Сборник "Поэзия на европейских языках в переводах Андрея Пустогарова"

Начало

тополей аллеи уходят,
остается отблеск,
тополей аллеи уходят,
остается ветер

расстилается ветер,
как саван, под небом

на плаву остается
на реках тихое эхо

светляков засыпана зернами,
память моя застонет

Крохотное сердечко
кровоточит на ладони

Preludio

Гитара

Начинает стонать гитара.
Раскололась похмельная рюмка*.
На рассвете стонет гитара.
Этот стон скрывать бесполезно.
Скрыть его невозможно.
Она стонет так монотонно,
как вода, она стонет
так, как воздух
среди снегопада, стонет.
Этот стон скрывать невозможно.
О далеких краях она стонет.
Словно это песок раскаленный,
о камелиях белых стонет.
Словно стонет стрела без цели.
Словно стонет вечер без утра.
Словно мертвая птица о ветке.
О, гитара!
Пять клинков тебе сердце терзают.

Se rompen las copas

de la madrugada – вторая фраза стихотворения

позволяет также перевести ее как

«Распускается крона рассвета».

La Guitarra

Сад в марте

Моя яблоня,
у тебя уже тень и птицы.

Из моих причудливых снов
подымается ветер.

Моя яблоня
окунула в зелёное руки.

Уже в марте я разглядел
белый лоб января.

Моя яблоня
(внизу ветер)

Моя яблоня
(вверху небо)

Huerto de marzo

Слива и апельсин

Ах, девочка,
злая моя любовь!

Слива и апельсин.

Ах, девочка,
светлая девочка!

Апельсин
(брызги солнца)

Слива
(на гальке у воды)

Naranja y limon

Стон

Крик чернеет в воздухе
очертанием кипариса.

(Бросьте меня горевать
на этом поле.)

Все сгнило на свете,
осталась лишь тишина.

(Бросьте меня горевать
на этом поле.)

На черном небе
только укусы костров.

(Говорю вам: бросьте меня горевать
на этом поле.)

\Ay!\

Дрожь

Навсегда в моей памяти
с отблеском серебра,
росой на камне.

В ровном поле
прозрачное озеро,
заглохший родник.

Temblor

Песня луны

Луна входит в кузницу в платье,
с турнюром из лилий.
А мальчик глядит, пораженный.
А мальчик застыл, пораженный.
И в воздухе потрясенном,
манящие, непорочные,
луна показала груди,
что словно застывшее олово.
– Луна, беги прочь поскорее.
Не то воротЯтся цыгане,
скуют тогда светлые кольца
из сердца они твоего.
– Нет, мальчик, дай я потанцую.
Когда возвратятся цыгане,
найдут тебя на наковальне
с закрытыми туго глазами.
– Луна, скачи прочь поскорее,
держу лошадей в поводу.
– Нет, мальчик, дай я потанцую.
Не мни мне крахмальное платье.

Все ближе копыта,
что бьют в барабаны равнины.
А в кузнице – мальчик,
глаза его туго закрыты.

Прищурив глаза,
задрав вверх гордые головы,
из рощи выходят,
как бронза и сон, цыгане.

Как ухают совы!
Как ухают совы на дереве!
Взяв мальчика за руку,
уводит луна его в небо.

А в кузнице плачут цыгане,
от горя кричат цыгане.
А ветер, как парус, как парус.
А ветер, как стража.

Romance de la luna, luna