Целую твой Михаил. 19/VIII-42г.
Письмо 5. ((30).08.42)
Здравствуй дорогая моя Эмма!
Люся и Валя
Вот сегодня счастливый день: впервые получил от тебя сразу 3 письма, одно от 12/VIII т.е. очевидно последнее, дошло сравнительно быстро и 2 письма нашел у почтальона в архиве одно из них от 19/VI, а второе от 24/ VI, оба уже устаревшие.
Это день прямо какой-то необыкновенный. Первые письма завалялись в архиве почтальона потому что ты неправильно написала адреса вернее не точно, может быть и я в этом виноват теперь не помню.
Одно в письме в последнем от 12 августа не ясно, ты пишешь, что Валечка начинает поправляться и разговаривать, а разве он болел, ведь я об этом не знаю. Милый мой сыночка не везет ему все время как я об нем соскучился ну прямо таки передать тебе не могу и об Люсиньке тоже. Хочется их обоих подержать на руках крепко прижать к себе и целовать без конца.
Эмма, ты в последнем письме пишешь о поведении женщин и в частности твоем. Я должен тебе на это сказать что я тебе до сих пор как женщине как самому близкому для меня другу и товарищу верил и верю в твою порядочность. Но знай, что об этом не стоит хвалиться и козырять а также тратить много слов. Искренняя скромность человека – женщины прежде всего. Помни одно, что у нас с тобой дети и наша с тобой жизнь впереди, следовательно любя друг друга и любя своих детей – мы оба не должны осквернять чистоту супружеских отношений. Я например может быть иногда позволяю шутить на словах на деле совершенно далек от всяких грязных помышлений. Эти мои слова запомни навсегда, моя дорогая Эмма.
Ну так наступают холодные ночи дело близится к осени, Эмма тебе нужно позаботиться о зиме, своевременно засолить огурчиков, помидор, капусты а то ударит мороз один и ничего не будет.
Новостей у меня особенных никаких нет т.к. жизнь протекает очень однообразно только все больше прибавляется работы.
Привет всем знакомым.
Крепко целую тебя, Люсю и Валю.
Михаил.
На обороте:
Обстановка в работе совершенно изменилась. Существующая ранее беспорядочность стала изживаться во всем полку. Во всем такая строгость.
Подсобное хозяйство Алешин политрук сдает полеводу тов. Катрич который назначен начальником.
Письмо 6. (09.09.42) (треугольник)
Здравствуй дорогая моя Эмма!
моих милых Люсю и Валю.
Как говорят сижу у моря и жду погоду. Вот уже неделю жду назначения в какое-то маршевое подразделение, еще помначштаба заболел, который ведает этим делом.
Нахожусь в роте тылового обслуживания и откровенно говоря – отдыхаю т.к. начштаба приказал ждать приказания.
Ну я и жду. Только одно немного неприятно ангина меня мучает – горло болит, голоса нет, сильный кашель. Повидимому в холодные ночи простыл.
4-го/IX в пятницу приезжала ко мне мать из Саратова привозила курева и как говорят порцию свежего куха, рассказывает что Фадеевич оставлен в Саратове в связи с сильным ушибом руки. Получаю письма от Леонида и Болдырева.
Новостей пока никаких. Адрес прежний. Желаю здоровья. Крепко крепко целую твой Михаил.
9 сентября 1942 г.
Треугольники
Письмо 7. (21.09.42) (треугольник)
Здравствуй дорогая Эмма!
Целую моих милых Люсиньку и Валичку.
Совершенно случайно и неожиданно сейчас около красноармейской столовой встретил человека и кого ты думаешь Николая Васильевича. Сидит на скамейке ждет обед. Страшно он похудел, наверное не по губе ему такая обстановка. А я все героем себя чувствую. Он оказывается с 11/IX у нас в лагерях и служит с водой со мной команде только в разных подразделениях я в роте разведчиков, а он в 1-м мотострелковом батальоне. Говорить много не пришлось, обещал вечером ко мне зайти. Значит мы с ним вместе скоро поедем на фронт. Сейчас усилено изучаем военное дело. Жду приезда матери и от тебя письма. Пиши по старому адресу.
Крепко крепко целую тебя и ребятишек. Привет Паше и Наде.
Твой Михаил. 21/IX-42
Мартюкову (25.09.42)
Фадеевич!
Я нахожусь в специальной мотострелковой бригаде оснащенной всем вооружением до зубов.
Мое подразделение в бригаде, рота разведчиков. Рота снабжена автомашинами, бронемашинами, мотоциклами, бронетранспортерами, пулеметами, автоматами.
_______________
Уже все обмундированы ждем дополнительно техники и должны выехать на фронт.
Куда на какой фронт конечно пока никто не знает.
Но вообщем очень скоро если еще недели проживем то очень хорошо.
Ну Фадеевич повидимому тебе пока участь может быть счастливая быть дома вернее при доме. Желаю всего наилучшего. Целую тебя и Фаину.
Михаил. 25/IX-42
На обороте обрывки (не все разобрал):
Насчет картофеля сена
Насчет посуды ложки, стакан …. селедки
и имена: Карвев Петр Яковлевич Тина Антоновна
Письмо 8. (29.09.42)
Здравствуй дорогая моя Эмма! И милые мои Люсинька и Валичка!
Почти десять дней ничего я вам не писал потому что не было ясности, где и в каком подразделении я буду находиться. В последнем письмишке я вам сообщал, что пока нахожусь в Р.Т. отдыхаю. Ну вот второй день сегодня вопрос решился окончательно я зачислен в новую мотострелковую команду 59 в роту разведчиков.
Вот уже обмундировывают, так что получу я от вас письмо или нет не знаю, скорее всего, что получить не смогу. Но это не говорит за то чтобы ты мне не писала. Много разных причин нам неизвестных может быть и получу еще ваше письмо, крайне хотелось бы.
По вопросу отпуска меня был запрос из штаба ПРИВО, но где-то запропал очевидно когда решат когда меня не будет.
Одним словом дорогая моя Эмма очевидно скоро я буду на фронте и на самом опасном ответственном участке – буду там где должен быть каждый советский гражданин любящий свою родину. Иных новостей у меня никаких нет. Самочувствие хорошее, духом бодрый. Правда от небольшой простуды чувствуется легкий грипп и сильный насморк – ну это все пройдет.
Будем сегодня Эмма рассуждать не на авось, а возможность, что получу от тебя письмо, а если представится возможность с попутчиком вышли до Саратова мне посылочку. Из съедобного многое ничего не нужно что-нибудь может быть немного вкусненького и обязательно шерстяные носки и шерстяные варежки с 2-мя пальцами тонкие из верблюжьей шерсти. А матери я напишу, чтобы немедленно мне доставила.
Затем я забыл тебе сообщить в предыдущих письмах, что в делах конезавода есть приказ НКСХ или постановление СНК-СССР, полученное в 1941 г. изданное во время отечественной войны о том, что семьи руководящих работников и специалистов совхозов призванных в Красную армию, сохраняют полное право на ранее занимаемые квартиры. Я это хорошо помню, оно получено уже когда я был в конезаводе №32. Ну а если Духовнов прет на рожон пусть отдадут тебе рядом квартиру, чтобы только не ругаться и не обострять взаимоотношений.
Еще один тебе Эмма наказ – люби наших милых детей Люсиньку и Валичку и воспитай их в духе ненависти к заклятому врагу фашизму – нацистам, поработителям свободолюбивого человечества. Сама не кичись, но будь в достоинстве гражданки-красноармейки.
Эмма на зиму заготовь во время овощей особенно помидор, моркови, луку. Это особенно ценно для детей. Лук организуйте купить в Бобровке или Жестянке.
Пиши пока по старому адресу, я договорился мне передадут, а новый адрес нам пока неизвестен.
Всем привет особенно Паше и Наде.
Крепко крепко всех целую. Твой Михаил.
Письмо 9. (06.10.42)
Здравствуйте дорогая моя, милая Эмма
Шлю тебе горячий привет и также горячо целую Люсиньку и Валичку.
Получил от тебя письмо сначала одно, а через несколько дней второе, лот души благодарю тебя. Получить от семьи и любимого человека письмо это составляет необычайное удовольствие. Первое письмо очевидно является ответом на мое письмо Люсиньке, передай ей Эмма, моей доченьке, что папка очень доволен ее обещанием быть хорошей послушной дочкой.
В этих письмах ты дважды обещала приехать ко мне в первом обещала выехать 10/IX, а во втором 22—23 сентября, но сегодня уже 5 октября а тебя все еще нет, было бы конечно очень хорошо если бы ты смогла приехать, но я надеюсь, мне кажется тебя не отпустят, да и просить сейчас трудно.
Ну несколько слов о себе, а потом по больным вопросам тобой затронутым.
Самочувствие мое хорошее. Ангина как будто прошла, но вернее приняла хроническую форму и я остался без голоса, сегодня мне делают состав лекарства, попробую лечить еще, а с другой стороны и некогда этим заниматься. Я тебе сообщал нахожусь я в отдельной роте разведчиков одной воинской части. Давно отмундированы получаем лучшее питание. Своя отдельная походная кухня. Приятно ребята все и командиры все подобрались боевые уже по несколько раз побывавших на фронте и по несколько раз многие были ранеными. Я из них почти старше всех. На днях еще прибыли двое один 1903, а другой 1905г., а все-таки меня зовут или стариком или батькой. Ну это конечно дела не меняет из меня боец не хуже молодого.
Как перевели меня в это подразделение я вызывал мать, она приезжала ко мне два раза на одной неделе на одной неделе привезла мне телогрейку которую ты оставляла, затем Фадеевича шерстяные носки и перчатки оставила мне денег 60 руб., привозила кое что покушать, оладей, пару яиц, арбузом угостила. Многим она конечно не располагает. Да жаловаться не на что, нас кормят не плохо, хлеба дают 800 грамм. Жиров маловато но на это предъявлять претензии сейчас было бы глупо. Приварок три раза в день приличный.
Сначала предполагалось, что мы должны с каждым днем выехать на фронт, а теперь нас усиленно готовят, оснащаем технику. Во всяком случае долго здесь не задержимся если октябрь числа до 20—25 проживем то это очень хорошо, но ведь главное точно никто ничего не скажет и не знает, может быть через три-четыре дня выедем, а может и весь месяц проживем. А возможно даже временно переберемся в соседнюю деревню адрес я тогда оставлю в подсобном хозяйстве, я это тебе все говорю потому, что может быть ты еще приедешь ко мне повидаться и соскучился я о тебе очень и поговорить хочется.
В последнем письме ты пишешь о нанесенном тебе я так пониамю оскорблении со стороны тов. Духовного, меня до глубины души обидела только для меня немного одно не ясно чем это вызвано, или нежеланием освободить квартиру для него или потому что твое национальное лицо ему не понравилось. Я ручаюсь собственной головой за тебя и одновременно с этим я пишу Духовному и Иваческо одно письмо к обоим. А если понадобится напишу и дальше или облисполкому или даже Верховному Совету. Я понимаю тебя сейчас, что очень тяжело пережить подобное моральное состояние, но что сделать тебе нужно набраться мужества, понять все глубже и попросить помощи районных организаций если нужно сходи в НКВД или в райком партии. А выезжать пока воздержись. Лучше бы конечно поговорить нам лично, всесторонне обсудить. Ведь ехать к матери сейчас не так просто с 2 детьми на такое большое расстояние – значит ты должна лишиться всего, а продать все иметь деньги равносильно бумажки так как их невелика ценность и ты обречешь себя на тяжелое материальное состояние и мучения, за дорогу ты можешь потерять детей, а ты понимаешь что значит лишиться любимых детишек. Так вот рассуждай по всем этим вопросам не узко с личной колокольни, а с точки зрения государственной.
Выезд к матери может быть только тогда когда будет неотложная необходимость.
Эх милая Эмма, жалко мне тебя больше всего на свете, придется может быть многое тебе пережить. Но ты верь в одно общее дело, война всетаки должна скоро кончиться, победа будет за нами. Я и почему то верю в себя что буду жив, в каком бы состоянии не был может быть весь изуродованный, а все таки вернусь «жди меня и я вернусь». А ты лучше больше будь дома. Хочется надеяться еще раз на твой приезд, особенно не загружай себя сухарями если поедешь, много везти не надо. Главное шерстяные носки рукавицы, потому что мать взяла от Фадеевича.
Мы живем сейчас в землянках около столовой, если приедешь мимо нас не пройдешь, мать знает где. А если выедем в деревню то тоже недалеко я оставлю адрес в подсобном хозяйстве. Тут деревня – 3 км.
Ну до приятного свидания
Крепко крепко тебя целую и дорогих Люсиньку и Валичку.
Михаил.
Привет Наде, Паше и всем знакомым.
6/X-42г.
Со Стягиным часто встречаюсь он ходит ко мне в гости. Говорит жена живет в Пугачеве, но писем не получал не одного.
Новый адрес точно без малейших добавлений: Татищево Сарат. обл. Воинская часть 2065 №185 мне.
Письмо 10. (23.10.42) (треугольник)
Здравствуй моя дорогая Эмма, Люся и Валя!
Я от души рад, что побывали у меня, глубокие инстинктивные переживания близкого человека оправдались, ты молодец, все же успели вовремя приехать повидаться.
Так хотелось повидать Люсю и Валичку, прямо с ума не сходит, ну что делать, будем надеяться не будущее, если судьбой написано быть живым значит вернусь – жди меня.
Вчера послал тебе из Татищево телеграмму.
Едем на фронт, но на какой? Жди писем с фронта.
Едем весело и сыто. Все одеты в теплую одежду.
Ну до приятного свидания
Крепко крепко целую тебя, Люсю и Валю. Ваш папка. Ст. Балашев. Привет всем
23/X-42г
