– И тогда об этом узнает папа, а ему нельзя волноваться, – она отрицательно покачала головой, отчего её волосы рассыпались непослушной гривой по плечам. – Поэтому ничего я писать не буду.
– Ты же понимаешь, что завтра из-за них может пострадать другая девушка? – попытался достучаться до неё мужчина.
– Понимаю, но здоровье папы мне важнее.
А потом ещё все сетуют на высокий уровень латентной преступности. Конечно, если молчать и беспокоиться о чём угодно, но только не о собственной безопасности, чего ещё можно ожидать?
– Поступай как знаешь.
Не скрывая своё недовольство, он повернулся к рулю и уже хотел тронуться с места как услышал:
– Так ты не извращенец?
– Не извращенец.
Теперь она наклонилась к нему и воздух вокруг сразу же пропитался ароматом спелой клубники. Сладким. Ярким. Заманчивым. В который Саше невольно захотелось окунуться с головой. А девчонка как на зло, словно что-то почувствовав, придвинулась ещё ближе, вторгаясь в его личное пространство. Ему даже руку не нужно было вытягивать, чтобы взять за тонкое плечико, привлечь к себе и…
– А зачем тогда машину запер?
– На всякий случай, – мужчина обвел глазами черты её лица, ненароком зацепившись за розовые губы. – Вдруг те трое решили бы кинуться следом.
– А-а-а, вот оно что, – протянула девушка, улыбнувшись. – А я уже было подумала, что меня проклял кто-то. Не успела убежать от одних отморозков, как в тебя вляпалась.
– Вляпалась?
– Ага, по уши, – она улыбнулась ещё шире. – Меня зовут Катя.
Барби с ним флиртовала. Уверенно, открыто и совсем не смущаясь. Будто не она несколько минут назад испуганно вжималась в кресло. Такая способность быстро переключаться поражала и вызывала зависть. Сам Саша подобным похвастаться не мог и чтобы полностью отвлечься от злости на тех троих му*аков на спокойный разговор ему понадобилось несколько секунд, которые он потратил на её разглядывание.
– Александр, – наконец произнёс мужчина.
– Очень приятно. Во избежание неловкости и домыслов ещё раз повторю, что я не проститутка. Мы с друзьями отдыхали в баре, потом ко мне привязались те трое, я вырвалась и случайно села к тебе в машину.
– Я это уже понял.
– Отлично, – Катя игриво накрутила локон на палец. – Кстати, спасибо тебе большое за помощь и такую мгновенную реакцию. Если бы не ты, они бы точно меня догнали и…
– И, дай угадаю, твой папа бы расстроился?
– Да, очень бы расстроился.
Соловьёв негодующе покачал головой. По роду деятельности он терпеть не мог, когда подонки уходили от ответственности за свои поступки, а ещё сильнее не переносил, когда им позволяли это сделать. Но и заставить девчонку обратиться в органы Саша тоже не мог, поэтому получался какой-то замкнутый круг.
– А друзья твои где? Почему они не помогли?
– Друзья… – девушка растерянно моргнула, будто только вспомнив о их существовании. – Они вышли из бара раньше, должны были сесть в такси и подождать меня… Я сейчас позвоню им и узнаю.
Вытащив из сумочки смартфон в неоново-зелёном чехле, она сделала несколько вызовов подряд, но ни на один из них не получила ответ. Один номер был выключен, второй – вне зоны доступа сети, а третий просто проигнорировал её звонок.
– Знаешь, Катя, с такими друзьями как твои и врагов не надо, – прокомментировал Александр.
– Неправда, скорее всего, их телефоны просто на беззвучном, – ничуть не расстроившись, отмахнулась Барби и убрала смартфон обратно. – Перезвонят мне чуть позже.
– Ты всегда такая, Екатерина?
– Какая такая? Умная, веселая и красивая?
Саша усмехнулся. Вот же… лиса. Так и хочет вывести его на взаимный флирт. Поняла плутовка, что одним кокетливым взмахом ресниц не обойдётся и теперь пёрла напропалую. А ещё говорят, что мужики по натуре охотники. Такая куколка силки расставит, невинно улыбнётся и попадёшь в них как миленький, даже не заметив.
– Беспечная. То на тех троих му*ил рукой махнёшь, то на друзей своих безответственных. Такими темпами будешь попадать в неприятности на каждом шагу и…
– И ты меня спасёшь! – она задорно подмигнула и отвернулась, чтобы пристегнуть ремень безопасности, а он уставился на её кудрявую макушку.
Ещё никто и никогда так нагло не прерывал его лекцию по осторожности. Даже дочка, которой приходилось выслушивать его наставления, касающиеся безопасности, по несколько раз в месяц, просто закатывала глаза и молча терпела родительскую паранойю. Эта Барби, конечно, его дочкой не была, но могла бы хотя бы постараться отнестись к тому, что он ей говорил, серьёзней. Саша же не просто так языком чесал, в конце концов. Ей могло повезти один раз, второй, а третий… А третий мог запросто стать последним.
– Послушай, я знаю, что моё поведение кажется тебе легкомысленным, но я умная девочка и всё прекрасно понимаю, – заметила его недовольство девушка. – Просто сейчас, когда я в безопасности, мне не хочется заново переживать те эмоции и бояться.
– А ты уверена, что со мной тебе безопасно?
– Об этом ты мне скажи, – Катя подняла на него глаза и рецепторы вновь защипал аромат клубники. – Саша…
Она произнесла его имя с такой, на первый взгляд совершенно обычной, интонацией, но при этом с таким явным подтекстом, что не услышать его мог разве только тупой или глухой. Соловьёв не был не тем и не другим, поэтому намёк уловил мгновенно. Уловил и ощутил моментальную ответную реакцию ниже пояса. А ведь друзья советовали ему познакомиться и снять напряжение с одной из девиц, сидящих за соседним столиком в баре и призывно улыбающихся всей их большой компании, но он лишь отмахнулся. Теперь же сидел и, будто ему было не тридцать семь, а шестнадцать, едва ли слюни не пускал на молодую девчонку, сказавшую его имя. Замечательно, Майор, дожил. Дальше что? Услышишь свою фамилию и спустишь в штаны?
Мужчина отвернулся и завёл машину. Надо определённо меньше работать и выделять больше времени на себя любимого, тем более пока мама и дети на отдыхе до конца лета. Другой бы на его месте с удовольствием воспользовался этой возможностью, а он принялся учить девушку, явно в нём заинтересованную, уму-разуму. Неужели старость? Или всё дело в профдеформации?
– Куда тебя отвезти?
– На Рождественскую, – Барби, если и обиделась из-за того, что он проигнорировал её намёк, то виду не подала. – Знаешь, где это?
Саша кивнул. Эта улица, расположенная почти в центре города, была знаменита элитными высотками с интересной архитектурой, закрытой территорией, шаговой доступностью до набережной и заоблачными ценами на недвижимость. Похоже, что его пассажирка была непростой девочкой.
Выехав на проезжую часть, он ещё раз проверил нет ли за ним слежки и, не заметив ничего подозрительного, продолжил путь. Конечно, маловероятно, что троица могла пробить его по номерам и выехать следом, но перебдеть стоило. К тому же пользоваться служебным положением и погонами в нерабочее время у него, мягко говоря, желания не было. Александр был не из тех, кто решал свои личные проблемы словами "да вы хоть знаете кто я?!", предпочитая справляться своими силами, без упоминания своего звания и должности. Хотя похвастаться ему было чем. В тридцать семь лет он имел специальное звание майора юстиции и недавно стал руководителем первого отдела по расследованию особо важных дел. Одна лишь должность, как минимум, звучала солидно и, как максимум, внушала авторитетность, а уж если к ней добавить звание мастера спорта по дзюдо, то и вовсе складывалась картинка достаточно серьёзного человека. Но девушка, сидящая рядом, ничего из этого не знала, поэтому вела себя так, будто находилась не в салоне машины едва знакомого мужика, а развлекалась в клубе с подружками, пританцовывая на месте и подпевая попсовой песенке, транслирующейся по радио.
– Хо-о-очешь, я буду кем ты хо-о-очешь. Ты очень даже о-о-очень, но я тебя испо-о-орчу. Только скажи мне!*
Соловьёв покосился на Катю и наткнулся на смеющийся взгляд, в котором чёртики отплясывали самбу и зазывали его веселиться вместе с ними. Саша усмехнулся. Так активно к нему подкатывала только бывшая жена, перебравшая шампанского, на выпускном вечере в школе. Вот только в отличие от неё Барби пьяна не была и прекрасно отдавала отчет своим действиям. И эта раскрепощённость, если честно, заводила даже больше, чем горошинки сосков, проглядывающие сквозь тонкую ткань платья.
– Можешь остановиться здесь, – кивнула она на парковку возле одного из лучших в их городе паба. – Мой дом неподалёку.
Когда Саша припарковался, девушка отстегнула ремень и, нагнувшись, проворно надела обувь, а потом, выпрямившись, смахнула кудри с лица и лучезарно улыбнулась.
– Большое спасибо тебе за помощь.
– Пожалуйста. В следующий раз постарайся быть осторожней.
Ну, не мог он отпустить свою новую знакомую без такого напутствия. Просто не мог. Хотя и понимал, что в её глазах, наверняка, выглядел тем ещё занудой, но пусть лучше она думает так, чем ещё раз попадёт в неприятности.
– Непременно, – Барби взялась за ручку двери и уже хотела выйти, но неожиданно передумала и снова повернулась к нему. – У тебя есть планы на этот вечер?
Майор задумался. Если не считать диван, телевизор и сериал, который мужчина уже два месяца откладывал на "потом" и хотел посмотреть именно сегодня, а завтра утром впервые за пару месяцев хорошенько выспаться, то он был абсолютно свободен.
– Если, нет, то я приглашаю тебя в паб пропустить по паре стаканчиков в качестве благодарности.
Теперь чертята в глазах напротив вытанцовывали стриптиз и противиться им с каждой секундой становилось всё труднее и труднее. Встреться Катя ему в другой день, то он, как подобает ответственному и взрослому мужчине, отправил бы её восвояси, но Барби попалась у него на пути сегодня – в день, когда его семья уехала из города и ему до конца лета не нужно было быть хорошим сыном и примерным отцом. В этот день он мог, наконец, позволить себе расслабиться и спустить напряжение сексом. А то, что именно этим закончится их поход в паб на пару стаканчиков, Александр был уверен почти на сто процентов. Во-первых, он ей понравился, если не с первого взгляда, то с третьего точно, во-вторых, четырёхмесячное воздержание негативно влияло на его настроение и с этим уже давно пора было что-то сделать, и, в-третьих, она ему тоже весьма приглянулась. Осталось только убедиться, что ей уже есть восемнадцать, чтобы не оказаться в один прекрасный момент на допросе у своих коллег по делу о развращении несовершеннолетних, и принять её предложение.
– А тебя туда пустят? Ты совершеннолетняя?
– Если тебя беспокоит только это, то можешь не переживать. Я уже взрослая девочка.
– Насколько взрослая?
– Тебе понравится.
Девушка облизнув губы, кинула на него ещё один взгляд, и выскользнула из машины, а Саша на несколько секунд завис, наблюдая за тем, как соблазнительно покачиваются при ходьбе её бёдра. Нет, ему точно пора вспомнить, что в кровати можно не только спать и просыпаться по будильнику в полшестого утра, а заниматься другими более приятными вещами. Закрыв машину, он последовал за девушкой, которая остановилась на полпути ко входу, пытаясь придать порванной лямке нормальный вид.
– Давай помогу, – предложил мужчина, остановившись позади неё.
– Смотри, её можно удлинить и завязать на узелок.
Соловьёв молча забрал у неё лямку и, касаясь пальцами горячей кожи, принялся аккуратно завязывать. На женском плече тут же проступили мурашки, а аромат клубники усилился, окутывая его с головы до ног, отчего Александр даже подумал, что неплохо бы было развернуть Барби обратно в авто и, минуя поход в паб, сразу приступить к делу. Прямо на заднем сидении. Задрать платье, обхватить ладонью затылок и показать этой живой куколке, что он тоже умеет дразнить, провоцировать и играть.
– Получилось? – Катя обернулась и взглянула на него из-под пушистых ресниц.
Слишком молодая. Слишком яркая. Слишком не для него, но при этом такая сладкая и невероятно притягательная, что Майор не смог удержать руки при себе и, обхватив девушку за талию, прижал к себе. Её глаза округлились, а губы приоткрылись, когда она ощутила его желание.
– У тебя меня завести? Ещё как, малышка.
Барби пробормотала что-то себе под нос и опустила голодный взгляд на его губы. Ему показалось, что ещё мгновение и она сама плюнет на паб, но девушка только шумно выдохнула и нехотя отступила на шаг назад.
– Я обещала тебя угостить.
– Я не расстроюсь, если ты не сдержишь своё обещание.
– Зато расстроюсь я, – Катя улыбнулась. – Знаешь ли, привыкла отвечать за свои слова. Если сказала угощу, значит, угощу. Пойдём.
Секьюрити у входа встретил их мрачным и усталым выражением лица. Заглянув по очереди в их документы, молча кивнул и посторонился, чтобы открыть им дверь.
– Приятного вечера.
Расторопный администратор, вежливо поинтересовавшись о том, пришли ли они вдвоём или с компанией, проводила их к маленькому столику в углу зала, вручила меню и удалилась.
– Ну, раз ты меня пригласила, то тебе и делать выбор.
Саша подтолкнул толстую папку к девушке, разместившейся напротив, и откинулся на спинку стула, приняв позу наблюдателя.
– Доверяешь мне? – Барби хитро прищурилась. – А если я выберу какой-нибудь жутко девчачий коктейль с зонтиками и мороженым?
– Главное, молочный не заказывай, а с остальным я как-нибудь смирюсь.
Она звонко рассмеялась и подошедший к ним официант на секунду завис на её широкой улыбке. Никак не отреагировав на небольшую заминку, будто уже давно привыкнув к такой реакции мужского пола на себя, девушка повернулась к парню и, не открывая меню, сказала:
– Джин-тоник. Два.
Парнишка, записав заказ, исчез, а Катя, перекинув волосы за спину, повторила Сашину позу. В каждом её движении так и веяло уверенностью и раскрепощённостью. Её не смущала ни кое-как завязанная лямка, ни его откровенное разглядывание, ни факт того, что они были знакомы меньше часа. И эта раскованность нравилась мужчине даже больше, чем её кукольная внешность. Потому что красивых женщин он за свои годы повидал немало, а вот уверенных, не парящихся о своей внешности и окружающей обстановке, от силы человек пять. Общаться с такими барышнями было одно удовольствие. Они прямо озвучивали свои мысли и желания, без ужимок, загадок и обид, что в разы упрощало контактирование друг с другом. Соловьёв сам был прямолинейным, что порой воспринималось другими людьми как недостаток, и ещё с юности привык быть честным по отношению к себе и окружающим. Наверное, если бы бывшая жена разделяла его точку зрения и открыто шла на обсуждение проблем, то они, может быть, и не развелись даже, но Ира предпочитала о них молчать, говорить, что всё в порядке и закрываться в себе. Поэтому тот факт, что перед Барби не нужно было плясать с бубном и заниматься чтением мыслей, определённо делал её ещё краше в его глазах.
– Ты часто здесь бываешь? – поинтересовался мужчина, когда официант принёс их заказ и снова слился с толпой.
– Не могу сказать, что каждые выходные, но раз в месяц-два с подругой забегаем. Нам здесь нравится.
– А какими судьбами оказалась в том баре?
– Приятель сказал, что там мы сможем и поесть, и выпить, и потанцевать.
– Но о том, что там могу зажать в угол бухие братки не упомянул?
– Я уверена, что он и сам был не в курсе этого небольшого недостатка, – хмыкнула девушка и в этот момент её телефон подал признаки жизни. – О, как раз он звонит… Ты не обидишься, если я отвечу?
– Конечно, нет.
– Привет, Федечка. Я? – она снова рассмеялась. – Я – в порядке, не переживай. Нет, не в баре, в другом месте. А вы как? Молодцы. Нет-нет, не нужно, тем более у меня образовались уже другие планы, так что развлекайтесь без меня. Да, хорошо… Пока-пока, Федь.
Завершив вызов, Катя покачала головой и с веселой улыбкой убрала телефон обратно в сумочку.
– Представляешь, одна часть моих друзей подумала, что я села в одно такси, а вторая часть – в другое, и поняли, что меня нет только, когда в клуб приехали.
– Очень интересная у вас дружба.
– Мне не обидно, тем более, что в проигрыше я точно не осталась, – она подняла стакан с напитком и лукаво подмигнула. – Выпьем за нашу встречу, Саша?
– Ты никогда не унываешь, так ведь? – ударив своим стаканом о её, скорее констатировал факт, чем спросил, Александр.
Катя кивнула, сделала глоток и облизнулась. Розовый язычок соблазнительно пробежался по аппетитным губам, слизывая капли джин-тоника и мужчина поймал себя на мысли, что был бы не против сделать это сам.
– Жизнь слишком коротка, чтобы расстраиваться по пустякам.
– И ты, как я понимаю, предпочитаешь брать от неё всё?
– Абсолютно верно.
Надо же, какая удача. Если бы он знал, что посиделки с друзьями могут заканчиваться вот так, то ходил бы на них чаще, и, может, тогда бы не чувствовал себя сухарём, зациклившимся лишь на работе и детях.
– А ты? – девушка подалась вперёд, сокращая между ними расстояние. – Ты берёшь от жизни всё?
– Я беру только то, что хочу. Остальное меня не интересует.
– Надеюсь, что я вхожу в первую категорию, а не во вторую.
Девичья ступня без обуви неожиданно коснулась его ноги под столом и игриво потерлась о голень. Будь он чуть более впечатлительным, то, наверное, подавился бы напитком, но Саша только отставил бокал в сторону и, запустив руку под стол, поймал Катину лодыжку. Вызывая у Барби мурашки, двинулся вверх по гладкой коже и пощекотал пальцами чувствительное местечко под коленкой.
– Куда же тебя несёт, девочка? – с хрипотцой в голосе спросил Майор, смотря девушке прямо в глаза. – Мало тебе острых ощущений на сегодня? Приключений хочется?
Глава третья.
Катя.
– Куда же тебя несёт, девочка? – смотря Трофимовой в глаза, спросил, сидящий напротив неё Мистер-совершенство. – Мало тебе острых ощущений на сегодня? Приключений хочется?
От хрипотцы в мужском голосе и горячей ладони, удерживающей её ножку, Катя едва не растеклась лужицей по стулу. А ведь, когда услышала его в первый раз, подумала, что всё, пропала и, не успев убежать от одной опасности, оказалась в другой. В синеглазой, широкоплечей и, принявшей её за девицу лёгкого поведения в наркотическом опьянении, опасности. Хотя девушка на него за это не обижалась. Наверное, любой нормальный человек подумал бы о самом плохом, если бы к нему в машину запрыгнула, незнакомая барышня, убегающая от мутных типов, и начала требовать Магомеда, такси и… Что она там ещё ему наплела в испуге? Кажется, что-то про извращенца, фетиш и минет. В общем, полный набор фраз, которые, мягко говоря, не следует произносить при первом знакомстве с людьми. В особенности, с таким горячим во всех смыслах мужчиной, что просёк её интерес к нему на раз-два и ответил взаимностью.
– Нет, Сашенька, – протянула девушка, чувствуя, как мурашки от его пальцев пробежались вверх по ноге. – Мне тебя хочется.
И это была чистая правда. Последний раз она занималась сексом два месяца назад, а потом её личная жизнь встала на паузу из-за написания курсовой, участия в весенних научных конференциях и подготовкой к зачётам с экзаменами. Теперь же, чувствуя на себе внимательный, искрящийся желанием взгляд, тело просило жарких прикосновений, страстных поцелуев и пошлых фразочек. А после обжиманий возле паба и вовсе требовало незамедлительно дать ему желаемое.
– Уверена? Лёгкий петтинг под романтическую музыку или просто обнимашки под одеялом меня не устроят.
Катино сердце споткнулось с ритма, а после пустилось вскачь, стоило девушке только представить, как он, смотря на неё своими невозможными синими, запускает руку ей в трусики, находит клитор и принимается его поглаживать, постепенно ускоряя темп. Затем, когда она уже будет в шаге от оргазма, заменит пальцы собой и…
Трофимова откашлялась, теснее сжимая бёдра и чувствуя приятную пульсацию между ног.
– Ты сейчас пытаешься меня напугать?
Саша усмехнулся и отпустил её лодыжку, отстраняясь. Его многообещающая улыбка лишь добавила красок в Катины влажные фантазии и девушка шумно сглотнула.
– Нет, лишь хочу предупредить, что если ты продолжишь в том же духе, то легко от меня не отделаешься. Будем трахаться пока горло от крика не сорвёшь.
– Прекрасный план, – кивнула Катя. – Меня всё устраивает.
– И ещё – серьёзные отношения меня не интересуют, поэтому, если ты надеялась на что-то большее, чем просто секс, то лучше разойдёмся прямо сейчас.
Девушка на мгновение задумалась. У неё впереди достаточно тяжёлый этап – последний курс университета, написание выпускной работы и получение красного, как она надеялась, диплома. Серьёзные отношения в этот период, мягко говоря, не вписывались. Из-за этого же Трофимова попрощалась со своим прошлым сексуальным партнёром, потому что тот неожиданно захотел большего, а ей и без официального статуса чьей-то девушки жилось прекрасно. Так что предложение мужчины её более чем подходило.
– Отлично. Меня тоже. Ещё что-нибудь или мы можем продолжить общение в более подходящей обстановке?
– Например?
Она поднялась на ноги и, жестом подозвав официанта, расплатилась по счёту. Саша на её действия, не вписывающиеся в общественные стереотипы, никак не отреагировал, только встал следом и допил остатки джин-тоника. Эта уверенность, отсутствие патриархальных замашек и битья себя в грудь с криками "Я мужчина – я заплачу!", чтобы доказать свою крутость всем в этом пабе, добавило ему ещё несколько баллов сверху в её глазах. Потому что обычно мужчины, с которыми Кате приходилось общаться, принимали подобные её поступки за ненормальные феминистские наклонности и чувствовали себя ущемлёнными и оскорблёнными до глубины души. Будто только оплата её салата или чашки травяного чая делало их мужчинами. Сама же девушка придерживалась установки, что кто пригласил, тот и платит, делая исключение в этом вопросе лишь для любимого папочки.
– Например, у меня дома.
Трофимова протянула ладонь и, взяв Александра за руку, потянула его на выход. Проходя мимо зеркал, висящих возле стойки администратора, девушка не могла не отметить то, как эффектно они вдвоём смотрятся со стороны. Она – фигуристая блондинка с копной непослушных кудряшек до пояса, на каблуках едва достающая ему макушкой до подбородка, он – высокий, мощный, атлетически сложенный и светловолосый Мистер-секс-во-плоти. Их бы на обложку какого-нибудь глянца или в рекламу парфюма, а ещё лучше, в фильм для взрослых с пометкой "Очень горячо! Смотреть и завидовать разрешается!".
Катя улыбнулась своим мыслям и оглянулась на наблюдающего за ней мужчину. Какой же он всё-таки красавчик! Соболиные пшеничные брови, яркие выразительные глаза, которые, казалось, при одном неверном движении могли заморозить на веки вечные, прямой нос с небольшой горбинкой, острые скулы и массивный подбородок, покрытые щетиной. А губы… Ох, уж эти губы! Девушка уже неоднократно ловила себя на том, что залипает на них, будто ничего краше и желаннее не видела. Вот и сейчас, увлекшись разглядыванием, вновь зависла, забыв обо всём.
– Если ты так будешь смотреть, то до твоего дома мы точно не дойдём, – пригрозил Саша, опасно прищурившись.
– Мы уже близко, – севшим голосом сказала девушка, пытаясь наощупь найти ключ в сумочке.
Тот, конечно же, оказался в самом дальнем кармашке и Трофимова мысленно чертыхнулась. Вот как он умудрялся теряться даже в клатче? Разобравшись со всеми входными дверями, она успела только включить свет в прихожей и кинуть сумку на тумбу, как мужчина развернул её к себе и вжал своим сильным телом в стену. От его взгляда и жара кожи Катя на секунду забыла как дышать, а когда он одной рукой сжал ягодицу, а второй провёл по её губам, то и вовсе почувствовала, что земля уходит из-под ног. Вцепившись в мужские плечи для устойчивости, девушка приоткрыла рот и облизала Сашины пальцы. Это было крайне негигиенично, вульгарно и бесстыдно, но здравый смысл помахал ей рукой и исчез в неизвестном направлении. Да и, вообще, какой может быть стыд, когда с одной стороны Кате в живот упирался стояк, а с другой её попу сминали, поглаживали и ласкали?
Прогнувшись в спине, она потерлась грудью об его грудь, отчего соски тут же затвердели и призывно натянули ткань платья. Хватка на ягодицах мгновенно стала крепче, а синие глаза напротив потемнели. Оторвав взгляд от её лица, мужчина резко дернул, завязанную им же, лямку, и левая сторона платья приспустилась вниз, обнажая грудь.
– Ох*ительно, – прокомментировал Александр, чуть отстранившись
Катя хмыкнула и опустила вторую лямку, открывая вид на себя полностью. Ей, как выражалась лучшая подруга, было чем потрясти и Трофимова без зазрения совести этим пользовалась.
– Нравится?
Девушка медленно, сводя с ума и себя, и любовника, провела пальцами по бёдрам, затем перешла выше, к рёбрам, а после, мягко обхватив ладонями грудь, сжала чувствительные соски. Застонав от удовольствия, она выгнулась ещё сильнее и мужчина, рыкнув, приник ртом к розовым вершинкам.
– Я так понимаю, что это "да"?
Её несло. Несло так, что Трофимова даже не совсем понимала, что говорила между стонами, охами и вздохами. Тело плавилось под страстными ласками, отзывалось дрожью на каждое прикосновение и, вообще, будто ей больше не принадлежало. Руки жили своей жизнью – то сжимали Сашины плечи, то забирались под ворот рубашки, то гладили затылок, ноги подгибались и отказывались стоять прямо, из груди вырывались такие звуки, что ей, наверняка, позавидовали бы даже самые успешные в своём деле порно-актрисы, а про то, что творилось внизу живота и между бедёр, девушка и вовсе старалась не думать, чтобы не кончить раньше времени.
– Какой же ты… – пролепетала Катя, когда Александр оторвался от неё и облизнулся.
– Какой?
Его низкий голос и тяжёлое дыхание пробежались по её коже мурашками.
– Идеа-а-альный.
Девушка потянулась к нему, слепо шаря ладонями по его рубашке, чтобы расстегнуть пуговицы.
– Рви их к чертям, – хрипло разрешил мужчина и впился в её губы поцелуем.
Пуговки звонко рассыпались по полу, а Трофимова окончательно потеряла связь с реальностью. Губы горели, пульс стучал в висках, ноги перестали держать вовсе и она практически повисла на Саше, чтобы не упасть. Низ живота пылал от сумасшедшего желания и неимоверно хотелось большего, но для начала… Катя непослушными пальцами расстегнула пряжку ремня на мужских брюках и запустила руку внутрь, обхватывая член ладонью. Провела по всей длине и задохнулась, ощутив масштабы. Мужчина же с шипением толкнулся ей в руку и вдруг шлёпнул по попе, ловя вскрик девушки ртом. Нетерпеливо сжал ягодицы и, приподняв, будто Катя ничего не весит, усадил на тумбу, предварительно скинув с неё вещи. Теперь сходить с ума стало гораздо удобнее и в несколько раз приятнее, потому что мужская ладонь переместилась в развилку между ног и дразнящими, то быстрыми, то медленными, поглаживаниями принялась вырывать из неё новые стоны.
– Ты такая влажная, детка, – просипел Александр, жадно втянув носом воздух около её лица.
– Я очень… хочу… тебя… в себе… – отрывисто протянула Трофимова, двигаясь в такт его пальцам. – Очень… сильно… О-о-ох, хочу-у-у…
Мужчина на мгновение отстранился, достал из кармана квадратик фольги и зубами надорвал край. Наблюдая за тем, как он раскатывает презерватив по стволу, Катя шире раздвинула ноги и выгнулась, изнывая от нетерпения. Его член был крупным, с проступающими по длине венами и широкой головкой. Девушке уже не терпелось почувствовать как он окажется внутри, растянет её и наполнит собой без отказа. И, судя по тому, с какой силой Саша сжимал зубы, хотел он этого не меньше. Задрав платье и сдвинув трусики в сторону, одним толчком погрузился в неё и замер, давая ей возможность привыкнуть к себе.
– А-а-ах, – выдохнула она, широко распахнув глаза.
Новый толчок и мужчина вошёл ещё глубже. Трофимова, скрестив ноги за его спиной, провела языком по мощной шее и легонько прикусила мочку уха. Вздрогнув, Александр погрузился до конца и, намотав на кулак её волосы, притянул к себе для поцелуя.
Это было настоящим безумием. Так Катя не отрывалась давно, а может даже никогда. Тумбочка под ними ходила ходуном, платье болталось на поясе, а на полу валялись, сброшенные с тумбы, вещи. Саша со спущенными штанами, также, как и она, не разутый, со стянутой с плеч рубашкой и красными отметинами на плечах от её ногтей. Страсть, похоть и желание превратили их в дикарей, которые никак не могли насытиться друг другом. Мужчина задал бешеный темп, выколачивая из неё громкие стоны, а Трофимова была только этому рада, потому что не часто ей встречался партнёр, с сочетающимся с ней сексуальным темпераментом. Девушка уже давно научилась справляться с этой проблемой самостоятельно, с помощью своих пальчиков или игрушек, но с Мистером-рядом-со-мной-ты-забудешь-собственное-имя она об этом даже не подумала. Они совпали друг с другом по всем фронтам и это было настолько, как выразился ранее Александр, ох*ительно, что даже внезапный конец света не смог бы заставить их прерваться.
Оргазм накрыл волной в цвет Сашиных глаз сначала Катю. Она выгнулась, стиснула его между своих ног и, сжав в ладонях грудь, протяжно застонала, не отдавая себе отчёт абсолютно ни в чём. Ни в громкости голоса, ни в действиях, ни в мимике лица. Тело сотрясла крупная дрожь и, почувствовав это, следом финишировал мужчина. Стиснув её талию в руках, он уткнулся носом в волосы и просипел что-то нечленораздельное.
В прихожей пахло жарой, сексом и потом. Где-то в глубине квартиры тикали часы и едва слышно гудел холодильник. Девушка, всё ещё подрагивая, провела языком по губам и приоткрыла глаза. Горячее дыхание мужчины щекотало шею, пряжка ремня упёрлась в бедро, наверняка, оставив на нежной коже синяк, но ей было на это плевать. Нежно поцеловав любовника в ямку между ключицей и шеей, Катя выпрямилась. Саша до сих пор находился внутри неё и каждое движение посылало новые, приятные до поджимающихся пальчиков на ногах, импульсы по всему телу.
– Знала бы я, что будет так невероятно хорошо, то оседлала бы тебя ещё в машине.
– И как бы ты это сделала?
Он оторвался от её волос и заглянул в глаза. Такой большой, сильный и просто не-ре-аль-ный. Если бы кто-то ещё утром Трофимовой сказал, что и так прекрасный день закончится страстным сексом с едва знакомым мужиком, к которому она запрыгнет в тачку, спасаясь от трёх мордоворотов, то девушка бы даже не стала в бар заходить. Подождала бы своего Синеглазого на парковке и, не теряя времени, сделала с ним всё, что душе угодно.
– Ну, для начала, я бы тебя поцеловала, – она запустила пальцы в его волосы, убирая пряди со лба. – Затем позволила бы тебе снять с меня трусики. Они у меня, знаешь, какие красивые? Увидишь – дар речи потеряешь.
Александр машинально скосил глаза вниз, где под платьем скрывался, упомянутый ею, предмет одежды.
– А потом?
– А потом сделала бы тебе минет. Он у меня тоже получается шикарно.
Мужчина тяжело сглотнул и перевёл взгляд на её рот. Припухший и красный от пылких поцелуев он, наверняка, выглядел впечатляюще.
– А дальше?
– А дальше я бы села на тебя сверху и медленно… – девушка снизила тон голоса до соблазнительного шёпота. – Опустилась бы вниз на…
– Боюсь, медленно не выдержу ни я, ни ты.
– Давай проверим?
Дождавшись, когда Саша из неё выйдет, Трофимова слезла с тумбочки и на нетвёрдых ногах прошествовала в гостиную. Стянув на ходу платье через голову, она откинула его куда-то в угол, оставшись в одних трусиках. Те ярко-красного цвета из почти прозрачной ткани ладно облегали её упругую, натренированную в зале, пятую точку и, если честно, больше открывали, чем скрывали. Катя потратила на них целое состояние, поэтому с точностью могла сказать, что тихое ругательство, раздавшееся за её спиной, это выражение восхищения и желания.
– Стой.
Девушка подчинилась и оглянулась назад. Мужчина, последовав Катину примеру, снял рубашку и теперь жадно шарил взглядом по её телу. Пробежавшись глазами по плечами, спине, изгибам талии и остановившись на, до сих пор горящих от его ладоней, ягодицах, Саша выдохнул и, преодолев разделявшее их расстояние, перегнул её через спинку дивана.
– Как я понимаю, проверка нашей выдержки откладывается на неопределённый срок? – внутренне подрагивая от предвкушения очередного раунда, поинтересовалась Трофимова, упершись локтями в подушки и шире расставив ноги.
– Совершенно верно.
Схлынувшее несколько минут назад возбуждение прокатилось огненной волной от макушки до пят и сосредоточилось ниже пояса. Контраст прохладной обивки дивана и горячей кожи мужчины, прижавшегося к ней сзади, кружил голову. Выпрямив одну руку, девушка мягко коснулась себя сквозь ткань трусиков и со свистом втянула носом воздух.
– Какая ты там, малышка? – спросил ей на ухо Александр, опаляя жарким дыханием щёку.
– Мокрая и готовая для тебя.
Мужская ладонь тут же нашла Катины пальчики и надавила на клитор сильнее, вынуждая Трофимову зажмуриться от удовольствия. Все чувства мгновенно обострились, а в воздухе запахло клубничным мороженым.
– Ты была права, трусики у тебя и, правда, закачаешься, но я хочу посмотреть на тебя без них.
– Тогда чего ты ждёшь?
Ткань заскользила по телу вниз и Катя чуть приподнялась, выставив попу назад. В ягодицы тут же уперся напряжённый член и она, не сдержавшись, потёрлась об него, вырывая из мужчины новое ругательство.
– С ума меня свести хочешь? – рвано выдохнул Саша ей в загривок.
– А ты ещё нет?
– Ты же у меня не только горло сорвёшь, но и передвигаться ползком будешь.
– Я гораздо выносливее, чем ты думаешь.
Девушка вскинула голову вверх, встречаясь взглядом с любовником в отражении напольного зеркала, стоящего у стены напротив. От вида себя, эротично распластанной на спинке дивана, и Синеглазого, стоящего позади, у Трофимовой мгновенно ослабели колени. Это было так откровенно, так сексуально, так чувственно, что только от одного этого зрелища можно было запросто кончить.
– Нет, детка, рано, – будто прочитав её мысли, покачал головой мужчина. – Я ещё не в тебе.
Смотря девушке в глаза, он поддразнивающе провёл головкой члена по нижним губкам, задевая клитор, и довольно улыбнулся, когда Катя вздрогнула. Игрался с ней, как кошка с мышкой, а она даже против ничего не имела. Подставлялась под его движения, постанывала от каждого касания и кайфовала.
– Я могу продолжать так, пока ты не кончишь.
– Нет, не можешь.
– Почему это?
– Потому что я, в свою очередь, могу сделать вот так.
Облизнув ладонь, Трофимова завела руку за спину и, обхватив ствол пальцами, направила его в себя. Головка проскользнула внутрь, растягивая, и Катя подалась назад, принимая мужчину ещё глубже. Взгляд синих глаз в зеркале потяжелел и, в ту же секунду перехватив инициативу, Саша зафиксировал её руку своей и толкнулся вперёд.
– О-о-ох, – промычала она, выгибаясь.
Новый толчок и громкое: "Ещё!", а затем не менее звонкое: "Не останавливайся!" и протяжное: "Да-а-а!". Хорошо, что Катины соседи обычно предпочитали проводить летние месяцы где-нибудь у океана, потому что в ту ночь заглушить её крики не смогли бы даже толстые стены и хорошая звукоизоляция. Саша методично выполнял своё обещание и брал её на том диване, на ковре в спальне и у стены в душе. Когда их сексуальный тур по квартире подошёл к концу и кончились презервативы, то за окном уже маячил рассвет, а сил осталось только на то, чтобы рухнуть на постель и уснуть крепким сном, уткнувшись лицом в мужское плечо.
Проснулась Трофимова из-за естественных нужд и приятной тяжести Сашиной руки, перекинутой через её талию. Аккуратно выбравшись из его объятий, девушка на слабых ногах дошла до ванной и, окинув себя взглядом, не смогла удержаться от удовлетворённой улыбки. Румяная, с огоньком в глазах и зацелованная во всех, даже в самых труднодоступных местах, она выглядела лучше, чем с макияжем, в платье и на каблуках. Вид не портил ни синяк от пряжки ремня, проступивший-таки на внутренней части бедра, ни спутанные со сна волосы, ни стёртые о ковёр локти и колени.
Закончив со своими делами, девушка вернулась обратно в спальню. Её Синеглазый спал на спине, одну руку закинув за голову, а другую вытянув на Катину сторону кровати. Лёгкое одеяло, которым она укрывалась летом, лежало в ногах, открывая обзор на его сильное, спортивное тело, которое в некоторых местах также было покрыто следами от её поцелуев, и утреннее возбуждение. И если ещё пару минут назад Катя раздумывала над тем, чтобы вновь завалиться Александру под бочок и задремать на пару часиков, то сейчас ход её мыслей повернул в совершенно противоположную ото сна сторону.
Забравшись с ногами на кровать, она подползла к мужчине и легонько, изучая его при свете дня, провела пальчиками по мощной груди со светлыми волосками, спустилась к кубикам пресса и, проскользив вниз по пирамидальной мышце, в предвкушении замерла. Будила ли она раньше своих любовников минетом? Нет, потому что обычно Катя просыпала всё на свете и до оральных ласок дело как-то не доходило. Хотела ли она восполнить этот пробел в своей биографии с Мистером-ты-будешь-орать-моё-имя-во-всё-горло? Ещё как! Пусть они и были знакомы всего несколько часов и не знали друг о друге ничего, кроме имени, но физически сошлись настолько, что расставаться не было совершенно никакого желания. Наоборот хотелось продолжить общение, как в обычном, так и в сексуальном плане. В частности, доказать Саше, что она не просто так трепала языком, хвастаясь своими умениями, а действительно была способна подарить ему удовольствие ртом.
Трофимова перекинула волосы за спину, чтобы те не мешались, и, сменив позу на более удобную, перешла к исполнению своего грандиозного плана. Сперва девушка поцеловала родинку, которая находилась чуть правее от её главной цели, после плавно сместилась на "жезл любви", как, посмеиваясь, называла пенисы Маша, и, обхватив губами головку, обвела плоть языком. Александр дёрнулся, размашисто провёл рукой по пустой постели, но глаза не открыл.
– Я знаю, что ты не спишь, – низким со сна голосом проговорила Катя, проведя языком по всему стволу.
Вместо ответа на затылок легла тяжёлая широкая ладонь и, собрав её волосы на затылке в кулак, вернула обратно к головке. Та влажно поблёскивала в лучах солнца, заливающего светом всю спальню, и девушка с причмокиванием прильнула к ней ртом. Первый стон она выбила из мужчины уже через несколько секунд. Саша хрипло выдохнул её имя, толкнулся на встречу и так на неё взглянул, что Катя вспыхнула синим, в цвет его глаз, пламенем. По венам мгновенно пробежался ток и сосредоточился пульсацией внизу живота.
С пошлым причмокиванием девушка, управляемая мужской рукой, методично доводила любовника до экстаза и, чувствуя на вкус его наслаждение, сгорала изнутри сама. Масла в огонь подливало ещё то, что Саша был немного грубоват в своём желании, несдержан и так отзывчив на каждое её движение, что остаться равнодушной было просто невозможно.
– Если ты сейчас же не отодвинешься, то я кончу тебе в рот, – предупредил он, задыхаясь и смотря на неё помутневшими от страсти глазами.
Катя, хмыкнув про себя, с ещё большим энтузиазмом продолжила своё дело. Как говорится, напугал ежа голой пятой точкой. Неужели после ночи, проведённой вместе, у него ещё остались сомнения насчёт её сексуальной раскрепощенности?
Своё предостережение мужчина выполнил через пару секунд. Полностью довольная собой и произведённым эффектом Трофимова отстранилась и вытерла влагу с губ и подбородка. Чувствовала она себя при этом той самой шальной императрицей из знаменитой песни Аллегровой или крутой и властной сучкой, о которой читает Doja Cat* в своём вирусном хите. В общем, дамочкой, которой под силу всё и даже собственное желание, так и оставшееся неудовлетворённым, не могло это настроение омрачить.
– Доброе утро, – прощебетала девушка, широко улыбаясь. – Кофе будешь?
– Подожди, сумасшедшая девчонка, дай отдышаться.
Александр притянул девушку к себе и, зарывшись пальцами в кудряшки, заглянул в её смеющиеся глаза.
– Весело тебе, да?
– Есть немного, – кивнула Катя, устроив подбородок на его плече.
