– Мяаааааааааааааааа!
– Да, да, я понял, что ты только одну букву алфавита знаешь, рыжее ты, тупое пиздострадалище. Пошли к моржу, это тоже твой новый друг. Он знает все на свете. Даже откуда такое рыжее уебище на южном полюсе появилось.
Они едва дошли до пещеры пьяного моржа.
– Моооорж, ска, мооооорж! Наливай! Я веду с собой нового чувака. Он в меру стремный и в полмеры нестремный, молчаливый, наглый выебок. Короче, наливай!
Пингвин-дурак и яйца свободы
В то морозное утро на полюсе разгулялась нехилая пурга, так что погода как бы говорила: «Займи да выпей». Поэтому Кот-дебил и Пьяный морж подвергали свои организмы обильными возлияниями, сидя в пещере. На входе маякнул Пингвин-дурак.
– Че, как сами, сучата? Слышали звон? Так это мои яйца на морозе звенели.
– Мяяяяяяяяяяяаааа!
– Категорически приветствую, старый друг.
– Толстяк, сблевни-ка чаго-нибудь погорячее. Щас такую бабуйню расскажу, ик, охереете.
«Короче слушайте, – начал Пингвин-дурак, допив до дна. – Моя пиздосамка тут давече мне заявляет, мол так и так, хочу детей. Я такой, пффф, краля говно вопрос, любой каприз, бл, для моей сучечки».
Самому-то в лом, конечно, буээээ, но мы только недавно помирились, не хотелось новых пиздостраданий и скандалов. Я сделал вид, что обрадовался, а сам поперся к Лу, ик, ска, придумывать, как отмазаться, ну и заодно спросить у этого старого скряги, че да как, у него, вроде, есть пиздюки.
Поднабравшись, как следует, и по древней пингвиньей традиции, обхуесосив гондона Стива, спрашиваю, мол: «Лу, так и так, ты же батя? Моя потомство хочет, бл, а говорят, они, пока яйца высиживают, стервы еще те и не дают. Это правда?»
Он мне такой: «Ты дурак, ска, бл? Вообще-то пингвины по очереди яйца высиживают, пока она своими делами занимается, сидишь ты».
«Я охуел, ребзя, если честно, – сказал пингвин, почесав яйца, – то есть, мало того, что я на собственных яйцах все время сижу, под меня еще и третье подложат?! А если гаденыш вылупится, пока я сплю? Увидит там червячка и хряпнет меня за, буэ-э-э, висюльку? И херли я должен со скорлупным сидеть дома, пока она где-то шляется?»
– Ну ты же шляешься!
– Так я-то говнюк! Мне можно по святому праву говнючности.
– Мяяяяяяяяяяяаааааа, дети – это большая ответственность, Пинг. Нас вот семеро родилось, правда, всех в ведре утопили, а я как-то вылез и свалил.
– Че ты орешь, чупакабра рыжая? Ты вон, свои по десять раз на дню вылизываешь. Скажи спасибо, что тебе их не отчикали. Ответственность ему, бу-бу-бу, ска. Скоро Пасха, раскрась их и стучи друг об друга, епта!
– Кот-дебил прав, таким опездолам нельзя доверять детей, – сказал морж, как всегда, голосом, преисполненным мудростью. – Откажись сейчас, не еби мозгу ни себе, ни ей, ну какой из тебя батя?
– Ты че, пивная бочка, думаешь, я, ска, не справлюсь? Яйца просто дороги. У тебя-то из-за пуза, поди, зеркальная болезнь! Свои только в зеркало видишь!
«Хотя, ты всегда прав, – сдался пингвин, – все знают, что Пьяный-морж знает все на свете, даже такие ругательства, которых я не знаю. Наливайте, вздрогнем, кореша».
Пингвин хоть и сделал печальный вид, но внутри его пропитой душонки отбивал радостный танец злобный Пеннивайз.
Пингвин-дурак и Умка
В обычный пьяный четверг Пингвин-дурак, стоя у края льдины, искал своим нетрезвым взором до кого-чего бы доебаться, как вдруг почувствовал, как что-то холодное тычет его в бок. Переместив свой почти сфокусированный взгляд в нужную сторону и опустив его немного ниже, он увидел…
– Че, ска, че, бл? Ты же, бля, сраный, ик, гребанный паразитеныш белого медведя! Какого, ик, ска, какого ты перенахера на Южном полюсе обосрался? Вас же, ик, тут не водится. Вы же на другом конце злоебучего земного шара живете?!
– Привет, я – Умка.
– Какая, в пиздень мне трещину, еще Умка?!
– Я приплыл на льдине, чтоб найти своего папу. Мама сказала, что он живет здесь, что он – пингвин и дурак, вы такого не знаете?
Пингвин-дурак нервно почесал то место туловища, откуда выходят зловонючие отголоски употребленного в пищу, и вспомнил свой давнишний алкотрип через всю планету с Южного полюса до Северного.
– Эм, слышь, пацан, тут, ска, ик, таких нет, – сказал пингвин. – Разве что старый Лу. Вон там эта старая гондоналивайка живет. Это он, по-любому, дурак и, к тому же, пингвин.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
