– Надеюсь, все обойдется. – Радомир сглотнул и оглянулся на командира.
– Мы не подошли так близко к чумной зоне, – сказал Гринмар. Несмотря на уверенный тон, глаза выдавали беспокойство. – Эликсир справится.
– Если что, нам недалеко до Форта. А там чудная не даст нам помереть, – уверенно заявил Белкивст.
– Это та эльфийка, о которой вы постоянно болтаете? – усмехнулся беззубый наемник. – Которая струсила перед монстрами и не пошла с вами?
Радомир недовольно оглянулся на наемника, но ничего ему не возразил. В какой-то степени тот был прав.
– У нее были серьезные причины не идти с нами, – прошептал Гарэл и нахмурился. – К тому же, после последнего набега бероа, у нас почти не осталось лечебных эликсиров. Кроме нее их готовить некому.
– Да слышал, слышал, что эта баба готовит какие-то зелья, – отмахнулся наемник.
– Хватит болтать, – шикнул командир, и отряд продолжил путь в молчании.
На опушке леса отряд остановился. Радомир осмотрел поле, раскинувшееся от леса до частокола стены, но не заметил опасности и кивнул.
– Идем, – скомандовал Гринмар.
Гарэл бросил взгляд назад, на лесные заросли, и последовал за товарищами.
Разведотряд пересек поле, следуя к стене. Бревна были потрепаны, все в царапинах и дырах. Протиснувшись в одну из прорех, отряд вышел по ту сторону стены. Вдалеке, через равнину с перелесками и кустами, виднелась еще одна стена, но уже из камня. Люди называли ее Рубеж – главная оборонительная линия против монстров. До нее было еще не меньше получаса, и отряд поспешили к ней. Когда люди подошли к стене, караульные выглянули из-за зубцов и скинули веревки.
– С возвращением, – произнес один из караульных, когда воины поднялись на стену.
– Благодарю, – кивнул Гринмар. – Есть новости?
– Пока неизвестно, – ответил караульный. – Отряд Фандри́та ушел пять дней назад и все еще не вернулся…
Мужчина замолчал. Гринмар нахмурился и обернулся на поле под стеной.
– Возможно, они вернулись в другом районе Рубежа, – продолжил караульный.
– Ты знаешь, что отряды возвращаются в четырехдневный срок, – жестко ответил Гринмар. – Если бы они вернулись, вам бы сообщили.
– Мы все равно будем их ждать.
Гринмар кивнул и повел своих людей по открытой галерее, чтобы дойти до башни и спуститься со стены.
Проходя вдоль зубцов, Гарэл глядел на поле и невысокую бревенчатую стену, через которую они пролезли около получаса назад. С высоты хорошо просматривалось даже поле, расположенное за той стеной, и лес, из которого вернулся отряд. Деревянный частокол был поставлен в первые два года после того, как появилась Проклятая Земля. Однако он оказался слишком слаб против тех монстров, что нападали каждый день. Люди оставили его, и теперь он постепенно разрушался, хотя еще задерживал чудовищ.
Семь лет назад пал Виала́ст, поглощенный темным облаком. И на его месте появилась черная земля, которую прозвали Проклятой. От нее во все стороны венами расходились черные линии, заражая землю, отравляя воду и уничтожая все живое. Из этой черноты появлялись монстры, убивающие любого на своем пути.
Гарэл отвернулся от поля, сбрасывая с себя нахлынувшие воспоминания.
– Сдам трофеи – проставлюсь в корчме, – болтал беззубый наемник. – Приманка мургака! Вот это удача!
– Удача, что мы вернулись живыми, – буркнул Белквист, разглядывая свой дырявый щит. Щиты давно стали расходным материалом в войне с монстрами. Даже усиливающие молитвы жрецов не могли их сделать вечными.
Разведчики спустились со стены и направились в Форт. Еще четыре года назад это было обычное военное укрепление недалеко от Рубежа, но сейчас оно превратилось в огромный город. Жители всех близлежащих селений приходили к форту в поисках защиты у королевской армии. Укрепление расширялось, обрастало стенами, делилось на кварталы. Но даже после того, как оно стало новой столицей Маригра́нда, название Форт так и сохранилось.
Несмотря на то, что Форт защищал надежный Рубеж, воины не снимали доспехов и были начеку, пока двигались к воротам города. Даже здесь, за высокой стеной, монстры все еще могли напасть. Лишь когда защитная решетка ворот поднялась перед ними, весь отряд выдохнул и настроение улучшилось.
Пройдя под аркой толстой стены, Гарэл ступил на площадь и рукой прикрыл глаза от слепящего солнечного света. Гринмар уже здоровался с караульными и узнавал новости города. Широкая дорога уходила от ворот вглубь города. Впереди, за домами, виднелся шпиль резиденции магов, вздымающийся высоко в небо. Его возвели совсем недавно, и с его вершины в хорошую погоду была видна Проклятая Земля.
Наемники с радостными ухмылками отправились сдавать трофеи. Эмирис и Белквист попрощались и ушли по домам. Радомир и Гарэл остались командира возле военного штаба на дворцовой площади рядом с резиденцией короля. Гринмар ушел с докладом к начальнику разведки.
Командир появился на ступенях штаба через несколько минут. Гарэл сразу заметил, что тот вернулся слишком быстро.
– Командир седьмого отряда Гринмар Островски, – послышался строгий голос. – И почему ты ушел за стену, не дождавшись мага?
С уст Гринмара слетел невольный смешок, и он повернулся к сухонькому пожилому мужчине в серой мантии, который стоял в проеме открытой двери.
– Магистр Парс, – с наигранной улыбкой начал говорить Гринмар, – этот маг оказался еще тем опоздуном, и мне пришлось уйти без него.
Парс скрестил руки на груди и нахмурился.
– Ты рискуешь жизнью своих людей из-за нескольких минут? – заскрипел сухим голосом маг. – Это вопиюще беспечно с твоей стороны!
– Беспечно опаздывать на общий сбор. – Гринмар скривился. – Скажи это своему магу. Если он не смог прийти вовремя к моменту нашего отправления, как он мог оплошать за Рубежом?! Мне нужен надежный человек.
Маг сощурился.
– Без мага слишком опасно ходить за стену, – начал он отчитывать командира. – К тому же, кто будет собирать сведения о магических потоках и изменениях? Думаешь, разведотряды создавались монстров крошить? Нам все еще необходимы исследования тех земель! Когда ты уже поймешь важность нашей работы?
– Я понимаю, – огрызнулся Гринмар. – Но в этот раз мне хватило наемников из новичков. Отвечать еще и за мага было бы уже слишком.
– Маг не был новичком в вылазках за стену.
– И даже не удосужился прийти вовремя. Наемники тоже не были новичками, но с ними были проблемы. Успех моего отряда в том, что мы сработавшаяся команда. И еще раз повторю – я не стану доверять свою жизнь человеку, который даже не может прийти вовремя. Найдите другого мага для нашего отряда.
Парс лишь покачал головой и зашел внутрь штаба. Похоже, он не собирался дальше спорить с воякой.
– Не любишь ты магов, – усмехнулся Радомир, когда командир спустился со ступеней и направился к ним.
Гринмар ничего не ответил. Магов распределял совет, и ни один маг не был закреплен за определенным отрядом, что раздражало командира, который предпочитал работать с проверенными людьми.
Гринмар прошел мимо Радомира и Гарэла и направился прочь с площади.
– Командир Гринмар! – послышалось со ступеней штаба.
– Что опять? – зло обернулся Гринмар.
– Вы не написали отчет, – произнес юный воин, опустив глаза. Было видно, что он робел перед известным разведчиком, о котором среди новобранцев ходили сотни героических историй.
– А, писанина, – отмахнулся Гринмар. – Нинель!
Тишина. Лишь ветер пронес мимо песчаный вихрь.
– Твою мать! – выругался Гринмар и пошел заполнять отчет.
Радомир проводил командира взглядом и ехидно улыбнулся:
– Это надолго.
Все знали, что Гринмар Островски не дружил с письменностью. Он мог выводить корявые буквы битый час, и все равно написанное им вызывало слезы у читающего.
Гарэл кивнул и направился прочь с площади, по которой сновали воины и наемники.
– Зайдем на рынок, как раз по дороге, – догнав друга, заговорил Радомир. Они зашагали по улицам, которые к вечеру пустели. Рядом с огромным орком низкорослый мужчина выглядел щуплым подростком. Незнающий мог бы подумать, что Радомира легко одолеть в бою, однако его рост никак не отражался на его умениях. Он был прекрасным бойцом и выиграл не одно сражение с монстрами.
– Зайдем. – Гарэл меланхолично разглядывал вторые этажи плотно стоящих домов. Превращение из армейского лагеря в обычный город не прошло даром. Беженцы из разрушенных поселений все прибывали, прячась за высокими стенами и спинами воинов. Жителей становилось все больше, и вскоре дома в Форте начали расти вверх, словно стебли бамбука.
– Вечером собираюсь посидеть в зале, – продолжал Радомир, – присоединяйтесь с Нинель. Потратим часть жалования на хорошую выпивку. У Лю́гара ведь лучший эль в нашем районе.
Гарэл тяжело вздохнул.
– Вытаскивай ее из дома, а то покроется пылью, – рассмеялся Радомир, словно понимая, о чем вздох друга. – Скажи ей, что я соскучился.
Гарэл хмыкнул. Вряд ли это сообщение изменит ее настрой. Неизвестно, в каком состоянии сейчас Нинель.
Они прошли по вымощенным камнями центральным улицам, встречая в основном служивых и их семьи. Старая часть города так и осталась в распоряжении армии. Форт был разделен на районы наполовину разобранными стенами. С высоты город напоминал цветок лотоса, распустившийся посреди залитых водой полей риса. Каждый лепесток был новым районом, воздвигнутым, когда беженцы очередного поселения приходили к стенам Форта.
Гарэл и Радомир миновали старые ворота и вышли в другой район города. Солнце клонилось к закату, и тени удлинялись. Торговля на рынке потихоньку сворачивалась, но люди еще сновали меж лавок. Посреди площади на помосте стояли стражники и что-то обсуждали. Горожане с любопытством на них поглядывали, и, проходя мимо, замедляли шаг, чтобы расслышать разговор.
Пока Радомир что-то покупал, Гарэл со скучающим видом застыл возле помоста, разглядывая узор дерева на виселице. Стражники заметили орка, узнали его и отдали честь. Гарэл кивнул в ответ и краем уха уловил разговор проходящих мимо мужиков.
– Сегодня привезли новых девчат! Хочу потратиться на самую миленькую.
Гарэл покосился на прохожих. Он понимал, о чем те говорят – привезли новых женщин-рабов, которых здесь использовали в публичных домах для известных целей. Правительство снабжает бойцов проститутками и получает назад жалование, которое воины получают от армии. Круговорот денег в государстве. Это было заманчиво, но стоило вспомнить реакцию сестры, как Гарэла замутило. После первого и последнего раза, когда он воспользовался женщиной, Нинель что-то подсыпала ему в еду. Он провел пару дней в уборной, пока не извинился. Конечно, после он завалил вход в дом камнями и ушел в разведку на три дня, но Нинель пережила это стойко. Она не изменила мнения, напомнив брату, что на месте этих женщин могла быть она.
– Опять баб привезли, – произнес Радомир, видимо, тоже услышав диалог прохожих. Гарэл скривился, и тот добавил: – Да, мне от Нинель тоже досталось в свое время. Больше ей не рассказываю о подобном.
– Было глупо с твоей стороны говорить ей об этом, – продолжив путь, заметил Гарэл. – Ты же знаешь, как она относится к рабству и насилию.
– На тот момент я не знал. – Радомир опустил взгляд в землю. – Иначе бы молчал.
Радомир снимал комнату в корчме «Синий кабан» (раньше эта корчма называлась «Синяя свинья», но кто-то смеха ради подрисовал свинье мужской орган). Бойцы седьмого отряда не жили в казармах с остальными служивыми. Так повелось с самого начала. Все они в прошлом были наемниками, кроме Эмириса и Белквиста, даже их командир – Гринмар, которому сейчас доверяли как истинному мариграндцу. Пожалуй, седьмой остался единственным отрядом, где почти не сменился состав. Во всех остальных бойцы менялись чуть ли не после каждого задания. Поэтому седьмой отряд считался элитой среди разведчиков.
Гарэл махнул Радомиру на прощание и побрел в одиночестве вниз по улице. Послышался звон колокола – вечерняя молитва окончилась. Люди просили помощи и спасения у Светлобога. Жрецы собирали силу веры, вложенную в молитвы, и укрепляли стены города. Эта сила появилась вскоре после того, как пал Виаласт. Ее называли милостью Светлобога, и она укрепляла предметы верующих. Гарэл не любил светлобожественную веру, поэтому не вникал в это странное явление.
Сумерки быстро сгущались, и орк добрался до дома уже затемно. Он оглядел невысокое строение, которое выделялось среди прочих зданий своей чудной формой. Бревенчатый дом на сваях, с покатой крышей из бамбука, весь заросший плющом. Он казался странным зеленым чудом среди каменных домов города. Многие крутили у виска, когда они построили дом. Все говорили, что первый же ураган снесет его, а в сезон дождей он развалится и уплывет. Однако дом выдержал непогоду, и в нем всегда было сухо и уютно: в жару – прохладно, в холод – тепло.
Скрипнув калиткой невысокой оградки, орк вошел в небольшой садик перед домом. Все растения в нем были ухожены и политы. Гарэл окинул взглядом дерево, росшее справа от дома и покрытое ароматными цветами. Апельсин, так полюбившийся Нинель.
Гарэл вошел во мрак прихожей и принялся снимать с себя доспехи и оружие и аккуратно складывать на стеллаж. Дома было тихо. Гарэл поставил пыльные сапоги на пол и поднялся на две ступени. Деревянные доски пола отдавали теплом.
– Нинель! – позвал он. – Ты дома?
– Да, – услышал он слабый ответ из комнаты.
Гарэл вздохнул и пошел на голос. Он нашел эльфийку сидящей в плетеном кресле возле стола. Она слабо улыбнулась ему, потянулась к глиняному кувшину и заткнула горлышко пробкой. Гарэл окинул взглядом комнату, в которой она занималась созданием эликсиров и прочих лечебных штуковин. Комната была заполнена ящиками, расставленными повсюду в несколько этажей. Возле эльфийки стоял открытый ящик, в который были составлены стеклянные флаконы с жидкостью.
– Опять заказ армии? – Гарэл заметил темные круги под глазами сестры. – Сколько дней ты не спала?
– Пару дней, не беспокойся, – отмахнулась Нинель. Окинув взглядом брата, она слабо улыбнулась: – Я рада, что ты вернулся целым.
– Ты ела что-нибудь за это время? – орк нахмурился. За те три дня, что он не видел сестру, она заметно похудела и побледнела.
– Не помню.
– Нинель, если ты будешь постоянно сидеть в темном доме и варить зелья, ты превратишься в худосочную бабулю. Ты видела себя?
Нинель посмотрела на брата и слегка улыбнулась.
– Твои синяки под глазами можно спутать с пустыми глазницами. Пойдем, – позвал орк.
– Куда?
– Проветришься.
Нинель пожала плечами и поднялась с кресла. На ней было короткое, безрукавное платье из мягкой ткани, которое она носила только дома. Гарэл вышел на улицу, дожидаясь, когда сестра переоденется. В ветвях апельсина запела птица.
Выйдя из дома, Нинель пробормотала хвалу Акиме, за то, что уже темно. Ей явно было тяжело выходить на свет после бессонных ночей.
– Радомир позвал выпить в корчме, – рассказал Гарэл. – Говорит, соскучился.
– Ой, не смеши, – прыснула Нинель. – Мы не виделись неделю.
– Мое дело передать его слова, – пожал плечами Гарэл, глядя, как Нинель потягивается и разминается. – Запри дверь, здесь не Одрелоун!
Нинель с упреком глянула него и, заставив расти ветви апельсина, забаррикадировала ими дверь.
– Не первый год живу среди людей, – буркнула она.
Гарэл ехидно улыбнулся, хотя в его глазах было некоторое беспокойство.
– Как ты себя чувствуешь? – спросил он, открывая калитку.
– Паршиво, – ворчливо ответила Нинель. – Но если ты о моем женском здоровье – то все в порядке. Все прошло. Я уже почти в норме.
Гарэл удовлетворенно кивнул. До корчмы была пара кварталов, Радомир словно нарочно поселился неподалеку. Гарэл и Нинель дошли до «Синего кабана» в молчании, наслаждаясь прохладой и тишиной ночного города.
Зато в корчме было довольно людно и шумно. Радомир стоял у стойки и разговаривал с хозяином.
– А вот и полукровка с чудной, – улыбаясь, воскликнул Радомир. – Не ожидал вас тут увидеть. Оу, Нинель, что с глазами?
– Решила подкрасить углем, чтобы красивее быть, – пошутила Нинель. – О боги, как я хочу жрать! Можно мне рыбки?
Хозяин рассмеялся и распорядился подать ужин для уважаемых гостей.
– Заказ от армии пришел, – начала рассказывать Нинель, когда они уселись за стол с тарелками риса, сыра, хлеба и рыбы. – Запас обеззараживающих эликсиров. Семь ящиков. Но на ящиках нет эмблемы армии Маригранда. Возможно, хотят продать в другую страну.
– Думаешь, кто-то подкупил главного лекаря? – спросил Радомир.
– Я ничего не думаю, лишь делюсь наблюдениями, – лениво ответила Нинель, облокотившись о стол и ковыряя вилкой в тарелке. – Может, просто не успели поставить печати на крышки ящиков. В нынешнем положении такое тоже возможно. Какие у вас новости?
– Хорошая новость в том, что гикрыс в северном лесу так и нет, – ответил Гарэл. – А в общем – квадули расширяют территорию, и появились редкие монстры. Встретили ящерожука и мургака.
– Ящерожука? – удивилась Нинель, кладя в рот кусок сыра. – Нифифо севе. Послефний ваз фидива иф года два назад.
– Это было не самое удивительное. – Радомир в воодушевлении подался вперед. – Замеченный ящерожук был с латным нагрудником в лапках.
Нинель вопросительно глянула на Радомира, поставив поднятую для глотка кружку с элем.
– Тварь держала нагрудник, словно защиту, – пояснил мужчина, показывая на себе, как это было.
– Совпадение? – Нинель приподняла бровь.
– Кто знает. – Гарэл пожал плечами. – Завтра должен вернуться третий отряд.
– Сколько еще уходило?
– Еще три. Третий, пятый и шестой. Но Фандрит не вернулся в срок. – Радомир многозначительно глянул на товарищей.
Нинель кивнула и отпила из кружки.
– Сперва все новости соберут, а если будут важные, нам сообщат, – произнес Гарэл.
На какое-то время повисла тишина, каждый думал о своем, пока Радомир не нарушил молчание:
– Как твое здоровье, Нинель?
Нинель глянула на него исподлобья.
– Нормально.
Радомир ухмыльнулся и откинулся на спинку скамьи.
– Если ты пришла в норму, не хочешь остаться сегодня у меня? Я всегда рад побыть рядом с тобой.
Нинель потянулась, разминая спину, плечи и шею, словно не обратила внимания на слова друга.
Гарэл улыбнулся. Эта игра началась с первых дней их знакомства. Поначалу Радомир действительно думал, что быстро получит Нинель.
*(несколько лет назад)*
– Что? Эльфийка? – удивился Радомир, когда их командир вернулся с совета десятников в корчму, где они собрались хорошенько выпить.
– Да, и орк, – кивнул командир Кеними́т и уселся за стол.
– Орк? – не поверил Гринмар и пододвинул уже наполненную кружку командиру.
– Я так понял со слов сотника, что это – полуорк, брат эльфийки. – Кеними́т приложился к выпивке.
– На кой нам в отряд нужны эти твари? – выругался Белквист, сплюнув на пол.
– Сказали взамен Далра́га и Лю́рена. – Кенимит скривился и цокнул языком.
Мужчины хмуро переглянулись. В последнем бою они потеряли мага и одного из товарищей, едва отбив беженцев от бероа. Их десятка сдерживала атаку тварей, пока не подошла подмога. Пару женщин монстры успели утащить, но основную часть жителей разоренной деревни удалось спасти.
– Неужели не могли дать стоящих бойцов, а не зеленую крысу и бабу? – рычал Белквист. – Хотя баба может пригодиться, – тут же оскалился мужчина.
– Может, нам дали ее для поднятия духа? – улыбнулся Радомир.
– Эльфийку-то? – усмехнулся Кенимит. – Я думаю, для поднятия духа эльфийку отдали бы Зомалу́ру. Слишком дорогой подарок для простых вояк – эльфийская женщина.
Гринмар почесал затылок.
– Не та ли это эльфийка, что хворобу лечит у простолюдинов в Форте? – озадаченно спросил он.
– Да, скорее всего, это она, тут других не слышно, не видно, – закивал Белквист.
– Когда они к нам присоединятся? – воодушевился Радомир.
– Ишь, мелкий, думаешь в оборот ее взять? – ухмыльнулся Гринмар, хитро разглядывая парня.
– Завтра утром наша рота выдвигается к морю, – произнес командир. – Там старшему дали задание охранять строителей новой стены.
– Слухи о новой стене ходят повсеместно, – заметил Гринмар. – Говорят, гномов наняли?
– Да, и горделивые коротышки отказались от охраны, мол, сами смогут себя защитить, – проворчал командир. – Но маршал Зомалур и слышать не хотел об этом, заявив, что гномы должны строить стену, а не отвлекаться на стычки с тварями.
– Думаешь, нашей роты будет достаточно? – удивился Гринмар.
– Даже если я что-то и думаю – приказ есть приказ. Не мое дело его обсуждать. Завтра мы выдвигаемся, эльфийка и орк – с нами.
На построении роты перед маршем к Кенимиту подошли два воина, которым он тут же приказал занять места позади старших в отряде. Новички на удивление верно поняли свои места и молчаливо встали в строй. Радомир с любопытством разглядывал их. Орк был высок, широкоплеч и могуч, и стоявшие рядом воины косо поглядывали на него и шептались. Эльфийка же хоть и была высокой, но на фоне громилы-орка выглядела малышкой. Она натянула капюшон плаща на голову и смотрела в землю. Ее женские прелести было сложно оценить из-за доспехов, и Радомир разочарованно отвернулся.
Затрубил рог, и рота выдвинулась к морю. Марш был в высоком темпе, однако новички держались хорошо. Первый привал на перекус организовали лишь к полудню, где Радомир, наконец, увидел эльфийку без капюшона.
– Приветствую, новички! – подошел знакомиться Радомир.
Эльфийка впилась в него взглядом голубых глаз, слегка сощурившихся, оценивая незнакомца. Но холод сменился теплотой легкой улыбки с белоснежными зубками.
– Здравствуй, – послышался звонкий голос.
– Мы в одной десятке, поэтому надо узнать друг друга поближе, – продолжил Радомир, восхищаясь красотой эльфийской женщины: чистая, светлая кожа, тонкие черты лица. – Меня зовут Радомир.
– Нинель, – ответила эльфийка, откусывая лепешку.
Радомир никак не мог отвести взгляда от ее глаз неестественного, слегка лазурного цвета.
– Гарэл, – представился рыжеволосый орк.
– Давно вы в этих местах? – Радомир, не стесняясь, разглядывал собеседников и удивлялся зеленоватому цвету кожи орка, а также его грубым чертам лица с мощным подбородком и большим носом. Радомир никогда не видел орков вживую. На юге о них ходили лишь легенды и истории.
– Давно – понятие относительное, – уклончиво ответила эльфийка.
Радомир разглядывал витиеватые золотистые косы на голове, вплетенные в одну большую на затылке.
Пока Радомир разглядывал новичков, к ним подтянулись все члены десятки.
– Нам что, девку назначили? – удивился Хул, которого вчера не было при разговоре. – Эльфийка чтоль?
– Эльфийка чтоль, – передразнила Нинель.
– О, пигалица, дерзишь? – усмехнулся Хул.
– Эта пигалица старше тебя на пару десятков лет, – заметил орк, тон которого был более спокойный, чем у его сестры.
– Да ладно! – воскликнул Гринмар, пораженно рассматривая девчушку.
– Мне сорок лет, – ответила Нинель.
– Эльфийские женщины действительно сохраняют красоту надолго, – заметил Радомир.
– Я еще не женщина, – ответила Нинель.
– Могу помочь стать женщиной, – промурлыкал Радомир.
– Хорошо, если что, обращусь, – сухо бросила Нинель.
Протрубил рог, и бойцы засобирались в дорогу.
Весь оставшийся день до заката воины шли на юг. Несколько раз случались стычки с чудищами. Кенимит заметил, что и эльфийка, и орк отлично владели оружием, и обрадовался, что ему не подсунули юных щенков. Отвечать за новичков утомительно.
К вечеру зарядил ливень, и на ночлеге многие безуспешно пытались согреться и высохнуть. К удивлению людей, эльфийка заставила траву расти и сделала для их десятки укрытие от дождя.
– Так ты маг? – удивился командир.
– Нет, – покачала головой Нинель. – Все эльфы умеют пользоваться силами растений. Возможно, для вас это магия, но для нас – просто врожденная способность.
– А я надеялся, нам мага дадут, – проворчал Белквист.
– Магия нестабильна, – произнесла Нинель, устраиваясь на подстилке из травы. – Ею пользоваться опасно.
– Монстры намного опаснее, чем нестабильная магия, – заметил Гринмар.
– Не поспоришь. – Нинель нахмурилась, глядя, как Радомир ложится рядом с ней.
– Я буду рядом, чтобы помочь тебе стать женщиной, – проворковал Радомир. – Прижмись ко мне – так будет теплее.
– Зря вы так, – усмехнулся Гарэл, устраиваясь рядом с сестрой с другой стороны. – Если вас покромсает монстр – она единственная, кто сможет вам помочь.
– Это почему? – фыркнул Хул, жадно разглядывая Нинель.
– Она умеет исцелять смертельные раны, – произнес орк. – К тому же она находится под покровительством его величества Эдуарда Расофина. И архимага Джарстина, – зевая, добавил орк и провалился в полудрему.
Радомир удивленно уставился на этих двоих. Под покровительством короля Маригранда?! И архимага Джарстина?! За что в их десятку наемников, числящихся в регулярной армии просто как вспомогательный отряд, определили таких бойцов?
За время, пока их рота несла службу по охране гномов, Нинель сблизилась с отрядом. Они увидели и испытали ее силу магии Жизни. Она рассказала, что Джарстин привел ее к королю, чтобы решить проблемы с его здоровьем. Ведь после потери жены в черном облаке он так и не простил себе, что не был с ней в тот момент, не смог помочь или хотя бы умереть вместе. И боль утраты, и последующие проблемы внутри государства сильно пошатнули здоровье Эдуарда. Нинель готовила ему целебные эликсиры и различные мази, помогающие снять боли в суставах, в сердце и вернуть ясный ум. И эльфийке с орком позволили остаться в Маригранде.
В последствии Радомир так и не оставил попыток затащить Нинель в постель. Со временем это превратилось в азартную игру с надеждой сорвать куш, если повезет. Один раз Радомир был близок к победе, если бы Нинель не напилась в стельку. Она провалялась в его кровати до утра, не в силах даже пошевелить языком, чтобы сказать, чтобы он от нее отстал. А просто взять беспомощную эльфийку не позволяло уважение к ней. К тому же, как только Радомир пытался ее расшевелить, ту скручивал приступ тошноты. Мужчине пришлось сдаться, однако любопытство не отпустило, и он попробовал раздеть ее. Вот тогда-то он и узнал о страшных шрамах на спине эльфийки. Хотя Нинель избавилась от рубцов с ног, рук и живота, но на спине еще оставалось страшное наследие Сахана. Наутро Радомир спросил, откуда шрамы, но Нинель только буркнула, что побывала в рабстве, и замолчала.
После этого Радомиру многое стало понятно: и ее нетерпение к рабству, и к близости мужчины. Он перестал вставлять похабные шутейки и поубавил наглое поведение, но надежды переспать с эльфийкой так и не потерял. Их игра продолжалась и по сей день.
– Значит, не останешься у меня? – спросил Радомир, когда Нинель и Гарэл засобирались домой.
– Не сегодня, Радомир, – покачала головой Нинель с легкой улыбкой. Эльфийка прекрасно понимала эту игру, поддерживая ее уже пару лет. Ей самой она нравилась.
– Ты долго не тяни, а то я состарюсь, пока ты решаешь, – пробурчал мужчина.
Нинель махнула рукой и пошла по узкой улочке, поднимая пыль. Приближался сезон засухи.
* * *
Витражное окно содрогнулось, когда огромный пласт снега сполз с крыши, ударился о подоконник и рухнул в пропасть. Пожилой эльф поднял голову от книги и взглянул в сторону, откуда донесся шум. Солнечный свет заставил сощуриться, и архивариус улыбнулся уголком рта, а потом продолжил изучение раскрытой перед ним книги. Вокруг, на большом столе лежали стопки книг, свитков и бумаг. По правую руку стояла закрытая чернильница, возле которой лежало узорное совиное перо.
Эльф был увлечен чтением. На серых страницах книги виднелись записи: дат, имен, событий. Эльф остановился на одной строчке и задумчиво постучал пальцем по ней. Он перевел взгляд на другую открытую книгу и провел пальцем левой руки по записи в ней. Сравнил две строки и задумчиво откинулся на спинку стула, переводя взгляд с одной книги на другую.
– Э́миот, принеси мне книгу девять тысяч пятьсот восемьдесят первого года, эпохи Неба, – позвал своего помощника архивариус.
Послышался скрежет передвигаемой стремянки, затем шуршание на полках. Из глубины библиотеки возник беловолосый эльф и подал книгу наставнику.
– Вот книга, господин Бро́мстэль.
– Благодарю, – кивнул Бро́мстэль, жестом руки отпуская помощника. Тот с поклоном удалился.
– Сто вторая, – пробормотал архивариус, поглядывая на запись в открытой книге и отодвигая ее вверх, чтобы положить новую на ее место.
Эльф бережно пролистал книгу до нужной страницы и принялся изучать записи.
