструкцию в точности. Постепенно такие люди привыкли радовать других за счет себя. На работе они становятся спасателями: стремятся помочь клиентам и коллегам. Главное для них – это, чтобы все было хорошо.
Отсюда предписания: «не думай», «не расти», «не будь мужчиной/собой», «не будь важной». Проще говоря, это как будто маленькие дети в большом и строгом мире.
Основная позиция: Я – Ты +
Эти люди также заводилы, они всегда все организуют, любят вовлекать и крутить все вокруг себя. Обычно они импозантны, красиво одеваются. Женщины – классические хозяйки вечеринок, мужчины – душа компании. Им неуютно наедине с собой – они всегда с кем-то.
Под воздействием стресса: эгоцентричны, драматизируют ситуацию, растворяются в других. Они очень огорчаются и чрезмерно эмоционально реагируют, если их попытки порадовать потерпели неудачу. Они путают внимание с любовью и часто теряются в отношениях, которые заканчиваются болью и отвержением.
Дверь контакта энтузиастов – чувства. Они эмоциональны и эмпатичны, часто ведут себя импульсивно. Дверь-цель для них – мышление, а закрытая дверь – поведение.
В терапии им необходимо остановиться и подумать над ситуацией, осознать, что чувства отличаются от фактов и что они могут войти в контакт со своим гневом (который обычно подавляется) и ощутить свою личностную силу.
Им также нужно понять, что убегание из ситуации не приносит им пользу и что они могут отстоять себя, а не только удовлетворять чужие потребности
Заключение
Данная концепция заняла свое место в транзактном анализе, став аналогом классификаций личности и стадий развития в других направлениях терапии. Подобная классификация в процессе анализа помогает проанализировать личность пациента и заранее предположить, какие основные предписания могут сидеть у клиента в голове и на какие ранние его решения стоит обратить внимания. Далее уже можно работать с этим аспектами различными вариантами техник, которые мы уже рассмотрели в предыдущих роликах по транзактному анализу.
Однако, несмотря на такой подробный пересказ теории, напомним, что к любым личностным классификациям стоит относится крайне скептически, так как они никогда не отражают целостной личности, да и просто реальности, хотя бы потому, что от ситуации к ситуации мы можем вести себя совершенно по-разному.
СЕМЕЙНАЯ ПСИХОТЕРАПИЯ
В каком-то смысле семейную терапию определять в отдельное направление не очень правильно, так как она представляет из себя собирательное течение, включающее применение различных техник психотерапии в работе с семьей. Например, в работе с семьей применяется психоанализ или гештальт-терапия, и в этом случае относить их к системным направлениям неправомерно, так как данные методы, даже при работе с семьей делают акцент на отдельную личность.
Все же, обсуждая семейную терапию, мы в первую очередь имеем в виду аутентичные направления, такие как семейная терапия Вирджинии Сатир и Мюррея Боуэна. В этом случае в основу терапии закладывается работа с семьей как с целым или системой, а симптом отдельного человека воспринимается как результат социальных взаимодействий в семье, в том числе в разных поколениях. Отсюда и методы воздействия подразумевают не обращение к отдельной личности, а обращение ко всей семье и изменение коммуникации в ней, что в итоге должно привести и к выздоровлению индивида.
СТРУКТУРНАЯ СЕМЕЙНАЯ ТЕРАПИЯ САЛЬВАДОРА МИНУХИНА
Системная семейная психотерапия, как можно понять по названию, зародилась на основе теории систем Людвига Фон Берталанфи (1901—1972). Достаточно быстро системный подход стал общенаучным методологическим принципом исследования объектов и явлений.
Правда это совершенно не значит, что любое направление, где используется понятие системы научно. Это важно, потому что сейчас и многие шарлатаны применяют термин «система», не понимая, что он значит
Системный подход – это совершенно иной способ рассмотрения явлений этого мира, когда любой объект воспринимается не просто как изолированная единица, а как система, состоящая из совокупности более мелких подсистем и при этом включенная в еще большую систему.
И это принципиально отличается от того, что было раннее. Простой пример из физиологии: условные рефлексы Павлова, которые представляют из себя линейные реакции, а потому не оправдывают себя при изучении целостного поведения человека. Именно поэтому понятие об условных рефлексах достаточно быстро заменили и вобрали в себя более системные подходы, такие как теория доминанты Ухтомского или теория функциональных систем Анохина. Точно также произошло и во многих других отраслях типа кибернетики, менеджмента, медицины.
Все же в психотерапии данный принцип обрел свое полное воплощение именно в семейной терапии, где терапевт работает не с отдельным индивидом, как это происходит в психоанализе или КПТ, а с семейной системой.
При этом системный подход также разбивается на два подвида: структурный подход, когда мы исследуем структуру системы и ее элементы и процессуальный, когда мы рассматриваем именно особенности связей и коммуникации между элементами системы. Так вот первый из этих подходов в семейной терапии и был разработан выдающимся терапевтом Сальвадором Минухиным (1921—2017).
В конце 1960-х гг. Минухин с сотрудниками проводили психотерапию на базе интерната для мальчиков с делинквентным поведением. Структурная ориентация как нельзя лучше подходила для решения семейных проблем этих подростков, ведь абсолютное большинство из них были выходцами из неполных семей.
Минухин пытался понять, что не так в подобных семьях, а потому и применил системный подход, заложив ряд основных понятий для всей последующей семейной терапии, которые мы сейчас и рассмотрим.
Семья как система и ее структура
Минухин рассматривал семью не как сумму отдельных личностей или группу индивидов, а как единое целое, организм или систему. Таким образом «пациентом» стала семья, а проблема или симптом в этом подходе считаются отражением состояния здоровья семейного организма в целом.
Простой пример, это когда у ребенка начинаются панические атаки, которые позволяют сдержать семейный конфликт между родителями. Родители начинают ругаться, у ребенка тут же начинается паническая атака, родители перестают ругаться. Не было бы конфликта, не было и панических атак.
При этом чаще всего семья будет идентифицировать одного из своих членов как пациента, например мать приведет этого самого ребенка с просьбой вылечить его. Однако, семейный терапевт будет считать такого пациента всего лишь носителем симптома, видя причину болезни в системных процессах в семье в целом.
Как и любая система, семья имеет и свои подсистемы. Смысл подструктур состоит не просто в элементах в них входящих, а в тех коммуникациях, которые внутри них происходят и именно транзакции и коммуникации определяют строение подсистем и системы. Минухин выделяет три ключевые подсистемы в системе семьи.
Супружеская подсистема. Это основная рассматриваемая система относительно который и ведется отсчет. В здоровом состоянии функция супружеской подсистемы заключается в обеспечении удовлетворения потребностей супругов без ущерба для эмоциональной атмосферы, необходимой для роста и развития. Супружеская подсистема является компонентом супружеского союза и включает в себя все поведенческие цепочки, развившиеся из чувств любви и преданности партнеров друг другу.
Эта подсистема не имеет ничего общего с ролями, которые выполняет каждый из партнеров при взаимодействии с другими членами. Иными словами, супружеская подсистема включает в себя только паттерны транзакций, связанные с проявлением внимания друг к другу супругами, но не к детям или другим родственникам. Например, мы можем рассматривать эту подсистему, когда приходит пара, стремящаяся к разводу.
Родительская подсистема объединяет паттерны взаимодействия, возникшие при воспитании детей. Эта подсистема может состоять из отца и матери, но может включать и только одного из родителей вместе со значимыми другими, которые в той или иной мере участвуют в воспитании детей. Например, это может быть подсистема, состоящая из мамы и бабушки ребенка, так как бабушка напрямую оказывает на него влияние. В таких случаях также говорят о системе дополнительной поддержки, которая появляется тогда, когда родителям становится тяжело выполнять свою роль.
Система поддержки может включать членов расширенной семьи (дедушек и бабушек) или членов сообщества (церковь или соц. работников), друга/подругу, а также бывшего супруга. Функции этих «приложений» к подсистеме родителя зависят от его конкретных потребностей и отличаются непостоянством. При этом сочетание родительской функции у разных систем часто служат источником проблем.
Подсистема сиблингов. Наконец, дети являются членами подсистемы сиблингов. Основная функция этой подсистемы – научиться общению со сверстниками, в том числе с учетом их авторитета. Это своего рода лаборатория, где ребенок имеет возможность исследовать других людей и экспериментировать с ними. Проявление сочувствия, умение постоять за себя, организация альянсов, умение договариваться – лишь небольшой перечень того, что начинает узнавать ребенок в этой подсистеме. Единственный ребенок в семье испытывает ту же потребность в общении, поэтому склонен заводить друзей из числа соседей и родственников. Подобные отношения призваны заменить подсистему сиблингов.
Наконец, в структурной семейной терапии используется и еще несколько терминов. Во-первых, часто применяют понятия нуклеарной и расширенной семьи. В частности, нуклеарная семья – это родители с детьми или семейная пара, куда не входят ближайшие родственники, они входят уже в так называемую расширенную семью, которая включает в себя и нуклеарную.
Во-вторых, элементы разных подсистем могут пересекаться, в частности женщина может совмещать и роль супруги и роль матери, в таком случае применяется термин Холон.
Минухин полагает, что семейные дисфункции могут существовать как внутри каждого из семейных холонов, так и между ними, а также быть следствием нарушения взаимодействия семейной системы с внешними социальными структурами: школой, учреждениями социальной помощи, учреждениями здравоохранения и др.
Границы семьи
Следующим важным параметром семейной системы являются семейные границы. Границы системы или подсистемы представляют собой правила, обычно негласные, которые определяют, кто и как участвует во взаимодействии.
Вот простой пример подобных правил для внешних границ. Отец семейства может общаться с женщинами-коллегами по работе и клиентами, а также иногда приглашать подруг в дом. Его жене же также можно общаться с коллегами мужчинами по работе, но во внерабочее время контакты с мужчинами крайне ограничены, и каждая такая встреча всегда обговаривается с мужем. И, конечно, здесь нет прямого запрета, просто обычно жена ненароком скажет «завтра я встречаюсь с Васей», и тогда все будет нормально, но если жена сделает тоже самое, не предупредив мужа, ее ждет скандал.
Подобные семейные правила формируют известную всем членам семьи внешнюю границу.
Точно также правила могут формироваться и внутри системы, и они часто начинают выглядеть как цикличные паттерны. Например, в семье принято выпивать по выходным, и, как только градус доходит до определенного уровня, женщина начинает припоминать своему мужу все его проступки двадцатилетней давности, измываясь над ним. Через какое-то время муж свирепеет, начинает орать на жену, бьет предметы и вещи. Однако, на утро никто произошедшее не обсуждает, как будто ничего и не произошло, каждый уверяет себя, что это «просто человек такой по пьяни», с трезва же обсуждать семейный проблемы никто не решается. Сам же паттерн просто на просто нужен жене для того, чтобы дать выход эмоциям, которые она сдерживает в отношениях со своим братом клептоманом.
Подобные границы имеют две основные характеристики: гибкость и проницаемость.
Гибкость означает возможность границ перестраиваться под влиянием ситуации. Например, в рамках семейных правил детям не разрешается без спроса кого-то приглашать или самим идти в гости. Вот дети растут и, очевидно, что их все меньше начинает волновать мнение родителей, и они все же начинают уходить по ночам или звать кого-то. Соответственно, если родители осознают данную потребность у детей и позволяют коммуникациям меняться, такие границы можно назвать гибкими, если же они не дают ребенку выходить из дома до тридцати лет и используют различные способы пресечь подобные попытки, типа ругани или заболеваний, такие границы можно назвать ригидными.
Проницаемость характеризует возможность преодоления членами семьи границы системы или подсистемы. Например, если в семье постоянно берет на себя функцию воспитания родителей кто угодно, начиная от бабушки с дедушкой, заканчивая соседкой Галей, то тогда такие границы можно считать неопределенными или диффузными, потому что совершенно непонятно кто какие функции выполняет, а исполнители этих самых функций постоянно меняются местами. Но возможна и ситуация с непроницаемыми границами, например, когда родители полностью отказываются от помощи расширенной семьи, или когда муж с женой перестают в какой-то момент общаться, расходятся по разным комнатам и не лезут в дела друг друга.
Надо понимать, что именно проблемы границ часто и приводят к симптомам, с которыми приходят семьи, а задача семейного терапевта найти баланс в свойствах границ семьи. Например, если ребенок постоянно прерывает сексуальные отношения родителей или наоборот их конфликты, то необходимо установить жесткую границу между супружеской и родительской системами. Кстати, такое поведение, когда один из членов семьи вмешивается не в свою подсистему называется вмешивающимся поведением. Если же, например, жена перестает взаимодействовать с мужем, то необходимо ослабить границу и помочь им пойти на контакт.
Проблемы расстановки сил
Еще одним значимым аспектом анализа семейной системы является анализ расстановки сил. Идея состоит в формировании коалиций между элементами системы, направленных на борьбу с другими подсистемами. Например, мать может настроить ребенка против отца, то есть образуется так называемая триангуляция, о которой мы будем подробно говорить при обсуждении теории Мюррея Боуэна. Иногда подобные коалиции могут приносить пользу, когда создаются для решения какой-то задачи, но чаще они нарушают семейный баланс.
В устойчивых коалициях может возрасти внутренняя напряженность, от которой участники стараются избавиться переносом ответственности на третье лицо, как с помощью нападок, так и с помощью заботы. Так пара может прийти к согласию, обсуждая дурное поведение своего ребенка-подростка; при этом чем хуже ведет себя подросток, тем более единодушны в своем негодовании родители.
Проблемы разделения властных функций
Значимым является вопрос распределения властных функций в системе. В семейной системе власть обычно отражает способность индивида или подсистемы выполнять свои функции. Эта способность не является какой-то характеристикой личности, а характеризует отношения в семье. Способность члена семьи к действию сильно зависит от времени, роли и ситуации. Так, отцу, скорее всего, удастся заставить сына-подростка сделать уборку в отсутствие посторонних лиц, однако если тот же отец попытается это сделать в присутствии приятелей сына, результат может быть совершенно иным.
Разделение власти также зависит от расстановки сил. Так коалиция матери с дочерью против отца ослабляет родительскую власть над дочерью в целом. Соответственно проблема может состоять как в отсутствии власти, например, когда ребенок вообще не подчиняется родителям, так и в чрезмерной власти, когда родитель просто не дает ребенку реализоваться и ему приходится прибегать к симптоматическому поведению, чтобы найти хоть какой-то выход из ситуации.
Эволюция паттернов взаимодействия
Безусловно необходимо ответить и на вопрос о том, как же формируются границы и определенные паттерны поведения в семье. И здесь применяется две значимых концепции системного подхода. Это концепция жизненного цикла семьи и концепция гомеостаза.
Надо понимать, что система всегда стремится к гомеостазу, то есть к самосохранению, для чего и вырабатывает определенные адаптации. Такими адаптациями в рамках семьи являются способы коммуникации между ее членами, которые подкрепляются в ходе взаимодействия.
Чаще всего новые паттерны образуются в результате серьезных структурных изменений или встреч с иными жизненными потрясениями. Например, молодая пара живет счастливо, все у них хорошо, и вот они решают завести ребенка и, собственно говоря, его заводят. Тут оказывается, что воспитание ребенка – это не такое уж и простое занятие. В дело подключают бабушку, то есть тещу, которая ненавидит мужа своей дочери и начинает постоянно приезжать и воспитывать ребенка «по-своему». Муж начинает отстраняться и все чаще покидает дом, когда приезжает теща. В итоге у мужа появляется повод для взаимодействия с другими девушками, а у жены – способ выгнать мужа на время из квартиры, пригласив его тещу.
Или другой пример. Пара находится в замечательных отношениях, а девушка без ума от своего парня, потому что он хозяйственный и мужественный. Но вот они съезжаются, и она понимает, что он склонен разбрасывать носки по дому и спать до шести вечера. Он перестает ее возбуждать, однако секса ему все-таки хочется. И вот у девушки вечером начинает болеть голова, что позволяет ей не заниматься сексом с мужем.
В целом, несмотря на системную парадигму, модель коммуникаций здесь достаточно проста и все эти паттерны базируются на подкреплении, однако, чтобы их увидеть необходимо учитывать всю совокупность семейных связей.
Дисфункциональные семьи
Психотерапевты структурного направления отрицают существование универсальной правильной структуры, подходящей для любой семьи. Напротив, по их мнению, структура семьи должна соответствовать имеющимся потребностям.
Таким образом лишь вопрос о том, позволяет ли данная структура удовлетворять потребности каждого члена семьи в данное время и в данных условиях действительно имеет смысл. В случае отрицательного ответа семейная система считается дисфункциональной.
При этом выделяются следующие типы дисфункциональных семей.
1. Семья «па-де-де» (па-де-де – это парная форма танца в балете). Семья, состоящая всего из двух человек. Это могут быть или родитель – ребенок, или супруги. Структура из двух человек может приводить к симбиотической зависимости друг от друга, что мешает потенциальному функционированию обоих членов семьи.
2. Семьи, состоящие из трех поколений. Расширенная семья, состоящая из трех поколений, живущих вместе – это наиболее распространенный в России тип семьи. В данных семьях нарушены границы между подсистемами, функции родителей часто берут на себя прародители.
3. Семья типа «башмак» (семья с делегированием обязанностей). В этой семье на одного или нескольких старших детей возлагаются родительские обязанности. Когда на «ребенка-родителя» возлагается непосильная для него ответственность или когда он не наделен властью, достаточной для исполнения своих функций, он может стать носителем симптома.
4. Флюктуирующие семьи (бродячие семьи). Семьи, часто меняющие место жительства или собственный состав, например, когда родитель-одиночка вступает в различные любовные связи. Особенности флюктуирующих семей: размытость, большая открытость внешних границ, нестабильность, высокий уровень общей семейной тревоги.
5. Семья-аккордеон. В таких семьях кто-либо из значимых участников подолгу отсутствует дома. Когда один из супругов уезжает, оставшийся вынужден брать на себя его функции. Возложение добавочных функций на супруга оставшегося дома наносит ущерб сотрудничеству между супругами.
6. Семьи с «привидением». Семья пережившая смерть или уход одного из своих членов может столкнуться с проблемами при распределении его обязанностей. Никто не может взять их на себя, а люди продолжают жить как будто жив и их погибший родственник.
7. «Семья амазонок». Семья с преобладанием женской подсистемы. Мужчина находится в стороне, часто он оказывается «козлом отпущения»: на него перекладывается вся ответственность за все промахи и неудачи в семье.
8. «Семья джентльменов». Семья с преобладанием мужской подсистемы. В таких семьях всегда есть соперничество между мужчинами за внимание и любовь единственной женщины. В семье негласным лидером чаще оказывается женщина.
9. Семья «Чья возьмет?» (семьи с приемным родителем). Это семьи с новыми приемными родителями, которым приходится проходить интеграцию в семью и пытаться соответствовать ее требованиям. Новый член семьи может не полностью влиться или прежняя семейная единица может удерживать его на периферии.
10. Опекунские семьи. В этом случае симптоматика может быть и следствием вхождения ребенка в новую систему и самой организацией этой семьи, если ребенок уже влился в нее.
11. Психосоматические семьи. Такие семьи функционируют лучше всего, когда в них кто-то болен, то есть они объединяются вокруг болезни, выстраивая жесткие границы.
12. Замещение. Отсутствие в семье кого-либо из родителей. Родительские функции при этом, а отчасти и супружеские, берет на себя ребенок.
13. Семьи «только ты». Это пожилые семьи, где рождается долгожданный ребенок. Все, что происходит в семье делается для него и во имя него, и в итоге ребенок приобретает в семье абсолютную власть.
14. Семья с инвалидом. Для данных семей характерно чувство вины, в результате которого родители отказываются от других социальных и семейных ролей. Границы этих семей чрезвычайно закрыты, для них характерны высокий уровень агрессии и множество психических защит.
15. Семья с психически больным человеком. Для данных семей характерны жесткие границы; в них выражены семейные секреты, желание скрыть от общества болезнь; страх, не болен ли сам; возможно игнорирование болезни.
16. Неуправляемые семьи – это семьи с неуправляемым ребенком, начиная от малолетнего эгоиста-тирана, заканчивая подростком преступником.
Практика структурной семейной психотерапии
Практика структурной семейной терапии подразумевает под собой несколько этапов, первым из которых является анализ семейной системы. Правда надо понимать, что структурная терапия предполагает интеграцию методов анализа семейной системы и вмешательства в нее, проще говоря, в этом направлении воздействие на семью неотделимо от ее диагностики и никаких специальных опросников или анкет не применяется.
Таким образом именно в процессе взаимодействия с семьей терапевт исследует насколько гибкие и диффузные или ригидные и жесткие границы в семье и в какую сторону стоит их корректировать; как в семье распределяется власть и откуда она берет ресурсы; на каком этапе жизненного цикла она находится и насколько успешно его проходит.
Большое значение имеет анализ тех повторяющихся паттернов, которые лежат в основе проблемы или симптома идентифицированного пациента. Психотерапевт оценивает семейное взаимодействие путем наблюдения за различными видами поведения. Ценную информацию можно получить, анализируя интонацию голоса, выражение лица. Психотерапевту следует быть бдительным к тому, что кто-то из членов семьи мешает говорить другому, и в каких ситуациях это происходит. Кроме того, психотерапевт может поинтересоваться мнением остальных членов семьи относительно проблемы.
На втором этапе на основании всей полученной информации выдвигается гипотеза о сути семейной проблемы и лежащей в ее основе структуре системы. Исходя из гипотезы, осуществляется выбор целей воздействия.
Наконец, психотерапевт осуществляет непосредственное вмешательство с целью изменения паттернов взаимодействия в семье, а, следовательно, и устранения усугубляющих проблему поведенческих последовательностей. И в рамках такой деятельности семейный терапевт может применять множество техник.
1. Присоединение. В процессе структурной семейной терапии психотерапевт и семья объединяются для создания новой временной системы, известной как терапевтическая система, для чего применяется техника присоединения. Техника присоединения подразумевает подстройку к семье путем подражания стилю и особенностям поведения членов семьи. Причем обычно терапевт подстраивается ко всем членам семьи поочередно пока ведет с каждым диалог, но и в целом старается подстроится под семью. Это проявляется не только в поведении, но и в попытке подстроится под социальный статус семьи или ее обстоятельства. Например, терапевт может не надевать дорогой пиджак на встречу с бедной семьей или рассказать про собственную потерю, если в семье кто-то умер. Терапевт также изначально подстраивается под правила семьи, чтобы потом их изменить.
2. Отслеживание. Отслеживание семейной коммуникации напоминает техники отношений, заимствованные из клиент-центрированной психотерапии и подразумевает парафразы, отзеркаливание содержания разговора и эмоций. При этом психотерапевт реагирует на такие мысли и чувства, на которые не удается ответить самим членам семьи, например терапевт может отметить «сейчас я чувствую между вами какую-то напряженность» или «когда вы это сказали, такое ощущение, что ваш муж яснее вас услышал».
3. Прослеживание. Похожей по названию, но не по смыслу является техника прослеживания. Она состоит в том, чтобы выявить паттерн и последовательность взаимодействий в семье. Практически это может выглядеть как простое наблюдение за тем, что разворачивается в семейном взаимодействие, но чаще семейные терапевты более активны. Терапевт может спросить: «Кто первым сделает что-либо в этой ситуации?», «Что затем сделает другой?», «Что тогда сделает первый?», «Что другие члены семьи сделают, пока это происходит?». Терапевт избегает вопроса «Почему?», провоцирующего рационализацию и сопротивление и больше интересуется тем, «как это происходит» и «каковы последствия этого поведения». В итоге таких расспросов выясняется последовательность самоподкрепляющегося поведения. Например, родители сначала ссориться, затем ребенку становится плохо, родители перестают ссориться и объединяются вокруг ребенка, что и закрепляет негативный паттерн.
4. Фокусирование. Фокусирование означает выбор из обширной информации, предоставленной семьей, определенных аспектов, требующих исследования. Например, на прием к терапевту приходит семья с жалобами на упрямство дочери. Однако, терапевт, наблюдая их диалог переводит разговор на то, как конкретно они выражают своё недовольство и как коммуницирует в том числе и мать ребенка.
5. Разыгрывание паттернов взаимодействия. Разыгрывание паттернов взаимодействия имеет место в том случае, когда психотерапевт занимает позицию наблюдателя и поручает семье воспроизвести типичную ситуацию, вместо того чтобы ее описывать. Психотерапевт может предложить членам семьи «обсудить между собой проблему» или «продолжить вчерашний спор». Инструкции могут быть и более четкими, например: «Скажите сыну, что ему надо сделать». Воспроизведение паттернов взаимодействия помогает членам семьи посмотреть на коммуникацию со стороны.
6. Техники интенсивности подразумевают варьирование степени интенсивности воздействия на семью. Так для увеличения интенсивности может применяться: простой повтор сообщения, повторение сообщения в сходных между собой ситуациях, варьирование продолжительности взаимодействия, изменение физической дистанции между людьми, невовлеченность в семейную систему. Эти техники могут использоваться как для оценки отношений, так и для поощрения терапевтических изменений. Например, когда супруги ругаются на расстоянии, терапевт может попросить их подсесть друг к другу.
7. Разметка границ. Разметка границ подразумевает, что терапевт тем или ином образом поощряет членов семьи к установлению границ. Например, муж с женой разыгрывают семейную ссору, в которую ни с того ни с сего вмешивается ребенок. Терапевт указывает на это родителям, говоря: «Он вмешивается в ваши дела!», после чего те велят ему не лезть в их разговор. Терапевт иногда и сам может затормаживать вмешательство одного из членов семьи, а может использовать другие методы, типа увеличения физической дистанции.
8. Расшатывание семейной системы – это действия психотерапевта, направленные на изменение расстановки сил в семье. Обычно для этого терапевт может объединиться с той подсистемой, которая особенно слаба. Например, он может присоединиться к ребенку и поддержать его позицию, заставив родителей слушать. Следует отметить, что здесь намного важнее структура, чем содержание; психотерапевт объединяется с членом семьи не потому, что разделяет его точку зрения, а потому, что усиление его позиции способствует изменению структуры семьи.
9. Перестройка реальности. Перестройка реальности в структурной семейной терапии подразумевает под собой интерпретацию и рефрейминг. Терапевт может давать иную трактовку симптома члена семьи или показывать, как этот самый симптом позволяет сохранить семейный отношения. Это позволяет и самим членам семьи взглянуть на ситуацию по-другому. Они начинают понимать, что это не у их ребенка панические атаки, а сами супруги слишком часто скандалят.
Заключение
Семейная терапия – это одно из наиболее эффективных направлений в психотерапии, в котором достаточно сильно проявляется поведенческий компонент. Сальвадор Минухин заложил основы данной терапии, на которые опираются сегодня и многие другие направления.
ЭКСПЕРИЕНЦИАЛЬНАЯ СЕМЕЙНАЯ ТЕРАПИЯ ВИРДЖИНИИ САТИР
Если в прошлой главе мы рассматривали с вами идеи Сальвадора Минухина, который большее внимание уделял структуре семьи, то Вирджиния Сатир (1916—1988) обращала внимание скорее на процесс и на то, как люди коммуницируют друг с другом.
Вирджиния Сатир родилась в проблемной семье. Отец был алкоголиком, а мать фанатичной христианкой, что не могло не приводить к постоянным конфликтам. Многие предполагают, что именно из-за них Вирджиния Сатир и стала крайне болезненным ребенком. В шесть лет она заболела воспалением слепой кишки и выжила лишь потому, что отец все-таки отвез ее к отцу, несмотря на все уверения религиозной фанатички матери, которая отрицала официальную медицину.
Интересно, что сразу после выписки девочка заболела воспалением среднего уха. Почти два года она была глухой, что, по-видимому, и обусловило ее последующее внимание к невербальной коммуникации. И, конечно, учитывая ее положение, она, как и все травмированные дети, решила удариться в психологию и начала свой путь с изучения психоанализа и попыток его применения в семейной терапии, в частности в терапии шизофрении, которая и стала всей последующей базой для теории коммуникации Сатир и Грегори Бейтсона.
Понимание семьи Вирджинией Сатир изменил один конкретный случай. Весной 1951 года она работала с двадцативосьмилетней клиенткой, страдающей шизофренией. Спустя около шести месяцев, она почувствовала улучшение, но вскоре Вирджинии позвонила мать клиентки, угрожая вызвать ее в суд из-за растущего эмоционального отчуждения дочери. Во время телефонного разговора Сатир заметила, что мать в действительности передает два сообщения: угрожает на словах и в то же время просит о помощи на уровне своей интонации. Сатир поняла, что ранее никогда не замечала на сознательном уровне такой пропасти между вербальным и невербальным содержанием послания. Вместо того чтобы ответить на угрозы, она спонтанно пригласила мать на терапию, решив помочь также и ей.
К огромному удивлению Сатир, клиентка в присутствии матери повела себя также странно, как и в тот день, когда она впервые познакомилась с ней. Во время первых встреч Сатир заметила, что клиентки в течении разговора наряду с вербальным передают и эмоциональное послание. Позднее у нее возникло впечатление, что между дочерью и матерью действовала неосознаваемая невербальная система сигналов: легкий наклон головы, изменение тона голоса, пожатие плечами и т. д.
После еще шести месяцев работы с дочерью и матерью, Сатир пришла идея пригласить на терапию отца. Это было необычно, так как мужчин в то время даже не считали элементом эмоциональной жизни семьи, но, вопреки ее ожиданиям, отец пациентки выразил готовность участвовать во встречах. Его присутствие привело к резким переменам, также как и появление полгода назад матери. Отношения клиентки и матери стали теперь очень хаотичными. Впервые Вирджиния Сатир смогла изучить влияние третьего лица на пару. Особенно заметными стали при этом меняющиеся коалиции этой тройки, отец – мать – дочь.
Но по-настоящему Сатир поняла механизм внутреннего взаимодействия этой семьи лишь тогда, когда появился последний ее член – брат пациентки. Когда все были в сборе, стало очевидным, что родители возвели сына в ранг божества, в то время как дочь превратилась в козла отпущения. Так Сатир убедилась, что рассогласованные семейные системы поддерживают внутреннее равновесие с помощью навязанных ролей, запретов и жестких правил, непререкаемых законов и нереалистичных ожиданий.
Вирджиния Сатир взглянула на семью как на целостную систему, подверженную всем особенностям любых открытых систем. Основной постулат состоял в том, что семейная система стремится к равновесию, для поддержания которого порой в ход идет навязывание ролей, система запретов или нереальные ожидания, что проявляется в особенностях коммуникации.
Параметры семейной системы
Как и в любом ответвлении системной семейной психотерапии, Сатир использует понятие о семье как о системе, которая может быть описана через ряд важных характеристик.
1. Энергетика семьи – это компоненты, от которых зависит жизнеспособность семьи: от экологии места проживания и качества питания до «объема» доступных эмоций и жизненных установок членов семьи. Психологическая составляющая энергетики получила название «эмоциональный котел».
«Эмоциональный котел» может оскудевать в отдельные периоды жизни семьи и быть более полным в другие. Оскудение эмоционального резервуара хорошо заметно по поведению детей в семье, они становятся зависимыми и беспомощными в эти периоды, тогда как в другие они более активны, любознательны, независимы.
2. Структура семьи – это члены семьи и их связи между собой. Обычно структура семьи подразумевает не только реальных членов семьи, но и других (живых и умерших) людей, которые играют значимую роль в отношениях и коммуникациях членов семьи. Например, если муж крайне зависим от своей матери, то она, номинально не являясь членом данной семьи, может оказывать серьезное влияние на взаимоотношения в супружеской паре. Другим примером может быть ситуация повторного брака, при которой один из супругов может иметь эмоциональную связь с первым партнером, тогда второй партнер будет постоянно находиться в ситуации сравнения и, возможно, будет проигрывать от этого сравнения.
В структуру семьи также включаются направления коммуникации, союзы, коалиции и оппозиции и изолированные члены семьи. При этом структура семьи во много определяется ролями, правилами и ожиданиями.
3. Правила – это некоторые нормы, которые делают поведение членов семьи взаимно согласованным и предсказуемым. Правила могут быть открытыми (проговоренными) и скрытыми. Примерами открытых правил могут быть такие: «по воскресеньям мы обедаем вместе», «когда отец отдыхает, его никто не беспокоит», «дети получают на карманные расходы определенную сумму» и т. д.
Однако наибольшее влияние на функционирование семьи оказывают скрытые правила. Обычно они принимают форму запретов на обсуждение определенных тем и выражение определенных чувств. Чаще всего к запрещаемым темам относятся такие, которые связаны с социальным осуждением типа «у отца есть дети от другого брака», «в семье есть психически больной», «ребенок родился с физическим нарушением», «брат отбывает срок в заключении», «родители не спят вместе» и многие другие.
Такие запреты наносят ущерб по двум основным причинам. Во-первых, они требуют больших энергетических затрат, как и любое умолчание. Во-вторых, эти темы становятся «слепыми точками личности» детей в семье. Несмотря на каждодневно наблюдаемый опыт, у ребенка нет никакого усвоенного от взрослых отношения к подобным проблемам, соответственно и не формируются навыки совладеющего поведения.
4. Ожидания. Наряду с правилами важны и ожидания. Чаще всего это ожидания супругов относительно друг друга или своих детей, которые возникают из-за невозможности принять других такими какие они есть. Например, один из супругов, может ждать, что другой: станет для него родителем; будет его обеспечивать; мечтает о том же, что и он сам.
Относительно ребенка могут быть такие ожидания: «он будет всю жизнь мне признателен и будет благодарить за мою заботу»; «он воплотит нереализованные мечты родителей»; «он положит конец супружеским ссорам». Понятно, что подобные ожидания мало связаны с реальностью, однако их неисполнение все равно приводит человека к разочарованию в партнерах, детях и в самом браке.
5. Навязанные роли. Правила и ожидания могут формировать и роли. Так муж может видеть в жене только домохозяйку, мама может сделать из сына своего союзника против отца, а детям приписывается роль родителей или роль супругов.
Одной из значимых ролей является та роль, которую обычно исполняет идентифицированный пациент, то есть тот пациент на чье состояние обычно и жалуется вся семья. Часто это дети, которым приписывается состояние больного, сумасшедшего или преступника. По факту же соответствующее поведение лишь помогает этому самому ребенку удержать семью в равновесии и, например, сплотить родителей.
6. Границы семьи. Близость и свобода взаимодействий в семье описывается через концепцию границ. Выделяют внешние и внутренние границы семьи, то есть те способы, с помощью которых члены семьи взаимодействуют между собой и с внешним миром.
При этом важно понимать, что у разных членов семьи могут быть и различные представления о границах. Например мужчина, который женился на женщине с ребенком, может считать, что лишь эта женщина является частью его семьи, в то время как жена включает в рамки семьи всех троих.
Границы могут быть жесткие и мягкие. Жесткую границу трудно пересечь как снаружи, так и изнутри. Это значит, что члены такой семьи не принимают у себя никого, а также не посещают другие семьи, клубы, не бывают в музеях, театрах, на выставках, т.е. не являются членами других социальных групп.
Закрытая внешняя граница является признаком семейного неблагополучия. Открытая (проницаемая) семейная граница – признак здорового семейного функционирования.
При этом в семьях с закрытыми внешними границами часто очень размытые внутренние границы. В таких семьях дети обычно менее самостоятельны, взрослые больше включены в их жизнь. Здесь все придерживаются семейных норм и ценностей, нарушение которых грозит остракизмом. Жесткие внутренние границы, наоборот, означают, что семейные отношения регулируются жесткими правилами и члены семьи не особо доверяют друг другу и не лезут в чужие дела.
Стили общения
Вирджиния Сатир заметила, что многие проблемы возникают из-за невозможности адекватной коммуникации в семье. Отсюда она говорит о коммуникативных барьерах.
Коммуникативные барьеры – это препятствия, которые возникают в общении из-за неумения слушать и слышать другого человека. Такими препятствиями могут быть определенные оценки, установки, убеждения относительно собеседника, занятость внутренними переживаниями и неспособность в момент контакта полностью посвятить себя другому. Постепенно коммуникативные барьеры слагаются в определенный стиль коммуникации.
Сатир выделяет пять наиболее типичных стилей общения в семье. Четыре из них являются непродуктивными и один присущ зрелым адаптированным людям. Непродуктивные стили общения формируются как попытка человека справиться с угрозой отвержения в значимых контактах или, проще говоря, как защитный механизм психики.
– Заискивающий стиль (жертва) – это человек, который отвергает себя раньше, чем его отвергнет кто-то другой. Он не спорит, не отстаивает свою точку зрения, не утверждает себя, а, напротив, соглашается, поддакивает, стремится соответствовать.
– Обвиняющий стиль (диктатор) проявляется в стремлении поучать, критиковать и контролировать другого, тревога такого человека снижается только при условии, если находится кто-то рядом, кого можно подавить. Заискивающий и обвиняющий стили являются взаимно дополняющими.
– Расчетливый стиль (компьютер) – человек, предпочитающий этот стиль, как правило, ведёт себя очень рассудительно и не выражает никаких чувств, кажется спокойным, даже холодным. Однако, это позиция игнорирования личности другого и сосредоточенности только на фактах и цифрах.
– Отстраненный стиль (неадекватный) избирают люди, которые избегают ответственности и определенности относительного чего бы то ни было: своих чувств, собеседника, ситуации в целом. Эта рассеянная манера общения, человек перескакивает с темы на тему, не слыша или не реагируя на реплики других людей.
– Зрелый стиль предполагает открытое, прямое общение, основанное на ощущении собственного достоинства и принятии другого.
Здоровье и болезнь
Концепция Вирджинии Сатир опирается на процесс коммуникации, и в целом всю ее терапию можно свести к работе с коммуникацией на разных уровнях.
В частности, для описания болезненного состояния пациента она использовала понятие о двойных связках и неконгруэнтности. Двойные связки – это известная благодаря НЛП концепция, разработанная Грегори Бейтсоном и независимо от него Вирджинией Сатир.
Данная концепция предполагает, что мы можем общаться на различных логических уровнях коммуникации (не путать с лженаучной концепцией Роберта Дилтса). Мы можем передавать различные сообщения, например на вербальном уровне в виде того, что мы говорим и на невербальном в виде того, что мы демонстрируем. Так мать может говорить своему ребенку «иди и обними меня», а сама от него отворачиваться.
Изначально такая концепция применялась для объяснения шизофрении, однако такое ее применение не оправдало себя и, конечно, шизофрению невозможно объяснить подобным образом. Однако концепция уровней коммуникации сыграла важную роль в семейной терапии.
В этом случае в качестве больного рассматривалось неконгруэнтное поведение, то есть поведение, которое не совпадает по смыслу на разных логических уровнях. Например, муж пытается рационализировать, хотя внешне видно, что у него все сжимается и он переживает. Жена орет на мужа, хотя на самом деле видно, что она демонстрирует потребность во внимании.
Неконгруэнтность может быть одновременной, когда несоответствия видны сразу на нескольких уровнях, например слова передают один смысл, а тело – другой, а может быть и последовательной, когда сообщения на одном уровне противоречат друг другу. Например, муж может заверять жену, что обожает свою тещу, однако, как только та приезжает, он всеми силами демонстрирует своё недовольство. Или жена может говорить мужу, что он достаточно хорош в сексе, однако каждую ночь жена находит повод для отказа от полового акта.
Из подобных взаимодействий и коммуникаций и формируется больная семья. Задача же Вирджинии Сатир была в том, чтобы привести членов семьи к конгруэнтности и помочь им прямо выражать свои желания.
При этом для Вирджинии Сатир конгруэнтное поведение – это когда существуют «Я», «ДРУГОЙ» и «КОНТЕКСТ». Проще говоря, человек должен быть конгруэнтен в трех сферах.
1. Слова, чувства и действия должны соответствовать друг другу. Человек должен прямо выражать, что думает и чувствует и демонстрировать это своим поведением.
2. Слова и действия человека должны быть направлены на соответствующий объект. Например, если женщине не нравится, что муж почему-то стал задерживаться на работе, она должна не срываться на ребенка, а прямо всё высказывать своему супругу.
3. Поведение должно соответствовать контексту и учитывать его. Например, жена должна не гнобить мужа за проступки 10-летней давности, а обращаться к тому, что происходит здесь и сейчас между ними.
Собственно, для того, чтобы привести членов семьи из состояния неконгруэнтности к состоянию конгруэнтности Вирджиния Сатир и использовала свою так называемую модель изменений.
Модель изменения
Одним из компонентов системы Сатир является пятиступенчатая модель изменений, рассматривающая этапы, через которые проходит группа в своем изменении и росте.
Этап 1: Статус-кво. Группа находится в своем обычном состоянии. Постоянно поддерживая отношения, члены группы чувствуют причастность и схожесть друг с другом. Члены группы знают, чего ожидать, как реагировать и как поступать в различных ситуациях. На этой стадии необходимо поощрять людей к поиску информации и прямо обращать их внимание на проблемы.
Этап 2: Сопротивление. Семья сталкивается с новыми факторами, влияющими на ее жизнь, на которые необходимо реагировать. Такими факторами могут быть, например, достижение возраста полового созревания детьми или обнаружение измены супруга. На этой стадии необходимо помочь людям открыться, осознать и преодолеть реакции отрицания, избегания или осуждения.
Этап 3: Хаос. Семья сталкивается с неизвестным. Отношения рушатся: старые ожидания больше не соответствуют реальности; былые реакции на ситуации перестают быть эффективными. Потеря принадлежности и идентичности вызывает тревогу и уязвимость. Здесь необходимо помочь создать безопасную атмосферу, которая позволит клиентам сосредоточиться на своих чувствах, осознать страх и получить поддержку.
Этап 4: Интеграция. Члены группы обнаруживают новые идеи и понимают, что они могут принести им пользу. Семья ощущает некую эйфорию. Возникают новые отношения, которые дают возможность для приобретения чувства идентичности и принадлежности. Здесь нужна помощь в поиске новых методов для преодоления трудностей
Этап 5: Новый статус-кво. Если изменения разумно разработаны и потом полностью принимаются, то группа и ее окружение начинают лучше ладить, а производительность команды достигает более высокого уровня, чем в былом статус-кво.
Примером этих этапов может быть сепарация от ребенка. Вот молодой человек стал взрослым, и родители стали замечать, что он приводит девушек домой и занимается с ними сексом. Предположим, он живет в маленькой квартире, где нищая семья собирается в одной комнате и, конечно, всех членов семьи такая ситуация приводит в шок. Начинается стадия сопротивления, и в итоге, если раньше сыну удавалось застать комнату свободной, то теперь в ней постоянно кто-то есть: либо мать, которая берет лишние выходные на работе, либо бабушка. Все же сын гнет свою линию и зовет девушек, заставляя всех уйти из комнаты. В какой-то момент родители признают потребности сына и покупают ему квартиру. Здесь начинается стадия хаоса, когда становится непонятным как взаимодействовать с сыном, как часто ему звонить и можно ли ходить в гости. Однако постепенно новые правила узакониваются, и семья приобретает новое стабильное состояние.
Техники семейной терапии
Техники семейной терапии направлены на то, чтобы помочь семье открыто выражать себя и удовлетворять свои потребности в браке. Говоря конкретно о Вирджинии Сатир, именно она дала рождение многим последующим техникам из НЛП, которые там, конечно, принципиально отличаются от оригинала, все же и их мы немного коснемся.
1. Карта семьи. Для диагностики семьи Сатир рисовала так называемые карты семьи. В них она составляла «хронологию семейной жизни», охватывающую три поколения. Эта хронология включала в себя следующую информацию: даты рождения и смерти членов семьи, а также имели ли место случаи мертворождения, выкидышей или абортов; социально-политическую атмосферу, в которой прошло детство родителей, бабушек и дедушек; все события, оказавшие влияние на жизнь семьи: вступление в брак, развод, переезды; степень зависимости членов семьи друг от друга; имена и краткое описание тех людей, которые, не являясь кровными родственниками, оказали влияние на семью.
Составляя такую карту, Сатир сначала задавала лишь нейтральные, касающиеся основных дат, вопросы, чтобы сперва создать непринужденную обстановку. Постепенно она переходила на вопросы личного характера, подробно расспрашивая о каждом члене семьи, его личностных особенностях и стиле поведения, а порой даже раскрывая семейные тайны.
Подобная карта помогала выявить сценарий семейных отношений и причины поведения тех или иных членом семьи, а также их ожидания и убеждения.
2. Калибровка и амплификация. В своей работе Сатир активно использовала наблюдение за невербальной информацией, а также техники усиления и копирования жестов и движений на подобии того, как это делается в гештальте. При этом она отмечала тон голоса и слова, употребляемые ее подопечными, неожиданные переходы от крика к шепоту.
Присматриваясь к языку тела, психотерапевт собирала и копила информацию, чтобы потом проанализировать значимость каждого жеста. Особенно важными для нее были перемены, касающиеся выражения глаз и лица, частоты и глубины дыхания, позы. Она также оценивала дистанцию, которую человек занимал относительно других людей. Психотерапевт преувеличивала важные невербальные проявления так, что на них нельзя было не обратить внимание.
3. Отслеживание процесса. Сатир также применяла технику отслеживания. Она обращала внимание на последовательность транзакций. Например, она могла заметить, «когда сейчас вы начали спорить, ваша дочка поникла».
4. Рефрейминг. Сатир использовала и технику рефрейминга, то есть она старалась трансформировать негативные заявления и реакции членов семьи в позитивный запрос. Например, если мужчина заявлял: «Меня бесит, что она постоянно лезет ко мне во время работы», Сатир могла бы спросить: «Правильно ли я поняла, что вам хотелось бы иметь время для уединения и свое личное пространство?»; если жена жалуется «Мой муж ничего не делает по дому, все лежит на мне», Сатир могла бы спросить «Правильно ли я понимаю, что вам просто хотелось бы получить помощь?».
5. Конкретизация. Сатир использовала и конкретизацию, которая затем переросла в метамодель из НЛП. Суть техники состоит в уточнении абстрактных фраз и запросов, которые возможно решить лишь на уровне конкретики. Например, если после рефрейминга жена заявляет: «Он меня больше не любит», Сатир могла бы уточнить «А как конкретно вы поняли бы, если бы он вас любил? Что он должен делать и как показывать свою любовь?» подобный вопрос позволил бы сформировать уже конкретную последовательность действий, которую должен выполнять муж для удовлетворения потребностей жены.
6. Ослабление запретов. Среди специфических техник семейной терапии использовался метод ослабления запретов. В своем исполнении он может иметь множество вариаций, однако суть остается той же – поставить под сомнения семейные правила. Например, стандартный вопрос «Что вы чувствуете?» уже ставит под сомнение правило «не говорить в семье о своих чувствах». Или, если супруги заявляют: «В семье должен быть главным кто-то один», Сатир могла побеседовать на тему: «Действительно ли семья устроена столь иерархично и можно ли поочередно брать на себя роль лидера».
7. Коррекция навязанных ролей. Сатир работала и с навязанными ролями. Иногда это происходило также в форме коррекции убеждений, связанных с той или иной ролью, типа «Я всегда должна заботиться о папе» или «Без меня родители будут ссориться». Но терапевт могла и намерено моделировать ситуации по-новому. Например, если ребенок в семье становился козлом отпущения, Сатир помогала разобраться родителям между собой, не втягивая в конфликт ребенка.
