– Чего тебе? … Хочешь сознаться в преступлении? – выдали они поочередно.
Тот улыбнулся их «шутке». Подошел посередке и положил руки обоим на плечи.
– Есть одна тема… Я тут узнал, что у меня мать – известнейший археолог, а отец некто из рода «би-Нова» … А!? Как вам новость!?
Они остановились и недоверчиво посмотрели на него.
– Вы можете меня смело брать в свою компашку! Думаю, что мы можем быть полезны друг другу, а!?
– Ха-ха-ха! Вот, же позер и хвастун! – залилась звонким смехом Астерия и тут же скинула его руку со своего плеча. – Би-Нова!? Ты!? … Сын губернатора Марса что ли!? А почему не главы Федерации или Юниона, а!?
Артур же, не понимая, смотрел то на сестру, то на Брода.
– А вдруг и вправду… Мы ж не проверяли, Асти – чуть глупо сказал Артур.
– Блин! Братец, не тупи! Этот хитрован просто пытается попасть к нам в клуб!
Ответив Артуру Астерия повернула голову к Броду и хитро посмотрела ему в глаза.
– Докажи!
Брод вздохнул, прищелкнул языком и снова как бы невзначай, положил руку на плечи Астерии, типа чтоб чем-то важным и личным с ней поделиться.
– Тут ведь вот какая штука… Если кто-то из би-Новы сознается, что он мой отец, то в августейшем семействе будет скандал, мол как так наш отпрыск и в Патруле… А так договорились иметь некую спец-программу, по которой можно скрывать.
– Эво куда махнул! – снова сняла с себя руку Астерия. – И все равно, брехун ты, и я тебе не верю!
– А ты посмотри на это с другой стороны… К концу обучения все вскроется и тогда ты будешь локти кусать, что отвернула мою кандидатуру… У меня лучший бал в группе. Только представь, как я могу вас обоих подтянуть, а!
Астерия все так же недоверчиво и с прищуром смотрела на Брода, силясь разгадать его намерения.
– А как же твой дружок Сай? А Рико и Мани? … Их мы с тобой в свою тусовку не потянем… Безродные они, как и ты!
Брод в третий раз положил левую руку на плечо Астерии, в то время, как его правая рука все еще лежала на плече крупного и щекастого Артура.
– Саймон и другие – это пройденный этап… Я ж не слепой, вижу, кто здесь элита, и куда надо стремиться.
Артур, услышав это, даже выпятил грудь и придурковато заулыбался. Астерия презрительно посмотрела на него, затем на Брода. Она снова сняла его левую руку и убрала ее в сторону.
– О! Так мы теперь «элита», а не «зажравшиеся близнюги»!
Она сделала шаг назад и оттащила из под «опеки» Брода своего приторможенного братика. Затем злобно улыбнулась выставила вперед левую ногу, чуть согнув в колене и вытянув носок полимерного ботинка.
– На колени перед элитой! – рявкнула она.
Брод даже немного опешил от неожиданного поворота.
– Целуй мой ботинок и кайся, что сам – нищий поц! И дружки твои такие же! … Ну же!
Брод слегка замялся, но нашел выход:
– Если сделаю так, возьмете к себе в клуб?
Астерия и Артур рассмеялись одновременно. Однако быстро умолкли и кивнули головами. Брод медлил. Ему нужно было выиграть еще несколько минут до сигнала Саймона. Он осмотрелся вокруг в поисках кого-то или чего-то.
– Что? Ждешь своих дружков? … Сцыкотно!? … Ты ж би-Нова! Пади на колени и поклянись, что не врешь… Найдешь доказательства, я так же паду ниц перед тобой! – резко выдала Астерия, глянула на брата и добавила: – И он тоже!
– Я, наоборот… Хочу без свидетелей, чтоб случайно кто не зашел… Сейчас с отбоем потемнеет, тогда. Идет?
– Ха-ха-ха! Ну ты и трус! И балабол! … На кой ты нам такой сдался, выскочка! … Может ты, вообще, червивый, тогда тебе путь в нашу тусовку заказан, хоть все ноги мне облобызай!
– Не-е-е… Я точно не такой! – протяжно и натянуто улыбнувшись соврал Брод, чтоб потянуть еще время.
Свет потускнел. На коридор опустился сумрак. «Ну же, Сай, где сигнал!». Однако по нейро-линку в ответ была звенящая тишина. Брод начал неспешно опускаться на колени. Оба близнеца несказанно обрадовались.
– Ну! Я жду речи самобичевания! – прошипела Астерия.
Брод еще раз посмотрел по сторонам.
– Короче. Вы – элита. Мы – нищие поцы… Так сойдет?
Брод уже начал вставать.
– Халтуришь! … Не верю! … Ботинок кто целовать будет, а!?
Ситуация с каждой минутой становилась все более и более омерзительной. Саймон не отвечал, а Брод уже явно задержал близнецов на более, чем оговоренные 10 минут. Он посмотрел на их улыбающиеся физиономии как бы снизу вверх, тяжело вздохнул и припал лицом к ботинку Астерии. Она внезапно дернула его навстречу и врезала тому по губам и носу.
– Ух! Красавчик! Ты в тусовке! … Только нос подотри, а то весь коридор кровью зальешь!
Артур посмотрел на сестру, потом на Брода.
– А почему только тебе? Я тоже хочу, чтоб мне ногу целовали!
Брод уже вставал на ноги, когда ему внезапно на плечо легла рука Астерии.
– Слышал брата? Уважь!
«Ну, Сай, ну, черепаха! Заканчивай уже наконец!». Брод снова встал на колени и поднес лицо к ботинку Артура, но сделал это уже осторожно.
– Сестра, он мне кровью обувь вымазал! – возмутился Артур, глядя на свой ботинок.
Астерия, посмотрела на Брода с самодовольным прищуром.
– Нехорошо. Брата обидел. Кровь надо слизать…
Договорить она не успела, как Брод вскочил и резко ответил:
– Да, ну, вас с вашим клубом!
Он резко развернулся и пошел в сторону своей каюты.
– «Ну, Сай, времени тебе даже больше дал!»
– «Да, я давно уже все сделал… Наслаждался шоу, которое ты устроил этим… Че!? Реально они – элита, а мы – нищие поцы!? Ты серьезно!?»
Брод спешно шел в свой жилой бокс и Саймона не видел, но он слышал его через обруч.
– «Сай, это розыгрыш, чтоб время потянуть! Очевидно же!»
– «Ага. Только ты теперь в тусовке… И что дальше – прощай Сай? … Кстати, как ботинок? Понравилось лизать? Нашел свое место под эдемскими солнцами?»
Разговор по душам
С Саймоном с тех пор они больше не общались. Брод понимал, что тот сделал закладку брикетов где-то в душевой и периодически подъедал там же, когда был голодный. Душевой блок, как единственное место без мониторинговых камер и сенсоров, для этого подходил лучше всего. Даже в личных жилых-боксах они были, а там – нет. Теперь Брод вынужден был подворовывать еду один. Сумрачный приглушенный свет в коридорах сменил собой обычный. Брод тихонько вышел из душевой и наведался в столовую. Черед нести дежурство был у Ньюты. Да и пары у нее не было. Это подвигло Брода к осуществлению задуманного. Он быстро заскочил внутрь и расположился у дальнего столика. Было тихо. Полную тишину лишь нарушали приглушенные утробные похрустывания механизмов самодиагностики внутри автоматизированной линии подачи. Брод выжидал, обдумывая еще раз свой план.
– «Вот-вот придет. Должна прийти. Дежурство пропускать нельзя. Сядет сюда, потому что это самое скрытное место… Далее внезапно активируется ее столик на принятие заказа. Скорее всего растеряется, но сразу же вызовет дежурный ИИ… А не тут-то было, все камеры и сенсоры показывают статичную картинку пустой комнаты… Я резко активирую другие столики… Хотя она раньше испугается и убежит. Это ж Ньюта, известная трусиха».
Темная фигура действительно шагнула в сумрак столовой и села на тот самый столик, который уготовил ей в своих мыслях Брод.
– «Ну! Понеслась!».
Стол активировался и по его контуру загорелась пригласительная подсветка. Брод прятался в углу за противоположным стулом и не высовывался. Однако по вздохам и охам Ньюты догадался, что она впечатлилась очень сильно и вот-вот сорвётся. Брод даже сделал заказ, и прямо перед носом у Ньюты из секции в столе выехал графин с киселе-подобным напитком. Она тут же вскочила с места и направилась к выходу. Брод краем глаза заметил, что она подошла к двери, и выскочила наружу. Брод прижался к стулу и затих, чтоб никак себя не выдать. Он напряг слух в ожидании, когда секция двери закроется за ней. «Ну, что же так долго! Есть хочу, не могу!». Брод едва выдержал эти долгие секунды ожидания и тут же, дождавшись, вскочил и принялся посылать в систему другие заказы. «Ньюту все равно не исключат, потому что она как и я, и Саймон, и другие, по спец-программе. Ну, влепят ей рем-док – получит навык инженера. В жизни все пригодится». Брод улыбнулся собственным мыслям и принялся быстро сгружать брикеты в полимерный пакет. Местечко в душевой для себя он присмотрел и про кладку Саймона знал, но не трогал из-за гордости и обиды на того. Он знал, что тот экономил и расходовал очень бережно. «Голод – не тётка. Прикончишь свои запасы, снова ко мне придешь». Внезапно стул у стола напротив зашевелился и самопроизвольно повернулся. Брод побледнел и замер. Прямо ему в лицо смотрели глаза-амбразуры капитана Гаррисона Мак-Квоя. Он громко и медленно зааплодировал. Холодный пот прошиб шею Брода. Капельки влаги просочились вниз и спустились в таз вдоль позвоночника, неприятно взбодрив все тело. «Вот жесть! Откуда он тут взялся!? Вляпался я, кажись!»
– Браво, курсант Бродерик! Браво! Вы временно решили проблему голода одного взятого индивида на станции-академии!
Брод тихо и неспешно положил свой полимерный пакет на стол и вытер предательские взмокшие руки о грудки комбинезона.
– Скажите, Брод, а вам не приходило в голову, почему прием пищи в столь элитной академии организован лишь дважды, вынуждая всех курсантов ложиться спать голодными, а?
Брод, смекнув, что сейчас ему предстоит некий непростой разговор, сел за стол и нашел, чем возразить:
– Ну, сэр, при всем уважении, не все в академии равны. Есть те, кто равнее. Для них проблема 2-разового питания, как собственно и голода, уже успешно решена. Остались лишь те несчастные, кто не имеет богатых родственников, да и вообще не имеет никаких, чтоб поддерживать себя в сытости и форме.
Капитан Мак-Квой встал со своего места, подошел к столу Брода и присел напротив. Левой рукой он взял один из брикетов и осмотрел его.
– Хм… Сырой полуфабрикат? Занятно… Не думал, что в меню курсантам дают нечто подобное. Видимо где-то дефект в программе… Придется вызывать бригаду инженерных дронов и все тут перебирать…
– Не нужно ничего перебирать, сэр. Системная консоль простая… Я написал небольшой скрипт, чтоб автомат выдавал сырые брикеты… Так быстрее, чтоб не ждать и не рисковать.
Капитан понимающе закивал головой. Он покрутил еще какое-то время брикет и вернул его обратно на стол.
– Ну, а камеры как обманул? – спросил он внезапно, перейдя на «ты», что было нарушение этикета.
Брод сделал вид, что не заметил этого и, отмахнувшись, буркнул:
– Выставил фриз на получасовой интервал.
– Фриз!? – переспросил удивленно тот.
– Режим само-диагностики через инженерное меню… Это можно сделать, если знать коды.
– А ты их, стало быть, знаешь – удивился Гаррисон. – Откуда?
Брод увел глаза в сторону.
– Сэр, при всем уважении, я не вижу причины и не имею желания объяснять вам то, на чем был пойман. Скажу лишь, что я не нарушил протоколы безопасности при получении их – резко перешел Брод обратно на «вы». – Можете меня арестовать за воровство. Мне все равно.
Даже так! – удивленно посмотрел на него капитан. – А если я скажу, что тебе за это может грозить исключение!
– Да пофиг… Вот честно – я не по своей прихоти попал в этот террариум. Вы ж знаете, что я – симбионт, я тут по спец-программе, а не по доброй воле.
Тот напряг лоб, и Брод заметил, как вздулись его морщины. Он погладил пальцами правой руки свои бакенбарды, раздумывая.
– Если тебе так индифферентно, зачем сокурсника подставлять? Ради чего? Ради хохмы?
– Кого? Я никого не подставлял… Саймон… А, чтоб меня!
Брод, не договорив, осекся поняв, что только что сдал Сая на ровном месте.
– Я не про Саймона, а про Ньюту… Она чем провинилась перед тобой?
Брод открыл широко глаза от удивления.
– Ее я уж точно не собирался подставлять. Так, припугнуть… Что, кстати, вполне проканало.
– Про…Чего? Что за словечки у тебя? Откуда?
– С детства запомнились… Ньюта сбежала, как только у нее на глазах столик ожил и начал выдавать еду…
– И что по-твоему случилось бы дальше? – поинтересовался капитан, буравя своими глазами-щелками Брода.
– Пф… Ну, через обруч она позвать не смогла из-за режима само-диагностики в столовой… Ну, побежала бы в каюту и вызвала бы охранный ИИ оттуда… Мне бы и 5-и минут хватило, чтоб управится и исчезнуть…
– А Ньюта, получила бы штрафные балы за то, что не справилась с дежурством – перебил и дополнил его капитан. – Кстати, не пойму, тебя ж камеры заметили бы при выходе, нет?
– Не… Там до поворота все зафризено. Дальше уже проблемно, я не знаю, где инженерная консоль… Да и слишком палевно ее ковырять на виду у сенсоров ИИ.
– И?
Брод снова увел глаза в сторону.
– Сэр, при всем уважении…
– Кончай ломать комедию, сопляк! Я сейчас встану и пристрелю тебя, как оказавшего сопротивление охране.
Брод лишь усмехнулся.
– Как тот раз, да? … Вот только я не сопротивляюсь, а вы – не дежурный.
Гаррисон просто достал роторный обрез и положил его на стол дулом в сторону Брода.
– А я, может, дежурный напарник Ньюты. Что? Нет? … А сенсоры тут и так по твоей милости не работают. Поди докажи потом, что не оказывал сопротивление.
Брод смотрел на оружие, направленное в его сторону, и молчал.
– Ты мне напоминаешь своего отца… Тот в молодости тоже борзый был, наглый, самовлюбленный хвастун… Это у вас, у «би-Нова» в крови.
Тут уже Брод даже рот открыл от изумления.
– Вы знали моего отца!? Кто он!? … Я имею в виду, как его зовут!? – затараторил он сбивчиво.
Гаррисон умолк и улыбнулся. Брод же жадно буравил его своими глазами в надежде вскоре услышать всё, но тщетно. Гаррисон молчал и улыбался. Брод ухмыльнулся, потупил взор и сказал:
– Про инженерные коды узнал у рем-дронов. Я с некоторых пор частый гость в техническом доке… А по поводу уйти незаметно – это легко. Тут за поворотом душевая. Нырнул туда и считай пропал для охранного ИИ.
Гаррисон все еще улыбался, рассматривая черты лица Брода.
– Имечко, конечно, тебе дали… Это все она… Ну, да ладно. Меркури и сам хорош гусь.
Капитан словно беседовал сам с собой, обсуждая курсанта. Броду это не очень нравилось.
– Мой отец – Меркури би-Нова?
Гаррисон кивнул головой. Брод обрадовался и засиял, как ребенок, которому дали новую игрушку и пообещали вскоре еще одну лучше прежней, если будет себя хорошо вести.
– Ну, а мать я и так знаю… Спасибо, сэр, вы мне очень помогли! … А теперь можете меня арестовать! Я не против!
Брод выпалил все на одном дыхании и вскочил со своего места. Его лицо просто светилось от радости. Гаррисон оставался на своем месте, лишь убрав пистолет со стола.
– Торопишься влиться в клуб богатых и знаменитых? … Что ж… Дело твое. Отговаривать не буду… Вот только и товарищей там для тебя нет и не предвидится. А если узнают, что ты – симбионт, так вообще изгонят с позором – неторопливо посматривая на собеседника произнес Гаррисон.
Он взглядом указал Броду сесть на место. Вот только тот не спешил следовать его указаниям.
– Вы ничего обо мне не знаете. Я и так уже без друзей… А там у меня будет шанс быть полезным, а значит влиться в тусовку.
– Упрямый, как и он… Я знал твоего отца еще вот таким юнцом, как и тебя сейчас. Вот только повлиять не смог.
– Меркури би-Нова – легендарный капитан Федерации! Если наши узнают, что он мой отец – меня на руках носить будут! – выпалил возбужденно Брод.
Гаррисон лишь негромко и как бы немного грустно рассмеялся.
– Послушай меня сынок. У тебя есть все, что тебе надо для успешного окончания академии… Просто сделай над собой усилие и возьми себя в руки. Не трать свои силы на сомнительные авантюры…
– Спасибо за заботу, но я сам решу, куда и как мне тратить свою энергию, сэр!
Гаррисон хлопнул ладонью по столу и грозно глянул на Брода.
– Загубишь карьеру, будешь жалеть всю жизнь! … Эти эдемские мажоры и пальцем не пошевелят за тебя! Отправишься обратно на Марс контейнеры собирать! … Не уж-то этого хочешь!? – он запнулся на мгновение, чтоб успокоиться. – Или ты думаешь, именитый родитель впишется? … Увы, но твой папаша отрекся от тебя, как от ненужной обузы.
Брод решился было что-то сказать, но сдержал себя. Его лицо заметно погрустнело от последних слов Гаррисона. Он сел за стол, посмотрел на капитана и улыбнулся:
– Не надо меня пугать, сэр! … Это вы сами тут в академии Патруля на Фомальгаутах создали такие условия, что курсанты вынуждены либо унижаться перед мажорами и богатенькими сынками, или голодать, или красть.
Гаррисон тяжело вздохнул, покачал головой и сказал:
– Это то, с чего я начал с тобой беседу… Понимаешь, зачем все это? … Или ты думаешь у Патруля не хватит сил и средств накормить вас досыта?
– Ну, и зачем?
– Именно тогда человек проявляет свою силу и талант, когда он голоден. Сначала, конечно, из него вылазит вся скверна… Он вывернут наизнанку, как подкладка полимерного комбинезона. Все чувства и нервы обострены до предела… Именно здесь он должен найти в себе силы и победить собственную плоть.
Брод, дослушав Гаррисона, громко рассмеялся.
– При всем уважении, сэр… Расскажите эти сказки близнецам. Думаю они, дожевывая очередной протеиновый брикет и запивая его разбавленной метой, вам подмигнут.
Капитан умолк на мгновение, чтоб дать собеседнику высказать наболевшее.
– Это богатые детишки богатых родителей. Они получат из своих чад то, что сами посеяли… Дай время прорости семенам, и ты сам все увидишь, и ужаснешься… Элита Звездного Патруля – это вы, а не они! Ваша 5-ка! Открой уже свои глаза! … Обруч на шее. Загляни в табель набранных балов… Что ты там видишь?
Броду не нужно было никуда заглядывать. Он и так знал статистику успеваемости. Тут он был на коне. Его показатели были выше, чем у других. Все немного портила дисциплина, потому как и по штрафным балам он тоже был «лучшим».
– Неужели ты думаешь, что Звездному Патрулю для удержания и подтверждения своего статуса нужны избалованные капитаны-слабаки?
Брод молчал. Он за более, чем год обучения в академии, еще ни разу не задался подобным хоть и весьма очевидным вопросом. Сейчас же прямо внутри него все бурлило и клокотало. Накопленные обиды и унижения тоже искали выход и нашли его:
– Так почему бы просто не распустить группу, оставив лишь нашу 5-ку, если мы – самые правильные курсанты, а!?
– Потому что Галактика вокруг неправильная, Брод! … Кругом царит то, что ты в миниатюре видишь тут в стенах академии. К этому можно приготовиться только пройдя весь путь от начала и до конца. Именно так в этих стенах вы сможете научиться отличать важное и настоящее от мнимого и напускного.
– А может стоит просто немного подкорректировать рацион!? На пустой желудок, как то совсем знаете ли плохо думается о высоких материях! – возмутился Брод.
Гаррисон снова глубоко вздохнул и потер правой ладонью лоб. Видно было, что ему трудно давался этот разговор с упрямым, твердолобым и своевольным курсантом, но будто некая неведомая сила побуждала его снова и снова стучать в закрытую дверь.
– Ладно… Возможно я был слишком высокого мнения о тебе… Яблоко от яблони.
– Не надо этих высокопарных фраз, сэр… Я вам не навязывал этот разговор, и повода думать, что я какой-то особенный, тоже не давал – ехидно выдал Брод, понимая, что капитан хочет соскочить с этой темы.
– Слушай, а зачем тогда тебе это все? Зачем стараться в учебе? Зачем работать на лучший результат, а? – тут же спросил его Гаррисон.
– А просто так, сэр. Просто, потому что мне это легко… Потому что так я больше смогу делать, что хочу… Отличника сложнее исключить, он ведь отличник… Такой ответ вас устроит?
Капитан спокойно дослушал его и лишь отчего-то улыбнулся и довольно покивал головой.
– Это у тебя в маму… Меркури не был обременён талантом к учебе… А по поводу якобы голода.
Гаррисон внезапно умолк и не торопился продолжать, но видимо хотел, чтоб тот потрудился и сам нашел решение. Он снова взял в руки брикет полуфабриката.
– Вот, смотри сам что ты набираешь для утоления голода… Это очень концентрированный обогащённый сгусток биомассы, чтоб насытить чрево за минимальное время.
– Ага. Он самый… Скажите еще, что и тут я нелогичен – ухмыльнулся Брод.
– Именно… У вас же есть выбор блюд. Ну, попробуй эту обогащённую муть съесть с утра, а в вечерний прием пищи закажи вот это.
Договорив Гаррисон активировал проекционное меню над столом и указал на небольшие спрессованные пластины зеленовато-синего цвета.
– Что это? Спрессованная трава? – брезгливо поморщился Брод.
– Да… А что тебя так смущает? … Забить желудок высококалорийными брикетами и надеяться, что он не попросит добавки ближе к ночи – верх наивности… Вот вы и растянули свои животы. А нужно лишь вспомнить базовую пара-биологию и применить на практике… Разве ее на первом курсе не изучали? Разве там у тебя не лучший показатель? – уточнил капитан.
Брод отвел глаза в сторону и буркнул:
– Не, пара-биология – не мой конек… Я даже не в 3-ке лучших.
– Ах, да… Там Ньюта молодец.
На этих словах Брод внезапно вспомнил про темную тихоню и недотрогу. «Хм… Странно все-таки, как он догадался, что я именно сегодня нанесу визит в пищеблок? … И в дежурстве на эту ночь лишь Ньюта, иначе я б запомнил… Откуда же он тут тогда взялся? Позвала его? Вряд ли. Он бы не успел так быстро. Не уж-то Саймон сдал? Не. Не мог. Он не знал».
– Можно один вопрос, сэр? – медленно и немного неуверенно начал Брод.
Тот оторвал взгляд от проекционного меню над столом, глянул на него и кивнул головой.
– Сегодня в дежурстве только Ньюта… Не знаю, как это вылетело у меня из головы… И мой симбионт смолчал… Сэр, как вы узнали, что я появлюсь тут? – спросил немного волнуясь и запинаясь Брод.
Он отчего-то чувствовал себя глупо, спрашивая подобные вопросы. Из его опыта они как правило имели весьма банальный и простой ответ, который по какому-то досадному упущению ускользнул из поля его зрения. Однако то, что сказал Гаррисон удивило и смутило его еще больше.
– Ньюта сообщила, что ты придешь сюда за едой сегодня сразу после отбоя – ответил тот спокойно и невозмутимо. – Видимо где-то ты прокололся, раз она все узнала.
– Почему же она нас раньше не сдала?
– Ну, этого я не знаю… Спросишь у нее потом… Она – толковая, хоть и пугливая… Ну, и на первый раз я тебя отпущу. Издержки возьму на себя… Будем считать, что этот урок ты усвоил и снова к нему не вернешься.
Застрявшие
Успех наемного подразделения зависит от влияния и харизмы его командира. Невозможно только лишь платить хорошее жалование и ожидать, что бойцы выполнят любой приказ. Командир своим примером и характером должен показывать уровень. При этом ему не обязательно лезть под излучатели в первых рядах, но он должен адекватно оценивать обстановку и отдавать соответствующие ей приказы. Хорошим маркером тут послужит то, как бойцы себя поведут при внештатной ситуации при потере связи с командованием, или потерей самого командира. Даже простое отношения к братьям по оружию, раненым и погибшим, их своевременная эвакуация и оказание помощи способно выявить слабые места в дисциплине отряда, в его сплоченности, в уважении к сослуживцам и руководству.
(Успешные наемники. Рихтер Фон-Ален. Йотунхейм)
Бой среди оврагов
Спасательная капсула с космолета «Чибана» лежала среди горящих кустов и небольших деревьев, более походивших на черные обугленный срезанные стволы. Шрайбен выбил люк и едва не поймал раскаленный вольфрамовый стержень роторной винтовки. От удара тот высек искры на пластине капсулы и срикошетил куда-то в сторону дымящихся кустов. Шрайбен, резко оттолкнувшись от стенки, нырнул лицом вниз и, перевернувшись через голову, скатился в небольшую впадину. Где-то вдали там, откуда прилетел роторный патрон, виднелись яркие всполохи боя. Ползком через колючий кустарник Шрай выбрался наверх и не поднимая высоко головы осмотрелся. Черный боевой шлем Альянса, что использовали все бойцы альхонского отряда, давал неплохую картинку в мозг, но не хватало более кратного увеличения. Яркий плазменный шар с воем просвистел прямо у него над головой, заставив погрузить «лицо» в грунт, и поразил спасательную капсулу, из которой он только минуту тому вылез. Та от удара плазменного шара ярко полыхнула и растворилась в сотнях разноцветных искр и мелких расплавленных осколков, обдав его ими словно каплями кипятка. Черный доспех Шрая справился с этим и защитил от ожогов и ранений. «Значит они либо очень далеко от меня, либо пленных не берут». Он снова медленно приподнял голову и посмотрел вдаль. Высунуться еще выше, что бы рассмотреть откуда по нему стреляли, он не решился, ограничившись лишь обзором небольшого кусочка равнины перед собой и вечернего неба. Внезапный и до боли знакомый шум звездного шаттла привлек его внимание. «Что это? «Мотыль»? Зачем?». Звук скоростного космического межзвёздного аппарата этого класса он не спутал бы ни с чем на свете. «Не похоже на эвакуацию раненых или сбор павших». Шрай еще с учебки хорошо помнил назначение подобных шаттлов. На таких обычно перевозили или ВИП-персон, или очень опасных преступников. И в том и другом случае важна была скорость доставки. «Ну, и кто же тут у нас такой особенный?». Он замер, как вкопанный, под весом собственной догадки, тут же осенивший его. «Брод!»
– Это «Силос» … «Одала»? «Чара»? «Сэд»? Кто-нибудь? – обратился он через нейро-линк.
Но в ответ была лишь тишина. Понимая, что оставаться на этом месте очень опасно он сполз обратно в ямку и выбравшись с другой стороны направился к оврагу, ведущему в сторону места рандеву со «Спэйсгейтом». Перевалив за очередной гребень Шрай стремительно сполз со склона и угодил в широкий укатанный овраг, который вел в том числе и в сторону шаттла отряда. Тут он почувствовал себя в относительной безопасности, встал и осмотрелся. Дно оврага было укатано, свежие следы указывали на то, что тут уже проезжала колесная техника. Понимая, что двигаться безопасно по дну оврага он не сможет, Шрай перебежал на другую сторону и решил взобраться на утыканную сухими черными стволами деревьев опушку. «Отличное место, чтоб осмотреться и попытаться вызвать своих». Он еще раз глянул по сторонам и рванул в ту сторону по пологому склону. Внезапно, еще не добежав до первых деревьев, Шрай услышал подозрительные звуки. Он тут же упал на месте и медленно, пытаясь не шуметь, пополз к ближайшему кустарнику. Однако доползти он немного не успел. Прямо в лицо ударил резкий яркий свет. Фильтр броне-шлема среагировал с небольшим опозданием, но все же дал ему возможность рассмотреть силуэт бронированной 4-колесной машины «Войд».
Чья-то тяжелая ступня внезапно опустилась на его спину и сильно придавила к земле. Шрай застонал от боли.
– Что тут у нас? – послышался искаженный голос через репродуктор того, кто наступил на него.
– Пилот? – послышался другой голос чуть поодаль.
– Похоже на то… К своим полз видимо… 3-х уже взяли, этот 4-й.
– «Войд» сказал всех в расход.
– Ага. А «Спираль» говорит, что за него награда назначена.
– Не за него! За другого! … Его уже взяли. За этого, ничего.
Давление ноги чуть ослабло, и Шрай смог немного повернуть голову и посмотреть, кто его так жестко придавил.
Над ним нависало массивное тело в 2.5 метра ростом, закованное в очень толстую пехотную броню. На локтях обеих рук были прицеплены мощные орудия, способные противостоять даже боевым машинам, космолетам и роботам. Дуло импульсного мега-ватного лазера уперелось ему прямо в спину в том месте где стояла массивная бронированная ступня. Вторая рука приподнялась вверх сверкнув дулом легкой роторной пушки.
– Выруби свет фар! Только позицию свою за зря выдаем! … У него шлем Альянса с затемняющими фильтрами… Давно уже нас рассмотрел… – пробасил грубый искаженный голос воина, закованного в тяжелую броню «Вихор».
Внезапно вольфрамовый раскаленный роторный стержень ударил прямо в грудную пластину тяжелого пехотинца, выбив небольшой кусок полимерной брони и озарив темноту позднего вечера каскадом ярких искр. Потеряв устойчивость тот пошатнулся и отступил, сохранив равновесие.
Одновременно с этим яркий голубой дрожащий луч выстрела импульсной винтовки мелькнул на мгновение и исчез. Сноп разлетающихся искр и кусочков оплавленных полимеров каскадом разлетелся во все стороны откуда то с плеч. Обезглавленная фигура второго бойца «Войд» в легкой пехотной броне вскинула руки и рухнула на грунт. Шрай, уловив момент, резко вывернулся в сторону и скатился вниз по склону.
