Страница 2 из 4
– Свидание?! Ксюш, ты же знаешь, у меня никогда никого не было. И вряд ли будет, – усмехнулась Аня.
– Обещай.
– Обещаю, Ксюша, что я надену это платье на свое первое свидание, – закатила глаза девушка.
– Даже если будет холодно?
– Даже если будет холодно.
– И жарко?
– И жарко.
– Я тебя люблю! – взвизгнула Ксюша.
То был странный обряд. Но Аня отлично понимала, насколько важно для Ксюши, чтобы подаренное сестре платье пришлось впору. Еще и обещание сумела выпросить. Дорогого стоит.
«И попробуй только не исполнить!» – подумала Аня.
Уже через минуту затрезвонил телефон Ксюши, муж и сын ждали ее у подъезда в машине. Ксюша снова обняла сестру и начала одеваться, поблагодарила за чай. Аня вдогонку отдала ей свой пакет с подарком, пожелав, чтобы его открыли непосредственно в праздник. Сестра кивнула и вышла. Аня снова осталась одна. Одна стоять в новом черном платье с пятью часами до открытия ночного клуба.
Она снова навела себе кофе, придвинула поближе печеньки и ноутбук, затем включила сериал «Сверхъестественное». Аня смотрела его, будучи подростком. С тех пор мало что изменилось. Она так же любила по выходным позалипать в телевизор. Лыжи, коньки, тюбинг, прогулки по заснеженной аллее – это все не для нее. Аня выходила гулять только с мамой, а мама гуляла очень редко, чаще до магазина. Так что «Сверхъестественное» – отличный способ убить время.
«Ты – сумасшедшая! Но мне нравится твой настрой! Хорошего тебе вечера!» – пришло сообщение от Даши.
Аня прочитала его и посмеялась. Почему-то ей представились голубые глаза Даши, увлеченные и с расширенными зрачками от негодования. Будь она здесь, то точно бы сказала еще много чего. Например: «Куда ты собралась в офисном прикиде, дорогая? Давай-ка переоденемся» или «Я пойду с тобой, иначе кто тебя остановит, когда ты начнешь распускать руки?»
Ее фразы всегда казались странными, но живыми. Они так и просили, чтобы собеседник улыбнулся. Жаль, что Даша в нескольких километрах отсюда. И у нее семейный Новый год. Она приехала к родителям и вряд ли бы согласилась провести эту ночь в клубе с едва знакомой девушкой.
Будильник сработал намного громче, чем ожидала Аня. Он зазвонил прямо в ее руке, когда она пролистывала сообщения. Телефон выскользнул и, как пингвин, прокатился «пузом» по ковру в сторону шкафа. Подойдя к нему, Аня нагнулась и взяла его в руки. Она где-то слышала, что есть такая работа – переворачиватель пингвинов. Именно так Аня почувствовала себя внутри. А ее «пингвин» продолжал гудеть и оповещать о том, что до восьми вечера осталось сорок минут. Аня вздрогнула, получив выброс адреналина в кровь. Она пойдет туда впервые, будет танцевать и пить. А что пить? Как танцевать? Она еще не подумала об этом.
Все мысли ушли прочь, и Аня вышла из дома. Ее квартира находилась на десятом этаже. Аня отлично прочувствовала скрипящий лифт на своей шкуре. Понадеялась, что он так не всегда, а лишь сегодня, иначе придется пользоваться лестницей. Аня шла все в том же пальто из Пензы и с сумкой, закинутой на плечо. Она сильно сжимала ее ручки, боясь, что кто-нибудь вырвет сумку из рук.
«В клуб, иду в клуб».
Как сказала Ксюша, у Аниного дома было отличное расположение. Аня смогла добраться до клуба за полчаса. И чем ближе она подходила, тем страшнее ей становилось. Вот она – входная дверь, здесь же стоял охранник. Большой такой, важный. А Аня – маленькая и никчемная – шла прямо к нему. Хотела, чтобы он ее пропустил. Перед Аней была одна парочка, которая мило беседовала между собой. Охранник долго таращился на влюбленных, но в итоге пропустил их. Аня маленькими шажками подобралась в поле зрения мужчины, одетого в черный смокинг, и посмотрела вверх. Вместо его глаз она увидела темные очки. Было непонятно, какие эмоции он испытывал в эту минуту.
– Тебе восемнадцать-то есть? – хриплым голосом спросил охранник.
– Да. Вот, – предъявила паспорт Аня. Ее рука немного дрожала, но это можно было списать на сильный ветер с кружившимися в его потоке снежинками.
– Проходи, девочка.
Аня сначала не поверила услышанному, а потом быстро юркнула за дверь. Здесь было жарко. Уже спускаясь по лестнице, Аня почувствовала, как по телу прокатилась волна горячего воздуха. В пальто стало неуютно. Она расстегнула его пуговицы, но снимать не стала. Где-то нужно было отыскать гардеробную. До ушей, нет, до самых далеких извилин в голове, доносилась громкая музыка. Ане казалось, что все здесь покачивается согласно ритму: столики в углу, люстры, стены. Даже куртки в гардеробной излучали вибрацию.
В основной зал Аня вернулась уже без верхней одежды. Она суетливо начала крутить головой. Где ее островок спасения? Не может же она сразу выйти на танцпол! Внутренний стыд не даст ей спокойно потанцевать. Нужно его заглушить, пока извилина, отвечающая за страх, не посоветовала отсюда сбежать насовсем.
Аня заприметила барную стойку на противоположной стороне зала, именно туда она и направилась. Почти уверенно, с размеренными шагами и дыханием. Пришлось очень постараться, чтобы не сбиться с пути: Аню то и дело уносило в сторону, когда танцующие люди случайно или неслучайно толкали ее. Их танцы были откровенными и дикими, быстрыми и резкими. Немудрено, что она получила пару раз локтем в бок.
Кое-как миновав танцпол, уже уставшая Аня присела на крутящийся высокий стул. Это тоже оказалось неожиданным. И прежде чем заказать что-либо, она провернулась вокруг своей оси. Ей просто хотелось знать, на сколько градусов он поворачивается. К концу своего исследования она звонко рассмеялась, почувствовав себя девочкой на маленькой карусели. А когда ее взгляд сфокусировался, она увидела бармена. Он терпеливо ждал, когда девушка довертится на стуле и сделает заказ. Ане стало немного не по себе оттого, что он это увидел.
– Ой, простите, у вас отличные стулья! – выпалила она первое, что пришло в голову.
– Благодарю, я передам администратору, что тебе понравилось, – давил лыбу бармен, пытаясь не засмеяться. – Миксуем?
– Что?
– Все ясно. Первый раз здесь?
– Да, – призналась Аня и сразу же опустила голову.
– Не переживай, – положил свою ладонь поверх ее руки бармен, затем тут же убрал, едва встретившись с ней глазами. – Сейчас намешаю. Классика-классика. Начнем с «Дайкири», как ты на это смотришь?
Аня поморщилась, свела брови к носу и покачала головой. Это было что-то вроде: «Я не понимаю, о чем ты. Делай, что хочешь». Бармен снова издал короткий смешок. Теперь его взгляд был направлен под барную стойку. Он увлеченно что-то наливал, добавлял и затем тряс шейкером. Вскоре бармен вручил бокал с высокой ножкой Ане. Внутри бокала было что-то мутное и серое. На кромке красовалась долька лимона, но Ане это было неинтересно. Она положила локоть на стойку и оперлась щекой на ладонь. Смотрела, как бармен миксует коктейли для других посетителей. Иногда Аня делала маленькие глотки, пробуя на вкус «Дайкири». Оказалось очень даже ничего.
Бармен выглядел огромным, и эта стойка была для него маловата. Для такого качка требовалось довольно много места. Его широкая спина еле вписывалась в узкий проход. Но парень действовал аккуратно, давно заученными движениями. Его глаза излучали тепло и доброту. Он не боялся людей, наоборот, старался быть к ним ближе, даже через разделявшую их стойку. Мог перегнуться через нее, чтобы какая-нибудь красотка шепнула ему на ушко свой заказ. Мог дать пять прибывшему только что с танцпола навеселе парнишке. Мог поддерживать короткие беседы с засидевшимися пьяными у бара. Он явно был в своей тарелке. Аня же чувствовала себя как рыба без воды – вот-вот задохнется.
Она почти осушила свой бокал, засмотревшись в этот раз на торс бармена. Железные мышцы обтягивала белая рубашка без рукавов, демонстрируя его крепкие и сильные руки. Аня хотела разглядеть его лицо. Да, она видела его серые глаза, выраженные скулы, короткие каштановые волосы, стоящие торчком вверх, но что-то постоянно возвращало ее обратно.
– Все нормально? – повернулся к ней бармен.
– Она же не настоящая… – продолжала смотреть на торс мужчины Аня.
Он усмехнулся и принялся искать на себе то, что так усердно разглядывала девушка.
– Бабочка, – подсказала Аня, – с ней ведь что-то не так.
– Надо же, ты первая, кто это увидел. Да, она из картона, веришь? Моя нормальная бабочка осталась у… знакомой. Мне бы не хотелось к ней возвращаться – и вот результат.
Аня засмеялась. Было почему-то смешно. Такой мощный и крепкий парень, но с картонной бабочкой на шее, словно поделкой из садика. Бармен тоже смеялся, иногда посматривая на предмет своего гардероба, вызвавшего такой интерес.
– Она приколота булавкой? Можно взглянуть?
Бармен снял бабочку и положил ладонь на столешницу перед Аней. Ей пришлось рассматривать бабочку, касаясь пальцами его руки. Ладонь была теплая и приятная, бабочка – жесткая и черная. Правда из картона. Аня поблагодарила бармена и осторожно слезла со стула. Чтобы сохранить равновесие, ей пришлось уцепиться за него руками, постоять так несколько секунд.
– Юбка-карандаш? В ночной клуб? – удивился бармен. – Ты ведь не на собеседование сюда пришла?
– Конечно нет. Я просто, просто… – уверенность потихоньку начала отпускать.
Аня не договорила фразу, скрывшись в танцующей толпе. Она прошла почти в центр, чтобы не убежать так запросто отсюда. Закрыла глаза и начала танцевать. Как умела. Может, бармен и прав, узкая юбка действительно сковывала движения. Ане пришлось ее немного приподнять, теперь ноги тоже могли двигаться.
Через минуту какой-то незнакомец угостил ее коктейлем и предложил потанцевать. Все шло довольно неплохо. Они двигались в такт музыке, иногда касаясь друг друга телами. Это было приятное ощущение. Незнакомец стал еще ближе, ухватившись руками за талию. Паника. Аня взвизгнула и оттолкнула его. Парень пожал плечами и скрылся в толпе. Аня замерла. Правильно ли она себя повела? Может быть, так заведено в клубах, и нужно расслабиться? Аня смущенно уткнулась в пол.
Кто-то угостил ее напитком снова. Это казалось бесконечным. Ее угощали, а затем снова пытались заключить в пьяные объятия. Ане подумалось, что это допустимо. Но каждый раз она буквально отпрыгивала от партнеров. Было страшно и непонятно, что происходит вокруг. Парочки целовались, некоторые из них зажимались в углах. Голова дико трещала от музыки. Аня больше не чувствовала ритма, он существовал отдельно от этого зала. Она брела в свете прожекторов к барной стойке, надеясь успокоиться и вернуться на танцпол позже. Аня вскарабкалась на стул и стала держаться руками за столешницу, боясь резко крутануться и упасть. На этот раз она прочитала бейджик бармена. Это было необходимо.
– Знаешь что, Максим?! Мне нравится юбка-карандаш! И плевать, что это смешно! Я приехала в Тулу, чтобы быть собой, а не угождать всем подряд. Черт возьми, это мой первый Новый год здесь! Я буду делать все, что захочу! Понятно тебе?
– Ты пьяна, – продолжал улыбаться бармен. – Как себя чувствуешь? Давай кофе тебе сделаю, станет легче.
– Мне страшно.
Внезапно Аня начала рыдать, уткнувшись лицом в стойку. Ее тело содрогалось в истерике. А потом она все-таки крутанулась на стуле и грохнулась на пол. Так громко, что даже музыка казалась тише, чем ее падение. Максим, который бармен, выбежал из-за стойки и вместе с рядом стоявшими парнями помог Ане встать на ноги. По-прежнему держа ее под руку, бармен крикнул коллеге:
– Андрюх, подмени меня, я сейчас вернусь.
– Океюшки, – послышался мужской голос, но его обладатель так и не показался.
– Одежда в гардеробе? – обратился Максим к Ане.
– Угу.
Аня вытирала слезы, кое-как пыталась плестись своими ногами. После падения со стула они отказывались слушаться. А бармен продолжал тащить ее чуть ли не над полом. Вскоре он забрал свою и ее одежду из гардероба. На себя накинул легкую куртку, а Ане помог вдеться руками в рукава зимнего пальто. Теперь Аня металась в поисках сумки. Ситуация повторилась, она снова ее потеряла. И точно не помнила, когда именно это произошло.
– Там что-то важное? Документы, деньги?
– Паспорт и кошелек. Моя пудра.
– Проживешь без пудры одну ночку? – уточнил Максим.
– Это будет тяжко, – хохотнула Аня.
– Посажу тебя на такси и поищу сумку, – Максим взял телефон Ани и ввел свой номер, сделал дозвон. – Я запишу твой номер и позвоню. Как тебя зовут?
– Аня.
Максим и Аня выбрались из ночного клуба. Бармен начал искать в приложении ближайшее такси. Машин было много, но все в пятнадцати минутах отсюда. И стоимость поездки за двадцать минут до Нового года слишком высокая. Максим еще секунду порылся в телефоне, а потом закинул его в карман.
– Да пошло оно все! Я сам тебя отвезу. Быстрее выйдет!
Он посадил Аню в машину и сел на водительское сиденье. Аня не успела рассмотреть марку автомобиля, но внутри было уютно, пока еще холодно. Максим включил зажигание и стал прогревать машину.
– Скажи мне, зачем тебе этот клуб? Чего дома не сидится?
– У меня есть список, – пьяная голова заставляла Аню выпаливать все подряд прямо на ходу.
– Список?
– Список желаний. То, что мне хотелось бы сделать.
– И насколько там опасные желания? – уточнил Максим.
– Опасные? Почему опасные?
– Приехать в другой город, одной пойти в незнакомый клуб. Очень опасно.
– Почему ты мне помогаешь? – спросила Аня.
– Я так часто делаю. Ты не первая. Куда едем?
Аня замешкалась. Она вдруг поняла, что не знает адрес своей съемной квартиры, листок с записанными координатами должен был лежать в сумке. В телефоне есть адрес сестры, она писала его несколько раз. Но Аню мучила совесть. Поехать к сестре и ее семье в новогоднюю ночь? Да еще в таком состоянии? Это самое последнее, что Аня хотела бы сейчас.
– Ань? – потряс девушку за плечо бармен. Она поняла, что снова отвлеклась. Десять минут до Нового года.
– Я не помню свой адрес. Я въехала в квартиру только вчера…
– Совсем без вариантов?
– Есть квартира моей сестры, но…
– Отлично, туда и поедем!
Он даже не дослушал ее, не дал объясниться. Хотя Аня и так заставила его возиться с ней. Она уже в долгу перед ним. Аня нашла в телефоне адрес и назвала его. Максим кивнул и открыл в своем телефоне навигатор, чтобы случайно не заблудиться. Машина тронулась с места.
Максим внимательно смотрел на дорогу, иногда дергая за рычаг. Его манера вождения была спокойной, да и сам он находился в хорошем расположении духа. Даже тот факт, что нужно везти незнакомую девушку по (ура!) найденному адресу в новогоднюю ночь, не убавлял в нем положительных эмоций.
– Опять ты на что-то засмотрелась, – спокойно сказал Максим. – С Новым годом, странная девушка по имени Аня!
– С Новым годом, бармен по имени Максим, – улыбнулась Аня, посмотрев на время. Ровно полночь. Время чудес уже настало.
Когда Максим припарковал машину у дома Ксюши, Аня спала. Ему пришлось постараться, чтобы разбудить девушку. Она очень уютно устроилась, тепло и усталость сморили ее. Максим вышел из машины и открыл переднюю пассажирскую дверь. Зимний холод сразу же донесся до Ани. Она вздрогнула, почувствовав пронизывающий ветер со стороны дверцы. Встряхнула головой и попыталась выбраться из машины. Максим держал ее за руку, чтобы Аня не упала в сугроб. Ее ноги по-прежнему заплетались, мешали нормально идти. Бармену пришлось проводить ее до самой двери шестого этажа. Он осторожно постучал в дверь тыльной стороной ладони. Вдруг люди спят? Не все сидят до двенадцати за праздничным столом. Не все поднимают бокалы с шампанским под бой курантов.
Дверь открылась, показалась Ксюша. Пока Аня искала, что сказать, Максим уже начал говорить:
– Привез из ночного клуба «Fox». Она немного не в себе, кто-то угостил ее жестким коктейлем. Забирайте ее и больше одну в клуб не пускайте, – серьезно проговорил Максим.
Аня была передана онемевшей от неожиданности сестре, а Максим вернулся на работу. Надо ли говорить, что Аню ждали нотации? И надо ли уточнять, что для Ани это действительно была волшебная ночка? Ночь волшебных ругательств, которые она никогда не слышала от сестры раньше. И ночь волшебных объятий с унитазом под звуки залпов гремящих салютов.
3. Пойти в ночной клуб.
02.01.2022
Макс объявился только сегодня к вечеру. Он заедет, чтобы отдать сумку. У меня будет гость в квартире!
Хочу попробовать сделать кое-что, надеюсь, духовка у этой плиты на кухне рабочая…
Ксюша пытается со мной не разговаривать после новогоднего скандала. Еще бы! Кто не разозлился бы на младшую сестру, которая со своим неутешительным диагнозом пошла в ночной клуб? Да еще к тому же напилась там. Все по-честному. Ксюша права. А я… Мне понравилось там. Почему? Потому что я была свободна ото всех! Никто не указывал, что мне делать. Оказывается, в двадцать четыре года можно решать все самой, а не ходить с мамой за ручку.
Солнце за окном расплывалось розовым закатом по небу. Аня вертелась на кухне. Она накупила продуктов и теперь смешивала их в единую массу, замахнувшись на серьезный рецепт – «Царский яблочный пирог», который нашла в интернете. Каждый шаг по приготовлению подсматривала на сайте. В кухонных шкафчиках не было миксера. Ручной венчик то и дело затягивала эта жижа в миске, и месиво наматывалось на кухонный прибор. Аня страдальчески снимала тесто с венчика и продолжала месить. Но вскоре все же дошла до момента, когда тесто нужно замотать в пищевую пленку и убрать в холодильник.
«Мои родители поедут в Тулу на Рождество, так что можем увидеться! Забегу к тебе. Важно: хочу попробовать твой вкусный пирог», – провибрировало сообщение от Даши на экране.
Аня задумалась. Седьмое января. Это же через пять дней! К этому времени пирог уже не будет свежим, придется готовить новый. И зачем она только ляпнула подруге о выпечке? Но все же это будет хорошая тренировка по приготовлению пирогов, обязательно пригодится когда-нибудь. Тем более сегодня у Ани он первый, до этого всегда готовила мама. Да и пирогов в доме давно уже не было: в основном покупные тортики в коробочках. Тетеньки, выпекавшие их, очень спасали в праздники. И даже если вдруг такой тортик оказывался так себе, можно было легко свалить вину на неизвестного. А вот с пирогом собственного приготовления от авторства уже не скрыться. Все комментарии полетят в «производителя».
Аня закончила с посыпкой и занялась очисткой яблок. Она была в шаге от погружения пирога в духовку. Но, конечно же, ничего не успела. Звонок в дверь издал трель намного раньше. Аня рассердилась и пошла открывать ее.
– Привет, – немного грустно проговорила она.
– А я думал, доставщиков потерянных сумок встречают как-то повеселее, – подмигнул Макс.
Он стянул с себя спортивный рюкзак, раскрыл его и достал оттуда Анину сумку. Аня взяла ее, поблагодарила парня, едва помещавшегося в проходе. Он уже собрался уходить. Помахал ладошкой перед ее лицом.
– Вообще-то я готовлю пирог, – решительно произнесла Аня.
– Да? Это меняет дело. Пожалуй, задержусь!
Он прошел в прихожую и снял салатовую куртку, слишком легкую для зимы. Аня подумала, что Максим редко передвигается пешком, всегда на машине. Тогда откуда такая мышечная масса?
Они устроились за маленьким столиком в кухне. Максим занял половину стола, особенно когда положил локти на столешницу. Почему-то выглядело это забавно, будто сейчас стол перегнется или сломается пополам.
Аня наконец-то поставила пирог в духовку и налила чай.
– Надеюсь, ты не против пакетированного? А то моя сестра терпеть его не может.
– Все путем, – отмахнулся Максим. – Но, послушай, ты даже дома в юбке ходишь? Правда, эта посвободнее. Может быть, ты офисный трудоголик и не можешь расслабиться в выходные?
– Не угадал, я работала в книжном магазине. Сейчас безработная. Приехала покорять Тулу, – хохотнула Аня.
– Вершину какой профессии хочешь покорить?
– По образованию я – эйчар.
– Серьезно? Класс, позвони мне после выходных, пристрою тебя в офис мамы. Там как раз требуется менеджер по персоналу. Ничего сложного, тем более с отлаженной программой. Я сам ее устанавливал.
– Ты… ты там…
– Сисадмин, – подсказал Макс.
Брови Ани поднялись. Она была удивлена. Почему-то до этого момента ей казалось, что бармен ночного клуба – только бармен ночного клуба, но никак не системный администратор по совместительству. Но тут же очевидно, что его устройству на работу поспособствовала мама, которая, скорее всего, директор. Какая гордость за сына, работающего барменом в ночном клубе? Никакой. А вот системный администратор – громко звучит.
Аня пыталась подловить Максима на эмоциях. Думала, что его это гложет и он вот уже сейчас признается, как его достала жизнь, управляемая мамой. Но нет. Он сидел абсолютно спокойно, легко говорил. Его движения не были скованными. Словно он однажды уже был здесь. Уже болтал с Аней на разные темы. Его это нисколько не смущало.
– Помню, ты говорил, что часто подвозишь девушек до дома, помогаешь им. Тебе это нравится? – сменила тему Аня. Она специально держала удобное расстояние, находясь у кухонного прилавка. А Максим продолжал сидеть за столом.
– Не совсем так. В основном я подвожу их до своего дома, – сделал паузу Максим и отпил из кружки чай, – и сплю с ними.
– Да ты негодяй! – натянула улыбку Аня и отвернулась к плите, проверила пирог в духовке.
Повисла пауза. Аня старательно прятала глаза. Ей бы очень хотелось задать один вопрос, но она ни за что бы этого не сделала. Это абсурд.
– Вот только не говори, что сейчас ты обиделась на то, что я не воспользовался твоим положением и не переспал с тобой, – усмехнулся Максим и добавил: – В новогоднюю ночь.
– Была причина? – слегка обиженным голосом поинтересовалась Аня.
– И правда обиделась?! – улыбался Макс.
Аня развернулась и гневно посмотрела на своего гостя. Ей очень хотелось запулить в него чем-то тяжелым. Он говорил на откровенные темы слишком открыто. Это обезоруживало. Теперь ясно, почему он такой легкий в общении. Практика. Опыт. И много секса.
«Конечно, с такой фигурой можно любую снять», – подумала Аня.
Максим продолжал посмеиваться, иногда посматривая то на Аню, то на свою кружку с чаем. Покрутил за веревочку заварочный пакетик в напитке и сказал:
– Не знаю, была ли причина. Но мне совсем не хотелось, чтобы к твоей неудачной первой вечеринке прибавилось еще и внезапное ночное приключение «не пойми с кем». Разве ты не пожалела бы потом? Не почувствовала бы себя использованной?
– Трудно сказать. Я… – Аня опомнилась, когда уже начала говорить фразу. С кем она говорила о самом сокровенном? С парнем, которого видела второй раз? Хотела ему сказать, что у нее никогда ничего не было? С ума сошла? – Пирог готов!
Однако косой взгляд Максима ей словить все же удалось. Его трудно провести. Он слишком хорош. И слишком много понимает.
Аня достала горячий пирог, разрезала его ножом. Пока она подготавливала тарелки, перекладывала туда куски, ставила их на стол, – ее руки предательски дрожали. Волнение заставило ее тело пылать. Румянец на щеках показывал ее стеснение. Аня решительно облажалась, она не была готова к такому разговору. К счастью, пирог очень помогал. Максим дул на горячую выпечку и затем отламывал себе по кусочку вилкой. Аня тоже попробовала, но, конечно, обожгла язык.
– Какая вкуснотень! – похвалил пирог Макс.
– «Не в пирогах счастье!» – проговорила голосом Малыша Аня.
– «Ты что, с ума сошел, а в чем же еще?» – голосом Карлсона ответил Максим.
Они вдвоем посмеялись. Теперь стало хорошо. Никто не пытался вернуться к предыдущей теме. Похоже, Максим был доволен тем, что остался. Пирог получился выше всяких похвал: либо с рецептом повезло, либо с духовкой. Глаза Ани светились. Она думала, если от пирога что-то останется, то она непременно пойдет мириться с ним к сестре.
– Какое следующее желание? – внезапно спросил Максим.
– Хочешь увидеть мой список?
– Было бы здорово.
– Он еще не готов. К тому же я так мало знаю о тебе. И прочитав его, ты решишь, что я сумасшедшая, – проговорила Аня.
– Это ничего не испортит, я уже так думаю, – засмеялся Максим.
В следующую секунду Аня бежала с маленькой подушкой, которую выхватила из зала, и огрела ею затылок Максима. Это было слишком дерзко с ее стороны. Но она бы ни за что не потерпела, чтобы ее считали сумасшедшей.
Максим поднялся со стула. Ане этого хватило, чтобы оценить масштаб катастрофы. Он был выше ее и сильнее.
– Меня никто не бил подушкой, – прищурил глаза Макс.
– Так это твой первый раз? И как тебе? – решила пошутить Аня.
Максим не ответил. Он протянул руки и начал щекотать Аню: шею, подмышки, бока. Все, до чего мог дотянуться, пока она убегала. В квартире стояли дикий хохот и шум. Аня носилась по комнатам, надеясь скрыться от своего преследователя. Максим не отступал. Он специально ходил медленно, чтобы Аня боялась в предвкушении «больших щекотушек». Вскоре она забилась в угол. Никакой пощады! Максим беспрерывно щекотал ее руки и ноги. Аня смеялась в истерике. Все конечности внезапно ослабли, громким был только веселый визг, наверное, на него Аня потратила всю свою энергию.
– Хватит, сдаюсь, хватит, – смеялась Аня.
– Где это видано, чтобы гостей били подушками? – наигранно мстил Максим.
– Мне жаль!
– Жаль ей! А смеешься! Говори, точно больше не будешь?! – смеялся Максим.
– Точно! – из последних сил пыталась оттолкнуть руками его Аня.
Он тотчас отпрянул от нее, плюхнувшись спиной на ковер и пытаясь отдышаться. Аня все еще сидела в углу, жадно глотая воздух. Щеки болели от долгого напряжения. Она давно так не смеялась. Еще никто не доводил ее до истерики щекоткой. Возможно, в детстве пыталась сестра, но Ксюшиным попыткам очень далеко до достижений Максима.
– Мне пора уходить. Смена начинается через два часа, нужно добраться до дома, – взглянул на часы Макс.
Он поднялся на ноги и прошел к выходу. Аня вышла следом и, когда он оделся, протянула ему маленький пакетик. Максим с непониманием посмотрел на Аню, а потом на пакетик. Взял его и раскрыл. В упаковке лежала черная бабочка. Настоящая. Не из картона. Макс усмехнулся.
– Запомнила все-таки. Спасибо, – он положил пакет с бабочкой в рюкзак.
– Это в качестве благодарности за спасение меня и моей сумки, – засмущалась Аня.
– Умеешь расположить к себе, хороший эйчар. Не забудь позвонить насчет работы. Ну, увидимся!
Макс расставил руки и захватил Аню в объятия. Широкие, теплые и крепкие. Она уткнулась ему в грудь. Каменную, словно стена. Ее тело вздрогнуло, точно от электрического разряда. Еще чуть-чуть, и она расплавится в его объятиях.
«Нельзя ему сдаваться. Он меня не получит!» – решила Аня.
Бармен. Сисадмин. Парень, который постоянно подвозит девушек и спит с ними. Мистер-мстя за удар подушкой. Поисковик ее сумки. Восторженный пробователь ее пирога. Равнодушный распиватель пакетированных напитков. Столько всего сразу. И так мало времени на размышление.
«Кажется, я нашла бабочку, которая несет на своих крыльях для меня новые возможности. Максим из ночного клуба устроит меня на работу эйчаром», – поделилась новостью в сообщении Аня со своей подругой Перри.
4. Приготовить пирог.
07.01.2022
Какой снегопад на улице! Красотища! Взять бы и прогуляться. Ко мне сейчас приедет Даша, может быть, удастся ее уговорить?
До сих пор удивляюсь, что все так быстро решилось с работой. Каждую ночь сплю и вижу, как буду работать в офисе, наконец-то использовать свое высшее образование по назначению!
P.S. Повторяю номер телефона Максима как утреннюю молитву. Страшно потерять контакты, ведь тогда заветная должность мне точно не светит. Не время позориться! В этот раз я должна показать себя с лучшей стороны.
Рождественское утро. Аня слышала стук в дверь соседской квартиры. Это ребятишки ходят славить. И надо же! В этом году как-то вовремя, в семь утра. Аня вспомнила, как в прошлое Рождество к ней и маме в дом заявились две девочки к четырем вечера и как давай петь рождественские песни! Елена Егоровна, конечно, ничего не сказала тогда, подала славившим деньги, но потом еще минут десять возмущалась, что в ее время все было совсем по-другому!
Аня дождалась восьми часов и начала собираться в магазин. Гостеприимный пирог номер два был готов еще со вчера, а вот сахар в доме закончился, последний извела на выпечку. Пока она собиралась, ей позвонила мама, потом сестра. Все поздравили с Рождеством, поинтересовались ее делами. Ксюша по-прежнему работала под прикрытием. То есть мама все еще не знала, что Аня живет отдельно. Хотя после того случая с ночным клубом Ксюша знатно пожалела об этом, но не раскрыла секрет. Настоящая старшая сестра! Аня втайне обожала ее даже больше, чем та могла себе представить. Ксюша ругалась всего-то пару дней, отчитывала ее по телефону. Но прошла неделя, и сестра перестала об этом вспоминать.
«Закрываю квартиру на замок, кладу ключи в карман. Спускаюсь», – проговаривала Аня.
Она уже собралась идти в сторону лифта, как вдруг столкнулась головой с другой девушкой. Аня отпрянула и потерла ушибленное место. Перед ней стояла подруга все в том же красном берете и пальто. Милые хвостики торчали из-под головного убора, белые от снега. Но в тепле снежинки начали таять. Мокрые хвостики казались еще смешнее.
– Привет, Чепуха! Как же ты меня встречаешь! Прямо у лифта, так приятно! Соскучилась? – засияла Даша.
– Конечно, – пожала ей руку Аня. – С Рождеством!
– И тебя с Рождеством! Ну пойдем? – проговорила Даша и указала на одну из входных дверей.
– Поступим так: вот, держи ключи, располагайся, а я мигом схожу в магазин за сахаром. Приду, и будем пить чай.
– Хорошо.
Аня отдала ключи и наспех забежала в лифт. Ей не хотелось оставлять Дашу одну, но Аня старательно успокаивала себя тем, что магазин находится совсем близко. Уже через несколько минут она вернется.
Было странно видеть Дашу. Они познакомились в поезде, остальное время общались эсэмэсками по телефону. Именно диалог на расстоянии сблизил их, выполнил задачу, которую Аня побоялась решить в первую встречу. Набирать обдуманный текст на телефоне оказалось куда проще, чем подбирать слова вживую. В первом случае время не ограничено, можно ответить, когда вздумается. При живом общении долго молчать не положено, поэтому Ане было так сложно в поезде.
«Иду в магазин, иду в магазин».
Аня упрямо шла в сторону супермаркета. Ее обдувал морозный ветер с белым вихрем снежинок. Тогда Аня сунула руки в карманы. И та-дам! Она, оказывается, забыла телефон дома. Секундная паника, попытка восстановить дыхание. Спокойствие. Аня только сходит в магазин и вернется. Скоро вернется. Ничего не может случиться за такой короткий промежуток времени!
– Доченька! – окликнула ее бабушка.
– Да?
– Помоги мне дотащить сумки. Тут не далеко. Мой дом на той стороне.
Аня осмотрелась и взяла сумки. Тяжелые! Как же пожилая женщина вообще смогла их поднять?! Аня быстро потопала в указанном направлении, но бабушка едва поспевала за ней. Ане приходилось ждать. Ставить сумки на заснеженную землю и отдыхать, пока та доберется до нее. И так раз десять.
Они чудом перешли через дорогу, чудом преодолели с остановками пятнадцать домов. И таким же чудом оказались там, где нужно. Бабушка хотела выхватить сумки с продуктами, но Аня не позволила. Она донесла пакеты до самого входа, поставив их перед дверью частного дома.
– Спасибо тебе! – искренне поблагодарила Аню бабушка. – Может, пославишь у меня? Странное дело, ко мне сегодня никто не пришел.
Было жаль бабушку. Аня напрягла свою подкорку, чтобы вспомнить хоть одну рождественскую песенку. В детстве она славила родителям, соседям, бабушке с дедушкой в деревне, если оставалась у них на выходные. Она должна была вспомнить.
Холодный снег на Рождество в ночи кружит,
Играет с ветром и слезой, на стеклах тает.
