– Да, знаю я… а вчера не знал. Думал, тебя Гриша мне сосватал. Я из Москвы приехал. Рад познакомиться, Демьян, – протягиваю ладонь.
– Вчера ты назвался Добрыней, – презрительно сощуривается.
Какая она… Молоденькая. Лет двадцать пять, наверное. Свежа, словно сорванный с дерева персик. В белом шелковом халатике. Ложбинка видна.
– Так, к слову пришлось. Слушай, у тебя есть кофе? – спрашиваю, неожиданно смутившись. Не привык ничего выпрашивать, сами всё всегда предлагают.
В отеле кофе не нашлось, а Гришу беспокоить не стал.
– Убирайтесь! – закатывает глаза.
– Но я же извинился.
– Что мне до ваших извинений? Вы мне… моральную травму нанесли!
– Готов исправиться. Загладить свою вину ужином в ресторане.
– Лучше уходите, – оглядывается в квартиру.
Похоже, она не одна.
– Забав… Честное слово, мне жаль, что так вышло.
Убираю ногу, и девушка раздражённо захлопывает дверь.
Кретин… Мямля. В декольте ее уставился и два слова связать не смог.
Покупаю кофе на вынос и еду на службу. Наверняка, меня уже заждались.
***
Этот маньяк задался целью меня преследовать! Я чуть не сошла с ума от ужаса, когда увидела его на пороге своей квартиры. Открыла не глядя, думала, что соседка ключи принесла. А если бы он ворвался в моё жилье?!
Обошлось…
Фух, сердце до сих пор из грудной клетки выпрыгивает.
– Кто приходил? – дергаюсь от неожиданности и врезаюсь в монолитную грудь Давы.
– Никто.
– Я слышал, что ты разговаривала с каким-то мужиком. Хахаля себе завела, да?
– Хватит, Давид! – морщусь.
Каждый божий день я слышу от него этот вопрос. Я устала от него, я сто раз его прогоняла, но он всегда находит повод, чтобы вернуться. И вот, этой ночью опять шумел под дверью. Пришлось впустить. А то соседи и так на меня зуб точат.
– Забав, – обнимает меня сзади. – Давай мириться… Хочу тебя, пиздец.
В мою попу упирается его заряженное орудие.
Опять он за свое!
– Нет, – дергаюсь в сторону.
– Чё нет-то?
– То нет, Дава. Я не хочу секса.
– Со мной не хочешь или вообще? – раздувает ноздри.
Вдруг вспоминаю вчерашнее «нападение» мента, и меня охватывает волнение. Вчера я испытала иррациональное чувство покорности этому незнакомцу.
И почти покорилась…
Что это вообще было? Дава меня выдрессировал? Так я вроде избавилась от токсичных отношений. Ключевое слово: вроде. Давид по-прежнему считает меня своей и бдит. Пытался вчера даже залезть в мой телефон. Еле вырвала из его рук.
Единственное, что меня устраивало в этом мужчине – это постель и защита. Но защита оказалась мнимая, а постель быстро скатилась к обычной похоти (со стороны Давида). Оказалось, что теперь мне нужна защита от него. Но в нашем городе вряд ли найдется подходящий защитничек.
– У меня месячные вот-вот начнутся, – приходится врать.
– Да плевать. Я много раз тебя трахал и при них.
Давид дергает за пояс халата, и полы расходятся в стороны.
– Прекрати. Тебе разве на работу не нужно?
– Нужно. Но я немного задержусь, – прижимает меня к столу и хватается за ягодицу.
– Давид, мы больше не вместе, – напоминаю ему.
– Вместе. И сейчас я докажу тебе это…
Глава 4
– Капитан Руденко?
Звонкая тишина в ответ.
– Давид Давидович? Отзовитесь, – поднимаю голову от бумаг и разглядываю собравшихся в кабинете оперативников.
В ответ раздается негромкое:
– Нет его. Задерживается.
– Задерживаться могу я, а капитан опаздывает.
Подсунули каких-то олухов. Как им вообще можно координировать следствие? Двое с перепоя, глаза красные, как у вампиров. Третий громко и часто икает.
Не выдерживаю, наливаю стакан воды и подношу бедолаге. Тот с благодарностью смотрит на меня и выпивает до дна.
Четвертый опаздывает. Хер короче положил на новое начальство этот Давид.
– Значит так. Сейчас просмотрю все материалы по делу Ереминой. Несите всё.
– Дело в сейфе у Давы, – говорит переставший икать мужик. – То есть у Давида Давидовича.
– Чудесно. Значит, будем хуи пинать в ожидании появления вашего начальника.
– Я это… Могу пока за кофе сходить, – предлагает один из опохмелышей.
– Двойной эспрессо.
– Есть! – вышагивает из кабинета.
Перебор как есть. Угодить пытаются, потому что знают за собой кучу косяков.
Я сажусь в расшатанное кресло и кручусь вокруг оси.
Коллеги напряжённо помалкивают. Гнетущую тишину нарушает скрип открывшейся двери.
– Доброе утро, – в помещение входит здоровенный мужик. Скрещиваем взгляды, в его глазах мелькает раздражение.
– Здравия желаю, товарищ майор, – отдает честь бычара.
– Руденко, должно быть? – спрашиваю вкрадчивым голосом.
– Так точно.
– Где ж тебя носит, товарищ капитан?
– У зазнобушки своей был, – тихо хихикает один из похмельных. Давид недовольно на него зыркает и тот замолкает.
– Девушку в больницу отвозил.
– А что с ней?
– Болезненные месячные.
Я не пойму, он троллит меня что ли, отвечая на вопросы с каменной физиономией?
– Это у тебя, капитан, будут болезненные месячные, если через минуту на моем столе не будет лежать дело Ереминой. Вольно.
Давид расслабляется и отпирает сейф. Достает папку и кладет на край моего стола.
Не нравится мне этот тип. Наглый, самоуверенный, дерзкий. Зато бабы по таким как он сохнут. Вне всякого сомнения, Руденко прекрасно провел это утро, в отличие от меня.
Из головы не выходит Забава. Так и стоит ее красивый образ перед глазами. Умри, но подкати к ней ещё разок.
И получи от ворот поворот.
Листаю дело. Все очень запутанно и странно. Пропала девушка, исчезла без следа. Все было бы замечательно, если бы она срочно не понадобилась одному важному человеку.
Ариана Еремина. А имя-то какое ненашенское! И внешность у девочки яркая. Ей всего двадцать.
Где же ты, Ариана? В моих интересах найти тебя как можно скорее и уехать отсюда.
Дело забуксовало. И меня как крайнего отправили искать принцессу и доставить ее под белы рученьки туда, куда надо. В кратчайшие, мать его, сроки!
– Здесь написано, что за день до исчезновения Ереминой, камеры засекли какого-то парня в ее подъезде. Где фото? – спрашиваю олухов.
Пожимают плечами и скорбно поджимают губы.
Охрененно!
– Изъятая видеозапись? – вздергиваю бровь.
– Потерялась.
– Вы вообще опера или… офисный планктон?
Дело лежало в запертом сейфе, половина материалов утеряна. Понятно, что они просто держали его у себя и тупо ждали, когда выйдет срок и можно передать дело в прокуратуру.
– Оперуполномоченные мы, товарищ майор, – с задержкой отвечает опер по имени Вася.
– Так работайте оперуполномоченные, работайте! Достаньте фото парня. Почему его не проверяли? Бардак.
Давид сжимает губы, словно запрещая себе вступать со мной в перепалку. Видимо парень не привык к нагоняям. Начальник отдела у них тут на редкость апатичный мужик, которому давно пора на пенсию. Вот и процветает расхлябанность при личного состава.
– Вот, Демьян Александрович, нашли того парнишу. Святослав Краснов звать, – опер кладет мне на стол пропавшую из дела фотку.
Давид куда-то свалил, сославшись на срочные дела. Нам явно с ним в одном помещении тесно.
– Отправь кого-нибудь к нему домой.
– Так заняты все.
– И что, ты предлагаешь метнуться мне? – сощуриваюсь.
– Нет, просто я… – блеет.
